У этого леса мы задержались не на два дня, а на все четыре. Пробуждение Дара я всё же провести смог у всех трёх претендентов. Выстроил штатную защиту, благо там было ручное управление и, прижимая к своему глазу амулет, что позволял видеть ауры и линии плетений, наблюдал за самостоятельной инициацией и подсказывал, не входя в пентаграмму, что и как делать. Мик и Белла ещё ладно, прошли процедуру пробуждения Дара, смогли обуздать свою ману и закрылись ото всех детскими самостоятельно сплетёнными сетками, а вот Одна, чуть мне защиту не пожгла, сильна девочка оказалась и сильно испугалась пробужденного Дара. У неё был четвёртый уровень Силы, у Мика шестой, у Беллы седьмой. Неплохой набор, в будущем им предстояло стать серьёзными магами, благо методикой обучения я владел и как учить знал. Главное на словах пояснить, что делать и амулетом отслеживать их действия, поправляя. Год-два и они вполне уверенно смогут манипулировать некоторыми серьёзными плетениями, одним или двумя, дальше им поможет только практика.

Следующие дни, вся тройка инициированных одарённых старательно «пыхтела» над тем, чтобы зарядись пустые кристаллы кварца, пусть учатся, это одно из главных умений, что они должны овладеть. Хотя тот же Мик уже на третий день смог использовать истинное зрение, полдня тренировок и он смог научиться отключать и выключать его при необходимости. А причина, почему мы так задержались, кралась в трёх детях, что уже были инициированы святошами. Вот с ними мне пришлось повозиться, пока они не научились контролировать грубосплетённые самими собой сетки и не закрыли отток магии. Если у святош были амулеты что позволяли находить магию, то эта тройка для них как маяк в ночи, да ещё они своей маной землю заражали, не надолго, дня на три, потом та постепенно рассеивалась, но след за нами всё же вёл, тот же «Урал» аж светился от пропитавшей его маны. Сейчас всё, сетки заработали, и отток маны у них прекратился, а то они уже квелые бегали, не могли остановить потерю и опустошали личные источники до конца. Ещё бы неделю-вторую и это для них могло плохо кончиться, умерли бы от магического истощения.

Кстати, общаясь с детьми, особенно с этими одарёнными я понял, для чего святошам нужны были дети и как они их используют. Если и сжигали кого, то только тех, у кого слабый Дар, а сильных, как эту тройку, пятый уровень у всех, они инициировали, и раз в неделю укладывали на алтарь, после которого все дети были на грани магического истощения, именно так я понял их детские объяснения. То есть эти дети были для них банальной батарейкой, а потом когда высушивали их досуха, просто сжигали как отработавший инвентарь. Вот такие они твари.

Помимо этого я проводил уроки обращения с оружием, с короткостволом и ПП, используя как пособия свой «Грач» и «МП» Вольта. Учил только тех детей, что старше десяти, таких семеро набралось, но и остальные что собрались вокруг нас внимательно слушали. Проводил я эти уроки не по разу, но собирались всегда, им тоже интересно было. Помимо этого учил пользоваться современной техникой, в основном магнитолой в машине, вот уж её гоняли во всю, чуть до разрядки аккумулятора машины не дошло, приходилось запускать движок для зарядки.

Так же вызвал гараж, откуда недавно и забрал «Урал», пополнил запасы топлива, провёл регламентные работы, боеприпасы и оружие тоже пополнил, теперь у Вольта, Мика, Беллы и у ещё троих детей, что делали успехи в освоении оружия, на поясах находились кобуры с пистолетами. Выбрал обычный «ПМ», им в самый раз. Ну и постреляли из них, как без этого? Почти тысяча патронов шла на обучение, но зато ученики набили руку в чистке и освоении этого оружия. Перед самым отъездом я всё же провёл обучение старших детей, давая им знания офицеров разных родов войск.

Так же я переодел всех детей под свой стандарт, самые малые размеры униформы ушли Мику, Белле и ещё четверым, там даже ушивать не пришлось, да и обувь по размеру нашлась, так что дети мало чем отличались от солдат, форма, амуниция и оружием, разве что возрастом. А вот для тех, кто младше, девчата, вооружившись иголками и нитками форму ушивали. Другой одежды у меня не было, а то что на них было, даже обносками назвать стыдно. Обувь не всем подходила, даже минимальный размер, так что часть малышей так и бегали босиком, им было привычно.

Теперь по гигиене. Я сдержал своё слово и серьёзно занялся их воспитанием в этой сфере, культуры. Теперь у каждого ребёнка был личный рюкзак. Для этого подошли десантные-однодневки, причём подписанные, чтобы знали, чей тот или иной и кому принадлежит. В рюкзаке были, полотенце, зубная паста, зубная щётка, кусок мыла, солдатские котелки с кружкой и ложкой, у некоторых боеприпасы в узелке и запасное бельё, у кого подходило по размеру. За гигиеной я следил пристально, старшим наказывал наблюдать за младшими. Так что чистота залог здоровья усвоили даже малыши. Некоторых, между прочим, постриг, парней покороче, как у меня было, девчатам даже причёски сделал.

У инициированных одарённых пока подвижек не было, как я уже говорил, только Мик научился пользоваться истинным зрением, а заряжать кристаллы не научился пока никто, мы собрались и, вернувшись на дорогу, поехали дальше. Если так и будем тут находится, то ещё чего доброго святоши нас обнаружат, уверен они нас ищут.

Всё же я не учёл коварства этих сволочей, оказывается, они давно наблюдали за нами со стороны, накапливая силы, а когда мы покинули лагерь, просто экстренно перекинули силы и организовали засаду у нас на пути. Мы попали в классическую ловушку. Спустившись с холма в ложбину, направились к противоположному склону, что находился в полукилометре от нас, когда я заметил на вершине мельтешение и экстренно нажал на тормоза. Это нас спасло, до волчьей ямы мы не доехали всего метров сорок. Слева был глубокий овраг, не спустишься, справа кустарник с редкими деревьями и метрах в шестистах крутой склон. Подняться наверх можно было или впереди, или позади.

— Что будем делать? — спокойно спросил Мик, привычно взводя затвор автомата и поднимая прицел подствольника.

Времени после обучения языку прошло достаточно, поэтому я дал Мику следующие знания, офицера разведвзвода десантного полка, со всеми умениями и опытом, такие же знания получил Вольт, Белла и ещё трое. Они были вооружены «АКСУ» и «Винторезами», и только у Мика был подствольник на его «калаше».

— Засада — задумчиво пробормотал я, наблюдая в зеркало заднего вида, как позади на холме возводят засеку, быстро собирая бревенчатые срубы, и устраиваются лучники.

— Да вижу что засада, вон впереди дорога немного вспучилась, точно там яма с кольями… — сказал Мик. — А я предлагал взять ещё «бэтр» иди «бээмпэшку». Сейчас бы пригодились. Я бы за руль сел, Вольт за наводчика и Белла командиром, опыт то есть, да и потренировались, гоняя у лагеря.

— Угу, а кто на танке пол леса повалил и в речку его загнал?

— Это дерево упало и зарыло Вольту обзор, но ведь сами выбрались же… и машину помыли, хоть и случайно.

— Без техники обойдёмся. Значит так, берём «агээсы», ты по тылу работаешь, мы с Вольтом по передней полусфере, Белла и её девчата со своих «ВСС» нас прикроют.

— Работаем — кивнул Мик и следом за мной покинул кабину.

Я уже поставил задачу по рации, так что при нашем приближении двери распахнулись, и я принял первый тяжёлый агрегат, потом второй и третий. Подготовиться мы успели, вооружение изрядно полнили, так что с этим проблем не было.

Пока мы готовили оружие к бою, подсоединяя улитки, Белла устроившись на крыше кунга, открыла огонь, выбивая командиров. Триста пятьдесят метров до тех, что устраивались у нас в тылу, это расстояние для эффективной стрельбы, и девочка это ясно показывала, и хлопки не прекращались ни на секунду, от противника доносился только вой и крики раненых. Рядом с Беллой сидело двое парнишек, и снаряжали магазины, подавай ей и ещё двум снайперам, что устроились неподалёку от машины, полные.

Через двадцать секунд, когда все три «АГСа» были приведены к бою и мы открыли огонь, девочки собрали богатый урожай, уничтожив порядка двадцати пяти солдат противника. Мелькали там и плащи святош, вот их девчата выбивали первыми, припоминая им всё.

Основная молодёжь пряталась в кунге, а то уже первые лучники начали спускать свои стрелы, когда открыли огонь мы. Осколочные гранаты роями осыпали противника, выбивая в засаде целые бреши. Стрелять из этого оружия умели все, хотя и делали это в первый раз, спасибо внедрённым знаниям. Белла так вообще корректировала стрельбу Мика с кунга, отчего его стрельба была на удивление эффективной. А вот мы с Вольтом, просто тупо расстреливали холм, корректировать нам стрельбу было некому, верхушку мы не видели и не контролировали. Только чуть позже, когда одна из обученных девчат-снайперш с рацией отбежала в сторону и, забравшись на дерево начал корректировать наш огонь, эффективность возросла, и святоши начали отходить. Потери у них были серьёзные, более трёхсот человек, но и боеприпасов мы выпустили прилично, все четыре боекомплекта, даже пополнить его теперь было ничем, цинки пустые.

Святоши тоже видели, как мы работаем и послали группу солдат ликвидировать нашего корректировщика, лучники им не помогали, да и осталось их мало, первыми выбивались «ВОГами». Но и с этой идеей у них ничего не вышло, солдат мы быстро обнаружили, сперва накрыли гранатами, а потом и снайперы поработали, так что все восемь армейцев так и остались лежать в уничтоженном разрывами гранат кустарнике.

Дальше просто, собрали оружие, убрали его в кунг и, объехав яму на дороге, маскировка была так себе, видно что второпях делали, поднялись на холм, с трудом объехал место бойни, хотя всё же похрустеть костями и пришлось, ну никак все трупы объехать не получалось и выехав на дорогу прибавили ходу. Раненые у нас были, отрицать этого не буду, но одно попадание в ногу, которая была пробита стрелой насквозь, и прямое попадание стрелой в броник Беллы, отчего она кашляла кровью, быстро было залечено «средним исцелением», даже шрамов и синяков не осталось. Девочка-корректировщица, которой и прострелили ногу, пришпилив её к столу дереву, больше убивалась, что ей попортили такую красивую форму и теперь нужно её штопать, ну отстирать от крови, как без этого.

Дальше нам никто не встретился, уцелевшие святоши из засады отошли в сторону. Дав нам выход и только проклинали нас глядя как мы удаляемся. Этого я не слышал, скорее предположил.

Буквально через шесть километров наша дорога вышла на тракт местного баронства, королевство гоблинов мы уже покинули, и дальше мы покатили по нему. Нас никто не останавливал, только с испуганными криками разбегались в стороны и даже на каменном мосту через реку с крутыми берегами мы проехали свободно, пересекли городок и выехали к побережью, впереди была безбрежная гладь океана.

— Куда сейчас, учитель? — спросил сидевший рядом Мик.

Он, как и я был в одних пятнистых штанах и берцах, десантной полосатой майке, с броником поверх и разгрузкой. В руках у него был привычный «АКМ» который он прикладом упёр в пол. Чем дальше к океану, тем становилось теплее и сейчас даже в тени тут было плюс тридцать не меньше, жарко очень было. Вон, Мик привычно стянул с головы кепи и вытер ею мокрое лицо, после чего водрузив её на голову, отстегнул фляжку и сделал глоток.

— Тянуть не будем, ищем пустой участок берега, организовываем лагерь, потом я выведу из хранилища эсминец, перебираемся на него и сразу отплываем. До соседнего континента дней десять пути, так что ещё есть время на всё про всё.

— Тогда надо правее, там дальше крыши какого-то села виднеются. Ну или города. Не понятно, далеко — достав их чехла бинокль, пробормотал Мик.

— Согласен. Тем более вон развилка… Кстати, горючее у нас к концу подходит, до побережья по прямой ещё километров двадцать, а проехать нужно и того больше. Сейчас на развилке встанем, там обзорность хорошая, заправляемся и едем дальше. Ты за руль, твоя очередь, а пока организуй оборону.

— Сделаем — серьёзно кивнул Мик.

Мик и Вольт заняли позиции по бокам от машины, две девчушки с винтовками поднялись на кунг и под их присмотром я заправил машину, залив все остатки топлива, что у нас было. Опустошив восемь канистр, я только до половины заправил бак, но нам и этого хватит с лихвой.

— По машинам! Ты за руль — скомандовал я и занял место пассажира, поставив пулемёт у ног.

Мик уже освоился с управлением этой машины, так что, плавно тронув её с места, набирая скорость, повёл по дороге, свернув влево, нам нужно было объехать городок, что находился на побережье на излучине реки, так что мы уходили в сторону. Откинувшись на спинку сиденья, я лениво поглядывал вокруг, отдыхая душой и телом, а то действительно выматывался сидя за рулём, ладно хоть смену подготовил. Вернее дал знания и они стали на практике их осваивать. Хм, может организовать мотострелковый полк из одарённых, вооружить их современным оружием и бросить против святош? Каковы у них шансы будут против тяжёлой бронетехники? Пожалуй, что никаких. Интересная идея, нужно её обдумать.

Пару раз мы уже привычно встречали деревенских, пять раз всадников, но благополучно с ними разминулись, благополучно для них, и выехали к побережью. Вдали виднелась какая-то рыбачья деревушка, на волнах плясали баркасы и лодка, но они нам не мешали. Когда «Урал» на малом ходу скатился с крутого обрыва и, хрустя галькой, поехал вдоль прибоя, я осмотрелся и велел водителю:

— Всё, тормози, нормальное место. Пляж широкий, есть, где развернуться.

Мик послушно остановил тяжёлую машину, заглушил двигатель, открыв дверцу, встал одной ногой на порог и, осмотревшись, сказал:

— Зря мы тут встали, волны высокие на берег накатываются, лодку перевернуть может. Нужно было на реке вставать, там, где она впадает в океан, таких волн нет.

— У каждой реки деревни или городки стоят, думаешь, местные дадут нам там спокойно развернуться? Придётся эти селения вырезать.

— Это тоже верно — согласился он со вздохом. — А если не занятую бухту поискать?

— А есть чем?

— Тоже верно, был бы беспилотник или вертушка, шанс найти был бы. И тем и тем я управлять умею… Вроде бы, опыт-то только теоретический.

— Все умеют — подошла к кабине Белла, и уже обратилась ко мне. — Что делать будем? Лагерь разбиваем?

— Да, — кивнул я. — Мик, займись обороной.

— Есть — машинально козырнул он, и тут же стал командовать, отправляя на верхушку обрыва снайперов и наблюдателей. Трое парнишек потащили туда «АГС» с последней не расстрелянной улиткой, а Белла занялась организаций лагеря и кормёжкой. Пока разводили костёр, я подошёл к прибою и, достав из сумки лодку, стал качать её ножным насосом. Наконец она была накачена, я оставил всё вооружение кроме пистолета на берегу и, забравшись в это резиновое изделие, погрёб подальше от берега.

Всё же в чём-то Мик оказался прав, меня трижды чуть не перевернуло волнами, пока я активно грёб вёслами, но чем дальше от берега, тем они становились пологее и только раскачивали лодку. Отойдя на большие глубины, почти на километр от берега, когда даже зелёная масса грузовика стала крохотным пятнышком, я достал баул-хранилище и алмаз для разворачивания. Через минуту баул был открыт. Со стороны наверное это смотрелось несколько странно, вдруг на воде появилась огромная явно матерчатая хламида, с большим зевом и из него вышло задним ходом что-то серое с рубленными чертами, а где-то и плавными.

Как только Васильев вывел эсминец, я свернул баул и убрал его вместе с алмазом в сумку. После чего поднявшись на борт, не забыв лодку, её я спустил и тоже убрал в сумку, отдал приказ капитану встать поближе к лагерю на берегу и взять его под охрану всеми возможными системами вооружения. Друзей у нас нет, разрешено открывать огонь по всему, что попытается приблизиться. После этого я спустился в моторную шлюпку и на ней отправился к берегу. Преодолел прибой и волны, после чего на небольшой скорости ткнулся в галечный пляж, дети, что разделись почти до нага, тропики почти, помогли мне вытащить шлюпку подальше на берег. К этому времени Васильев сблизился с берегом и красавиц эсминец встал метрах в четырёхстах от берега на двух якорях. Рыбаки что работали до этого неподалёку, предпочли поднять сети и уйти как можно дальше, вообще вернувшись в деревню.

— Как ужин? — спросил я Беллу, направляясь к машине. Нужно на ней подняться на крутой берег, развернуть там гараж и загнать хорошо поработавший грузовик на место в бокс, ну и боеприпасы пополнить не мешает.

— Почти готов.

Пока я поднимался на верх, Вольт занял место водителя и по нашим же следам, врубив все колёса, на пониженной, всё же поднялся на косогор, и подогнал грузовик к только что развернувшемуся гаражу. Потом мы недолго поносили ящики с продовольствием и боеприпасами на берег, нужно пополнить арсенал эсминца, там оружие только времён второй мировой войны, да и то штатовское, вот и носили всё до чего рука дотянется, Белла как раз с вязанкой «шмелей» спускалась по крутому склону, где дети успели набить тропинку. Медленно у шлюпки прямо на берегу начал подниматься штабель из ящиков, коробок и средств вооружения.

Свернув склад и оставив привычный котлован его месте, я дождался, когда одна из девчушек спущенная мной вниз подберёт пакетик хранилища и алмаз, поднял её наверх, и мы вместе направились в лагерь, где уже был готов ужин. Ночевать мы решили всё же на корабле, там были комфортабельные кубрики, можно разместиться с комфортом. Так мы и поступили.

Нагрузив шлюпку частью вещей из штабеля, я поднял на борт шлюпки четырёх малышей и одного из старших детей, из тех, что прошли военную подготовку и обучение, к тому же я на всех надел спасательные жилеты, на корабле они оказывается были, я не знал. Потом мы отошли от берега и, преодолевая волны, смогли-таки выйти на спокойную воду. Хотя обрызгало всех. Потом мы подошли к правому борту корабля, где был спущен трап. Сперва подняли на борт детей, а потом уже и груз. Дальше дети под командованием Васильева начали переносить весь груз и вооружение по складам, в продовольственный или арсенал. У Васильева с этим было строго, педант ещё тот. Ну а я на пустой шлюпке, где только спасательные жилеты лежали, отправился обратно. По всем прикидкам мне рейсов семь-восемь сделать нужно было.

Примерно так и оказалось и последний девятый рейс, когда я уже набрался опыта плаванья у берега и преодоления прибоя, то совсем стемнело. За это время капитан уже разместил новобранцев и пассажиров по кубрикам, у меня естественно была капитанская каюта и те сейчас осваивались на корабле. Кстати, часть учеников я включил в экипаж. Оружие капитан им естественно не доверил, так что бегали со швабрами, наводя лоск. Правда уже стемнело, и поднимали мы остатки груза уже при свете прожекторов, да и шлюпку на талях тоже поднимали совместно. Дальше Васильев снялся с якорей, и мы стали на медленном ходу удалятся от берега, тут стоять я посчитал опрометчивым, опасно, а уйдя от берега километров на двадцать, там и легли в дрейф. Сегодня отоспимся, а с завтрашнего дня начинаем осваивать боевой корабль и наконец, направимся к закрытым континентам.