Три с половиной часа путники шли на север практически безмолвно: Элар напряженно размышлял, лезть к нему с расспросами Рита не решалась; влезть в мысли не получалось. Наконец остроухий просветлел лицом, улыбнулся…

"Черт его возьми с такой улыбкой, колени подгибаются! Женщины при виде него, должно быть, кипятком на нет исходят… Он что, понравиться мне успел?! О нет! Но очень похоже на то. И не дай Бог, мысли мои прочесть додумается! Сгорю со стыда… А ведь еще пара дней в его обществе, и я поскуливать от радости начну, видя улыбающегося Элара, и исходить слюной, мечтая о поцелуе… ужас!"

— Мы почти дошли. Видишь россыпь красных камней?

Голос эльфа буквально выдернул Марго из задумчивости. Пришлось дивчине встряхнуться, чтобы вернуться в реальность. Элар, слава Богу, шел, не оборачиваясь, и смену эмоций на лице не видел. Уф-ф-ф…

— Где? Ага, вижу. Брод там?

Блондинистый кивнул на ходу:

— Там. Смотри, какая волна протянулась через реку! В этом месте камни со дна цепочкой перегораживают поперек русло реки, течение очень быстрое, но перейти Сельгу вброд можно. Но вот тебе, — ушастик обернулся и пробежался критическим взглядом по мне с ног до головы, — Придется воспользоваться посохом, иначе снесет.

Перешли реку быстро, но посох Рита едва не утопила и подвернула ногу, за что получила нагоняй от ушастого моралечитателя. Больше ворчал: вправил стопу за две минуты, а боль прошла пять жалких минут спустя. Перейдя реку, путники повернули на восток и бодрым шагом шли до самого вечера. Пейзаж практически не менялся; ветерок шелестел травой и подпевал мурлыкавшему песенку Элару. Резкие клики степных птиц поначалу заставляли вздрагивать, но быстро стали привычным звуковым фоном. Путешествие началось.

Жаркое полуденное солнце щедро поливало светом две одинокие фигурки посреди Лихого Поля, настойчиво идущие на восток. Зоркие глаза ястреба на пару минут остановились, привлеченные оживленной жестикуляцией странной парочки: не то яростно спорят, не то что-то доказывают. Что, впрочем, почти одно и то же. Путь предстоял неблизкий и опасный, это понимали оба. Девушка из большого города начала XXI века средней полосы России и молодой эльф (каких-то пятьдесят лет из минимальных двухсот пятидесяти) из столицы Орнира Элтарны середины седьмого века от основания Великого царства Кум, объединившего разрозненные княжества людей, эльфов и гномов в одно государство (невиданный дотоле случай), шли навстречу судьбе. И та не замедлила поспешить навстречу.

На ночь пришлось остановиться в чистом поле. Элар командовал, Рита делала — полная гармония и взаимопонимание. Командовать-то она и сама умела прекрасно, но это был тот случай, когда предложить что-то дельное не могла, поэтому вырезала дерн, сооружала очаг в ямке и разжигала костер. Эльф колдовал: сооружал защитный круг, создавал иллюзию невидимости, скрывал чары, пополнял запас силы. На все про все ушло около часа. После трудов праведных оба уселись по-турецки возле костра и начали травить друг другу байки про свои миры. Марго рассказывала про себя любимую, про Россию, про глобальные проблемы и экономические кризисы. Эльф не перебивал, только время от времени делал квадратные глаза, особенно когда гостья начала рассуждать о современной науке.

— Подожди, я не понял: как это твой мир так обходится без магии?

— Вот так и обходится, у нас рулят технологии. Никакой магией атомный реактор не построишь, тут нужны точные расчеты. Или тот же самолет — столько наук нужно применить, голова кругом.

— А как вы от болезней лечитесь?

— Ха, да медицина таких высот достигла, что буквально с того света достает некоторых пациентов. У вас ведь от раны в сердце сразу же концы отдают, верно?

— Да, сразу умирают.

— Ну вот, а у нас, если сразу до больницы довезут, то рану заштопают и человек будет дальше жить безмятежно.

— Только человек?

Рита почти виновато глянула эльфу в глаза.

— В моем мире нет эльфов. То есть кто-то в вас там, может быть, и верит, но никто никогда не видел вживую эльфа. Про эльфов рассказывают в сказках, фантастических романах, даже кино про них снимают, но на планете Земля живут только люди.

Ушастый приподнял брови:

— Интересно…

— А в этом мире какие живут существа?

— Люди, гномы, эльфы, тролли, вельхолы, орки, драконы — разумные существа. Про неразумных рассказывать?

— Если не затруднит.

Элар вытянул ноги на траве, устраиваясь поудобнее.

— Почти разумны дрэколы, но речью не обладают, живут в глухих ущельях Заоблачных гор. Рэддоки живут в Красных Топях на юго-востоке, за границей Орнира, о них мало что известно. Насчет животных даже не знаю, что рассказывать, слишком уж их много.

— Да уж, спасибо, зоологией не увлекаюсь. Почему вельхолы гнались за тобой?

— Долгая история. Я крепко отдавил им хвост во время последней вылазки, а до этого раздраконил, на свою же голову. По поручению Лелионы я прикинулся перебежчиком, втерся в доверие Каллинару и возглавил отряд вельхолов из Нортега — их логова в отрогах Заоблачных гор. Командовал ими довольно удачно, но на последней операции раскрыл сам себя. Эти витязи с нечищеными отродясь зубами дрессировке плохо поддаются, как любые наемники. А Каллинар решил во что бы то ни стало сколотить из них передовые отряды новой армии с образцовой дисциплиной. В общем, дрессировать этих мартышек пришлось мне, всеми доступными способами. Во время последней вылазки применил заклинание Озерной Росы, чтобы призвать их к порядку. Вельхолы, конечно, не знали, что бы это значило, но вот после злополучной вылазки Веллидор вызвал моего помощника для подробного отчета. Я только и успел, что схватить сумку, вскочить на нерасседланного коня и пуститься вскачь по Лихому Полю к утесу Семи Бурь.

— А почему именно к утесу? Других мест не нашлось?

— Там меня не смогли бы засечь маги короля Бергоса. Магия камня настолько сильна, что любая другая на ее фоне теряется. А маги Веллидора побаиваются будить Когль, тот их не слишком жалует.

— Минуточку! Это что же получается — зловредные колдуны знают наше точное местоположение?

Эльф возмутился, аж ушки торчком встали:

— Я, по-твоему, зря стоял тут магичил битый час? Сразу не определят точное место, но дольше, чем на ночь, здесь задерживаться нельзя. Если еще переживем эту самую ночь…

— Хватит нагнетать атмосферу! И так мурашки по коже после твоих рассказов.

Остроухий собеседник пристально посмотрел девушке в глаза:

— Знаешь, ты одна из немногих, кто позволяет себе так вольно общаться с магом, к тому же эльфом.

Рита не удержалась от того, чтобы съехидничать:

— Может, потому, что местных обычаев не знаю? Или тебя не боюсь?

Эльф смерил девушку долгим, оценивающим взглядом:

— Нет. Это у тебя в крови. Признайся, ты попадала в неприятные истории из-за своей прямоты?

Красотка поежилась, вспомнив один из таких случаев — скандал в приемной комиссии одного университета, куда она подала документы после окончания средней школы.

— Допустим. И что из того?

Элар усмехнулся.

— Ничего. Просто некоторые маги могут неправильно тебя понять. Существует целый этикет общения с людьми (и не людьми) разных профессий, в том числе и чародеев. В твоем мире наверняка существует нечто подобное.

Маргарита сделала умное лицо и высказалась:

— Ага. К учителям нужно обращаться исключительно по имени-отчеству, к судье — Ваша честь, к людям старшего поколения и боссу — на Вы и т. д. Как же к волшебникам-то нужно подруливать?

Блондинистый просветитель неразумных иномирцев устроился поудобнее, поерзав пятой точкой по шуршащим ветвям лежанки.

— Все профессии разделены на 4 стихии. Земля — стихия земледельцев и ремесленников, Металл — кузнецов и ювелиров, Дерево — охотников и скотоводов, Вода — цирюльников, знахарей и врачей, Воздух — королевских чиновников, Огонь — воинов и Стражей. Случается, что кто-то носит несколько колец с печатями разных стихий — если сменил несколько профессий. И только маги носят кольца со знаком Великого Единения стихий. Достаточно предъявить кольцо — и магу обязаны помочь всем, чем могут.

— Ну ничего себе! А если он попросит массовое человеческое жертвоприношение?!

— Чтобы его потом судил суд Круглого стола? Нет уж, дураков не находится вот уже около двухсот лет.

Рита хихикнула, вспомнив легенду о короле Артуре и рыцарях круглого стола.

— И что делали с оторванными некромантами?

— Заставляли проходить испытание у Дерева Правды. Невиновного оно отпускает, виновного уничтожает на месте.

— Хм… В моем мире есть что-то похожее в джунглях Африки. Слушай, а где твое кольцо?

Вместо ответа эльф поднес левую руку к губам, что-то прошептал, и девушка увидела на безымянном пальце Кольцо с большой буквы. Оно горело холодным серебристым светом, выделяя гравировку в виде головы льва с открытой пастью, светящуюся зеленоватым пламенем.

— А почему я раньше его не видела?

— Зачаровал от любопытных глаз.

Видимо, она так выразительно на него посмотрела, что блондинистый поспешил уточнить высказывание:

— Веллидор и его маги с одного взгляда вычислили бы меня по кольцу.

— То есть? Ты же и так прикинулся перебежчиком, чем бы тебя кольцо-то выдало?

Эльф воззрился на девушку так, словно по телу вместо кожи у нее росли цветочки.

— Это фамильное кольцо. Его владелец скорее умрет, чем пойдет на службу к кровному врагу, убившему его отца.

— Вот, значит, как. Ну, раз в деле замешана вендетта, лезть в эту кашу себе дороже. Так как там к магам нужно обращаться?

— По придворному этикету так: Заклинатель стихий, прошу Вас обратить внимание на скромную просьбу простого смертного.

— Хм, а вы-то чем от простых смертных отличаетесь?

— Продолжительностью жизни и отменным здоровьем. Лелиона, кстати, частенько от души, со вкусом чихает на этикет, общаясь с народом, так что обратиться к магу, просто на Вы не считается теперь дурным тоном.

— Слава Богу! Не хватало еще язык сломать, изощряясь в дифирамбах заносчивым колдунам. Слушай, ты спать не хочешь?

— Уже давно, только тебя, видимо, не угомонить. Как дитя малое, бодрствуешь, когда спать надо.

С трудом подавив желание запустить в этого белобрысого нахала ненужным здесь сотовым телефоном, Рита спрятала смартфон обратно. Пригодится еще, надеюсь.

Проснулась девушка от того, что ее бесцеремонно трясли за плечи, и пытались поставить на ноги в сонном состоянии. Поднять-то подняли, а разбудить забыли. Рита всегда долго просыпается, а тут вообще как зомби — потянулась к сумке, долго копалась в ней в поисках телефона. Пока нашла, почти проснулась, посмотрела на время — сон как вихрем снесло в неизвестном направлении! "Во сколько мы спать-то вчера легли?!"

— Перед рассветом. Поднимайся, завтрак на траве.

— Ты давай завязывай с этим. Читать мои мысли опасно для душевного здоровья и физического благополучия.

— Вот тут ты права. Где твое "доброе утро, господин чародей"?

— Иди ты, знаешь куда… Огород на даче у бабули полоть! Как вернешься, сам здороваться научишься, в неприличной позе.

— Чего это ты с утра такая ласковая? Не выспалась?

— Хуже. Я ПРОСНУЛАСЬ, а делать этого, видимо, не стоило.

Синие глаза светились сочувствием, растапливая боль и детскую обиду на несправедливость всех миров.

— Не нервничай. Все будет хорошо.

Хм, видимо, во всех мирах мужчины утешают девушек одной фразой. После этих слов Рита всегда настораживалась и переводила разговор на нейтральные темы, лишь бы история не повторилась… А сам эльф выглядит бодрячком, как будто сутки отсыпался и приговаривает уже второй бутерброд. Красавица спохватилась, что эдак мне ничего не достанется, и принялась уплетать свою порцию.

— Слушай, а почему ты улегся спать и не стал караулить лагерь?

— А шмышл? — прошамкал белокурый обжора. — вельхолы на рассвете по полям не разъезжают, а спать укладываются.

— И в исключительных случаях среди бела дня гоняются за шпионами сопредельных королевств. Видимо, разминаются просто.

— Они не смогли меня убить, значит, мою скромную персону поручили магам, а те благодаря заклинанию окна вычислить меня не могут.

— Это еще что за химикат и с чем его едят?

— Чары такие. Позволяют поисковым потокам проходить сквозь объекты, не распознавая ни их, ни их магию. Ты поела? Отлично, собирайся. Отсюда до границы неделя пути.

Всю первую половину дня путники упорно шли вперед, на восток. "Спасибо тебе, мама!!! Спасибо за то, что выгуливала меня каждое лето по лесам в поисках грибов и ягод, совершая ударные марш-броски по просторам нашей Родины!" Ноги устали, конечно, но идти Рита, вопреки своим опасениям, могла. И не только идти.

— Кисть отводишь назад, плавно, а выбрасываешь вперед резко. Свикт должен лететь по горизонтали или по диагонали, но никак не по дуге. Как ты собралась им в кого-то попасть, так выворачивая руку?!

На свою бедную голову эльф взялся научить Риту обращаться с оружием. Марго! Да ее на кухню-то подпускали, держась одной рукой за аптечку с бинтами и йодом: стоило ей прикоснуться к ножу, как порез появлялся как по волшебству. А тут боевой ножичек, по местному — свикт (подарок Когля). Однако дело пошло на удивление хорошо: часа через два Рита таки научилась правильно выбрасывать руку, чтобы этот кусок металла летел как надо, дабы попасть в цель. К обеду путники набрели на небольшой ручеек с одиноким кленом на бережку. Элар тут же намагичил мишень, так что вместо обеда девушку ждала тренировка. Изобразить что-то путное не смогла, поэтому свой кусок вяленого мяса жевала уже в дороге, дуясь втихомолку на этого солдафона в одежде неформала-толкиениста. А как его еще назвать? Свободная рубаха до середины бедра, распущенные волосы до плеч, кожаный пояс с ножами, серые штаны и серые же сапоги с серебряными шпорами. Вышагивает, как пава. Тьфу ты, гусь крапчатый…

На счастье Риты, эльфу надоело топать пешком по степи. Без объяснений он остановился, сбросил на землю сумку, в которой протестующе хрупнули остатки сухарей, и в приказном порядке велел не трогаться с места без разрешения. Дожевывая мясо, девушка вслушивалась в напевное звучание стиха, подобно колокольному звону разносившегося над просторами.

"Заклинаю морями, ветрами, лесами,

Полуденным солнцем и кровью своей,

Зеленого Дома стальными щитами

И радостным смехом эльфийских детей:

Приди на мой зов между Навью и Явью,

Сквозь тысячу тысяч фальшивых друзей…"

Над степью повисла тишина, словно ждущая отклика на слова эльфа. Один порыв ветра, следом второй, затем третий пригладили высокую траву, отчего та засеребрилась и затрепетала, подобно речной глади. В ожидании прошло несколько томительных минут, однако представшее глазам зрелище заставило замереть с открытым ртом.

— Эл-л-лар, что это?!

Странно, никогда Рита заиканием не страдала… Остроухий ведьмак ухмыльнулся, довольный произведенным впечатлением.

— Мой старый друг. Хочу попросить его об одной услуге.

Между тем этот "друг" приближался, увеличиваясь с каждой секундой в размерах. Постепенно Рита смогла различить прижатые к брюху лапы с изрядными когтями, горящие зеленые глаза с вертикальными зрачками и ехидную улыбочку, которую из-за обилия огромных острых зубов стоило именовать скорее оскалом. Громогласно взревев, дракон сложил крылья и ласточкой спикировал вниз, заслоняя телом половину неба. Рядом с такой махиной девушка почувствовала себя, мягко говоря, неуверенно. Приземлившись, чешуйчатый, подобрав крылья и вытянув шею, принялся осторожно обнюхивать Элара.

— Эларр, почему от тебя несет вельххолами?!

Рык дракона напугал Риту куда больше, чем острые зубы, а эльф остался внешне спокоен.

— Потому, что еле удрал от них. Спасибо Коглю и Марго, не дали пропасть. Здравствуй, кстати, Гром.

Дракон неодобрительно фыркнул, покачал головой и уставился на девушку, будто только что увидел.

— И тебя туда же. А это что ещще за цыпочка? Совсем одурел: тасскать дам по сстепи?!

Эльф хохотнул и принялся рассказывать любопытствующему дракону про Марго и совместные похождения. Слушатель блондину достался благодарный: он и рычал, и крыльями хлопал, и огнем плевался, и хохотал до бриллиантовых слез. Кроме шуток: слезы дракона, застывая, превращаются в алмазы. Рита сама видела, иначе ни за что не поверила бы.

Примерно к середине повествования она осмелела настолько, что вставила несколько ехидных реплик, чем заслужила искренний восторг непосредственного чешуйчатого. В общем, через пару часов путники с драконом стали если не закадычными друзьями, то приятелями точно. Неожиданно дракон спохватился.

— Так зачшшем ты меня позвал-то? Ведь не байки же потрравить.

Эльф притворно вздохнул:

— Ничего-то от тебя не скроешь. Я хотел попросить тебя перенести нас поближе к границе, насколько сможешь. Чем быстрее мы покинем Бергос, тем лучше.

Крылатый ящер хитро покосился на советника королевы.

— А есссли бы я летал где-нибудь в Ссеверных лессах? И неделю тебя разыссскивал?

Белобрысый серьезно посмотрел ему в глаза и ответил:

— Скорее всего, больше не увидел бы вообще. Весь север Бергоса похож на разворошенное осиное гнездо.

Дракон согласно кивнул. Обсуждение плана полета заняло немного времени: договорились вылететь с наступлением темноты. И вдруг Риту осенило.

— Стоп! А почему мы летим только до границы? Не проще ли смыться подальше от этого осиного гнезда по воздуху?

Дракон склонил голову вбок, отчего стал похож на всклокоченного петуха, пытающегося рассмотреть одним глазом — нет ли поблизости червячка. Косые лучи солнца вызолотили грудь гигантской рептилии, серебристые блики метнулись по блестящей серой шкуре.

— Не проще. — Отрицательно помотал головой эльф. — Мне нужно кое-что забрать из подземных лабиринтов на границе. Без этого чего-то нет смысла возвращаться к Лелионе.

"Та-а-ак, опять остроухий чего-то задумал! Вот я его выведу на чистую воду". Девушка мысленно потерла руки, приступая к допросу с пристрастием.

— А ну, колись, Штирлиц местного разлива: что за пакость ты нашел и в каких таких лабиринтах? И нечего мне глазки строить, Тесей блондинистый!

Гром, глядя на недовольного эльфа и подбоченившуюся рыжую девицу, грохнул хохотать. Он смеялся, сев на хвост и прижимая передние лапы к брюху, и никак не мог остановиться. Трава выгорела метров на двадцать возле морды веселящегося ящера, остроухий, вслед за ним Рита бросились затаптывать огонь. Всю окрестную живность распугал километров за пять наверняка, даже змеи, и те поуползали поглубже в норы. Наконец, траву потушили, пополам с ругательствами, а дракон все никак не мог просмеяться.

— Хорош ржать, ты меня с мысли сбиваешь! А ты, шпиён орнирский, отвечай давай!

Как ни странно, Гром заткнулся, подозрительно посматривая в сторону Марго зеленым глазом, а господин Аллитарэль соизволил ответить, серьезно глядя в глаза.

— Я узнал, что магические посты границы активируются неким артефактом, скрытым в лабиринте, или, по-другому, катакомбах Ролана. Про него я тебе потом расскажу, сначала о главном. Мне нужно выкрасть артефакт, если получится. А если невозможно украсть, тогда — уничтожить.

"Да-а-а, а эльф-то у меня с двойным дном оказался! Вот зараза, раньше не мог рассказать?". Но вслух выражать возмущение Рита не стала, ограничившись хмурым взглядом исподлобья.

Остаток дня эльф мастерил из подручных материалов седло, иначе удержаться на спине дракона невозможно. Ну, разве что, вцепившись в спинной гребень зубами. Чем могла, Рита пыталась помочь, но в результате мсье главком, как она в шутку прозвала остроухого разведчика, отправил ее готовить ужин из свеженькой оленины, которую добыл наш чешуйчатый кормилец. Ум, ням, как вкусно!

После заката, с появлением на небосводе первых звезд, Элар присобачил на спину дракону кустарное седло. Мамочка, лишь бы оно в воздухе не развалилось! Эльф влез в седло первым, следом неуклюже вскарабкалась Маргарита. Гром, бессовестный, подхихикивал, глядя на ее старания. Страшнее голодного дракона может быть только сытый дракон, у которого прорезалось чувство юмора. Издевками доведет до инфаркта кого угодно! Но, вот и взлет. Расправились громадные кожистые крылья, рука Элара покрепче перехватила талию красавицы, ветер прянул в лицо. Рита в сказке…

Вся ночь прошла в полете. Временами дева ненадолго засыпала, благо эльф не давал свалиться вниз. Высота ощущалась по температуре: чем выше, тем холоднее. Призрачные облака, почти прозрачные в темноте, касались лица прохладно-влажными завесами; изредка выглядывавшая луна серебрила безбрежные моря травы с редкими темными пятнами лощин; монотонный гул ветра в вышине убаюкивал. Словно и не было перемещения в иной мир, а приснился волшебный сон; неизмеримо далекими казались перекошенные морды вельхолов, мерцающий воздух пещеры Олладум и собственное бегство на восток, к неизвестной столице загадочного царства. Мир и покой летней ночи дарили забытье от тяжелых мыслей.

С появлением на восточном крае неба тонкой алой полоски рассвета дракон, вытянув крылья в одну линию, пошел на снижение. Руки Риты сами собой вцепились в шипы драконьего хребта, сердце провалилось и упало в желудок. Ну их, такие полеты на драконах! Элар, летчик-камикадзе, посоветовал Рите расслабиться: дескать, этот живой самолет еще ни разу никого не уронил со спины. "Ага, уронил в желудок. Интересно, мне показалось, или этот мерзкий птеродактиль хихикает втихомолку?" Земля, утонувшая в клубах тумана, приближалась с угрожающей скоростью. Американские горки рядом не валялись! В самый последний момент крылатый Титаник чуть изогнул кончики крыльев вверх, и вместо эффектного крушения вышла очень даже плавная и изящная посадка. Но страх перед полетами этот зловредный ящер подарил Рите надолго. Из седла она вывалилась, еле удержавшись на ногах. "Ну, сейчас я ему задам!"

— Я тебя сейчас поймаю за хвост и буду кусать с особым зверским удовольствием! Разве можно так пугать спросонья человека?! Ты это нарочно, да? Р-р-р…

— А что, пошшшутить нельзя? Эй, хвосст — это неприкосновенная чассть тела дрракона, отпусти немедленно! Элар, да сскажи ты этой кошшке дииикой!

Внушительный бас чешуйчатого изверга перешел на последнем слове в истеричный фальцет: как впоследствии выяснилось, Гром панически боялся щекотки на нижней поверхности хвоста. Чешуйки там мелкие и мягкие, по чувствительности похожи на пятки человека.

— Марго, прекрати немедленно! Хи-хи… Вот махнет хвостом, и придется твои косточки собирать по окрестностям! Ха-ха-ха! Марго, отцепись от дракона!

Самоотверженный эльф истерически хохотал, пытаясь оттащить за пояс злобную Риту от жертвы, и лишь усиливал общую суматоху. Через некоторое время, когда страсти улеглись, а обиженный дракон прекратил махать хвостом, как раздраженный кот, посреди чиста поля был устроен военный совет. Попытки проигнорировать девушку по праву гендерной принадлежности с треском провалились после убедительного довода в виде подаренного Коглем меча. Как неосторожно проболтался вчера остроухий, к женщине его государства, имеющей меч и умеющей с сим оружием обращаться, всем мужчинам настоятельно рекомендовано королевой относиться как к равной. "Вот молодец дама, уважаю! А о том, что драться я толком не умею, деликатно умолчим…"

— Значит, решено. Драконов в эти дела не впутываем, за исключением самого крайнего случая. Через границу прорвемся самостоятельно, но королеве я за тебя словечко замолвлю, тут даже не сопротивляйся. Без тебя мы до границы не сумели бы добраться.

— А вы до нее и не добралиссь еще, не ссскачи поперед батьки в пекло. До Бури равнин день пути, помнишшшь?

— Да помню, помню. Спасибо тебе. Попутного ветра в крылья!

— И тебе не хххворать! До сссвидания, рыжая кошшшка!

— Ах ты!..

Догнать крылатого паразита не удалось — от одного взмаха гигантских крыльев порыв ветра усадил Риту на то место, откуда она подскочила. Эльф ухмыльнулся, весело глядя в сторону красотки. "Значит, уже забыл про предстоящий отрывок пути по вражьей территории. Пора напомнить!" Состроив невинную мордашку, Рита поинтересовалась:

— Элар, так нам еще целый день на своих двоих топать до границы? Кстати, а что потом? В смысле, дойдем, а дальше что? Будем кричать, чтобы вернули нас на родину, фашисты недобитые, или план какой ни на есть хитрый придумаем?

Блондин неопределенно хмыкнул, поведя плечом.

— Да готово все давно. Ты думаешь, я сунулся бы в пасть врагу, не имея пути к отступлению?

Рита нарочито наивно похлопала глазами.

— Стало быть, я могу не беспокоиться насчет злобных вражьих магов и свирепых дикарей?

В глазах блондинистого стратега промелькнул нехороший огонек.

— Почему же, можешь. Но толку от твоего беспокойства…

"И кто над кем издевается? Ответил, как в лужу посадил. Должно быть, опасно низводить эльфов. А курощать категорически не рекомендуется".

Наскоро позавтракав остатками вчерашней роскоши в виде вяленой оленины, героические путники двинулись на поиски приключений… Остроухий зануда снова пристал с практикой метания свикта, отвертеться не удалось. Вновь обед превращен был в боевой практикум. К безмерному удивлению одной рыжеволосой особы, придирчивый эльф остался почти доволен усилиями оной дамы, несказанно порадовав ее.

К вечеру испортилась погода. Хмурые тучки злорадно свесились над головой, посверкивая на горизонте улыбками-молниями. Идти становилось, как ни странно, все легче. Ноги, казалось, сами по себе переступали по высокой траве, легкие с восторгом дышали посвежевшим воздухом. Гроза все не начиналась, словно выжидая одной ей известный момент. Ни к селу, ни к городу Элар брякнул:

— Приготовься. Сегодня тебе, скорее всего, придется применить навыки метания свикта.

Слова эльфа заметно снизили градус настроения. Во-первых, Рита не была уверена в этих самых навыках, а во-вторых, становилось холодно при мысли о том, что придется поднять руку на человека. Одно дело — спустить на мордатых разбойничков камнепад, спасая жизнь человеку, и другое — хладнокровно целиться в другого человека с целью отнять жизнь.

Внезапно Элар остановился, подняв вверх левую руку ладонью вперед. Марго инстинктивно замерла на месте, как богомол, застигнутый врасплох на месте трапезы или еще чего-то, более пикантного. Учитель свиктометания снял с плеч сумку, вынул из нее простенький янтарный браслет, нацепил на руку и… исчез с глаз долой. Не успела Рита испугаться, как раздался его голос:

— Это браслет-невидимка. Дальше будем идти невидимыми, иначе попадемся, как юнцы в соседском саду на краже яблок.

С этими словами эльф взял Риту за руку и вновь стал видимым. Полюбовался на озадаченную физиономию девицы, рассмеялся и объяснил для самых умных среди недоразвитых:

— Ты меня видишь потому, что я этого сам захотел. Враг не увидит даже в момент своей смерти. Чтобы ты меня видела, нужно соприкосновение рук.

"Ой, а я сама ни за что бы ни догадалась, что так нужно, а он вовсе не искал повода пожать мне лапку! А ладонь у него, кстати, горячая и удивительно чуткая". Так путники и шли дальше, взявшись за руки: Рита, мрачно молчавшая даже в мыслях, и он, искренне посмеиваясь ее настроению, пока на потемневшем горизонте не показалась еще более темная масса. Быстро пробормотав заклинание, Элар уверенно сообщил:

— Впереди пограничный форт Бергоса Буря равнин.

— Подходящее название для погоды. Мы успеем дойти туда до грозы или будем потом оставлять на полу в помещении лужицы?

— Надеюсь, в помещение не будет нужды заходить.

— То есть как это? Плестись ночью по грозе в чистом поле?!

— Не кричи так, пожалуйста, я уже оглох на левое ухо, кажется… через тринадцать верст после границы начинается Вольный лес, там мы найдем приют.

— Какой лес?

— Эльфийский. Я в нем родился.

Отложив расспросы на потом (а зря!), Рита оставила сосредоточенного мага в покое. "Когда нужно, могу и помолчать. Вслух, разумеется, мысли-то шебуршатся в голове пчелиным роем. И самая назойливая из них: как прорываться будем?" Так, бравым строевым шагом путники подошли к внушительной крепости, сложенной из серого гранита. Интересно, где столько стройматериала достали? Каменоломен на первый взгляд поблизости нет…

Из размышлений Марго разом вывел эльф одним-единственным замечанием:

— Посты, магические в том числе, усилены как минимум вдвое. Придется известить о нашем присутствии одного милого стражника.

У красотки челюсть упала на землю и больно стукнула по ноге. Пока она размышляла, что это: стратегический маневр или попытка изощренного самоубийства, этот оригинальный псих, сжав ее ладонь покрепче (видимо, ее сомнения в его адекватности каким-то образом отразились на лице), и решительно направился в обход крепости.

"Что ж, раз этот тип решил таким образом свести последние счеты с жизнью, не буду ему мешать. До тех пор, пока у самой не появится страстное желание его придушить. Перебирая в памяти все возможные способы приведения в чувство временно помешавшихся, я припомнила откровения Когля относительно неких моих магических способностей. Как он там говорил… Нужно сконцентрироваться, чтобы читать мысли. А что, может и пригодиться. Только на чем мысли концентрировать? Представить себе, о чем он может думать? Или взглядом пролезть к нему в голову? Что же делать-то?!"

Внезапно на смену немому отчаянию на Риту снизошло тихое вдохновение. Ощущение такое, как будто голову отдельно от тела покачивают ласковые волны. Ты перестаешь различать отдельные звуки, выделяя бессвязный на первый взгляд говор… Постепенно он становится все громче, обретает глубокое звучание…

— … если получится… если нет — королевству, мне, Лелионе — конец. А что же будет в таком случае с НЕЙ? Я себе ее гибели и после смерти не прощу. Так, соберись, тряпка! Второй левый вход охраняет тролль, договоримся. Зеленый камень, катакомбы. Все получится.

Хм, а Марго-то подозревала, что у нее больше не получится такое никогда. Ан нет, оказывается, не все так плохо. Хотя, если судить по мыслям эльфа, все как раз хуже некуда.

— Куда мы идем, Элар? Какой еще левый вход с троллями?

Остроухий интриган, искоса взглянув на лицо девицы, принялся вещать.

— Буря равнин — не простая крепость. Около двухсот лет назад она была отстроена по приказу Князя эльфов и короля Кума, как общая школа воинов для людей и эльфов. Под крепостью было вырыто несколько подземных ходов, ведущих от замка до леса Гарта, реки Эльвы на севере и Серых Холмов на юге. Эти огромные туннели рыли гномы, получившие право забрать все полезные ископаемые, что встретятся на их пути. Дорвавшиеся строители нарыли еще несколько параллельных туннелей, выбирая жилы драгоценных металлов. В результате получился целый лабиринт, тянущийся на много десятков миль, называемый катакомбами Ролана, по имени короля. Ходят жутковатые слухи о нежити, облюбовавшей катакомбы под место жительства, но с очевидцами мне поговорить не удалось.

— Видимо, потому и не удалось. Зачем тебе сдались эти подземные страшилки?

— Затем, что на территорию Вольного леса мы можем прорваться через эти подземелья, уничтожив одну занятную вещичку. Другого пути нет.

— А зеленый камень тут при чем?

— Камень открывает вход в главный туннель. Идти, кстати, придется всю ночь, ходы слишком извилистые.

— Так ты раньше там бывал?!

— Не просто "бывал", а составлял карту подземелий. Да, никаких ужасов там не водится — маги зачаровали катакомбы сразу же, как только гномы закончили строительство.

"Вот паршивец! Как доберемся до столицы, сама его придушу грязным носком, помощь нечисти не понадобится. Строит из себя героя, панфиловец недобитый".

— Что же ты тогда от вельхолов ноги делал, если в таких опасных для здоровья производствах работал?

— От вельхолов вообще никому не удается уйти. Я стал пока что единственным исключением. За что мое огромное спасибо.

Рита грустно усмехнулась:

— Про спасибо это ты что-то поздновато вспомнил. Я уже сама о таком великом факте своей биографии забыть успела.

За разговорами путники вплотную подошли к стене крепости и начали обходить ее по часовой стрелке, пока не наткнулись на гладкий каменный блок размером с дверь в кладке стены. Но вот уж чего не ожидала Рита от своего спутника, так это забористого мата, понятного даже ей без знания тролльего языка.

— Жбактын ын, тромм ирм! Отворяй!

— Ага, так я тебе и отворил, маграхыз недоделанный! Чтобы после такого издевательства над тролльим языком я тебе еще хоть чем-то помог!!!

— Да куда б ты делся, филолог мохнатый. Я тебе золотом плачу не за составление словаря ненормативной лексики. В следующий раз специально буду здороваться на эльфийском.

— Ну вот и поговори с ним по-человечески… Тьфу, по-тролльи!

С ужасающим скрипом каменный блок отъехал в сторону, открыв черный провал в стене. Откуда тут же раздался гораздо громче ворчливый хрипловатый бас:

— Пожаловал-таки. К твоему сведению, вся Буря равнина поднята на уши по приказу короля, дабы опасный шпион не проник на территорию соседнего государства, а был доставлен в столицу для тщательного допроса и… Это еще кто?!

Вместо ответа расторопный эльф впихнул засомневавшуюся дивчину в проем, скользнул следом и со вкусом пнул каменный блок двери, ставя последний на место. После чего прошипел:

— Ты бы еще пошел к коменданту с повинной: я, дескать, шпиона решил пропустить в Орнир, выпишете подорожную! Разорался, как чайка при виде рыболовецкого судна. С головой все в порядке?

— У меня — да! До центральных ворот далеко, никто кроме нас двоих про этот ход не знает, комендант с оркой из салона мадам Леты развлекается, а вот ты… Что за, хм, девка у тебя на прицепе?

В ответ белобрысый нахмурился, но изволил ответить:

— Не просто девка. Магичка. А ты, любезный друг, морали читать не вздумай, не до того сейчас. Все приготовил?

Пока эти двое выясняли отношения, глаза приспособились к освещению и в красках представили незабываемое зрелище. В руках у существа, называемого троллем, болталась из стороны в сторону конструкция, отдаленно напоминающая керосиновую лампу. Вместо означенной жидкости в центре мерцал зеленоватым светом грубо ограненный кристалл, тускло освещая пространство метра на полтора вокруг. Сам тролль смотрелся колоритно. Даже слишком. Лицо почти человеческое, за исключением грубости черт, ростом с ушастого блондина напротив, зато шире раза в полтора и общая шерстистость явно повышенная. Тестостерона в юности переел?

— Все, не боись. Эта хвыба точно с тобой?

Элар смерил чебурашку-переростка тяжелым взглядом. Дополнительных пояснений не потребовалось. Деятельный тролль резво развернулся на 180º и занял место в авангарде, бормоча под нос нечто невразумительное. Эльф устремился следом, для надежности подцепив Марго под локоток. "Ха, да куда я денусь, сбегу, что ли? Наивный…"