Ангелы Эво. Книга 1. Восставший разум

Приходько Александр

Роман о реально существующей научной теории, о ее носителе и событиях происходящих благодаря неординарному мышлению героев произведения. Многие происшествия взяты из жизни и списаны с существующих людей.

 

© Приходько А., 2017

© Издательство «Супер издательство», 2017

* * *

 

Октябрь, 1962 год

Вечер грубо и неотвратимо стирает привычные очертания уральского городка. Холодный осенний сумрак расползается по пустынным садам и улицам.

Тамара спешит на Рыболовную горку, врезающуюся мысом в водную гладь пруда. Этот окраинный пустырь, берег рыбачьих костров, недавно стал застраиваться частными домами. Тамара с мужем Георгием первыми справляют новоселье, на улице, названной Набережная.

Но вместо радости, на душе у девушки беспокойство. Ее тревожит скорый переезд на необжитое место, где не будет уже родительской опеки, где надо быть самостоятельной в ведении хозяйства. К тому же надвигается зима. Хотя это не главные причины волнения, основная же в том, что в утробе ее теплится новая жизнь. Тамара станет матерью. Как-то быстро и безвозвратно скрылось за поворотом судьбы беспечное детство.

Окраина встречает мрачно, неприветливо. Серые силуэты незаконченных строений гнетуще молчат. Как призрачные тени, замерли кусты и деревья, не нарушая мертвенную тишь ни шорохом, ни шепотом ветвей.

Тамара идет по дороге почти на ощупь, различая еле приметные колеи, словно прочерченные на черной земле еще более черной сажей. Новая бревенчатая изба светит и манит огнями окон, указывая путь, как маяк среди отчужденного мира.

Молодая хозяйка возвращается от родителей с приготовленным ужином для Георгия и печника дяди Саши, сложившего печь. Завтра ее должны затопить. Предощущение этого радостного события немного успокаивает девушку.

Она уже подходит к дому и вдруг слышит в тишине звонкий перелив колокольчиков. Звук быстро нарастает, доносится из-за поворота лесной дороги.

И вот навстречу, как страшная напасть, непонятно откуда взявшаяся, выскакивает тройка черных коней, высвеченных необычно белой дымкой испарины. Они летят на полном скаку прямо на Тамару.

Окружающий мир меркнет, и только этот надвигающийся ужас нарастает резкими импульсами, проявляясь все новыми и новыми фантастическими деталями.

Мгновение – и уже сверкают копыта, лоснятся смолью бугры мышц.

Мгновение – и возжигают тьму косматые гривы, словно черное пламя в белесом контуре искр.

Мгновение – и режут мрак огненные глаза летящих монстров, раздувающих ноздри.

Мгновение – и все заглушает металлический звон тысяч бубенцов.

Еще мгновение – и кони втопчут девушку в стылую дорожную пыль. Из глубины души Тамары вырывается крик, разбегающийся холодными мурашками по затылку и спине. Руки устремляются навстречу жуткому вихрю, а тело инстинктивно клонится в сторону.

Мгновение – и раздается неистовое ржание со свистом и визгом. Демоны ночи взлетают на дыбы перед нежданным путником. Тамара падает, сбиваемая с ног неведомой силой, увлекая за собой бешеную тройку.

Все исчезло, как будто и не было этого кошмара. Девушка медленно выходит из оцепенения и озирается вокруг, словно ища ответы на шквал вопросов: Что? Как? Откуда взялось? Куда исчезло?

Смятение и ужас сковывают разум, холодя нутро до кончиков пальцев. Хочется быстрее вырваться из объятий этого колдовства, и ноги сами, опережая мысли, несут в дом.

На кухне сидят Георгий с дядей Сашей и о чем-то спорят. Тамара появляется на пороге бледная, без платка, в запыленной куртке. От ее вида разговор мужчин обрывается на полу слове.

– Там кони… на меня наскочили кони… у самого дома… тройка с колокольчиками, – бессвязно объясняет девушка свое состояние. – Но они исчезли… передо мной… не знаю, что это было.

– Постой! – пытается осмыслить сказанное Георгий. – На тебя наехали кони или привиделись они тебе?

– Нет. Они были на самом деле, а передо мной растаяли, но не привиделись, так как я сначала услышала издалека звон колокольчиков, потом они появились из леса и прямо по улице понеслись, а увидев меня, на дыбы встали и пропали.

– Куда ж они делись? Может, мимо проскочили?

– Нет! Когда я падала, они за мной потянулись и в землю ушли… наверное.

– Ну и чушь ты несешь! Посмотри, какая темень на улице. Привиделось тебе все это. Беременным бабам обмороки – первое дело, – пытается вразумить Тамару муж. – Да и какие в наше время кони! На весь город одна тощая кобыла у старьевщика. Люди в космос полетели, на машинах ездят, а ты тройки выдумала с бубенцами.

– Ты постой, Георгий! – вмешивается в спор дядя Саша. – Она правду говорит, видишь – всю ее пылью окинуло. Такое бывает. Не всем, но многим случается в жизни подобное испытать, – и, обращаясь к девушке, старик добавляет: – надо было спросить в тот момент: «к добру или к худу?» – и свою судьбу узнала бы. Хотя, и сам я, однажды растерялся в подобной ситуации.

– Что, тоже коней видел? – удивляется Георгий.

– Нет, кое-что страшнее, – вздыхает печник, устремляя куда-то взгляд. – Давай выпьем, потом расскажу.

Мужчины выпивают, кряхтят, закусывают. Тамара садится рядом на лавку, расстегивает куртку. В нетопленном доме прохладно, но ее теперь одолевает внутренний жар и сердцебиение.

Рассказчик закуривает папиросу, держа ее между длинными морщинистыми пальцами. По его сухому сосредоточенному лицу видно, что он не собирается сочинять, а лишь вспоминает давно минувшее:

– Это было в моем детстве. Мы с ребятами любили по лесам и горам бродить. Однажды втроем ходили в поход на дальние Куролесовские болота. Глушь жуткая! Там и растительность какая-то своя, особая. Забрели в непроходимые черемуховые заросли. Залезешь на дерево, спрыгнешь, но до земли не долетишь, на перине из переплетенных веток повиснешь. Дурман пьянящий, что от черемухи, что от трав диковинных.

Бывалый путешественник, закрыв глаза, втягивает носом воздух, словно ловя забытый аромат.

– И вот наевшись вязких ягод до оскомины, выскакиваем мы на открытое место и прямо по пояс входим в какие-то лопухи, похожие на тарелки. Под ногами мох как вата, а сверху горища крутая над лесом красуется.

Счастливый участник тех событий с улыбкой восклицает, делая ударение на «о»:

– Чудно все! – и, немного помедлив, уже серьезно продолжает:

– Вот тут то и увидели мы такое, что на всю жизнь страхом великим запомнилось: змея, невероятных размеров, в лопухах резвилась. Толщиной в обхват рук, а длины непонятной – может десять, может двадцать метров.

– Разве такие змеи бывают? – не хочет верить сказанному Георгий.

– Бывают или не бывают, а своими глазами видел. Мы все трое видели.

Выпустив порцию синего дыма, рассказчик углубляется в воспоминания:

– Похоже, не хотела змеюка с нами встречаться и, ретируясь, стала скакать-нырять по этим лопухам-тарелкам, как есть галопом, – очевидец рукой в воздухе показывает волнистые ныряющие движения, – прыгает, словно антилопа. Мы видели, только, ее горбы, вздымающиеся над зеленью. Она именно скакала, а не ползла, как будто у нее лапы снизу. Так и ушла в лес волнами-скачками, ломая ветки, показывая свое красивое вьющееся тело. Ощущение было такое, что это дракон многоногий, а не змей ползучий. Мы как завороженные провожали чудище застывшим взглядом, боясь пошевелиться.

Тамара и Георгий замерли в ожидании развязки этой шокирующей истории, а дед, польщенный вниманием, вдохновенно продолжает:

– Как только стихло, все трое, не сговариваясь, разом обернулись и понеслись прочь с этого болота. У меня тогда не было никакой возможности, да и желания про судьбу свою спрашивать. Но все же, как не уносили бы меня ноги, я оглянулся назад, словно что-то почувствовал. Это было всего лишь мгновение, но я уловил чей-то прямой взгляд: из глубины чащобы на меня в упор смотрели, прикрытые суровыми веками, глубокие глаза. Да, я увидел глаза, но не кому-то конкретно принадлежащие, а эфирные, выступающие из зеленого тумана листвы. Они не пугали. Это был не злой взгляд, а как бы отеческий. Про них я никому не сказал.

И, словно оправдывая свой рассказ, печник добавляет:

– Конечно, нашим словам никто не поверил. А на улице и в школе над нами смеялись, что, мол, от страха простую змею за дракона приняли. Лишь один учитель истории нам поверил – знающий человек – был. Он говорил, что такие явления бывают в особых местах, что это не видения, а другая реальность. Такие существа само место порождает. Вот только как оно это делает и почему – нам знать, не дано. Еще поговаривали, что там должно быть золото самородное или спрятан клад, который этот змей охраняет.

– И ты веришь в эту чепуху?

– А как, если я сам видел?!

– То были фантазии воспаленного ума. Ведь детское сознание на бабушкиных сказках взращено. А тут дремучий лес. Глушь. Нанюхались ядовитых трав, да болотного газа, вот и поплыло воображение. Одному причудилось, он крикнул «Смотрите! Дракон!», тут и у других со страха в глазах чудище заскакало. Это называется – общий психоз. Я что, зря в вечернюю школу хожу?! Там такую чушь сразу отметают, а говорят, только, о вещах проверенных опытом. Каждый закон наука вычеканила золотыми буквами и никаких сомнений в своей правоте не допустит. На вопрос, есть или нет сверхъестественное, она ответит железно: «Нет!». Поэтому меня в мистику не затяните никакими бреднями.

Георгий самодовольно смотрит на окружающих и, желая блеснуть своими научными познаниями, браво цитирует истины:

– Сохранение массы и энергии – непоколебимое правило. Ничто ни откуда не берется и никуда не девается. Перед Тамарой вдруг возникли кони. Это сколько живого мяса надо мгновенно произвести? А из чего? Из воздуха что ли? Потом они внезапно исчезли. Такого реально быть не может! И драконы вымерли много миллионов лет назад, а природа ничего вспять не делает. Так что ваши видения – блажь! – жестко завершает свою мысль слушатель вечерней школы, разливая по рюмкам новую порцию водки.

– Ты еще молод и горяч, – улыбаясь, выговаривает ему старший. – Кроме книжных картинок – ничего не видел. А в жизни всему круговорот есть. То, что сегодня считается правдоподобным, через век может стать ложным, а то, во что сейчас не верят – окажется истиной. Ученые, например, не могут измерить мысль и понять, что такое душа, а они существуют.

– Все это психическая энергия.

– Вот видишь – сам признаешь некую силу, природу которой мы не знаем. И не только у человека она есть, а может быть у дома, у дерева, у камня, да у всего, – продолжает старик, разогрев себя очередной порцией алкоголя. – У Рыболовной горки, тоже, своя психическая энергия имеется. Как это не называй, а ведь коней на человека гора напустила. Как будто хотела проверить – что за существо на ее теле хозяйничает. И такой уже не первый случай.

Хранитель местных преданий, подумав, изрекает новую историю:

– Мне один рыбак рассказывал, как ночевали они с другом тут на берегу. Сети кинули и сидят у костра, караулят. Ночь была сырая, холодная. Дрова подбрасывают в огонь, чтобы жарче и светлее было. И видят, как женщина, легко одетая в белое, пробежала мимо них и прямо в воду ушла.

«Ну, – думает рыбак, – дура баба, топиться вздумала!»

«Но ведь там наши сети стоят! – кричит напарник. – Она же все снасти перепутает!»

Кинулись вынимать ее и сети. Те и вправду спутаны, скручены комом. Но никакой утопленницы в них не было. И на другой день искали – как сквозь дно провалилась. Ясно стало, что это призрак был.

– Это все рыбацкие сказки, – отмахивается Георгий. – Как бестелесный призрак может сеть спутать?

– Значит, телесным был! – стоит на своем печник. – Если бы призраки были чисто из воздуха, то их бы не боялись.

– Страх-то и порождает в больной голове всякую чертовщину, – парень стучит по своей буйной шевелюре. – У меня голова крепкая, поэтому ничего потустороннего мне не встречалось.

– Эти явления редкие. Не каждому дано увидеть, а кто с этим сталкивался, тот помалкивает. Нелегко сознаться в том, чего, в общем понимании, быть не может. Так и живем в полном неведении. Любые упоминания о призраках кажутся нам сказками, – старик смотрит на хозяйку дома, которая кротко и отрешенно сидит, сжавшись в комок. – Вот и Тамара никому о случившемся не расскажет, чтобы ее за ненормальную не приняли.

– Если родной муж не верит, так что от других ждать? – обиженно вздыхает девушка. – Нет, чтобы пожалеть, защитить, так туда же: «Чушь несешь!.. Обморок!..» Я уж и сама не понимаю, что со мной произошло. Может все это мне померещилось?

– Верь или не верь этому, но гора еще свой характер покажет, – говорит загадочно седой мастер.

 

Июнь, 1980 год

Не по велению колдовскому, а трудами поселенцев преобразуется бывший рыбацкий берег, застраивается избами, банями, сеновалами, пчелиными домиками. Медоносные труженицы, формируют свой образ этой городской окраины, окутанной садами.

В васильковом небе плавятся золотые соты. Их лучистый нектар льется на Рыболовную горку вязкими струями. Они стекают по крышам домов, по кронам деревьев, наполняя янтарным светом огороды и дворы. А навстречу небесному потоку из шелковистых трав, из нежной листвы несется радостное жужжание и стрекот, сливаясь в единую хрустальную мелодию.

Короткое, но яркое уральское лето расцветает невероятным богатством флоры. Ее цветочные ароматы придают воздуху свежесть, от чего дышится волнующе легко.

Тамара на своем подворье под раскидистыми ветвями черемухи хлопочет по хозяйству. Медовое излучение рассыпается мириадами радуг в мыльных пузырях, рождающихся в огромном корыте, где хозяйка простирывает зимнюю одежду, одеяла.

После жаркого июня ожидай дождливый июль, а уж август совсем непредсказуем. Поэтому теплые вещи надо поскорее пересушить и убрать до будущих холодов. Хотя год на год не приходится и может случиться все наоборот и настоящее лето начнется ближе к осени.

Своенравность местной погоды сбивает с толку даже перелетных птиц. Тамара помнит, как однажды весной прилетели чайки, но вместо разливных пойм увидели под собой снежную пустыню. Тогда зима задержалась до середины мая. Покружили-потужили птицы и унеслись в другие земли – искать новую родину своему потомству. Недавно крылатые странники снова появились и, как прежде, оглашают пруд своим криком.

А над головой разносится чудное разноголосое пение скворца. Ему помогает петух, звонко приветствуя солнце.

Душа тоже поет и любая работа в радость на этом празднике жизни. В такие минуты счастья хочется обнять весь этот мятежный мир, растворится в нем, стать бестелесным духом и созерцать каждую его былинку.

И все же в сознании Тамары прокрадывается острая тревога. Она как маленький хищный зверек внезапным прыжком вонзает коготки в сердце – это мысли о сыне Пашке. Ее пугает то, что парень отказался заканчивать десятый класс и получать аттестат зрелости. Ей страшно за дальнейшую судьбу любимого чада.

Умный парень и в то же время помешанный на совершенно необычной теории. Говорит, что открыл механизм эволюции и твердо стоит на этом. Исписывает тетради цифрами, рисует схемы и карты новой механики. Пашкины странности убивают родителей и приводят в недоумение учителей. Он ожесточенно спорит с ними, особенно с физиком, о том, что наука заблудилась в собственных условностях. Послал на телевиденье и в научно-популярный журнал свою картину сотворения Вселенной. Его своевольные суждения и самоуверенность спровоцировали уход из школы.

Неожиданно в тревожные думы матери врывается непонятный гул, доносящийся сверху. Гудение быстро нарастает, как будто что-то приближается.

«Наверно самолет летит» – пытается определить Тамара и смотрит ввысь, щурясь от яркой лазури. Сотрясение воздуха многократно усиливается, но ничего не видно в бездонной синеве. Скрытая опасность отзывается неприятным ощущением в сердце. Рокот невидимки уже вырастает в угрожающий рев.

«Если это не самолет, то, что это?» – продолжает всматриваться в бездну женщина, все более охватываемая страхом. Небесный грохот накатывается чем-то неотвратимо тяжелым, вызывая душевное смятение.

События развиваются с такой быстротой, что от неспособности понять происходящее, сковывает ужас. Еще мгновение и с ней случится обморок.

Вдруг небо разрывается слепящей вспышкой, от которой становится темно и больно в глазах. Тело цепенеет, а сознание дает сбой. Исчезают звуки и, в полной тишине взору Тамары открывается жуткая картина, развивающаяся как в замедленном кино.

Появляется точка и расплывается в темное пятно. Оно постепенно разрастается в облако, сгущаясь в различные формы: то в очертания лика, искаженного гримасой гнева; то в подобие головы мифической горгоны со змеевидными отростками; то в мерзкого паука, выплевывающего из черного нутра тягучую паутину.

Вот, разметавшаяся на полнеба, сеть оборачивается угольно-черным спрутом. Его щупальца дугами охватывают Рыболовную горку. В самом центре тучи-монстра возникает багрово-красное пламя, расточающее вокруг огненные языки.

Тамару выводит из оцепенения шипение и треск, исходящие из горящего жерла разъярённого чудовища. Оно, скрежеща и изрыгая огонь, продолжает надвигаться, желая поглотить хозяйку с домом и садом.

Первая мысль, молниеносно пронесшаяся в сознании: «Сын! Он где-то на берегу с друзьями». Мать, ничего не ощущая под собой, выбегает из ворот и видит родной силуэт Пашки среди других ребят. Все заворожено смотрят вверх. Они так же подавлены происходящим. Испуг и потрясение выражают их лица.

На улице суматоха. Слышатся панические возгласы перепуганных соседей:

– Что это?

– Небо взорвалось и падает на нас!

– Как это возможно?

– Горим! Спасайте что можно!

Мимо с воем бежит Волынова Алена с полными ведрами воды. Раздается раскат грома. Женщина с визгом валится на землю, откидывая ведра. Они со звоном катятся под гору. Сверху клокочет, бурлит, угрожающе шипит, и Алене кажется, что огромный черный котел, вот-вот опрокинет на ее бедовую головушку кипящую смолу.

– Ой! Пропала я! Что с нами будет?! – кричит она, судорожно загребая руками дорожную пыль.

Из ворот дома Волыновых высовывается Митя, глава семейства, и ругает неразумную женушку:

– Что разлеглась как корова на пастбище! Сейчас тебя огнем накроет! Беги в погреб! Авось там спасемся!

Женщина пытается на четвереньках убраться из-под нависшей угрозы.

– Что ж ты, папка мамке не поможешь?! – выбегает из дому дочь Люба. Она устремляется к матери и с усилием подымает ее на ноги. Со слезами, руганью и криками они добираются до дома. А из двора доносятся визг поросенка и собачий лай. Митя, ругая небесную круговерть, бежит на зов своей любимой скотины.

– Вот он! …Явился! …Конец всему пришел! – голосит старуха Марья. Ее стенания заглушает новый раскат грома.

От безысходности Тамаре становится совсем жутко. Она бежит к сыну, прижимается к нему, словно хочет слиться с ним в единую силу противостояния. Опять, как когда-то в молодости, она сталкивается с непостижимой потусторонней мощью, способной уничтожить человека как пылинку. В ней нарастает внутренний протест. Она со всей своей страстью дерзко кидает стихии слова отчаянья:

– Ну что ты пыжишься, что ты хорохоришься! Не страшны твои химеры!

Между тем, в небе начинается, еще более, невероятное действо: щупальца-струи оживают, вращая свои концы. Тамара, собрав все свое мужество в комок, дает решающий отпор нежданной напасти:

– Как бы ты не злилась, все напрасны твои старания! К добру ли, к худу ли явилась ты, нам знать ни к чему! Убирайся, откуда пришла! Слышишь! Ты! Сила неземная!

Ускоряющееся вращение захватывает всю длину мерзких отростков, превращая их в смерчевые трубки, стремящиеся всосать все, что попадет в их силовое поле. Но их тупая ярость только сама себя и втягивает. Концы исчезают в собственном смертоносном вихре.

– Смотрите! Туча сдыхает! – кричит кто-то.

И вот уже процесс поглощения и сворачивания доходит до основного тела. Оно, то же начинает вращаться и уменьшаться в размерах, превращаясь в багрово-черную воронку. Бешено сопротивляясь, продолжая метать стрелы-молнии, воющая юла вытягивается вниз, пытаясь дотянуться до земли. Тамара чувствует, как сильный ветер поднимает ее волосы. Из умирающей тучи слышатся стоны и хрипы. Сила ее слабее и уже единственный ствол, изгибаясь и корчась, начинает растворяться, бледнеть, исчезая в ультрамарине небес.

Еще мгновение и об ужасной драме ничто уже не напоминает. По-прежнему золотой нектар тихо льется на благоухающие сады. Но находясь под гипнозом необычного явления, люди продолжают смотреть в яркую синеву, не понимая, что с ними только что произошло.

Всех возвращает в реальность шум и гам ребятни, толпою ввалившихся в Набережную улицу. Кажется, что они сбежались со всего городка. Взволнованные и удивленные происшедшим, они кричат, заглушая друг друга:

– Самолет упал!

– Ракета взорвалась!

– Вот здорово рвануло!

– Это самолет разбабахало! Я видел как куски от него падали!

– Да, что-то рухнуло за гору!

Все устремляются на пустырь, что за огородами. Пашка и его друзья, захваченные общим порывом, тоже бегут за всеми посмотреть на то, что осталось от самолета:

– Надо искать по всей горе!

– А может, обломки в пруд упали?

Тамара разбитая, опустошенная возвращается под черемуху без мыслей и чувств, садится на лавку. Снова неведомая сила бросает ей вызов, угрожая или предупреждая о чем-то. Как и в первый раз это происходит в момент острой боли за своего ребенка. Кто-то или что-то пытается воздействовать на мать.

– Что ты хочешь от меня? – шепчет сломленная женщина, обращаясь к неведомой сущности, – Может мне не обращать внимания на сына, пусть будет сам по себе, какой есть, или может заставить его быть таким как все? Вразуми, что мне делать? Чем пугать – лучше помоги!

Пустырь, место постоянных ребячьих игр, занимает большую часть Рыболовной горки. Здесь раздолье и полная свобода для поджогов и фейерверков, для испытания самопалов и самодельных взрывных устройств, для запуска ракет и летающих змеев.

Сейчас тут происходит столпотворение. Мальчишки шныряют взад и вперед в поисках обломков самолета. Каждому хочется первым найти какую-нибудь деталь рухнувшей машины. Обшаривают траву, кусты, мелководье, заболоченные участки вдоль берега; забираются на деревья, обследуя их кроны; проникают в огороды, прочесывая грядки, канавы, заросли малины, но никто из ребят не сообщает о находке.

Все в замешательстве и непонимании того, как могла взорваться железная махина и не оставить своих горящих обломков. Это противоестественно – взрыв был, а никаких следов катастрофы нет.

Сквозь шум возни и многоголосую перекличку искателей слышится тарахтение мотоцикла. Это на пустырь въезжает участковый милиционер Баронов. Он ловит первого, попавшего под руку, нарушителя порядка:

– А ну, признавайся, кто тут из вас ракету запустил? Говори, а то в милицию увезу. Совсем одурели! Всю гору спалите. Еще пожара тут не хватало. Говори, чья работа!

– Никто не запускал. Оно само взорвалось, – оправдывается парень.

– Знаю я ваше «само». Самопалы тоже сами заряжаются и сами стреляют, а пороховые бомбы сами взрываются? Я тебя уже, кажется, ловил с самодельным ружьем, так ведь? Не отпирайся!

– Я не отпираюсь. Это не мое ружье было, я его нашел.

– Как вы все мне надоели!

В полнейшей суматохе поиска никто не обращает внимания на участкового. Он допрашивает еще двоих мальчишек, искавших на дереве следы катастрофы.

– А ну слезайте, не прячьтесь, это вам не поможет!

– Мы не прячемся. Мы ищем обломки от взорвавшегося самолета.

– Какого еще самолета?

– Того, что над горой пролетал и взорвался.

– И кто ж вам поверит, в этих местах самолеты никогда не летали, нет тут воздушных трасс.

– Нашел! – кричит кто-то.

Все бросаются на голос, но там их ждет разочарование: находка оказывается старым кровельным железом, обгоревшим в костре.

– Ну и куда же делся ваш самолет? – допытывает милиционер.

– Он, видимо, испарился от взрыва.

– Да, в небе сильно горело. Огромная туча чернейшего дыма висела над горой.

– Мы ничего не нашли, значит он и вправду испарился.

Все ребята дружно соглашаются с этим мнением:

– Огненное облако то же исчезло, свернулось в трубочку и растаяло. Даже пепла не осталось.

Участковый подозрительно смотрит на мальчишек, не веря ни одному их слову. Тут подходят взрослые и подтверждают, как очевидцы происходящего, что все так и было:

– Ребята правду говорят. Само в небе что-то взорвалось и само пропало. Может это какая-то галлюцинация, а может мираж, где-то взорвалось, а тут отразилось.

– Вы что меня как идиота уговариваете. У нас в отделении стекла звенели от этой галлюцинации, а я должен выслушивать ваши глупости, – возмущается Баронов. – Столько гавриков собралось в одном месте – чтобы на мираж посмотреть? Они явно, тут что-то испытывали. Опять наверно ракету запускали. Она и взорвалась. Поэтому будем протокол составлять и всех вас в свидетели привлечем.

– Так надо сначала от этой ракеты вещественные доказательства найти.

– Найдем, не беспокойтесь, не такое приходилось искать.

– Все же это погодное явление, а не какое-то самодельное устройство, – утверждает один из мужчин. – Туча, видимо, образовалась из-за внезапного атмосферного завихрения над Рыболовной горкой. Мы еще плохо знаем природу. А она порой проделывает такие фокусы и трюки, что только чудом и можно их объяснить. Я хорошо помню один момент, связанный с небесной стихией. Мы как раз только построились здесь и уже начали жить, радуясь своему новому каменному двухэтажному дому.

Рассказчик указывает рукой на свое владение, занимающее вершину горы, продолжая повествование:

– И вот однажды, тоже где-то в июне, под вечер, мы с женой занимались своими делами: она в огороде грядки полола, я в подвале водопровод настраивал, а сын играл на веранде. Вдруг за считанные минуты накатилась черная пречерная туча. Она висела так низко, что казалось – задевала макушки деревьев, и так же, как сегодня, охватывала рваными рукавами Рыболовную горку. Посыпались на нас сильнейшие разряды молний. Дождя-то не было, лишь сухие резкие щелчки грома били по горе. Мы, были молоды, и не осознавали всей опасности такого явления, поэтому продолжали свои дела. Ну и дождались – хлопнуло так сильно, что у меня в подвале разводной ключ из рук вышибло, а через мое тело сильнейший разряд тока прошел. Такое ощущение – как будто, во мне каждая клеточка перевернулась. Не успел опомниться, как тут же вбегает жена и кричит:

«Шар взорвался! Я под гору чуть не улетела! Над верандой шар красный висел и лопнул, а меня швырнуло как пушинку».

За ней сын влетает, ревет, тоже перепугался – ничего объяснить не может. А на улице продолжают стрелять сухие молнии. По-настоящему страшно стало. Забились в подвале в самый темный угол, всякими тряпками закутались. А под нами от каждого раската земля дрожит. Так всю ночь и просидели.

Утром перед нами предстала картина разрушения, словно через дом разбойничья ватага прошла, громя все в подряд. В доме не только лампочки полопались, а и люстры, розетки, выключатели – вдребезги. На месте счетчика торчали из штукатурки два голых провода. Сгорели и телевизор и радиола, хотя они не были подключены к электросети. Возле холодильника полуметровая каменная стена – пробита насквозь. В зияющую дыру была видна улица. Видимо работающий холодильник притянул молнию, и она, преодолевая бетонную преграду, уничтожила морозильный агрегат.

– Что, прямо насквозь стену пробило? – удивляются мужики.

– Да! – подтверждает очевидец. – И какая-то странная избирательность у этой силы. На деревянной обшивке веранды увидели длинную борозду, в виде аккуратно прорезанной канавки, словно прошлась по мягкой древесине фреза. Сын рассказал, что это сделал огненный шар, который прошел через него, а потом по стене. А в одном оконном стекле мы обнаружили маленькое ровно вырезанное отверстие. Как это можно сделать – не понятно? И, вообще, загадок тут было много, и на улице их – не меньше. Стоявшую возле дома высокую ель неведомая сила расщепила вдоль сверху донизу, а рядом с деревом в грунте образовалась воронка с рваными краями, как будто что-то вылетело из-под земли.

Пострадавший не надолго замолкает, словно ища ответ, и не найдя, снова задается вопросом:

– Что у нас, тем вечером и ночью, происходило – не могу понять до сих пор. Толи тут воевала стихия, толи некая разумная сила избирательно крушила одно и аккуратно воздействовала на другое, оставив нас живыми после таких происшествий. Вот и думайте – на что способна природа.

Слушатели сочувствуют рассказчику, представляя разрушения, оставленные загадочным явлением. Кто-то высказывает свои мысли вслух:

– Да, у шаровой молнии странностей больше, чем у других пришельцев из потустороннего мира. Ее можно отнести к призракам, потому что она, похоже, обладает разумностью: может враждебно относиться к человеку, а может и дружелюбно.

– Причем тут шаровая молния?! – возмущается другой очевидец. – Если над горой сначала гудело, а потом что-то взорвалось. Туча образовалась, именно, от взрыва, а не от вихря. Никто никаких летающих шаров не видел.

– Все ясно, – подводит черту Баронов. – Загудела ракета, взлетая, а потом взорвалась. Что тут еще доказывать?

– Но мы ничего не запускали?! – дружно отрицают ребята версию участкового.

– Это было фантомное НЛО! – останавливает всех Олег, Пашкин друг, которого знают многие, как юношу увлеченного какими-то магическими экспериментами. – Так что ничего тут не найдете. Все исчезло так же мгновенно, как и появилось.

– Давайте, будем рассказывать красивые сказки о летающих тарелках, – иронизирует Баронов. – Я уже наслушался этих глупостей.

– Технические признаки говорят, что это, именно, НЛО! – стоит на своем Олег. – Слышны были гул и высокочастотный свист реактивного мотора, произошел характерный взрыв с выбросом огня и копоти, ощущался едкий запах горящего топлива. А самое главное – наблюдался сложный полиморфизм, когда объект превращался в разные причудливые формы.

– Вот ты и описал настоящую ракету, которую запустили эти шалопаи! – гнет свое Баронов.

Вдруг снова послышался быстро нарастающий гул. Пустырь охватывает подобие черного тумана. Толпа ребят и взрослых начинает лихорадочно махать руками.

– Пчелы!

– На нас напали разъяренные пчелы!

– Разбегайся кто куда!

Затарахтел мотоцикл – это участковый уносит свои ноги от нашествия взбунтовавшегося роя. Кто-то из взрослых успевает на ходу запрыгнуть в мотоциклетную коляску. Друзья с Набережной, тоже, бегут, не разбирая дороги, к своим домам. Никто не мог предвидеть, что небесное явление вызовет такой гнев крылатых трудяг, обвинив в этом человеческий род.

Ребята вбегают в родную улицу и видят – к ним навстречу спешит Митя Волынов, вечно суетливый мужик средних лет, и умоляюще просит:

– Пацаны, помогите вытащить поросенка! Он, с перепугу, заскочил в собачью будку. Я никак его вытащить не могу.

Хозяин проводит ребят в, захламленный всякой ерундой, двор. Из собачьей будки, действительно, торчит лишь витой хвостик поросенка. Рядом, на цепи, жалобно скулит пес, чье жилище бесцеремонно захвачено.

– Я уже и за хвост тянул, и тыкал его палкой, а он – ни в какую, не хочет вылезать! – ругается Митя. – Хоть будку ломай.

– Бедняга бы вылез, но ему не развернуться в тесной конуре, – говорит Пашка. – Надо попробовать за ноги его ухватить.

– А как, если порося сидит, поджав их под себя? – не понимает Волынов.

– Надо дать ему понюхать какое-нибудь лакомство, тогда он и на ноги вскочит, – советует Вольдемар, самый толстый из компании друзей.

Он любит комковой сахар хрупать, – поясняет хозяин и бежит в дом за сладостью. Возвратившись, он сует своему любимчику, в щель за будкой, белые кусочки. Поросенок тянется к ним и привстает на задние ноги.

– Хватаете его за ноги! – кричит Пашка, и все четверо друзей, ухватив пленника – кто за голень, кто за копыто, тащат. Режущий слух визг животного разносится по всей горе, дополняя своими звуками общую суматоху происходящую вокруг. Окончательно ошалевший поросенок ищет новое убежище и забивается под крыльцо. Ловцы снова пытаются его достать.

– Ладно! Пускай сидит там! – перекрикивает Митя голосящую скотину. – Под крыльцом свободно – отлежится и сам вылезет.

Пашка с друзьями возвращается в свой двор под крону черемухи. Здесь уютная летняя кухня с лавочками и столом. Тут часто собираются друзья и соседи. Кажется, что все происходящее вокруг не коснулось этого укромного уголка.

– Я говорю вам, что это фантом, фантом НЛО и ничто другое под такое явление не подходит! – не перестает повторять Олег, самый высокий из компании парень. Его черные длинные волосы, темные острые черты лица, выразительные глаза, делают это лицо таинственно красивым. – Пашка, ты же сам говоришь, что наша незыблемая реальность есть иллюзия, поэтому в нее можно вставить все что угодно, даже целый искусственный мир. И вот оно большое фантомное явление перед нами. Мы видели его развитие и быстрое угасание. Видели, как, вращаясь, сворачивается информационный каркас. Типичное смазывание фантома из реальности. Какие еще нужны доказательства?

Пашка не торопится отвечать, сидит с краю, о чем-то задумавшись. Он ничем таким не выделяется среди друзей, имея средний рост, непонятного цвета волосы и серые глаза.

Другой дружок, сидящий рядом, выглядит более ярким не только по своей комплекции, но и из-за постоянно улыбающейся хитрой физиономии. Это толстяк Вовка по прозвищу Вольдемар. Он поворачивается к Олегу и лукаво замечает:

– Наверно наши космические сеансы, наконец-то воздействовали на небо, и ангелы ниспослали нам адских чудовищ.

– Ты опять ничего не понял, – вздыхает Олег. – Не ангелы нам нужны, а Эвоангелы; не на небо мы воздействуем, а на пространственную структуру, и не космические эксперименты мы проводим, а сеансы связи с природными созидательными силами. Наша цель – выйти на контакт с ними.

– А может это и есть долгожданный контакт? – предполагает Игорь, самый младший из компании паренек, но считавшийся равным среди старших друзей, за его золотые руки и светлую голову. Часто его называют Кулибиным, потому что нет такого технического устройства, в котором бы он не разобрался.

– Не думаю, что мы нашли с ними язык общения, не представляя даже, как это выглядит, – не соглашается с поспешными предположениями Пашка. – Я полагаю, что это должно происходить на подсознательном уровне, а не где-то в атмосфере.

– Да вы посмотрите! – бурно реагирует Олег на непонимание друзей. – Вся история человечества повествует о бесчисленных фантомных явлениях. Если древнему человеку, согласно его уровню сознания, являлись божества, похожих на оленей, медведей, змей, драконов, то уже люди античной эпохи видели фантомы богов на колесницах или великанов, приплывающих на огромных парусниках. Многочисленные сказки и мифы – не выдумки, а реальные факты таких контактов. Менялось сознание – менялись фантомные образы. В девятнадцатом веке, накануне эры воздухоплаванья, очевидцы видели в небе фантастические дирижабли и планеры. Современное человечество мечтает о контактах с другими цивилизациями, и Эвонангелы предлагают нам летающие тарелки с гуманоидами.

– Зачем же мы побежали на пустырь за детворой, если ты знал, что это фантом? – иронически ухмыляется Вольдемар.

– Догадка догнала меня уже за околицей, когда в голове отчетливо прояснились все признаки фантомов и НЛО.

– Я насчет НЛО не согласен, – говорит Пашка. – Так огульно можно все явления свести к фантомам. Нужны серьезные доказательства, чтобы подвести под явления неопознанных летательных объектов фантомную основу.

– Доказательства лежат на поверхности, – продолжает Олег, – их так много что сразу и не перечислишь. Во всех случаях мы сталкиваемся со странными огнями и лучами, со звуками и голосами неоткуда, с запахами озона или горения. Каждый такой контакт сопровождается материализацией, левитацией и другими явлениями, противоречащими здравому смыслу. Все это есть и в спиритических сеансах, и в проявлениях полтергейста, и в НЛО.

Тут, во двор вбегает Митя Волынов и прямиком к ним. Он снова чем-то взволнован, глаза широко открыты.

– Что?! Опять поросенок в будку залез?!

– Нет. Слушайте! Такая штука приключилась! – его устам не терпится поведать удивительную историю. – Я решил мотоцикл завести – съездить с бабой до магазина. Завожу, значит, мотор, дергаю ножку – не заводится. Подсос жму – не идет бензин. Шлангу снял – сухо, бак пустой.

«Как так! – ругаюсь. – Вчера только бочок залил!»

Мистика! Я к тайнику – там у меня бочка столитровая с бензином на черный день запрятана, схватился за нее «Ах!» Оказалась тоже пустой, а ведь почти полная была. Так вот, соседушки, дело тут не чисто! Меня сразу как ошпарило, когда уразумел, чьи это проделки. Это, видимо, тот самый смерч огненный, что над горой бушевал, высосал весь мой бензин вместе с маслом?

– Тот! Тот самый! – подтверждает Олег. – Ты же видел, как в небе сильно полыхало. Это твой бензин горел. Вот вам еще одно доказательство фантомного НЛО – телепортация. Это часто происходит в подобных случаях, когда для своих эффектов квазиразумные силы переносят предметы и вещества: могут лить воду, бросать камни, не понятно, откуда взявшиеся.

– Разве нас посетили инопланетяне? – удивляется Волынов.

– Нет, дядя Митя. Это разум другого порядка. Пашка называет его представителей – Эвоангелы.

– Духи что ли?

– Интеллектуальные информационные структуры.

– Вы думаете, что такие существуют?

– Такие сущности управляют механизмом эволюции, – поясняет Пашка, – формируют из хауса порядок.

– И где же они обитают? – пытается вникнуть в суть идеи сосед.

– А нигде и в тоже время везде, так как не имеют, привычных для нас, пространственных свойств, но воздействуют на все уровни Мироздания, – замысловато говорит носитель странной теории.

– Как же они из ничего могут сотворить этакую чертовщину и утащить бензин из накрепко закрытой бочки? – не понимает Митя.

– Окружающая природа кажется нам несокрушимой твердью, но это, всего лишь иллюзия нашего восприятия, – продолжает Пашка. – На самом деле мир очень неустойчивый, колеблющийся. Хотя для нас это совершенно не заметно. Все изменения встраивают в информационный каркас материи разумные сущности, я их называю Ангелами Эволюции. Они преобразуют хаос в гармоничное состояние, приводят к устойчивым жизнеспособным формам. Ангелы Эво – это что-то вроде информационных организмов. Олег их правильно обозвал интеллектуальными структурами.

– А я всегда чувствовал, что какая-то разумная штука существует. Она меня постоянно поучает, как правильно надо жить, – признается Митя. – Не зря говорят, что есть провидение, которое управляет человеком. Я это все не себе испытал. Когда я замышлял и совершал неправедные поступки, эта невидимая покровительница порядка больно наказывала меня. Стоило мне только изменить жене, например, как сразу на меня наваливалась болячка: то в груди что заболит, заноет, то нога отнимется и так после каждого загула. Надоела мне перспектива вечно больного, поэтому завязал я с порочными делами.

И сейчас эта смышленая невидимая наставница сопровождает меня: где подскажет, как поступить, а где и опять накажет. Сегодня я окончательно в нее поверил, получив такой убыток. Хотел бензин на черный день припасти – он и пришел чернее черного! Только вот не пойму, в чем я опять провинился?

– А в том, дядя Митя, что ты живешь не по нашим правилам, – смеется Вольдемар. – Это в других странах копят в белые дни на черные, а у нас в черные дни копят на красные, чтоб попить-погулять. Вот тебя за кубышку-то и наказывает провидение.

– Рано еще тебе взрослых осуждать. Поживешь подольше, так узнаешь, что лучше запастись впрок, чем потом кусать локоток.

– Это что такое?! – слышится возглас Тамары. Она стоит возле своего белья и разводит руками. – Вы посмотрите, что делается – только выстирала пододеяльники, а они уже серые стали. Вот наказание!

Все рассматривают, развешанные на веревках, белые ткани. Они действительно в сплошных черных точках. При прикосновении к ним, они размазываются в грязные пятна.

– Вот вам и сажа, натуральная, – объявляет Олег. – Самое верное доказательство НЛО – выжгло весь бензин с маслом и испарилось, а продукты сгорания остались.

– Гора опять дала о себе знать. Как и в моей молодости – говорит Тамара и рассказывает о злоключении происшедшем почти двадцать лет назад, о налетевших на нее, однажды, осенним вечером, неведомых демонов.

Ребята слушают захватывающую историю, воображая себе огненные глаза и косматые гривы вздыбленных, неистово ржущих, коней.

– Говорил мне тогда печник дядя Саша, – продолжает Тамара, – что Рыболовная горка еще себя покажет. Вот оно и случилось.

– По всей видимости, в недрах горы находится осколок древнего информационного ядра, – размышляет вслух Пашка. – Такие места силы могут быть разбросаны вдоль Уральского хребта. Ведь когда-то здесь было море, где зарождались биоценозы вокруг энергетических центров.

Тамара, между тем, уже хлопочет у плиты:

– Сейчас я разогрею еду. Присаживайтесь к столу, будем есть. Георгий вот-вот с работы придет.

– Спасибо хозяйка за приглашение! Но сидеть мне некогда, – благодарит Митя. – Пойду бензин искать – надо мне свою барыню в магазин везти. Да и себе бутылочку возьму, горе свое залью.

Ребята тоже собираются идти по домам.

– Пашка, вечером в ярангу приходи пораньше, будем испытывать усилитель. Мы с Игорем кое-что изменили в конструкции. Сегодня установка должна наконец-то сработать, – говорит Олег, о новой аппаратуре, сделанной по Пашкиному проекту, которая может перевернуть все представления о материальном мире.

– Но мы, из-за катастрофы в небе, так и не испытали генератор. Давайте встретимся хотя бы через часок на берегу. Сами у видите какие узоры он будет выдавать, – предлагает Пашка. Его захватила новая идея о считывания информации с поверхности воды. Для этого Игорь изобрел портативный вибратор.

За столом, в тесном семейном кругу, обсуждают дневные события. Георгий уже наслышан о взрыве над горкой.

– Помнишь, в молодости перед новосельем, когда я беременна была, на меня кони наскочили? – обращается Тамара к мужу. – Я тогда о Пашке думала, переживала, как роды пройдут, как за ребенком ухаживать буду. Вот в тот момент и налетела на меня сила неведомая. И сегодня о нем же думала, переживала, что у Пашки со школой дела не пошли, даже сердце защемило. И в это самое время гул начался, потом вспышка и кошмарная туча стала разрастаться. Опять мне страшно стало как в первый раз. За сына испугалась. Вдруг та же самая неведомая сила отобрать у меня ребенка хочет – уж больно жутко было.

– Далась же тебе эта мистика. Из всякого случая трагедию делаешь, – ворчит на жену Георгий. – Зачем себя терзать и возносить свою вину до неба? Оно никак не причастно к нашим семейным проблемам и к нам никаких претензий не имеет. Не хочет парень учиться – это его дело.

– Я хочу учиться, но в школу больше не пойду, – Пашке неприятно, когда родители заводят разговор про учебу и пытаются на него давить. – Там учителя издеваются надо мной. Они осмеивают мою теорию, хотят меня в психбольницу отправить. Педагоги сами не понимают устройство мира и не хотят понимать, их то, и надо отправить на лечение.

– Вот я и говорю, – продолжает отец. – Пойдет на завод. Там можно и без десяти классов работать. Метлой мести – больших знаний не надо. Потом в армию сходит, а там, глядишь, дурь-то и выветрится. Пойдет в вечернюю школу. Я сам, то же в ней учился и аттестат получил.

– Так ведь голова у Пашки светлая, он много знаний самостоятельно постиг. Ему бы в институт поступить, там его место, – пытается достучаться до непробиваемых мужчин хрупкая женщина.

– После армии и поступит.

– За это время он все знания растеряет.

– Значит такие дрянные знания, коли растеряет.

– Я боюсь совсем другого! – сильно и отчаянно кидает слова Тамара, словно делает последнюю попытку изменить ход истории. – Боюсь, чтобы он не пошел по стезе моих братьев.

– Ну! Если он в вашу породу уродился, то тут уж никакие институты не помогут.

– Чем же тебе плоха наша порода?

– Пьяницы и дебоширы! Никто, из вашего семейства в люди не вышел.

– У нас судьба такая несчастливая, что-то вроде проклятья на нашем роду. Мне моя бабушка Полинария рассказывала, что ее прадед большой грех совершил, вот и сыплются на нас несчастья.

– Какой же грех совершил предок? – осторожно спрашивает Пашка.

– Этого Полинария тоже не знала, ее бабушка эту тайну с собой в могилу унесла. Я только одно знаю, что наши предки охотой промышляли и жили в лесной глуши, в большом массиве из лиственниц, поэтому поселение называлось Листвяным. Потом, как начались там несчастья, все перебрались сюда, поближе к людям. И тут напасти не кончились, и до сих пор не оставляю нас: все мужчины нашего рода спиваются и рано умирают. Так вот я и переживаю, чтобы на тебя, Пашка, эта зараза не перекинулась.

– Да что ты, мама, наговариваешь на меня!

– Боюсь я за тебя. Не вставай на ту дорожку, на которую мои братья с малолетства пошли, рано начали пить и курить. Уж ты постарайся перебороть родовое проклятье. Учился бы как все, может быть большим человеком стал бы.

– Я, мама, только тем и занимаюсь, что учусь. У меня свои знания, отличные от общепринятых.

– Помогут ли они тебе?

– Время покажет!

– Вот-вот время лучший доктор, – замечет Георгий, – вылечит от глупых мыслей.

Пашка понимает, что родителям не нравится его увлечение отвлеченными от жизни теориями, но в этом есть и их вина. Пашкиными первыми книгами были учебники, по которым отец учился в вечерней школе. И можно сказать, что науки дитя впитывало с молоком матери. Папе нравилось рассказывать малолетнему сыну об устройстве мира, о том, о чем сам узнавал из книг.

Через час друзья снова встречаются на берегу. Прибор для считывания информации выглядит довольно изящно и походит на обрезок толстой трубы, внутри которой спрятаны батарейки и электроника, а наружу выходят лишь включатель, регулятор частот и индикатор. Первое же погружение работающего устройства в воду мгновенно вызывает на ее поверхности причудливый рисунок, который меняется в зависимости от частоты вибраций.

– Ну и что же тут можно прочитать? – удивляется Волдемар.

Во-первых, мы видим пространственную структуру, в которой мы живем. Она придает свой отпечаток материальным объектам, – объясняет свою идею Пашка. – Во-вторых, вода из всех сред самый уникальный носитель информации.

– И где же она ее хранит? – не унимается Волдемар.

– В своих молекулах, а вернее сказать, под электронными оболочками атомов, – не задумываясь, отвечает носитель необычных знаний о природе. – Каким быть веществу, решает не элемент таблицы Менделеева, а программа, закодированная в нем. Вода на нашей планете искусственно перепрограммирована, от того и имеет ряд свойств нигде более не встречающихся. Ведь из всех веществ только вода может увеличивать свой объем при замерзании.

– Ну и что? Вода она и есть вода. Как ее не переливай, другой она не станет.

– А чем же объяснить способность пресмыкающихся замерзать на зиму и оттаивать по весне без вреда для своего организма? – хочет Пашка переубедить толстяка. – А тем, что они умеют изменять свойства своей внутренней воды. Почему не растворимые в природе вещества способны растворять бактерии? Потому что могут читать и изменять внутриатомную информацию. Древние цивилизации тоже обладали такими способностями, например, могли размягчать камень как пластилин и обрабатывать его руками.

– Таким тайным умением обладали и великие алхимики, – поддерживает тему Олег. – Называя свое искусство божественным, они превращали свинец в золото не реакциями веществ, а воздействуя на него магическими способностями своего разума, то есть, изменяли свойства свинца до свойств золота.

– Это все шарлатанство, обличенное в легенды и мифы, – не хочет соглашаться Вольдемар, далекий от знаний, какими владеют Олег и Пашка.

– Нет! Тысячелетняя история алхимии – не выдумки, не фантазии средневековых летописцев. Если бы алхимики были шарлатанами, они разделили бы участь с колдунами и ведьмами, которых сжигали на кострах. Вопреки всему, дружбой с магами превращений дорожили короли и монархи. Опыты с трансмутацией веществ подтверждали представители знати и церкви. Даже под пытками алхимики не выдавали сакральных тайн своего искусства, да и не могли выдать того, что не умещалось в головах простых смертных.

– Как же в атоме может записываться информацию? Там что магнитофон стоит в нутрии каждого ядра? – хочет понять Игорь.

– Физика в своем стремлении быстрее познать глубины мироздания, скача галопом по Европам, пропустила главенствующие образования в атомах, которые отвечают за их свойства. Такие несущие конструкции не обнаруживаются в ускорителях частиц.

Ребята еще долго наблюдали, как Пашка изучал узоры на воде, создаваемые вибрациями, но у Игоря с Олегом была ответственная работа в своей лаборатории и они ушли, сопровождаемые вездесущим Вольдемаром.

Дневные события на Рыболовной горке привлекают внимание многих охотников до необычных природных явлений. Приходит сюда и Петр Григорьевич, преподаватель физики в школе, где учатся наши друзья. Он, как ни кто другой, должен бы разобраться в невероятном факте разверзшегося неба.

Учитель застает Пашку на берегу. Парень сидит на мостике, склонившись к зеркальной поверхности пруда. В его руках некий жужжащий предмет, создающий на воде мелкую рябь.

– Здравствуй, Павел! Я слышал, что у вас над горой произошло невероятное природное явление.

– Здравствуйте, Петр Григорьевич! – удивляясь такому визиту, приветствует Пашка. – Вы же в чудеса не верите.

– То, что пока объяснить наука не может, не является чудом, – поправляет юношу взрослый. – Нужно собрать все возможные факты, чтобы правильно определить к какому виду явлений относится это небесное происшествие.

– Вы хотите фактов? Пожалуйста! – оживляется ученик, бросивший школу. – Мгновенное рождение тучи среди ясного неба. Ее превращения в различные фигуры. Языки пламени и резкие металлические звуки, скрежет, завывания. Исчезновение из герметичных емкостей горючих веществ у местных жителей Внезапное прекращение разразившейся стихии.

Парень внимательно следит за реакцией учителя и. не дожидаясь пока тот переварит информацию, продолжает:

– Выдать случившееся за случайное сочетание каких-то воздушных потоков никак не получается. Скорее всего, это преднамеренное воздействие неких разумных сил, способных материализовывать и телепартировать вещества и предметы.

– Ты имеешь в виду своих Ангелов Эволюции? – с ухмылкой спрашивает учитель. – Проще всего выдать необъяснимое явление за деятельность потусторонних сил. Так поступали люди в прошлом, не владея научными методами исследования. Но рано или поздно налет мистики спадает с изученных явлений. К тому же, материализация и телепортация – выдумки фантастов, как и путешествия во времени. Ничто ниоткуда появиться не может, а энтропия не позволит повернуть вспять причинно-следственные связи. Так что твои разумные силы есть плод воспаленного ума.

– Нет! Они существуют! И сегодня доказали свое присутствие, – протестует обладатель неординарного взгляда на природу.

– Тогда объясни, как они смогли встроить в ясную небесную синь море огня и дыма, как смогли извлечь герметично закрытое горючее?

– Все легко объясняется, если допустить, что в основе нашего мира лежат разум и информация, в виде мыслеформ. Манипулируя этими конструкциями, можно изменять материальную структуру по своему усмотрению, а так же встраивать в нее вымышленные объекты. Материализация и телепортация – это всего лишь перецифровка реальности, в которой мы живем.

– Бедняга, ты отрицаешь материалистически основы, на которых стоит вся современная наука, – пытается физик вразумить заблудшее дитя.

– Ваша наука погибнет в условностях и догмах, – отбивается Павка от напора властвующего умозрения. – Желая быстрее заключить природу в свод физических законов, и не желая останавливаться на неразрешимых противоречиях, ученые условно приняли, например, за аксиому двойственную природу света, а она одна – электромагнитная. Никаких фотонов в природе не существует. Есть только структура пространства, которая и выполняет роль надуманной вездесущей частицы. Не желая проникнуть в суть эфира, вы отказались от него, что повлекло массу чудовищных ошибок. Эйнштейн ввел весь мир в заблуждение. Путаница с относительностью никогда не будет разрешена без эфира. Никогда время не замедляется с приближением к скорости света, меняются лишь внутренние процессы тел, достигающих этого предела. При такой скорости тело безвозвратно превращается в электромагнитную волну. Все ваши ложные условности есть провокация против истинной науки.

– Это все лирика, бездоказательная схоластика, не имеющая к науке никакого отношения, – не желает слушать школяра уверенный в себе педагог. – По своему развитию мысли, ты находишься на уровне метафизики, придающей всем явления мистические абстрактные силы. Тебя еще увлекают жужжащие игрушки?

– Такая игрушка помощнее любого микроскопа и ускорителя частиц, – нисколько не обидевшись, отвечает Пашка. – С ее помощью можно увидеть информационную структуру эфира, а главное, рассчитать размерность пространства. В отличие от наших иллюзорных представлений трехмерность имеет дробное значение. Может быть размерностью в три и одну десятую или в две и девять десятых. Все зависит от состояния эфирной структуры. Вибрационный рисунок на поверхности воды раскрывает все многообразие информации заключенной в ее молекулах. По ней можно узнать о габаритах пруда, о его истории, и не только это. Моя игрушка возбуждает не поверхность водоема, а чертоги Абсолюта.

– Ну, ну! – с иронией вздыхает учитель и смотрит на бывшего ученика, как на занятого своей игрой малыша. – Играй, играй! Может быть, до чего-нибудь доиграешься.

 

Сожженные мосты

Небесная лазурь по-прежнему ярка и ничто не напоминает о дневных событиях, но молодой вечер уже стирает излишнюю насыщенность красок, придавая предметам больше смысла. Золотой нектар медленно остывает в утомленных садах. Во всем ощущается его прогорклый привкус.

Пашка спешит к Олегу, где друзья проводят свои ночные эксперименты по связи с эвоангелами. После грандиозного фантомного явления они еще больше поверили в контакт с разумными властителями природы. Само место силы, каким оказывается Рыболовная горка, сопутствует стремлению ребят постичь тайны мира.

– Послушай, сосед! Такая вот штука! – прерывает Пашкины мысли, сидящий на своей лавочке, уже подвыпивший Волынов. Его волосы служат индикаторами опьянения и торчат сейчас во все стороны. У трезвого Мити они спокойно лежат волнистыми прядями, но стоит ему выпить, как тут же, ломая стройные ряды, каждый волосок приобретает самостоятельный вектор. – Давай-ка поговорим. Я вот все думаю о твоих ангелах. Раньше тайно верил, что какие-то эфирные существа окружают нас, а теперь, когда бензин украли, уверовал в них окончательно. Но ведь вся штука в том, что наука против всего потустороннего. В школе нам вдалбливали, что кроме материи, которую мы можем ощущать, изучать приборами, ничего нет. И, где же – правда?

– Правда в реальном факте, который, ты, дядь Мить, видел сегодня днем, – спокойно отвечает Пашка.

– Но, как это возможно? На пустом месте развернуть такое событие и из чего сам ангельский разум может состоять?

– А что такое вирус? Ты знаешь?

– Как не знать. Все знают. Это мелкая инфекция.

– Это простейшее устройство, состоящее из молекулы-оболочки и молекулы-носителя информации для репродукции. Так вот скажи, какими органами чувств такой объект, у которого атомов на пересчет, распознает нужную клетку, как внедряется в нее, преодолевая все защиты, каким образом находит ядро клетки, заставляет ее тиражировать себе подобных и по какому сигналу покидает разрушенную колыбель лавиной собратьев?

Митя смотрит на парня посоловевшими глазами, неспособный собраться с мыслями. А Пашка задает новые вопросы:

– Как могут две молекулы управляться с таким количеством разнообразных функций, обрабатывать огромные объемы оперативной информации?

– Наука на это пока ответить не может, – наконец-то выдает ответ виновник беседы.

– И это лишь маленький фрагмент из бесконечных форм живой и неживой природы. Мы ничего не знаем о глубинном строении мира, не понимает, что разум есть особое измерение, присущее всему. Ученые говорят, что не существует ничего сверхъестественного, и тут же наделяют материю фантастическими свойствами: саморазвития, самоорганизации, саморегулирования.

– Да-да! Фантазеры еще те! Это как в анекдоте, – поддерживает тему Митя. – Мужик, значит, сметал сено в стожок и ушел домой. А ночью разразилась гроза, разгулялся сильный ветер. Крутило-вертело. Гремело-гудело. Утром горе-косарь прибегает на поле и видит, что вместо стожка, на том самом месте, стоит корова:

«Ну и дела! – диву дается мужик. – Видно ветер и гроза так переметали сено, что случайно сотворили из него корову!»

Хриплый Митин смех нарушает громкий бодрый голос дочери Любы:

– Папка, ты, что опять такой взъерошенный вывалился на улицу?! Мне стыдно за тебя перед Пашкой. Он подумает, что я такая же растрепа. Иди домой тебя мамка зовет.

– А мы тут разбираемся, как так можно, чтобы бензин сам улетучился.

– Я бы тоже хотела это знать. Почему чудеса происходят без нашего участия? – спрашивает девушка и лукаво смотрит на парня. Он нравится ей своими необычными суждениями и, при любом подходящем случае, она не упускает момент послушать его. – И над чем вы тут смеетесь?

– Я анекдот рассказал, как у мужика из сена получилась корова, – продолжает смеяться Митя.

– Так же и физики разгадали происхождение материи, – продолжает Пашка. – Закрутило-завертело Вселенную и из первичного бульона получились атомы и молекулы, которые собрались в звезды и галактики.

– А разве это не так?! – удивляется Люба.

– Какая несусветная глупость! – почти с болью в голосе вздыхает парень и так же горячо продолжает:

– Пироги сами из муки не возникнут – нужно чье-то желание и умение. К тому же, без печи тут не обойтись. Но ее тоже требуется сложить и, опять же, по чьему-то разумению.

– Значит, выходит правда, что все построил Бог?

– Скорее его помощники и не так быстро как считают специалисты, утверждающие, что пространство зародилось вместе с Вселенной и расширяется с разбегающимися, галактиками. Это нонсенс! – опять возбуждается юный теоретик. – Чтобы пространству расширяться, надо быть в каком-то другом пространстве. Ничто в никуда расширяться не может. Наша Вселенная зародилась уже в готовом, наполненном чудовищной мощью, пространстве Моря Дирака.

– Значит, пространство существовало всегда и всюду? – интересуется Люба.

– Нет, к сожалению! Пространство формировалось бесконечно долго из неопределенностей. Чтобы это понять, человечеству надо пережить свои иллюзорные представления об окружающем мире.

– А сегодняшняя катастрофа – это фантом? Это все Эвоангелы устроили? – продолжает развивать свой интерес девушка.

– Про это надо у Олега спрашивать. Он по фантомам специалист.

– Ну что ж пойдем к нему. Я уже была сегодня в его яранге, они с Игорем каких-то колпаков навешали. Говорят, что новый эксперимент готовят.

Она берет Пашку под руку и ведет по дороге вверх. Чтобы привлечь внимание к себе, оставшись наедине, сама заводит разговор о науке, хорошо усвоив правило: «хочешь завоевать сердце мужчины, стань лучшим его слушателем, увлекись его страстью, его делом».

Пашке тоже нравится Люба. Ее упругое налитое тело дышит здоровьем и силой. Белая гладкая кожа роднит северянку с самой Снежной королевой, а в темных глазах таится дикая азиатская страсть.

– Кто ж они такие – Эвоангелы? Ты так много о них говоришь! Что это за божественные создания? – игриво и ласково пытает парня девчонка.

– Ангелы Эво – это сама любовь. Весь наш удивительно прекрасный мир сотворен великой энергией любви.

– Как это здорово! – радуется Люба, как радуется ученица словам любимого учителя. – Мир сотворен любовью! Но как она это делает, ведь любовь не осязаема?

– Уместный вопрос. Она не осязаема, потому что стоит над всеми силами природы и управляет ими, зажигая звезды, собирая космическую пыль в планеты, устраивая на них оазисы жизни, наполняя их причудливыми животными.

– Но Дарвин говорил, что жизнь развивается естественным путем.

– Это и есть проявление любви – выбор наиболее привлекательного партнера для продолжения рода. Но такой процесс работает лишь между особями одного вида животных. Появление же новых популяций и вообще других форм жизни зависит от Ангелов Эволюции. Свои идеи они встраивают в биоценоз часто уже готовыми блоками. Например, фотосинтез не имеет предыстории развития, он вставлен в живую ткань сразу готовым комплексом. Человек не развился из обезьяны, а построен на ее основе и внесен в живую природу как более гармоничный организм.

– И все это делает любовь?!

– А как иначе? Что есть наш земной цветущий рай – без любви?

– Реальность фантастична! Наверняка человек – это их наивысшее творение?

– А человек и есть высший Эвоангел! Его миссия в реальном мире – двигать дальнейшую эволюцию материи, управлять глобальными процессами. Любовь толкает людей на создание вещей, не встречающихся в природе, и заставляет вершить их естественный отбор.

– Ну, ты и сказал! Разве человек ангел? Ведь встречаются такие изверги, что только демонами их и можно назвать, – протестует Люба, зная о человеке много негативного и недостойного, не вписывающегося в ангельский образ.

– Эвоангел – это душа. А тело редко подчиняется духовному началу. В этом проблема человеческой эволюции. Возвысить душу над телесной сущностью – наша извечная цель. Несмотря на бездну людских пороков, дух и любовь творят свое неприметное, но великое благо. Любовь в человеческом обличии породила совершенно невероятные миры: драматургию, живопись, поэзию, музыку и многие другие, не имеющие даже приблизительного подобия во Вселенной. Если в человеке живет и созидает Эвоангел, он возвысит его разум до восприятия вселенской любви!

– Ты станешь большим ученым! Такие люди очень редкие в природе! – восхищается Люба, по-своему воспринимая слова о любви. – Так постичь суть вещей могут не многие. Тебе дано повелевать другими, особенно женскими сердцами.

– Не вижу ничего особенного в себе. Каждый человек может это понять, если попытается объединить факты, накопленные наукой и жизнью. Их достаточно, чтобы построить правильную картину мироздания.

Подходя к сараю, они слышат, как Олег раздраженно разговаривает с незнакомой бабкой:

– Нет! Я не занимаюсь никакой магией! С чего вы взяли, что я колдун?

– Так люди говорят, что тут живет колдун, – отвечает уверенно бабуля.

– Это все глупости! Не слушайте сплетни! Нет тут никаких колдунов!

Разочарованная бабушка уходит прочь.

– Пришла просить, чтобы я порчу на ее соседку навел! – с волнением говорит Олег, обращаясь к подошедшим друзьям. – Вот уж и слухи распустили, как будто я здесь черной магией занимаюсь! Я ученый, а не маг-чародей.

– Наши эксперименты необычны, поэтому их легко спутать со спиритическими сеансами или колдовством, – успокаивает друга Пашка. – Пожилому человеку, далекому от науки, не понятно их предназначение.

Центр связи с интеллектуальными структурами Олег устроил в сарае, который друзья прозвали ярангой, за то, что походит на жилище шамана или уголок фольклорного кружка. По всем стенам развешаны бубны, трещотки, дудки, разноцветные тряпичные куклы, обереги, маски и другая этническая утварь.

Рабочий беспорядок создают разбросанные учебные пособия, раскрытые книги, словно птицы с расправленными крыльями, готовые к полету. Необычный интерьер дополняют стопки научно-популярных журналов, в которых много смелых оригинальных идей, приучающих ребят так же вольно мыслить и отступать от научных догм.

Главенствуют же здесь различные приборы и устройства. Для спецэффектов используются магнитофонные записи особой музыки, высоких и низких звуков, шумов. А для создания нужных силовых полей ребята конструируют собственную аппаратуру. Электроника и экзотические шаманские атрибуты сливаются здесь в фантастический симбиоз.

Мечта Олега – с помощью уникальной техники по своему желанию вызывать любые фантомные явления. Он хочет проверить Пашкино утверждение о зыбкости трехмерного пространства. Молодой экспериментатор пытается воздействовать на него особым излучением и живой пси-энергией, сконцентрированной в одном месте. Поэтому здесь, каждый вечер, собирается много парней и девчонок.

Кто приходит сюда из любопытства, кто на свидание, а кто просто от нечего делать. Никакой тайны из опытов не делается. Многие воспринимают это как баловство, но Олег с недюжинным упорством стремится достичь желаемых результатов и время от времени что-то неведомое заглядывает на сеанс, от чего всем становится страшно.

Все помнят, как однажды, в сарай ворвался вихрь и вызвал настоящую суматоху. Книги сами открывались и перелистывались, а легкие журналы подхватывала невидимая сила. Куклы, утварь и инструменты срывались со своих мест и, делая непонятные танцующие движения, падали на участников эксперимента. В такой круговерти произошло замыкание электропроводки, и помещение погрузилось в голубой мрак. Необычное сапфировое свечение, словно вяжущая жидкость, остановило ветер и сковало присутствующих. Так продолжалось не долго, но напугало очевидцев таинственностью и внезапностью явления.

Самым же впечатляющим событием, стал для всех случай, когда во время очередного сеанса, так же отключилась аппаратура, а с улицы вдруг раздался страшный вой. Он доносился откуда-то сверху, с крыши. К воплям примешивался скрежет, как будто кто-то когтями скреб по железу. Не понимая, что происходит, компания высыпала на улицу, и ужас охватил всех, когда увидели во мраке ночи чернеющую человекоподобную фигуру, сидящую верхом на коньке сарая. Она выла, всхлипывала и, срывая кровельное железо, пыталась, видимо, проникнуть вовнутрь.

Паника смела любителей приключений со двора, Олегу же ничего не оставалось, как только бежать в дом за ружьем. Вернувшись, он никого уже не увидел на коньке крыши. Так и ходил с ружьем вокруг сарая до рассвета, сам боясь заглянуть в свою экспериментальную лабораторию, так как крыша, действительно была прорвана в нескольких местах.

После этого ночного кошмара было много разговоров и обсуждений случившегося. Говорили о фантомном явлении, которое, наконец-то, удалось искусственно создать. Не верившие в чудеса предлагали свои объяснения. Основная же версия была в том, что кто-то решил попугать участников сеанса, взгромоздился на крышу и выл, изображая нечисть. Но это событие не остановило экспериментаторов, а наоборот, привлекло еще больше желающих увидеть чудо.

В яранге уже много парней и девчонок. Все они с интересом рассматривают новое изобретение Олега и Игоря.

Пашка входит и неожиданно вздрагивает, от поразившего видения фантастически прекрасной феи, словно проникшей в этот мир из сказочного измерения. Ее коротко остриженные волосы дополняют изящные линии лица и вся она как яркий нежный цветок. Ничего подобного парню, увлеченному науками, не приходилось еще видеть. Незнакомка дарит ему всего лишь скользящий взгляд, но черная молния ее глаз успевает воспламенить в душе юноши бурю чувств.

Сошедшее на землю небесное создание с живым интересом и восторгом воспринимает окружающую обстановку. Балагур Вольдемар уже крутится возле нее и в своей шутовской манере объясняет ей обустройство яранги и то, что тут по ночам происходит.

– Это центр самой космической связи с миром Ангелов. Они уже сегодня выходили с нами на контакт и передали очень шумное приветствие, переполошив весь околоток. Вечером обещали заглянуть в нашу уникальную лабораторию.

– Это, что – такая новая цивилизация?

– Вернее сказать – это изначальный разум.

– Чем же вы его так заинтересовали?

– Ну, думаю, что любая разведка мира хотела бы хоть одним глазком взглянуть на то, что мы тут делаем. Но, увы, им не ведомы наши помыслы, а они фантастически грандиозны.

– Действительно тут все так необычно! Кругом гудит, звенит, мерцает, а куклы смотрят в упор застывшими глазами, словно о чем-то предупреждают! – удивляется девушка. Ее очень впечатлительная натура пребывает в трансе от обилия мигающих лампочек и яркой живой мимики масок. В таком полуобморочном состоянии она не может трезво оценивать чьи-то слова и контролировать собственные мысли.

– Такого разнообразия оснащенности требуют условия эксперимента. Ведь нешуточное дело – в одно мгновение расшатать пространство, да так, чтобы из всех его трещин посыпались фантомные миры.

– А зачем так много масок и кукол?

– А как же без них? Это проводники в мир мыслеформ, так сказать, застывшие отражения эмоций и чувств. Каждая маска и кукла выражает определенное психическое состояние. Они оживают в магических звуках музыки, под ритмичный бой барабанов.

Игорь еще раз проверяет работу подвешенных к потолку металлических колпаков, похожих на колокола. Он поочередно подносит к ним прибор, внимательно следя за показаниями.

– Система работает. Везде давление ровное, – сообщает он Олегу, сидящему за пультом управления, куда сведено множество проводов от разнообразного оборудования и прожекторов.

– Какие у вас странные люстры! – удивляется необычная посетительница.

– Да, можно их так назвать, – соглашается Игорь. – Это своего рода тоже светильники, только свет они дают совершенно другой природы. Они воздействуют не на окружающие предметы, а на пространство.

А зачем нужно воздействовать на него? – не отступает любознательная гостья.

– Чтобы привлечь Эвоангелов. Они всегда появляются в кризисных ситуациях. А что дальше произойдет, остается только гадать.

– Будем надеяться, что разразится хорошенький кошмарчик, – добавляет Вольдемар и обращается к восприимчивой девушке. – Хочешь увидеть что-нибудь страшное?

– Хочу, но боюсь, – уклончиво отвечает объект всеобщего внимания. – А что? Может появиться привидение?

– Все может быть, – продолжает нагонять страху Вольдемар. – Мы еще не научились этим управлять. Можно вообще провалиться в другое измерение и фантомные миры, наполненные прекрасными существами или жуткими чудищами. Чем чернее твои мысли, тем ужаснее порождаемые образы.

– Ой! Мне страшно!

– Не бойся, Тоня. Они только пугают, – смеется ее подружка. – Ничего сверхъестественного у них тут не происходит.

– Но сегодня может кое-что случиться, – уверяет Игорь. – Наша гора находится энергетической активности.

– Вы что, все еще живете в детских сказках? – продолжает отшучиваться Тонина подружка. – Как можно попасть в другое измерение?

– Конечно же – созн