— Вниз смотрите! — проорал я. — На своих не наступать!

Мы шли по телам, и шеренги на время стали не такими стройными. Легионеры пытались не наступить на соратников, которые ещё несколько минут назад стояли с ними плечом к плечу, а теперь были мертвы, и от этого шаг сбивался. И вдруг крик, совсем рядом. Я рывком повернул голову.

Один из парней во второй шеренге, выпустив из рук копьё, ухватился двумя руками за пах. Я увидел, как с его пальцев капает кровь, и нервно вздрогнул. А трое гуртовиков уже превращали в дуршлаг ту тварь, что нанесла удар.

— Смотрите вниз! — снова закричал я. — Есть живые слоты! Копьё возьми! — добавил, встретившись взглядом с высоким худощавым парнем из третьей шеренги. Тот кивнул, и нагнувшись, поднял выроненное соратником оружие.

Раненного тем временем под руки вытащили из гурта, он дико орал и извивался, потом стал звать маму. И от этого крика мои челюсти словно свело, я понял, что готов рвать этих тварей бесконечно — день, два, три — плевать. Я буду их рвать пока не порву последнюю.

— Ты! — я ткнул в идущего рядом. — Бегом к командиру второго гурта! Сообщи, что наш лег-аржант погиб. Да и ещё, — я ухватился за рукав уже собравшегося убегать парня. — Скажи им, пусть выделят нам хотя бы трёх-четырёх штурмовиков. Где они вообще, мать их дери?!

Парень кивнул и тут же, развернувшись, бросился исполнять приказ, торопливо протискиваясь меж своих соратников, необращающих на него внимания. Они смотрели вперёд, с каменными лицами, крепко сжимая рукояти клинков.

Ведь до тварей было уже совсем ничего. Пятьдесят метров, сорок, тридцать. Я не отрываясь смотрел на ракса, вот кого надо валить первым… Рост метра три, руки длинные, ниже колен, оскаленная морда… По всем прикидкам он «ворвётся» в наш гурт где-то посередине.

Мы с Линком ударили вместе, я «лучом» второго круга, он третьего или четвёртого. Ракс закрылся тёмным, почти чёрным «щитом». Второй его не возьмёт, — мелькнуло в мозгу. А третий я так и не изучил.

Значит, «молнией». Пусть хоть озадачится установкой лишних «щитов».

«Молния» третьего круга с мощным треском ушла в сторону огромного демона, он не заметил её, дёрнулся от удара, заревел и тут же снёс ударом палицы эгидника. И в это времени мы столкнулись — фаланга на фалангу, всё, теперь приказов не расслышать. И твои приказы не расслышат.

Удары сталь о сталь, по дереву, треск щитов, один из копьеносцев подлетел в воздух — это ракс ухватился за древко и резко надавил. Легионер упал вперёд, сбивая идущего перед ним эгидника, ракс добил его палицей, смяв шлем, и к этому месту с радостным гиканьем рванулись несколько бледных тварей.

Кто они? Аспейны?

Я стал бить в них «лучом» второго круга, свалил одного. Второму попал в плечо, тот завертелся волчком, завыл, судя по лицу.

— Гу-урт! Шаг наза-ад! — заорал я во все лёгкие. Меня услышали, и разом отступили. Там, где орудовал ракс, парень из третьей шеренги подхватил скут и закрылся им от удара палицы. Его отбросило назад, но он остался жив, вскочил на ноги и ринулся на демона, прикрываясь маленьким пельтом.

Я быстро использовал тактику «перехода», поменялся с идущим за мной местами и продолжил атаковать магией. Бил по бледным, слотов резали и легионеры. Два удара «лучом» и снова «молния» третьего круга в ракса. Он заревел, бросил на меня ненавидящий взгляд. Чревл, мои удары причиняют ему боль, но серьёзных повреждений не наносят.

А ракс, озверев от моей наглости, уже шагал ко мне, расчищая себе путь мощными размашистыми ударами.

На секунду спина похолодела, но я быстро взял себя в руки и метнул в него «срезнем».

Он не имеет защиты от магии Воды, — судорожно крутилась в моей голове мысль. — Воды, чёрт её раздери! Простой Воды!

Ракс успел закрыться своим огромным оружием, «срезень» бессильно воткнулся в тёмное дерево, завибрировал. Но я уже бил вторым кругом. Один снова в палицу, а второй в плечо, и мы с тварью одновременно взревели — она от боли, а я от дикой радости. И снова «срезни» второго круга, а сзади уже Линк врубал в его «щит» мощным «лучом», обрушивая плетение Тьмы. И следующий удар в спину. Ракс медленно повалился вниз, пытаясь в падении обернуться.

— Шаг наза-ад! — заорал я, но всё же туша упавшего гиганта придавила двух парней.

Чёрт! Одно радует — тварь мертва. Я перевёл взгляд на «свой» сектор. Здесь дела шли не лучше.

— Узел! — обернувшись, бросил я прямо в лицо парню идущему за мной, и тот мгновенно остановился, вскинув руку с выставленным указательным пальцем. Особый знак для таких случаев, чтобы идущие сзади не «давили». А я уже сидел на земле, погрузившись в транс. Звуки боя приглушились, стали далёкими, словно моё тело ушло под воду, и вдруг захотелось остаться в этом состоянии подольше, отдохнуть от звона, криков, треска, от всего ужаса… но я тут же придушил трусливую мысль и принялся яростно черпать магическую энергию.

Выйдя из транса, я понял, что за это короткое время нас слегка продавили. Тот парень, к которому обращался, уже был впереди, не давая тварям добраться до меня. Я тут же ввязался в бой, помогая ему. Воткнул «лучом» прямо в бледную морду одного из аспейнов и вытащил клинок из ножен. Всё время отходить не дело, я нужен тут, впереди.

Всего пара-тройка шагов, и я в гуще схватки. Удары мечом и магией поочерёдно, один за другим, хотел посмотреть, как там Линк и поплатился. Лезвие аспейновского клинка резануло по рукаву. Я обрушил на тварь каскад рубящих, потом обманным ударом воткнул остриё между рёбер.

В месте ранения потеплело, ткань дублеты прилипла к коже. Твою сурдетскую!..

Но сейчас не время думать об этом, не время смотреть.

Совсем неожиданно прямо передо мной возник серый поджарый бок лога, я отшатнулся, вскинул на мгновение взгляд. Всадник, яростно молотящий длинным мечом. Тут же отклонил клинок слота пытавшегося всадить его в шею животного, разрубил серой мрази плечо. Но с той стороны лога всё-таки ранили, и он стал как-то дёргано, пытаясь удержать равновесие, заваливаться. Я отскочил, секунда, и я уже помогал всаднику подняться.

— Там ещё фаланга! — заорал он, едва встав на ноги. — Ещё фаланга! Слышишь, жант?! Держите строй! Там ещё фаланга!

И вдруг, словно забыв обо мне, метнулся вперёд, молотя мечом как дубиной, отчаянно, с короткими замахами.

Как ещё?! Они что решили нас всех положить на этом поле?

Мы все сдохнем здесь. Мы сдохнем!

Иди на-а-ху-уй!

Послав эту мерзкую, смердящую мысль, я бросился в бой. «Луч», рубящий мечом, «срезень» второго круга в кучу слотов, потом «сфера» третьего, когда увидел, что вокруг меня не меньше пяти бледных. От последней атаки лицо забрызгало чёрной кровью, я спешно отёрся рукавом, сплюнул с отвращением.

И снова вперёд. Прямо передо мной на колени повалился легионер, из спины торчит дротик. Я обогнул его, прирезал ту тварь, что этот дротик воткнула, и потом, когда она упала, отрубил ей башку. Не знаю зачем, поднял её и кинул в кучу слотов.

— Подарок, бля-адь! — проорал с безумной улыбкой и сам рванул вслед за брошенной головой. Справа возник легионер, на мгновение переглянулись и принялись бешено рубить серых мразей.

А слева давил один из наших турмов, я заметил ещё несколько всадников, врывающихся прямо в ряды тварей. Это придало сил. Хотя руку уже почти не чувствовал, но всё равно стал бить сильнее, чётче, не знаю — может, не мышцами уже тянул, а жилами.

Лицо снова щедро оросило кровью, теперь тёмно-красной. Я вытащил клинок из груди слота, едва успел отскочить в сторону от колющего. Чревловы бледные, как же вы уже достали! Прибил аспейна «лучом», отёр рукавом губы. Отвратительно. Отвратительно знать, что у тебя на лице их кровь.

Но это уже потом, после боя. Я буду долго и с наслаждением смывать её. Если останусь жи…

— Мин жант! — еле слышно справа. Взглянул. Шагах в четырёх тот парень, которого отсылал ко второму гурту.

— Сказали вам принять командование на себя! — снова закричал он, но его голос был еле слышен. — А штурмовиков отвели назад, поэтому их никак не могу…

Воткнувшийся в шею дротик не дал ему договорить, ноги у парня резко подкосились. А я уже был рядом, придержал падающее тело, заглянул в глаза, но увидел только пустые судорожно дёргающиеся белки.

— Су-ки! — прошипел сквозь зубы.

Не обращая внимания на пятерых тварей, окружавших меня, я медленно и очень аккуратно уложил тело на землю, чувствуя в глубине глазниц нестерпимое жжение. Распрямился. Послал тварям ледяную улыбку.

— Ну что? Готовы?

Голос прозвучал словно из бездны — мёртвый, нечеловеческий, а может мне просто это почудилось.

Когда в течение двадцати секунд три твари рухнули вниз, остальные стали пятиться назад, и на их мордах читался страх.

— Что-о?! Страшно, ублюдки?

Из-за звона и криков мои слова не были слышны, но они как-то понимали их, читали по моему бешеному взгляду…

Дальше я уже почти ничего не соображал, знал только что бью, бью, бью. Не чувствовал, не видел, только знал.

Вскоре узел иссяк… и всю свою силу я вложил в работу мечом. Рубящий, колющий, уход, нырок, снова рубящий, колющий… На секунду замер перед страшной картинкой — один из легионеров и аспейн стояли, как будто обнявшись, у обоих из спин торчали острия мечей. Я тяжело сглотнул, одна из тварей ринулась на меня, толкнула замеревших в объятиях мертвецов, и те стали заваливаться на бок. Я схватился с тварью, перерубил её в районе пояса почти до середины, замешкался, вытягивая клинок, и получил лёгкий укол в ногу. Метнул меч и он как в масло вошёл в горло ранившему меня. Подскочил, обхватил ничего не чувствующей ладонью рукоять, дёрнул на себя. И только тут заметил, что эта какая-то другая тварь. Нахмурил задумчиво лоб, но тут же хохотнул. Азем. Это азем. Откуда тут на хрен азем?

И меня словно вырвало из транса, звон в ушах резко усилился, прямо за спиной кто-то оглушил криком. Я огляделся резко, стал пятиться назад.

Этот азем был сбит со своего ездового животного, а ещё с сотню таких же тварей, уверенно держась в сёдлах, давили наш гурт. Остатки гурта. Жалкие остатки.

Я снова огляделся. Редкие плащи храмовников, но сотни серых мундиров, сотни мундиров потемнее, сотни рубящих сверху аземов на своих волосатых крысоподобных зверюгах. И нет даже третьей линии. Нет её. Когда они успели ввязаться в бой? Когда они успели в этом бою полечь?

Вот и всё, — пришла вдруг на удивление спокойная мысль, и перекрестив лицо, я уверенно двинулся вперёд.

— За Номана, — прошептал как-то машинально, но тут же с досадой сплюнул. Да какой на хрен Номан? За себя. За Землю. За свою маму, которая где-то там, на другой планете, в другом мире. За отца, который увидь меня сейчас, наверное, гордился бы своим сыном. За маленькую сестричку Иришку. За Литку.

Прости, Лита, я не женюсь на тебе. Хоть и покля…

Я остановился и ошеломлённо посмотрел на толпы тварей.

Они отступали.

Что за…

И вдруг за спиной мощными рывками — Гра! Гра! Гра! — вместе с ударами мечей о щиты.

Обернулся.

С холма спускался двенадцатый легион. Штандарты высоко подняты, флаги развеваются на ветру, шлемы блестят. Или мне это всё только кажется?

Вроде нет. Чётко шагающие бойцы, стена синеватых скутов, ощеренные остриями копий. Я тяжело огляделся. Один легионер, второй, третий… Около двух десятков.

Вашу мать, около двух десятков всего. Всего! Вы понимаете, мать вашу?!

И вдруг меня снова перемкнуло. Сорвав с головы шлем, я бросился навстречу двенадцатому, остановился метров через тридцать, положил шлем на землю. Отсюда я не сойду. Не сойду. Я не дам им топтать своих.

— Эй, Ант, ты чего? — знакомый голос за спиной, но я не обернулся. Мои лёгкие уже были наполнены под завязку, и я заорал изо всех оставшихся у меня сил, поднимая над собой меч:

— Сто-о-о-я-а-а-ать!

Легион шёл на меня стеной, чеканя шаг, ощерившись остриями… И вдруг всадник, несущийся ко мне галопом. Я упёр взгляд в него и больше не сводил.

— Легионеры, уходите! — бросил подскочивший ко мне лег-аржант, натянув поводья. — Уходите к лагерю!

— Вы не пройдёте здесь, — холодно сказал я, не сводя с него глаз.

— Что за чушь, легионер? Уходите к лагерю! — голос лег-аржанта сорвался на крик.

— Здесь лежит пять тысяч мёртвых, — я указал мечом за спину. — Можешь слезть со своего долбаного лога и посчитать, ублюдок. Пять тысяч. И я не дам вам топтать их. Не дам.

— Ты, — лицо аржанта побагровело. Он присмотрелся к моему плащу и тут же заорал. — Не нихти мне мозг, жант, у нас приказ! Мы должны сегодня взять этот плацдамес. Сегодня! Понимаешь?!

Моя рука взметнулась вверх, мне было плевать, я отчётливо видел перед собой наш гурт на построении, видел, как наяву, и готов был рубить на куски ту тварь, что пойдёт по их трупам. Но в запястье мне кто-то вцепился, отдёрнул назад.

— Ант, остынь! — голос Линка.

Я дёрнулся, попытался освободить руку, не смог. Линк потащил меня назад, а я смотрел на круп галопом удаляющегося лога, слышал где-то далеко приказ — Гурты, полубего-ом раз! И совсем близко — Ант, не повторяй мою ошибку, слышишь? Не повторяй мою ошибку!

А потом я бесконечно долго сидел на холодной земле и смотрел, как двенадцатый идёт по моим братьям.