Сноггл

Пристли Джон Бойнтон

Глава 8

ПЕРВЫЙ МЕЖПЛАНЕТНЫЙ ТАНЕЦ

 

 

С чувством невероятного облегчения Пег хлопнулась на диван, а Джеймс, герой, уселся в старое плетеное кресло. Стало так здорово, когда эти три монстра с ружьями ушли, перестав заполнять собой дом. Да еще Сноггл пока невредим.

— Джеймс, — сказала Пег, — ну ты и даешь! Правда, дедушка?

— Правда.

— Я понял, что надо что-то предпринять, — сказал Джеймс.

Пег отлично знала, что он зачастую довольно-таки тщеславен и любит прихвастнуть, но теперь-то он вел себя как истинный английский джентльмен, способный держаться хладнокровно и без суеты.

— Видишь ли, Джеймс, — задумчиво произнес дед, — если бы ты только закричал, я думаю, это бы не сработало. Но вот твои выстрелы из ружья подействовали. Тебя просто осенило, мой мальчик.

— Спасибо, дедушка. Майор Родпас оставил ружье рядом со мной, — не то мне не подбежать бы с ним к окну. Конечно, через несколько секунд Кроуп обнаружил бы Сноггла.

Дедушка засмеялся:

— И тогда инспектор сказал бы ему, что все его слов будут взяты на заметку и использованы как доказательство против него.

— Или нажал бы на курок своего кошмарного ружья, — предположил Джеймс.

— Нет! — возразила Пег. — Поговорим о чем-нибудь другом.

— О'кей, сестричка, — Джеймс уже не был скромным английским героем, он вернулся к своему обычному стилю американского гангстера. — Усеки только, детка, я это сделал, чтобы выиграть малую толику времени.

— Усекли, Мак, — это сказал дедушка, который никогда прежде не разговаривал в таком стиле. Ребята с удивлением уставились на него, а он продолжал: — Не удивляйтесь. Я время от времени читаю подобную ерунду на ночь. Но теперь, я думаю, мы должны получше использовать тот запас времени, который предоставил нам Джеймс. Сомневаюсь, что он снова сможет нас выручить в самый последний момент. Перед нами все еще две проблемы: как уберечь Сноггла от Кроупа и компании и как доставить его на корабль. Есть идеи, Джеймс?

— Насчет того, чтобы переправить его на корабль, — без понятия, полный завал. Разве только мы с Робином положим Сноггла в тачку, прикроем его мешками и повезем по направлению к кораблю, а там выгрузим его как можно ближе, куда только сможем подобраться. Не пойдет? — он спросил это, потому что остальные отрицательно покачали головами.

— Сразу же обречено на провал, — сказал дедушка. — Вам ни за что не пройти.

— Безнадежно, Джеймс, — согласилась Пег. — Мы можем только прятать его, пока не придумаем что-нибудь. Может быть, с корабля за ним пошлют, — добавила она нерешительно.

У Джеймса вытянулась физиономия:

— Может быть, эти высокоразвитые покорители космоса уже списали Сноггла со своего корабля. Как сказал Робин — возможно, они могут изготовить десятки таких в любое время, как понадобится.

— Нет, нет и нет! И слышать не желаю эту ерунду!

— Ладно, Пег, ладно. Лучше подумаем, как спрятать его от Кроупа, ведь тот вернется — бьюсь об заклад на что угодно. Шкаф, конечно, отпадает.

— А вот и нет! — возразила Пег.

— Ты что, совсем?

— Ничуть даже!

— Но Кроуп ведь прямо к шкафу кинулся!

— Потому что не надо было запирать дверцы, — сказала Пег, — это нас и выдало. Я ведь была категорически против — помнишь, дедушка? Как только он понял, что мы не хотим отпирать шкаф, — а мы еще всякую чушь начали нести, — он догадался, что мы спрятали Сноггла туда. Если бы мы сделали так, как я хотела, если бы оставили дверцы открытыми, Кроуп на него и смотреть бы не стал.

— Должен сказать тебе, Джеймс, — вмешался дед, — что в этом я согласен с Пег. Увидев кучу пальто и плащей, он подумал бы, что в шкафу больше ничего нет, и пошел бы обыскивать дом.

— Конечно, — подхватила Пег. — Когда он вернется, — а я спорю на что угодно, что он обязательно вернется, — единственное безопасное место для Сноггла будет именно шкаф с распахнутыми дверцами. Инспектор будет искать везде, кроме шкафа.

— По-моему, это бред, — пробурчал Джеймс.

— А мне нравится, — одобрил дедушка. Он попытался одновременно закурить и засмеяться, а вместо этого закашлялся. Но поднял руку, давая понять, что хочет кое-что добавить: — Это дерзкий и смелый блеф, а мне бы хотелось надуть инспектора Кроупа — слишком уж он доволен собой. Пег, я за тебя.

С минуту Джеймс казался недовольным, потом улыбнулся обоим:

— О'кей, рискнем! По крайней мере, мы сможем сидеть тут и стеречь Сноггла, пока великий инспектор перерывает весь дом сверху донизу. Эй, вот и Робин возвращается. Ну что нового?

Робин явно долго бежал и ворвался, совсем запыхавшись:

— Дайте попить содовой или еще чего-нибудь. Вряд ли они вернутся раньше, чем минут через пятнадцать. Надо попить — совсем во рту пересохло. — И он отправился на кухню.

Будто поняв, что на некоторое время он находится в безопасности, Сноггл выбрался из-за груды плащей и теперь стоял в шкафу, поводя и сверкая своими огромными глазищами. Это произвело впечатление даже на Джеймса:

— Когда его некоторое время не видишь, то потом понимаешь, что наш Сноггл — парень что надо!

— Конечно, правда, Сноггл? — обрадовалась Пег. — Я уверена, он понимает, когда ему можно выходить. Он ведь такой умница! По-своему, конечно.

— Не такой уж он был умница, когда шумел, а Кроуп его услышал, — возразил Джеймс.

— Я об этом думал. — Это Робин вернулся, держа стакан в руке. — У меня научно-фантастическая теория. А что, если Сноггл не боялся шуметь и не боялся, чтоб его услышали, потому что знал, что ты, Джеймс, его выручишь?

— Погоди минутку…

Но Робин не желал ждать:

— Это только теория. Но что, если Сноггл, возможно, при помощи одной из этих штук у него на голове, знает, что произойдет, за несколько минут до того, как это случается? То есть, он немного умеет предвидеть будущее…

— Какое же это тогда будущее, дурень ты! — усмехнулся Джеймс.

— Дед, а ты меня понимаешь?

— Думаю, что да, Робин. Его настоящее — его сейчас — возможно, гораздо шире нашего. Но мы с тобой поговорим об этом после, мой мальчик, когда покончим с космическим кризисом.

— Ладно. И еще, дедушка. А что, если я, Робин Хупер, вызвал сюда космический корабль — потому что так этого хотел?

— Это неважно. Во всяком случае, глупо, — нетерпеливо перебила Пег. — Поглядите на Сноггла. Он вышел и хочет поиграть или еще помаршировать. Ведь ему так тошно в этом шкафу.

Все посмотрели на Сноггла. И увидели, что он не только вышел из шкафа, но и переступает своими толстыми ножками (или лапками?). Глаза его блестели, как будто он готовился к какой-то проделке.

— Ух ты! Сноггл просится погулять! — На этот раз Джеймс изображал шерифа из вестерна. Затем, выходя из образа, он добавил: — Но не забывай, Пег, что его устраивает духота в шкафу. Так что, раз уж он вышел, придется закрыть окна, хотя бы на несколько минут.

— Мало того, — сказал дед, — слишком рискованно нам всем стоять, уставившись на Сноггла, не выставив вахту снаружи. Если вам, ребята, хочется с ним побыть, дежурить пойду я.

— Извини — это не годится, дед, — возразил Робин. — Ты не такой зоркий и не сможешь так быстро двигаться, как мы с Джеймсом. Нет, Джеймс, пойду я. Мне хочется побыть одному: пока я стою и наблюдаю, у меня могут появиться интересные мысли. Только проследи, чтобы все окна были закрыты, Джеймс. А если я увижу, что они возвращаются, дедушка, я сразу дам вам знать и у вас будет время, чтобы спрятать Сноггла.

Теперь Пег целиком занялась Сногглом. Он смотрел на нее, как она считала, выжидающе, поднимая и опуская свои ноги или лапы, как будто делал «шаг на месте», как на зарядке. Она поняла: вне всякого сомнения, он хочет поиграть в какую-нибудь нехитрую игру. Она сказала об этом деду, в то время как Джеймс тщательно закрывал окна.

— Понимаешь, дедушка, — продолжала она, — дело в том, что, когда он с нами маршировал, он был счастлив, что делает что-то вместе с нами, что перестает быть странным и чуждым нам созданием из диковинного мира.

Дед кивнул и улыбнулся:

— Контакт! Это очень модный теперь термин. Вы со Сногглом убедились, что можете контактировать. А вот мой бывший ученик на прошлой неделе объявил мне, что мы с ним контактировать не можем. Возможно, что Сноггла это хождение взад и вперед по комнате развлекает не больше, чем вас. Возможно, у него более фантастические склонности и привычки…

— Мы же считали, — вмешался Джеймс, — что он что-то вроде домашнего зверька.

— Я считаю, что так и есть, но в обществе, очень отличном от нашего. Там он вроде собаки, но для нас это сверхсобака. Теперь позволь мне закруглиться, — продолжил дед, — потому что Пег и Сноггл выражают нетерпение. Их интересуют вовсе не примитивные детские игры — им важен сам факт контакта.

— Конечно! — воскликнула Пег. — И мы хотим опять вступить в контакт — так что молчите, вы двое, и смотрите!

Пег промаршировала несколько шагов таким же образом, как и раньше, и Сноггл держался с ней в ногу. Но когда они проделали это четыре раза, именно Сноггл, а не Пег, прибегнул к вариации. Они сделали поворот, и он, вместо того чтобы идти за ней в обратную сторону, застыл, выполняя шаг на месте. Затем, когда Пег развернулась и пошла ему навстречу, — он сделал несколько шажков в сторону и двинулся вперед один.

От волнения и восторга Пег так и взвизгнула:

— Смотрите! Смотрите! Он танцует танец сногглов!

Теперь, делая только по нескольку шагов вперед и назад, оба добавляли к ним еще и приставные шаги, выполняя незатейливый танец. Дед с Джеймсом начали прихлопывать в такт.

Не так-то часто дедушка повышал голос, но теперь он просто кричал:

— Это же первый межпланетный танец в мировой истории!

— Спорим, что в истории солнечной системы, — обрадовался Джеймс и захлопал в ладоши громче. И вдруг остановился. — Извини, Пег, — сказал он. — Но мне кажется, уже хватит.

— Да нет же! Я как раз собираюсь придумать новую фигуру!

— Только не со Сногглом. Взгляни на него, Пег. Он почти выдохся.

— Так и есть, моя дорогая, — подтвердил дед. — Видно, что он уже совсем без сил.

И Пег к стыду своему обнаружила, что так оно и было.

— Ой, Сноггл, миленький! Прости — это я виновата. Он и глаза закрыл. Неужели это значит, что ему снова надо идти в шкаф?

— Это для него сейчас лучшее место, — заметил Джеймс.

Дедушка согласился:

— Все равно его нельзя здесь больше держать. Даже если бы мы не ждали, что инспектор Кроуп снова нас посетит.

— Смотрите, — сказал Джеймс, стоя возле шкафа, — я только хотел его подтолкнуть, а он уже сам повернулся и лезет туда — бедный Сноггл, его даже не надо в спину подталкивать!

— Но он не сможет развернуться за плащами. — Пег подошла поближе, чтобы приглядеть за ним.

Ему нужно было только, дойдя до плащей и пальто, повернуться, и это оказалось не слишком трудно, потому что одежда была легкой и висела свободно, а Сноггл был плотный и тяжелый. Но когда он это проделал, его передняя сторона осталась торчать между пальто и плащами, и он то закрывал, то открывал глаза. Вид у него был самый несчастный. А Пег внезапно почувствовала, что ей еще хуже, чем ему, как будто она оказалась за миллион миль вдали от их внезапного забавного танца.

Почти у всех людей есть собственные способы одолевать плохое настроение и тоску. Способом Пег было позволить себе кусочек — небольшой, конечно, — молочного шоколада с орешками. У нее в спальне был тайный запас его, недоступный мальчикам, которые запросто могли проглотить целую плитку сразу. Она пошла наверх, достала один из трех оставшихся квадратиков и теперь, спускаясь по лестнице, медленно посасывала его. Ей было грустно. У нее не было желания разговаривать или слушать, о чем говорят дедушка и Джеймс, поэтому она прошла через детскую прямо к окну и посмотрела в сад. Она услышала, как дедушка спросил ее:

— Что-нибудь случилось, моя дорогая?

— Настроение испортилось. — Она не обернулась.

Хотя дедушка был добрый и ласковый, он не очень-то понимал в настроениях — возможно, потому что был стар. Вот и теперь он к ней пристал, хотя даже мальчики промолчали бы:

— Испортилось, да что ты? Из-за того, что пришлось прекратить танец со Сногглом?

— Не только. — Она все еще глядела в окно, разжевывая последние кусочки орехов. — Всё вместе. Давит на меня, будто целая тонна, всякая ерунда.

— А ты напиши об этом стихи, дорогая.

Если бы это был кто угодно, а не дедушка, она бы прикрикнула, чтобы он заткнулся. А ему она только буркнула, не заботясь о том, слышит ли он ее:

— Когда-нибудь, возможно.

Она продолжала мрачно смотреть в окно, ничего не видя, но внезапно ее пронзило чувство острой тревоги — она даже испугалась, — как будто кто-то предупреждал ее, что сейчас случится нечто ужасное. И всего минуту спустя она увидела, как к дому со всех ног мчится Робин. Она стала открывать ему окно.

— Робин бежит, — сообщила она дедушке и Джеймсу. — Изо всех сил. Что-то случилось.