Провинция Андата, Дисс IV.

19 мая 2002 г., 07:14 по Гринвичу.

— Первое, что сделаем, — сказал Майк на частоте взвода, — убьем всех юристов. Но сразу после этого подзарядимся.

— И как мы это сделаем, сэр? — спросил сержант Грин, который уже приобрел иммунитет к причудам своего внезапно назначенного командира. Наверняка это было безрассудным, но с другой стороны, «а вдруг сработает!».

— Установите скафандры на поиск энергоснабжения в целом, по дороге мы будем рыться в мусоре. На пути вверх поглядывайте на мобильное оборудование. Они все используют одинаковые источники энергии, которые обычно находятся по правую руку в окрашенных зеленым отсеках и выглядят как крупные зеленые кристаллы. Полностью заряженные, они ярко светятся и тускнеют с расходом энергии. Они точно совпадают с разъемом вторичного энергопитания сзади справа на ваших скафандрах. Когда мы их обнаружим, передадим тем, у кого самый низкий уровень энергии.

Кроме того, ищите тяжелые механизмы, вроде того, который придавил капитана Райта. Их энергоемкости можно присобачить к скафандрам и скачать энергию. Проблема в том, что скафандры заряжаются с более высокой плотностью энергопотока, чем все механизмы, за исключением самых крупных. Теперь отдайте все пистолеты и боеприпасы к нашим разведчикам. Разведка, в авангард, мы следом.

Если мы не сможем уклониться от группы послинов, атакуйте и сосредоточьтесь на тех, у кого тяжелые рэйлганы. Легкое стрелковое оружие нашу броню не пробивает, так что не тратьте на них время. Как только свалим тех, у кого тяжелое оружие, остальных перебьем, как кроликов. Если удастся, то лучше полностью их избегать, поэтому двигайтесь быстро, но тихо. Когда пополним энергию, подкачайте компенсаторы, эта слоновая поступь станет легче. Мы будем быстрыми, тихими и смертоносными. О’кей, это примерно все. Разведчики, пошли, следуйте за световым зайчиком.

Четыре разведчика поймали брошенные им гравипистолеты и вышли из помещения, следуя за проекцией зеленого призрачного кружка света, скачущего в трех метрах перед ними. Зайчик будет их вести без необходимости постоянно сверяться с картой. Он был достаточно тусклым, чтобы не сбивать прицел, и, разумеется, невидимым для врага, поскольку являлся всего лишь проекцией внутри их шлемов. Визновски остановился прямо перед выходом из помещения технического обслуживания позади их убежища и кинул маленький шарик сенсора в следующую комнату. Удовлетворенный показателями сенсора, он махнул первому разведчику пройти в дверь. Покинув вспомогательное помещение, разведчики рассеялись по производственной секции. Повсюду возвышались гигантские станки, металлический лес промышленности.

Майк постучал одного бойца по руке и показал на универсальный подъемник, брошенный на середине ремонтного процесса. Солдат нашел тускло светящийся кристалл и торжествующе помахал им. Его передали бойцу третьего взвода, чей показатель уровня энергии тревожно мигал. Когда кристалл был опустошен приемником энергопитания, показатель еще мигал, хотя и медленнее, а кристалл стал темным и холодным. Майк подал знак, и боец бросил ему разряженный кристалл. Когда появится возможность, кристалл можно будет зарядить снова.

Сержант Грин обвел рукой возвышающееся по обе стороны оборудование, но Майк отрицательно покачал головой и сделал широкий жест, показывая, что оно должно быть гораздо больше. Пока они продвигались к центру здания, они дважды останавливались, пропуская группы мародерствующих послинов.

Хотя продвижение взвода нельзя было назвать бесшумным, благодаря системам скафандров и подключению Мишель к системам безопасности им удавалось заблаговременно обнаруживать послинов. Когда они приблизились к энергостанции, Майк скомандовал остановку. Разведчики вернулись назад, взвод рассредоточился в боевой периметр. Пришло время провести военный совет.

— Ну ладно, хочу узнать ваше мнение, — сказал Майк на частоте взвода. Они находились в просторном открытом помещении, еще одном складе, на этот раз предназначенном для хранения крупных деталей. Полки поднимались над ними в три этажа и ряд за рядом уходили вдаль. Майк набрал команду, и преобразователи света переключились на волну зрения послинов. Уровень освещенности упал почти до нуля. В конце помещения был виден отдаленный свет, вероятно, офис или вход. Другая команда изменила работу вентиляции и выставила нормальную слышимость. Кольцо скафандров вокруг было совершенно бесшумным, серое камуфляжное покрытие сливалось с окружавшей темнотой, делая их практически невидимыми. Чувствовался легкий запах органических растворителей и озона. Следы какой-либо деятельности отсутствовали, но никогда не повредит проверить обычными органами чувств. Он возвратил системы к прежним настройкам и продолжил:

— Не обещаю, что обязательно приму совет, но выслушать выслушаю. Мы примерно в пяти минутах от энергостанции этого здания. От нее мы можем получить всю необходимую энергию, но там находятся послины и разбирают ее. Она все еще функционирует в достаточной для наших нужд степени, но войти туда означает вступить в бой, и мы можем привлечь внимание.

Не вполне понятен способ связи между послинами, равно как и их действия на только что захваченной территории. Это значит, что на нас могут навалиться два миллиона послинов после первого же выстрела. Или мы не увидим ни одного.

Там есть много входов и выходов, и мы, вероятно, сможем пробиться наружу, но можем затратить при этом больше энергии, чем получим. С другой стороны, реакции может и не быть, особенно если мы ударим мощно и тихо. Итак, я хочу услышать мнения сержантов, младшие первыми. Сержант Брекер?

Молодой старшина третьего отделения поднял руки.

— Мне осталось около двух часов нормальной работы, сэр. И у одного из моих парней уровень еще ниже. Как следует заправиться по дороге не получилось. По моему мнению, выбора нет.

— Сержант Керр? — Первое отделение.

— Мы можем, типа, поделиться энергией, сэр?

— Нет, скафандры могут пополнять запас из сторонних источников, но не делиться. Вот почему я давал энергию сначала тем, у кого наименьший уровень. По этому вопросу было много технических дебатов, спросите меня потом, если останемся в живых. В основном, если энергетический контур имеет открытый выход, при определенных обстоятельствах его можно опорожнить. С другой стороны, выживем ли мы или погибнем, технический доклад попадет на Землю и, я уверен, переведет дебаты в несколько иную плоскость. Однако слишком поздно для нас. Итак, как поступим? — спросил он.

— Атаковать, сэр, выбора нет.

— Понятно. Сержант Дункан? — Второе отделение.

— Почему бы просто не пойти туда, где до черта тяжелой машинерии, лейтенант? — с интересом спросил Дункан.

— Нам потребуется примерно час при такой скорости. Слишком далеко от нас. — Майк отметил его тон. Проведение военного совета преследовало не одну цель, первый раз он имел двустороннюю связь со своими сержантами. Он многому научился из их ответов. — За что вы голосуете?

— Атаковать. — Ответ прозвучал отрывисто, но почти с энтузиазмом.

— Сержант Визновски?

— Замочить всех, сэр, — сказал Волхв с нехарактерной жестокостью. — Не думаю, что есть выбор, и я хочу надрать чью-то задницу.

В ответ на частоте взвода послышалось приглушенное рычание.

— Сержант Грин?

— За, сэр.

— Хорошо, я рад узнать ваше мнение. Мы идем за энергией. Теперь, по отделениям, кто по-настоящему опытен в обращении с ножом, в борьбе или серьезных боевых искусствах? А, да, также если вы не раз побеждали при драках в барах. Я хочу, чтобы кто-нибудь подтвердил ваши слова. Старшины отделений, соберите и дайте информацию на частоте взвода. Три минуты.

Его забавляло наблюдать, как отделения разбились на жестикулирующие группы. По движениям рук он мог судить, что несколько солдат отстаивали свои личные бойцовские качества, но когда он переключился на внешние микрофоны, то единственным звуком было периодическое топанье ногой, пока один из спорщиков не треснул кулаком по своей ладони с гулким звоном.

— Второе отделение! Тихо! — рявкнул сержант Грин, прежде чем О’Нил успел что-либо сказать.

— Виноват, сержант, — сказал сержант Дункан. Только тогда Майк разобрался, что именно Дункан произвел шум. Мишель получила команду, и имена каждого солдата стали на мгновение вспыхивать на скафандрах, когда Майк смотрел на них. Пятьдесят восемь человек полагались на него в принятии верного решения, а он знал только шесть или семь имен. Осталось еще две минуты, достаточно времени связаться с верхами.

— Мишель, попытайся соединиться с генералом Хаусмэном.

— Я на связи со штабом, — сказала она через пару мгновений. — Генерал Хаусмэн берет трубку.

— Хорошо, спасибо.

— Пожалуйста.

— О’Нил, как там у вас? — сжато спросил генерал.

— У нас почти закончилась энергия, генерал. Нам пришлось немного отклониться для подзарядки. Время рандеву отодвигается примерно на час. С другой стороны, мы сможем двигаться быстрее, как только зарядимся.

— Хорошо, сойдет. Как собираетесь добраться до окружения?

Майк рассказал ему.

— Вы полностью сбрендили, О’Нил, — мрачно усмехнулся генерал. — Сработает?

— Нет причин, почему не должно, сэр. Я не могу проанализировать вероятное сопротивление послинов, но у нас должно получиться опередить организованный отпор. Единственное, что меня беспокоит, это доставка снабжения. Шанс есть?

— Я отправляю шаттлы, как только вы будете готовы к встрече. Предупреждаю: будут потери. Эти шаттлы словно сидячие утки для самоходок бого-королей.

— Мне больше нужно оружие, а не живая сила, сэр. Оставьте людей у себя.

— Я надеялся, что вы так скажете, — произнес генерал с облегчением в голосе. — Я не собирался отказываться от своего слова, но чем больше я об этом думал, тем меньше мне это нравилось.

— Просто набейте шаттлы доверху боеприпасами, винтовками, гранатометами и аккумуляторами, а мы сделаем остальное. И кстати, используйте дистанционное управление.

— Именно так мы и собираемся их отправить. Позвоните мне еще, когда встретитесь.

— Есть, сэр.

— Конец связи.

— Ладно, парни, — продолжил Майк, Мишель автоматически переключила частоту, — кто счастливый победитель Розыгрыша Фантастической Лотереи Дисса? Второе отделение?

— Только я, сэр, — сказал сержант Дункан.

— Думаю, я смутно припоминаю, что у тебя были кое-какие способности в этой сфере, — усмехнулся Майк. — Фактически, вернувшись на десять лет назад, я вспоминаю, что кулаками ты лупил, словно мул копытом. Рад, что ты с нами. Следующий. Первое отделение?

— Лайл, Кнудсен и Мур, сэр, — сказал сержант Керр.

— Звучит словно название юридической фирмы в Миннеаполисе.

— Точно, сэр, — усмехнулся сержант Керр. — А так, Лайл и Кнудсен оба владеют кун-фу. Как-то я сходил посмотреть пару их турниров. У них все о’кей. А Мур… — Он показал на огромный бронескафандр рядом с ним, на котором ПИР добросовестно высветил «Специалист четвертого класса Мур Адумапайя».

— … оказался, очевидно, самым большим в классе, — закончил О’Нил.

— Я также играл в футбол, сэр. И могу постоять за себя, — произнес бархатный бас.

— Хорошо, третье?

— Ну, сэр, — сказал сержант Брекер, — никто из нас особо не подпадает под критерии, но я пойду. Я боролся в старших классах и уверен, что не подведу.

— Не стану отказывать, ваше отделение должно иметь своего представителя. Разведчики?

— Я пойду, сэр, — сказал сержант Визновски. — Только попробуйте меня остановить.

Майк просканировал уровни энергии команды и одобрил, все находились в желтой зоне, но далеко от критической отметки.

— О’кей, вот план, — сказал Майк, показав схему всему взводу. — Разведчики ведут к комнате во втором ряду от помещения станции. — Он высветил ее. — Между ней и помещением станции проходит коридор, делает правый поворот, десять метров до станции слева. Мы проверяем коридор, затем команда выдвигается к двери помещения станции, остальной взвод остается на месте. Порядок движения такой: Виз, Мур, я сам, Лайл, Кнудсен, Дункан, Брекер.

Виз, обеспечиваешь безопасность в конце коридора. Согласно сенсорам здания дверь обозначена как запертая. Мур, выбиваешь дверь и падаешь вниз. Я снимаю все, что движется непосредственно у двери, затем Лайл, Кнудсен и Дункан проходят мимо меня. Потом двигаюсь я. Виз отходит назад и в дверь. Мур двигает вперед. Брекер держит дверь Я загружаю векторы движения в ваши системы.

Послины сняли или разбили часть сенсоров помещения, так что у нас нет точных сведений, где они. Если кто-то выйдет из строя, векторы изменятся автоматически. Остальной взвод войдет по моей команде. В это время я обеспечу безопасность коридора Вопросы?

— Сколько послинов во всем помещении станции? — спросил Дункан.

— Около тридцати, — ответил Майк.

— Тридцать? — подавился Дункан. — И нас только семь?

— Да, — сказал Майк, — великолепно, не так ли ?

— Сэр…

— Перестань, сержант. Нет времени для споров. Ты можешь отказаться от участия в команде захвата в любое время. Оно абсолютно добровольное. — Майк подождал немного.

— А, ладно, — сказал Дункан после секундного раздумья. — Хотя я не думаю, что это удастся, лейтенант.

— Мнение понял. Еще вопросы?

Вопросов не было.

— Разведчики, вперед.

Переход к коридору вокруг помещения энергостанции прошел успешно, но когда они достигли последнего поворота, то наткнулись на препятствие.

— Часовой, — прошептал сержант Визновски.

— Вот и облом, — прошептал Дункан.

— Они вряд ли слышат нас через броню, сержант Виз. И это вряд ли «облом», сержант Дункан. Я это учитывал. О’кей, всем присесть и не шуметь. Тихо, команда, выстроились в колонну.

Майк настроил компенсаторы и подошел к двери. К счастью, вокруг было достаточно маскирующего шума благодаря реву термоядерного реактора в дальнем помещении. Он внимательно рассмотрел дверь, убедился, что она легко отворится, и открыл дверцу отсека на животе. Он вытащил кристалл-аккумулятор, который ему передал солдат, и несколько раз подбросил, приноравливая хватку

— Мишель, дай прицельную сетку. Левая рука на автомате, прицел визуальный.

Он рывком отворил дверь, шагнул в коридор и посмотрел на послина-нормала, охраняющего помещение станции.

— Огонь.

Псевдомускулатура скафандра взмахнула левой рукой по вертикали и послала килограммовый кристалл со скоростью двести километров в час прямо в лоб послину. Кентавр рухнул, словно камень, который его ударил.

— Вперед.

Визновски тенью проскользил мимо к дальнему концу коридора, и он встал за Муром. Когда Мур достиг двери, Майк проверил, все ли стоят по местам, наклонился, левой рукой вытащил перепончатый клинок мертвого часового и сказал:

— Давай.

Мур отступил полшага назад и швырнул себя на дверь и вниз, инерция протащила его на пару метров в помещение. Майк испытал огромное облегчение, что они не ворвались сюда с пальбой из всех стволов, когда осознал, что он смотрит на первичный контур охлаждения термоядерного реактора.

— Никаких гранат, — зарычал он, выискивая взглядом послинов. Как только послин попадал в поле зрения, его ПИР выщелкивал патрон из гнезда для обойм под левой рукой и швырял его круговым движением, как в игре с пластмассовой «летающей тарелкой». Патроны были трехмиллиметровыми каплями обедненного урана. Они попадали в цель на скорости свыше ста метров в секунду с убийственной точностью.

В комнате находились семь послинов, открыто стоявших по всей ширине комнаты, за исключением одного, прямо перед ним, которого не было видно. Пятеро напротив возились с управлением первичного охлаждения, один слева только что вошел, и один прямо перед ним двигался слева направо. Движущийся стал первой целью. Капля обедненного урана весила около шестидесяти граммов, летела со скоростью пули сорок пятого калибра и попадала точно в яблочко.

Капля вошла в крокодилову голову послина в районе сустава челюсти. Она продолжала двигаться вверх, прошила черепно-позвоночный сустав и вышла из затылка. Из шеи послина хлестанула желтая кровь, и он начал падать, уже мертвый. Трое у контроля охладителя были уничтожены столь же эффективно — они умерли прежде, чем первая цель успела рухнуть на пол. Но вошедший в помещение послин являлся продвинутым нормалом с лучшей реакцией и оружием.

Майк хрюкнул, когда трехмиллиметровая бусина прошила насквозь левую ногу, и из-под руки швырнул патрон в агрессивного послина. Тот успел увернуться и нырнул под прикрытие консоли вспомогательного управления. Майк снял последнего обычного послина и прыгнул влево, выхватывая пистолет. Он поменял местами пистолет и меч, по-ковбойски перебросив из одной руки в другую. Он все еще надеялся сократить шум до минимума. Но не был уверен, остался ли в этом смысл, сверхзвуковой «бум» рэйлгана должен был быть слышен по всему зданию.

Внезапно послин прыгнул вверх на метр с лишним из своего убежища, трехмиллиметровые бусины отлетали рикошетом от более тяжелой кирасы Майка, отбрасывая его назад. Майк крутанулся на левой ноге, удары зарядов разворачивали его в контролируемом вращении, и метнул клинок. Метровой длины мономолекулярное лезвие просвистело в воздухе и вошло в грудь послина с шипением нагнетаемого воздушного шлюза. Послин содрогнулся, уронил рэйлган и упал на все четыре колена, кашляя желтой кровью.

Майк выхватил нож, пнул винтовку в сторону и отсек послину голову, для надежности. Он проверил комнату, но все послины были убиты, и его штурмовая команда уже рассредоточилась. Ему оставалось только пойти в направлении собственного вектора.

Самому себе Майк назначил обезопасить левый внешний фланг. Он подозревал, что в случае контратаки удар будет нанесен с этого направления, и предпочел управиться с ним сам.

Он захромал вперед, но скафандр уже начал процесс биомеханического ремонта. Медицинская система обнаружила местное поражение и обработала рану быстрозаживляющим составом, антибиотиком и кислородом. Внутренняя оболочка брони закупорила отверстие, остановила кровотечение и откачала пролившуюся кровь на переработку в пищу, воду и воздух. В то же самое время ремонтная система принялась восстанавливать внешнюю твердую оболочку, за один раз накладывая одну молекулярную заплатку. При наличии достаточного времени, энергии и материала системы саморемонта были способны полностью устранить даже крупные повреждения.

Когда О’Нил получше уяснил размеры комплекса, он приказал взводу перейти в комнату охлаждения, отправив сержанта Брекера прочесывать территорию. Еще три раза он натыкался на послинов, но ни разу больше одной твари, и никто не имел тяжелого оружия. Нормалы боролись храбро, но тщетно, одномиллиметровые заряды рэйлганов и дробовиков рикошетили от скафандра со звуком, напоминавшим стук дождя по металлической кровле. Им попался только еще один продвинутый нормал, его прикончили сержанты Визновски с Дунканом. Потерь не было.

К концу прочесывания Майк почувствовал себя измотанным напряженными часами боя. Спотыкаясь, он вернулся в комнату охлаждения реактора, где полные счастья саперы подключали бойцов к энергопитанию. Он встал в очередь и в конце концов рухнул в одно из маленьких кресел индоев.

— Как ситуация, сержант Грин? — прохрипел он.

Он не имел понятия, почему был так выжат, несмотря на Провигил-Ц. Он принимал участие в полевых испытаниях, которые длились дольше и были напряженнее их нынешних превратностей. Во время тестов он в течение семидесяти двух часов участвовал в виртуальном сражении и в конце был свеж как огурчик. Сейчас все выглядело так, словно Провигила вовсе и не было. Они чувствовали бы себя лучше, приняв обычный амфетамин.

— Осталось зарядить троих из штурмовой команды. — Сержант сам еле ворочал языком от усталости. — Мы нашли запас энергокристаллов, каждый имеет при себе минимум один. Мы на двенадцать минут отстаем от графика, даже измененного. Потерь личного состава нет, и мы собрали все оружие послинов. Но, сэр, парням страшно, и они чертовски устали, несмотря на эти Разбуди-Мертвого инъекции. Нам надо немного отдохнуть.

— Это последний перерыв, сержант, — констатировал О’Нил. Его глаза начали закрываться, и он глубоко вздохнул. Этого чертова Разбуди-Мертвого должно хватать на десять часов! — подумал он. — Нам необходимо выполнить задание. Когда зарядится последний, мы выступаем.

— Сэр, думаю, что вам следует переговорить с командованием насчет этого. Парни дошли до ручки. Посмотрите на них. — Он обвел рукой фигуры в скафандрах, обессиленно сидящие у стены. — Вы хотите повести их в бой? Им нужен минимум один час сна. Когда вы спросили там внизу под зданием, следует ли отдохнуть тогда или позже, вы дали понять, что это «позже» наступит.

— У нас нет нескольких часов, сержант, и нет времени спорить. Поднимайте людей.

— Не думаю, что они смогут, сэр.

— Вы имеете в виду, что не захотят.

— Да, сэр.

— Есть предложения?

— Нет, сэр, я не знаю, что тут сделать.

— Вы пойдете?

— Я… да, сэр, я пойду, но я ведь кадровый сержант. Я пойду в атаку на преисподнюю с ведром воды просто потому, что так приказано. Эти солдаты только что пережили гибель своего батальона, и их боевой дух низок. Не думаю, что они захотят. Думаю, они находятся за пределами любой мотивации.

— О, как мало веры в вас. Частота взвода. Бойцы, послушайте, дело такое. Покажи карту… — Мишель изобразила карту на экранах всех шлемов, кроме членов штурмовой команды, все еще не добравшихся до комнаты контроля охлаждения реактора.

— Это карта местности, — сказал Майк, обозначив несколько ориентиров, которые солдаты могли узнать. — Видите синий карман? Мишель, поярче, — это остатки бронетанковых сил НАТО, и они окружены. Мы собираемся выручить их. — Послышался отчетливый стон недоверия.

— У них осталось мало времени, поэтому нам надо добраться туда быстро. Мы сделаем это непривычным способом. Когда вы были наверху, вы заметили, что здания стоят близко друг к другу? И что все крыши расположены на одном уровне? Итак, они все одинаковы и достаточно близко друг от друга, чтобы боец в броне мог перепрыгнуть с одной крыши на другую. Вот как мы собираемся передвигаться.

Мы поднимемся на крышу и прыжками доберемся до окруженного кармана в два раза быстрее. Затем заминируем все чертовы здания вокруг и обрушим их прямо на послинов. Мне обещали подбросить оружие и боеприпасы по пути, — продолжал он среди угрюмого молчания, — и мы организуем это рандеву. Проще простого. Я понятно объяснил?

Сержант Визновски сел последним на подзарядку, когда уровень энергии Майка достиг максимума. Молчание.

— Я спросил: я объяснил понятно?

— Да.

— Конечно.

— Да, сэр.

Майк оглядел скафандры. Вялые позы ясно говорили об усталости и нежелании.

— Я спросил: понятно ли я объяснил?

— Да, сэр, — усталым хором ответил взвод.

— Простите, мой ПИР, должно быть, барахлит, — сказал он и покрутил пальцем сбоку шлема, как бы прочищая ухо. Мишель услужливо воспроизвела скрипучий звуковой эффект. — Я вас не СЛЫШУ.

— Да, сэр! — В общем хоре слышалась злость, перекрывавшая, с точки зрения Майка, усталость или ослиное упрямство. Теперь направить злость в нужное русло.

— До этого момента мы стояли раком и подставляли зад, — заявил он. — Мне это не по нраву, да простят меня наши политики, свободные от сексуальных предрассудков. И какова бы ни была ваша сексуальная ориентация, не думаю, что кому-то здесь нравится, когда трахают его зад.

— Сейчас я лично обещаю вам, — он понизил голос до зловещего шепота, — и в случае, если вы не заметили, я, может быть, и засранец, но я знаю, что делаю. И держу свое слово. Вот что я обещаю, и ничего больше. Эту операцию мы засунем послинам в зад, причем поперек. Это я гарантирую. Я не гарантирую, что кто-то из нас сможет это увидеть. Это не входит в условия сделки, — прошипел он. — Итак, чтобы это сделать, мы собираемся встать на наши чертовы ноги и пуститься в пляс с дьяволом. Мы можем вести в танце, а можем следовать. Но плясать будем точно, это ясно? — прошептал он.

— Да, сэр.

— Черт возьми, перестаньте пищать, словно куча хреновых баб! — заорал он.

— Да, сэр!

— Что мы собираемся делать?

— Драться?

— Получить пинка в зад?

— Дать кому-то в зад?

— Мы отправляемся плясать, сэр, — сказал Визновски, отсоединяясь от энергосистемы.

— Мы собираемся плясать. Итак, что мы собираемся делать?

— Мы собираемся плясать, сэр.

— Черт возьми…

— МЫ СОБИРАЕМСЯ ПЛЯСАТЬ, СЭР! — громыхнули они.

— С КЕМ МЫ СОБИРАЕМСЯ ПЛЯСАТЬ?

— С ДЬЯВОЛОМ!

— БУДЕМ ВЕСТИ ИЛИ СЛЕДОВАТЬ?

— МЫ БУДЕМ ВЕСТИ!

— ЧЕРТОВСКИ ВЕРНО! РАЗВЕДЧИКИ, ВПЕРЕД!