Ночь. В лесу так тихо и спокойно. Дневные жители спят, набираясь сил к новому дину; ночные же, наоборот, проснулись и направились на долгожданную охоту. Где-то ночные птахи поют свои тихие песни, стараясь никого не разбудить; ветер шелестит листьями, которые уже готовятся опадать: приближается прохладный период — скоро весь лес уснет, но перед этим порадует нас своими красивыми и разноцветными нарядами. Луны, уже находившееся к этому времени друг над другом, с некоторой долей снисхождения смотрели на все творящееся внизу, наслаждаясь ночной тишиной.

Ничто не нарушало установившейся идиллии, возникшей гармонии.

Ничто и никто, кроме меня, тихо бурчащей себе под нос нехорошие словечки, которые может знать лишь воспитанная девушка. Нет, это не та нецензурщина ремесленников, а тихие, острые, выражающие все недовольство словечки, которые со стороны такими не выглядят. В общем, грубо говоря, я ругалась по-аристократически. Но что я могу поделать? Нужно же как-то пар выпускать. А здесь никто, кроме Илато, меня не услышит и по губам не треснет, что б неповадно было язык распускать. Впрочем, сейчас самое главное — выйти поближе к дороге, не производя много лишнего шума. Поэтому приходится идти крайне аккуратно, стараясь не сойти с тропинки, которая была больше похожа на звериную тропку, нежели на нормальную лесную дорожку. Плюс деревья, которые к ночи опустили ветки ниже, к земле, весьма мешали нормальному передвижению. А теперь добавьте к этому ночную темноту, из-за которой я могла передвигаться, можно сказать, только на ощупь и из-за которой я чувствовала себя слепой и беспомощной курицей, невесть зачем забредшей в лес в такое время суток, вместо того, чтобы ночевать на уютной поляне. Думаю, теперь понятен мой излишне превышенный уровень раздражения и недовольства. Если бы не Илато, который позволил держать себя за свой пушистый длинный хвост и играл роль проводника и моих глаз, то я бы точно свалилась в какую-нибудь канаву или яму, или еще чего похуже.

Как только мы тихо слиняли с полянки, предварительно убедившись, что наш дорогой гость спит непробудным сном (а если нападет кто? Тоже спать будет?), то решили все-таки идти поближе к дороге, несмотря на серьезную опасность со стороны отца. В лесу, как выяснилось, можно найти приключения еще похуже оных. Лучше я буду куда осторожнее и внимательнее, нежели сгину где-нибудь в лесу нелепой смертью.

Честно, меня снова раздирали противоречивые чувства. Ну, вот не хотелось бросать его там одного! А вдруг нападет кто? Вдруг орки вернутся? Или зверь хищный случайно набредет? Да мало ли что может случиться ночью в лесу! Тот же Леший может взять да пошутить над ним! Что тогда будет?

Другая, более разумная часть моего мозга, называемая здравым смыслом, твердила, что он — слишком подозрительный тип, несмотря на все его благородство. И вот на этой мысли снова возникло многочисленное «а вдруг?». Вдруг он наемник какой, а? Которого нанял мой отец? Или маньяк? Вдруг он убивает невинных для ритуалов или просто для продажи тел на «черном» рынке некромантов, которые раскупаются о-очень быстро? Да мало ли что еще? Известны многие случаи в истории, когда вот такие вот «благородные и воспитанные» словно с цепи срывались и шли против Закона.

И тут опять в голову полезли многочисленные «вдруг».

«Знаешь, что странно?» — спросил вдруг Илато, нарушая тишину и ход моих весьма невеселых и беспокойных мыслей.

«Что?»

«Его аура. На ней профессиональный морок, который я бы ни за что не заметил, если бы специально долго не приглядывался, ища подвох. Если бы не мой нюх…. Знаешь, если бы он, к примеру, попал в Академию, то даже выученные профессора вряд ли бы его увидели: слишком мастерски наложен. Это, скажу честно, наводит на довольно неприятные мысли и подтверждает мою теорию на счет того, что он — тот еще типчик. Как хорошо, что мы ушли!» — с нескрываемым облегчением проговорил Кот, уверенно сворачивая вправо. Неудачно оступившись, налетела прямо на ветку. Шасс! Все, завтра на моем и так разукрашенном мешками лице, появится еще и шишка на лбу. Шикарно просто! Лучше не бывает! Ну, что за дин? Прямо с ночи не везет, а что же будет утром? Я такими темпами вообще до вечера доживу, а?

«Да куда ты денешься?» — снова подслушав мои мысли, спросил Илато, впрочем, не ожидая ответа. Вместо этого он подбежал ко мне, приложил лапу ко лбу, надавил своими мягкими лапками на больное место, на что я в ответ только ойкнула…. Вот что за дурацкая привычка у всех целителей тыкать именно туда, где больно? Убедиться хотят?

«Льда у нас, к сожалению, нет — приложить нечего. Придется так потерпеть. Но ничего страшного не случилось. До свадьбы заживет», — хмыкнул Илато, помогая подняться и протягивая свой хвост.

«До свадьбы самой бы дожить». — Невесело усмехнувшись, взяла кончик его хвоста в правую руку и продолжила путь, попутно отмахнувшись от какого-то насекомого, летающего над ухом. У-у-у, еще и они заколебали! Всю искусали.

«Кстати, о свадьбе. На ауру этого Аэдара ты вообще смотрела?»

«Нет. Я ж не могу, забыл? — Пожала я плечами и тут же спросила: — А там было на что посмотреть, кроме морока?»

«Да нет, в общем-то. Ничего интересного ты бы не увидела. Но я прочел в твоих мыслях, что он тебе все-таки симпатичен, так?» — сверкнув своими зелеными глазищами, что в темноте смотрелось довольно жутко, с нескрываемым ехидством спросил вредный кошак, прекрасно зная ответ.

«Да-да. Каюсь. Виновна по всем статьям! Я все еще не могу объяснить тот порыв, который возник у меня, после того, как меня словно током ударило».

«Могу сказать, что тебе бы все равно ничего не светило», — лучась довольством, причины которого мне не совсем понятны, просветила меня эта вредная зараза, ускорив шаг.

«С чего ты взял? Я не такая уж и плохая. Каюсь, в тот момент я выглядела не лучшим образом, но мне простительно. Но, если привести себя в божеский вид, то я очень даже ничего». — Нет, ну надо же! Что за намеки? Да, я сейчас не лучше известного всем упыря, которого только подняли, но не сказали зачем, да еще и покормить забыли. Да, мои волосы потеряли свой светлый цвет, потому что на них осел такой слой пыли, который отмывать мне придется долго. И, наконец, да, моя одежда сейчас хуже, чем у бедняка: грязная, порванная, остатки которой сиротливо остались на излишне цепких ветках кустов. Да уж, найти меня будет легко по таким вот следам. Покинуть бы быстрее лес. Но пустят ли нас в город?

«Да не в этом дело. Я знаю, что ты у меня красавица. Ты же помнишь, что в ауре есть место, которое не поддается магии, которое нельзя прикрыть. Помнишь же?»

«Конечно. Это каждый знает, кто хоть немного касался мира магии. Я, конечно, не особо касалась, но читала об этом. Говори уж. Не тяни кота за хвост! — Спохватившись, извинилась и виновато глянула на то место, где должна быть мордочка Кота. — Ой, прости».

Недовольно сверкнув глазами, Илато продолжил говорить:

«В общем, он помолвлен».

«Что ж, ты прав. Мне действительно ничего не светило», — огорченно вздохнув, снова уплыла в свои мысли, не горя желанием продолжить разговор.

Дело в том, что в ауре есть особое место, которое не поддается ни одной существующей магии Солара. Это «место» отвечает за семейное положение человека или нелюдя. Точнее, это не совсем место. В общем, если ободок верхнего слоя ауры насыщенного золотого цвета, значит стоящая передо мной личность замужем (или жената); если ободок серебристого цвета, то помолвлен. Цвет появляется после заветного «да» со стороны девушки и слов Клятвы. Закрепляется и становится золотым уже в Храме при официальном обряде; если ободок ауры такого же цвета, как и верхний слой, то молодой человек (или девушка) свободен. Поэтому, посмотрев на ауру приглянувшего тебе человека, можно узнать, есть у тебя шансы или лучше и не стоит пытаться. Впрочем, всегда найдутся те, кто вполне может «отбить» пару.

Такие вот дела.

Посмотрев на Илато, заметила, что он все еще буравит меня злым взглядом. Так дело не пойдет.

«Илато, ну прости меня! Случайно вырвалось. Ты же знаешь, что когда я в твоем обществе, то за языком толком не слежу. Прости-и-и».

«Я уже не злюсь. На тебя невозможно долго сердиться, — усмехнулся мой любимый Кот и тут же посерьезнел. — И ты меня прости, Сандра».

«За что?» — искренне опешила я, не зная, где и, главное, когда он успел мне насолить.

«За то, что обозвал тебя там, на поляне, когда ты с ним заговорила».

«Да ладно тебе. Я и правда повела себя, как дура. Ну, не умею я быстро ориентироваться в ситуации и планировать все ходы своего поведения наперед, — пожаловалась я и тут же задала интересующий меня вопрос. — Как ты думаешь, какой расы Аэдар?»

«Явно не вампир, — хохотнул кошак, видимо снова роясь в моих мыслях. Вот гад усатый! — Похоже, он с юга. По крайней мере, только там можно было получить такой загар, ведь у нас жаркий период был не больно-то солнечным. Ты вот как была бледной упырицей, так и осталась».

«Вечно что ли с этой нечистью будешь меня сравнивать?»

«Да! Ладно-ладно, не смотри на меня так. Лучше скажи, какие у тебя предположения?»

«А кто у нас на юге-то обитает? Объединенное государство, Империя Демонов и на юго-востоке Леса Светлых эльфов. Из всего этого выходит, что он либо демон, либо эльф, либо кто-то из Объединённого государства.

Эльфом он быть не может по определению. Те же у нас светловолосые, стройные, гибкие, высокие, красивые… Короче, эльфа ни с кем не спутать. Он даже на полукровку не похож, несмотря на то, что кровь эльфов чаще всего доминирующая.

Демоны тоже отпадают. Они куда более массивные и крупные. Рога с крыльями и хвостом они никогда не прячут, да и возможно ли это? Сомневаюсь. Если крылья можно попробовать как-то сложить, а хвост запихать в… в общем, в одежде спрятать, то рога так просто не уберешь и шляпкой не прикроешь. Хотя я все же слышала, что на чужой территории они появляются без крыльев. Впрочем, это не наши тайны. Меньше знаешь — крепче спишь.

Свою территорию они покидают крайне редко. Экономические связи поддерживают только с Объединенным Государством, да и то не больно-то охотно, но и выбора у них особого нет. Больше сказать толком ничего нельзя: слишком мало информации на них собрано. Скрытны они очень и подозрительны. Даже их боевую ипостась никто не видел, поэтому многие весьма обоснованно сомневаются в ее существовании. Короче, темный лес с этими Демонами.

Но я немного отклонилась.

Итак, Аэдар у нас не эльф и не демон. Значит, вероятнее всего, прибыл из Объединенного Государства. Но там столько рас, что и не перечислить всех разом! Со всеми сравнивать что ли?»

«А все равно делать нечего. Так хоть занятие будет. Тем более, когда отвлекаешься, время быстрее летит. Так что дерзай!»

«Ну-у-у. Так сразу и не припомнишь всех.

Итак, он явно не гном. Они хоть и высокие (относительно), но настолько массивны в плечах, что разворот плеч Аэдара мирно отдыхает в сторонке. Также у него отсутствует борода, которую они под страхом смерти или (того хуже!) угрозой забрать все их бесценные богатства не сбреют: борода — показатель их аристократии. Плюс отсутствовало оружие, которое у гномов, как известно массивное и тяжелое — не всякие там кинжалы или мечи.

В общем, он не гном. Стопроцентно!

Не друид. Те своих лесов не покидают. Столь же закрыты, как и демоны, а то еще похуже, ведь ни в одной книге вы не найдете, что же именно представляет собой эта раса. Более того, в разных книгах можно встретить немного отличающиеся друг от друга описания внешности друидов. Известно лишь, что они старцы мужского пола и никак иначе.

Как выяснилось ранее, он не вампир. И не только из-за отсутствия характерных клыков. Во-первых, как ты и сказал, он смугл, а вампиры, как известно, довольно бледная раса, предпочитающая ночной образ жизни, несмотря на то, что солнца в паре на них не влияют. Во-вторых, когда мы уходили, я сумела (при такой-то темноте!) рассмотреть, что его спина чиста, то бишь у него не было крыльев. Они у вампиров кожистые, с шипами, прямо как у летучей мыши, длиною мерон-полтора. Прятать или как-то особого складывать они их не умеют, да и не стремятся, ведь гордятся тем, что сумели покорить небо.

А может оборотень?»

«Не-а, — словно от чего-то отвлекшись, проговорил Илато, уверенно сворачивая влево. Шасс. Ощущение, что кругами ходим. — Их звериную ипостась я за версту учую. Ее никаким мороком не спрятать, да и сам зверь был бы против».

«Тогда может дроу? Возможно. Пока это наиболее вероятный вариант. Ну, по фигуре немного не походит на чистокровного, но на полукровку — вполне. Скорее всего, именно из-за этого он и бродит лесами, ведь полуэльфов особо не любят. Ни люди (кто чаще всего с эльфами грешит), ни свои же, темные. Хм. Думаю, этот вариант наиболее правильный и логически обоснованный. Ну, не фея же он в конце-то концов? Что думаешь, Илато?»

«Да-да. Только про его морок не забудь. Неясно, что именно он там скрыл». — Довольно неуверенно ответил Илато.

«Ты меня точно слушаешь?»

«Да… не особого…»

«Ты же сам просил подумать!»

«Чтобы ты немного отвлеклась. Твои мысли все равно вокруг него крутятся-вертятся. А так и мне не мешала думать, и до дороги дошли спокойно».

Не поверив Илато, подняла голову — так как до этого смотрела исключительно под ноги — и в немом изумлении уставилась на дорогу, до которой мы (о, Боги!) наконец дошли. Вот те на. Действительно, задумавшись, я и не заметила, как прошло довольно много времени. Ох, дороженька моя любимая, как я скучала по тебе. Никаких больше заковыристых тропинок или звериных тропок! Нормальная — хоть и не первой свежести — дорога, по которой можно спокойно идти. Ну, относительно.

«Пока ночь, пойдем по дороге, а, как только рассветет, отойдем немного в сторону, чтобы ты людей не пугала своим внешним видом, но далеко заходить не будем, помня о прошлом опыте».

«В смысле людей пугать? И похуже меня на улице ходят!»

Опять эти намеки на мою внешность! Да знаю я, как выгляжу! Но ведь подобных на улицах куча бродит, что он ко мне-то прицепился? Таким видом сейчас никого не удивить. Дайте мне воды и щетку, и я буду как новенькая!

«Не злись. Я же пошутил. Просто днем заклинания твоего отца, так как он маг Смерти, чувствуются хуже, а попасть на них не хочется. Или ты уже забыла о том, что тебя разыскивают?»

«Неприятности на каждом шагу. Проклял что ли кто-то?» — возвела я горе очи к небу, словно стараясь найти там ответ. Но нет, на небосклоне лишь те же луны-подружки, которые уже начали расходиться в разные стороны. Так-с, значит уже около двух боев после полуночи. Это что, сейчас мы пойдем, днем пойдем, а отдыхать-то когда?

«Когда время придет», — заключил Илато и сделал уверенный шаг на дорогу, продолжая путь. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

«Логично».

«Ты хвост-то уже отпусти. На прямой дороге сложно заблудиться».

«А о чем ты думал, пока я расу Аэдара старалась узнать?»

«Опять ты все о нем. Не надоело?»

«Я же не специально! Ладно-ладно, — примирительно подняла я руки вверх, видя его недовольный взгляд. — Постараюсь о нем не думать».

«В общем, я тут задумался, почему тебя так стережет отец».

Невольно напрягшись, стала ждать продолжения, которое не заставило себя ждать.

«Если подумать, любой из высших господ был бы рад отправить своего ребенка на обучение в Академию. Любой, кроме твоего отца, — продолжил Илато, смотря себе под лапы. — Поэтому возникает закономерный вопрос: «почему твой отец так тебя опекает?» Вот лично у тебя есть идеи?»

«Нет», — осторожно ответила я. Так, Сандра, спокойно. Блок не позволит считать нужную информацию, а, если я по глупости захочу сморозить что-нибудь важное и запретное, то и «отфильтрует».

«Вот и у меня нет. Может, ты знаешь что-то, чего знать не следует? Или есть в тебе нечто такое, что он хочет скрыть? Честно, Сандра, я не понимаю, в чем дело! Ну, вот нет в тебе ничего такого особенного, прости уж за прямоту! Это, конечно, не вызывало бы подозрений, если бы не оказалось, что ВСЕ дети вашего рода проходили через это; ВСЕХ вас показывали свету лишь в дин десятилетия; и ВСЕ вы обучались дома и женились (или выходили замуж) за тех, на кого покажет глава рода. Одна ты выбилась из всех. Не подозрительно ли? Тебе отец ничего не говорил? Что ты вообще думаешь по этому поводу?»

«Илато, я не понимаю, о чем ты. Да, мой отец, как и его отец, странный. Весь наш род такой. Но то, о чем ты говоришь, просто бессмысленно. Отец привык к соблюдению правил, к дисциплине, к порядку, в конце концов, а тут я — взяла и сломала систему…, то есть нарушила привычный для него устой. Вот он и ищет меня».

«Ты уверена? Почему я чувствую недоговоренность?» — обернувшись, Илато недоверчиво посмотрел на меня, словно в чем-то подозревая.

«А что еще тогда? Подумай сам! Во мне нет ничегошеньки особенного — тут ты прав. Магия? Так у меня средний уровень, как и у большинства магов. Способности к управлению? Не смеши мои… То есть, ты сам говорил, что я не создана для этого, что я развалю хозяйство к такой-то матери. Его делами я никогда не интересовалась, партнеров и друзей (которых и нет) мельком видела. Я даже не знаю, в каком состоянии наше хозяйство! Вот что от меня можно ожидать?»

«Тут ты права. Если рассматривать с этой точки зрения, то… В общем, забыли. Если бы ты соврала, то я бы почувствовал. Прости, что засомневался». — Илато подбежал ко мне, доверительно потерся о ногу, ластясь, и заглянул в мои глаза. Нагнувшись, подняла его на руки и пошла вместе с ним на руках, гладя за ушком, на что он только громко замурлыкал.

Ох, Илато, радость ты моя, прости меня, дуру такую. Прости, что обманываю, прости, что лукавлю и не договариваю, прости за все, но я не могу рассказать всего. Не имею права. Даже, если бы и захотела, все равно не смогла бы. Блок убьет меня раньше, чем я закончу мысль о решении рассказать правду. Возможно, отец когда-нибудь и разрешит посвятить тебя в наши тайны, возможно, подвернется случай, и я сама смогу все рассказать. Абсолютно все. Без утайки и лжи. Я всего лишь надеюсь, что ты простишь меня и поймешь, почему я молчала. Ты же у меня такой понимающий, такой умный, такой мудрый, несмотря на свой юный возраст. Что ж, мне остается только надеется на благополучный исход.

* * *

Как только на дороге начали появляться первые люди, мы отошли в лес, но не настолько далеко, как в прошлый раз — дорога была отлично видна сквозь деревья, которые стояли друг к другу не слишком близко. Помня прошлый опыт, Илато чаще «сканировал» (он немного по-другому выразился) территорию вокруг нас, боясь снова наткнуться на группу орков или кого еще похуже. Но мне больше казалось, что он опасается преследования со стороны Аэдара. Каюсь, мне тоже было не по себе. Но, знаете, складывалось впечатление, что чем дальше я отхожу, тем меньше думаю о нем, словно нить, связывающая нас, ослабевает. Осталось дождаться момента, когда она совсем порвется. Тогда и волноваться будет не о чем.

Говорить не хотелось, думать о чем-то важном — тоже. На душе было такое хорошее настроение, словно не я недавно мучилась муками совести, не я провалялась накануне без сознания несколько боев, не я ночевала в лесу несколько дин и не за мной гонится отец. Так спокойно было, так хорошо. Давно я не чувствовала такого умиротворения. Прям непривычное чувство, которое, честно говоря, не совсем подходит к моей ситуации. Сами посудите, я в лесу, в непривычном для меня месте времяпрепровождения, в компании летающего Кота, иду в столицу, чтобы записаться на учебу в Академию. При этом меня пытается поймать отец, который совсем не хочет, чтобы я покидала пределы нашей территории. Я наткнулась на странную личность в лесу, которая притягивала меня своей двойственностью, а до этого меня чуть не женил на себе орк…. И это всего за несколько дин путешествий! Какая я, однако, везучая…

Кстати, о летающих Котах.

— Илато, слушай, как ты крылья прячешь? Какую магию при этом используешь?

«Вы, люди, называете ее «мороком» или иллюзорной магией первой степени».

— То есть они сейчас при тебе, и, если я постараюсь, то нащупаю их? — с любопытством спросила я, искренне стараясь понять природу его магии. У его вида она довольно… своеобразная, индивидуальная и местами непредсказуемая. Никогда не знаешь, что он вытворит, а если судить, что он еще и недоученный… В общем, каждое проявление магии может изумить и выбить из колеи.

«Не-а. Они полностью невидимы и неосязаемы», — с нескрываемой гордостью сказал Илато, посмотрев на то место, где должны быть расположены крылья.

«Как у тебя это выходит? Ты же не закончил обучение! Но при этом колдуешь так, что некоторые мастера могут лишь позавидовать. Какой у тебя вообще объем резерва?»

«Немного выше среднего, — неопределенно махнул хвостом Кот, продолжая идти по лесной тропке. — А выходит это по большей части спонтанно. Ну, кроме крыльев, конечно. Прятать их меня научили чуть ли не в младенчестве, чтобы мы, в случае чего, могли сойти за обычных бездомных котов. Впрочем, не только прятать, но и менять», — туманно, словно специально подогревая мое любопытство, проговорил он, с некоторой хитринкой в глазах, взглянув на меня.

«Менять? В каком смысле?»

Да-да. Я, как обычно, клюнула на удочку. Но что поделать, если он умеет заинтриговать?

«Вот последний раз ты видела меня с перьевыми крыльями, а я могу, при желании и должном упорстве, сделать кожистые. Правда, это не очень удобно. С перьями мне как-то привычней».

«Не меняй тогда», — пожала я плечами, стараясь представить Илато с кожистыми крыльями. Брр. Не-не. Он сразу какой-то злой и серьезный становится. Тем более темные крылья не подходят его светлой, словно мелированной (кстати, настоящей), шерсти. А менять ради этого цвет…. Да ну.

«Ты не понимаешь, Сандра. Если мне ночью нужно куда-то лететь, то проще с кожистыми крыльями и темным окрасом шерсти. Это отличная маскировка, да и ветер «ловить» проще».

««Ловить» ветер? В смысле?»

«Вот только давай я тебе инструкцию по полетам рассказывать не буду. Тебе это все равно не пригодится. Зачем зря воздух сотрясать?

«Во-первых, воздух ты не сотрясаешь по той простой причине, что не говоришь вслух. А во-вторых, ненужных знаний не бывает. Кто знает, вдруг еще пригодится, а?»

«Согласен. Но в данном случае действительно ненужные знания. Незачем забивать голову. Ты ж к полетам никакого отношения не имеешь. Вот если бы ты была магом Воздуха, то я бы мог понять, ведь благодаря своим… выкрутасам они и полетать могут, а ты простой маг Смерти», — важно заключил это наглый кошак, довольно поглядывая внизу вверх.

«Что значит «простой?» — вспылила я, здорово задетая этим высказыванием. — Да мне вполне хватит сил и умений, чтобы, по окончании Академии, уйти в следователи! Буду души умерших призывать да расследования раскрывать!»

И вот тут-то я замерла, словно громом пораженная. А ведь это хорошая идея!

Илато, уловив мою последнюю мысль, остановился и обернулся с поднятой бровью (забавно смотрелось), ожидая продолжения.

Я же, невольно ускорившись, начала лихорадочно размышлять над моими последними мыслями. Даже внимания не обратила на то, что из-за бьющих по лицу веток, на которые я перестала отвлекаться, превратилась в еще большее чучело, чем была до этого. Да какая разница, как я выгляжу, если, кроме Илато, меня никто не видит? Ему-то по барабану. Хоть красавица писаная, хоть Бабка Ёжка…. Для него я теперь вечно буду ассоциироваться с упырем, поэтому можно сильно не заморачиваться. Перед выходом из леса приведу себя в относительный порядок. А пока мне надо подумать. Серьезно подумать.

Что ждало меня в будущем? Вот честно? Доберусь я значит до Академии (если удача повернется ко мне лицом, а не ж… копчиком), закончу ее…. а дальше-то что? Куда я денусь? Куда себя подам?

Домой?

Не вариант: отец меня со свету сживет, всю жизнь корить будет, попрекать, а потом снова запрет и все-таки выдаст замуж за того, кто придется ему по душе, того, кто пройдет по всем его критериям, которые он, кстати, не разглашал ни разу. Я лишь пару пунктиков могу предположить.

В общем, вернусь я к тому, от чего бегу. А оно мне надо?

Нет. Незачем тогда было и начинать все это.

Тогда что?

Вот честно, я как-то не задумывалась. На тот момент что было для меня важно? Сбежать! Уйти незамеченной. Добраться до Академии и стать квалифицированным магом Смерти. Стать тем, кем я хочу, тем, кем суждено. Нельзя Дару пропадать просто так!

А вот о дальнейших планах я не подумала. Может, потому, что не слишком надеялась на успех? Да и, откровенно говоря, и сейчас особо не верю. Я прошла половину пути, но чем дальше в лес, тем больше неприятностей. Причем в прямом смысле. То орки, то незнакомцы какие-то…. Что же ждет меня дальше? Идти еще около половины милла, а проблемы все сыплются и сыплются. Причем, чем ближе я к столице, тем серьезнее неприятности. Думаю, не удивительно, что в таких обстоятельствах мне становится боязливо и даже страшновато.

А может это потому, что я просто не умею просчитывать несколько шагов вперед, как это с успехом делает мой отец? Иду наобум, первые шаги продумаю, а дальше, как говорится, стараюсь плыть по течению, надеясь разобраться на месте. Но импровизировать мне никогда не удавалось. Вот и сейчас…. Ну, доберусь я, выучусь, а дальше-то что?

И снова я вернулась к началу.

Насколько мне известно, по окончании Академии у выпускников есть два выбора: либо идти, куда захочешь за свой счет, не имея никаких долгов перед Академией, либо руководство может дать тебе, скажем так, в долг, который ты должен отработать, трудясь на благо Академии. Не важно, куда потратишь ты деньги (на жилье, одежду или просто на развлечения), но отработка обязательна, ведь деньги вернуть не так просто, иначе и просить не было смысла.

В чем заключается отработка?

Насколько мне известно, в моем случае можно работать помощницей мастера. Реквизит привести в порядок к уроку, приготовить конспекты, вымыть помещение или вообще самостоятельные работы проверить. В общем, на что хватит фантазии руководства. Работа, честно говоря, непыльная, но довольно времязатратная. А вы знаете, как долго приготовить труп к занятиям? Во-первых, его надо обмыть, во-вторых, убрать все следы, которые оставили адепты с прошлых уроков, чтобы новые смогли работать с «чистого листа», в-третьих, нужно проверить заклинания, чтобы, в случае чего, все было под контролем. А ведь наверняка есть и в-четвертых, и, в-пятых. Я просто всего не знаю. Так, поверхностно.

А если меня заставят травы перебрать? Ох, Темная, их же там куча, а пахнут они…. Такой коктейль получается, что хоть волком вой! А ведь никак не спастись. Противообонятельное заклинание ставить нельзя, так как оно отрицательным образом влияет на организм, да и резерв съедает не по-детски. А, вроде, такое обычное с виду заклинание. В общем, используют его в крайних случаях.

Короче говоря, если я пойду по этому пути, то ничего толком сделать не успею, так как буду долг отрабатывать и потеряю кучу времени. А время, как известно, — деньги.

Как тогда поступить?

Попросить у отца? Так он меня взашей погонит с моей просьбой! «Раз решила идти самостоятельно, своим путем, то и решения ищи сама. Род Браунов всегда славился своей приспосабливаемостью к любым условиям и изворотливостью в любом вопросе. Надо? Сделай! Не позорь род!» — вот примерное содержание его ответа на мою просьбу. Вообще-то он прав, просто признаваться в своей слабости всегда сложно.

Тогда снова возвращаемся к вопросам: как быть? что делать? как изворачиваться?

Можно попробовать устроиться куда-нибудь недалеко на подработку и за годы обучения накопить достаточную сумму, чтобы потом не зависеть от Академии. Правда, придется сильно экономить, но не в этом главная проблема.

К некромантам отношение довольно натянутое. От нас стараются держаться на расстоянии, ведь мы, по большей части, веруем в Темную Богиню. Хотя, как сказать — веруем? Мы не отрицаем наличия Светлой Богини и Линнара Спокойного. Просто предпочтение отдаем Темной Богине, так как именно она одарила нас; именно к ней в Храм мы ходим за подпиткой и советом и именно ее имя мы употребляем в речи, когда обращаемся к Высшим силам.

А вот «Светлые» фанатики напрочь отрицают ее существование. Почему? Вот это вопрос не по адресу. Понятно, если люди совсем в Богов не верят. «Судьба человека находится в ЕГО (человека) руках. Никакие Высшие силы не могут на нее повлиять, ведь все зависит от НАШЕГО выбора. Боги выдуманы, лишь бы было на чьи плечи свалить все беды и несчастья или попросить прощения на совершаемые ими грехи» — как-то так гласит их вера.

Что-то я не в ту сторону ушла. Вопросы религии меня особо не интересуют.

В общем, я хотела сказать, что нас особо не принимают на работу. Особенно, необученных. Раз мы начали учиться, начали использовать магию по назначению, то незримая Печать спала, а резерв начинает расти. Следовательно, временами довольно нестабилен. А из-за этого могут произойти казусные ситуации.

Был как-то один случай. Пожалел один неверующий таки одного адепта-некроманта. Ему-то что? В Богов не верит, но и не настаивает, чтобы и другие следовали его вере, ведь они считают, что выбор каждого священен. Поэтому ему было как-то фиолетово, что некромант Темной поклоняется. Лишь бы, как говорится, работал нормально и не халтурил.

Некромант тот был как раз на втором курсе. В это время Дар особенно нестабилен, ведь прошел год, как Печать спала, и он начинает расти и расти. Второй-третий курс — пик. Дальше резерв застывает, и его объем больше не увеличивается. Обычно к концу третьего курса ясен твой примерный ранг, на который ты можешь рассчитывать при должном старании, и ясна профессия, которая тебе может быть доступна.

Но я опять отошла от темы.

Значит, работал он в трактире уборщиком, работал, никого не трогал, но тут по непонятным причинам произошел скачок резерва (обычно скачки чем-то провоцируются, а тут неизвестно, из-за чего). Магия вышла из-под контроля. Что тогда началось!

Не вдаваясь в подробности, могу сказать, что того хозяина трактира посадили. Почему? Оказалось, что у него на заднем дворе был закопан труп человека, которого разыскивали более пары милл и уже хотели перевести в раздел «без вести пропавших». А тут, как по заказу, нестабильный некромант вырисовался. По счастливой случайности, дело раскрыли и закрыли, убийца посажен, правосудие восторжествовало.

С того момента к нам стали относится еще настороженнее. Кто знает, вдруг снова некромант с нестабильным резервом попадется? Выкопает еще все семейные скелеты из склепа, так, что неприятностей потом не оберешься. Люди решили перестраховаться, и я их понимаю.

Но вот кто знал, что сама буду в такой ситуации? И вот где мне работу искать? Зелья что ли продавать? Зря я что ли хи… алхимией занимаюсь. Не у что мое увлечение не сможет принести мне маломальский доход? Я ведь могу и неплохие растворы делать, которые вполне могут пригодиться, как в быту, так и для здоровья. Мои знания вполне можно списать на «Зельеварение». А ведь такой факультатив будет в Академии, поэтому я вполне смогу оправдать свои знания, посещая его.

Допустим, с этим я попробую. Авось Темная не покинет, и все получится. Какой-никакой, а доход будет. Надеюсь, что в Академии нет специального запрета на продажу подобного. В крайнем случае, буду в ближайшие лавки товар предлагать. Некромантом, разумеется, не представлюсь. Лучше просто магом общего профиля (в глаза смотреть не буду, дабы искорки Смерти видны не были). Или сразу из лавки за шкирку выкинут. Верить некроманту на слово? Да ну. Где вы таких идиотов (простите за столь «лестную» характеристику) найдете? Ведь мы же подлые, хитрые и коварные. Как нам верить? Люди привыкли видеть нас именно такими, а поменять мировоззрение никак не получится, тем более в таком масштабе. Так что пусть думают, что хотят.

Кстати, а ведь мысль про следователя весьма неплоха. Или хотя бы его помощника. Что я, душу призвать не смогу? Простейшие боевые заклинания не сотворю? Это может человек даже со средним резервом. Просто не в таком большом количестве и на небольшой промежуток времени. Так что идея вполне неплоха.

Итак, что мы имеем на данный момент?

У нас есть план нашего ближайшего будущего в общих чертах. Воплощать, прояснять некоторые детали и неточности будем по ходу дела. А если точнее, когда (если!) доберемся до места назначения. Продумывать все до последней мелочи нет смысла: в жизни никогда не идет все по плану. Обязательно что-нибудь да сорвется. Так что не зацикливаемся на этом.

* * *

Весь нид я пробыла в своих мыслях и даже не заметила, какое расстояние мы прошли за этот промежуток времени. Очнулась я, когда ноги отказывались идти дальше, напоминая, что отдыхала я последний раз давно, а перегружаться — вредно для организма. Завтра я совсем встать не смогу. И Илато, зараза мохнатая, воспользовался моей задумчивостью и не остановился на привал, раз я топаю без устали. Тьфу, блин. Как у самого лапы-то не отваливаются?

«Близится вечер. Пошли на дорогу. От Ирках мы находимся относительно недалеко. Осталось идти меньше дина».

«О, ты решил поговорить со мною?» — с некоторой долей сарказма спросила я, недовольно сворачивая в сторону дороги. Ну, нельзя было раньше меня отвлечь. Я ж только сейчас почувствовала, что ноги гудят! Мышцы завтра так ныть будут, что придется целый дин отдыхать! Вот и задержка. Тьфу, еще раз.

«Зачем же тебя было отвлекать? Потеряла бы мысль, а я бы виноват остался. Побереги мою шкурку. А потерпеть ты сможешь! Ты же у меня сильная. И выносливая. Временами. Только представь, что там, за горизонтом, находится город, где трактиры лучше, чем в деревнях, где вода чище, еда вкуснее, а люд доброжелательней… Ты, наконец, сможешь выспаться на нормальной кровати и привести себя в порядок».

«Ох, Илато, знаешь ты мои слабости. А уговаривать-то как умеешь. И где научился?»

«Где надо», — Илато довольно фыркнул, но вдруг остановился с поднятой передней лапкой и принюхался.

«Что такое?» — с нескрываемым беспокойством спросила я, оглядываясь. Но усилия были безрезультативны. Сейчас я слепа, как новорожденный котенок.

«Там повозка едет. Крестьянин, похоже. Может, подвезет? Как думаешь?»

«Я надеюсь на это. Очень».

Сойдя на обочину, неторопливо направилась вперед. Спустя четверть боя на грани слуха послышался грохот копыт. М-да, Илато, ну и слух у тебя! Я лишь смутно различаю, а ты так далеко услышал. Да и то, если бы не знала, в каком направлении слушать, вряд ли бы услыхала.

«Я не перестаю тебе удивляться. А ведь не один милл вместе живем».

«Просто дома я не мог демонстрировать свои способности».

«Боялся напороться на отца?»

«М-м-м… да. Он меня немного пугает, если честно. Как вспомню его фирменный взгляд, так сразу шерсть дыбом встает». — Илато ощутимо дернулся, видимо, вспомнив отца.

«Это еще цветочки. Ягодки ты не видел».

Ответить Илато не успел, так как за спиной отчетливо послышался стук копыт. Подождав для верности пару-тройку мигов, обернулась.

К нам подъезжала телега, запряженная одной лошадью. Судя по звукам, везли бидоны. Кажется, с молоком. Увидев меня, извозчик дернул поводья, останавливаясь.

— Здравствуй, милая, — сняв шляпу, поздоровался старичок довольно приятной наружности. Лицо старенькое, в морщинках. Особенно в области глаз и уголках губ. Явно часто улыбается и щурится. Волосы, которые покрывала соломенная шляпа, местами были уже седыми, обвисшими, а кое-где и лысина видна. Впрочем, это не отталкивало.

Старик был низкого роста, худой, сгорбленный. Но на его лице играла мягкая, приятная улыбка, как у любого любящего дедушки, который смотрит на свою внучку. Видно, человек по природе своей такой. Одет он в довольно старую, всю в заплатках одежду, но при этом чистую. Ну, да. Одна я нормально путешествовать не могу. Смотреть на свою одежду больно!

— Здравствуйте, дедушка! — звонко поздоровалась я, немного поклонившись, как бы отдавая дань уважения взрослому. Не нужно же ему знать, что тут одна из высших господ путешествует? Будем и дальше сиротой притворяться. На этот-то раз я не наступлю на те же грабли и свое воспитание не покажу!

— Что ж ты одна-то в такое время ходишь, деточка? Опасно же.

— Так получилось, дедушка! В город мне надо. Срочно. А добраться могу лишь пешком. Лошадки-то нет. И телеги. — Потупим глазки, скрестим руки за спиной и пошаркаем ножкой. Нет, все-таки временами во мне просыпается актриса. Видимо, перед Аэдаром не могло получиться потому, что он меня бы живо раскусил. Да и боялась я его. Точнее, опасалась.

«Да, ладно уж. Признайся честно», — проговорил Илато, а сам гипнотизировал взглядом бидоны, в которых было молоко. Что поделать? Кот — он на любом континенте кот!

— Давай я тебя подвезу. Вместе всяко веселее будет. — Дедушка протянул руку, предлагая сесть рядом. Недолго думая, приняла приглашение, сев рядом с ним. Илато же запрыгнул в телегу. Поближе к молочку.

«Только не вздумай его пить! Попридержи свои кошачьи инстинкты!» — строго наказала я, поглядывая на него. Сорвется еще, не дай Темная. Как я тогда перед дедушкой оправдываться буду?

«Я же необычный кот. Инстинкты не могут взять вверх надо мной».

«Ну-ну. А глазки-то сверкают. Слюнки-то текут. Не надо мне тут лапшу вешать на уши».

— А зачем тебе в город, милая?

— У травницы нашей из деревни травы особые кончились. У нас они не растут, но лечат от многих болезней, поэтому так важны. Бабушка стара уж, поэтому я и поехала в город. Все-таки молодая — силы есть, энергия — тоже, — сказала я первое, что в голову пришло. Довольно неприятно стало на душе. Совесть как-никак проснулась. А ведь я еще толком ничего не успела сделать, а меня уже грызть собрались.

— О-о. Хорошее дело делаешь, деточка. А я вот молоко везу в город. Самое лучшее! Нарасхват берут!

— Такое вкусное?

— А то! Как приедем, я тебя угощу. Сама отведаешь и поймешь. Молоко дедушки Бера известно на весь Ирках!

— А меня Сара зовут. — Пришлось сократить свое имя до минимума, ведь «Сандра» — имя благородное, высшее. Но ничего, пара букв убрать и обычное, простонародное.

— Очень приятно. — Дедушка наклонил голову и, выпрямившись, продолжил: — Милая, тебе бы поспать. Вижу, что устала с дороги.

— Совсем немного, дедушка Бер.

— Вот, возьми. — Дедушка нагнулся, взял свой увесистый мешок, достал оттуда одеяло (все в заплатках, но такое мягкое) и с улыбкой протянул мне. При этом еще и поводья держа. Вот же талантливый дедушка Бер.

— Спасибо большое!

Взяв одеяло, осторожно, чтобы не грохнуться, переползла к Илато, который уже спал, растянувшись на всем свободном месте. Нет, чтоб свернуться! Пришлось двигать его, чтобы уместиться самой. Хм. Надеюсь, бидоны привязаны крепко и не упадут на меня, когда мы по какой-нибудь кочке проедем.

Обняв Илато, уткнулась носом в его шерсть. Вот! Настоящий заменитель подушек. Мягкий и пушистый. Илато в ответ лишь замурлыкал. Под его тихое, спокойное урчание я и уснула.

А снилось мне нечто прекрасное, иначе бы я не улыбалась так счастливо во сне.

* * *

Проснулась я с осознанием того, что наконец-то выспалась. Несмотря на то, что спала на досках, в телеге, которая ехала весьма неровно, собирая все камушки и кочки по дороге. Даже бренчащие друг о друга бидоны не мешали. Вот, что значит вымотаться. Уже не важно, где и на чем — лишь бы поспать.

Но все-таки моему пробуждению способствовала любимая мохнатая зараза, которая нагло положила свой хвост мне на нос, щекоча. Вот нагленький какой, а!

Звонко чихнув (простите, дедушка Бер, не хотела вас испугать), откинула хвост в сторону и принялась теребить Илато. А нечего дрыхнуть, коль я встала. Тем более по его воле.

«Ила-ато, вста-авай. Вста-авай, радость моя мохнатая». — Илато в ответ лишь выгнулся, потянулся и снова завалился спать, перевернувшись на другой бок.

Ладно-ладно. Отложу свои коварные планы до поры до времени. Ты же тоже устал. Тем более наверняка ни на миг не переставал «сканировать» территорию. Боялся за нас. А ведь резерв у тебя тоже не резиновый.

«Спи уж, защитник мой».

— Дедушка, а сколько я спала? — спросила я, переползая к нему.

На улице было довольно тихо. Солнца только-только собирались показаться пред наши очи. А вот луны-подружки уже спрятались за горизонт. Вот люблю я такое время. Природа только начинает просыпаться. Ночной туман сошел, оставив после себя капельки росы на траве, по которой я так любила бегать босой в детстве. Птицы начинают просыпаться: то тут, то там слышится пение ранних пташек, которые готовятся встречать новый дин. Даже стукач вдалеке слышен! Ух, настоящий работник!

— Шесть-семь боев проспала. К вечеру прибудем в город.

— Еще раз спасибо за помощь, дедушка Бер! — воскликнула я, но тихо, чтобы Илато не разбудить. Старик лишь хмыкнул, задумчиво потирая подбородок. — Ой. А вы-то, наверно, устали. Может, отдохнете?

— Не беспокойся, милая. Чай, не рассыплюсь. Не в первой. А раз ты проснулась, то можно и ускорится немного. — Весело подмигнув, дедушка тронул поводья, ускоряя лошадку. Интересно, а животинка-то не устала? Небось, тоже не резиновая.

— Не волнуйся. Она у меня выносливая! — с явной гордостью сказал старик, поглядывая на свою кобылку.

— Дедушка, а, может, вы какие новости слышали? Что в мире-то происходит? Много новых сплетен?

Передвинув травинку из одного уголка рта в другой, старик хмыкнул, понимая мое любопытство, и начал рассказывать. Да так детально и с подробностями, словно сам побывал в гуще событий.

Оказывается, весть о пропавшей наследнице разлетелась по всей округе. Подняты все силы — от элитной стражи до крестьян. Каждому был отдан приказ. Разумеется, только на нашей земле: дальше власть Браунов не распространялась, и отец ничего не мог поделать. Разве что попросить по-соседски. Но соседи его не любили, ведь он, как и его предшественники, построил свой путь наверх сам, а не пользуясь связями, деньгами и влиянием. Лишь упорство, вера в собственные силы, знания и желание достичь цели. Таких подданных король ценил и держал при дворе. Отец же верный, преданный. За короля горой встанет, даже если тот и не попросит. Неудивительно, что отца не любят.

Но я отклонилась от темы.

В общем, каждому велено сообщать о подозрительных девушках на дорогах, которые могут быть в сопровождении летающего кота. А я-то думала, почему дедушка так косо на Илато смотрит! Наличие крыльев проверяет. А их нет. Вот и не сходится версия.

Ох, Илато, я тебя и твои способности просто обожаю! Точно расцелую! Не отвертишься! Будет тебе и награда, и наказание разом!

А дедушка-то не так прост, как кажется. Ой, не прост. А выглядит, как обычный добродушный старичок, которых в деревнях пруд пруди. Ан нет. Вон как глазки хитро сверкают, вон как посматривают с подозрением.

Вот тебе и невинный дедуля.

Уйти сейчас, значит подтвердить его опасения. А этого нам не надо. Я пока рядом с землями отца. По краю как раз их объезжаем. Вот в городе уже побезопаснее будет.

Но что тогда делать?

«Новости слушай. Веди себя, как внучка травницы», — раздался в голове спокойный голос Илато, который, наконец, решил проснуться и теперь снова начал гипнотизировать бидоны. Небось, думал, что взглядом дырку прожжет? Ай-яй-яй. Какое его ждет разочарование.

Послушав совета, продолжила слушать сплетни, стараясь вычленить для себя что-нибудь важное, интересное и требующее моего внимания. Сейчас нужно лишь не выдать себя. Никаких резких движений рук и головы. Никакой дрожи в голосе. Никакого напряжения в глазах. А то наверняка же следит за каждым поворотом головы, за каждым вздохом и отвернутым взглядом.

Шасс. Вляпалась же.

Не у что не могла пешком пройти? Подумаешь дином больше в лесу, дином меньше. Задумаешься о чем-нибудь — время летит незаметно. Опытным путем проверено. И не один раз, причем.

Ещё раз подумав, поняла, что все-таки хочу быстрее в город. Подсознательно уже. Впрочем, тут нет ничего удивительного. Какой нормальный городской житель пойдет жить в лес? Ну, ладно там, если он увлекается походами и другими прелестями лесной жизни, но чтобы так резко отказаться от привычного и почти неподготовленной пойти в лес…. Нет, увольте. Я такого ни в жизнь не повторю. Даже если подготовлюсь основательно. Первого опыта, знаете ли, хватило по горло.

Все время, находясь в состоянии крайнего напряжения, я ждала, пока дедушка не сделает первый шаг. Ну, а что? Все логично. Своими расспросами он прощупывает почву. Своими подозрительно прищуренными, внимательными и цепкими (вот это никак не вяжется с образом добродушного дедушки) глазами следит за мной и моим Котом, особо не скрывая этого. Вот честно, разве я не напрасно опасаюсь?

Но, видимо, Линнар решил, что хватит с бедной меня испытаний и что настало время установить расшатавшееся равновесие.

Когда мы подъезжали к воротам, Бер превратился и подозрительного старикана в того доброго дедушку, которого я встретила недавно. Исчезли подозрительность и опасение из глаз. Его фигура стала более расслабленной, плечи снова сгорбились (до этого он сидел неестественно для своего возраста прямо), а во рту появилась знакомая мне травинка. Произошедшая с ним метаморфоза здорово удивила меня, что я на некоторое время просто забыла, как говорить. Ну, что это за маскарад? То одна маска, то другая…. Интересно, есть ли еще? Хватит пугать бедную меня!

Илато лишь фыркал, тем самым выражая свое пофигическое отношение к происходящему.

Перед городом стояла большая очередь из людей совершенно разных сословий. От купцов до крестьян, от простых рабочих до работодателей. Разумеется, что те, кто «побогаче» проходили вне очереди, опережая крестьян, на что оным приходилось лишь недовольно смотреть со стороны, ведь они действительно ничего не могли сделать или предпринять. У тех, у кого есть деньги, и власть в руках. Это отлично понимал каждый.

Хотя, богатеньких собралось сегодня прилично, так что из них сформировалась своя очередь, поэтому недовольными были и они. Самыми счастливыми, как мне кажется, были именно стражи, которым сегодня выпала честь пропускать (или нет) народ. А что? Господа были готовы дать небольшую взяточку лично стражнику, лишь бы их пропустили вперед. Какие нагленькие! А бедный народ толпится! А ведь после заката ворота закроются! И что прикажете делать остальным? За воротами недалеко от леса ночевать?

Кстати, а почему это так много господ высших приехало?

— Так ярмарка, деточка, начинается. Ежегиадная. Сюда приезжают самые разнообразные купцы их разных государств. Чего только не продают! Все такое… — Дедушка поделал круговые движения кистью руки, подбирая нужное слово, — заморское.

— А-а-а…

* * *

Простоять пришлось практически до закрытия ворот. Как мы вообще попали внутрь города, ума не приложу. Явно Темная помочь бедной мне решила. Слава Создателям, что народу ЗА воротами не осталось, и все благополучно смогут переночевать внутри стен Ирках.

Что ж, зато я таки попробовала знаменитое молоко дедушки Бера. Оно оказалось действительно очень вкусным! Не даром ходит такая слава о нем. Такое бы в наш дом.

Дедушка Бер любезно предложил довести меня до таверны, где работал его знакомый и сдавал комнаты по приличной цене. Условия оказались весьма приемлемыми, поэтому я не нашла причин отказаться.

Ну, не рассказывать же о своих подозрениях?

Но, Слава Великой Троице, доехали мы весьма благополучно, хотя я честно ждала подвоха. И мне сделалось крайне стыдно после нашего последнего разговора. Нашла, блин, в ком врага искать! Да, я знаю, что многие будут рады поправить свое материальное положение под предлогом возвращения «любимой» наследницы (возможно, их будущей хозяйки) не менее любимому господину. Но… Шасс! Как же все-таки стыдно.

— Знаешь, дорогая моя Сара, — сказал Бер, когда я поднялась на крыльцо таверны, — я не знаю, почему ты бежишь от отца (на этих словах мое сердце пропустило удар), но, думаю, для этого есть веская причина. Вижу же, что девочка ты умная, рассудительная. Не такая оторва, которая готова ради минутного недовольства сбежать из дома. — Бер замолчал, словно обдумывая сказанное или думая, что можно сказать еще. — Прошу тебя лишь об одном: будь осторожна.

Сказав все, что хотел, дедушка тронул поводья и уехал к центру города, а я…. А я испытывала чувство жгучего стыда и чувство огромной благодарности к этому человеку. Он не сдал меня. Он помог мне. Даже не стал выпытывать, что да почему… Он просто помог. Боги, сколько в мире осталось таких вот честных, доброжелательных людей, которые готовы помочь совершенно бескорыстно? Которые не идут на поводу манящего шепота алчности, обещающего большие деньги и возможность поправить свое положение и стать выше?

К сожалению, таких людей немного. Что среди крестьян, что среди высших господ. Одним слишком мало денег, и они мечтают подняться выше, чтобы перестать барахтаться тут, внизу; другим же слишком мало того, что они имеют, поэтому они хотят еще и еще, переступая через голос совести. Что поделать? Деньги портят людей.

«Дедушка, я вас не забуду. Спасибо вам за все», — думала я, со счастливой улыбкой поднимаясь по лестнице.

Настала белая полоса и, я надеюсь, что она не будет коротка.

«Прорвемся, Сандра. Мы прошли слишком много, чтобы сдаться на половине пути и сойти с дистанции».

Кивнув, погладила Кота за ушком, глубоко вздохнула и открыла дверь таверны.