Восемь дней спустя. Москва, кабинет наркома НКВД Берии Лаврентии Павловича.

После вышедшего секретаря в кабинет к наркому прошёл невысокий, но крепкий телом командир госбезопасности. При каждом его движение под форменной материей перекатывались бугры мускулов. Да и по движению было видно, что он очень серьёзный и опасный боец, однако занимал он должность отнюдь не боевика, а аналитика.

Видимо наркому не доводилось видеть на лице этого командира столько озадаченности, поэтому он удивлённо поднял брови и спросил:

— Что случилось Сергей. Новый прорыв, или ещё один из армейцев «проверенных революцией» к немцам переметнулся?

— Нет, Лаврентий Павлович, тут другое. В последнее время участились случаи перехода линии фронта окруженцев, которые несли всякую чушь. Они все говорили, что встречались с магом из другого мира и тот их наделил разными способностями.

Озадаченно слушавший подчиненного нарком, общая усталость и красные глаза которого показывали, что он не спит уже продолжительное время, спросил:

— Померещилось?

— В том то и дело что нет. Я отправил запрос всем частям, не многие смогли ответить, сами понимаете как сейчас со связью при отступлении, но получил ещё несколько дополнительный фактов. Я их зачитаю… Двадцать шестого июня под вечер к нашим пробилась на трофейной технике моторизованная группа лейтенанта Архимова, после допроса у особистов, не смотря на то, что лейтенант и часть его бойцов были опознаны, он сам и двенадцать его подчинённых были расстреляны как немецкие агенты. Ситуация там так сложилась. Был получен сигнал на отход, две дороги порезаны, а что с этими делать не знали, вот и расстреляли. Те утверждали, что немецкому языку и знаниям немецкой технике они обучились у мага из другого мира.

— Это единичный случай расстрела свидетелей?

— К сожалению нет, первый из трёх.

— Продолжай.

— Следующие несколько дней среди окруженцев не встречалось никого, кто бы сообщал о маге, а вот после двадцать девятого июня они пошли валом. По примерным прикидкам линию фронта перешло около ста двадцати групп, которые встречались и главное общались с неизвестным магом. Общая численность красноармейцев и командиров около двенадцати тысяч. Что странно, теперь все они говорят на немецком языке не хуже самих немцев, и знают их уставы и технику. Были проведены множественные проверки для опознания и в большинстве случаев всё подтвердилось. Простые бойцы и командиры, которые и русский то не очень хорошо знали, это я и тех, что из Азии и Кавказа, начали говорить на немецком или проявлять буквально чудеса военного искусства. Но это ещё не всё. Тридцатого июня через линию фронта прорвалась и влилась в одну из отступающих колонн, группа окруженцев под командованием подполковника Дружинина. Пока ещё идёт проверка, но по утверждению наших людей, что находились в группе Дружинина, маг действительно был и продал врачам санитарного эшелона, который волей судьбы оказался на оккупированной территории, магические предметы и вылечил всех раненых. Он же снабдил их техникой, продовольствием, вооружением и униформой.

— Где сейчас эти врачи?

— Нам удалось их эвакуировать, и сейчас они летят под прикрытием звена истребителей к нам. Через час должен сесть на нашем аэродроме под Москвой. Все магические предметы находятся в опечатанном сейфе.

— Что они делают?

— По сообщению наших людей, лечат. Лечат всё. Был случай, по бойцу проехал танк, фактически разделив его на две половинки, так этим амулетами, как их называют, его вылечили и уже через пять минут он вернулся в строй. Свидетелей этому больше двух сотен человек. Более того одни из наших сотрудников заснял тот момент на свой фотоаппарат и везёт снимки. Он сопровождает медиков.

— По прибытии провести полное расследование, опросить врачей и провести анализ этих, хм, магических предметов с практикой, потом доложите мне.

— Кхм — прочистил горло командир. — С практикой не получиться, практически все магически предметы разряжены. Во время четырёхдневных отступлений с колоннами окруженцев под ударами авиации противника, пока мы не смогли их эвакуировать, врачи использовали все возможности выкупленных ими у мага средств для лечения. Их тогда взял под своё крыло начальник медицинской службы фронта и, осознав, что попало ему в руки, заставил лечить раненых. Причём только командиров, из-за их острой нехватки.

— И как?

— Восемьдесят шесть командиров в тот же день вернулись в строй, но магические предметы разрядились. Сейчас происходит зарядка, на это требуется ещё пять дней. Всё это было в рапорте на ваше имя от нашего сотрудника.

— Его данные?

— Лейтенант Волошин, особист в истребительном полку двенадцатого армии генерала Червиченко. Был ранен во время прорыва немецких мотоциклистов с бронетранспортёром к КП полка. Прорыв был ликвидирован, всех раненых включая Волошина отправили тыл, ему посчастливилось попасть в этот эшелон.

— Выяснили, почему этот маг исчез на столько дней?

— Да. Ещё от расстрелянного Архимова, потом Волошин подтвердил. Он был ранен и лечился. Раны не физические, что-то у него там своё было.

— Описание имеется?

— Даже несколько снимков сделанных незаметно для мага, но их ещё везут, будут чуть позже. Словесное описание такое. На вид лет шестнадцать-семнадцать, невысокий, телосложение стройное, черты лица правильные. Короткостриженый шатен, карие глаза, полные губы. По словам двух бойцов осназа что оказались среди вылеченных раненых, по движениям очень опытный боец. Ходит в странной униформе со множеством карманов и явно армейской панаме, имеет оружие на боку неизвестной системы, но пистолет точно, представляется всем графом Арни Ки Соном, магистром боевой магии. По докладу подполковника Дружинина, он сбил яркими светящимися шарами шесть немецких бомбардировщиков, что летели над ними в сторону фронта и помог захватить моторизованную колонну немцев, из нескольких единиц бронетехники и десятка грузовиков. В плен попало около двухсот немцев. Тот их просто парализовал, и они не могли пошевелиться. После этого маг велел уничтожить всех немцев. Но его приказ не был выполнен. Выжившие и восстановленные политруки, говорили, что это не правильно убедив большую часть бойцов и командиров. Только чуть позже по приказу Волошина немцы были ликвидированы, но до этого это испортило их отношения с магом, и тот, постаравшись побыстрее им помочь, просто исчез.

— Это всё было в одном рапорте?

— В тридцати трёх, я проанализировал все доклады, что шли наверх и приказал доставить их ко мне как можно быстрее из штаба фронта. Но более полный и развёрнутый был доклад именно Волошина. Он смог его передать через подбитого лётчика истребителя. Тот сел из-за небольшой поломки в поле и чинился, когда на него наткнулась одна из наших отходящих колонн. К тому моменту я уже отправил запрос сообщать обо всех подобных случаях, так что через два дня рапорт лейтенанта был у меня на столе. В докладе Волошина так же сообщается, что планы мага распространяются на те наши армейские склады, что остались на оккупированной территории и не были уничтожены.

— На что они ему и как он их собирается вывозить?

— Это пока не известно, но для чего они ему, Волошин в курсе. Тот собирается все эти склады продать нам, то есть лейтенант дважды подчеркнул, не передать, а продать. Единственное средство для обмена, который он принимает, это драгоценные камни, и чем крупнее, тем лучше. Врачи то медицинское оборудование купили именно за счёт своих камней, что выковыряли из драгоценностей, из перстней, колец и серёжек. Плату он принял и честно продал некоторые магические предметы.

— Что лейтенант говорит о самом маге?

— Себе на уме. Пока не заплатишь, не пошевелится, но раненым в случае нужды поможет без платы. В рапорте была приписка, что со слов мага, если бы он хотел, то уничтожил наступающие немецкие армии в течение одной недели, но добавил, что у нашего государства просто нет столько камней, чтобы заплатить за разовую работу.

— Цену набивает?

— Думаю, намекает, что разбираться со своими проблемами мы должны сами, по мелочи поможет, в остальном… у нас средств не хватит.

— Ясно. Значит так, как только прибудут врачи, и эти предметы, доставите их сюда. Хочу сам пообщаться со свидетелями.

— Хорошо. Кстати, Волошин тоже прошёл обучение у мага и кроме знаний немецкого языка, он и раньше на нём говорил, но плохо, получил знания офицера командира моторизованной роты с опытом ведения войн, и командира танка. Все три умения он во время отступления, как и другие обученные магом окруженцы применял не однократно, отчего они несли минимальные потери, а противник довольно существенные. Работали они из засад.

— Как проходит обучение? — заинтересовался нарком.

— В рапорте Волошина этого не было, только количество прошедших обучение, но в рапортах других окруженцев, было подробное описание этого процесса. Тот касался магическим амулетом, в который вложены знания, лбов наших бойцов и командиров. Их скручивало и они теряли сознание. Приходили в себя через десять минут, за час знания осваивались. По словам одного из окруженцев, майора, командира стрелкового полка, его группа из ста тридцати бойцов и командиров, причём половина была из тыловых подразделений полка, после обучения навели шороху на дорогах, уничтожая транспортные колонны противников и благополучно уходя в леса. Так вот, он утверждал, что с таким обучением теперь не требуется тратить месяцы и годы на подготовку пехотинцев, артиллеристов, танкистов и лётчиков. Неделя на взаимодействие и всё.

— А он что, и лётчиков учил?

— Да, у него были знаний от немецких лётчиков, истребителей и бомбардировщиков, видимо отлавливал со сбитых. Двенадцать наших лётчиков, что вышли из окружения, теперь отлично знают технику пилотирования немецкой техники, как и её саму. Пока применения для их новых знаний не нашлось. Всех отправили в тыл, в ЗАПы.

— Подожди, если он ничего бесплатно не делает, то почему помогал окруженцам?

— Он не бесплатно их лечил и помогал, а требовал, причём всегда, плату. Правда взять с окруженцев было нечего, и он зачастую брал или пуговицы в качестве платы или охотнее красноармейские звёздочки из пилоток. Как выяснилось чуть позже, он из них делал амулеты. С учётом того что на складах этого добра много, плата скорее принципиальная.

— Ещё что-то?

— Это всё что мне удалось получить из рапортов с фронта.

— Ясно, оставьте мне папку, я сам изучу их на досуге. Если будут, какие новости, или появится этот маг, немедленно сообщите мне.

— Есть.

Секретарь наркома уже несколько раз сообщал, что на приём проситься один из его замов со срочным сообщением, поэтому отпустив аналитика, тот велел впускать зама, убрав папку в ящик стола.