– Если нам повезёт, то на какое-то время мы их задержим, – говорил Левин.

Он, Крылек, и несколько солдат стояли возле забаррикадированного главного входа. Двери были подпёрты металлическими шкафами для хранения документов. Большая часть баррикады была из металла, из тех вещей, которые не вынесли потому, что они не горели.

– Поздно, они уже внутри, – сказал, подбегая, Доктор. – Простите.

– И что теперь?

– Работаем над планом В, – сказала Роза.

– Минин ищет планы здания, так что пойдёмте к нему в кабинет. А все остальные – в актовый зал. По крайней мере, мы будем вместе, – сказал Доктор. – Джек уже собирает всех гражданских, кого может найти. Отправьте своих людей помочь ему.

– Вы думаете, тут есть другой выход? – спросил Крылек.

– Нет, – ответил Доктор. – Я думаю, что тут есть, где спрятаться.

Баррикада содрогнулась от удара снаружи. Перевёрнутый металлический стол скатился и рухнул на пол. С потолка посыпалась пыль.

– Одно из них на крыше, – сказал Левин.

В кабинете Алекса Минина Борис Бродский и Екатерина Корнилова смотрели, как Клебанов ругается с Мининым.

– Это старые планы, от них нет никакого толка, – говорил главный учёный.

– Других у нас нет.

– Ради бога, они же ещё 1960-х годов!

– Дети, – покачал головой Джек.

Он посадил Валерию на пластиковый стул в другом конце комнаты. Гражданских он оставил в актовом зале вместе с большинством солдат, но присматривать за ней он её отцу не доверил.

Пришёл Доктор с Левиным и солдатами.

– Расставьте часовых вдоль коридора. Мы должны знать, когда появятся существа.

– То, которое в хранилище, пока что не вырвалось, – сказал Джек.

– Ждёт своих приятелей, – сказала Роза.

– Возможно, – согласился Доктор. – Ладно, что у нас тут?

Джек и учёные расступились, чтобы пропустить его к столу, где Минин и Клебанов спорили из-за планов.

– Что вы ищете? – спросил Минин.

К ним присоединился Левин.

– Я не вижу выхода, – сказал он, осматривая карты.

Доктор провёл пальцем вдоль главного коридора.

– А это видите? Он проходит вокруг периметра здания. По обе стороны от него – комнаты. Мы сейчас здесь. Вот ваш кабинет, Клебанов. Вот актовый зал. Лаборатории. Хранилища.

– И что? – сказал Клебанов. – Это не говорит нам ни о чём, чего бы мы и так не знали.

– Может быть, и так, – Доктор ткнул пальцем прямо в центр плана. – Вот здесь. Посредине. Что там?

– Там... ничего, – сказал Минин. – Там ничего не отмечено.

– Должно быть что-то, – сказал Доктор.

Двое молодых учёных – Борис Бродский и Екатерина Корнилова – нагнулись, чтобы посмотреть.

– Я там никогда не был, – сказал Бродский. – Туда нет входа.

– С лабораториями не связано, – сказала Екатерина. – Может быть, просто опечатанное помещение, или сплошной бетон. Здание квадратное с двориком или чем-то в этом роде посредине, вот только входа туда нет.

Левин вёл пальцем вдоль того же пути, что и Доктор.

– Всё расположено вдоль сторон. Но я видел институт сверху, когда мы подлетали на вертолёте. В центре нет «дворика». Здание сплошное. Доктор прав, там что-то есть, – он указал на хранилище. – Вот тут точка входа. Коридор перегорожен и сворачивает в комнату. И здесь тоже.

– Так что вы хотите сказать? – спросила Роза. – Там просто пустое пространство или что?

– Может быть, там бетон, – сказал Джек. – Сплошной.

– Нет. – Доктор вынул ещё один план из-под того, на который они смотрели. – Электропроводка, вентиляция – они все ведут туда, как и в любое другое помещение.

– Вы хотите узнать, почему оно замуровано? – тихо сказал Клебанов.

– Да. А ещё я думаю, что там легче всего обороняться, потому что оно замуровано.

Клебанов покачал головой.

– Если вы туда зайдёте, – сказал он, – вам конец.

Баррикада в конце концов обрушилась. Один шкафов развалился, рассыпая документы. Двери прогнулись и развалились. За ними пульсировала и светилась голубая стена. Два солдата, стоявшие там на посту, медленно отступали по коридору, нацелив автоматы, хотя и понимали, что против ломящегося вовнутрь существа это оружие бесполезно. Они развернулись и побежали. Но недостаточно быстро. Одно из щупалец, метнувшись по коридору, сбило одного из них с ног. Его товарищ остановился, обернулся, посмотрел, как его друга оттаскивают в сторону, как стареет лицо и атрофируются конечности. После секундных сомнений он побежал.

В комнате была зловещая тишина. Доктор смотрел на Клебанова и спросил:

– Почему? Что там?

– Это была главная лаборатория. Много лет назад, когда здание только построили. Её замуровали. Навсегда.

– Почему? Что случилось? – спросила Екатерина.

– Это было в 1950-х. Ещё до меня, но меня поставили в известность, когда назначали директором.

– Просто расскажите, – резко сказал Доктор.

– Был несчастный случай. Была утечка.

– Биологическая? – хриплым голосом спросил Бродский.

Клебанов кивнул:

– Её замуровали. Стандартная процедура.

– Что конкретно вырвалось? – спросил Доктор.

– Что случилось с людьми? – спросила Екатерина раньше, чем Клебанов успел ответить.

– Что с ними случилось? – Клебанов побледнел. – Они до сих пор там.

Доктор взял рукой учёного за плечо и повернул его к себе лицом.

– Я спросил, что вырвалось?

– Какая разница?

– Огромная разница.

– Он хочет знать, – сказал Джек, – опасно ли оно по-прежнему. Потому что если нет, то это лучшее место для обороны. Где можно выжить. Оно уже замуровано, нам нужно только попасть вовнутрь.

– Можно взорвать стену здесь, – сказал Левин, указывая на одно из отделённых хранилищ. – Так?

– Да, – ответил ему Крылек. – Возможно. Смотря какой она толщины.

– Вы психи, – сказал Клебанов. – Мы все можем погибнуть в тот же миг, как только вы вскроете эту комнату.

– Да, – ответила Роза, – а какой у нас ещё выбор?

– Умереть, пытаясь выжить, – сказал Доктор. – Или просто умереть. Нам нужно заманить зонды в институт, чтобы я смог пробраться к кораблю. Сейчас проход перекрыт. Так что, есть другие предложения?

Если кто-то и хотел ответить, их прервали крики снаружи. Забежали несколько солдат, и один из них подбежал к Левину и тихо ему что-то сказал.

В это время Минин выдвинул ящик стола. Он оглянулся посмотреть, не смотрит кто-нибудь на него, и пересёкся взглядом с Джеком. На какое-то время он стушевался, а потом всё-таки вынул из ящика бутылку с бесцветной жидкостью и положил её себе в карман пиджака.

– Времени на споры больше нет, – сказал полковник, выслушав доклад. – Лейтенант, берите взрывчатку и соберите людей. Приведите гражданских. Взорвём стену и узнаем, опасно там до сих пор, или уже нет, – он посмотрел на Доктора. – Согласны?

– Чего вы ждёте? – ответил Доктор.

Было два хранилища, которые когда-то соединялись с замурованной лабораторией. Они пошли к тому, которое было ближе к актовому залу.

Несмотря на это, путь был кошмарный. Внешняя стена крошилась, сквозь бетон пролазили щупальца и хлестали по коридору. Одно из существ перекрыло коридор со стороны, ведущей к главному входу. Протискиваясь вперёд, оно хлюпало и скребло стены.

Крылек и один из солдат бросили в ту сторону гранаты. Все побежали в противоположную сторону, и скоро коридор наполнило шумом, дымом, была полная неразбериха.

Побледневший Бродский старался не отставать от Розы и вдруг исчез, крича. Роза обернулась и увидела, как он цеплялся за пол коридора, пытаясь сопротивляться утаскивающему его щупальцу. Он смотрел прямо на неё в тот момент, когда его лицо рассыпалось.

Екатерина закричала, схватила руку Розы, и они побежали дальше. Перед ними Джек тащил, подгоняя, Валерию. С потолка сыпались пыль и обломки. Прямо перед ними упало щупальце, Роза оттолкнула Екатерину в сторону, и та чуть было не задела его.

– Быстрее! – откуда-то спереди донёсся голос Доктора.

Сзади была стрельба и взрывы.

Все люди в хранилище не помещались. В коридоре образовалась толпа. Доктор, Левин, и Крылек проталкивались сквозь неё. Джек, Роза, и Валерия остались сзади.

Молодая старая девушка стояла, уставившись в никуда. Её морщинистое лицо было в пятнах копоти, с одной стороны были ожоги от раскалённого металлического ковша экскаватора. Роза улыбнулась ей, но ответа никакого не было, в глазах ни малейшего признака интереса или хоть какой-то реакции.

Дальше, в очереди людей, Джек перехватил взгляд отца девушки. Его выражение лица было таким же не читаемым, как и у дочки.

В коридоре звучало эхо стрельбы. Из-за угла появились двое солдат, бежавших, спотыкаясь, на ходу оборачиваясь назад, чтобы стрелять по догоняющему противнику.

Но когда первые щупальца метнулись вслед за солдатами, коридор наполнился ещё большим числом людей. Они выходили обратно из хранилища. Их подгоняли Левин и Доктор.

– Нельзя пройти? – спросила Роза. – Здесь нельзя оставаться.

Один из солдат вскрикнул – щупальце обмоталось вокруг его ноги и опрокинуло его. С приближением существа конец коридора наполнялся голубым свечением.

– Сейчас взорвут стену, – сказал Розе Джек. – Нельзя в это время людям рядом находиться.

– Если уж выбирать... – начала было Роза, но её перебило появление Доктора.

– Крылек устанавливает заряды, – сказал Доктор. – Ему на это нужна минута.

– У нас нет минуты, – ответила Роза.

Существо заполнило собой коридор, толчками двигалось вперёд, ощупывая всё перед собой. Отчаянно пытаясь не попасться ему, люди вжимались спинами в стены.

– Задержите его, – сказал Доктор. – Я помогу Крылеку. Полминуты. Сможете?

– Да, – сказал Джек. – Сделаем.

– Я не знаю как, – ответила Роза, но Доктора уже не было.

– Я знаю, – раздался у них за спиной голос.

Это был Минин. В руке у него бутылка, которую он вынул из ящика стола. Он вынул пробку и засунул в горлышко носовой платок.

– Вам нужно какое-то горючее. Что-нибудь кроме алкоголя, его недостаточно. Давайте помогу, – сказал Джек.

– Мне не нужно помогать.

У него была зажигалка. Он медленно шёл по коридору в направлении гротескного существа, протискивавшегося к ним.

– Спасите их, капитан. Они мои люди. Я заботился о них как мог. Теперь ваша очередь. Не подведите меня.

Когда белого платка коснулась зажигалка, он окрасился оранжево-красным.

Существо триумфально завизжало, а Минин закричал от боли, когда оно его схватило и поволокло к себе. Его рука дрожала, старея и усыхая. Но, падая, он сумел разбить рядом с собой бутылку. Он упал прямо в огонь.

Прямо через разлившийся огонь щупальца потащили его обратно. Его одежда вспыхнула и загорелась. Существо визжало и отступало, а Минин, шатаясь, ковылял за ним, отгоняя его. Воздух был наполнен пылью и дымом.

У Джека в ушах зазвенело от грохочущего рёва взрыва – заряды Крылека прорвали бетонную стену хранилища.

– Давайте! – раздался в суматохе голос Доктора. – Все туда, быстро!

Джек схватил за руку Валерию и потащил её в хранилище. Доктор стоял сразу за дверью, готовясь захлопнуть её за последним человеком. Он увидел шокированное лицо Розы.

– Минин?

– Выиграл нам немного времени, – ответил Джек.

Доктор кивнул. Он закрыл дверь.

– Так, все ждите тут, пока мы зайдём первыми. Кто его знает, что мы там обнаружим.

– А что ты ожидаешь? – спросил Джек.

– Там будет опасно? – спросила Роза.

– Если инфекция всё ещё жива, мы уже и так, можно сказать, трупы, – сказал ей Джек.

– Не жива, – сказал Доктор.

– Уверен?

– Ага. По планам видно, что вентиляция в этом помещении по-прежнему работает. И всегда работала. Не было никакой инфекции. И никакой утечки.

– Тогда почему оно замуровано? – спросил Джек.

– Давайте узнаем.

Левин, Крылек, и большинство солдат уже зашли в дыру в стене. Они стояли в коротком отрезке коридора по другую сторону стены. Пол был покрыт тонким слоем пыли, но в остальном при свете, падавшем из хранилища, он выглядел так же, как и любой другой коридор в этом здании. В конце коридора была тяжёлая металлическая дверь.

– Открывать? – спросил Левин у Доктора.

Тот кивнул:

– Ага.

– Вы ведь знаете, что там внутри, так? – спросил Левин, а Крылек повернулся к двери.

– Ага.

Дверь распахнулась. За ней было темно.

– Электричество должно быть. Слева от вас на стене должен быть выключатель, – сказал Доктор Крылеку. – Он есть на планах.

Лампы дневного света начали мерцать, прогреваясь. Доктор зашёл за Крылеком и Левиным в огромное помещение. За ним зашла Роза, а затем Джек завёл Валерию. По очереди заходили остальные солдаты и гражданские.

– Закройте дверь и заприте на засов, – распорядился Левин.

Он не оборачивался. Как и все остальные, он не мог отвести взгляд от увиденного.

Это была огромная лаборатория. На столах было полно приборов, вдоль стены стояла древняя компьютерная система, с лентами, переключателями, стрелочными приборами. Всё было покрыто пылью, отчего стеклянные сосуды и трубки казались матовыми. В центре помещения были хирургические столы, соединённые с трубками и насосами, похожими на оборудование в доме Баринской.

Но не это всё привлекло внимание стоявших у дверей людей. Пятидесяти людей – мужчин, женщин, детей, солдат, путешественников во времени. Все смотрели на тела, лежавшие на столах, или сидевшие на табуретах, склонившись над лабораторными столами. Некоторые упали на стены или на блоки компьютера.

На всех была надета лабораторная одежда с капюшонами, когда-то белая, но теперь серая от пыли и плесени. Из рукавов выглядывали костлявые руки, бледные и твёрдые, как камень. Лица были сморщенные, как шелуха, мумифицированные и похожие на черепа. Серые и лишённые плоти.

Тишина.

А затем раздалось поскрипывание, словно парусник начинал плыть. Движение. Головы-черепа медленно поворачивались к двери. Тела рывками начинали жить, поворачивались, вставали, волочили ноги.

– Кто они? – выдохнула Роза.

– Учёные, которые лет пятьдесят назад нашли космический корабль, – сказал Доктор. – Учёные, которые изменили его оборудование так, чтобы оно поддерживало их жизни. Если это можно назвать жизнью.

– Она не всегда такая, – раздался сзади них голос.

Сквозь толпу вышел Клебанов. Он остановился, глядя на разлагающиеся тела, ковылявшие к ним.

– Он прав. Софья была не такая, – сказала Роза. – Не всё время.

– Но на это уходит много энергии. Эти люди ждут, пока энергия накопится в достаточном количестве, чтобы хватило им всем. Так ведь? – Доктор обращался к ближайшей похожей на скелет фигуре.

Ответивший голос был сухим и надтреснутым, как старые кости.

– Настало время? – хрипло шептала фигура. – Ты придумал, как нам всем снова жить? Жить вечно?

Но она обращалась не к Доктору. Она говорила с Клебановым.

Главный учёный кивнул:

– Время пришло. И посмотрите... – он повернулся к людям, толпившимся в конце комнаты, и словно раскрыл объятия, указывая на них. – Я привёл вам пищу.