«Проснись! Ну же!» Фист тряс Джека за плечо.

«Что? Какого черта?!»

Голова Джека еще раскалывалась от наплыва чужих воспоминаний, а программы Пантеона еще распаковывались, устанавливаясь в его разуме и психике.

«Внуб! Налет! Они явились за нами!»

Джек рывком сел. Комната вокруг закружилась. На мгновение он ощутил себя женщиной, закутавшейся в мягкие простыни в комнате роскошного кондоминиума в Доме. Однако черная звездная лужа под ногами вернула его к реальности. Призрак Корасон покинул разум. Но Заря – осталась. Убогая отельная мебель показалась верхом изящества.

«Джек, надо сматываться. Вдруг они узнают, что я не в клетке?»

«Как узнают? Доложи обстановку».

«Вижу Лестак и три команды захвата. Две спереди, одна позади. Занимают позиции. Минута – и окажутся в комнате».

«Уходим!» – скомандовал Джек.

Вчера он отключился, не раздеваясь. Потому времени не терял: выскочил за дверь, метнулся по коридору. Фист бросился следом.

«Запасной выход где?» – выдохнул Джек, запыхавшись.

«Прямо впереди служебная лестница!»

Она оказалась крутой и узкой. Стены были испятнаны темным до высоты плеч. Хозяин с паяцем подбежали к пожарной двери, Джек приоткрыл ее, увидел длинный, тесный заулок. Ярко светила луна, и в конце заулка виднелись три силуэта.

«Джек, это бригада захвата».

«Ты можешь вырубить их из сети?»

«Могу, но ты ведь знаешь процедуру. Если они не отзовутся на перекличке, сработают все тревоги сразу».

«Вот дерьмо!»

«Могу залезть им в головы и закатить шарики за ролики», – предложил паяц.

«Не хочу калечить людей».

«Ой, как трогательно! А как насчет подарков от Зари? Там может оказаться и полезное».

Джек сосредоточился на боли, по-прежнему раздиравшей мозг. Ощущение было словно тычут в свежую рану палкой. Но паяц оказался прав: Джек натолкнулся на след, а идя по нему, открыл совершенно новый способ быть собой. Поставленные Зарей программы Пантеона заполнили лимфатическую систему, аккуратно переписали поведение, жесты, движения, интонацию и манеру говорить. Появился переключатель, регулирующий уровень «доминирования», а рядом с ним регуляторы «влиятельности», «обаяния», «запоминаемости». Мысленный приказ загнал их все на сто процентов. Затем Джек выпрямился, распахнул дверь и пошел прямиком к ожидающим полицейским.

«Джек, бога ради, нас поймают! – всполошился Фист. – Ты уверен в том, что делаешь?»

Увидав Джека, полицейские вскинули оружие. Один уже начал было мысленно отдавать приказ, но Джек Форстер просто скомандовал: «Стоп!» Полицейские увидели его лицо, услышали голос, и на их восприятие наложилась небольшая модификация. Сетевые оболочки заставили полицейских видеть в Джеке необыкновенную, совершенную красоту. Все трое застыли, разинув рты. Один уронил пистолет. Другой обмочился.

«Впечатляет!» – хихикнул Фист.

Джек подошел, коснулся первого, желая оттолкнуть в сторону. Полицейский упал на колени, не сводя с Джека глаз, сходя с ума от нечеловеческого наслаждения. Второй пятился, с разинутым от восторга ртом. Язык вывалился, с него текла струйка слюны. На третьего подействовало слабее. Он пытался что-то сказать, чуть не задыхаясь от усилия. «М-м-можно ваш автограф?» – наконец выдавил полицейский и умоляюще протянул к Джеку руки.

– Автограф?! – Форстер отшатнулся.

«Оставь ты этих кретинов! – скомандовал паяц. – Выходи отсюда и поверни направо. Живо!»

Джек побежал, установив параметры божественных программ на ноль. Но троим оставленным позади это уже не помогло. Их сломало. Послышался жалобный крик: «Автограф!!!»

«Фист, что произошло?»

«Подействовал божий дар. Теперь – не думай, а беги со всех ног. БЕГИ!»

И они затерялись в Доке. Часом позже Джек грелся, обхватив ладонями чашку кофе в маленьком кафе в Неон-Куотер. Сиденье привинтили слишком высоко, пришлось нагибаться. Фист взломал сетевую оболочку прохожего и заплатил с его счета за кофе. Паяц заказал и сэндвич с беконом. Джек слышал, как тот шкворчит на плите за стойкой.

«Кстати, а зачем вообще платить-то? – проворчал паяц. – Со штуками, которые Заря поставила в тебя, можно все брать задаром».

Он окинул насмешливым взглядом прислонившуюся к стойке официантку и уточнил: «Все и всех». Джек обрадовался тому, что девушка не могла видеть паяца.

«И какие же штуки поставила Заря?» – поинтересовался он.

Фист не только взламывал все напропалую – он тщательно проверял перемены в базовых системах хозяина, пытаясь понять, как же изменили их поставленные богиней программы. Джек еще ощущал переключатели, но после случившегося в переулке нервничал и не хотел трогать их снова.

«Первоклассные штуки! Ты теперь „звезда“ Пантеона. Они безо всяких ограничителей, ты можешь что угодно. Без преувеличения. Сам же видел, что стало с теми костоломами у отеля. Ах, смачно! Может, попробуешь на мякише?»

Джек слишком устал, чтобы пререкаться с Фистом. Чересчур много смертей в одни сутки. Форстер видел дыру в голове Нихала и кровавое месиво под колесами. Ощущал, как последние проблески сознания Корасон растворяются в пустоте. Богиня во гнала пулю в разум Джека. А он сломал рассудки троих человек, настолько очаровав и подавив их, что они забыли о себе. Хоть бы они поправились…

«Крутая штука, а? Лупит и программно, и прямо в мясо. Эти мордовороты из Внуба не скоро очухаются».

«Не представлял, что такое возможно».

«Давай-ка попробуй на ней, а?» – предложил Фист, глядя на приближающуюся к ним официантку.

«Нет».

Она подошла к ним, держа на ладони сероватую тарелку. Сетевые знаки нацарапаны дешевым маркером прямо на униформе. Чернила поблекли, сделались синюшными. Белокурые волосы собраны в неряшливый толстый пучок, заколоты булавкой с сетевым символом.

«Фист, что у нее за символы?»

«Шмотки от третьеразрядного дизайнера. И добавка к очарованию. Джек, покажи-ка ей, что такое настоящий шарм!»

Хотя все программы Зари и были отключены, Джек боялся того, что девушка вдруг безумно увлечется им. Потому он не решился посмотреть на нее, пока она ставила тарелку на стол. Он сгорбился, плотнее запахнул плащ и, уставившись в стол, пробормотал: «Спасибо». Девушка пожала плечами и отвернулась.

«Эх, упустил шанс!»

«Заткнись».

Джек проглотил сэндвич в мгновение ока, хоть тот и был почти безвкусным: хлеб – просто мягкое тепло во рту, бекон – чуть горячее и хрустящий. Фист загрузил хозяина на вкусовой сервер кафе, но еда от этого аппетитнее не стала.

«И что теперь?» – осведомился паяц.

«Заляжем на дно. Спрячемся от Внуба до ночи. А тогда навестим старого друга».

«Ахматова?»

«Именно», – подтвердил Джек.

«У тебя есть вопросы к нему?»

«Да. Я видел, как убили Корасон. Ахматов был там».

«Он убил?»

«Нет. Стреляла синеволосая женщина с таможни. Она же застрелила Нихала».

«Думаешь, это Ямата?» – спросил Фист.

«Я не помню ее такой. Но она могла переменить не только сетевую оболочку. Потому – да, она может оказаться Яматой».

«Ох, как здорово; может, мы наконец-то выйдем на ее след. А когда будешь допрашивать Ахматова, наверное, захочешь, чтобы я малость подсобил?»

«Да, Фист. Очень даже захочу».

Паяц прильнул к Джеку. Сперва попытался обнять за талию, но не смог и вцепился в предплечье, плотно охватив его руками. Фист никогда прежде не выдавал так своих чувств к хозяину – разве что выказывал дружелюбие пополам с добродушным презрением. Нависшая над ними смертельная опасность изменила Фиста. Он и помогать стал гораздо больше. Любопытно, насколько глубока перемена и надолго ли ее хватит? И можно ли доверять ей?

«Я добуду тебе все ответы! – пообещал Фист. – Буду злым копом. А ты можешь нанести ему удар своим шармом. Станешь добрым полицейским».

Он хихикнул:

«Наидобрейшим! Ах, жду не дождусь. Умру от скуки до вечера».

«Скучать не придется. Нельзя позволять Внубу взять наш след. Потому будем двигаться. Еще платить надо?»

Фист отрицательно помотал головой.

«Тогда пошли».

«А как насчет Гарри?»

«С ним встретимся, когда появятся результаты».

Остаток дня они провели, бродя по улицам Дока. Фист не отставал от хозяина: то шел рядом, то плыл в воздухе, то и дело забираясь в уличные системы наблюдения и портя записи. Он болтал без умолку, радуясь избавлению от клетки. Джек отмалчивался. Они случайно забрели к школе, где он учился в детстве. Его обуяла ностальгия. Между крыльями школьного здания располагалась игровая площадка, отгороженная от улицы проволочной сеткой.

«Дерьмовая дыра», – определил паяц.

«Мне здесь было хорошо».

В свое время Джеку стоило большого труда признать это. Он старался изо всех сил оставить Док за спиной. Даже отказался приводить сюда Андреа. А теперь учеба в этой школе казалась обыкновенным, ничуть не зазорным фактом биографии.

«Легко же тебе потрафить», – хмыкнул Фист.

Была перемена, и дети играли во что-то наподобие футбола. Две кучки детей вопили и гоняли мяч. Кто в какой команде – непонятно. Но увлеченно играют все.

«Я был в таком же возрасте, как ты сейчас», – заметил Джек.

«Вот еще! Мой мозг работает гораздо быстрее твоего, – фыркнул Фист. – Мне не семь лет, а гораздо больше!»

«В самом деле?»

Одна команда, похоже, готовилась забить – но тут прозвучал свисток, и игра прервалась. Мальчик с мячом угрюмо выругался и отшвырнул мяч пинком. Команды разбились на мелкие группы. Одни радостно убежали, другие остались, раздраженные и злые.

«Что, перерыв закончился? – спросил Фист. – Хотел бы я, чтобы он забил. Как раз начиналось самое то».

«Закончился не перерыв, а лицензионное время».

«Что?!»

«Детская версия лицензии Пантеона. Нельзя просто играть в игру, нужно брать в пользование правила у Близнецов. Это недешево. Школа вроде этой не может позволить себе долгое пользование».

«А почему бы детям не играть самим по себе?»

«Кража интеллектуальной собственности. Большой штраф», – пояснил Джек.

«Господи, неудивительно, что Тотальность взбунтовалась!»

«Когда я был в их возрасте, мне это казалось разумным».

Они постояли еще несколько минут, глядя, как дети наспех выдумывают новые игры, затем носятся двору, пытаясь играть в них. Фист глаз не мог оторвать от зрелища, смотрел, вцепившись в сетку. А Джек подумал о том, кем была Андреа и кем стала. Жаль, что раньше, в недосягаемом прошлом, он не пришел с ней сюда, посмотреть на играющих детей.

«Пойдем», – сказал он.

«Ну-у, еще немного…»

«Фист, нам надо перемещаться».

Он подумал о храме Зари. Тоже ведь памятник утратам. Затем вспомнилась смерть Корасон. Мысли о ней приходили постоянно, как Джек ни старался их отогнать. А попытка забыть казалась предательством. Он шел все быстрее, раздраженно шагая по улицам Дока, словно пытаясь отшвырнуть их назад, в прошлое. И убежать в будущее – туда, где кукловод и его паяц не окажутся бессильными перед жизнью, временем и крадущими их богами.