Парк

Элеанора отвела пряди волос с лица и сжала их в кулаке. Словно это помогало собраться с мыслями.

— Я должна уехать, — сказала она.

Теперь она рассуждала более осмысленно. И смотрела на Парка, а не сквозь него. И все же казалось: кто-то перевернул мир с ног на голову и трясет его.

— Может, тебе завтра поговорить с мамой? — спросил он. — Утром все часто выглядит иначе.

— Ты же видел, что он написал на моих учебниках, — сказала она спокойно. — Думаешь, я могу там остаться?

— Я… я просто не хочу, чтобы ты уезжала. Куда ты поедешь? К отцу?

— Нет, я ему не нужна.

— Но если ты объяснишь…

— Я ему не нужна.

— Но тогда… куда?

— Не знаю. — Она глубоко вдохнула и расправила плечи. — Дядя приглашал меня пожить у него летом. Может, он позволит мне приехать в Сент-Пол пораньше?..

— Сент-Пол? В Миннесоте?

Она кивнула.

— Но… — Парк посмотрел в глаза Элеаноре.

Она уронила руки на стол.

— Я знаю, — прорыдала она, подавшись вперед. — Я знаю…

В трейлере не было места, чтобы пододвинуть к ней табурет. Так что Парк просто опустился на колени и стянул Элеанору на пыльный линолеум.

Элеанора

— Когда ты уезжаешь? — спросил он. Убрал ее волосы с лица и откинул назад.

— Сегодня. Я не могу вернуться домой.

— Но как доберешься до Сент-Пола? Ты звонила дяде?

— Нет. Не знаю. Думаю, сяду на автобус.

Элеанора собиралась ехать автостопом.

Она дойдет до шоссе на границе штатов, а потом поднимет большой палец, тормозя микроавтобусы и минивэны. Семейные машины. Если ее не изнасилуют и не убьют и не продадут в рабство, в районе Де-Мойна она позвонит дяде. Он приедет за ней — хотя бы затем, чтобы вернуть домой.

— Тебя не пустят в автобус одну, — сказал Парк.

— Есть план получше?

— Я тебя отвезу.

— На автовокзал?

— В Миннесоту.

— Парк, твои родители ни за что не позволят…

— Поэтому я не буду спрашивать.

— Отец тебя убьет.

— Нет, просто накажет.

— На всю жизнь.

— Думаешь, мне сейчас есть до этого дело? — Он взял ее лицо в ладони. — Ты думаешь, мне сейчас важно что-то кроме тебя?..