Гвен сняла туфли, чтобы не цокать каблуками по деревянном полу. Босиком она поднялась на второй этаж. Окно, покрытое плющом, которое она увидела, было высоко. Очень высоко. Выше, чем окно её спальни. Это означало, что в доме был третий этаж или чердак. Гвен осмотрела весь второй этаж в поисках двери, которую она не заметила. Ничего в главной спальне. Ничего в гостевой спальне. Но она отказывалась сдаваться. Здесь должен быть путь наверх. Она пропилит потолок пилой, если придется.

Потолок?

Гвен обратила внимание на потолки, но нигде она не увидела двери или выдвижной лестницы, ведущей на чердак. Она, наверняка, что-то упустила. Гвен проверила наверху каждую комнату, даже уборные. Где-то должен быть выход на третий этаж.

- Я - идиотка! - воскликнула она и сбежала вниз по лестнице.

Конечно же, там был выход на третий этаж. Но он не проходил через второй. Это бы слишком бросалось в глаза. Как только она оказалась на первом этаже, то направилась к кухне. Из кухни прошла в кладовку. И там, в конце кладовой, за коробками, на которые она раньше не обращала внимания, была маленькая дверь. Она однажды посмотрела на нее, но подумала, что та ведет в подвал или к водопроводным кранам. Гвен сняла засов, открыла дверь и увидела за ней узкую лестницу.

Гвен осмотрелась в поисках фонарика, но ничего не нашла. Поэтому, она взяла масляную лампу с прикроватной тумбочки, подожгла фитиль спичками и вернулась к двери в кладовке. Как только она протиснулась через дверной проем, то смогла двигаться более свободно. Ширина лестницы едва достигала полуметра, но она могла встать на неё всем весом. Гвен держала лампу впереди себя, освещая лестницу. Пыль кружилась вокруг, и она прикрыла рот и нос рукой, сдерживаясь от чихания.

Гвен взбиралась на каждую ступеньку, предварительно пробуя её на прочность носком ноги. Двадцать четыре ступеньки до двери наверху. Осторожно она повернула ручку двери. Её охватил страх. Её руки так тряслись, что свет лампы прыгал то вверх, то вниз. Дверь не заскрипела, когда она поворачивала ручку.

Мысленно она посчитала... раз... два... три...

Дверь открылась, и Гвен закричала.

Вот она. Невеста.

Она стояла, словно окаменевшая, спиной к Гвен.

- Мэм? - Гвен прошептала, входя в комнату. Невеста по-прежнему оставалась неподвижной.

Ещё никогда в своей жизни Гвен не испытывала такого страха. Она сделала глубокий вздох.

- Мэм? - произнесла она громче в этот раз.

Никакого ответа. Гвен осмотрела комнату. Она не знала чего ожидать, но это была обычная комната. Никаких трупов. Никакого оружия. Ничего, кроме нескольких рулонов ткани, пары стульев и ковра. Собирая остатки храбрости, она сделала шаг вперёд, всем телом подготовилась к нападению. Но женщина так же осталась неподвижной.

Гвен сделала ещё один шаг, и ещё один. Её руки дрожали, её ладони вспотели от ужаса. Она подумала, что её грудь разорвется, так бешено и неистово билось сердце. Наконец, она встретилась с женщиной и обнаружила, что у той нет лица.

Лица не было, потому что никакой женщины тоже не было. Это был манекен, швейный.

- О, мой Бог... - Гвен выдохнула, практически теряя сознание от облегчения. На манекене висело свадебное платье, сшитое вручную. Мерная лента обернута вокруг шеи модели. Вероятно, мисс Майр использовала эту комнату как швейную мастерскую. Здесь она шила свое свадебное платье.

Но Эдвин говорил, что она покинула школу, чтобы выйти замуж. Какая невеста будет выходить замуж без подвенечного платья ручной работы? Или она уехала не ради свадьбы...

Или мисс Майр не уехала.

Гвен спустилась вниз по лестнице и вернулась в кухню. Она была вся в пыли из-за своего путешествия в потайную комнату, но она не стала задерживаться, чтобы очистить одежду. Она пойдет прямо к Эдвину и притащит его за ухо в комнату наверху, и покажет ему свадебное платье мисс Майр. Если он сможет смотреть на это и говорить ей, что мисс Майр уехала, чтобы выйти замуж...

Гвен призадумалась. Нет. Может, она не пойдет к Эдвину. Может, ей не стоит идти к Эдвину. В том письме говорилось об опасности, настоящей смертельной угрозе. И Эдвин дал ясно понять, что ничего не собирается с этим делать. Прекрасно. Посмотрим, что скажет на это полиция. В конце концов, они могут связаться с мисс Майр. И если им это не удастся, тогда Гвен им расскажет, что она подозревает что-то неладное - она знает где находится женщина - все ещё здесь, в кампусе, и это не к добру.

Гвен покинула дом и направилась прямиком к машине на небольшую гравийную парковку за территорией школы. Она увидела лишь свою машину и никаких других. А где машина Эдвина? Мистера Прайса? Только у неё здесь была машина? И почему она только сейчас шла к своей машине? Что-то не так. Попав сюда однажды, она больше не захотела покидать это место. Почему? Даже ради похода в магазин или звонка другу? Позвонить другу? В её доме даже не было телефона. Эдвин сказал, что в школе есть телефон, но она его не видела. Что происходит? Эта школа её так затянула, словно, весь окружающий мир перестал существовать с момента, когда она начала здесь преподавать.

Ей нужно выбраться отсюда. Сейчас. Ей необходимо побыть на расстоянии от Эдвина и школы несколько часов.

Но когда она дошла до машины, у неё перехватило дыхание от увиденного. Она знала, что машина была повреждена от столкновения со стеной. Эдвин говорил ей, что, возможно, она не пригодна для вождения. Но это...

- О, Боже мой! - воскликнула она. Как она выжила? Вся передняя часть автомобиля была расплющена, стекло разбито, руль вывернут.

Нет... этого не может быть. У неё была лишь царапина на голове, которая очень быстро зажила. Кто-то что-то сделал с её машиной. Взял её, угнал и врезался на ней в стену на скорости сто миль в час. Кто-то хотел удержать ее здесь. Она им не позволит. Она пойдет пешком до города, если придется. Она побежит.

Гвен шагнула в сторону выхода с территории, но заметила движение на земле.

Ахнув, она отпрянула.

Змея. Большая, чёрная, свернувшаяся в клубок змея лежала на дороге и охраняла её, как одноголовый Цербер. Гвен отскочила назад. Одинокая женщина ночью? Ей надо взять с собой нож. Она развернулась, чтобы побежать назад к себе домой.

И вот оно. В темноте промелькнуло белое платье.

Инстинктивно, движимая страхом и решимостью, Гвен ринулась через весь кампус, стараясь изо всех сил бежать максимально быстро. На этот раз она не позволит Невесте ускользнуть.

Невеста заметила её, но было поздно. Гвен ухватила прядь волос, когда та спускалась по ступенькам каменной лестницы в башне.

Гвен взглянула на клочок волос, оставшийся у нее в руках. Она пыталась закричать, но её рот накрыла рука и заглушила крик.

Затем она увидела лицо Невесты.

Рука, прикрывающая ей рот, опустилась.

- Лайрд?

- Эмм... привет, мисс Эшби, - сказал он, при этом выглядел извиняющимся и смущенным одновременно.

У неё сердце ушло в пятки от такого испуга и облегчения, что это был Лайрд, всего лишь Лайрд в белом платье.

Какого черта?

- Лайрд, что ты здесь делаешь? Что все это значит? - возмутилась она.

- Ничего. Просто пугаем ребят. Играем в привидения. Просто розыгрыш. Это шутка, - сказал он, нервничая, его голос был выше, чем обычно.

- Просто розыгрыш? Ты напугал меня до чёртиков. Ты пугал меня до ужаса с тех самых пор, как я сюда попала. Что заставило тебя...

- Лайрд?

Гвен подняла взгляд туда, откуда доносился знакомый голос.

Немного заикаясь.

- Мисс Эшби, послушайте. Я могу объяснить, - произнес Лайрд и взял ее за руку. Гвен выдернула руку и помчалась вверх по лестнице. - Это не то, о чем вы подумали!

В конце лестницы был небольшой каменный проход в башню. И там, внутри маленькой комнаты, размером не более пяти шагов в ширину и в длину, сидел Кристофер.

На нем были шорты и белая футболка. Рядом с ним стояла небольшая масляная лампа. На майке были видны швы. Она была одета наизнанку.

- Мисс Эшби, - сказал он, явно шокированный ее появлением. - Это не...

Гвен услышала позади себя звуки. Она оглянулась и увидела Лайрда, смотрящего на Кристофера. И Кристофера, смотрящего на Лайрда. Они оба смотрели на неё.

Гвен испустила вздох неподдельного облегчения.

- Слава Богу!