Зыбь, Чит-Тонг

— Не убил? — спросил Шрес-Вул, едва брат вошёл в шатёр.

Гат промолчал, прошёлся к столику, поднял пиалу с жжолой и отпил пару глотков.

— Я же сказал, мы повесим его, — ответил он, жмурясь от удовольствия. Жжола была хороша, согревала с мороза. — И пусть помучается после растемнения. Он заслужил это.

— Брат, — Шрес заговорил чуть громче. — Этому пришлому везёт так, словно сама Двуликая Чрами на его стороне. Хавк он ведь мастер стрельбы. Он стрелял из новейшего оружия, с выгодного расстояния, но эта тварь выжила. Брат, я начинаю…

— Прекрати нести чушь, — старый демон осторожно, чтобы лишний раз не тревожить спину, уселся на шкуры. — Твои слова не слова воина, а трусливого карбулка. Лучше расскажи, что у тебя тут произошло с Аргадотом.

— В этом не только моя вина, — в голосе Шреса мелькнуло лёгкое раздражение. — Но и твоя, брат. Не нужно было рассказывать о заговоре этому старому сумасшедшему. Он ворвался сюда, требуя, чтобы я перерезал себе горло. Хорошо, что он полный идиот, иначе заговор был бы раскрыт. В какой-то момент всё повисло на волоске.

— Не преувеличивай, — Гат усмехнулся и отхлебнул ещё жжолы. Она потекла по гортани, напитывая старый организм теплом. — Я ведь тоже не дурак. Аргадот не знал о размахе заговора, потому и повёл себя так глупо. Я ему сказал, что кроме нас двоих в этом замешано ещё четыре дрига. И всё, — он снова усмехнулся, довольный собой. — Знай бы этот чудодей о истинном положении дел…

— Лучше бы ты совсем не посвящал его в наши дела, — Шрес отвернулся, словно испугавшись, что перебил старшего рода.

— Куда вы дели тело?

— В штудии, в подвалах. Я точно не знаю, моя охрана его туда оттаскивала.

— А со старшими штудийниками ты правильно поступил. Всё меньше сопротивления, — он сделал последний глоток, и перевернув пустую пиалу вверх дном, вернул её на столик.

— Брат, — Шрес посмотрел на Гат-Вула, чуть подался вперёд. Его поза выдала внутреннее напряжение. — Брат, я прошу тебя ещё раз. Не нужно ждать. Завтра, сегодня — нет разницы. В таком деле каждый день может стать решающим.

— Не люблю менять планы, — вяло ответил Гат-Вул, поводил плечами, разминая уставшую за день спину. — Решение принято, мы всё обсудили.

— Но, брат. Наши воины готовы. Всего одно слово и они рванутся резать верных этой шлюхе. Всего одно слово, брат. А что если завтра приключится ещё что-то? Разве пришлый должен был оказаться тут? Подумай, брат. Он должен уже лежать в земле, дожидаясь своего поглощения мамуном, но он здесь.

— Он крепко привязан, никуда не денется.

— Да. Но он здесь! А должен лежать в земле, — почти задыхаясь от волнения, повторил Шрес-Вул. — Тебе не кажется это странным? А вдруг это какая-то ловушка?

— Шрес, — старый демон полупьяно уставился на среднего рода Вулов. Пиала жжолы расслабила его уставший с дороги организм. Да и растемнение отобрало порядком сил. Работать с аурой всегда тяжело, особенно если имеешь дело с аурой недемона. — У тебя случайно не… как там называет эту болезнь Сардог? Эх, память уже не та, — он грустно вздохнул, потянулся к перевёрнутой пиале. — Налей мне ещё жжолы.

— Брат, я прошу тебя. Лизгольд тоже не желает ждать, он…

— Заткнись, Шрес, и налей мне жжолы! Вы что-то совсем тут перестали понимать — кто есть кто! Вы забыли, что это всё создал я. Весь этот заговор, — он обвёл рукой полукруг перед собой. — Это моё детище, и мне решать, когда начинать действовать. Ты, глупый дриг, твой Лизгольд — тупое порождение бездны. Вы оба и мизинца моего не стоите. Я… Я начало и конец этого заговора. И я его центр. Так что заткнись и поднеси старшему своего рода полную пиалу. Номан тебя подери!

— Да, брат, — Шрес почтительно склонил голову. — Ты прав. Прости меня.

— Вот так вот, — довольно выдохнул Гат-Вул и улыбнулся, а Шрес заспешил к стоявшим в углу кувшинам. Взял один, стукнул им о стоявший рядом и на мгновение застыл взглядом на седом затылке старшего рода Вулов. Слюна во рту стала вдруг вязкой, руки предательски затряслись. Но он всё же выхватил из-за пояса короткий, с широким лезвием нож и бесшумно скользнул вперёд.

Лезвие легко перерезало кожу и плоть, изогнулось, застревая в хрящах. Гат-Вул вцепился пальцами в сталь, пытаясь отвести клинок от горла, его глаза наполнились ужасом. Он стал оборачиваться, со злостью прохрипел что-то, но слова захлебнулись кровью. Его правая рука медленно поплыла вверх.

Шрес не стал мешкать. Схватил поднимающуюся руку и прижал к полу. Каблук сапога с силой придавил кисть, а ладони уже сжались тисками на запястье второй руки, не давая ей пошевелиться. Плетение воздуха ударило вниз, разметав в стороны шкуры и оставляя в полу воронку. Потянулись секунды. Гат-Вул продолжал судорожно дёргаться, Шрес сдерживал агонию брата, чувствуя, как тот быстро теряет силу. Каждый следующий рывок был слабее, наконец, они и вовсе прекратились, и Шрес выждав немного, отпрянул назад. Ощущая на правой руке тёплую кровь, он яростно затёр тыльной стороной ладони по шкуре грона, не сводя взгляда с седого затылка.

Гат-Вул всё ещё сидел, продолжая хрипеть, но вдруг резко повалился на спину и неестественно запрокинул голову, словно показывая убийце рану. Хрип перешёл в бульканье, ноги задёргались с такой быстротой, как будто старик решил молодецки станцевать перед смертью.

— Прости, — сдавленно проговорил убийца, и не глядя в глаза брату, провёл по ним ладонью. — Прости. Но ты всегда стоял у меня на пути. Всегда. С самого детства. Астарг, Локхид! — прокричал он, продолжая вытирать кровь о шкуру.

В шатёр вошли два демона, застыли, глядя на труп.

— Через час после того, как всё начнётся, аккуратно положите тело на площади, — Шрес поднялся. — Гат-Вула убили проклятые пособники этой шлюхи, — словно убеждая сам себя, проговорил он, и схватив ножны с тирогским клинком, зашагал прочь из шатра. Демоны торопливо расступились, давая проход, склонились, прижимая ладони к животам.

Выйдя, Шрес остановился, дрожащими руками прицепил ножны к поясу. Затем дёрнул вверх-вниз меч, проверяя, как тот выходит, и зашагал к одному из шатров, расположенных в стороне от дорожки.

Здесь его уже ждали двадцать дригов в полной боевой амуниции, и едва он вошёл, как те замерли, став похожими на хищников перед броском. Шрес кивнул, всё тут же пришло в движение, дриги бросились доставать из карманов широкие белые ленты, торопливо повязывали их на шеи и по одному покидали шатёр. Молча, с полным пониманием в сосредоточенных взглядах, и уже по инерции ступая как можно бесшумней.

— Останьтесь, — бросил Шрес четверым демонам в углу. — Для вас отдельное задание.

Поправив пояс, командир личной охраны владычицы на миг задумался, внутри остро, как нож по горлу брата, резанул страх. Но он отбросил его, выдохнул резко.

— Астарг и Локхид предатели. Они перешли на сторону врага. Через час вы должны быть на площади и убить их.

— А если их там не окажется? — осторожно спросил один из демонов.

— Они будут там, — Шрес уверенно кивнул и повторил. — Они будут там.

Развернувшись, он сделал шаг, приподнял полог и столкнулся лицом к лицу с Виренгом. Тот отскочил назад, пропуская.

— А-а, ты, — протянул демон, скривившись.

— Ир Шрес, Лизгольд приказывает…

— Я сейчас направляюсь именно к нему, — недовольно перебил он человека. — А ты ступай к Ангдошу. Скажи, чтобы не отпускал охрану пришлого. Они должны быть ещё там. Только осторожно, не вызови у них подозрения, если попадёшься на глаза Ладдоту и его подопечным. Исполняй.

Поклонившись, Виренг тенью скользнул во мрак, спеша к восточной башне, где находился кабинет командира замковой охраны, а Шрес двинулся напрямую меж шатров к западной.

Лизгольд, — мысленно повторил он, слушая, как поскрипывает под ногами снег, и задумчиво усмехнулся. — Лизгольд приказывает… Ха.

Мимо скользнули два силуэта, Шрес дёрнулся, вскинул руку, но тут же опустил, разглядев на шеях белые ленты. Да и рано ещё. Пока верные ему демоны спешат от шатру к шатру, передавая по цепочке о начале… Верные ему. Да. Не какому-то тщедушному ублюдку Лизгольду, а ему, теперь уже старшему рода Вулов. И не за горами тот день, когда он… да, он станет владыкой, а не этот тупой выродок.

Взяв левее, Шрес пересёк следующую улицу, ускорился и вскоре взбежал по ступенькам. Навстречу ему попались два демона из заговорщиков, которые только что вышли из замка. Кивнув с почтением, они бросились дальше, а Шрес застыл у двери и обернулся.

Через полчаса здесь зазвенит сталь, зашипят боевые плетения, раздадутся стоны, хрипы и мольбы. А пока висит мирная ночная тишина, и ничего не подозревающие приспешники номановой шлюшки спят…

Идиоты, — зло пронеслось в мозгу. — Почему бы им всем не стать на нашу сторону? Так было бы легче выдержать осаду.

Вспомнив об этом неприятном моменте, Шрес рванул на себя одну из створок западных парадных дверей и дальше зашагал уже быстрее, временами даже переходя на трусцу и не забывая внимательно всматриваться вперёд. После отъезда Лилианны в замке экономили на «живом» огне, а точнее, просто ленились каждый вечер менять настенные факелы, и поэтому на один длинный коридор горело всего два-три магических фонаря. Дальше двадцати шагов и ракса не разглядеть, не то что демона или азема.

Свернув влево, он взбежал по лестнице, остановился, чтобы перевести дыхание, и после двинулся спокойным размеренным шагом, как и подобает демону его положения.

Возле входа в покои Лизгольда толпилось несколько десятков дригов, в основном из знати. Заслышав шаги, они разом обернулись, узнав Шреса, расступились.

— Ну наконец-то! — всплеснув руками, радостно прокричал Лизгольд, едва тот вошёл. — Ну что там? Это просто невыносимо, всё это ожидание. Под моей дверью весь цвет моего народа, они здесь, потому что уже началось?

Шрес заметил, что Лизгольда колотит от возбуждения, а возможно и дикого страха. Прирезать бы его сейчас, как Гата, и всего делов, — мелькнуло в мозгу, но он отбросил эту мысль, и даже наоборот, всем своим видом и голосом показал самое глубокое почтение.

— Владыка, пока ещё не началось. Мы ждём вашего приказа, и как только вы отдадите его, мы устроим самую кровавую резню за всю историю Зыби.

— Шрес, это не резня! — Лизгольд вновь воздел руки к потолку. — Не говорите так! Это великий момент справедливости. Это торжество истины. Разве не я должен был с самого начала занять трон? Разве не я…

— Прошу прощения, владыка, — перебил Шрес, как можно мягче. — Но сейчас не время выражать восторг, сейчас нужно действовать.

— Да-да, вы правы, — Лизгольд сжал кулаки, выправил осанку и сдвинул брови, отчего стал выглядеть ещё глупее. — Приказываю всем своим подданным, кто признаёт моё право на трон, начать резню. Уничтожьте их всех, выпустите им кишки! Выбрасывайте их из окон. Я отомщу за своего отравленного отца! Вперёд, мои братья в мести. Начинайте же правое дело! А где Гат-Вул? Почему его нет здесь?

— Он почувствовал себя плохо, но пообещал, что обязательно присоединится ко всем в самое ближайшее время.

— Как жаль. Ох, как же жаль. Когда он рядом я чувствую себя увереннее, — Лизгольд сцепил руки в замок, затряс им. — Шрес, давайте помолимся Великому Оргду. Давайте же помолимся, чтобы всё прошло успешно.

— К сожалению, мне нужно идти, — не сдержав презрительного тона, бросил Шрес, и развернувшись, широко зашагал к двери.

— Идите! Идите, мой верный и преданный друг! — чуть ли не завопил ему в спину Лизгольд. — Шрес выходит! Он идёт, чтобы начать правое дело!

Иди-и-о-от.

Скривившись от омерзения, Шрес распахнул створку, сделал шаг и повис на двух копьях, воткнувшихся в грудь. Шумно потянув в себя воздух, он вцепился в оба древка, пытаясь вырвать из своего тела обжигающую сталь. Но с обеих сторон уже подскочили демоны, разжали ладони и подняли его руки параллельно полу. Два мощных удара мечом, и содрогающиеся обрубки упали на серый мрамор. Вокруг одного из них вспыхнула чёрная сфера плетения, но оно уже было неопасно. Однако, стоявший ближе остальных дриг, всё же пнул ногой этот обрубок подальше, и сделав два шага назад, застыл в поклоне.

Из покоев вышел Лизгольд. Его лицо как будто преобразилось, каменные скулы, мудрая и холодная решимость в глазах. Он мельком посмотрел на тело, висевшее на копьях, усмехнулся. Потом обвёл глазами всех находившихся здесь, кивнул и властно скомандовал:

— Начинайте.