Воскресение, 15 июня.

Ударил гулкий, раскатистый выстрел. Возле левой ноги Стаса взорвалось облачко пыли, звякнула пуля, сверкнула искра.

Корнилов остановился. Он держал ладони на уровне плеч.

На лице у него было снисходительное, обманчивое спокойствие.

Его взгляд был устремлен в приоткрытое окно на третьем этаже усадьбы цветовода.

-Фабиан.-позвал Стас.-Это я, майор Корнилов. Мы беседовали с вами неделю назад...

В приоткрытом окне шевельнулся силуэт.

Стас шагнул вперёд. Ещё один выстрел выбил серо-бурую пыль.

Зыбкое, грязное облачко плавно расплылось по воздуху.

Стас вздохнул, подавил волну раздражения.

Бойцы спецподразделения, рассредоточились вдоль забора.

Один из них показал Стасу несколько, безмолвных жестов:

«Снайпер видит цель».

Стас отрицательно, едва заметно качнул головой.

-Фабиан.-снова позвал он.

Тишина. Стас слышал свое сердцебиение. Взволнованное, но не интенсивное. Он не чувствовал паники. Скорее опасение, и вместе с тем решительность.

Фабиана нужно взять живым. И он, Корнилов, обязан придумать, как это сделать.

-Фабиан,-повторил Стас.-Я не знаю как тебе сейчас, но знаю, что ты боишься наказания за убийство этой девушки.

Ответом ему была враждебная тишина. Но выстрел не прозвучал. Корнилов отметил это. Шагнул вперёд.

Тишина.

Стас смотрел на окна. Он почувствовал, как по шее медленно стекает, одинокая капелька испарины.

Он не видел Арманда, но знал (и чувствовал), что тот в него целиться.

Он прошел дальше. Остановился.

-Арманд.-произнёс Стас.-Я не знаю за, что вы убили Кунке... Но я знаю, что скорее всего, она вас разозлила. Вы пришли в бешенство. А когда увидели, что наделали, вами овладел страх и паника.

Вы представили, что с вами будет за это убийство. Вы представили, как вас арестуют и посадят.

Корнилов помолчал. Он сделала паузу. Он дал Фабиану возможность ответить.

Арманд не воспользовался этой возможностью.

Стас еще приблизился к усадьбе. Он был во власти прихоти перепуганного старика и его дворецкого.

Теперь они оба были уверены, что контролируют ситуацию.

-Я знаю, что вы боитесь тюрьмы,-продолжил Стас, разглядывая окна.-Вы твёрдо уверены, что вы никогда оттуда не выйдете.

И хотя в голосе Стаса звучал безжалостный металл, одновременно он допускал в свои слова толику сострадания и участливости.

Фабиан, как любой другой на его месте, жаждет сочувствия и понимания. Прежде всего.

Он хочет их услышать, почувствовать. И он их услышит.

-Вы представили себе самые ужасные события, которые могут с вами там произойти.-продолжил Корнилов.

Он не двигался дальше. Он уже прошел достаточно. И сокращать дистанцию не собирался.

-Не найдя ничего лучше, вы схватились за оружие и открыли огонь по офицеру Уголовного розыска.

Стас заметил, как втором этаже шевельнулась штора, сверкнул, случайный, тусклый блик.

Корнилов не задержал взгляд на этом окне. Кто бы там не был, Фабиан или его дворецкий, он не должен видеть, что его заметили.

-Арманд, я хочу обратить ваше внимание на то, что пока, что вы ещё не перешил ту красную черту, из-за которой уже нет возврата.-говорил дальше Стас.

Налетевший сзади ветер взъерошил его волосы, одёрнул воротник рубашки, прижал ткань одежды к телу.

-Арманд, я не буду уговаривать вас сдаться. Я только замечу, что убийство, совершенное в состояние аффекта может классифицироваться судебным психиатром, как временная невменяемость. Вы меня слышите? Знаете, что это означает? У вас пока ещё есть возможность с помощью своего адвоката представить дело именно так.

Стас не спешил. Он выдерживал паузу.

Он знал, он был уверен, что сейчас Фабиан слушает его с панической тревогой и бьющейся в такт сердцу, робкой надеждой.

-И тогда тюремный срок вам могут заменить на принудительное медицинское лечение. Уверяю вас, это куда лучше, чем тюрьма строго режима, в которую вы рискуете попасть, продолжая сопротивление. Как я уже говорил, я не буду вас убеждать и уговаривать. Но, я предупрежу. Если вас посадят, вы сядете в камеру к землякам убитой вами гражданки Есимовой. И они будут знать за, что вы сидите.

С этими словами Стас опустил руки.

-У меня всё, Арманд. Выбор за вами. Сейчас я медленно пойду назад. Когда я выйду через ворота, возможность, о которой я говорил, утратит свою силу. И тогда, Фабиан либо вы ответите по всей строгости, либо вы погибнете в процессе штурма.

Корнилов развернулся и не спешными шагами направился обратно.

Он не торопился. Ступал не спеша, вальяжно. Подошвы его ботинок с короткими шорохами соприкасались с брусчаткой во дворе усадьбы.

Его сердечный ритм звучал размеренно. Корнилов вызвал в себе показное безразличие к судьбе Арманда.

Он хотел задеть его.

Он дал ему возможность выбора. Человек в положении Арманда, должен иметь возможность выбора. Пусть и мнимую

А ещё он должен видеть и осознавать, что Корнилова устроят оба варианта исхода событий. Он должен видеть, что Стас не намеревается прилагать усилия для его добровольной сдачи или пытаться увещевать его.

Выбор был за Армандом.

Стас пересек половину двора.

За его спиной со стуком распахнулась дверь.

Стас обернулся и встретился взглядом с Армандом.

Тот выронил винтовку. Оружие перелетело вниз по ступеням, упало на брусчатку. Сам Фабиан сделал несколько, уверенных шагов, затем замер и кривясь, бессильно, тихо и горько разрыдался.

                                                        ***

Комната для допросов освещалась мягким, но не тусклым светом.

Блики желто-белого освещения стелились по гладким стенам, расползались бледными пятнами по столу.

Фабиан нервничал. Он, пребывая в мнимом одиночестве, вертелся на стуле, смотрел по сторонам.

Взгляд у него был затравленный, перепуганный и не много сумасшедший.

Человек, осознающий, что совершил, и какое наказание за это может последовать.

-Он не убивал раньше.-не громко, но категорично произнёс Стас.

Он наблюдал за Армандом через зеркало Гезелла.

Стоящий рядом со Стасом генерал Савельев смотрел на Фабиана с нескрываемым сердитым, осуждением.

Антон Спиридонович искоса, чуть нахмурив брови задумчиво взглянул на Корнилова.

-С чего ты взял? А если он ломает комедию? Как было до этого...

-О не ломал комедию.-не отводя взора от Фабина сказал Стас.-Он был вполне искренен.

-Он убил девчонку, Стас! Восемь ножевых! Восемь! За что, скажи мне?!

-Потому, что она над ним смеялась.-вздохнул Стас.

-Чего?!-скривился генерал после паузы и тут же скривился.-Из-за чего? Че это она над смеялась бы?

Корнилов покачал головой.

-До Кунке Есимовой, Фабиан имел отношения с несколькими другими несовершеннолетними девочками.-ответил Стас и взглянул на генерала.-К тому же все они дети иммигрантов.

-На, что ты намекаешь?-не понял генерал.

-На, то, что шестидесяти двух летний, пожилой мужчина, чувствовал себя уверенным только с не совершеннолетними девчонками, при том из малообеспеченных и социально хуже защищенных семей.-объяснил Корнилов.

Генерал внимательно выслушал слова Стаса. Снова взглянул на Фабиана.

Худой, сгорбившийся и запуганно оглядывающийся, сутулый старик производил жалкое впечатление.

-А эта девочка...-Стас вздохнул.-Я полагаю Фабиан в силу возраста, мог испытывать определенные проблемы...  А Кунке видимо имела не осторожность хихикнуть или улыбнуться.

-И он её...-генерал поджал губы, с болезненной досадой кивнул.

-Его это уязвило и унизило.-подытожил Стас.-Он потерял контроль.

-Ты будешь его сегодня допрашивать?

-Через сорок минут.

-А чего ты ждешь?

-Пусть помаринуется.

Генерал хмыкнул.

-Не передержи.-бросил он, направляясь к двери.

-Конечно.-не оборачиваясь бросил Стас.

Генерал вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Стас открыл фотографии с места где Арманд ранил Кунке.

Восемь ножевых, подумал Стас.

Сеня рассказал ему, что девчонка добежала до ворот и упала прямо ему на руки.

Как она вообще могла бежать с восемью ранами в спине! Как вообще сохранила способность двигаться?!

Корнилов вздохнул.

Кунке была сильной. Сильной и волевой девушкой. Она отчаянно боролась за жизнь. Хотя борьба была проиграна, с тех пор, как она познакомилась с Фабианом.

Стас рассмотрел фотографии.

Смятая постель в спальне Фабиана, вся в пятнах и брызгах крови.

Растертыми, алыми мазками застыла кровь на ковре и стенах.

На полу белели осколки разбитой вазы, рядом лежали растоптанные цветы.

Чуть дальше на ковре валялись предметы декора и расколотая на двое рамка без картины.

Корнилов перевел взгляд на снимки с лестницы.

Ступени через одну были отмечены багровыми отпечатками ног.

Она прытко и стремительно, через силу, через боль бежала по лестнице.

Корнилов представил это почти в живую.

Он работает в УГРО уже больше десяти лет. И за это время он почти научился быть беспристрастным в отношении любых дел.

Его учили, что нет смысла убиваться из-за жертв преступлений, сочувствовать им и переживать за них.

Это влечет истощение. И потом, твоя работа не горевать вместе с ними.

А найти и посадить на скамью подсудимых, тех, кто виновен в горе этих людей.

Стас почти научился не сочувствовать. Почти научился не принимать близко к сердцу чужие беды.

Почти.

Когда он вошел в комнату для допросов, Фабиан нервно обернулся, вжал голову в плечи.

-Вы готовы, Арманд?-спросил Стас.

-К-к ч-чему?-заикаясь и теряя голос спросил цветовод.

-К разговору.-Стас закрыл дверь.

Он прошел к столу, положил на него папку с материалами дела.

Стас сел напротив Арманда.

Тот, сложив руки на коленях, ссутулившись ещё больше, глядел на Корнилова с жалобным, виноватым видом.

И подумать трудно, что такой взгляд может быть у убийцы.

Впрочем, может. Особенно, когда убийца совершил преступление в ярости, совершенно потеряв интернальный контроль над собой, и способность к осознанно-регулируемому поведению.

Фабиан испытывал страх и скорбь. Чувства свойственные убийце-дебютанту.

Не всем. Только тем, что не собирались убивать.

-Начнём.-сказал Стас, глядя в глаза Арманда.

Тот коротко, молча, покорно кивнул.

-Расскажите мне о Маро Басилашвили.-сказал Стас.

Взгляд Фабиана изменился. Вопрос Стаса подавиться собственным дыханием.

Глаза его расширились, брови выгнулись вверх, челюсть отвисла.

Цветовод взирал на Стаса с растерянным испугом. Взгляд его в этот момент был совершенно безумен.

-Откуда вы?...-начал он слабым голосом.

-Это вас не должно интересовать.-качнул головой Стас.-Лучше расскажите, мне как решились изнасиловать эту шестнадцатилетнюю девушку.

Фабиан несколько секунд смотрел на Стаса с открытым ртом.

Его расширившиеся зрачки метались из стороны в сторону.

Затем он быстро опустил взгляд. Голова его поникла.

Он уставился в стол.

-Я не хотел...

-Я верю.-перебил его Стас.-Давайте говорить о том, что в итоге получилось, а не о том, чего вы хотели.

Фабиан покивал головой.

-Я встретил её на одной из выставок цветов. Пригласил к себе. Она отказалась.

-И что вы предприняли?-спросил Стас, видя, что Фабиан замолчал.

Он сжал губы. Было заметно, как ему не хотелось об этом говорить.

-Я... Я...-он отвернулся, несколько раз, быстро моргнул глазами, словно пытался не заплакать.-Я похитил её. Точнее... я заплатил. У нас в стране есть люди, которые готовы...

-Да.-осклабился Стас.-Не сомневаюсь. Такие отзывчивые люди есть, пожалуй, везде. Дальше.

-А дальше всё просто.-пожал плечами Фабиан.-Я... Мой дворецкий,

Захар... он... он привязал её, чтобы я мог...

Он снова замолчал. Вздрогнул, словно собирался подавиться, но потом поборол этот позыв.

-Когда всё закончилось я... я её отпустил.

Он посмотрел на Стаса. Корнилов несколько секунд молча рассматривал его. А потом спросил, пропитанным холодной язвительностью голосом:

-Неужели?

Он открыл папку, лежавшую на столе. Вынул несколько фотографий.

-Эти снимки сделаны буквально двадцать минут назад. Мне прислали их на e-mail. Взгляните.

-Чт-то это...-заикаясь, невнятно пробормотал Арманд.

На фотографии была одна его оранжерей. Вокруг раскопанной земли валялись розы. А в неглубокой яме лежало почти разложившиеся, человеческое тело. Отчетливо были видны проступающие через истлевшую одежду и кожу, желто-белые, грязные кости.

Дыхание Фабиана сбилось. Он с дрожью снова приоткрыл рот. В ужасе уставился на Стаса. Затем ретиво замотал головой.

Он ничего не говорил. Он не мог говорить. Стас видел глубину его потрясения. И был уверен, что сейчас Арманд точно не придуривается.

-Экспертиза, разумеется ещё не готова,-продолжил он.-Но с очень большой вероятностью, это может быть тело шестнадцатилетней Маро.

Цветовод молчал. Стасу казалось, что он слышит неистовый ритм его пульса.

Лицо Фабиана покрылось мелкими, как песчинки, капельками пота.

Его лицо поблескивало под светом потолочных ламп.

-Фабиан.-вздохнул Стас.-Помимо этого тела, было обнаружено ещё одно, в другой оранжерее.

Стасу показалось, что цветовод перестал дышать совсем. Его складчатая, старческая кожа лица, сморщившаяся и высохшая от возраста, приобрела бледный, зеленовато-землистый оттенок.

Корнилов выложил ещё одну фотографию.

-Тоже свежая.-прокомментировал он.-А это может быть тело Зебо Мухаммадиевой.

Корнилов качнул головой.

-Ей было восемнадцать. Если верить данным, родители, как раз собирались выдать её замуж.

Фабиан оторвал взгляд от жутких снимков. Его лицо стало дряблым, глаза потускнели. На лице отражалась растерянность и печальная обреченность.

-Я не... Я не... не... н-не знаю...-в перерыве между судорожными вздохами выдавил он.-Я н-не знаю... н-не знаю.. я... это не я... не я... Я н-не...

-А кто?-тихо спросил Стас.

Фабиан моргнул, глядя на него.

-Что насчёт Захара?

-Он... я его... я его зн-наю...-покачал головой Фабиан, слова давались ему с трудом.-Он бы... Да нет... Не возможно...

-Не возможно?-переспросил Стас и вздохнув, достал третью фотографию.

Это был старый снимок, конца девяностых.

Снимок осужденного с порядковым номером в руках. Фото в профиль и анфас.

-Что это?-прошептал сраженный Фабиан.-Это... Это Захар?!

-Да.-кивнул Стас.-Осужден за убийства двух девочек-подростков. Отсидел восемь лет.

-А как же его выпустили?!

-Его никто не выпускал.-ответил Стас.-Это был побег. Ваш Захар, на деле Николай Ковальчук, уроженец Украины. После побега, сбежал на свою историческую родину. Но и там отметился похожими преступлениями. Вернулся в Россию под вымышленным именем. Кстати его мать давно умерла. Поэтому, когда он вам говорил, что ездил проведать её... Неизвестно где он был и чем занимался.

Фабиан выглядел жалко. Он выглядел уничтоженным.

-Я не убивал этих девочек.-глаза его слезились.-Да я...

Он со смешным щелчком сглотнул, его заостренный кадык подскочил.

-Да, я из... изнасиловал... изнасиловал ту девочку... Она... да! Да! Но я же... я же не убивал... я просто выгнал её... Я сказал Захару...

Он замолчал.

-Что вы ему сказали?-спросил Стас со вздохом.

-Отвезти её и оставить... где ни будь под Москвой.-Фабиан пожал плечами.-Но я не говорил...

-Значит Захар решил, что раз эта девушка вас не интересует, он может делать с ней всё, что угодно.

Фабиан смотрел на Стаса. Он не мог говорить. Он забыл все слова и способность издавать даже простые звуки.

-Захар...-снова сглотнув, медленно произнёс он.-Захар и есть... Р... Романтик? Он Романтик?!

Корнилов несколько секунд изучающей разглядывал Арманда.

-У Романтика есть стиль.-ответил Стас.-А ваш Захар простой мясник. Но, у него может быть раздвоение личности. Может быть ему нравиться одних убивать грубо, а убийство других обставлять с идеей и намеком на эстетику.

Стас правда не был уверен ни в том, что Захар не Романтик, ни в обратном.

Тем более, что Захар, а точнее Николай Ковальчук, до сих пор открывал рот, только чтобы произнести фразу: я хочу видеть своего адвоката.

-Я не знал...-прошептал Арманд.-Я даже не мог представить...

-Я вам верю.-кивнул Стас.-А вот судья и гособвинитель вряд ли.

Он с показным сожалением цокнул языком.

Фабиан таращился на него.

-Вы обещали мне помочь.

-Тогда мне ещё не было известно ни об изнасиловании, ни о телах в ваших розариях.-заметил Стас.

Арманд молча, часто дыша смотрел на него. Он силился увидеть в лице Стаса хотя бы намек на собственное спасение.

-Фабиан вас могут признать невменяемым. Отчасти.

Стас критично скривился.

-Но, боюсь, для замены тюремного срока на принудительное лечение, этого будет мало. Тем более, что на деле вы вполне адекватный и здравомыслящий человек. Вам пришьют соучастие в убийствах вашего Захара.

Фабиан продолжал таращиться на Стаса.

-Но, всё равно, у вас остаётся шанс избежать тюрьмы строгого режима.

-Как?-голос Арманда прозвучал с сиплым присвистом.

Он прокашлялся.

Стас не спешил. У него была идея, и важно, чтобы Фабиан согласился.

-Вы можете мне помочь поймать Романтика, Фабиан.

-Я?-старик как-то странно икнул и вздрогнул всем телом.-Я не знаю... Я же тут... Как я...

-Ваши цветы.-ответил Стас.

-Мои цветы?-осторожно переспросил он.

-Вам в ближайшие минимум пять-семь лет, увы, они точно не понадобятся.

Веки Арманда опустились, взгляд стал сонным, удрученным, лишенным интереса, лишенным надежды.

-Но зато представьте, что будут говорить люди, когда узнают, что цветы Фабиана Арманда помогли поймать Романтика.-проговорил Стас слегка мечтательным тоном.

Арманд отвёл взгляд.

-А вы можете пообещать, что общество узнает, о том, что были мои цветы?

Стас кивнул.

-Я приложу усилия.

Арманд пожевала губу, и скупо кивнул.

-Я согласен.