На следующее утро во время занятий с Мэгги, Жасмина вдруг обнаружила, что ее опять начинают мучить сомнения по поводу Джэарда. Странно, думала она, что находясь рядом с ним, она неизменно поддавалась его обаянию и ее колебания отходили на второй план, когда же они были врозь, ее страхи возвращались.

Конечно, Жасмина была благодарна Джэарду за то, что он начал рассказывать ей о своем прошлом, заложив тем самым основу их взаимного доверия. А она так хотела верить в него и в их любовь! Однако у нее оставалось еще много вопросов, на которых не было ответа.

В тот день мисс Чэрити пригласила Жасмину на собрание Городского общества, посвященное запрещению азартных игр. В час дня Жасмина была занята тем, что одевалась в своей комнате. Застегивая свое элегантное платье, она размышляла над тем, что по иронии судьбы мисс Чэрити является членом общества, которое борется с распространением азартных игр, а ее собственный племянник нередко предается этим азартным играм. Правда, вчера Джэард заверил ее, что он покончил с подобными глупостями. Мисс Чэрити объяснила Жасмине, что основная цель этого общества заключается в том, чтобы очистить Натчез от воров, картежников и прочей нечисти, которой временами собиралось так много, что она могла составить серьезную опасность для города. Инициативная группа общества уже несколько раз предъявляла этим антиобщественным элементам ультиматум, требуя, чтобы они покинули Натчез в течение двух дней, дабы обезопасить таким образом улицы города.

Жасмина воткнула еще пару шпилек в узел волос на затылке. Она уже собиралась надеть широкополую соломенную шляпу, украшенную лентами и цветами, когда в дверь постучали.

— Войдите, — сказала она, и в комнату вошла Чэрити Хэмптон, одетая в элегантное серое шелковое платье с кружевным воротником, отделанное атласным кантом по подолу и рукавам.

— О Боже, — заторопилась Жасмина, завязывая ленты шляпки. — Неужели мы опаздываем?

Мисс Чэрити жестом успокоила ее.

— Нет, нет, дорогая. У нас еще есть время до половины второго. Я зашла к вам в надежде, что нам удастся поговорить.

— Конечно, конечно, — ответила с улыбкой Жасмина. — Пожалуйста, садитесь.

Мисс Чэрити прошла к стулу у окна, а Жасмина села напротив нее на кровать.

— О чем вы хотите поговорить со мной, мисс Чэрити?

Тетя Чэрити с сочувствием посмотрела на Жасмину.

— Прежде всего, дорогая, я хотела извиниться за необдуманное поведение моего племянника в субботу. Я надеюсь, вы простили его за такое неожиданное объявление о вашей помолвке. Вы, конечно, не знали, что он собирается это сделать.

Жасмина принужденно засмеялась.

— Конечно, я не знала об этом. А вы знали о его планах?

Мисс Чэрити замахала руками:

— Боже праведный, конечно, нет, моя дорогая! Если бы я знала, я бы убедила мальчика не делать этого. Я знаю, что он очень упрямый молодой человек, Жасмина, но у него есть сердце. — И очень осторожно мисс Чэрити добавила: — А в каких вы отношениях с ним с тех пор?

Жасмина вздохнула.

— В некотором смысле лучше, а в некотором… — Она покачала головой и не закончила.

Задумчиво нахмурясь, мисс Чэрити сказала:

— Вы знаете, моя дорогая, я уже несколько дней думаю, поговорить мне с вами или нет. Видите ли, на вечере в субботу я обратила внимание на то, как Мелисса Пиви отвела вас в сторону. И я заметила, что с того момента у вас с Джэардом осложнились отношения. Я так понимаю, что Мелисса сказала вам о том, что они были помолвлены?

— Да, — тихо ответила Жасмина, удивляясь наблюдательности тетушки Джэарда и тому, что она была в курсе их отношений с Джэардом.

Мисс Чэрити вздохнула и сплела свои маленькие пальчики, рассыпав искры солнечных зайчиков от своих многочисленных роскошных колец, в камнях которых играло солнце.

— Насколько я могу догадываться, Мелисса приукрасила историю своей помолвки с моим племянником и представила ее в более выгодном для себя свете. Я также знаю, что Джэард никогда не откроет вам настоящую причину их разрыва. Он ведь джентльмен. Более того, он бы очень рассердился на меня, если бы узнал, что я вам рассказываю об этом сейчас. Но я чувствую, что должна это сделать.

Жасмина собрала все свое внимание и спросила:

— Рассказываете о чем?

— Понимаете, вскоре после официального объявления об их помолвке Джэард застал Мелиссу в саду, за домом ее родителей со своим другом. Боюсь, что Мелисса была… э… обнаженной по пояс. Джэард вызвал того джентльмена на дуэль, и она состоялась…

— Боже мой! Джэард убил?

Мисс Чэрити покачала головой.

— Тот человек был ранен, но остался жив. Вскоре после этого он с позором покинул Натчез, а Джэард, конечно, расторгнул свою помолвку с Мелиссой.

— Я не могу его осуждать за это, — грустно сказала Жасмина. Но ей пришлось стиснуть зубы, чтобы подавить волну вспыхнувшего в ней вдруг гнева. — Значит, это только из-за Мелиссы их помолвка была расторгнута. А она сказала мне, что Джэард просто бросил ее!

— У меня было предчувствие, что она солгала! — горестно воскликнула мисс Чэрити. — Во всяком случае, моя дорогая, я чувствовала, что должна сказать вам правду. Когда я увидела, как Мелисса отвела вас в сторону, я поняла, что она попытается вбить клин между вами и Джэардом.

Жасмина утвердительно кивнула в ответ на эти слова, и взгляд у нее был печальным.

— Так оно и было, мисс Чэрити. Именно это она и сделала. И я так рада, что вы сказали мне правду.

— Вы думаете, у вас с Джэардом теперь все может наладиться? — с тревогой спросила ее мисс Чэрити.

Жасмина улыбнулась и покраснела от застенчивости.

— Да, я думаю, — помедлив ответила она. — Ведь я…

— Вы любите Джэарда?

— Откуда вы знаете?

— Потому что вы просто созданы друг для друга. — Потом более серьезно мисс Чэрити продолжила: — И знаете, Жасмина, дорогая… в дальнейшем вы просто не должны позволять, чтобы что-то мешало вашим отношениям.

У Жасмины стало легче на душе от слов мисс Чэрити. Но она вдруг вспомнила о еще одной вещи, упомянутой Мелиссой, на этот раз о такой унизительной, что она даже не решалась говорить о ней с Джэардом.

— Мисс Чэрити, есть еще одна вещь.

— Да, дорогая?

— Мелисса еще сказала… она сказала, что все в Натчезе смеются надо мной.

Мисс Чэрити удивилась.

— А зачем им над вами смеяться, моя дорогая?

— Потому что… — Жасмина в волнении сцепила пальцы, потом решилась: — из-за моего низкого происхождения, по словам Мелиссы. Она сказала, что все в городе считают, что Джэард берет себе жену ниже его по рождению.

— Какой вздор! — не сдержала своего возмущения мисс Чэрити. — Вы подумайте! — И наклонившись к Жасмине, мисс Чэрити добавила: — Жасмина, вы знаете, дед Мелиссы приехал сюда в качестве слуги, работающего по найму!

Жасмина не смогла удержаться от смеха.

— Правда? Вы шутите!

— Совсем нет. Семья Пиви выбралась из бедности, моя дорогая. А ее отец Эдгар начал свою карьеру в Натчезе без фартинга в кармане. И только позже нажил состояние на торговле лесом.

Чэрити смотрела на Жасмину пристально и серьезно.

— Вы должны знать, Жасмина, что так было со многими семьями в нашем городе. Но из-за этого никто их меньше не уважает. И никому и в голову не придет смеяться над вами! Поверьте мне, я бы это знала! Напротив, все мои друзья считают вас очаровательной.

Жасмину очень успокоили слова мисс Чэрити.

— Спасибо, вы так успокоили меня.

— Очень хорошо. Я очень рада, что мы с вами поговорили. Вы уже готовы идти, дорогая?

Жасмина кивнула и взяла с кровати свою шаль и ридикюль. Когда они уже направлялись к двери, Жасмина неуверенно спросила:

— Мисс Чэрити, а о родителях Джэарда… Я имею в виду их смерть…

Мисс Чэрити задержалась, повернулась к Жасмине и взяла ее за рукав. Она нахмурила лоб, а в ее карих глазах была глубокая печаль.

— Так Джэард не сказал вам еще, как мы потеряли Джорджа и Элизабет?

— Нет.

Чэрити тяжело вздохнула и потрепала Жасмину по руке.

— Моя дорогая, мне жаль. Но я все еще думаю, что об этом Джэард должен сам рассказать вам. Я надеюсь, вы понимаете?..

Жасмина заставила себя улыбнуться.

— Конечно, понимаю. — Но она ничего не понимала.

В тот же вечер, как они и договаривались, Джэард сопровождал Жасмину и мисс Чэрити на концерт в филармонический клуб. Жасмина страстно желала остаться с Джэардом наедине, чтобы выяснить с ним отношения. Она хотела признаться ему в любви и вымолить у него прощение за недоверие к нему. Но во время концерта такой возможности не представилось. Когда же они вернулись в «Магнолию Бенд» и втроем пили кофе в гостиной, вошла заспанная Мэгги в ночной рубашке и с книгой под мышкой.

Она начала обиженно жаловаться, что не может заснуть, потому что никто не почитал ей перед сном, и Джэард вежливо извинился, подхватил девочку вместе с книжкой и понес наверх. Жасмина улыбнулась, глядя на них, но потом сообразила, что почитав Мэгги перед сном, он сразу же уйдет домой. Она знала, что на этот раз не осмелится идти ночью до его дома, как она это сделала вчера, после того, как он так сильно отругал ее за безрассудство. А как же ей тогда поговорить с ним наедине?

Выход она нашла, когда он еще был наверху. Поспешив в библиотеку и найдя там бумагу и перо, Жасмина написала Джэарду записку:

«Встретимся в летнем домике. В полночь. Люблю, Жасмина.»

Довольно улыбаясь, она аккуратно сложила записку и засунула за широкий атласный пояс своего платья. Через некоторое время, когда они прощались с Джэардом в холле, рука Жасмины незаметно скользнула под его пиджак и сунула записку в карман его атласного жилета.

Два часа спустя Жасмина уже спешила к летнему домику в глубине сада мисс Чэрити. Ночь была ясной и прохладной, воздух благоухал пьянящим ароматом поздних цветов. Ночную тишину нарушали кваканье лягушек и стрекотание цикад. В пруду у беседки отражались звезды, а вверху в темном небе стриж изящной дугой прочертил бледно-желтый круг луны. Это чудная ночь, думала Жасмина, и все же, пробираясь в темноте от дерева к дереву, она не могла отделаться от ощущения, что кто-то невидимый и страшный следит за ней.

Наконец она добралась до летнего домика и вошла в него. Закрыв за собой дверь, она прислонилась к ней спиной и перевела дыхание. Тревожное чувство все еще не оставило ее до тех пор, пока ее глаза не привыкли к темноте и она не увидела что она здесь одна, только паутина плавала в затхлом воздухе при свете луны.

Она прошла дальше в комнату. Около окна стояла узкая кушетка, на которую Джэард звал ее лечь вместе с ним в ту ночь. Теперь по ее старой бархатной обивке плясали серебристые зайчики лунного света.

Джэард! Как она хотела быть рядом с ним и рассказать ему о том, что она чувствует. Нашел ли он ее записку? Придет ли? Не подумает ли он, что она ведет себя неприлично, приглашая его сюда?

Боже, пусть он придет, пока она не потеряла решимость.

И он пришел.

Сначала она замерла, услышав скрип двери за своей спиной. Потом обернулась и облегченно вздохнула, увидев, что это он.

— Джэард… — позвала она шепотом.

Он прикрыл за собой дверь. Лучик лунного света упал ему на лицо и высветил улыбку на его губах.

— Жасмина, я должен сказать, что это… довольно неожиданно.

— Ты нашел мою записку?

Он улыбнулся.

— Да, нашел.

— Мне нужно было увидеть тебя, — торопливо заговорила она.

— Но, любовь моя, ты же была со мной весь вечер, — поддразнивая ее, сказал он.

— Наедине, — объяснила она. — Мне нужно было повидать тебя наедине.

— Ну, вот мы и наедине, — вдруг охрипшим голосом ответил он. С нежной улыбкой он добавил: — Ты не собираешься поприветствовать меня поцелуем?

Жасмина бросилась к нему в объятия, целуя его и смело касаясь языком его языка. Джэард тут же нежно, но решительно отстранил ее от себя.

— Боже, женщина! — сказал он слегка дрожащим голосом — Ты не должна целовать меня так. Во всяком случае, не в такой ситуации, когда мы наедине, как сейчас.

— Не должна? — переспросила она.

Он взял ее лицо в ладони и спросил:

— Любовь моя, что ты задумала сегодня?

В глазах у нее стояли слезы радости, когда она ответила:

— Я люблю тебя.

— О, Жасмина! — воскликнул Джэард с сердцем, переполненным радостью. Его глаза потемнели от вспыхнувшей страсти, встретив ее взгляд.

— Как я хотел услышать эти слова от тебя!

— Это правда — я так люблю тебя! — повторила она и крепко прижала его к себе. — И еще… прости меня за то, что я сомневалась в тебе.

— Сомневалась во мне? — повторил он, немного отступив от нее, разжав ее руки, обнимавшие его за шею, и держа их в своих руках. — Сомневалась в чем?

— Это касается Мелиссы, — произнесла она. И, встретив его недоумевающий взгляд, объяснила. — Твоя тетушка рассказала мне всю правду о том, как Мелисса предала тебя.

— Понятно.

Внезапно он повернулся и отошел, и Жасмина видела, как напряглись мышцы на его спине.

— Моя тетя не имела права рассказывать тебе об этом.

— Джэард, пожалуйста, не сердись, — умоляюще сказала Жасмина.

— Я знаю, как серьезно ты относишься к делам чести, и все такое. Но твоя тетя… Я думаю, она знала, что Мелисса собирается встать между нами и что я должна знать правду.

Джэард резко повернулся к ней: его глаза сверкали гневом, а в голосе, к ее удивлению, звучали нотки обиды:

— Значит, ты не поверила мне, когда я сказал тебе, что помолвка была расторгнута не из-за меня?

Жасмина опустила глаза и молчала. Она не могла заставить себя обмануть его сейчас.

— Думаю, что нет, не совсем, — сказала она почти шепотом.

Он деланно рассмеялся:

— Значит, ты веришь тому, что я сумасшедший?

— О нет, Джэард, конечно нет! — вскричала она, увидев в его взгляде боль. — Прости меня, что я вообще поверила этим объяснениям Мелиссы! Просто… после того, как мой отец поступил так со мной, после того, что сделал Клод… Я думаю, мне было тяжело поверить тебе полностью.

— Даже несмотря на мою любовь? — спросил он.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала она в ответ.

— Любишь? — переспросил он странно сдавленным голосом.

Жасмина чувствовала себя ужасно. Что бы она ни говорила Джэарду сегодня, все было не так. Вместо того чтобы выяснить с ним отношения, она только все испортила этим признанием о том, что она не доверяла ему.

Заглянув Джэарду в лицо и увидев в его глазах страдание, Жасмина поняла, что она хочет сделать — что она должна сделать — заставить его поверить в то, что она действительно доверяет ему и любит его. С бешено бьющимся сердцем она прошла через комнату к нему и дотронулась до его руки.

— Джэард, я готова стать твоей, — просто сказала она.

Он отпрянул, и при лунном свете она увидела ошеломленное выражение на его лице.

— Жасмина, ты понимаешь, что ты говоришь?

Она утвердительно кивнула.

— Я сказала, что люблю тебя и хочу быть твоей. О, Джэард! — Она вплотную подошла к нему и обняла его за шею дрожащими руками. Он не двигался и не отвечал ей, но она заставила себя продолжать:

— В субботу ты просил меня довериться тебе полностью. Ты просил меня стать твоей женой. Я испугалась и поэтому отказалась…

— Жасмина! — Он обнял ее за плечи и слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо. — Любимая, ты правильно сделала, что отказалась. Я слишком много выпил тогда и требовал от тебя слишком многого.

— Нет, нет! — возразила она. — Сейчас я рада, что в субботу ночью все это было, потому что это заставило меня разобраться в своих собственных чувствах. Ты не просил слишком многого от женщины, которой все это время следовало бы верить в тебя и твою любовь.

— Но, Жасмина… расторжение брака и твоя вера.

— Ты для меня значишь больше, чем все это. — Дрожащим голосом она продолжала: — Мне было страшно поверить тебе, Джэард, после всего, что со мной произошло, и я должна признать, что в субботу ночью я не была готова к этому — Она посмотрела на него глазами, полными любви:

— Но теперь я готова.

— Жасмина!

Его голос задрожал, когда он прижал ее к своей груди и провел рукой по нежным локонам, обрамлявшим ее лицо. Она слышала гулкие удары его сердца, а он прошептал:

— О, Жасмина. Ты не знаешь, как ты мне была нужна! Ты не знаешь, какому искушению я подвергаюсь сейчас, в этот самый момент.

— Тогда сделай меня своей.

— О Боже. Мы с тобой не должны делать этого Жасмина.

— Я думаю, что должны. Пожалуйста, не заставляй меня просить.

— Просить! — повторил он со смехом.

К ее большому недоумению, он высвободился из ее объятий. Но ее разочарование сменилось облегчением, когда она увидела, что он подошел к кушетке и задернул шторы.

— Жасмина, ты правда уверена в этом? — прозвучал его полный страдания вопрос.

Она молча наклонила голову. Она знала, что уверена в этом. Она хотела принадлежать ему, отдаться ему полностью — соединиться с ним и сжечь все мосты за собой. Почти шепотом она сказала ему:

— До того как мы обвенчаемся в церкви, мы станем мужем и женой в наших сердцах.

— Любовь моя!

Джэард вернулся к Жасмине и крепко прижал ее к себе, но его руки странно дрожали. Его поцелуи были крепкими, долгими и все более трогательными. И хотя две дюжины крошечных перламутровых пуговиц на лифе ее платья довели его почти до отчаяния, он терпеливо расстегнул каждую, нашептывая ей ласковые слова между страстными поцелуями. Наконец лиф был расстегнут, и рука Джэарда скользнула под ее тонкую рубашку и начала ласкать грудь.

— О, Джэард! — шептала Жасмина, потрясенная восхитительными ощущениями во всем теле, чувствуя, как по нему проходят сладкие судороги возбуждения от его близости.

— Отныне ты моя! — страстно прошептал он.

— Я думаю, я стала твоей с той минуты, когда ты увидел меня в реке, — тоже шепотом отвечала она.

— Я люблю тебя с той самой минуты, — сказал он с такой мукой в голосе, что она начала плакать. — Любимая, не плачь, — начал он нежно утешать ее и прижал еще крепче к своей груди.

Она заглянула ему в глаза, не стыдясь своих слез радости.

— Это оттого, что ты… такой замечательный Джэард. Ты так хорошо относился ко мне все время. Ты все время верил в меня. А я отталкивала тебя. Ты простишь меня?

— Мне нечего тебе прощать. — Он чуть отстранился и улыбнулся ей. — Кроме того, твоя скромность еще больше разжигала мой интерес к тебе.

— Да?

Теперь Жасмина улыбалась тоже.

— Значит, этот интерес пропадет после сегодняшней встречи?

— Я всю жизнь буду завоевывать тебя, — рассмеялся он.

И с этими словами он поднял ее и понес через комнату к кровати. Лунный луч пробился в щелку между шторами и при этом свете он раздел ее, лаская каждый дюйм ее кожи нежными пальцами.

Жасмину охватила дрожь желания, когда ее одежда — предмет за предметом — стала падать на пол. Она не испытывала стыда под его потемневшим от страсти взглядом. Прикосновение пальцев к ее горячему телу было для нее сладкой пыткой.

— Ты так хороша, любовь моя. Так хороша, — шептал он, распуская ей волосы и целуя шелковистые пряди.

Уже совсем обнаженная, она легла на кровать и с улыбкой смотрела, как раздевается он, нетерпеливо срывая галстук и дергая за пуговицы. Она не почувствовала никакого смущения, разглядывая его, никакого страха перед ним, лежа совершенно обнаженной и страстно ожидая его прикосновения. Она чувствовала только огромную любовь и желание; и то и другое струилось из ее сердца, как слезы.

Наконец он лег к ней на узкую кровать, накрыв ее мягкое податливое тело своим, плотным и мускулистым. Прикосновение его плоти, такой мужественной и теплой, к ее коже было божественным. Она чувствовала, как пульсирует кровь от прикосновения к жестким волосам на его груди, что сводило ее с ума.

— Я люблю тебя, — шептал он, целуя ее.

— Я тоже люблю тебя — так сильно! — почти вскрикнула она.

Джэард целовал ее до тех пор, пока ее губы не стали совсем мягкими. Потом он осыпал поцелуями ее нежную шею, спускаясь все ниже. Жасмина изгибалась, охваченная чувственным восторгом, дрожа всем телом от острого возбуждения, излучаемого каждой клеточкой ее тела. Она шептала ласковые слова, перебирая пальцами его шелковистые волосы. На минуту затаила дыхание, а потом прижалась к нему — в порыве страсти.

— Ты хочешь быть моей?

— О, да, я хочу быть твоей! — выкрикнула она.

Джэард знал, что ему нужно еще время, чтобы подготовить ее. Но он уже почти терял контроль над собой.

— Любимая, я, кажется, не могу больше ждать.

— И не нужно, — прошептала она.

Больше он ничего не ждал.

— Черт, я делаю тебе больно.

— Все в порядке, Джэард, — прошептала она в ответ. — Я так хочу соединиться с тобой…

Она выгнулась навстречу ему, силясь принять его в себя вопреки сопротивлению ее собственной плоти. Ее любовное желание и ее страстные и одновременно невинные движения совершенно лишили его власти над собой, и он уже не слышал собственного прерывистого дыхания из-за гулких ударов своего сердца. Она принадлежала ему, — наконец осознал он, — только ему. Она никогда и никому еще не принадлежала, и никогда не будет ничьей. Ничто не могло больше возбудить страсть, чем сознание того, что он ее первая любовь и последняя, что так она отдается только ему и никому другому, никогда! И эта мысль наделила его такой силой и вызвала взрыв такой страсти, какой он никогда до того не знал.

— Боже, любовь — это то, что ты даешь мне сегодня…

— Что ты даешь мне сегодня! — прошептала она, прижимая его губы к своим. — Пожалуйста, Джэард. О, пожалуйста!

Она просила его! Это было так хорошо, до слез. И он полетел в пропасть и растворился в ее жаркой готовности к этому, в ее женской сути. Джэард подавил ее крик боли поцелуем. А она, не знавшая мужчины до него, трепетала от страсти, и он уже не мог остановиться в желании испить ее секреты до дна.

— Ты божественна, — прошептал он.

Его прикосновения были так хороши, так отвечали ее желаниям…

— Как я хотел бы оставить тебя здесь с собой на всю ночь, Жасмина, но я думаю, что сейчас я должен проводить тебя домой, пока тебя не хватились.

Хотя Жасмина знала, что Джэард прав, она почувствовала обиду оттого, что он хотел расстаться с ней так быстро после того, что между ними произошло.

— Джэард, я…

Она замолчала, поняв, что хочет спросить его не был ли он разочарован, не стал ли он думать о ней хуже из-за того, что она выказала такую страстность.

— Я люблю тебя, Жасмина, — сказал он. — Но тебе нужно возвращаться.

— Я тоже люблю тебя, Джэард, — прошептала она, вставая, отвернувшись, чтобы скрыть от него свое смущенное лицо и протягивая руку к одежде.