Дома Стефани нашла Эбби на террасе второго этажа. Девушка сидела с раскрытой Библией на коленях, остановив взгляд на засушенной розе. Живое воплощение неподдельной печали.

Интересно, кто подарил ей этот поблекший цветок? Уж не Андре ли? Он любил интриговать женщин. Не по этой ли причине Эбби выглядит такой потерянной? Должно быть, он сильно ее разочаровал вчера.

Стефани была готова разорвать негодяя на части. Ее мучили угрызения совести. Ей очень нравилась Эбби Раис, и она во что бы то ни стало хотела помочь бедняжке, но та все еще оставалась для нее тайной за семью печатями. О чем Эбби думала? Подруга говорила загадками и своих чувств не открывала. В такие моменты Стефани всегда вспоминала исполненную боли мольбу духа Эбби: «Он никогда не любил меня… Но что с этим поделаешь?»

Сможет ли Стефани разгадать эту загадку? Ангелом-хранителем она себя пока не чувствовала.

Пока Стефани боролась с сомнениями, Эбби вскинула голову и, быстро сунув розу в книгу, захлопнула ее.

– О, Стефани, я тебя не заметила.

– Не испугалась, надеюсь?

– Что ты! Я готовлюсь к заседанию нашего кружка во вторник вечером. Питер попросил меня возглавить обсуждение. Присоединяйся. Пока дети спят, можно расслабиться.

Стефани села в кресло-качалку.

– Как ты провела время с Андре?

– Мило, -пролепетала подруга. - Было приятно увидеть Дэвисов и узнать, что у них все хорошо и их радушно принимает дорогая Сара Энн Дорси.

– А как вел себя Андре?

– Как всегда, он настоящий кавалер. -Эбби покраснела.

– Но почему он оставил тебя одну?

– Чтобы поговорить с бывшим президентом Конфедерации, -ответила Эбби. - Андре просто обязан был воздать ему должное. Бедный президент всю свою жизнь посвятил делу, вел себя мужественно, а его с самого начала войны безжалостно чернили.

– Ты постоянно находишь Андре оправдания.

– В среду он пригласил меня в театр, -обронила Эбби.

– Вот как? -усмехнулась Стефани. - Ты рада?

– Конечно, почему бы нет? -Эбби потупилась.

– Тебе действительно хочется пойти с Андре в театр?

– Разве я тебе не говорила, что все считают нас женихом и невестой? -Эбби нервно рассмеялась.

– Да, но хочешь ли ты этого?

– Думаю, все к тому идет. Мой долг -стать его женой и растить детей.

– Ясно.

Ответы Эбби не рассеяли сомнений Стефани. Но заставить подругу сказать правду при ее скрытном характере было нелегкой задачей.

– Ты не пойдешь в театр со мной и Андре? -спросила Эбби.

– Спасибо. Меня пригласил Генри.

– У вас роман? -полюбопытствовала Эбби.

– Вообще-то я принимаю его приглашения прежде все го из-за Кэти. Она такая милая старушенция и неподражаемая рассказчица. Знает историю Натчеза как никто.

– Однажды, когда они с Генри у нас обедали, она развлекала всех историями о грабителях и убийцах, промышлявших на местной дороге. -Эбби перекрестилась. - Клянусь, в ту ночь я не сомкнула глаз. Кстати, не так уж плохо породниться с этой семьей.

– По-моему, Генри совсем не жаждет жениться. Это все тетке неймется. Не понимаю, почему Кэти так ко мне привязалась.

– Не понимаешь? -искренне изумилась Эбби. - Ты душка, Стефани, вот почему.

– Ладно, хватит обо мне. -Стефани спрятала улыбку. - Давай о тебе. Что ты наденешь в среду, чтобы сразить Андре наповал?

– Стефани, перестань! -Девушка покраснела.

Стефани погрозила подруге пальцем.

– На сей раз я не позволю тебе надеть черное, скорее сожгу все твои тряпки!

Эбби расхохоталась. «Слава Богу, вывела ее из мрачного настроения», - подумала Стефани.

Стефани расстелила на лужайке одеяло и расположилась на нем с детьми. Эбби не было. В этот день квартет играл на приеме у Фостеров.

Стефани читала детям рассказ «Рип ван Винкль». Эми, Гвен и Бо слушали как завороженные, даже Помпон, казалось, не пропускал ни единого слова. На скамейке с малышкой на руках сидела Марта.

– А он и вправду проспал двадцать лет? -спросила Гвен, когда Стефани закончила чтение.

– Конечно, именно так это себе представил Вашингтон Ирвинг.

– А я тоже мог бы проспать двадцать лет, -заявил Бо. Он вскочил на ноги, подобрав палку, бросил в Помпона, и они вместе умчались в заросли.

– Она вас любит, -обратилась Гвен к Стефани, глядя на Эми. - Все время садится к вам на колени.

– Ты меня любишь, крошка? -улыбнулась Стефани малышке.

– Да! -робко ответила Эми.

– Ей нужна мама, -задумчиво произнесла Гвен.

– У вас есть Эбби, -сказала Стефани.

– У нас была настоящая мама, -промолвила Гвен, поджав губки, - но она умерла. И никто не может ее заменить.

– Конечно, милая. Маму нельзя забыть.

– Но Эми еще маленькая. Может, она маму не помнит, и ей нужна новая.

– Не волнуйся, помнит.

– Вы и впрямь так считаете, мадам? -Личико девочки просветлело.

Стефани кивнула. Гвен вскочила.

– Вы мне тоже нравитесь. -С этими словами Гвен наклонилась, поцеловала Стефани в щеку и, не успела та опомниться, вприпрыжку унеслась прочь.

Признание Гвен явилось для Стефани настоящим откровением. Ребенок постепенно оттаивал, и эта маленькая победа была Стефани особенно дорога. Но в то же время ее тревожила. Она прибыла в этот мир, чтобы помочь Эбби соединиться с Андре Годдаром. Однако каждый прожитый день сближал с Андре и его детьми не Эбби, а Стефани.

Правда, и Эбби ничего не делала, чтобы укрепить свои позиции. Она была милой и обходительной, но при Андре по-прежнему тушевалась, а с детьми не всегда ладила, нервничала и оставалась им чужой. Возложила все свои обязанности на Стефани, а сама вязала, читала Библию и репетировала с квартетом.

Стефани тяжело вздохнула. Почему ее старания не приносят ощутимых результатов?

– Мадам Сарджент, -мужской голос вернул Стефани к действительности, - вы, похоже, производите впечатление на мое потомство.

Из- за развесистого дуба появился Андре в коричневом длиннополом сюртуке, песочного, цвета брюках и черной широкополой шляпе.

– И давно вы там стоите?

– Достаточно давно, чтобы узнать, что Гвен вас любит. -Он бросил шляпу на одеяло, подхватил на руки Эми и чмокнул ее в щеку. Девочка залилась смехом и обвила ручонками шею отца.

– Я собиралась вести детей домой, -сказала Стефани, поднимаясь.

Андре поставил Эми на землю и повернулся к Марте. Сара помахала ручкой и захотела, чтобы ее тоже опустили на землю, после чего шагнула к отцу, шлепнулась и захихикала. Андре взял ее на руки, расцеловал.

– Моя ты киска, мы оглянуться не успеем, как ты научишься ходить, -произнес он, передавая малышку няньке. - Марта, дорогая, пожалуйста, отведите детей в дом.

Мадам Сарджент придет через минуту.

– Слушаюсь, сэр.

– Оставшись наедине с Андре, Стефани заметила его пристальный взгляд.

– Я должна помочь Марте… -начала было она.

– Марта подождет, -сказал Андре, - мне нужно с тобой переговорить.

– О чем?

– Господи, как ты хороша! -Он поцеловал девушку в щеку.

– Андре, не надо, -с укором произнесла Стефани.

– Давай пройдемся до конюшни. -Он подобрал с одеяла шляпу и взял Стефани за руку.

– До конюшни? Хочешь опять увезти меня?

– Идем. -Андре потащил девушку за собой. Она едва за ним поспевала.

– Надеюсь, ты не сделаешь этого силой, -усмехнулась Стефани. - У меня есть право выбора?

– Выбора у тебя нет. Хочешь ты этого или не хочешь, но тебе придется проводить время со мной.

– Андре, это невозможно, -простонала она.

– Почему?

– «Потому что, к своему несчастью, я влюбилась в тебя», - подумала Стефани с замиранием сердца.

– Невозможно, и все.

– Но ты встречаешься с Генри, - заметил он с раздражением.

– Это совсем другое.

– Почему?

– Потому что он не хочет…

– Не хочет чего? - встрепенулся Андре.

– Соблазнить меня. - Девушка покраснела.

– Стефани, - рассмеялся он, - ты либо наивная, либо дурочка.

– Тебе в силу своей испорченности трудно поверить, что Генри - джентльмен? - язвительно спросила она и стиснула зубы.

– С виду Генри и вправду джентльмен, - не унимался Андре, - но я бы не советовал тебе оставаться с ним наедине.

– А я ему доверяю.

– Вчера вы славно повеселились?

– Я отлично провела время.

– Если бы не Кэти Бэнкс, - нахмурился Андре, - я бы давно положил конец вашим отношениям.

– Еще чего! - взвилась Стефани.

– Посмотрим, может, сегодня ночью я сумею выбить неподражаемого мистера Робийяра из твоей прелестной головки, - усмехнулся Андре.

– Что ты имеешь в виду? -Стефани резко остановилась.

Андре затащил ее в конюшню и толкнул дверь чулана.

Там стоял поцарапанный сундук. Откинув крышку, Андре извлек из него ворох одежды и сунул девушке в руки.

– Что это? - Стефани удивленно уставилась на пару темных брюк с подтяжками, кепи и рубашку.

– Твой наряд.

– Мой?

Андре присел на край сундука.

– Когда-то он принадлежал одному из наших конюхов, но он уехал искать счастья в Новом Орлеане. Поскольку у вас с ним примерно один размер, я отдал одежду в стирку и приготовил ее для тебя.

– Зачем? Зачем ты притащил меня сюда? Зачем весь этот маскарад?

– Сегодня ночью нас ждет новое приключение. - Андре с трудом сдерживал улыбку, в глазах плясали озорные огоньки.

– И не думай!

– Тогда я не пойду с Эбби в театр.

– Ты… негодяй!

– Мы заключили сделку, Стефани. За каждый момент, проведенный с Эбби, ты расплачиваешься собственным временем. Предоплата обязательна. И никаких правил.

– Никаких правил?

– Только одно, - многозначительно произнес он.

Она швырнула одежду в сундук.

– Ты невыносим!

– Если хочешь, чтобы я с тобой сотрудничал, - подчиняйся.

– Может, мне лучше сдаться? Вчера ты снова бросил Эбби одну.

– Я бросил ее? - изумился Андре. - Она то болтала с Питером Дирборном о молитвенном кружке, то договаривалась со своими музыкантами насчет репетиции, а на меня не обращала ни малейшего внимания.

– Ты обиделся?

– Разумеется.

– Я знаю, она влюблена в тебя, Андре, - сказала Стефани. - Но когда ты рядом, робеет и нервничает. Сделай так, чтобы она расслабилась…

– Но как? Может, поцеловать ее? - Андре приблизился к девушке.

Стефани отодвинулась.

– Пожалуйста, не надо…

– Да или нет? - повторил он тихо, нежно коснувшись губами ее губ.

Этот мимолетный поцелуй обезоружил Стефани, сделал ее уязвимой. Она беспомощно застонала.

– Проклятие! Андре, тебе следует обольщать Эбби, а не меня. Лучше бы ты не бросал ее…

– Я должен был воздать должное Джефферсону Дэвису. Мы пошли покурить в старую бильярдную Стивена Дункана. Что же в этом плохого?

– Ничего. Даже Эбби сказала, что ты поступил правильно.

– В чем тогда дело?

– Почему бы тебе не попытаться применить свои чары к Эбби, а не ко мне?

Он обнял Стефани за талию.

– В отличие от тебя Эбби не возбуждает меня, не сопротивляется. -Он пожал плечами. - Может быть, в театре у меня получится лучше, если ты встретишься сегодня со мной ночью, любовь моя.

– Ты неисправим, Андре. Она и вправду любит тебя.

– Я тоже ее люблю! - взорвался Андре. - Но я не хочу причинять ей боль. Ты придумала эту бессмысленную игру. Если все закончится для Эбби плачевно, ты одна будешь во всем виновата.

– Ну вот! - Стефани всплеснула руками. - В этом ты весь. Хочешь поставить все с ног на голову и обвинить меня!

Андре ничего не сказал, достал одежду из сундука и отдал Стефани.

– Не забудь заколоть шпильками свои роскошные волосы… - он навернул на палец выбившуюся прядку, - и надеть кепку.

– Зачем? Зачем тебе понадобилось, чтобы я оделась как мальчик?

– Стефани, дорогая! -Андре рассмеялся, запрокинув голову. - Мы поедем в такое место, где женщинам появляться не стоит.

Разбираемая любопытством, Стефани попыталась выудить у него подробности, но Андре не сказал больше ни слова.