Утром, после стандартного завтрака из макарон по-флотски и крепкого чая со свежим печеньем, мы начали собираться. Это заняло больше двух часов. А как иначе, походную кухню откатить на склад, всю столовую посуду собрать, из комнат вынести матрасы и постельное бельё, всё ведь это тоже нужно убрать на склад. Да и часть оборонительного оружия тоже. К счастью это всё было рассчитано, основное, включая библиотеку, ещё вчера переместили на склады, так что, управившись за два часа, мы столпились у портала. Впереди плотной боевой группой стояли вооруженные бойцы обоих отделений десанта, им первым проходить плёнку портала и обеспечивать нашу безопасность. Старшим был Мик.

Активировав портал, я махнул рукой. Первым скользнул в овал перехода пулемётчик, за ним потянулись остальные. Как только перешли бойцы, мы дали им минуту, чтобы они там рассеялись, заняли оборону и взяли округу под контроль, после чего потянулись ученики средней возрастной группы. За ними уже и малышня двинула в колонну по двое. Наблюдая, как маленькие дети, держась за руки, где с серьезными, а где с любопытными мордашками приходят портал, я убедился, что никого не осталось и перешёл последним сразу за Одной, отчего портал закрылся. Пленные шли в колонне сразу за средневозрастной группой. Их опекали шестеро бойцов.

Осмотревшись, я определил, что мы находимся в густом сосновом бору. Правда, где, ещё не понятно. Отключив портал, я посмотрел в сторону бегущего ко мне Мика. В стороне находился радиовзвод со своим командиром. Там на ветки были заброшены антенны, развёрнуты переносные радиостанции, к которым были подключены ноутбуки и сейчас парни и девчата программисты просеивали эфир, чтобы определить, где мы находимся. Судя по взволнованному лицу Мика, информация уже начал поступать. Штабом у меня командовал Вольт, вот он был на своём месте, да и знания соответствующие получил, командира штаба бригады.

— Где мы? — задал я вопрос капитану, когда он сблизился.

— Учитель, ваше предположение подтвердилось, это Земля, лето сорок второго. Белоруссия. Район Минска, — тут же последовал ответ.

— Хм, я на похожих территориях работал, хотя и в другом мире. Там сейчас сорок пятый должен быть. Места можно сказать знакомые. В этом мире обо мне пока ещё не знают… Где конкретно мы находимся? — задумчиво покивал я.

— Точно пока не скажу, но то, что километрах в шестидесяти от Минска, точно. Я уже выслал четыре группы разведчиков в разные стороны, они должны определиться, где мы.

— Как будут новости, доложишь, я в эфире.

— Когда вы Учитель планируете переходить дальше? — не спешил уходить капитан.

— Сброс настроек прошёл автоматически, сейчас и проведу пробный запуск, посмотрим, найдёт ли нужный нам мир портал или нет… Чёрт!

Метнувшись обратно к порталу, у которого стоял растерянный часовой, я только ещё больше выругался. Упавшая с сосны шишка отскочив от каски бойца, попала точно в портал, вернее в один из камней с заклинаниями и отрекошетив, сбила ещё два, прежде чем упасть на землю.

— Проблемы, Учитель? — забеспокоился капитан.

— Не то чтобы проблемы — присев на корточки, смотрел я на повреждение, и задумчиво пожевав губы, добавил. — Но у меня на диагностику и юстировку теперь месяц уйдёт.

Мик тут же начал отчитывать часового, но я остановил его, боец тут был не причём, просто форс-мажор. Судьба у нас такая, от неё не уйдёшь.

— Ты понял, что случилось, так что разворачивай лагерь и готовься к тому, что мы тут задержимся надолго. Что делать и как вести на враждебной территории ты знаешь. Работай.

— Есть — козырнул тот. — Разрешите идти?

— Иди… и держи меня в курсе.

Мик убежал к развернувшемуся штабу. Подчинённые у него там активно работали и, похоже, ещё что-то добыли, слушая эфир, а я достал хранилище и одну из шкатулок. В ней были амулеты и артефакты, мне нужны были те, с которыми работают ювелиры, только с помощью них я могу вернуть смесившиеся камни на место и провести юстировку с диагностированием. Кто-то скажет, что не беда, ну подумаешь тут или там камешки сменили место нахождения на сантиметр или несколько миллиметров, но это было именно проблемой. Портал теперь не мог штатно работать. Настройки тут очень тонки, иначе, почему я с порталом работаю очень осторожно? Именно чтобы не сбить настройки.

С порталом я работал около часа. Да и то проверял, как сильно сместились камни с внедрёнными в них заклинаниями, и сколько предстоит работы. Пока информации было мало, три участка не отзывались на тестирование. Значит со смещением этих камней именно они вышли из строя. Просто отлично, значит ещё и блок проверки новых миров не работает. Это значит, даже если я отремонтирую две зоны, то всё равно пользоваться порталом не стоит, фиг его знает, куда нас забросит, может и в мир демонов. Оно мне не надо. Им только покажи слабину, вместе с детьми съедят и не поморщатся. Ничего, отремонтирую портал, и отправимся дальше. Жаль всё же, что у нас всего один портал и нет запасного, иначе я бы достал его и мы отправились в следующий мир, оставив этот на потом, я постепенно отремонтировал бы его, но чего нет того нет.

В общем, работал я около часа, когда меня отвлёк сперва один ученик, потом второй. Тут недалеко был овраг и я в нём развернул два склада, так что бойцы натянули над ними маскированные сети и начали возводить оборону, а Одна разворачивала лагерь, ставя палатки, там уже дымила кухня. Ну и Мик меня побеспокоил. Выяснилось, что мы находились у городка Воложина всего в нескольких километрах от шоссе и двадцати от железной дороги. Сейчас две группы разведчиков наблюдали за городом и трассой, контролируя немцев. Да-да, нам, используя ретранслятор, прямо в прямо эфире показали жизнь города и какое движение на трассе. Видеокамера была мощной, с отличным разрешением, так что видно было многое на окраинах городка.

Так себе движение на трассе было, но Мик порадовался. Транспорт нам был нужен и лучше всего автобусы. На машинах мы ездили чуть ли не друг на друге, а тут такая возможность пополнить ряды техники. Он и на мотоциклы с поста фельджандармов облизывался. Пришлось его немного остановить, пока нам проблемы ни к чему, вот восстановим портал, тогда да, можно порезвиться в добыче трофеев, а пока себя обнаруживать я запретил.

Через час я понял, что не мы ищем проблем, а проблемы нас. На наш дозор наткнулись неизвестные безоружные личности в рваной форме красноармейцев. Их было четверо. Выслушав доклад дежурного офицера, Мик с группой бойцов выдвинулся в сторону Воложина, я поправил форму, вздохнул и усмотрел лагерь. Взрослые ученики, то есть студенты обоих классов были в новой современной форме, амуниции и при оружии. Остальные, средняя возрастная группа и малыши все как один имели одежду, сшитую из красноармейской формы, то есть по подобию, даже галифе были и петлицы с буквой «К» в них, то есть маленькие бойцы и командиры Красной армии. Улыбнувшись, я кивнул офицеру:

— Веди их к лагерю, но так чтобы они не видели ни складов, ни современного вооружения, особенно танк не должен им на глаза попасться.

— Может тогда повязки на глаза? — спросил лейтенант.

— Да — подумав, кивнул я. — Можно и так. Всё, веди, я их у санитарной палатки встречу. Переходим на армейский стандарт общения, для вас я теперь, товарищ майор.

— Есть, разрешите идти?

— Свободны — кивнул я и направился к санитарной палатке на десять койкомест.

Там как раз работали оба наших педиатра и армейский хирург, наш старший врач. Да я заметил у одного парня интерес к медицине и решил направить его на факультет лекарства, заодно дав знания военного хирурга с тридцатилетним опытом. Знания тот вполне освоил, да и учился охотно.

За последние две недели именно на Гоше, так звали нашего хирурга, он вполне освоил знания, магические медицинские амулеты и на практики опробовал свои знания, была медицинская поддержка всех моих учеников. То один коленку расшибёт, то вторая, или там, на тренировке по рукопашному бою непроизвольно рёбра помнут или руку из сустава выдернут, парни то молодые, силы рассчитывать, ещё не научились. Так что практика у него была. Операции, конечно, не проводил, для этого артефакты «среднего исцеления» есть, но всё что нужно знал.

Пройдя ровную линейку палаток, я спустился в небольшую низину, левее метрах в сорока дымилась кухня, скоро обед будет, я подошёл к санитарной палатке у распахнутого входа в которую в белом медицинском халате сидела один из наших педиатров. У неё на коленях расположилась одна из малюток, я её знал, четырёхлетняя Дия, дочка купцов. Один из более взрослых детей-одарённых, он входил в среднюю возрастную группу, знал её и её родителей и описал, что происходило в семье. Его взяли на три дня позже во время рейда святош. Так вот, святоши ходили с амулетами в руках по улицам и сканировали ими дома, один показал на дом купцов. Родители девочки не захотели отдавать её, у них девочка была единственным ребёнком, забаррикадировались, но это им не помогло. Дом был взят штурмом, все кроме ребёнка вырезаны. Идти ей было не к кому, похожая ситуация была и у парня.

— Что случилось? — присел я рядом с ними на корточки и погладил по локонам девчушки.

— Упала — вздохнула кроха, пока врач мазала ей лоб зелёнкой. При таких ссадинах или лёгких травмах магию не использовали, леча детишек обычными средствами. И врачам практика и дети будут себя осторожнее вести.

— М-да. Девочка-катастрофа, — пробормотал я, заметив, как незаметно улыбнулась педиатр.

С определением я был на все сто прав, этот ребёнок умудрялся влипать во все происшествия в нашей большой и дружной семье. Если взять ровную поверхность без единой травинки, но с одним мелким камешком, можно с уверенностью утверждать что именно об этот камешек Дия и споткнётся. Вместе с тем это был очень добрый и послушный ребёнок.

В палатке было пусто, Гоши, ударение на второй слог, не было, поэтому попросив педиатра найти его, скоро приведут неизвестных, я прошёл внутрь. То, что неизвестные советские солдаты я не сомневался, скорее всего, бежавшие из лагеря.

Привели их минуты через три, как раз когда наш хирург вернулся, он на складе был, отбирал медицинские препараты для санчасти. Один из двух бойцов, конвоировавших неизвестных, заглянул ко мне в палатку и спросил:

— Товарищ майор, заводить?

— Давай всех скопом.

Зашедший первым Гоша, положил две сумки с лекарствами и бинтами на стол и занял его, с интересом наблюдая, как в палатку завели четверых заросших, грязных и оборванных мужчин. Младшему было на вид лет двадцать, самому старшему чуть больше тридцати, молодые и крепкие мужики. Да, у таких могли найтись силы, чтобы бежать из лагеря.

— Снимите с них повязки — велел я.

Тот же боец закинул автомат за спину, по очереди подходил и снимал повязки, после чего по моему приказу снял и небольшие пластиковые одноразовые наручники, перекусив их специальными щипцами. Неизвестные с интересом осмотрелись, и стали пристально изучать меня. Я сидел на свободной застеленной одеялом койке, в такой же форме, как и у учеников, при оружии, у меня был пистолет. Врач сидел за столом, в обычном белом халате, но из-под воротника тоже была видна пятнистая форма.

— Кто такие? — задал я первый вопрос, мельком посмотрев как бойцы, козырнув, покинули палатку.

— Военнопленные, бежали из лагеря на территории Польши, пробираемся к нашим — сказал самый старший судя по возрасту мужчина.

— Звания, должности, и где служили — коротко приказал я.

Те стали представляться, все они служили в разных частях, и что уж говорить, даже в разных армиях. Двое были пехотинцами, один артиллерист и пекарь армейской пекарни. Выслушав их, я задумчиво почесал лоб и честно сказал:

— Вы мне тут не к селу ни к городу. Значит так, наш военврач вас осмотрит, где можно подлечит. Пока вы с нами побудете, а перед нашим уходом выдадим вам форму, оружие, боеприпасы и продовольствие, дальше продолжите путь к линии фронта. Всё ясно?

— Да — кивнул тот же боец, он единственный из бывших военнопленных имел командирское звание, батарейный старшина.

— Хорошо, сейчас вас проводят к роднику, он тут недалеко, умоетесь и приведёте себя в порядок, старшина вам выдаст новую форму, получите её. Потом обед, жить будете тут, в палатке. За вашим состоянием будет следить наш врач, лейтенант Костих. Свободное перемещение по лагерю вам запрещается, лишь до кухни и до уборной. Всем всё ясно?

— Да — снова кивнул старшина. — Как долго мы будем с вами?

— Или пока мы не сменим расположение, или пока окончательно не уйдём. Точного ответа нет, но тут мы будем находиться не меньше месяца. Это всё, теперь вы поступаете в распоряжение лейтенанта Костих. Командуйте, лейтенант — приказал я, вставая с койки. Приправив форму, я направился к выходу, мимо вытянувшихся по стойке смирно бойцов.

На выходе я чуть не столкнулся с Миком. Козырнув тот сообщил:

— Товарищ майор, разведгруппой выдвинувшейся к железной дороге только что получены важные разведданные.

— Идём в штаб, там доложишь — велел я.

Вход открыт, да и парусиновые стенки палатки так себе как шумоизоляция, не хотелось бы, чтобы пленные нас слышали. Мы направились в сторону штаба, а Гоша, вызвав двух санитаров, ему кроме педиатров были выделены шесть парней и девушек на должности санитаров, отправил бывших военнопленных к ручью, дав в сопровождение двух мальчишек. Кухня и санитарная палатка как я уж говорил, находилась в низине. Дальше был овраг, где стояли склады, их крыши было видно, там же в овраге бил родник, откуда повара брали воду. Склады я поставил на небольшой возвышенности, так что вода до них не добралась, но думаю когда уберу склады и останутся две большие ямы, родник за пару лет наполнит их и появиться тут глубокие озёра.

Так вот, наверху между деревьев стояли палатки лагеря, бойцы их не видели, только слышали множество голосов и детских криков, там под присмотром воспитателей шли детские развивающие игры. Наверху я обернулся и посмотрел, как вышедшие из палатки бывшие военнопленные с удивлением разглядывают своих сопровождающих, десятилетних пацанов в новенькой красноармейской форме, да и к крикам прислушивались. Потом они направились в овраг, жадно поглядывая на кухню и суетящихся у неё поваров, имеющих белые передники и такие же белые колпаки. Было видно, что порядок у нас их поразили.

Когда мы прошли в большую только что установленную штабную палатку, я подошёл к столу. Рядом на стволе дерева весел телевизор и на нём была развёрнута интерактивная карта местных территории, видимо кто-то в электронном архиве откопал, я скомандовал:

— Докладывай.

— Товарищ майор, вследствие проведённых разведмероприятий удалось выяснить следующее. Наш лесной бор, где мы укрылись, очень мал по размеру, тут рядом находиться очень много армейских и охранных частей. Нас обнаружат и обнаружат очень быстро, рядом деревни, там полицейские. Наше обнаружение это вопрос времени.

— Есть возможность найти место для лагеря более удобное в плане безопасности и обороны?

— Так точно, вот тут в ста тридцати километрах огромный лесной массив. Мы уже подняли архив, в нём как раз независимо друг от друга должны организовываться два партизанских отряда. К началу июня они буду сформированы и обособленно вступят в схватки с местными охранными подразделениями. Друг о друге эти отряды пока не знают.

— Принимается. Значит так, завтра с утра выдвигаемся к этому лестному массиву. Да, капитан, техники у нас мало, можешь повеселиться на местных дорогах. Пока прикинь план движения, как я посмотрю тут две речушки нужно пресекать и болото обходить.

— Всё уже сделано, нужен был только ваш приказ.

— Он у тебя есть, действуй.

— Есть — козырнул тот.

Пройдя к порталу, осмотрел его и поморщился, отключать питание и разбирать его я пока не мог, и так серьёзные повреждения могут разрушить целостность портала. Вызвав по радиостанции Одну, моего зампотылу я велел поставить палатку так, чтобы портал оказался внутри. Сообщив часовому, что скоро тут будут ставить палатку, а то у него приказ не подпускать никого к нему, направился к нашим медикам. Ситуация изменилась, так что пора отправлять бывших военнопленных дальше. Вооружить, дать продовольствия, и отправлять.

Я их обнаружил у кухни, там стоял стол и две лавки, вот за ними и сидели помывшиеся бойцы, и быстро уминали щи, как выяснилось, им было разрешено плотное питание, не было противопоказаний. Выслушав доклад Гоши, я кивнул и направился к бывшим военнопленным. Старшина, заметив меня, при приближении встал, остальные последовали его примеру, внимательно глядя на меня. Пришлось махнуть рукой, чтобы сели и продолжили приём пищи.

— Ситуация изменилась — сказал я, садясь за стол. — Мы меняем дислокацию. Сейчас после обеда вы ляжете спать до вечера, вечером паужинаете, получите новую форму, оружие и продовольствие, ночью отправитесь дальше. Я дам вам карту, будете ориентироваться по ней. Это всё.

— Товарищ… майор — смущенно обратился ко мне старшина, видимо он никак не мог поверить, что двадцатилетний пацан может быть майором. — Разрешите нам остаться с вами? Мы пригодимся. У вас порядок, всё есть, мы не подведём.

— Это не обсуждается, у нас спецчасть. Вечером вас проводят из лагеря. Да, кстати, оставьте заявку на счёт оружия, кому какое, вас им обеспечат. Выбор свободный.

— Даже пулемёт дадите? — удивился старшина.

— «Дегтярёв», «БАР», «Брен», «МГ», вплоть до «ДШК». Выбирайте. Вам их переносить вместе с боезапасом.

— А, ну тогда «Дёгтярь» возьмём, я до войны из него изрядным стрелком был, на соревнованиях выступал.

— Обратитесь к моему зампотылу, лейтенанту Одне Дишес. Она вас всем обеспечит.

Развернувшись, я направился обратно, а бывшие военнопленные продолжили обед. У штаба я обнаружил суету, похоже, Мик решил развернуться во всю, с другой стороны лагеря гудела моторами бронетехника, сделав в мыслях зарубку, узнать, что спланировал штаб и как этот план выполняется, я зашёл в установленную палатку, как раз последние колышки вбивались, и подошёл к порталу. Времени нужно на ремонт много, не стоит тратить его понапрасну.

Мик с большей частью бойцов уже уехал, забрав танк и «БМП» он направлялся на трассу. Решив и на железной дороге повеселится. Техники он взял минимум, а вот водителей почти всех, так можно больше транспорта добыть и перевезти к нам. Раз в полчаса в палатку заходил дежурный офицер, докладывал обстановку в лагере, ну и как продвигается дело по отъёму техники и других ништяков у немцев. Вокруг были поля, время года конец мая, по времени полдень, часа три, поэтому экипажи бронетехники замаскировали свои машины нарезанным кустарником и масксетями и те со стороны теперь напоминали передвигающиеся кусты. Они покинули бор, незаметно, когда на дороге движение стихло, пересекли трассу, заметая следы гусениц метлой, и по полевой дороге направились к железной дороге. Пока они ещё были в пути. Работал и получал новые сведенья я с интересом, лишь один раз перервался, когда принесли обед, щи и гречневую кашу с подливой, да и чай был неплох.

После обеда, я продолжил работы и надо сказать, что не безрезультатно, уже прикинул фронт работ. Со временем я немного ошибся, не месяц, но недели три я буду возиться с порталом наверняка. Быстрее никак, слишком серьёзные расчёты. Был бы я магом, исправил всё это минут за двадцать, но для человека лишённого своих прошлых умений, работа предстояла титаническая. Это как есть рис палочками, которые держишь не пальцами, и плоскозубцами, причём обе одновременно. Вроде и касаешься риса, а попробуй возьми и положи в рот. А с магией это как перед большой тарелкой риса и с ложкой в руках. Как-то так. Рассказ конечно сумбурный, но хоть немного объясняет мои трудности. Можно было бы сократить время ремонта, если бы у меня были прошлые расчеты, когда я создавал этот портал, но все расчёты находились в пространственной сумке, не достать.

Сам портал имел такой вид, представьте себе овальное кольцо, внутри второе, поменьше. Вот между этим кольцами и висели ничем не удерживаемые камни с заклинаниями управления. Сам портал разбирался на восемь одинаковых частей и складывался в мою безразмерную сумку. Но как я уже говорил, пока это сделать было невозможно, отключу и всё, остальные сбиться могут. Такая вот конструкция. Я раньше этим особо не заморачивался, работает портал и ладно, теперь только вздыхал, проводя новые расчёты.

Так до вечера я и просидел в палатке, работая над порталом, вернее даже не работая, трогать сместившиеся висевшие в воздухе камни я пока опасался, просто писал расчёты. Так же ко мне заходил дежурный с новыми сведеньями. В лагере всё спокойно, был полдник, дети как раз встали после сна, бывшие военнопленные тоже не сидели без дела, трое отсыпались перед ночью, а старшина, собрав вокруг себя малых, резал ножом свистульки и раздавал их малышам. А я ещё думал, чего это соловьёв так много появилось.

По бронегруппе Мика тоже были сведенья. Он поступил просто, выстрелом из таковой пушки разнёс паровоз и в три пулемёта прочесал вагоны, эшелон был войсковой, похоже, какую-то пехотную часть перевозили к фронту. Рявкала пушка танка, разнося вагон за вагоном, били пулемёты и автоматическая пушка «БМП». Потом танк перебрался через полотно и экипаж прочесал из пулемётов обочину где залегли выжившие. Эшелон остановили в чистом поле. Так что убежать ни смог никто, всех положили.

Фактически за двадцать минут боя, эшелон и его пассажиры были уничтожены. Сейчас бронегруппа двигалась к городу, Воложину, их основная задача захватить авто и мототехнику, а эшелон это так, проба сил. Парни из штаба достали со склада «БПЛА» и, подняв его с поверхности поля, направили к ближайшему аэродрому, Мик отдал правильный приказ совершить на него налёт и уничтожить два разведывательных самолета, что там находились, ну и пройтись по остальным самолётам, аэродром был транспортным. Да, наши акции были полубезумными. Не нужно было рисковать детьми, но мы отсюда ночью собирались выдвинуться в сторону к лесному массиву, а оттуда уже порталом перейдём в другой мир, так что наши поиски немцами меня не особо волновали. К тому же мы их собирались притормозить, уничтожив авиацию. А так пускай ищут.

Лагерь наш начал сворачиваться, сворачивались палатки, и убирались на склад. Практически всё что с них достали, кроме кухни и авто и бронетехники, возвращалось. По спланированной штабом операции, мне начштаба доложил, старший лейтенант Вольт, начало движение назначено в полдесятого вечера. «БПЛА» должен после налёта на аэродром немцев, провести разведку дороги. По записи и будем ориентироваться. А так мы к четырём утра уже должны быть на месте.

Чуть позже, когда я поужинал в палатке, пришло сообщение что Мик возвращается с добычей. Добыто им было восемь грузовиков, четыре легковой машины, семь мотоциклов, два из них одиночки и связной самолёт «Шторьх». На нём какой-то чин в Воложин прилетел, вот его вместе с пилотом и взяли, погрузили на одну из машин и теперь буксировали. Пилот мне был не нужен, так как знания немецких лётчиков у меня были, поэтому велел Мику избавиться от того, снимать с него умения не требовалось. А так всё прошло очень интересно, даже я бы сказал показательно. Против танка у немцев не было никаких средств противодействия, этим Мик и пользовался, так что они умудрились даже прорваться в центр города и расстрелять из пушки комендатуру. Оттуда же и основные трофеи были в виде легковушек. Тоже пригодятся. На трассе они перехватили две машины с бочками топлива в кузове, тоже их затрофеили, хотя с топливом у нас особых проблем нет, но взяли. А чуть позже и пост жандармов уничтожили. Технику из двух тяжёлых мотоциклов с пулемётами постарались не повредить и те, попали в список с трофеями. Было много оружия, все десантные отсеки бронетехники и кузова грузовиков ими забили, да и других трофеев хватало. Комендатуру-то бойцы зачистили. Было трое раненых, один серьезный, но парни использовали амулеты «среднего исцеления» и те снова встали в строй. В общем, что смогли хапнуть, они хапнули и теперь возвращались. Больше им было просто не взять, и так две машины на жёсткой сцепке буксировали, водителей просто не хватало, хотя некоторых десантников и посадили за баранку или руль мотоцикла. Все мои старшие ученики могли водить любую наземную технику.

Но это по группе Мика, тот решил сам провести этот рейд, испытать так сказать себя, теперь по «БПЛА». Мне уже доложили, что он возвращается и исследует дорогу. Кто-то спросит, как это мы отправили аппарат за двести километров к аэродрому, тогда как дальность дистанционного управления без спутника не превышает ста километров. А был ответ. Ретранслятор, поднятый с помощью шара с газом на трёхкилометровую высоту. Беспилотник уже возвращался, поэтому трос начали сматывать и опускать шар с усилителем. Так вот, налёт на аэродром прошёл успешно, двумя управляемыми ракетами были поражены обе зенитки, отчего противостоять беспилотнику уже никто не мог и тремя заходами, были уничтожены разведчики, и четыре наличных транспортника, даже строения и склады были расстреляны, что вызвало там пожары. Нужно будет потом видео посмотреть, всё шло под запись, а то на словах не так интересно.

Мне, честно говоря, все действия моих парней понравились, и я решил, что пока ремонтируется портал прогнать всех бойцов через горнило боёв, дать так сказать им столько боевого опыта, чтобы на десятерых хватило, а то их знания не имеют практического опыта. Мелкие стычки и перестрелки не считать, тут посерьёзнее дела намечаются. А что, перебраться в лес, устроить там лагерь с серьёзной обороной, в основном зенитной и пусть Мик и бойцы по очереди, кто-то же должен лагерь охранять, будут совершать налёты на гарнизоны немцев и устраивать засады на дорогах. В принципе трофеи меня интересовали, да и что уж говорить, я не против и авиацию себе заиметь, хоть и с чёрными нацистскими крестами. Их и закрасить можно. Да, хорошая идея.

О количестве захваченной техники я уже знал, поэтому часть велел распределить по складам, эта техника лишняя, трофеи туда же, включая «Шторьх» ему сложили крылья в транспортное положение, так что войдёт. В общем, нужно распределить трофеи по складам, и как стемнеет можно выдвигаться к лесу, где мы решили утроиться надолго. Беспилотник уже вернулся, офицеры штаба и присоединившийся к ним капитан изучили запись дороги и прилегающей местности, так что план по переброске лагеря получил окончательный вариант. Там была лишь не большая доработка, деревянный мост танк не выдержит, поэтому проложили дорогу левее на восемь километров, где был брод вот и все изменения.

Когда время было восемь вечера, я вышел из палатки, чуть не уткнувшись носом в задний борт «ЗИСа», стоявшего со снятым тентом. Бойцы по моему приказу тут же убрали палатку и, подняв портал на руки, поместили его в кузов. Проверив, как он закреплён, я лично верёвками привязал жёсткую конструкцию к бортам. Чтобы его не мотало, и чтобы не коснуться висевших камней, после чего проверив проделанную работу, довольно кивнул. Тент накинули сверху и привязали. По высоте портал не входил, вот и пришло его снимать. А так портал пока просто закрыли от чужих глаз.

Два бойца запрыгнули в кузов, им была поставлена задача охранять портал, грузовик, завывая мотором, медленно поехал к выходу, где формировалась колонна, старательно крутясь, чтобы не задеть стволы сосен, а я направился туда, где ранее стояла санитарная палатка, её уже свернули и убрали на склад. Да, уж, столько лишней работы, только-только разместились, как снова сворачиваться нужно. Бывшие военнопленные были там, сидели на траве, они уже были в новенькой форме, в пилотках с красноармейскими звёздочками, всё только со склада, имели сапоги, скатки, плотно набитые сидоры, даже каски и котелки со флягами. Только оружие, три «ППД» и пулемёт были сложены отдельно, у ног часового, там же была и кобура. К «ТТ» если меня не подводит зрение. Старшина ниткой и иголкой пришивал к снятой гимнастёрке петлицы со старшинской «пилой».

— Ну что бойцы, давайте прощаться — сбежав по откосу, подошёл я к бывшим военнопленным. — Вам в ту сторону, карту вам выдали. Так что не поминайте лихом.

Бойцы не стройно попрощались, а старшина попросил меня отойти на пару слов.

— Я не знаю кто вы, но точно не наши — сказал он.

— Что — улыбнулся я — так заметно?

— Да, всё необычно, и форма, и оружие. Да и молодые вы слишком… А малые дети? Они все в нашей форме это да, так маленькие не говорят по-русски, те что постарше говорят, но правильно, не по-деревенски, а по городски. Шум моторов слышал, «полуторка» была, «ЗИС» недавно по верху в сторону прошёл, а шумы других моторов я не узнаю, вроде звучал немецкий бронетранспортёр, но его другие мотор заглушали. Странные вы.

— Вы правы, мы не местные. Правду смысла скрывать я не вижу. Мне это безразлично, узнаете вы это или нет. Мы из другого мира, вернее даже миров. Путешествуем по планетам. Сейчас к вам заглянули. Мы собираемся в следующий переходить, так что узнаете вы об этом или нет нам всё равно. А теперь берите оружие, и смело ступайте, тут наши пути дорожки разбегаются.

Старшина, было, дёрнулся что-то спросить, он был изрядно ошарашен, но потом сгорбился и направился к товарищам. Часовой направился сопровождать вооружившихся бывших военнопленных до выхода из бора, а я зашагал к складам, где ещё суетились фигурки учеников, заносившее последние вещи, сейчас шестеро парней заносили обеденный стол, у нас таких было восемь, все не умещались, ели по очереди. Ну и лавки были. Мы это всё добыли, когда уничтожали учеников-паладинов. Кстати о них, пленных я уже навестил, с ними всё в порядке, сидят в кузове и ждут отправки. Дети от лагеря стройной толпой направились к дороге, где формировалась колонна, уже начало темнеть, а я дождавшись когда Одна закончит со складами, набиты они были под завязку, тем более в один самолёт закатили, да ещё машины и мотоциклы, но ничего, ворота были закрыты и я свернул оба склада, после чего мы направились к дороге. Время было десятый час, скоро отправка.

Выехали мы полдесятого, как и рассчитал штаб. Я сидел в кабине грузовика в кузове которого находился портал, следом шла «полуторка» с пленными учениками-паладинов, перед нами подрыгивая катилась кухня прицепленная к «Опелю-Блицу» из последних трофеев. Там повара ехали и их помощники, да и кузов был битком нагружен продовольствием. В остальных машинах ехали дети, теперь транспорта хватало, хотя конечно жаль, что среди трофеев не было автобусов, это более подходящее транспортное средство для перевозки детей.

Водитель ехал с прибором ночного виденья на голове, этих машинок было всего два десятка, поэтому распределили их ограничено среди командиров и водителей, только экипажам бронетехники они не требовались, там встроенные были. Впереди шёл танк в сопровождении «БМП» и десантом на броне. Они проверяли дорогу, мотом «бэтр», грузовики, и «Ганомаг» замыкал колонну. Так и двигались. У меня был амулет ночного виденья адаптированный для применения не одарёнными, но я им не пользовался, просто сидел и бездумно смотрел в окно, на ночное поле за ним. Как-то незаметно я задремал.