Когда я оказываюсь дома, квартира пуста и безжизненна. Бросаю ключи с телефоном на тумбу, чувствуя злость и неуправляемость.

Этот ублюдок выглядел таким самодовольным, таким крутым и равнодушным. Он понятия не имеет от чего сам же добровольно отказался. И сейчас я совсем, мать вашу, не догоняю чего хочет Кайли. После прошлой ночи, мне казалось, что я знаю. Наши отношения были решённым делом в моей голове. Я хотел, чтобы она переехала насовсем. Хотел сделать её моей. Дать Максу мою фамилию, если бы она захотела. Я не любитель отношений, но ради этой женщины и её ребёнка от другого мужчины я был готов перевернуть свой мир. Но сейчас? Сейчас я нихрена не знаю, что делать.

Задумываюсь об алкоголе, но понимаю, что хочу быть с ясной головой, когда позвонит Кайли. Мне нужно оставаться рассудительным. Мне нужно вразумить её. Может, она и думает, будто Элан — лучший выбор только потому, что он отец Макса, но я твёрдо знаю, что это не так. Любой мужчина, бросивший свою беременную девушку, не стоит этой женщины.

Я вышагиваю по квартире, пока свет не исчезает с неба, задумавшись о том, почему она ещё не позвонила. Наконец телефон издаёт сигнал, и я бросаюсь на кухню.

Сообщение от Кайли.

«Мы дома, только уложила Макса. Прости, если заставила тебя сегодня поволноваться».

Если она думает, что одного сообщения окажется достаточно после той душевной муки и напряжения, что я испытал, обнаружив её уход, у неё не все дома.

Я жму на кнопку вызова и жду, пока пройдут гудки.

— Привет, — отвечает она сонным голосом.

В моей голове крутится столько вопросов, что я даже не знаю с чего начать.

— Почему ты ушла? — спрашиваю я.

— Прости. Я не собиралась уходить без объяснений. Хочу поблагодарить тебя за гостеприимство, но я решила, что нужно вернуть весь дом в твоё полное распоряжение.

Мне будто выбивают воздух из лёгких. Моё гостеприимство?

— Мы трахнулись без защиты прошлой ночью. Неважно веришь ты или нет, но для меня это кое-что значит. Ты для меня кое-что значишь. Какого чёрта происходит, Кайли?

Они тихонько вздыхает.

— Элан позвонил сегодня. Он сказал, будто осознаёт, что совершил ошибку, когда оставил нас, и хотел бы получить шанс познакомиться с Максом.

— И ты ему дала его просто так?

— Он может довести дело до суда, Пэйс. Подать бумаги о совместной опеке. Я не могу этого допустить. Поэтому да, я сделала то, что сочла лучшим решением. Для меня и моего сына.

Осознав, что забрёл в спальню, я опускаюсь на кровать с прижатым у уху телефоном и тяжёлым сердцем.

— Я понимаю. — Знаю, стоит извиниться за мою сегодняшнюю вспышку в парке. Я повёл себя немного ревниво, увидев Кайли и Макса в компании другого мужчины. Пусть, кажется, и не знаю, вернулся ли он на самом деле или это было единожды, потому что захотел увидеться с Максом. — Значит, Элан вернулся? — спрашиваю я несмотря на то, что и так понятно — её ответ способен меня уничтожить.

— Точно не знаю. Он говорит, что хочет шанс быть со мной. Шанс создать настоящую семью, но я сказала ему, что он далёк от того, чтобы вернуть моё доверие.

Я проталкиваю комок в горле.

— А ты? Чего хочешь ты?

Она на мгновение колеблется, и меня захлёстывает волна паники.

— Я пытаюсь ставить на первое место своего сына, и, наверное, в глубине души, верю, что для Макса будет лучше, если мы с Эланом сможем всё решить.

Она сказала всё, что мне нужно знать. Пусть последние несколько недель она и упорно думала, будто всё кончится лишь тем, что я причиню ей боль, получилось наоборот. Она только что выпотрошила меня, кажется, даже об этом не зная.

— Тебе не следовало уходить, — отвечаю я, силясь вернуть самообладание. — Если твоя рука волшебном образом не исцелилась за последние несколько часов, полагаю тебе всё ещё нужна помощь.

— Пока я пытаюсь пересмотреть отношения с Эланом, мне не кажется правильным оставаться с тобой. Вдобавок, если быть честной, думаю, я не смогу доверять себе наедине с тобой после случившегося прошлой ночью.

— И что же случилось прошлой ночью? — мне хочется услышать это от неё самой, хочется узнать испытывала ли она те же сильные эмоции, что и я.

— Как я и сказала прошлой ночью, прошло много времени. И секс был отличным, если тебя это интересует.

Конечно, он получился отличным, но это был не просто физический акт. В моём понимании она отдавала мне себя полностью, а я клеймил её, как мою собственность. Но, видимо, мы с ней не на одной странице. Она не принадлежит мне. Как и Макс.

— Было хорошо, да? — произношу я, стараясь вновь стать тем нахальным засранцем, который никогда не допускал участия сердца.

Кайли сохраняет безмолвие, и мне становится интересно о чём она думает. Я хочу спросить у неё, как Макс, как прошла их первая с Эланом встреча, но тоже молчу.

Наконец, после нескольких секунд тишины, я понимаю, что говорить больше не о чем.

— Спокойной ночи, Луна, — шепчу я.

— Доброй ночи, — таким же шёпотом отзывается она.

Я ложусь спиной на подушки. Меня приветствуют запах тёплой ванили и малыша. В груди давит, и я крепко жмурюсь, задаваясь вопросом, что мне теперь делать.

***

Несмотря на темноту, окутавшую меня, несмотря на покой и тишину дома, я не могу уснуть. Так и лежу, не двигаясь несколько часов, прокручивая в голове события последних двадцати четырёх часов. Поверить не могу, ещё только вчера ночью я был внутри Кайли, видел как она распадается на части, а уже сегодня, она пытается отшить меня, заявляя, будто собирается дать зелёный свет отношениям с отцом её ребёнка.

Живот урчит, напоминая, что я так и не поужинал. Направляюсь на кухню и вспоминаю об оставшейся пасте, приготовленной вчера Кайли.

Ожидая, пока микроволновка нагреет еду, я беру телефон и звоню Коллинзу.

Я не утруждаюсь любезностями. Не утруждаюсь спросить о Татьяне — хотя он и сам, кажется, не особо желал говорить об их отношениях, когда всё ещё было нормально, — а просто выплёскиваю весь ад последних часов.

— Успокойся, возьми себя в руки, мужик, — прерывает мою тираду Коллинз.

Я делаю глубокий вдох.

— Что мне делать?

— Не быть кретином.

— И это твой совет, мудило? — уже было собираюсь повесить трубку, когда звук его смеха заполняет расстояние между нами.

— Ты Дрейк. Заруби себе на носу. А теперь пойди и верни свою девушку.

Он прав. Колтон не позволил Софи отстраниться от него. Она улетела в Италию, чтобы сбежать от него, и чёрт, он тогда ещё и в браке состоял. У них-то сражение было посерьёзнее, чем у нас с Кайли, правда? Я не стану просто так сидеть, позволяя этому козлу втиснуться обратно на сцену.

Я съедаю несколько вилок пасты, зная, что мне понадобится топливо, и, схватив ключи с бумажником, вылетаю за дверь.