— Где вы были? — дуясь, спросила Кира и посмотрела на спецов.

Кирилл и Ник переглянулись, поставили ведра на пол и засунули в воду руки. Не сговариваясь, они одновременно вытащили по темно-коричневой рыбине. В свете ламп сомы начали хватать ртом воздух и дергаться из стороны в сторону, пытаясь освободиться от цепких рук рыбаков.

Кира взвизгнула и спряталась за спину Вики, которая шокировано, смотрела на внушительный улов.

В ведре нервно плескались сомы, то и дело, ударяясь о стенки и поднимая брызги.

Захваченная руками спецов рыба снова оказалась в воде.

Славик осторожно подошел к Кириллу, заглянул в ведро и присвистнул. Он последовал примеру опекуна, закатав рукава свитера, засунул руки в ведро и долго возился в воде пока, наконец, не вытащил сома.

Длинный рыбий ус заскользил по тыльной стороне ладони подростка, рыба стала извиваться, как змея, хватая жабрами воздух.

Славик вскрикнул и отскочил от ведра, но удержал сома в вытянутых перед собой руках.

— Заберите ее у меня! — завопил он и протянул рыбу Кириллу.

Спец, покачал головой и, широко улыбаясь, забрал довес своего улова.

— Кто это? — борясь с желанием подойти поближе, спросила Кира и выглянула из-за ног Вики.

— Это сом! — торжественно объявил Кирилл и поднял рыбу головой вверх, демонстрируя ее длинный хвост.

Кира посмотрела на странного зверя и сделала шаг вперед.

— А он не кусается? — с опаской спросиладевочка.

— Не так, как Лис, — обнадежил Кирилл и протянул рыбу девочке.

Кира сделала еще несколько шагов вперед и остановилась в метре от спеца.

— А как его зовут? — с опаской спросила она.

— Это она…. То есть рыба, — уточнил спец. — Зовут ее — сом.

Кира поджала кулачками бока.

— Лазве такое может быть? — с обидой спросила она и надулась.

Кирилл непонимающе посмотрел на ребенка.

— Что может быть?

Кира шагнула вперед.

— Лазве могут ее называть 'сом'?

Кирилл кивнул.

— А почему пиланью не называют тогда 'пилан'?

Спец громко и заразительно засмеялся.

— Это не мешало бы спросить у того, кто придумал это имя, такой длинноусой рыбке! — предложил он.

— У нее есть усы? — возмутилась Кира.

— Есть. Но всего лишь два… два уса.

Девочка подошла вплотную.

— Тетя Вика! У него… у нее есть усы! — воскликнула она, обернувшись к женщине.

— Да. Я знаю, — веселясь, сказала Вика.

Глаза девочки блеснули.

— А почему я не знаю?

Кира обвела недовольным взглядом взрослых и остановилась на Славике.

— А ты знал?

Брат сжался и потупил глаза.

— Почему вы склыли от меня эту тайну! Я умею хланить секлеты! — проговорила она с явной обидой в голосе.

Кира замолчала и стала пристально вглядываться в глаза присутствующих.

Взрослые боролись с истерическим смехом, а Славик молился, чтобы Кира не приготовила ночной обед из всей рыбы за несколько ближайших секунд.

— Значит так! — не дождавшись ответа, заявила она. — Лаз вы склыли от меня такую важную тайну! Я забилаю их себе!

Кирилл перестал давиться от смеха. Напарник протестующе поднял свое ведро и спрятал за спину.

Кира впилась глазами в его руки.

— Я сказала, что всех! И вы мне наловите еще столько же! — она поджала губки и надула щечки.

Ник чуть не выпустил из рук ведро со своим уловом.

Пряча улыбку, Кирилл попятился назад и сделал вид, что очень сильно испугался наказания.

Довольная девочка наблюдала за реакцией встревоженных взрослых.

— Кира, а хочешь, я тебе покажу фотографии сома. Очень большого сома? — предложил Ник.

Вика засмеялась.

— Это на самом деле был очень большой сом! И я его поймал! — настаивал он.

Женщина изумленно уставилась на мужа.

— Ты поймал? Это ты наловил… С каких пор ты рыбачишь?

— С тех самых, с каких ко мне приставили телохранителя!

— Какого еще телохранителя?

Спец кивнул в сторону Кирилла.

— Я могу еще смириться с тем, что ты поймал рыбу, но что к тебе приставили Кирилла!

— Да пошутил я… Только рыба моя! Я ее поймал. И если Кира хочет, пусть сама… — Кирилл пнул напарника в бок, и он замолчал.

— Если Кира хочет, пусть сама подойдет к нам и выберет по одному понравившемуся сому, — закончил напарник и поставил перед собой ведро.

— Нет, всех! — сквозь слезы проговорила Кира.

— Это почему же? Потому что ты не знала, что у сома такие длиннющие усы? — раздосадовано, поинтересовался Ник, девочка кивнула. — А ты думаешь, я знал? — Кира еще раз кивнула. — Так вот! Я сам не знал, что у этой рыбины оказывается такие длиннющие усы! Не знал, пока не вытащил своего первого сома! Он был вот такой!

Ник очень сильно развел в стороны руки, держа ладони параллельно друг другу.

Девочка захлопала ресницами, словно не веря своим глазам и проверяя реальность увиденного.

— У него были вот такой длины усы! — Ник согнул левую руку в локте и провел по кисти указательным пальцем правой руки.

— Ты меня обманываешь! Такие усы не могут быть у лыбы!

— А они были! — настаивал на своем спец.

— Тогда где она? Я хочу посмотреть!

Ник опустил голову.

— Я так и знала! — она недовольно топнула ножкой.

Вика гневно закачала головой. Славик предпочел отойти подальше от скорой ухи из сомов.

— Зато у меня есть фотографии! — вызывающе сказал спец и достал из кармана телефон. Он нажал несколько клавиш и повернул экран к девочке.

Кира замерла и стала вглядываться в отсвечивающийся прямоугольник. Видно было очень плохо. Она подошла к Нику и забрала из его рук телефон.

Спец самодовольно поднял подбородок и стал ждать вердикта.

Кира долго-долго смотрела на фотографию странной гигантской рыбы, которую дядя Ник держал в руках.

— Это точно не зверь? — с сомнением спросила она и, увидев выражение лица Ника, вернулась к снимку. — Ты ее поймал?

— Да!

— И выпустил?

Ник перестал петушиться и с грустью кивнул.

— Почему ты не привез ее мне? — обиделась Кира.

— Она была очень старая и вряд ли бы перенесла дорогу, — подбирая слова, ответил Ник.

Кирилл облегченно вздохнул.

— Тогда я заберу их!

Девочка кисло поджала губы и указала на ведро позади Ника, в котором шевелилась рыба.

— Но они мои! Я тоже ничего не знал! — он заметил выражение лица Славика, стоящего у двери на улицу. — Но я могу подарить тебе одну. Если ты, конечно же, хочешь, — вкрадчиво произнес он и забрал у нее телефон.

Девочка о чем-то сосредоточенно долго думала, а затем сказала:

— Я согласна. Но я ее выбелу сама!

— Конечно сама, — подтвердил Ник и чуть слышно, будто обращаясь к самому себе, добавил:

— Кто бы сомневался.

Кира повернулась к опекуну.

— А твою лыбу я забелу всю! — безапелляционно заявила она и ухватилась за ручку ведра.

Кирилл не сдвинулся.

— Нет Кира! — тут же возразила он. — Я согласен тебе подарить две рыбки, но хочу, чтобы и у меня осталось хоть немножко.

Девочка снова недовольно топнула ножкой.

— Я хочу всю!

Славик ухватился за дверную ручку.

Вика вскрикнула.

— Я подарю тебе две рыбки и вместе со Славиком мы сделаем аквариум или небольшое озерцо — на твое усмотрение.

Кира замерла. Заморгала длинными пушистыми ресницами и просияла.

— Я согласна! — констатировала она.

— Вот и хорошо… А почему он не спит? — злясь, спросил Кирилл, глядя на подростка.

Славик отпустил дверную ручку и промямлил:

— Я… меня… Они…Я…

— Ты можешь сказать повнятнее?

— Они меня разбудили! — в его голосе слышалась обида. — Они приперлись в мою комнату и стащили меня с кровати! Видите ли, я должен был обязательно увидеть большую медведицу!

Кирилл не выдержал и засмеялся.

— Ничего в этом смешного нет! Я спать хочу!

— Так чего ты сейчас стоишь? В спальню иди и спи! Завтра мы начнем с тобой тренировку.

— Чего начнете? — удивленно поинтересовался Ник. — А ты случайно с возрастом не перепутал? Ему сколько? Ты куда его ввязать собрался?

— Пока что он в адвокате не нуждается, Ник. И чего это ты о нем так заботишься? Ты же не с ним, а на нем тренировался. Чего ты так переживаешь? — Кирилл увидел выражение лица Вики. — Я, кажется, взболтнул лишнее… Вика, это было в прошлом. Сейчас он видишь сама, к пацану в адвокаты набивается.

Славик исподлобья посмотрел на Ника, но промолчал.

— А ты кажется и не против? — удивился опекун, наблюдая за подопечным.

Подросток встрепенулся и распрямился.

— Не против! — заявил он, оценив слова спеца, которые звучали довольно неплохо. — Уж лучше он будем моим адвокатом, чем я буду для него мальчиком для битья!

Спец задумался.

— А в твоем выборе, Славка, и, правда, есть железная логика. Как хочешь. Но тренироваться ты завтра все равно начнешь. Поэтому живо спать!

— Да иду я, иду! — повинуясь требованиям опекуна, подросток стал подниматься на второй этаж.

— А мой аквалиум? — обиженно спросила Кира и надулась.

Кирилл задумался.

— Попробую без него сделать, — как можно убедительнее сказал он. — А Славка завтра, если что, подправит… Да Кира, ты знаешь, что рыбки любят холодную воду?

Девочка кивнула.

— Смотри, чтобы потом не было слез! Не свари из них уху!

Кира прыснула.

— Я не собилаюсь из них ничего валить! Я хочу на ни смотлеть!

— Вот и хорошо. Знаешь, а я не против и от ухи… — пошутил Кирилл. — Хотя из этой рыбы она и получится не ахти какая. По крайней мере, не совсем отвратная.

Кирилл засмеялся, представив уху в аквариуме.

— Д-а-а-а, нам ее за один присест не съесть! — подтвердил Ник.

— Ты чего смеешься? Пошли! — Кира потащила опекуна за рукав на улицу.

— А может, я лучше сделаю маленький прудик? Залью стеклом со всякими там замками и еще чем-нибудь? — предложил он.

Кира остановилась, задумалась и одобрительно кивнула.

— Вот и хорошо.

Девочка опешила.

— Давай мою лыбку! — воскликнула она и повернулась, к облегченно вздохнувшему, Нику.

— Ну, что будешь делать с тобой! — недовольно проговорил спец и вытащил из ведра красивого сома.

— Он мне нлавится! Забилай! — скомандовала она Кириллу, тот послушно подставил ведро разорившему на сома рыбаку.

— Все! Пошли! — радостно завопила Кира и поплелась впереди опекуна.

Когда они скрылись за дверью, Вика облегченно вздохнула.

— У всех есть свои слабости… И даже у Кирилла, похоже, тоже, — произнесла она и пристально посмотрела на мужа. — Неси свой улов на кухню, рыболов-удачник. Завтра Валентина Петровна разберется, что к чему и стоило ли тебе тратить свое свободное время на эту мелюзгу! — пошутила она, и, подойдя к мужу, заглянула в ведро. — Вот это да! Мелюзга, похоже, выросла!

— Это и есть мелюзга. — Ник ободряюще улыбнулся. — Ты посмотри вот на эту!

Спец протянул телефон. Вика застыла, в изумлении глядя на снимок.

— Что это за… — она заглянула в ведро.

— Не может быть! — она еще раз посмотрела на барахтающуюся рыбу.

— Может! — довольно подтвердил он.

— И как ты ее поймал? Электраудочкой?

Ник оскорблено сжал губы.

— Ты думаешь, Кирилл облегчил бы мне рыбалку? Да он бы меня голыми руками скорее рыбу ловить заставил, чем так расщедрился!

— Ну, ты и даешь! И где она?

Глаза спеца потухли. Он, молча, направился на кухню.

Вика терпеливо ждала возвращения мужа.

— Ты ее, правда, отпустил? — спросила она у приближающегося Ника.

Спец кивнул.

— Почему?

— Как любит повторять Кирилл: нужно вовремя отпускать некоторую рыбу, пока она не испортила снасти… Да к тому же… старый он был. Толку из него мало.

— Я рада, что ты смог его отпустить… Скажи ты мне раньше. Что поймаешь такого красавца и отпустишь на свободу — я бы тебя засмеяла.

Вика погладила мужа по щеке.

— А ты и, правда, очень сильно изменился.

— Ты о чем?

— Да все о том же, Ник. Может и хорошо, что ты c ним работаешь?

Ник задумчиво кивнул и провел рукой по русым волосам жены, убирая выбившиеся на лоб пряди, затем медленно наклонился и прижался губами к ее щеке, вдыхая аромат ее тела.

— Новые духи?

— Да.

Вика обняла мужа за шею и нежно поцеловала.

— Я очень сильно устала, — прошептала она.

— Я тоже устал… Но я счастлив… по-настоящему счастлив. У меня есть почти все, чего я хотел. И у меня есть ты.

— Я тоже очень счастлива. Но нам нужно отдохнуть.

— Да-а-а… — протянул Ник. — Завтра будет еще тот денек. Выходные для меня с Кирой — это что-то. Я просто сума схожу, как только к ней приближаюсь. Виски ломит так, что хочется всадить себе пулю. Если кто-то стал бы подшучивать над моей персонализованной мигренью, я бы с удовольствием поменялся с ним местами. Это хуже, чем ломка раз в двадцать… Она… я не знаю… Она меня просто выводит из себя… — заключил он и потер ноющий лоб.

— Почему ты вспомнил? — спросила Вика, поднимаясь по лестнице.

— О чем?

— Не делай вид, будто бы ты не понял, о чем я тебя спрашиваю? — спокойно сказала она.

— Ладно… — Ник ухватился за перила. — С Кириллом побеседовали и… Так, кажется, я слишком громко говорю… Спокойной ночи, босс.

'Спокойной ночи', - мысленно произнес босс и закрыл книгу. Он встал со своего стула и размял спину, сделав несколько гимнастических упражнений.

— Все живы, значит можно идти спать, — сказал он, глядя на огонь в камине.

Босс посмотрел в окно. Дежуривший у ворот новичок, все время, поворачивался в сторону дорожки, ведущей к гаражу.

— Ну, ну, Кирилл. Чем интересно закончится твоя третья попытка?

Босс направился к себе.

Дом уснул, и лишь деревья шумели за окном, их шелест доносился даже через звуконепроницаемые стекла деревянных окон.

Кира с опекуном остановились у крытого пруда-бассейна с вечно голодными пираньями.

Девочка возмутилась.

— Я не хочу, чтобы мои лыбки плавали лядом с ними!

Кирилл поставил ведро, всмотрелся в воду пруда и запротестовал.

— Но, ведь, они тоже очень миленькие!

— Ты на них посмотли! Какие они миленькие. Они же зубастые и не класивые!

— Они очень даже красивые! Подумаешь, слишком большие зубки! Они ведь не бросаются просто так ни на кого, а только когда хотят кушать.

— Вот-вот! — подтвердила надувшись Кира. — Захотят и лешат скушать моих сомиков!

— А где ты хочешь, чтобы плавали твои рыбки?

— Вон там! — Кира указала на газон.

— Они же там зажарятся на солнце.

— Почему? — девочка недоумевала. — Они не любят солнце?

— Они любят, но если его слишком много, вода будет перегреваться, и тогда ты останешься без рыбок.

— А там… — Кира еще раз указала рукой на газон, но в тени деревьев и с сомнением посмотрела на опекуна.

— А вот там неплохое место и солнышко днем выглядывает из-за веток и прохладно одновременно.

— Здолово! — она встрепенулась и помчалась на место будущего пруда.

— Кира, подожди, я лопату найду. Где-то она должна быть… Поищу и приду, — рассеянно сказал спец.

— Лопату? — усомнилась Кира.

— Да, а что?

— Зачем тебе лопата?

— Как зачем? — опешил спец. — Землю копать, а ты как думала?

— Зачем тебе землю копать нужно?

— Ты меня совсем запутаешь, Кира. Ты же сама попросила, чтобы я прудик сделал. Так?

— Да.

— Значит, мне нужно яму выкопать и только потом ее чем-нибудь залить. Так?

— Но ты ведь можешь без лопаты выкопать! — возмутилась Кира.

— Как это без лопаты? Руками?

— Я видела, что ты с двелью сделал! И тетя Вика видела! Сделай тоже самое с землей!

Кирилл ухмыльнулся и подошел к ребенку.

— Ты про мой маленький эксперимент?

— А что это такое экспели… экспелимент? — наконец сумела она выговорить.

— Да так… Ладно. Посмотрим, что можно сделать без лопаты.

Заморосил дождь.

Вода тихо застучала по листьям деревьев.

Кира взвизгнула, когда маленькая капля упала ей на нос. Спец посмотрел в ее по-детски чистые глаза и засмеялся.

— Кажется, у тебя сегодня ночью намечается душ. Если ты, конечно же, не передумала!

— Вот еще!

— Смотри не заболей, — сдался Кирилл.

Кира вздохнула.

— Да ты этак точно заболеешь! — спец взглянул на мокрое лицо девочки.

— Мне холодно, — нехотя призналась она.

— Все, пошли домой. Я после дождя сделаю твой прудик, — понимающе произнес спец и, оставив ведро под деревом, повел Киру внутрь коттеджа.

— А как же они? Им не холодно? — забеспокоилась Кира.

— Думаю, что нет… Они зимой в полузамерзшей воде плавают и ничего.

— Правда?

— Да.

— А почему вы тогда с дядей Стасом на зиму пиланий в клытый бассейн пеленосите?

Кирилл на минуту задумался, размышляя, как лучше ответить на столь серьезный вопрос.

— Понимаешь, Кира. Пиранья — рыба не наших широт. Для нее наша зима, как и для африканца в их одежде — гибель. А вот сом — истинно наша рыба. Она самую лютую зиму перетерпит, и ничего с ней не будет.

Вперив взгляд в землю, Кира зашагала к дому. Спец последовал за девочкой, держа над ее головой свою кофту.

— Я хочу с тобой поиграть, — тихо произнесла она, вытираясь полотенцем.

— Сначала сходи в свою комнату и переоденься. А потом мы что-нибудь придумаем.

— Ула! — завопила она и опрометью бросилась к лестнице.

— Эй! Потише там. Все уже спят! — чуть громче обычного сказал спец и уселся на диван.

Часы мерно отстукивали начало наступившего утра.