Утром нас разбудили на зарядку. Ничего не понимая, сонно зевая, я вышел в коридор и посмотрел в спину молодого мужчины в спортивном костюме, что шёл по коридору, и стучался в комнаты, поднимая нас. Многие такие же как я, завернувшись в одеяла, выглядывали из комнат и тоже недобро смотрели на инструктора. Вышедший из соседнего номера Вольт пояснил ситуацию. Он, оказывается, оплатил санаторий со всеми возможными процедурами, включая спортивные игры и зарядки. Даже экскурсии намечались в город. Я лично против не был, но предупреждать надо.

Вернувшись в комнату, никто ведь вещи толком не разобрал, разве что девчата успели, я из сумки достал новый ещё не надёванный спортивный костюм, кроссовки и, надев всё это, вышел в коридор и поспешил за остальными вниз. На первом этаже проживали в основном малыши, их-то как раз не будили, чуть позже перед завтраком поднимут, а мы жили на втором этаже, вот нас всех и подняли. Ничего, справились.

Многие парни и девчата с недоумением смотрели на инструктора и повторяли за ним те движения, что он делал, там скороговоркой было что-то вроде «сели-встали…», однако никто не возмущался этой детской зарядке.

Когда он, наконец, закончил с зарядкой и разрешил разойтись, ученики тут же стали уже нормально разогреваться, разбились на пары и стали уже тренироваться. Старшие со старшими, средние со своей возрастной группой. Инструктор большими глазами наблюдал, как две девочки лет тринадцати на вид отрабатывают бросок через бедро. Десяток парней в стороне качали пресс, двое бегали по спортивному городку на скорость по пересечённой местности.

Я стоял рядом с ним, только смотрел внимательно, все ли стараются, поэтому инструктор и обратился ко мне:

— Это что такое?!

— А что, в сопроводительных документах разве не было сообщения о том, что мы все спортсмены? Вот я, например, занял первое место по городу в боевом самбо и скоро собираюсь сдать на КМС. Тут все такие. А когда оплачивали наше тут проживание, то заказ был не с нами эти «руки на пояса» проводить, а с малыми, что на первом этаже живут.

Тот сбил челку вверх и пробормотал:

— То-то на меня во время тренировки все как на идиота смотрели. Видно напутали что-то в бумагах.

— Ничего, малые сегодня поспят подольше, а завтра принимайтесь за них. Там часть из республик, где с языком плохо, но русские они понимают. У нас свои тренеры, так что тренировать нас не надо, экскурсии там или общеобразовательное это можно, остальное мы сами. Но всё равно спасибо за ранний подъем, хотя мы сегодня как раз попозже встать собирались.

Инструктор только расстроенно махнул рукой, и повёл нас в столовую. Завтрак был вполне на уровне, там мы были не одни, присутствовали и другие дети, после завтрака за нас взялись уже другие работники санатория, но я и часть старшей группы отказались от этих мероприятий, у нас были свои планы. Так же я выдал Вольту пачку денег, он должен был распределить их среди старшей и средневозрастной группы, чтобы у них были деньги на карманные расходы, а также дополнительно выделил воспитателям малышей, чтобы те покупали всё, что те попросят. В разумных пределах разумеется. Кассиром стала одна из девочек, что работала в штабе. В общем, я ей почти всю наличность отдал. Рядом с санаторием находилось село, магазины там были, выходить подросткам разрешалось, хоть и с кем-то из старших. Ничего, воспитателей у меня хватает, справятся.

Часов в девять, почти сразу после завтрака, я и часть бойцов, тех, что я отобрал, приняли душ, оделись в цивильную одежду, и покинули территорию санатория. Пусть мои ученики пока отдыхают, я посмотрел программу, она бала насыщенной, а мы пока другие дела решим.

Дойдя до остановки автобусов, я посмотрел на небольшую группу ожидающих и, повернувшись к Мику, сказал:

— Пора своим транспортом обзаводится. Сейчас едем и купим. У троих права есть, три машины и приобретём на них. Так мы мобильнее станем.

— Хорошая идея — кивнул тот.

Конечно же, у меня были легковые машины из Мёртвого мира, но они находились на складах, система разворачивания которых мне была пока не доступна. Это у баулов с лётной техникой была упрощённая схема, а те я не разверну пока ко мне не вернуться магические способности и я тренировками не подниму их на прежний уровень.

Наконец подошёл новенький «Пазик» и мы все прошли в его салон. Свободных мест уже не было, пришлось ехать стоя, держась за поручни над головой. За время движения, часть пассажиров выходила, часть заходила, но всё равно мы ехали стоя, давая места пожилым людям. Наконец мы добрались до ближайшей станции метро. Покинув автобус мы направились к станции, всё равно у того маршрут заканчивался через три остановки, лучше уж так под землёй. Так оно как-то быстрее было. Конечно же, ученикам всё было внове, и касса, и турникет, и металорамка, и сам электропоезд, но ничего, с интересом поглядывали вокруг, улыбаясь молодым девчонкам, гормоны никуда не денешь, привыкали постепенно. А детекторы мы прошли спокойно, оружие в безразмерных сумках было, включая тяжёлое.

Добравшись до знакомого ломбарда, я продал той же женщине ещё золота, получив наличные, и мы направились на самый крупный авторынок Москвы.

— Учитель, за нами хвост — сообщил один из бойцов сопровождения.

Со мной было шестеро, четверо из них были чисто армейцами, а вот двое получили знания офицеров ФСБ, причём так называемых «тёртых волчар», так что они сразу засекли за нами слежку, не успев мы удалиться от ломбарда далеко.

— Много? — не оборачиваясь, спросил я.

— Две машины и три топтуна. Контора работает, знакомая схема — ответил тот.

— Разделяемся. Ваша задача взять одного топтуна и допросить.

— Степень допроса? — уточнил тот же боец.

— Не ломая. После допроса, позвоните мне и скажите, что взяли старшего товарища, это значит вы вроде как из смежной организации, после чего отпустите его и извинитесь. Встретимся вон в том ресторанчике через час. Его «Макдональдсом» называют.

— Стволы демонстрировать?

— У кого «Грач» имеется. «ТТ», «Вальтеры» и «Парабеллумы» тут не в ходу у спецслужб. Работайте под них.

— Разрешите выполнять?

— Расходимся — кивнул я, и мы быстро разошлись на перекрёстке.

То, что нас запеленгуют по сотовому, я не боялся, мы уже сменили номера, да и парни Вольта за этим следят, не дадут чужим работать ещё и нам сообщат. В комнате Вольта был организован штаб со спутниковым слежением, тот уже доложился об этом.

Я с Миком и ещё одним бойцом свернули на перекрёстке и, используя дворы и подворотни, ушли от слежки. Это было не просто, но смогли. Остальные, двое безопасников и два парня-армейца оставленные для силовой акции, направились прямо. Как только они получили сигнал от нас, что мы благополучно ушли, они хотели тот же манёвр по сбросу хвоста, но им уже пришлось и пострелять. Похоже, командир группы слежения что-то понял и отдал приказ на захват нашей четвёрки. Пятеро опытных оперативников, да ещё трое выскочивших из подъехавшей машины, рванули к ним, в результате семеро остались лежать на асфальте, с травмами разной степени тяжести, мои парни подхватили вырубленного командира группы захвата, закинули его в машину и с визгом тормозов стартовавшего автомобиля унеслись прочь. При этом прострелив шины второй, что последовала за ними. Да ещё они у всех удостоверения и оружие забрали. Подозрение подтвердилось, ФСБ работало.

Так как операция была проведена не так, как мы планировали, произошла силовая акция, то я велел везти язык к нам в глухой двор. Парни Вольта направляли их, наблюдая за бойцами со спутника, так что через пять минут старенький «ниссан» въехал к нам во двор.

Я амулетом привёл в сознание командира и его вытащили из машины, поставив на ноги.

Держа в руках пачку удостоверений, я демонстративно открывал их и разглядывал что там написано. Открыв последнее, владельца, что стоял передо мной, я спросил:

— Ну и какого хрена вам от меня надо, товарищ майор?

Тот зыркал глазами, но молчал, лишь шикала эфиром радиостанция, что у него на поясе находилась рядом с пустой кобурой, да вызвали какого-то Четвёртого. Я подозревал, что этот Четвёртый стоял передо мной.

— Сейчас не времена благородных офицеров, они куда страшнее. Пуля в ногу и калека на всю жизнь — сказал я, покосившись, посмотрел, как Мик прижал ствол своего любимого «ТТ» к ноге майора. — Я же не выпытываю таких тайн, которые нужно держать в секрете. Просто скажите, как вы на нас вышли, и кто нас сдал. На своих товарищей можете не рассчитывать, мои люди отслеживают их, а так же блокирую сигнал вашего сотового и маячка в машине. Вас не скоро найдут, у нас достаточно времени для допроса.

— Жена владельца ломбарда — наконец ответил майор. — Она давно с нами сотрудничает. Вчера днём сообщила о группе подростков, что сдают золото с неизвестными и незнакомыми примесями. Наши эксперты поработали с ними и сообщили что месторождение этого золота им неизвестно. Так же озадачили оттиски на монетах. Они тоже не известны, все привлечённые нумизматы-эксперты в недоумении. Был отдан приказ установить наблюдение за вами, если вы снова появитесь в этом ломбарде. Все остальные тоже обзвонены.

— Вот она, почему нас так долго держала и проверяла монеты — кивнул я сам себе, после чего посмотрел на фээсбешника. — Вот что, майор, у тебя есть шанс подняться на карьерной лестнице. Думаю, информация всё равно уйдёт, так что скрывать её смысла не вижу. Значит так, мы из другого мира, родились не на Земле, ну кроме меня, конечно, я тут жил, так что вполне могу пойти на сотрудничество, если это президента естественно заинтересует. Скажу сразу, буду общаться только с ним, никаких других глав государств, особенно из Европы и США, брезгую. Я маг, архимаг боевой магии граф Арни Ки Сон. Эти парни мои ученики. Я могу многое. Думаю, вы уже слышали о налёте авиации времён Отечественной войны на позиции нацгадов. Объясню, прошлый мир, где мы были, там шла великая Отечественная война, сорок второй год. Трофеи как вы поняли, и их у нас много. Именно поэтому мы участвовали вчера в Параде под видом клуба «Звезда», мои ученики были на той войне и стреляли в немцев, они этого были достойны. Я передам вам записи. Там съёмка бомбардировки Киева и штурмовка позиций нациков, с комментариями экипажей, ведущих боевую работу.

Майор смотрел на меня с недоумением, веря и не веря в мои слова. Бросив пачку удостоверений на сиденье машины, дверь была открыта, я достал из кармана флешку, у меня была копия смонтированная парнями Вольта, там же были записи боев, что вёл Мик в сорок втором. После этого набил на сотовом майора свой номер.

— Я вам описал кто мы, вот флешка с видео и мой номер телефона. Вы его можете даже не пытаться отследить. Не получится. Встреча с президентом завтра в три часа дня, позвоните на него, согласуем всё. Думаю, вы успеете её организовать.

— Я не верю во всё это — прямо сказал майор.

— Во что? — уточнил я.

— В магию естественно.

— Хорошо — кивнул и велел парням. — Держите его.

Те зафиксировали вытянутую руку майора, тот возмутился и потребовал, чтобы его отпустили, после чего ему в руку ниже локтя воткнули до рукоятки штык от немецкого карабина. Потекла по руке кровь и закапала на землю.

— Вытаскивай — скомандовал я Мику и как только он это сделал, сперва дал насмотреться на рану майору, а потом заживил её «средним исцелением». — Я могу этим амулетом всё лечить, даже СПИД и рак… Уходим.

Оставив растерянного майора щупать руку, где на его глазах исчезал белесый след раны, мы ушли в подворотню. Там поймали такси и, сменив ещё две машины, но уже частников, оказались на авторынке. Вольт доложил, что майора очень быстро нашли, он пришёл в себя и вызвал помощь по рации, оружие оперативников и удостоверения были в машине, чтобы не злить их и не подставлять. Так что информация наверх пошла, надеюсь, майор не оплошает, по виду тот был ещё тем волчарой.

Сегодня было воскресенье, авторынок работал. Правда, по-моему, он и в будние дни работает. Не знаю, я себе машины всегда в автосалонах брал. Благо было на что.

— Командир, что ищем? — спросил Мик.

Мы стояли недалеко от входа, даже пришлось отойти в сторону, так как людской поток тут был довольно плотным, и посматривали по сторонам. О местных карманниках я уже предупредил. Рядом со входом на авторынок находились магазины-ларьки в контейнерах, там продавали всё для автомобилей, мы как раз стояли неподалёку от входа туда. Когда мимо проходил довольно крупный мужчина, за тридцать, я прищурившись, посмотрел ему вслед.

— Учитель, это ваш знакомый? — тихо спросил Мик.

— Старый знакомец — подтвердил, после чего вспомнив о прошлом вопросе сказал. — Нам нужен новый микроавтобус с затонированными стеклами. Лучше иномарку. Ну и пару машин-вездеходов. То есть внедорожники. Деньги есть, подберём что-нибудь.

— Может, «уазики» возьмём? — предложил капитан. — Они нам как-то привычнее, да и отремонтировать отвёрткой да молотком можно.

— Для маневренных боевых операций «уазики» конечно предпочтительнее, парочку армейских можно взять, но тут встречают по одежке. Поясню, чем богаче ты одет и чем дороже у тебя машина, тем больше уважения. У меня тут дела ещё есть, так что будем брать технику покруче. Пару джипов и микроавтобус. Автостоянка у санатория имеется, там и будем ставить. Позже посмотрим водные мотоциклы, байки и квадроциклы. В будущих приключениях по мирам они нам пригодятся.

— Хорошо.

В это время в толпе, идущей к выходу с территории авторынка, я снова увидел своего старого знакомца. В этот раз он возвращался с покупками, держал в руках по сверкающему никелированному литому диску явно для внедорожника. Мужчина мне действительно был знаком, он вырос в том же детдоме где и я, только служил в морской пехоте и был младше на два года. Это был личный водитель Валюхи, и преданный был как собака. Валюха, я уже говорил, много парней переманил к себе из наших. С этим он не прогадал. Преданные были, да что говорить, и я никогда его не подводил и не сдавал.

— Идём.

Мы покинули небольшой тупичок, где можно было спокойно стоять, и направились к огороженной площади, где было множество автомобилей. Парни меня взяли в коробочку, внимательно отслеживая всех вокруг, так было проще предохранить меня на случай атаки, вот так и шли. Первым делом я направился от входа чуть в сторону, тут на видном месте и стояли самые дорогие иномарки.

— О, «Галентвагены» — хмыкнул я.

Мы подошли к машинам и стали их изучать. Судя по листкам бумаги за стеклом, им было по три года, и просили за них по семь лямов с мелочью. В это время зазвонил мой телефон, это был штаб.

— Слушаю, — снял я трубку

— Командир, это Вольт. Майор уже в управлении, докладывает о вас. Свой телефон он выключил. Но мы нашли близкий сигнал радиоизлучения, видимо он принадлежит тому, кому идёт доклад, и слушаем. Майор всё честно выложил, тот, кого он называет полковник, ему не верит. Отправил приказ в экспертный отдел выяснить, чей у вас номер телефона и где вы сейчас находитесь. Сейчас собираются просматривать видео, что вы им дали. Нам продолжать блокировать ваш номер от возможности прослушки и навигации?

— Вашу деятельность могут засечь?

— В принципе да, вот вычислить где мы работаем, это уже нереально, мы через свой спутник работаем, там полная блокировка сигнала идёт. Мы сами можем парализовать им часть работы.

— Хорошо, пока отслеживание этих деятелей прекратить, не нужно, чтобы они нас засекли, а вот мой номер защитить со всех сторон, и от прослушки и от возможности определить, где я нахожусь.

— Сделаем, командир — уверил меня начштаба, после чего мы разъединились.

Убрав телефон, я указал на машины и буркнул:

— С такими ценами, похоже, действительно придётся брать «уазики».

— А я о чём — заулыбался Мик.

— Идём дальше.

Нам были нужны два чёрных джипа с тонированными стёклами и высокой проходимость. Техники было очень много, куда не бросишь взгляд, сплошные крыши автомобилей, а мы гуляли между рядов и выбрали себе по вкусу ту технику, что должна нам была служить довольно продолжительное время. Мы уже приметили десяток внедорожников, в основном марки «КИЯ» и «Тойоты», то есть серединку цены и качества, а потом я увидел «Дефендер» и решил, что уж его-то не упущу, и мы направились к внедорожнику, имеющему пятнисто-зелёный цвет. Судя по лебёдке спереди и багажнику сверху, сзади была лестница, машина чисто для охотника. Да и окрас на это намекал. Высокая проходимость и такая же надёжность, да и резина не для трасс, только для тех дорог, куда на гламурной тачке не заедешь. Парни минут десять изучали трёхлетнего красавца, но и так было видно, что машина ухожена. Хозяин за ней следил.

Сейчас Мик сидел на месте водителя и слушал тарахтение дизельного движка, после чего погазовав он посмотрел на меня и я понял, не отдаст. Фигня, мне не жалко ему подарить такого красавца.

— Сколько? — спросил я у хозяина, молодого паренька.

Тот неуверенно замялся, по виду типичный ботаник, как только его перекупы на машину не развели, и также неуверенно ответил:

— Я тут походил по рынку, такие же машины такого же года стоят почти два миллиона. Я продам за полтора.

— Берём — кивнул я, так как этот красавец стоил на половину больше. Он всё же был адаптированным для бездорожья, и вложено в него было немало.

— Эй парень, мы уже договорились — выдвинув вперёд агрессивно челюсть, к нам подходил крупный мужик, судя по барсетке на плече, да и внешнему виду, это был яркий представитель семейства перекупов.

Я уж думал, они тут работать перестали, упустив такую перспективную тачку, а нет, похоже, они обхаживали продавца. Схема проста как молоток. Сговаривались трое-четверо перекупов и по одному под видом покупателей-зевак начинали давить на мозги продавца, мол, тачка столько не стоит, опускай цену, засмеют тебя с этой ценой. С каждым таким подходившим, который на него морально воздействовал, продавец всё чаще и чаще думал, что действительно задрал цену, те шли на второй круг, и снова говорили, что планку нужно опустить, держа психологический прессинг под контролем. Понятное дело не со всеми такое проходило, выбирали тех, что мог поддаться на неё, глаз у них опытный был, а потом подходил очередной перекуп с деньгами и брал тачку. Бывало на треть, а то и на половину цену удавалось сбрасывать. Видимо мы подошли после первого круга, так как продавец был хоть и не уверен, но ещё держался и поломали перекупам всю схему. Проколы у них бывали, особенно обидно, когда сбиваешь цену до нижней планки, тут подходит сторонний зевака и, удивляясь цене, тут же покупает машину, оставив перекупов ни с чем. Всякое бывало. Обычно перспективных покупателей отваживали от тачки, а нас видимо не успел, думали, посмотрим и дальше уйдём, а тут заметив, что машину берут и они теряют не меньше полумиллиона, а вполне возможно и больше, вот и влезли.

Эту фразу богатырь бросил Мику, он был старшим среди моих ребят, и вёл себя соответственно, как командир, вот его в нашей команде и приняли за главного.

— Ведь так?! — с напором обратился мужик к продавцу, отчего тот ещё больше растерялся.

— Молчи, — положил я руку на плечо продавца, после чего посмотрел на перекупа. — Вали, тачку уже взяли.

— А ты сопляк чего вообще влез в разговор взрослых дядей?! — изрядно удивился мужик.

— Мик — коротко сказал я.

— Орт, Олех — переадресовал тот как опытный командир.

Почти мгновенно перекуп получил удар ноги в солнечное сплетением и колено по лицу, когда согнулся от удара. Схватив его за шкирку наш сержант-спецназовец, подтащил здоровяка ко мне, причём, так что тот стоял на коленях и, нажав на определённую точку на плече, от чего тот скривился и взвыл, жёстко велел:

— Проси прощения у Учителя.

— Вы чего делаете?! — возмутились три оставшихся перекупа, агрессивно направляясь к нам, но тут же сдулись, двое парней просто задрали рубаки и показали рукоятки пистолетов.

— Извините — морщась, почти сразу сказал он.

Говорил он неискренне, моим ученикам это отчетливо было видно. Да и как по-другому? Они все умеют пользоваться «истинным зрением», а определять настроение по ауре, так же какими недостатками тот страдает, какой характер умеет, я научил их ещё на первом курсе. Там был целый раздел теоретической магии этому посвящён, дальше они учились только на тех кто рядом, пока не освоили это не особо сложное искусство. При допросах «истинное зрение», кстати говоря, очень хорошо помогает. Именно по этому ученикам я и не врал никогда, если не хотел говорить просто молчал, аура у меня была открытая и они всё видели. Их уважение я терять не хотел.

— Искренне, говори чёрт — в руках Олеха появился штык нож от СВТ, кончик которого замер в миллиметре от глаза перекупа.

В этот раз тот извинился искренне, хоть и изрядным испугом, мои парни его явно пугали.

— Извинения приняты — кивнул я и добавил. — Вали.

Тот встал и на подкашивающихся ногах направился прочь, когда я его окликнул:

— Заработать хочешь?

— А кто не хочет? — вопросом на вопрос сказал он, отряхивая штанины. Здоровяк достойно перенёс удары моих парней и кроме синяка, наливающегося под глазом, других следов не имел.

— Нужны такие тачки — похлопал я по капоту «Дефендера», рядом с воздухозаборником. — Чем больше, тем лучше. Количество не имеет значение, берём всё, но чтобы все машины были в приличном состоянии. Ну и подскажешь магазин, что торгует запчастями для них, а лучше оптовый склад. Ещё нужен микроавтобус по новее. Год, можно два. С тонированными стёклами.

— Что я буду с этого иметь?

— Ты будешь торговаться. Разница с ценой хозяина и с той, на которую ты её собьёшь, твоя. Но не перегибай и с хозяевами договариваться поднимать цену не советую. Заметим, накажем.

— Я берусь за неё — кивнул мужик. — Телефон?

— Олех, дай ему свой.

Сержант подошёл к перекупу и они сделали дозвоны. Потом тот замялся, не зная как ко мне обращаться и спросил:

— Адрес мастерской не надо, где такие тачки переделывают?

— В принципе интересует, но всё зависит от количества машин, что вы нам найдёте.

Когда группа перекупов поспешила прочь, Мик спросил:

— Зачем они нам?

— Время, они сэкономят нам время… Ладно, поехали эту машину оформлять.

Мы сели в машину и Мик, что находился за рулём, вывел её со стоянки и медленно, стараясь не задавить довольно большое количество покупателей, направился к выезду. Пока мы ехали, «Ботаник» пояснил, откуда у него эта машина. Отец заядлым охотником был, умер, вот он и распродавал его имущество. Сам не любитель был с ружьем по лесу или болоту ходить.

На выезде мы покинули машину, за руль сел Орт, у него были права, деньги я ему дал, и он вместе с владельцем поехал в ближайшее здание, где идёт перерегистрация автотранспорта. Его задача снять машину с учёта, вручить деньги бывшему владельцу и отогнать её на стоянку к санаторию. Машина эта там нужна чисто для поездок по бездорожью, то есть по другим мирам и регистрировать её в этом мире я в принципе не собирался, просто ни к чему. Хотя все документы купли-продажи у нас были.

Так как всю наличку, что у меня была на руках я отдал Орту, тот честно должен был расплатиться с бывшим владельцем, то нужно решат этот вопрос. Мы возвращались на территорию рынка, да и машину сопровождали, чтобы её не отбили-перехватили, поэтому пока было время, я связался с Вольтом. Тот понял проблему мгновенно и сообщил, что все деньги бандеровцев перегнал на один счёт и с него можно совершать электронную оплату.

— Молодец — похвалил я его. — Будь на связи.

Убирая телефон в карман, я уткнулся в широкую спину Мика. Проследив, куда направлен его взгляд, то стал пристально разглядывать паренька в камуфляже, что сидел на картонке с орденом Мужества на груди. Он сидел на самом солнцепёке, лицо было наклонено, ему явно было стыдно. Рядом картонка, где была просьба помочь деньгами на лечение матери. У парня отсутствовали обе ноги, отрезаны были выше колен.

Подойдя, я присел рядом с ним на корточки и, поймав взгляд, спросил:

— Недавно работать начал?

Тот поднял голову и зло посмотрев нам меня, спросил:

— Что тоже будешь уговаривать на вашу нищенскую мафию работать?

— Не зарывайся, спокойно же говорим — сказал я. — Ты тут сам по себе или на местных работаешь?

— Дело прибыльное, есть у местной мафии, что на нищих зарабатывает, способы, чтобы уговорить таких как я. Нам больше кидают — криво усмехнулся парень. — Вот и меня «уговорили».

Мельком посмотрев на Мика, и получив от него кивок, тот отслеживал ауру ветерана и подтвердил, что говорил он правду, поэтому я повернулся к нему.

— Где служил-то? Кто по спиральности?

— Мотострелок. Командир «бэтра». Подорвался. Руку собрали, а ноги всё, отрезали.

— Хочешь ноги верну? — прямо спросил я.

— Издеваешься?

— Да нет, деловое предложение. Я не знаю, сколько в Москве буду, но с завтрашнего дня ты будешь бегать выполнять мои поручения. Оплата будет. Сегодня к вечеру уже на своих ногах будешь бегать. Как?

— Инвалиду в чудо легко поверить — вздохнул тот.

— Мик — снова обратился я к капитану.

На ладони Мика засветился фаербол, глядя в расширившиеся от удивления глаза ветерана я сказал:

— Это магия парень, а не чудо. Сейчас тебя вот этот паренёк отвезёт к нам, там мои врачи тобой займутся. К утру на ногах будешь. Ну как, договорились?

— Договорились, — не уверенно кивнул тот, но потом уже кивнул с большей уверенность. — А мама? Её можно вылечить?

— Скажешь её адрес, привезут и вылечат — уверил я того. Мик подтверждал. Тот не лгал и говорил чистую правду, а мне разве трудно людям помочь?

Один из учеников сбегал за такси, а двое других подняли инвалида на руки и понесли к выходу. Им заступили было дорогу двое мужчин цыганской наружности, видимо «няньки» нищих, но упали с переломами разной степени тяжести.

Через пару минут двое парней вернулись, а один стал сопровождать покалеченного ветерана в санаторий, Вольту я уже позвонил и тот подтвердил, что сотрудники санвзвода готовятся к операции. Там работы на пару минут, остальное время требовалось просто откармливать пациента.

— Спасибо Учитель — вздохнул стоявший рядом Мик, пока мы дожидались переносчиков. — Я как его увидел и представил себя на его месте, аж всего продёрнуло. Я бы так не смог… Хотя как жизнь покрутит.

— Все мы парни повоевавшие, боевое братство, а своим нужно помогать.

— Это да — снова вздохнул тот. — Но всё равно спасибо.

Когда к нам побежали парни и доложили что ветеран и наш ученик убыли на такси в санаторий, то Олех, сообщил, что с ним связался перекуп, он нашёл пару микроавтобусов на выбор, и ещё один «Дефендер», но уже не в охотничьем варианте, зато с малым пробегом и в идеальном состоянии.

— Идём — согласился я.