— Это твой план? — поинтересовалась я у Райана когда мы свернули на Шербрук.

— Канелони в «La Transition».

Я удивленно посмотрела на него.

— И хлебный пудинг. У них просто умопомрачительный хлебный пудинг!

— Я думала мы ищем Шанталь.

— А потом пончики.

— Пончики?

— Мне нравятся с присыпкой.

Я еще не ответила, а он уже свернул на Гросвенор, припарковался, обошел машину и открыл мне дверцу. На тротуаре он взял меня под локоток и аккуратно стал направлять к ближайшему ресторану.

Эта таинственность уже начала меня доставать и я остановилась.

— Что происходит?

— Доверься мне.

— Не хочу испортить твою супершпионскую игру, но нам нужно искать Шанталь!

— Мы найдем.

— С пончиками и канелони?

— Ты можешь просто доверится мне?

— Да что такое? — я выдернула руку. — Не можешь поделится секретной информацией?

Мимо прошла женщина с бутылкой Колы в одной руке и с терьером, больше похожим на крысу, на поводке в другой. Услышав мой крик, она опустила глаза и ускорила шаг.

— Ты людей пугаешь. Пойдем внутрь и я тебе все объясню.

Я недоверчиво посмотрела на него, но все же пошла. В дверях мне вдруг вспомнился ужин с Гальяно в «Гукумаце». Если метрдотель посадит нас в алькове — я уйду.

Ресторан оказался в средиземноморском стиле. Приглушенный свет, деревянные панели, красно-синие тона. Девушка проводила нас к столику у окна, по дороге сверкая улыбкой в сторону Райана. Он улыбнулся в ответ и мы присели.

— Когда-нибудь слышала о Патрике Фини?

— На праздники открыток не шлем.

— Боже, ты реально можешь быть занозой в заднице!

— Стараюсь как могу.

Райан показательно вздохнул.

— А про «Дом тетушки Клеманс» слышала?

— Это приют для бродяжек.

Меню принесла другая девушка и, излучая улыбки, налила воды в стаканы и спросила что мы будем пить. Мы заказали Перье. В меню Райан даже не взглянул.

— Канелони здесь просто потрясающи.

— Я слышала об этом.

Когда официантка вернулась я заказала лингвини с песто по-генуэзски, а Райан остался верен своему выбору. И еще мы оба заказали по салату «Цезарь».

Пока ели хлеб и салат говорили мало. В окно я наблюдала как день уступает место ночи.

Дети исчезали с тротуаров и парков Гросвенор, спеша сделать домашнюю работу или просто на ужин. Улицу уже заливал желтый свет фонарей.

Банки и фирмы закрывались, магазины пустели. Включались неоновые вывески, хотя большинство ночных заведений еще не ожило.

Пешеходы ускоряли шаги, ощущая холод, наступающий с сумерками. Я подумала о Шанталь Спектер. Куда она могла бы спешить в зарождающемся мраке?

После того как еда наконец была доставлена и мы воспользовались приправами, Райан продолжил разговор.

— «Тетушкой Клеманс» управляет лишенный духовного сана священник по имени Патрик Фини. Фини не позволяет употребления наркотиков или алкоголя в приюте, в остальном дети свободны прийти и уйти. Он обеспечивает еду и место, чтобы спать. Если ребенок хочет говорить, Фини слушает. Если они просят совета, он дает его. Никаких проповедей. Никаких комендантских часов. Никаких запертых дверей.

— Довольно либерально для католической церкви.

— Я же сказал — бывший. С него сняли сан несколько лет назад.

— За что?

— Насколько помню, падре завел подругу, церковь приказала сделать выбор. Фини решил что справится самостоятельно.

— Кто оплачивает счета?

— Приют получает немного денег от города, но большая часть финансирования приходит из благотворительных акций и частных пожертвований. У Фини много добровольцев.

И тут в мозгу что-то щелкнуло.

— Ты думаешь, что Клем из письма это «Тетушка Клеманс»?

— Я же говорил что я хорош.

Еще щелчок.

— А Тим это кондитерская «Тим Хортонс» на Гай.

— А ты тоже ничего, Брэннан.

— И мы убиваем время до встречи с Железной Задницей.

Оба взглянули на часы. Было почти семь.

* * *

Люди представляют себе, что слежка это сплошной адреналин. В реальности же наблюдение по большому счету ничуть не волнительней чем био-добавки.

Мы провели два часа наблюдая за магазином «Тим Хортонс» — Райан из машины, а я со скамейки в парке. Я видела как горожане входили и выходили из станции метро Гай. Я видела как студенты уходили после вечерних занятий в Университете Конкордии. Я видела стариков, кормящих голубей у статуи Нормана Бетюна. Я видела игроков, кидающих фрисби и хозяев, выгуливающих собак. Я видела бизнесменов, бродяг, монахинь и денди.

Кого я не видела — так это Шанталь Спектер.

В десять мне позвонил Райан.

— Кажется наш малыш не пришел.

— Мог он засечь нас и предупредить ее?

— Думаю его мозг не больше горошины.

— Должно быть и терпения столько же.

Я посмотрела вокруг. Единственному мужчине в пределах «Тима» было по меньшей мере шестьдесят пять. Несколько подходящих по возрасту парней пили кофе-фраппе через дорогу у «Джава-Ю», но они не проявляли внимания ни ко мне ни к магазину пончиков.

— Что дальше?

— Давай дадим ей еще полчаса. Если она не появится мы пойдем в Клем.

Маленький треугольник где я сидела, являл собой центральную часть Мезоннёв. Мимо пролетали машины, разъезжаясь по трем направлениям. Неосознанно я принялась их считать. Первая, седьмая, десятая.

Отлично, Брэннан! Очень захватывающе.

Я взглянула на часы — пять минут одиннадцатого.

Почему Шанталь не пришла на встречу к Металлической Заднице? Было ли это письмо назначением встречи? Может я чем-то раскрыла себя, и она пришла, узнала меня и удрала?

К кондитерской подошла семья азиатов. Женщина осталась на улице с малышом и вторым карапузом в коляске, пока мужчина покупал пончики.

Я еще раз проверила время — десять минут одиннадцатого.

Или мы ее просто упустили? Может она спряталась, а потом как-то промаяковала Заднице? Могла она пройти незамеченной?

Четырнадцать минут одиннадцатого.

Я посмотрела на перекресток. Райан поймал мой взгляд и медленно кивнул.

В кондитерскую вошли двое мужчин, оба словно с рекламного щита Хуго Босс. Сквозь стекло витрины я наблюдала как они выбрали и оплатили дюжину пончиков. Две пожилые женщины пили кофе в кабинке.

Три парня о чем-то спорили за уличным столиком.

Семнадцать минут одиннадцатого.

Группа студентов зашла за пончиками. Я проверила каждое лицо. Шанталь среди них не было.

— Готова?

Я нашла его глазами. Галоген и неон высветили нимб над головой Райана, но небо выше было темным и беззвездным.

— Пора сматываться?

— Пора сматываться.

* * *

«Дом тетушки Клеманс» находился на Мезоннёв, в двух кварталах от старого «Форума». Центр состоял из трех трехэтажных зданий, каждое из которых было покрашено в свой яркий цвет. «Тетушка Клеманс» была представителем лавандового цвета в этом триптихе радуги.

Однако приютская команда не смогла остановится на одном цвете.

Крыльцо было горчичного цвета, а оконные рамы — вишневого. Новые горшки с мертвыми цветами стояли рядом с подопечными Фини.

На пожарной лестнице второго этажа сидели две девчонки и красили ногти на ногах. Обе были короткостриженными шатенками, в мешковатых кофтах, бриджах и с пирсингом во всех открытых частях тела. Обе отвлеклись от педикюра, чтобы рассмотреть нас.

Народ на крыльце тоже разглядывал нас, позабыв про сигареты, дымящиеся во ртах и в руках. Прически здесь были на любой вкус: тут тебе и Статуя Свободы, и мистер Ти и Дженнис Джоплин и даже двое в стиле сэра Галахада. Уже темнело, так что лиц было не разглядеть, но все пятеро казались достаточно взрослыми, чтобы застать разрушение Берлинской стены.

Я заметила как «статуя» что-то сказал «мистеру Ти», тот сострил в ответ и все засмеялись.

— Бонжур, — с тротуара поздоровался Райан.

Никакого ответа.

— Приветики, — попробовал он по-английски.

Из дома послышались грохот группы «Sex Pistols», как будто кто-то делал музыку то громче то тише.

— Мы ищем Патрика Фини.

— Зачем? — спросил «мистер Ти», у которого на голой шее красовался кожаный ремень. — Отец выиграл в лотерею?

— Его номинировали на Нобелевскую премию, — поддержал Райан шутливый тон.

«Мистер Ти» оторвался от перил и встал расставив ноги и широко расправив плечи, сунув большие пальцы в петли для ремня на своих джинсах.

— Разбудили спящего тигра, — прокомментировал «статуя» и стряхнул пепел на тротуар. — Плохая поза.

«Мистер Ти» явно был человек действия, а «статуя» просто любил внимание. Его ирокез был разноцветным, но в темноте не различимым, а из носа висела цепочка, другой конец которой был в ухе у товарища.

Райан подошел и ткнул свое удостоверение прямо в лицо «мистеру Ти».

— Патрик Фини? — спросил он, отбросив шутливый тон.

«Мистер Ти» опустил руки и сжал кулаки. «Джоплин» подскочила и положила руку ему на бедро.

— Внутри, — сказала она по-французски.

— Мерси.

Райан поставил ногу на первую ступень и вся группа сдвинулась на миллиметр. Мы шли к двери осторожно, стараясь не наступить кому-нибудь на ноги или пальцы. Я буквально чувствовала как десять пар глаз следят за каждым нашим движением.

Перед входной дверью горела единственная красная лампочка. И хотя веранда была ветхой, но даже в этом слабом свете я заметила что некоторые дыры в полу залатаны новыми досками. Кто-то даже перекопал землю в цветочном горшке и в нем выросли отличные ноготки. «Дом тетушки Клеманс» никогда, конечно, не взял бы никаких дизайнерских наград, но все же видно было что как-то за ним ухаживают.

Внутри дом соответствовал наружной отделке. Резные цветы, на стенах фрески — животные, цветы, закаты. Картинки в стиле первоклашек. Мебель из Армии Спасения, в каждой комнате разный линолеум.

Мы прошли холл, где стояли несколько простых диванчиков, миновали лестницу, и вошли в длинный, узкий коридор. По бокам находились двери, ведущие в спальни: в каждой по раздолбанному комоду и четыре или шесть кроватей или раскладушек. Из одной лилось серебристое сияние от телевизора, и звучала главная тема сериала «Закон и порядок».

Дальше по коридору находилась кухня. За ней, слева виднелась столовая, а справа еще две спальни.

В кухне мы нашли Фини который, стоя на коленях вместе с подростками, похожими на группу «Металлика», возился с бумбоксом.

Как хамелеон зеленеет, чтобы слиться с окружающей листвой, так и некоторые защитники подростков становятся похожими на своих подопечных. Джинсы, хвостик на голове, сандалии или бутсы. Такой камуфляж помогает смешаться с окружением, сойти за своего.

Но только не Фини. В очках в черепаховой оправе, густые седые волосы приглажены на прямой пробор, вязаная кофта, фланелевая рубашка и серые штаны, подтянутые аж до подмышек — в таком виде он скорей слился бы с атмосферой дома престарелых.

Услышав шаги, он обернулся к нам.

— Чем могу быть полезен?

Райан сверкнул значком.

— Детектив Эндрю Райан.

— Патрик Фини. Руководитель приюта.

Он посмотрел на меня, подростки тоже все обернулись ко мне. Я почти услышала как они мысленно поют «Умри, умри, моя малышка» своими высокими голосами.

— Темпи Брэннан.

Фини кивнул три раза, скорее сам себе, нежели в ответ на приветствие. Подростки за его спиной глядели на нас, выражая смесь любопытства и враждебности.

В дверях появились еще две девочки. Обе крашеные блондинки и обе с лишним весом. Одна была в джинсах и свитере, вторая в коротенькой юбочке. Учитывая ее вес — не самый лучший выбор.

Фини попытался встать на ноги. Все как один, металлисты бросились ему на помощь. Он пошел к нам, широко расставляя ноги, как делают страдающие геморроем.

— Так чем могу помочь, детектив?

— Мы ищем девушку по имени Шанталь Спектер.

— Какая-то проблема?

— Шанталь здесь?

— А что?

— Это просто вопрос, отец.

Фини немного напрягся. Я заметила что девушка в юбке исчезла и услышала как за ней хлопнула входная дверь.

Я покинула кухню и поспешила в холл. Через окно мне было видно только «мистера Ти» и «статую» на ступенях и как девица в юбочке что-то говорит им. После недолгого разговора «мистер Ти» щелчком отбросил сигарету и они втроем побежали в сторону Мезонев. Я немного подождала и отправилась за ними.

«Монреаль Канадиенс» поначалу не везло со штаб-квартирой. С 1909 по 1910 «Вестмаунт-Арена», что на пересечении Сент-Катрин и Этвотер, была домашней ареной для этой хоккейной команды. Когда же каток полностью сгорел в пожаре, команда вернулась обратно в родную восточную часть города. Еще один пожар привел ребят на следующие четыре года в «Арена Монт-Рояль». В 1924 прямо напротив был построен «Форум». Стройка длилась всего 159 дней и стоила 1.2 миллиона долларов. На открытии «Монреаль Канадиенс» разбили Торонтскую команду «Святого Патрика» со счетом 7:1.

В Канаде хоккей священный спорт. Долгие годы «Форум» являлся святилищем. Чем больше Кубков Стенли, тем святее место. Но наступило время когда возникла нужда в большем количестве мест, и ребятам понадобилось больше раздевалок.

11 марта 1996 команда сыграла прощальный матч в «Форуме». Четыре дня спустя 50 тысяч монреальцев вышли на митинг «возвращения». 15 марта команда уже играла в новом «Молсон-Центре» победив Нью-Йоркских «Рейнджеров» — 4:2.

Наверное, это последняя игра была когда они выиграли, думала я пока неслась по Мезоннёв.

Старый «Форум» несколько лет стоял одинокий и всеми заброшенный, как бельмо на глазу у города. А в 1998 здание купила компания «Кэндерел Менеджмент» и со своим спонсором «Пепси» принялась за реконструкцию. Три года спустя здание открылось в новом виде. Теперь это стал Центр развлечений «Форум-Пепси». Прекрасная метафора — от спорта к еде и развлечениям.

Там где когда-то спекулянты из-под полы продавали билеты, а биржевые маклеры и водители грузовиков всеми правдами и неправдами боролись за пиво, теперь молодежь пьет холодную водку и играет в боулинг на звуковых дорожках. В Центре есть двадцать два кинотеатра, высококлассный винный магазин, рестораны, альпинистская стена и огромный каток, в память о былой славе.

«Мистер Ти», «статуя» и «юбочка» свернули на Ламберт-Клос и вошли в «Форум» со стороны Сент-Катрин. Я проскользнула следом.

Зацепившись взглядом за ирокез «статуи» я хвостиком шла за ними сквозь толпу. Я увидела как ирокез двинулся на эскалаторе на второй этаж в «Джиллиан» и последовала за ним.

Столы и кабинки занимали правую сторону ресторана, слева располагался бар. Обедающих было немного, а вот у стойки все стулья были заняты и еще рядом стояли по двое и по трое группы посетителей.

Когда я входила в зал, троица из приюта как раз направлялась к девушке в дальнем конце бара. На ней была черная кружевная блуза, длинные черные бусы и перчатки без пальцев. Волосы, собранные в пучок лентой, образовали огромную черную бабочку у нее на голове.

Это была Шанталь Спектер.

Завидев своих друзей она улыбнулась и, ткнув пальчиком в сидящего рядом мужчину, закатила глаза.

Я посмотрела на объект ее презрения.

Не может быть! Но так и было.

Я тут же схватила телефон.