Лили с благоговением смотрела на спящего у нее на руках младенца. Он просто ангел. Сердце ее щемило от того, какой он крошечный и совершенный. Она просто не в силах была оторвать от него взгляд.

Он появился на свет так неожиданно. К тому времени, когда они приехали в больницу, схватки уже начались. Но все прошло хорошо, и малыш родился в полдесятого вечера, вполне здоровый, весом шесть фунтов.

Вито все время был рядом, помогал ей и подбадривал. И точно знал, когда помассировать спину или прошептать на ухо успокаивающие слова. Ни на миг он не отходил от нее, вплоть до настоящего момента, когда она отправила его позвонить дедушке.

Дверь к ней в палату открылась, и Лили подняла глаза, ожидая увидеть Вито. Однако это был врач.

—Полагаю, малыш уже немного поел, — сказал доктор. — Это хорошо. Он вполне здоровый и сильный парень. Но, боюсь, необходимо побеспокоить его, чтобы взять пробу крови.

—Для чего? — поинтересовалась Лили.

—Думаю, лучше как можно скорее выяснить, не унаследовал ли он отцовскую редкую группу, — пояснил врач, полагая, видимо, что ей известно, о чем речь.

—Я не понимаю, о чем вы говорите, — сказала Лили, прижимая к себе крошечное тельце.

В этот момент вернулся Вито, и она уставилась на него, чувствуя подступающую волну паники.

—Я как раз объяснял насчет ситуации с вашим типом крови, — произнес врач, подходя к кровати.

—Вы не объясняли. — Лили переводила встревоженный взгляд с одного на другого. — Вы просто сказали, что надо для чего-то взять пробу.

—Простая предосторожность, — старался успокоить ее доктор, раскладывая необходимые инструменты на подносе.

—Почему ты не сказал мне об этом? — Лили метнула взгляд на Вито.

Он стоял, прямой как шомпол, с выражением лица, которое невозможно было прочесть, но Лили и сама знала ответ на свой вопрос. Вито не сказал ей, потому что сравнивать его кровь с кровью чужого ребенка не имело смысла.

—Наверняка он просто не хотел волновать вас, — проговорил доктор. — Маловероятно, чтобы младенец унаследовал это.

—А что, если унаследовал? — Страх разрывал Лили на части.

—Ну, как вы сами прекрасно знаете, ваш муж здоров как бык. Это становится проблемой лишь в случае, если нужно переливание крови.

—И что происходит тогда? — спросила Лили.

—Труднее найти подходящую донорскую кровь. Поэтому мы должны быть подготовлены, чтобы не было сюрпризов в тот момент, когда они нам ни к чему. — Он протянул руку и мягко снял одеяло с малыша. — Если вы подержите его, я постараюсь, чтобы это было как можно менее болезненно.

Лили сделала глубокий вдох и опустила младенца на колени. Она развернула одеяльце, чтобы доктор мог взять пробу крови.

Когда иголка проколола тонкую кожицу, малыш открыл глазки, а потом протестующе закричал. Лили почувствовала, как нижняя губа у нее задрожала, и прижала сына к себе. Невыносимо видеть, как ее малыш плачет.

—Отнесу анализ в лабораторию, — сказал доктор и ушел.

—Лили... я... — Вито стоял с ней рядом, но она не смотрела на него.

Впервые она расслышала неуверенность в его голосе, но потом все ее внимание вновь обратилось на новорожденного малыша.

—Оставь меня, — сказала она, чувствуя себя так, словно ее ударили в живот.

Лили подняла глаза. Взгляд Вито был встревоженным, но она была слишком зла на него, чтобы задумываться над этим.

—Твоя гордость сделала тебя эгоистом. Не могу поверить, что ты оказался настолько надменным и упрямым! Из-за своего неверия в меня ты проигнорировал нечто важное для здоровья нашего ребенка!

* * *

Вито мерил шагами кабинет, то и дело поглядывая на свой факс в ожидании, когда тот заработает.

Он провел ужасную ночь. Худшую ночь в своей жизни — даже тяжелее, чем тогда, в марте, когда он выгнал Лили из дома. Тогда он был расстроен, но сосредоточил свой гнев на ее измене. Тогда он не сомневался в своих решениях и поступках.

Теперь же все иначе. Его демоны крадутся следом за ним по комнате, безжалостно сокрушая так безупречно выстроенную оборону.

Что, если он ошибся? Ошибся во всем?

Эта мысль, постоянно преследуя, терзала его мозг. Он пытался отвергнуть ее, как всегда безапелляционно отметал все заверения Лили. Но теперь, кажется, она наконец пробилась к нему.

Что, если на самом деле он отец ребенка?

Внезапно зажужжал факс. Вито прирос к месту, наблюдая, как выползает лист бумаги.

Копия результатов его обследования.

Тогда, когда доктора вынесли ему приговор, он так и не прочитал эту бумагу сам. Ему хватило презрительного взгляда на лице Каприции. Его гордость не вынесла бы, если бы он увидел позорную бумагу. И ему никогда не проходило в голову пройти повторное обследование. Для него испытать это унижение еще раз было просто невыносимо.

Протянув руку к факсу, Вито заколебался, чувствуя, как кровь стучит в висках.

Страх от того, что он может прочесть, облил его холодом с ног до головы.

Подтвердят ли результаты его правоту? Или обнаружится, что Лили говорила правду, и в таком случае на него обрушится груз вины за то, как непростительно он обращался с ней, когда она этого не заслуживала? И что ее чудесный малыш — его сын?

Сердце заколотилось в груди, а ладони стали влажными. Он взял документ и взглянул на него.

«Результаты: высокая способность к оплодотворению».

Лили, лежа на боку на больничкой койке, наблюдала, как новорожденный малыш спит в кроватке. Ей тоже можно было бы поспать, но сон не шел.

Вито после того, как она попросила его уйти, больше не возвращался. Она не знала, чего ожидать, так как мысли ее разбрелись в стороны. Но несмотря на то, что он снова не поверил ей, хотелось, чтобы Вито был рядом.

Она не могла не думать о том, каким внимательным он был во время родов. Больше нельзя было и желать. Это же должно что-то значить. Пусть он ее не любит, но, быть может, она все же хоть немного небезразлична ему.

Но она прогнала его.

Лили закрыла глаза, желая, чтобы пришел сон и облегчил ее страдания. Внезапно послышался какой-то тихий звук, и в голове мелькнула мысль, что это Вито.

Она повернулась на спину и попыталась сесть, но тело еще болело после родов. Вито в один миг оказался с ней рядом и заботливо помог принять удобное положение.

—Спасибо. — Она взглянула на него, и глаза ее расширились от удивления: лицо его было болезненно-бледным и удрученным.

—Прости, — проговорил он низким, хриплым голосом, словно ему было трудно говорить.

—За что? — спросила она.

—За все. За то, как обращался с тобой. За то, что не верил тебе. За то, что заставил выйти за меня, хотя замыслил этот брак лишь как временный.

—Теперь ты мне веришь? — спросила Лили, глядя на страдальческие морщинки, прорезавшиеся вокруг глаз.

—Да. Я сегодня поднял врача Каприции с постели ни свет ни заря и заставил прислать мне факсом копию результатов моего обследования.

—Не понимаю, — проговорила Лили. Она старалась не обращать внимания на волну печали, которая омыла ее, когда стало понятно, что не она убедила Вито, а обращение к врачу Каприции. — Какое это имеет значение? Ты же видел эти результаты несколько лет назад.

—Я никогда сам их не читал, — признался Вито.

Лили ошеломленно уставилась на него, не в силах скрыть своего потрясения. Он, кажется, даже поморщился от стыда.

—Ты никогда не читал их? — ахнула она.

—Нет. Я был убит горем. Потрясен. Все мои мечты стать отцом и продолжить род Сальваторе разбились. Это казалось мне самым страшным унижением.

—Почему она так поступила? — спросила Лили. — Что заставило Каприцию так солгать тебе?

—Не знаю, — отозвался Вито. — Я всю ночь ломал над этим голову, пытаясь понять. Единственное объяснение всему — это то, что она не хотела детей.

—Думаю, так и есть, — кивнула Лили.

Лили вспомнила слова Джованни о первой жене Вито. Старик раскусил ее гораздо раньше внука.

—Должно быть, больно сознавать, что женщина, которую ты любил, так обманула тебя.

—Не знаю, насколько уместно тут слово «больно». Я страшно зол. Из-за нее я так сильно обидел тебя.

—Тебе следовало самому прочесть результаты, — пробормотала Лили. Она не могла не заметить, что Вито не отрицал, что любит Каприцию — женщину, которая так поступила с ним. Почему-то от этого на душе стало горько.

—Прости, — снова сказал Вито. — Я вел себя как последний идиот.

Лили печально посмотрела на него, проглотив комок в горле. Он жертва злого обмана. Если бы Каприция не обманула его, Вито никогда бы не обращался с ней так.

Но во всем этом нет ее вины. Единственная ее ошибка заключается в том, что она полюбила Вито.

—Для меня ничего не изменилось, — с несчастным видом проговорила она. — Ты никогда не верил мне. Только когда увидел бумажку.

—Вчера кое-что изменилось. Я увидел страх на твоем лице, когда доктор брал кровь на анализ. — Вито сделал глубокий дрожащий вдох и взъерошил рукой волосы.—Я провел ночь в мучительных терзаниях. Как только до меня дошло, что ты могла говорить правду, мне отчаянно захотелось, чтобы это было так. Но после развода с Каприцией я так долго отвергал свои чувства, и было почти невозможно выбраться из привычной колеи.

Признание Вито взволновало Лили, но было так тяжело слушать, как он подавлял свою горечь после ухода Каприции.

—Ты, должно быть, очень сильно любил ее.

—Каприцию? — Вито удивленно взглянул на Лили.

Ее карие глаза казались огромными на бледном лице, что лишь подчеркивалось темными кругами усталости. Она сейчас выглядела такой маленькой и уязвимой, что грудь болезненно сдавило.

—Не думаю, что когда-нибудь любил Каприцию, — сказал он.

—Тогда почему ты женился на ней?

—Я был молод, — объяснил Вито. — Она была очень красива. Венецианка. И в то время я глупо полагал, что из нее получится хорошая жена и мать.

Он никогда не умел разбираться в людях. Парадокс, но в бизнесе он редко допускал промашки, зато в личной жизни все, что он ни делал, было ошибочно.

До тех пор пока однажды не настал в его жизни момент удачи, когда он встретил Лили. И тогда он принялся своими руками разрушать и это.

—Прости. Я все испортил, — он покаянно опустил голову. — Не было необходимости принуждать тебя к этому. Я женился на тебе, когда не нужно было этого делать.

Внезапно он увидел в ее глазах слезы. Когда они потекли по щекам, в груди у него защемило так, словно кто-то вырвал оттуда сердце.

—Не плачь, — взмолился он, присаживаясь на край кровати и беря ее руки в свои. Они были ужасно холодными. — Я знаю, что мы женаты, но все равно боюсь тебя потерять.

—А как же твой дедушка? — спросила она неровным от слез голосом.

Вито держал ее руки, нежно согревая их своими ладонями. И вдруг его мозг пронзила простая мысль, от которой все сразу встало на свои места.

Лили для него важнее, чем дедушка.

Его желание позаботиться о счастье Джованни в его последние дни все еще очень сильно. Но не ценой счастья Лили.

—Дедушке не обязательно знать, — осторожно сказал он. — Ты дала ему наследника, которого он хотел, и свою дружбу, что тоже очень ценно. Я не могу просить тебя отказаться от своей жизни.

Он взглянул в это родное печальное лицо, и сердце сжалось при виде ее страданий. Внезапно показалось самым важным избавить Лили от этой печали.

—Не плачь, — попросил он, наклоняясь, чтобы поцелуем стереть соленые слезы, текущие по щекам. — Ты устала. Отдохни, а потом мы все уладим.

—Как мы можем все уладить? — всхлипнула она. — Я больше не нужна тебе. Никогда не была нужна.

—С самой первой нашей встречи я понял, что ты должна стать частью моей жизни.

Он обхватил ее лицо ладонями и заглянул в озадаченные глаза. Она перестала плакать и в замешательстве глядела на него.

И тут его осенило.

Истина внезапно открылась ему, и это было как удар в солнечное сплетение. Он любит ее.

Всегда любил. Потому ее беременность так больно ранила его, потому он вынудил ее выйти за него и потому мысль о том, чтобы отпустить ее сейчас, резала больнее ножа.

Он с шумом выдохнул и улыбнулся.

—Что? — прошептала она, с тревогой заглядывая ему в лицо. — Что такое?

—Я люблю тебя, — сказал он.

—Но...

Лили уставилась на него, не в силах поверить в то, что слышит. Откуда это взялось? Минуту назад он сказал, что собирается развестись с ней. Чего и стоило ожидать теперь, когда он наконец поверил, что не бесплоден.

Так почему же он сказал, что любит ее? Может, она неправильно расслышала?

—Я люблю тебя! — горячо воскликнул он, с силой прижимая ее к себе. — О, мой бог! Почему я только сейчас это понял?

—Этого не может быть.

Лили не могла позволить себе тешиться пустыми надеждами. Должно быть, это чувство вины заставило его на какое-то время лишиться разума.

—Может. И есть. — Вито нежно обхватил ее лицо, и его взгляд проник ей в сердце.

—Но...

Лили не знала, что сказать. Она глядела в его небесно-голубые глаза, пытаясь подавить радостный трепет, зарождающийся в ней. То, что она жаждала услышать так долго, теперь казалось ей нереальным.

—Почему ты говоришь это сейчас?

—Потому что только сейчас это осознал, — произнес Вито. — Думаю, я был настолько закрыт для своих чувств, что мне понадобилось много времени, чтобы понять правду, хотя она все время смотрела мне прямо в лицо.

—Что ты имеешь в виду? — спросила Лили.

—Тогда, весной, когда ты пошла к врачу, я сильно беспокоился о тебе. Ты вернулась домой ужасно бледная, и я испугался, что с тобой что-то серьезное. — Вито перевел дыхание. — Эта мысль была невыносима. Она резала меня как нож.

—Я этого не знала, — отозвалась Лили, — но помню, как добр и внимателен ты был ко мне. Пока...

—Пока я не потерял разум от ревности. Я не мог вынести мысли о тебе с другим мужчиной. Думаю, я на какое-то время просто лишился рассудка.

Лили с нежностью взирала на него, видела морщинки боли и страдания, прорезавшие его лицо.

—Ничего, — сказала, — все обернулось хорошо.

—Спасибо Луиджи, — сказал Вито. — И твоей подруге Анне.

—Я бы справилась и сама.

—Знаю, — серьезно согласился он. — Ты очень сильная. Когда я думаю о том, как ужасно с тобой обращался... прости.

—Пожалуйста, перестань повторять это, — попросила Лили, прикладывая ладонь к его груди. Она почувствовала, как под рукой бьется сердце, и сила этого ритма дала ей надежду. — Мы не можем повернуть время вспять. Давай идти вперед, не оглядываясь.

—Ты останешься со мной? — спросил Вито? — Дашь мне еще один шанс?

—Конечно, да, — сказала Лили, чувствуя, как глаза наполняются слезами счастья.

—Почему ты плачешь? — Вито наклонился вперед, чтобы стереть подушечкой пальца влагу с ее щеки.

—Потому что я тоже люблю тебя, — ответила Лили. — Всегда любила.

Улыбка невероятного счастья осветила лицо Вито, и в следующее мгновение он уже снова прижимал ее к груди.

Лили обнимала его так крепко, будто никогда не собиралась отпускать. В этот момент из детской кроватки раздался тихий плач.

—Он проснулся! — Голос Вито был наполнен любовью и гордостью.

Отпустив жену, он подошел к кроватке и взял сына на руки. Лили со счастливыми слезами наблюдала за ними.

—Врач сказал, что он все-таки унаследовал твою группу крови.

Вито нахмурился.

—Я надеялся, что ему достанется твоя кровь.

Лили успокаивающе улыбнулась.

—Беспокоиться не о чем. Врач заверил, что это не будет проблемой. Просто надо знать об этом, вот и все. — Она мгновение помолчала. — Я думала, ты будешь рад получить доказательство своего отцовства.

—Оно не нужно. — Вито повернулся и серьезно посмотрел на нее. — Все необходимые доказательства у меня здесь, — сказал он, приложив руку к сердцу.

Лили почувствовала, как губы ее снова задрожали, а глаза наполнились слезами.

—Я люблю тебя, — прошептала она.

—И я тебя, — отозвался Вито.

Всем сердцем и душой.