Это был старый корабль с черными полосками по бокам. Его бортовые орудия уже давно молчали, тоскливо уставившись на находящийся рядом спасательный бриг Империи.

Соприкоснувшись шлюзовыми камерами, издав тихий свист, корабли состыковались.

– Кейт, давление стабилизировалось, – проговорил Нарн, – я захожу.

– Поняла, удачи тебе, милый, – ответила девушка.

Нарн улыбнулся про себя, вспомнив её соблазнительные формы. Да, она была настоящей красавицей! Чертовски красивой!

Как же ему повезло, что эта удивительная женщина стала его женой. Еще тогда, в студенческие годы, разве он мог подумать о таком! Первая на факультете, лучшая студентка, мечта любого парня будет сейчас сидеть в пилотском кресле его спасательного брига и говорить ему “удачи тебе, милый”.

Пройдя шлюзовой отсек, Нарн открыл входной люк неизвестного корабля. Разъехавшиеся створки впустили его внутрь. Там, как и следовало ожидать, было темно. Сделав несколько шагов, молодой человек включил миниатюрный фонарик на шлеме своего скафандра и огляделся. Ничего толком не увидев, он проговорил:

– Дорогая, ты можешь подключить наши генераторы и подать свет на этот корабль?

– Сейчас попробую, – ответил женский голос.

“Сколько же лет этой посудине?” – про себя подумал Нарн, сделав несколько небольших шагов вдоль коридора.

Неожиданно, впереди мелькнула какая-то фигура. Быстро направив фонарик в ту сторону, Нарн замер. Пустота. Легкая испарина выступила на его лбу. Напрягая слух, он пытался разобрать хоть что-нибудь. Опять ничего. В ту минуту лишь на мгновения фонарик Нарна выхватил незнакомый силуэт, но он мог тут же поклясться, что он точно что-то видел.

– Солнце, ты что-то заметила?

– Нет, – тут же раздался голос Кейт, – а должна была?

– Да нет… – напряженно ответил Нарн.

– С тобой все в порядке? – настороженно спросила девушка, услышав нотки тревоги в его голосе.

– Да, милая, уверен, – попытался бодро ответить молодой человек, – наверное, просто показалось.

– Что именно? – твердо спросила девушка.

В её голосе зазвучали столь знакомые Нарну нотки настойчивости. Он понял, что так легко уже не отделается. Ему придется рассказать об увиденном.

– Да показалась какая-то тень, любимая. Вроде бы промелькнула прямо по коридору. Наверное, усталость.

– Ты много работаешь, – почти нравоучительным тоном ответила Кейт, и Нарн представил, как она сейчас недовольно качает головой.

– Наверное, – миролюбиво проговорил молодой человек.

Замигав, на корабле засветился свет.

– Ты молодец, солнце, – улыбнувшись, проговорил Нарн.

– Я знаю, – моментально ответила девушка, – а в этот раз за что?

– За то, что подала свет на корабль.

– Но я этого не делала, – удивленно проговорила девушка, – я никак подключиться к системам корабля не могу до сих пор.

– Так… – выдавил Нарн, ощущая, как его волосы поднимаются дыбом, – Что-то мне здесь не нравится. Кейт, солнце…

Договорить молодой человек не успел. Удар по голове оглушил его.

***

Сознание возвращалось тяжело. С трудом открыв затуманенные глаза, Нарн понял, что лежит привязанный к кровати. Он повертел руками, пытаясь освободится, но тщетно. Путы были надежные.

– Вижу, вы пришли в сознание, – проговорил чей-то тихий и до не возможности тоскливый голос.

Повернув голову на звук, Нарн увидел человека лет пятидесяти, сидящего в кресле напротив него. На незнакомце была какая-то потрепанная, старая форма с шевронами капитана. Лицо его было изможденное. Под глазами – огромные синяки.

– Кто вы? – решительно проговорил пленник и уставился на старика.

– Капитан де Ларкас Вагнер, – спокойно ответил человек.

– Вагнер?.. – повторил удивленно Нарн.

– Да, – безразлично ответил тот, – Вагнер… Восьмой претендент на княжеский трон Эдеона. Капитан этого корабля.

– Подождите, – недоверчиво перебил его пленник, – Де Ларкас? Де Лакрас Вагнер? Мы учили о нём по школьным учебникам. Он был капитаном одного пиратского судна. А потом бесследно исчез вместе с кораблем и командой. И, если не ошибаюсь, это было лет сто пятьдесят назад.

– Сто пятьдесят, – задумчиво протянул старик, – много времени прошло…

– Точно, – согласился Нарн, – его прах уже где-то гниет давно. А вы-то кто?

Старик посмотрел на пленника. Его острые губы криво улыбнулись.

– Вы мне нравитесь, молодой человек… – было, начал старик.

– А вы мне нет, – как ножом отрезал Нарн, – где Кейт?

– Кто? – после некоторой паузы ответил капитан корабля, явно не ожидая такой резкости от пленника.

– Кейт. Моя жена. Она была в спасательном бриге.

– А…, – протянул старик, – та прекрасная девушка. Ваша спутница?

Нарн утвердительно кивнул.

– Она больше не с нами, – ответил старик, скривив грустную улыбку.

– Что? – чувствуя покалывание в сердце, проговорил пленник.

– Когда Вы замолчали, она попыталась вам помочь. Я не мог этого допустить, – как-то вяло ответил капитан и лениво посмотрел в сторону.

– Вы её… убили? – чувствуя, как его сердце обрывается, проговорил Нарн свою внезапно пришедшую догадку.

– Не совсем, – деликатно начал старик, – я не позволил ей зайти на корабль. Тогда она кинулась назад в бриг и пыталась с него войти в систему моего корабля. Должен заметить, что ваша жена действительно разбиралась в технике.

При слове “разбиралась” у Нарна перехватило дыхание.

– Этого я тоже не мог позволить, – как ни в чем не бывало продолжал старик, – поэтому я отшлюзовал ее корабль. Включив двигатели, я немного отошел от брига и дал бортовой залп. Кстати, должен с вами поделится своей радостью. Право, я не ожидал, что эта рухлядь еще может стрелять. Вы знаете, это меня порядком удивило и так утешило.

От нахлынувшего ужаса и горя Нарн уже не слышал, что говорил капитан. Злость медленно, а затем всё быстрее и быстрее начала собираться в его теле, готовая взорваться в любой момент. Внезапно пленник заметался в постели, пытаясь вырваться. Извиваясь, он кричал, силясь порвать путы. Но все его попытки были тщетны. Немного придя в себя, пленник злобно посмотрел на старика.

– Она жива?! – с какой-то вдруг родившейся надеждой спросил Нарн, – возможно, она уцелела?

– Ну что вы, молодой человек?! – удивленно воскликнул капитан и ударил руками по быльцам кресла. – После такого взрыва-то?! Там так бабахнуло, что я за свой корабль испугался, – смеясь, добавил старик.

Нарн был поражен, с каким спокойствием и сарказмом этот старик говорил о самом дорогом, что было у Нарна:

– Я тебя убью, – внезапно ледяным голосом пообещал пленник.

– Пожалуйста, молодой человек, – спокойно ответил капитан, – только, знаете, убить того, кто давно мертв… Это как-то… не эстетично, что ли?

Нарн молча сверлил его глазами.

– А теперь я вам расскажу свою историю, прежде чем убить, – серьезным тоном добавил старик.

***

Де Ларкас Вагнер, известный по кличке Единобожник, был известнейшим пиратом в Новом мире. Его именем пугали младенцев, а матери убитых сыновей со стонами и проклятиями вырывали волосы на своей голове, едва заслышав о нём. Он был грозой и наказанием, держа соседей в постоянном страхе. Именно на него возлагали большие надежды в руководстве княжества. Могучий человек, сильная фигура, хороший лидер и верный предводитель. Да, он мог бы стать князем! Даже несмотря на очередь престолонаследования. Если бы только однажды его корабль не вышел в путешествие, из которого ему не суждено было вернуться.

Корвет “Ночная орхидея” бороздил космический простор. Это был корабль капитана Де Ларкаса Вагнера. Вот уже месяц прошел с того момента, как на судне внезапно началась эпидемия, скосившая всю команду. Судовой врач не мог никак определить, что же это была за болезнь, пока сам через две недели не отдал Создателю душу. Более здоровые закрывались от остальных в каютах, баррикадировали кубрики, герметизировали отсеки, но все было бесполезно. Болезнь была уже повсюду. Ничего не помогало. Люди умирали один за другим, пока на корабле не осталось двое. Сам капитан корабля Де Ларкас Вагнер и его жена Аквира.

Мужчина лежал в койке, сгорая от лихорадки. Едва шевеля губами, он постоянно просил пить. Ему было совсем плохо.

Дверь открылась, и в каюту вошла тяжело больная женщина. Это была Аквира. Глубокие тени покрывали ее лицо. Шатаясь, она подошла к койке мужа, и, склонившись над ним, дала ему кувшин с водой. Приподнявшись, он жадно припал к нему губами, став большими глотками пить.

– Пей, пей, любимый, – проговорила Аквира.

Утолив жажду, мужчина устало упал на койку. Лихорадка ослабла. Единобожник смог улыбнутся своей жене.

– Тебе легче? – спросила она. – Ты меня понимаешь, любимый?

– Да… – слабо прошептал мужчина.

– Это хорошо, – почти ласково ответила женщина. – Я хочу тебе рассказать о происхождении этой лихорадки на корабле. Я хочу, чтобы ты все понимал.

Голос Аквиры вдруг приобрел металлические нотки, а в глазах, до этого всегда таких любящих и нежных, загорелась ненависть.

– Эта лихорадка зовется “дарканга”. Противоядия от неё нет, – сделав небольшую паузу, видимо, чтобы увидеть реакцию мужа, она с одышкой продолжила. – На корабль занесла её я. В этой коробке.

Аквира подняла в руке черный, металлический предмет.

– Я подсыпала содержимое в еду, когда её готовили на кухне… Помнишь Паркона? Он тогда сразу, захлебываясь кашлем, умер. Даже ничего понять не успел, сволочь, – скривилась от ненависти женщина, словно попробовав чего-то откровенно отвратительного. – Затем Джибм, Трапельм, твой друг Кгас. Помнишь Кгаса? Ты всегда говорил, что это твой лучший друг. Как он тогда корчился в лихорадке? Ты же помнишь? Не прикидывайся? – засмеялась женщина, но тут же нахлынувший кашель не дал ей испытать то чувство торжества, что переполняло её.

Ей хотелось вволю поиздеваться над мужчиной, который уже ничего не мог сделать.

– Что-то я совсем слаба стала… – проговорила Аквира, откашлявшись. – Уже скоро…

– Зачем?.. – еле протянул мужчина, видимо собрав остатки сил.

– Зачем? Зачем? – чуть не сорвавшись, ответила женщина, рискуя снова захлебнуться кашлем. – Ты спрашиваешь зачем, Единобожник? Ха! Хорошо, я скажу почему!

Сделав небольшую паузу, женщина видимо собиралась с силами.

– Когда-то давно твой корабль прилетел на одну небольшую планетку. Она называлась Паринга. Единобожник, ты помнишь?

Мужчина молчал.

– Твои люди разграбили город на планете, уничтожив и взяв в плен многих моих соотечественников. Они убили моего отца и мать, а шестнадцатилетнюю девчонку уволокли на корабль, где ты меня в первую же ночь и изнасиловал. А затем отдал своей команде. Ты даже представить не можешь, как это, Единобожник. Когда десяток здоровых мужиков…

Аквира сделала паузу, внутренне борясь с нахлынувшими воспоминаниями.

– Тогда я поклялась убить тебя, Единобожник. Затем меня продали в рабство одному богачу из Эмиратов. Он был неплохим человеком. Вскоре он на мне женился. А немного позже неожиданно скончался от сердечного приступа.

Аквира криво усмехнулась.

– Старики… Сердце у них слабое. Так вот, получив его имущество, я перебралась в Кха'рту, один из городов княжества. А дальше ты знаешь.

Мужчина слабо кивнул, соглашаясь с ней.

– Впервые, когда у меня появилась возможность тебя убить, я поняла, что это будет слишком просто. Ты даже не успеешь как следует помучиться. И я решила стать твоей женой, чтобы быть всегда рядом. И ждать подходящего случая… И этот день наступил. Твой дальний рейд и представившаяся возможность купить дарканга. Я поняла, это был именно тот шанс. Увидеть, как умирают твои друзья. Наслаждаться твоими мучениями. О, да, как долго мне пришлось этого ждать… – Аквира блаженно закрыла глаза. – Жаль, правда, что я не успела убить твоего ублюдка. Я о нашем сыне. Ну, да ладно… У меня для тебя небольшой подарок.

Женщина достала небольшой камень и положила на грудь Единобожцу. Тот вскричал. Камень наполовину прожег ему кожу и, остановившись, слился с грудной клеткой. Мужчина был не в силах даже к нему притронуться.

– Ты веришь в проклятия? – спросила Аквира и улыбнулась. – Это камень темного божка “Андреотти”. Он не даст тебе умереть. Но он будет медленно, столетие за столетием съедать твою плоть. Камень будет постоянно голоден, а вместе с ним и ты. Ему постоянно нужна будет пища в виде человеческих душ. Твоя жизнь превратится в настоящий ад. И я счастлива. Но самое приятное в том, что ты не сможешь покинуть корабль никогда. Я об этом позаботилась.

Аквира несколько раз хрипло кашлянула, но на её лице расплылась улыбка.

– Пока не забыла. Чтобы ты, не дай Создатель, не умер раньше, чем испытаешь все наслаждения этого путешествия длиной в столетия. Этот камень тебя пригодится.

Женщина достала второй камень, точно такой же, как и первый, но с красными линиями вдоль него.

– Это второй камень. Он должен быть при жертве, чтобы поглотить её душу. Кажется все… Ах да! Жертва должна испытывать какие-то сильные эмоции перед смертью, чтобы поглощение её души прошло удачно. Вроде всё.

Мужчина, собрав остаток сил, проговорил:

– Грустную историю ты рассказала… Возможно, для тебя, Аквира, она и стала поворотной. Твой город, семья… Но для меня это был самый обычный набег… И, клянусь Создателем, если бы я мог и второй раз это сделать… То сделал бы… И второй раз бы такую потаскушку… как ты… той ночь…

Единобожник слабо скривил губы, показывая, что он смеется. Но видеть это было уже некому.

Женщина лежала на полу. Она умерла.

***

Сознание возвращалось к Нарну так же тяжело, как и в первый раз. Открыв глаза, он увидел через обширный иллюминатор открытый космос. Вдалеке сияли звезды.

– Где я? – тихо прошептал он.

Нарн находился в небольшой, старой капсуле метра два на два посреди открытого космоса. Вокруг ничего не было, кроме нескольких обломков какого-то корабля. Присмотревшись, Нарн с трудом узнал остатки своего брига. А посреди них фиолетовый скафандр жены. В ту же секунду он вспомнил всё. Крик боли наполнил капсулу, но одинокая пустота космоса была безмолвна. Нарн бил стекло руками и кричал от боли. А рядом, над его головой, лежал камень с красными продольными линиями.

Автор: Ранксон