Домой!..

Разумовская Людмила

Действие второе

 

 

Картина первая

Однокомнатная квартира Жанны . Случайная обшарпанная мебель. Холодно. Неуютно. Жанна поет, аккомпанируя себе на гитаре. На столе бутылка вина, стаканы, консервная банка, хлеб. В квартире Фома , Близнец и Венька-монах .

Фома. Хорошая песня. Это Майк сочинил?

Жанна. Нет.

Фома. А кто?

Жанна. Сестренка одна.

Фома. А она — где?

Жанна. Утонула.

Фома. А-а… Сама, да?

Жанна. Угу.

Фома. А почему?

Жанна (смеясь). Монах, объясни ребенку, отчего люди топятся.

Фома. Я не ребенок.

Жанна. Тогда налей. И себе, ребенок.

Фома. Не… У меня и так. Голова…

Жанна (пьет). Сволочи! Опять батареи холодные.

Фома. А ты шубку накинь. Где твоя шуба?

Жанна. Шуба, Фомочка, тю-тю.

Фома. Украли?!

Жанна. Продала.

Фома. Зачем? Такая шуба…

Жанна. За квартиру нечем было платить.

Фома. Тебе — нечем? А Ибрагим?

Жанна. Что Ибрагим?

Фома. Разве он… разве ты с ним… уже…

Жанна. Ибрагим, Фомочка, не про нас. Он очень гордый, этот Ибрагим. Они на проститутках не женятся.

Фома. Ты не проститутка.

Жанна. Это только наш Майк… как дурачок последний, все в толк не мог взять… Ничего, я ему мозги прочистила. А пошли они все!.. Правда, монах?.. Молчит… Павлик Морозов.

Венька. Я не Павлик Морозов.

Жанна. Я теперь тебя буду Павликом Морозовым звать. (Смеется.) Налей-ка, Фома. (Вене.) Ты на меня так не гляди, Павлушка, у нас сегодня поминки, православный русский обычай, чтоб ты знал. Правильно, Фома?

Фома. Таньку сожгли… Сгорела Танька…

Жанна. Ладно, не заводись. Слыхала уже, сто раз.

Фома. Мы на другой день приходили, милиция там была, мы и ушли… Там не все сгорело… нога одна…

Пауза.

Жанна. Что ж ты, Фома, подруге своей "скорую помощь" не вызвал?

Фома. Я вызывал…

Жанна. И что?

Фома. Я вызывал!.. (Заплакал.)

Жанна. Ладно, не реви, ты же мужчина.

Фома. Таньку мне… жалко…

Жанна. Ничего, все там будем, не реви. Ей там лучше. Верно, Павлик? Что ты молчишь? Я тебя спрашиваю: лучше ей там или не лучше? Лучше или не лучше? Отвечай, поп!!

Венька. Лучше.

Жанна (облегченно смеясь). То-то… Ты хоть знаешь, для чего вы, монахи сраные, небо коптите? А, знаешь? Нет? Вы нас утешать должны. Понял?.. Вот и утешай. Выпей, Фомушка, выпей, радость моя, за Таньку Рыжую с ублюдком ее недоношенным.

Фома. Не хочу…

Жанна (Близнецу). А ты что молчишь, маленький, а?.. Малыш!.. (Фоме.) Чего он?

Фома. Он молчит.

Жанна. Вижу. Ты чего молчишь, а?

Фома. Он с того самого и молчит.

Жанна. Что, совсем-совсем?.. Ничего?..

Фома. Ну!..

Пауза.

Жанна (тоскливо). Катились бы вы отсюда куда-нибудь подальше.

Фома. Куда?.. У нас, кроме тебя…

Жанна. Ну уж нет! Я вам кто? Ты это, Фома, брось! Я сама не знаю, куда мне кости назавтра кинуть! Нет, вы на меня не рассчитывайте, Фома. Ты знаешь, чем я деньги зарабатываю, сегодня жива, а завтра — с камнем в Неве. Вон пусть ваш душеспаситель о вас позаботится. Слышь, Павлик? Тоже, что ли, как Близнец, язык проглотил? (Пауза.) Ох, тошно мне с вами!.. (Берет гитару, поет.)

Фома (после паузы). Я думаю, Бог нас не любит.

Жанна. Дурак! Никакого Бога нет.

Фома. Веня говорит, есть…

Жанна. А Веня что, министр просвещения? Или президент? Веня такой же дурак, как вы…

Венька (встает). Пойду я.

Жанна. Иди, иди! Как чекист, сидит тут в углу — ни выпить, ни выматериться, смотрит, как… не знаю кто! Ты чего сюда притащился? Тебе с монахами скучно стало, так ты к проституткам пошел? А с нами веселиться положено, пить, гулять и все прочее. А не сидеть в углу, как… статуя командора!

Фома. Не прогоняй его, Жан. Он наш отец.

Жанна. Чего?! Какой еще отец?

Фома. Крестный.

Пауза.

Жанна. Так… Маразм крепчал. Как выражались наши незабвенные папаши.

Раздаются звонки в дверь. Жанна идет открывать. Вваливаются Рваный и Хуля .

Рваный. Здравствуй, красавица! Мы к тебе в гости.

Жанна. Слушайте, я вас вообще-то…

Рваный. А мы без приглашения, мы не гордые, правда, Хуля? Мы на огонек зашли. (Входят в комнату.) У-у! Полна коробочка. Знакомые все лица! И монах здесь. (Перекрестился.) Слушай, он к тебе еще не пристает? А то скажи: Хуля его — вжим-вжим-вжим — порубает, как капусту, и на бутерброд. Никак вы тут поминки справляете? Царство небесное новопреставленной Татиане! (Молчание.) Неприветливо встречаешь гостей, хозяйка. А мы к тебе с благой вестью. (Ставит на стол бутылку.) Хуля, открой. (Поднимает стакан.) За тебя, красавица. Курочка ты наша одинокая, улетел твой черномазенький петушок, туда ему и дорога. Надеюсь, яичко черненькое наша курочка не снесет?

Жанна. Слушай, заткнись, а?

Рваный. Если я заткнусь, милиционер сразу родится. А мы с нашей родной хоть и навеки "Москва-Пекин", все ж плодить эту заразу не хочется. Жанночка, у нас к тебе дельце.

Жанна. Шли бы вы лучше… куда шли.

Рваный. Так мы ж к тебе, родная ты наша. Хуля, подтверди: давай, говорю, Хуля, к нашей красавице завернем, как она там после неудачного супружества, не рвет ли на себе роскошный волос, не прыгает ли с… какой у тебя этаж?

Жанна. Двенадцатый.

Рваный. С двенадцатого этажа вниз, русой головушкой об асфальт.

Жанна. Что-то ты красноречив стал не в меру.

Рваный. Неустанно над собой работаю, девочка. Повышаю свой идейно-теоретический багаж, как завещал великий дедушка.

Жанна. Дедушка давно сдох.

Рваный. Ай-я-яй, а мы заветы его не выполнили. Что ж теперь, Хуля, будет?

Хуля. Да выполнили, ты че?

Рваный. Выполнили, говоришь?

Хуля. Ну!..

Рваный. Ну, раз Хуля говорит… по тебе видно… Слушай, красавица, а не попереть ли их всех из нашей флэт в черную найт?

Жанна. Еще чего! Ты, что ли, эту квартиру купил?

Рваный. Нет, красавица, не я. Квартира твоя… еще восемнадцать дней, а потом…

Жанна. А что потом?

Рваный. А потом мы с Хулей сюда впишемся.

Жанна. Это ж какого еще черта?!

Рваный. А это, Жанночка, по причине рыночной экономики. Кто больше даст, тот и хозяин. Врубаешься?

Пауза.

Жанна. Ну и козел же ты, Рваный!

Рваный. Хочешь меня обидеть? Не получится, детка.

Жанна. Ты пришел мне это сказать?

Рваный. И это тоже.

Жанна. Козел! Ну и козел! Педераст!

Рваный смеется.

Зачем тебе моя квартира, сволочь? Ты что, в другом месте не мог?

Рваный. Не мог, Жанночка, уж очень мне твоя квартирка приглянулась: метро рядом, телефон, сортир, как тут не соблазниться? Впрочем, можем поторговаться.

Жанна. Это в каком же смысле?

Рваный. Ну… мне бы не хотелось при всех…

Жанна. А чего тебе их стесняться? Одна семейка.

Рваный. Ты, красавица, не горячись. Я об тебе заботу хочу проявить. Отеческую.

Жанна. Вот жлоб!

Рваный. Если ты, конечно, не дура последняя.

Жанна. Слушай, давай побыстрей. От тебя пахнет.

Рваный. Туалетная вода Париж-Лондон-Нью-Йорк.

Жанна. Все равно козлом перешибает.

Рваный. Знаешь, чего тебе, красавица, недостает? Скромности. И женственности.

Жанна. Не волнует.

Рваный. Некоторые мужики любят. С ума сходят.

Жанна. Не волнует, Рваный.

Рваный. А зря. Ты воще как, по-человечески желаешь прожить то, что один раз, или как русиш швайн?

Жанна. Какое твое дело?

Рваный. Ладно, хватит болтать. Бизнес у меня к тебе. То есть деловое предложение. Я покупаю для тебя квартирку, делаю ремонт, финский унитаз, мебель там и все прочее, поставляю партнеров, сплошной импорт, и семьдесят процентов — мои. Тридцать — соответственно тебе, и головка ни об чем не болит. Каждый день свеженький экстерьер. Годится?

Пауза.

Жанна. А если я тебя пошлю очень далеко?

Рваный. А ты подумай сперва, девочка.

Жанна. Подумала уже.

Рваный. И что же?

Жанна. Иди куда сказала.

Рваный (после паузы). Хорошо. Есть вариант.

Жанна. Без вариантов!

Рваный. А я говорю: есть вариант. Не догадываешься?

Пауза.

Жанна. Это вместо Таньки вам с Хулей…

Рваный. Без Хули. Только со мной.

Пауза.

Жанна (вдруг начинает громко хохотать). Что ты сказал?..

Рваный. Мраморный унитаз поставлю.

Жанна (смеется). Нет, ты серьезно?.. Дурак какой… вот дурак… ненормальный… Зачем мне мраморный унитаз?.. Дурак!.. Да я лучше повешусь, чем с тобой лягу!.. Придурок!..

Пауза.

Рваный. Вот так, да?

Жанна. Ага.

Рваный. Ясненько. Хуля, какое у нас сегодня число? Девятое?

Хуля. А хули я, вроде…

Рваный. Девятое плюс восемнадцать — это двадцать семь. Значит, двадцать седьмого апреля мы с Хулей сюда въезжаем, а ты, красавица, можешь валить отсюда обратно в подвал.

Жанна. Я заплачу!.. Ничего вы не въедете! Я заплачу!

Рваный. Детка, мы уже внесли твоему хозяину за год вперед и в зелененьких. Так что — се ля ви. И гуд-бай одновременно. Хуля, пошли.

Жанна. Постой!.. Ты… все же скотина!.. Какая ты скотина!.. Подлец!.. Поджигатель!!

Рваный. Что? Повтори, что ты, сука, сказала?

Жанна. Ничего! Что слышал!

Рваный (бьет Жанну в лицо). Я тебя завтра же вышвырну отсюда вон!

Венька (не выдержав, бросается к Рваному и хватает его за грудки). Не смей!..

Рваный (как котенка, отшвыривает Веньку в сторону). Еще раз полезешь — по стенке размажу, понял?

Пауза.

Близнец (вдруг в тишине). Все видит… Все Богу расскажет. Все видит. Все Богу расскажет.

Хуля. Ты чего опять-то?.. Хули ты, чего он?.. Чокнулся, да? (Рваному.) Чокнулся, что ли, да?..

Рваный. Пошли!

Жанна. Рваный, постой!.. Я подумаю… Слышишь?

Рваный. Только недолго, красавица. До утра. У меня клиенток полно.

Рваный и Хуля уходят. Долгая пауза.

Жанна (зло). Все. Выметайтесь. (Пауза.) Оглохли, что ли? Проваливайте, говорю!

Фома. Не соглашайся, Жанна. Не соглашайся, а? Он тебя как Таньку… Как Таньку тебя… (Трясется.)

Жанна. Какая разница, когда подыхать… (Веньке.) Чего молчишь? Что ты все время молчишь? Иди в ванну, рожу умой, поп!

Венька. Не соглашайся, Жанна.

Жанна. Вас не спросила! Нудилы. Говорю, проваливайте.

Фома. Куда мы пойдем? Некуда нам…

Жанна (кричит). Я вас что, к себе в карман посажу, пока с иностранцами тут… буду? Пусть вас монах забирает! У меня у самой ни черта нет! Вы слышали, что этот поджигатель сказал?.. Давайте, давайте! Расселись тут! Как у тещи в гостях!.. Только и знают хлеб мой трескать. Катитесь! Я кому говорю, Фома! Марш из моего дома! Это мой дом! Мой! Еще восемнадцать дней! Мой! Марш!

Пауза.

Фома (Близнецу). Вставай… Пойдем… Слышь? Да вставай же ты, ну! Говорят тебе, надо уходить!.. Пойдем… (Поднимает брата, подталкивает его к выходу.)

Жанна. Ладно. Черт с вами. Матрас в кладовой. Слышишь, Фома? Постелишь там… на кухне. Вшей только мне не натрясите, бомжи засраные! Завтра утром Рваный придет, все равно вас отсюда выкинет. Он теперь тут хозяин. (Уходит в ванную, запирается, включает воду.)

Фома (Веньке). Расстроилась она… Пойду посуду помою. (Убирает со стола, идет на кухню.)

Раздается звонок в дверь.

(Испуганно выглядывает из кухни.) Не открывай!

Снова звонок.

Это Рваный. Не открывай!

Стук в дверь, голос: "Жанна, открой!.. Жанна!.."

(Радостно.) Майк! (Бросается открывать дверь.) Привет, Майк!

Майк (входя, удивленно). А вы тут чего?..

Фома. А мы тут. Нам Жанна разрешила. До утра.

Майк. Понятно… А она где?

Фома. В ванной. Моется, наверно. Тут такие дела!.. Рваный приходил. Предложение делал.

Майк. Как "предложение"? Какое?

Фома. Квартиру ей хочет купить, а она чтоб за это с иностранцами… ну, спала. А деньги — ему.

Пауза.

Майк. И что же она — согласилась?

Фома (пожимает плечами). А что ей делать-то? (Стучит в ванную.) Жанна! Жан! Открой! Воду выключи, Жан!

Жанна (из ванной, сердито). Чего тебе надо, Фома? Помыться не дадут, недоумки.

Фома. Жанна, Майк пришел, выходи! (Пауза.) Слышишь?

Жанна. Еще чего! Как пришел, так пусть и уходит. (Снова включила воду.) Я, может, последний раз в жизни душ принимаю.

Фома (Майку). Ладно, раздевайся. Она сейчас. Паспорт купил?

Майк. Купил.

Фома. Покажи.

Майк достает документ.

Здорово! Теперь ты человек с паспортом. Жениться можешь.

Майк. На ком?

Фома. Вот она сейчас выйдет из ванной, и скажешь ей.

Майк. Глупый ты еще, Фома. Маленький. Как дела, Веня? В монастырь скоро?

Венька. Вот пристрою их…

Из ванной выходит Жанна . На ней немыслимо-роскошный восточный халат.

Фома (восхищенно). Вот это кайф!

Майк. Привет, Жанна.

Жанна , не глядя на него, садится на постель, расчесывает волосы.

(Не знает, что сказать.) Это тебе Ибрагим подарил?

Жанна (со злостью запускает в него расческой). Ты чего притащился сюда? Я тебя что, звала? Звала я тебя?!

Майк. Я так просто зашел… Паспорт вот получил.

Жанна. Поздравляю.

Майк. Если хочешь, я и тебе могу. Фотографию только нужно.

Жанна. У меня нет.

Майк. Сфотографируйся. У вас на углу. Быстро делают.

Жанна. Обойдусь. Мне для моей будущей деятельности паспорт ни к чему.

Пауза.

Майк. Если хочешь, давай поженимся и уедем.

Жанна. Куда?

Майк. Куда захочешь. Хоть в Австралию.

Жанна. Да? Один уже предлагал. В Африку. Следующий, должно быть, в Америку позовет. (Смеется.) А я здесь подохнуть хочу. Здесь! В России!

Пауза.

Фома. В Австралию — нужно английский язык знать.

Майк. Выучим.

Жанна. Не собираюсь я ничего учить. И ехать никуда тоже. (Пауза.) Я домой хочу.

Фома. Это… куда?

Жанна (тихо). Домой.

Фома. Так где? Дом-то твой — где?

Долгая пауза.

Жанна. Далеко. (Пауза.) Уходи, Майк. Я спать хочу. Уходи.

Пауза.

Майк. А если я не могу без тебя?

Жанна. Тебе, Майк, другие девушки теперь нужны. С паспортом.

Фома смеется.

С пропиской. С квартирой. Собакой. Кошкой…

Фома (смеется). Мышкой…

Жанна. Сколько за документ-то отдал?

Майк. Что?.. Сто долларов.

Жанна. Всего-то? (Зевает.) Ну так я теперь этими паспортами все стены скоро обклею. Мне Рваный большой бизнес предложил.

Майк. Он уголовник.

Жанна. А ты?

Майк. Я?!

Жанна. И с фальшивым паспортом ходишь. Уголовник и есть.

Майк. Я не граблю…

Жанна. Подумаешь!

Майк. Хочешь — шубу тебе куплю. Еще лучше, из чернобурки. Тебе пойдет.

Жанна. Опоздал, миленький. Ничего мне от тебя не надо… теперь.

Пауза.

Венька (вдруг). Мария Египетская после покаяния в блудной жизни сорок лет в пустыне жила. Одна.

Жанна (смеясь). Вот видишь. Чтоб очиститься от грязи, сколько надо? Ну а я не Мария Египетская. Мне уже не отмыться. Так что с пропиской себе ищи. Слышишь?

Пауза.

Майк. Я его убью!

Жанна. Кого? (Зевает.) Спать хочется. Иди уже, а? И мальчикам пора бай-бай. А?..

Майк. Во сколько он завтра придет?

Жанна. Кто? Рваный?

Фома. Он с утра обещал. Утром и придет.

Майк. Вот я его и подожду.

Жанна. Знаете что?.. Мне это все надоело. Проваливайте-ка вы все! Еще мне не хватало кровище здесь устраивать. Слышишь, Майк? Только посмей! Я тебя вообще тогда… с лестницы спущу!

Майк. Или ты сейчас же бросаешь все и идешь со мной, или…

Жанна. Или?..

Майк. Или я его убью!

Жанна. Да что ты заладил, дурак ненормальный! Ты и вякнуть не успеешь, он тебя пришьет! И правильно сделает! Не лезь в чужие дела! Тоже мне, защитник! Я тебя что, просила? Я тебя просила лезть в мои дела?

Майк. Я в последний раз спрашиваю, идешь со мной или нет?

Жанна. Нет! Нет! Нет! На улицу лучше пойду! На Московский вокзал!

Майк (растерянно). Жанна…

Жанна. Ненавижу! Все из-за тебя! Все! Все! С Рваным лучше буду жить, чем с тобой, понял? Ненавижу!

Майк. Ну хорошо… (Озирается по сторонам, хватает со стола кухонный нож, убегает.)

Жанна (вслед). Эй! Ты что делаешь? Нож давай! Майк! Вернись!.. Вот придурок! Ведь он же его как муху теперь… Придурок… (Плачет.)

Фома. Не плачь, Жан. Может, он еще его и не пришьет. Не плачь…

Жанна. Придурки какие все… Господи, да почему же все такие придурки!..

 

Картина вторая

Чердак. На куче тряпья лежит закутанная в одеяло Жанна . Поодаль — Венька-монах . Долгое молчание.

Венька. Ты спишь?

Жанна. Не знаю. Где Фома?

Венька. К брату пошел. В больницу.

Жанна. Зачем?

Венька. Его сперва не хотели никуда брать. Без документов. А потом температуру померили, а у него сорок. Ну и взяли. Врач дежурный хороший попался. Только говорит, как поправится, я вас обратно в интернат отправлю.

Пауза.

Жанна. Я думаю, он умрет.

Венька. Кто?

Жанна. Близнец.

Венька. Почему?

Жанна. Не знаю. Мы все скоро умрем.

Венька. Почему?..

Жанна. Сейчас много лишних людей появилось. Разве ты не заметил? Зачем нам всем жить?

Венька. Это ты — по малодушию. Жить — надо.

Жанна. Зачем?

Венька. Чтобы претерпеть.

Жанна. Зачем?

Пауза.

Венька. Для Бога. (Пауза.) Чтобы мученические венцы принять.

Пауза.

Жанна. Я не хочу… Я как подумаю о нем, меня сразу тошнить начинает… А может, это я беременна? Черненьким? Таблетками каждый раз кормил… А от Майка я не беременела. Отчего это, а? Сейчас бы у меня сыночек от него остался… А так — ничего… Черномазенького ребеночка не хочу… Все оборачиваться будут… Почему это я от Майка не забеременела, а?.. И таблеток у нас никаких не было. Я ведь с ним как познакомилась-то? На море… Я тогда из дома ушла… из-за отчима. Обычное дело, изнасилование… Я, конечно, матери ничего не сказала… тем более у них ребенок родился, пусть живут… Записку только написала, чтоб не искали… Села в поезд, какие-то студенты на юг ехали, довезли… Он был, как принц из сказки, Майк…. И жили мы на берегу моря, и целыми днями валялись на песке, а ночью жгли костры и любили друг друга… Господи, зачем мы только потащились сюда!.. Майк говорил, что Ленинград — это сумасшедший город и что он хочет жить и умереть только здесь… Я не хотела ехать, я хотела всегда жить на море, там, где мы встретились и где мы любили друг друга. Но он сказал, что здесь тоже есть море и что мы всегда будем любить друг друга, и мы приехали… Он же не знал, что вместо моря здесь дамба и что люди здесь злы и жестоки, а дома — зловонны, как трупы, и полны крыс… Он не знал, что здесь нам встретится Рваный, который в первый же день в уплату за ночлег переспит со мной… Он ничего не знал… Или боялся узнать, потому что это было бы для него непереносимо, он бы умер, если бы узнал все… Он тоже был лишний, несмотря на свой купленный за сто долларов паспорт… (Встает.) Я пойду.

Венька. Куда?

Жанна. В морг.

Венька. Погоди.

Жанна. Я знаю, куда его увезли.

Венька. Погоди, сейчас нельзя, поздно…

Жанна. А у меня колечко есть. Я им колечко отдам, они и пустят. Муж, скажу, а что? Я ведь не вру.

Венька. Постой, ночь уже…

Жанна. Я не вру! Вы все слышали, как он мне замуж предлагал! В Австралию!..

Венька. Не надо тебе никуда ходить! Слышишь?

Жанна (вырывается). Не трогай меня! Пусти! Отпусти! (Убегает.)

Венька (кричит вслед). Жанна! Постой! Жанна!..

Пауза. Венька один. Ходит по чердаку, прислушиваясь к ночным звукам. Потом становится на колени и начинает молиться. Во время молитвы незаметно появляются Рваный и Хуля и молча наблюдают за Венькой.

Отче наш, иже еси на небесех… иже еси на небесех… Отче наш! Иже еси на небесех!.. Да святится Имя Твое! Да святится Имя Твое! Да придет царствие Твое!.. Да будет воля Твоя! Господи, ну куда она побежала? Верни ее! Ведь уже темно, и с ней может случиться что-нибудь, Господи! Я знаю, Ты любишь нас, Господи… и там Ты нас всех утешишь и утрешь всякую слезу… Но, Господи, нельзя ли сделать так, чтобы здесь… чтобы здесь они тоже не так мучились и страдали… Господи, если возможно… если возможно, пожалей нас немножко здесь, Господи!.. Конечно, я не смею Тебя просить, ведь Ты сам сказал Небесному Отцу: "Не как я хочу, но как Ты, Отче"… Как Ты, Отче, и лично я готов… я готов страдать… я готов, но они… они ведь еще ничего не понимают, и Ты должен им немножко помочь, чтобы они не изнемогли и не отчаялись, Господи, ведь нам так плохо одним… Я, кажется, плачу, Ты меня прости, это я не о себе… я не о себе, Господи… Ты меня слышишь? Помоги нам! Ты меня слышишь, Господи?

Рваный (шепотом). Слы-ы-шу-у!..

Венька (вздрагивает). Что?.. Кто это?.. Кто здесь?

Рваный. Это я-я-я! Иисус Христо-ос!..

Хуля (дергается от смеха). Монах придурочный!..

Венька. Это ты?.. Вы?.. Что вам здесь?.. Убирайтесь!

Рваный. Ого! Как монашек заговорил!

Хуля. Хули это твой личный чердак, да? Хули ты его приватизировал? Молельный дом… (Передразнивает.) "Господи, Господи, я готов, Господи! Я пострадаю, Господи!"…

Рваный. Вот и напророчил. Как, Веня, пострадаешь за веру, царя и отечество или скурвишься по-быстрому, как Иуда? Пострадает, гаденыш. По глазам вижу, пострадает. Где красавица? Эй, оглох. Баба моя где?

Венька. Она не твоя.

Хуля. А чья, твоя, что ли? Слышь, Рваный? Бабу нашу уже того… Хули он, Рваный, лихой такой, да? Да мы тебя за нашу бабу! Скажи ему, ну?

Рваный. А детки где?

Венька. Не скажу.

Рваный. Не сдохли еще?

Венька. Человек не скотина. Он не дохнет.

Рваный. Гляди-ко, Хуля, а нас с тобой к стенке хотят, а за что? Вот и монах говорит: подохнуть нельзя. Стало быть, Майк жил, жив и будет жить. Что это ты дяденьке милиционеру наболтал?

Венька. Ничего.

Рваный. А почему это по всем вокзалам плакаты с нашими рожами висят?

Венька. Я не знаю.

Рваный (неожиданно наносит Веньке удар в поддых). Имей в виду, монах…

Венька (медленно поднимаясь). Что?..

Рваный (бьет его еще раз). Надо знать: что. А то как комиссар: не знаю, не скажу, не хочу, не буду…

Хуля. Слушай, а давай мы его это… распнем? Чтоб не трепался.

Рваный. Что ты сказал? Распнем?.. Слова откуда-то знаешь…

Хуля. А хули я в церковь ходил. (Смеется.) Грехи отмаливал. Там висит.

Рваный. Дурак. Он там гвоздями прибит. А у нас гвозди-то где?

Хуля. Можно привязать. И кляп. Чтоб не орал.

Рваный. Я тебя, Хуля, в сержанты пожалую. Сверхсрочно. За идейность.

Хуля. Служу Советскому СНГ! Рад стараться, ваше благородие, товарищ генерал! Прикажите предателя советской родины расстрелять, собаку!

Рваный. Выполняйте!

Хуля (Веньке). Ну ты, гнида, веревку тащи. Сейчас мы тебя вешать будем.

Рваный (поправляет). Распинать.

Хуля. Я и говорю. Хули ты, есть у тебя веревка?

Венька молчит.

Он говорит, у него нет.

Рваный. Поищи. А я с ним пока побеседую.

Хуля слоняется по чердаку в поисках веревки.

Ну, молись, Дездемона. Пришел твой последний час.

Венька. Я и молюсь. Тебя как звать?

Рваный. Зачем это тебе?

Венька. Я за вас хочу помолиться.

Рваный. За нас?! Эй, Хуля, ты слыхал? Уписаться можно! Монах молиться за нас хочет! Ну кайф! (Хуле.) Тебя как звать?

Хуля. Кого? Меня? А хули я…

Рваный. Что — "хули"? Звать тебя как, спрашивают?

Хуля (вызывающе). А тебя?

Рваный (усмехаясь). Меня?.. Меня-то — Сергей. Мой покровитель небесный, знаешь, кто? Сергий Радонежский! Небось про такого и не слыхал.

Хуля. А хули он…

Рваный. Перестань материться, скотина, когда я о своем святом говорю! Что ж у тебя, имени нет?

Хуля. Почему, есть…

Рваный. Ну?

Хуля. Я не помню…

Рваный. А ты вспомни.

Хуля (вспоминает). Не-а… никак.

Рваный. Дома-то тебя как звали, сволочь?

Хуля. Где?..

Рваный. Мамочка! Мамочка тебя как звала?!

Хуля (обиженно). Хули ты… какая еще мамочка… Не знаю я ничего… никакой мамочки…

Рваный. Уйди, Хуля, лучше не раздражай…

Хуля (обиженно отходит). Ну чего завелся… хули я тебе…

Рваный (Веньке). Значит, помолиться о нас решил? А зачем тебе, праведнику, за таких ублюдков вонючих молиться?

Венька. Ты не поймешь.

Рваный. А ты объясни. Я понятливый.

Венька. Потому что вам хуже всех.

Рваный. Это еще почему?

Венька. Я же говорю, не поймешь…

Рваный. Нет, погоди, почему это нам хуже, чем тебе?

Венька. Потому что я с Богом, а ты…

Рваный. А я с кем?

Венька. Сам знаешь.

Пауза.

Рваный. Не знаю. Объясни.

Пауза.

Венька. Сатане служишь…

Рваный. Я себе служу. Запомни, монах! Себе. И каждый человек служит себе.

Венька (тихо). Себе и есть сатане.

Рваный. Это ты сам додумался или в книжке прочел?

Венька не отвечает.

Просто у тебя, как в аптеке.

Венька. Когда-то Бог спросил первого убийцу: Каин, Каин, где твой брат Авель?..

Рваный. И что же он ответил?

Венька. Ничего. Так же, как ты, огрызнулся… "Разве я сторож своему брату?" — сказал он. Он еще не знал, что Бог видит все и от него ничего нельзя скрыть… Но когда-нибудь Бог спросит и с праведного Авеля: "Авель, Авель, где твой брат Каин? Почему ты допустил, чтобы он стал убийцей? Почему ты не остановил его руку? Почему ты отдал своего брата дьяволу?.." Я не могу остановить твою руку, Рваный. Я могу только помолиться о заблудшем брате Сергии… и о другом, чье имя знает Бог…

Пауза.

Хуля (приносит веревку). О! Нашел. Годится?

Молчание.

Рваный. Иди к черту.

Хуля. Хули ты… сам просил… Как хочешь…

Рваный. Постой. Давай сюда. Ты, монах, не думай, что ты такой умный. Меня твоими побасенками не прошибешь. Говори, где Жанка?

Венька. Не знаю.

Рваный. Врешь!

Венька. Зачем она тебе?

Рваный. Настучала, сука…

Венька. Это не она.

Рваный. Ты?

Пауза.

Венька. Да.

Рваный. Я так и знал. Примешь наказание.

Венька. Приму.

Рваный. Становись сюда. (Указывает ему на столб.)

Венька. Где твой брат Майк, Рваный?

Рваный. Он сам полез. Руки раскинь. (Привязывает Веньку за руки к перекладинам балки.) На хрен он кому был нужен.

Хуля (в восторге). Похоже! Ей-богу, похоже!

Венька. Зачем ты убил своего брата, Рваный?

Рваный. Так было нужно. Молчи!

Хуля. А ты ему рот! Рот! Чтоб не вякал.

Венька. Где твой брат Майк, Рваный?

Хуля (затыкает Веньке рот). В раю, бля! У Бога в раю, не понял? (Хохочет.)

Рваный. Прощай, монах. Увидимся на том свете. Или не увидимся? Все равно. (Хуле.) Пошли!

Хуля. Стой, а может, его лучше это… придушить?

Рваный. Сам подохнет. Идем.

Уходят, вдруг Хуля останавливается и возвращается к Веньке .

Хуля. Эй, я вспомнил! Слышь? Венька тебя, да? Венька, я вспомнил! Меня, кажись, Колькой звали. Ага! Ты запомни. На всякий случай. Если помолиться, говоришь, хочешь. Может я, это, Колька. Николай. Запомни!

Затемнение. Раннее утро. Сквозь чердачные запыленные окна и щели пробиваются яркие солнечные лучи. Венька обессиленно висит на "кресте". Входит Жанна . Увидев Веньку , испуганно вскрикивает, но, узнав его, бросается на помощь.

Жанна. Господи, что они с тобой… (Развязывает веревки.)

Венька , пошатываясь, растирает затекшие руки. Пауза.

Когда они ушли?

Венька. Не знаю…

Жанна. А придут?

Венька. Они больше не придут. (Пауза.) Я полежу. (Ложится на пол.)

Жанна. Полежи. (Пауза. Сама с собой.) Они все равно придут… потому что они — наша судьба… А разве от судьбы убежишь?.. (Пауза.) Можно я с тобой полежу? (Ложится рядом.) А я прихожу в морг… а там врач дежурный и еще кто-то… Патологоанатом называется… Я говорю: "Пропустите меня к мужу, у меня муж у вас лежит, две недели уже… а то я, кажется, беременна". Они мне говорят: "К мужу не можем, а хочешь, мы тебе аборт сделаем, чтоб не бегать потом. С уколом". Я говорю: "Хочу". Укол они мне сделали, а что потом — не помню… Как ты думаешь, меня теперь перестанет тошнить?.. (Молчание.)

Вдруг Венька скрючивается и начинает сдавленно рыдать.

Эй! Ты чего?.. Эй!.. Больно тебе, что ли? А?.. Веньк! Перестань! Слышишь? Перестань. А то у меня… внутри сейчас… лопнет.

Пауза. Венька затихает.

Я у тебя чего спросить-то хотела. Слышь?

Венька. Чего?

Жанна. Тебя почему из монастыря выгнали?

Венька. Меня не выгнали.

Жанна. Ну, не благословили.

Венька. Я не знаю. Старец сказал, пострадать надо. Монах, говорит, должен сперва в миру пожить. Пострадать.

Жанна. Ну вот ты и пострадал. Теперь тебя должны взять.

Венька. Не знаю. Как старец…

Жанна. Ты ему расскажи все… про нас.

Венька. Ему не надо. Он и так. Видит.

Жанна. Что "видит"?

Венька. Что в человеке — все видит.

Жанна. Значит, ты теперь в монастырь?

Венька. Пойду.

Жанна. Не хочешь больше с нами, в миру?

Пауза.

Венька. Один древний монах сказал: "В монастыре будет как в миру, а в миру как в аду".

Жанна. Это про нас, да?

Венька. Про нас.

Жанна. Ну а мне куда деваться?

Пауза. Венька молчит.

(Смеясь.) Все ясно.

Венька. Работать иди…

Жанна. Ладно, проехали.

Венька. Можно жить чисто… Работать… Чтоб без греха.

Жанна. Да ладно, чего там. "Без греха!.." Я же говорю: проехали. Куда уж нам — "без греха". Странно как… ноги не идут. Слушай…

Венька. Чего?

Жанна. Можешь ты меня крестить или нет?

Венька. Я?!

Жанна. Ты.

Венька. Тебя?

Жанна. Меня.

Пауза.

Венька. В церковь иди. Там крестят.

Жанна. В церковь не могу.

Венька. Почему?

Жанна. Не дойти.

Венька. Почему?

Жанна. Ноги не идут.

Венька. Врешь!

Жанна. Не идут.

Венька. Что ты все врешь! Ты же сюда пришла! Ногами пришла! Не на крыльях же ты сюда прилетела! Отвечай, гадина! Дрянь! На крыльях?!

Жанна. А больше не идут. Не ори. (Пауза.) Как хочешь. Умру некрещеная — тебе грех будет.

Венька. С чего это ты собралась помирать?!

Жанна. Не знаю. Танька померла.

Венька. Танька — от родов! А ты отчего? А? Ты отчего, спрашиваю?!

Жанна. Что ты орешь! Я тебя как человека… Не ори! У меня и так… души нет! Вытрясли из меня всю душу! Пустая я! Пустая! Пустая! А ты орешь!

Пауза.

Венька. Нельзя так креститься. Ты в Бога не веруешь.

Жанна. Верую…

Венька. Опять врешь!

Жанна. Верую! Почему ты мне не веришь! Я верую! Верую! Почему ты мне не веришь!

Венька. Верую! Во что ты веруешь? Дрянь! Блудница Вавилонская! Еретичка! Во что вы все веруете? В церковь еще идут! Крестятся!.. Кресты носят! Зачем? Ты хоть понимаешь, что значит креститься? Как ты должна после этого жить, понимаешь? Ты как святая должна! Как Мария Египетская! А ты!.. Ты даже работать не хочешь! Чтоб чисто! Чтоб без греха! Зачем вы носите кресты? Зачем?! Не нужны вы Богу такие! И кресты ваши не нужны! И свечи! И поклоны! И крещения ваши! Ничего! Ничего Ему от вас не нужно! Противны вы Ему! Все! Все! Противны!

Пауза.

Жанна. Знаешь, я иногда старух вижу возле вокзала… А может, они и не старухи… Сидят, синие, пьяные, широко расставив раздутые ноги и почему-то без трусов…

Венька. Господи! Страшно с вами жить. Страшно! Не хочу!.. (Убегает.)

Пауза.

Жанна. А Христос, Веничка, блудницу-то пожалел… Странно. Отчего это ноги у меня не идут?

Появляется Темный ангел .

(Улыбаясь.) А… вот ты какой… красивый.

Ангел. Здравствуй, Жанна.

Жанна. Как мне стало тепло вдруг… Глаза закрываются… Хочется уснуть. Ты, наверное, очень добрый. Ты моя мама? Или папа?

Ангел. Я то и другое. Я — ангел.

Жанна. Ангел… Когда-то в детстве мама мне говорила: "Ангел мой". И гладила мои волосы, а я утыкалась в ее теплые ладони, и слезы почему-то наворачивались на глаза. А мама все гладила и гладила мои волосы и говорила: "Что с тобой, ангел мой, почему ты плачешь?"

Ангел (гладит волосы Жанны, она доверчиво прижимается к его коленям). Ангел мой, отчего ты плачешь?

Жанна. Не знаю… Мне было так тяжело… И вот теперь все кончилось. Стало легко-легко, будто я на другой планете или на небесах… И все осталось позади… Венька… Майк… Их очень жалко…

Ангел. Не жалей. Они причинили тебе столько зла.

Жанна. Не жалеть?

Ангел. Забудь о них.

Жанна. Да, да, я уже забываю…. забываю… Как мне хорошо с тобой, Ангел. Скажи мне, мы — где? Мы дома?

Ангел. Пока еще нет. Но мы обязательно полетим с тобой домой.

Жанна. Ах, когда?

Ангел. Скоро.

Жанна. Скорей!

Ангел. Это зависит от твоего решения.

Жанна. Но я уже решила. Я так хочу домой! Летим!

Ангел. Нет. Ты можешь передумать.

Жанна. Передумать?

Ангел. Тебе может стать жалко расстаться с жизнью.

Жанна. А надо расстаться с жизнью?

Ангел. Конечно. (Пауза.) Вот видишь. Ты уже передумала. Тебе жалко.

Жанна. Нет!.. Да… да, ты прав!

Ангел. Я же говорил: люди так непостоянны. Прощай!

Жанна. Погоди! Ты куда?

Ангел. К другим. Которым уже не жалко. Кто уже не передумает. Прощай.

Жанна. Подожди! Дай мне минуточку подумать. Я сразу не могу.

Ангел. Хорошо. Подумай, но только минуточку. Я спешу.

Жанна. Ты сейчас улетишь?

Ангел. Да, конечно.

Жанна. И я останусь одна?

Ангел. Увы.

Жанна. Совсем-совсем одна? Навсегда?

Ангел. Увы.

Жанна. Снова на этом чердаке?

Ангел. Или на вокзале. Синяя, пьяная, с больными, раздутыми, широко расставленными ногами…

Жанна. Ужасно! Ужасно! Я не хочу! Неужели нет выхода?

Ангел. Дай мне руку. Я помогу тебе подняться на крышу.

Жанна (со страхом). И что потом?

Ангел. И мы полетим. (Чуть-чуть язвительно.) И ты увидишь небо в алмазах.

Жанна. "Небо в алмазах…". Где-то я это слыхала…

Ангел. Люди так много сочиняют сказок. Мне кажется, мы теряем время.

Жанна. Нет…

Ангел. Дай мне руку.

Жанна. Венька… Он мне что-то говорил…

Ангел. Я же тебя просил, забудь о них.

Жанна. Но он… что-то он говорил очень важное…

Ангел (настойчиво). Ты хотела домой.

Жанна. Ах да! Вспомнила! Он говорил, что это грех. Он говорил, что это смертный грех. Что Бог его не прощает. Я вспомнила! Он говорил так!

Ангел. Почему ты веришь какому-то предателю?

Жанна. Почему…

Ангел. Он мог бы крестить тебя. Но предпочел умыть руки. Я знаю этих святош. Никто из них не жалеет людей по-настоящему, так, как мы.

Жанна (со страхом). А вы — кто?

Ангел. Ангелы.

Жанна. Венька говорил, духи тьмы иногда принимают вид ангелов света, и я боюсь…

Ангел. Мне скучно продолжать с тобой этот разговор. Прощай.

Жанна. Не уходи! Не оставляй меня одну! Не уходи! Я не знаю… Я же ничего не знаю… Ангел, если ты ангел, я тебя очень прошу, не обманывай меня! Я пойду с тобой, куда ты захочешь, только не обманывай меня, пожалуйста! Пожалей… я тебя очень прошу… я так устала… я хочу домой! Я так хочу домой, ангел! Отведи меня домой. Домой! Ну, пожалуйста. Домой! Домой!

Ангел протягивает ей руку, и они медленно поднимаются на крышу дома.