– Как будем соревноваться? – спрашивает Слотер, держа часы так, словно взвешивая их. – На одной руке или на обеих?

– Конечно, на одной. Таков был вызов.

– Тогда предлагаю другую привязать. Так будет лучше всего и честнее для обоих участников. Никакого балансирования, только испытание силы руки – правой, конечно. Пусть левая будет привязана. Что скажете, парни?

– Возражений не может быть. Оба в равном положении, – замечает Рендол.

– Не возражаю, – говорит Брендон.

– Я тоже не возражаю, – соглашается молодой охотник. – Привязывайте, если хотите, но только у обоих.

– Хорошо! – восклицает Билл Бак, украдкой подмигнув товарищам, так, чтобы последний говорящий не заметил.

Соревнующиеся встают под веткой, готовые к тому, чтобы быть связанными. На это уходит одна-две минуты. Левое запястье охватывают крепким кожаным ремнем и привязывают к бедру. Таким образом левая рука не участвует в соревновании и никак не может облегчить положение правой.

С привязанной левой рукой оба готовы к началу состязания.

– Кто первый? – спрашивает Слотер. – Вызывающий или вызванный?

– Выбор принадлежит вызванному, – отвечает Рендол. – Поступай, как хочешь, Чок, – добавляет он, обращаясь к молодому человеку с четвертью индейской крови.

– Мне безразлично, кто первый, кто последний, – следует простой ответ.

– Ну, хорошо; тогда я первый, – говорит Брендон, подпрыгивая и хватаясь за ветку.

Слотер делает вид, что отмечает время.

Одна – две – три – три с половиной минуты, по циферблату часов, и Брендон спрыгивает на землю.

Похоже, он не прилагал особых усилий. Странно, что он так равнодушно относится к перспективе потери замечательного ружья, не говоря уже об унижении от поражения.

Кажется, его ждет и то и другое: молодой охотник, собравшись, подпрыгивает и хватается за ветку.

Одна – две – три – четыре – пять. Пять минут прошли, а он продолжает висеть.

– Сколько еще выдержишь? – довольным тоном спрашивает Бак. – Выдохся, верно?

– Выдохся? – восклицает висящий охотник. – Да я выдержу втрое больше, если понадобится. Вы ведь согласны, что я выиграл?

– Сто долларов вдобавок к ружью за то, что ты не продержишься еще пять минут!

Это произносит Брендон.

– Принимаю, – следует ответ.

– Поскольку ты так уверен, тебе придется выиграть или быть повешенным.

– О чем это ты? Что вы там за мной делаете? – спрашивает молодой охотник.

Эти вопросы вызваны подозрением, что разыгрывается какая-то хитрость. Молодой человек услышал шепот за собой и шорох листьев над головой.

– Мы только принимаем меры, чтобы ты не повредился, когда будешь падать, – слышится наконец ответ.

За ним следует взрыв громкого смеха, в котором все шестеро принимают участие.

Молодой гимнаст, по-прежнему держась за ветку, гадает, что их так могло развеселить. Их речь свидетельствует о чем-то зловещем; посмотрев вверх, он видит, что за хитрость разыгрывается. Сверху спускается веревка, и петля надета ему на шею; другой конец веревки привязан к ветви вверху. Петля надета таким образом, что как только он отпустит руку, она сожмет ему горло, а ноги будут висеть в воздухе.

– Держись! – насмешливо восклицает Слотер. – Держись, советую тебе. Если отпустишь руку, твоя шея будет в петле.

– Следи за временем, Слотер, – приказывает Брендон. – Еще пять минут. Если отпустится раньше, пусть так и будет. Посмотрим, сколько времени провисит этот ниггер на шее.

Снова над поляной звучит громкий смех; смеются все, кроме того, кто является его объектом.

Молодой охотник в ярости. Щеки его пепельно посерели, губы тоже. В угольно-черных глазах вспыхивает пламя. Если ему удастся благополучно спуститься с дерева, по крайней мере один из мучителей пожалеет об этой шутке.

Он не разжимает руку. Теперь он видит ловушку и понимает, в какой опасности оказался. Он может только ждать, пока им не захочется освободить его из опасного положения.

Но хоть и набирается терпения, однако не молчит.

– Трусы! – восклицает он. – Все вы трусы! И я вас всех заставлю отвечать за это; вот увидите!

– Ну, ну, ниггер! – отвечает Брендон. – Не говори так, или мы тебя вообще не отпустим. Будешь повешен в лесу за то, что слишком много говорил. Какая красивая виселичная пташка! Послушайте, парни! А не позвать ли девушку, чтобы посмотрела на него? Она поможет ему выбраться. Ха-ха-ха!

– Ты пожалеешь о своих словах, Альфред Брендон, – произносит молодой человек, чувствуя, что силы его оставляют.

– А ты будешь повешен, повешен, ха-ха-ха!

Одновременно со смехом охотничья собака, бегавшая на краю поляны, резко залаяла, и ее лай подхватили все остальные, лежавшие у костра. В то же мгновение послышалось фырканье, такое понятное слуху любителей охотников.

– Медведь! Медведь! – закричали все, и тут же в зарослях показался и сам медведь.

Через мгновение собаки окружили его, некоторые уже вцепились в задние лапы. Охотники схватили ружья, вскочили в седла и поскакали, забыв обо всем.

Не прошло и двадцати секунд после первого лая, как на поляне не осталось ни души, кроме той, которой теперь угрожала самая реальная опасность расстаться с телом.

Молодой охотник остается висеть – в одиночестве!