Время обеда 31 декабря. Великий Мусороворот (500 миль к западу от Калифорнии).

(Соответствует раннему утру 1 января в Китае и на Филиппинах).

Турбовинтовой «Antae» — ремейк модели 1965-го — 60-метровый авиатранспорт весом примерно 200 тонн, снизил скорость и будто пополз по воздуху, приближаясь к ВПП, диагонально пересекающей открытую палубу гига-тетрамарана «Эридан». Публика на диспетчерской башне затаила дыхание. Все рассчитано, однако, беспокойство в таких ситуациях всегда остается до последнего момента…

…Касание основными шасси на первом маркере полосы.

…Пробег почти полкилометра с энергичным торможением.

…Остановка. Оглушительный рев турбин переходит в ленивое урчание и затихает.

…Аплодисменты экипажу, самолету, и киберу-монитору (без него была бы нереальна оптимизация летных параметров для лэндинга такого монстра на короткую полосу).

Шеф-капитан Райан Бергхэд (бывший командующий Тихоокеанского флота США, 4-звездочный адмирал в отставке) снял фуражку, пригладил ежик седых волос, и надел фуражку обратно, после чего произнес:

— К тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь.

— Библия, Екклесиаст, глава первая, — сказал отставной вице-адмирал Хьюго Ледроад, в недавнем прошлом — начальник службы разведки Тихоокеанского флота США, а ныне региональный директор формально-частной аналитической группы AGstrend.

— Шеф Райан, а к чему это про реки из библии? — спросил старший диспетчер вахты.

— Понимаешь, Аткинс… — тут Бергхэд поправил свою фуражку, — …Начинается Третья Холодная война, почти как две предыдущие. Те же игры, те же игрушки. В частности, тяжелые авиатранспорты, непонятно чьи ядерные тесты в космосе, китайские военные маневры вблизи соседних стран, обмен дипломатическими любезностями в стиле: мы превратим ваши города в радиоактивный пепел, и обвалы биржевых котировок, очень красиво подготовленные, чтобы кто-то снимал 11-значный навар на фьючерсах.

Старший диспетчер почесал в затылке и предположил.

— Может, все холодные войны затеваются ради этого навара?

— Вот это хороший, правильный вопрос, — одобрил Бергхэд, — хотя, навар снимается не только на бирже. Вот, Хью может оценить навар на экстренных военных заказах.

— На год, — сказал экс-вице-адмирал Ледроад, — по прогнозу: 400 миллиардов долларов дополнительно к ранее прогнозировавшемуся мировому уровню.

— Мистер Ледроад, а ранее прогнозировавшийся уровень, это сколько?

— Это примерно 1900 миллиардов.

— Вот, чума, — старший диспетчер покачал головой, — это адски много.

— Это, — сказал Ледроад, — пока не адски много. Но если холодная война нагреется, то получится действительно адски много.

— А-а… — протянул диспетчер-ассистент, — …Нагреется, это как?

— Это вот как: парень, ты слышал про атомную войну?

— Хью, — вмешался Бергхэд, — хватит пугать людей. Пойдем лучше, выпьем за лэндинг первого сверхтяжелого самолета на полосу великого мусороуборочного комбайна.

Около парковки, куда выехал турбовинтовой «Antae» с полосы, уже были выставлены раскладные столики, и открыты бутылки с пиратским шампанским из Меганезии. Для свободной вахты авиа-сервиса начался мини-банкет, а текущая вахта была на очереди, занимаясь сейчас выгрузкой контейнеров через рампу из трюма самолета. Емкость его трюма составляла 16 TEU (стандартных 20-футовых контейнеров), но в этом рейсе он должен был перевести восемь стандартных и три сдвоенных (40-футовых)…

…Точнее, так должно было быть по листу заказов.

…А по упаковочному листу получалось восемь стандартных и четыре сдвоенных.

Тут Райану Бергхэду пришлось оторваться от фужера с шампанским ради экстренного служебного расследования относительно лишнего 40-футового контейнера. Согласно регламенту расследования, сначала было выяснено содержимое. Оно соответствовало дополнительному упаковочному листу у экспедитора-гавайца, и именовалось:

Декоративная араукария в комплекте

Араукария Кандела — ствол/корни: 7 метров/2 метра — 1 штука.

Кадка композитно-керамическая 2x2x2 метра — 1 штука.

Грунт тропический, австронезийского типа — 6 тонн.

Бергхэд прочел этот текст, посмотрел цену, присвистнул, и спросил экспедитора:

— Почему так чертовски дорого?

— Срочная авиа-доставка, сэр, — ответил тот, — и это еще дешево, потому что факийский авиатранспорт. Наша «Hawaiian Air-Cargo» зарядила бы втрое.

— Факийский? — переспросил Бергхэд.

— Да, сэр. Фа-Ки, это Фаннинг-Киритимати, атоллы нези в 800 милях южнее Гавайев.

— Гм… Срочная… Дешево… А за каким дьяволом нам эта 7-метровая араукария?

— Так ведь праздничный реквизит, сэр. Вместо елки для данного климата.

— Что за бред? Рождество было неделю назад, и елка стоит в главной кают-компании.

— То католическая елка, а это атеистическая елка, она ставится перед Новым годом.

— Атеистическая елка? — изумился экс-адмирал, — Ты что, с Луны рухнул?

— Нет, сэр, я из Хило, Гавайи. Вот, мистера Ледроада знаю, у него мини-отель там.

— Рэй, не наезжай на Маалеко, он хороший парень, — вмешался экс-вице-адмирал.

— Спасибо, мистер Ледроад, — с облегчением поблагодарил экспедитор.

Хьюго Ледроад похлопал его по плечу, и продолжил, обращаясь к Бергхэду:

…— Рэй, знакомься, это мисс Хешке Дорадо. Мисс Дорадо, это мистер Райан Бергхэд.

— Я наслышана о вас, мистер Бергхэд, — сообщила смуглая молодая женщина, по всей вероятности, мезоамериканская замбо, довольно крепко сложенная, очень подвижная, круглолицая, с рельефно-мягко выступающими скулами, и миндалевидными карими глазами, унаследованными то ли от индейцев майя, то ли от ангольских банту.

— Гм… — экс-адмирал моргнул, — …Вы та самая Хешке Дорадо, мэр Киритимати?

— E-oe, — подтвердила замбо на меганезийский манер, — у нас с вами на прошлой неделе подписаны контракты по снабжению и логистике, и я решила: пора увидеться. Можно сказать: ваш E-mail относительно новогодней елки для атеистов стал лишь поводом.

— Мой E-mail? — задумчивым эхом откликнулся бывший командующий флотом.

Мэр Киритимати широко улыбнулась и кивнула.

— Да, мистер Бергхэд. Или можно просто Рэй?

— Разумеется, Хешке, можно просто Рэй. Итак, вы получили мой E-mail…

— …Вчера утром, — договорила она, — понятно: вам здесь надо отображать религиозный нейтралитет, ведь среди активистов-экологов примерно поровну христиан, атеистов и натуристов-язычников. А мы по-любому массово закупаем араукарии в Папуа, чтобы окультурить ландшафт. Киритимати от природы очень плоский и однообразный, и это эстетически не годится. К тому же, природа пострадала в ходе Новогодних войн.

— Понятно, Хешке. Значит, вы решили продать одну араукарию нам по моей просьбе.

— Подарить, — поправила она, — не смотрите на сумму в упаковочном листе, это простая формальность, необходимая, поскольку часть контейнеров летела от нас, а часть была догружена в транзитном аэропорту Хило-Гавайи. По факту эта араукария оплачена из представительских расходов нашего ведущего предприятия «Дакведук».

— «Дакведук»? Поставщик тяжелой воды для ядерной отрасли Канады и Японии?

— Да, — Хешке снова улыбнулась, — короче: чисто дружеская посылка. Если хотите, мы совместно выберем ей точку на борту. Такие араукарии очень хорошо приживаются в здешнем климате, и превосходно смотрятся. Надо только поливать по инструкции.

Шеф-капитан Бергхэд улыбнулся в ответ. Идея мисс Дорадо была принята, араукария заодно с кадкой извлечена из 40-футового контейнера, и повернута в свойственную по природе всем деревьям вертикальную позицию. После короткого совещания, она была торжественно установлена между клумбами перед надстройкой, где размещался отель (жилой комплекс для конференций, делегаций, и коллективов волонтеров-активистов-экологов). Действительно, араукария здесь смотрелась превосходно, напоминая своей пирамидальностью и игольчатой лапчатостью реальные елки — родные для публики из штатов Северного пояса, и из Канады. В финале этого очень милого предновогоднего экспромта, под араукарией было выпито несколько бутылок пиратского шампанского, сказано много разумных слов о сотрудничестве, после чего очаровательная леди — мэр улетела на транзитном авиа-борту Ванкувер — Киритимати.

Лишь когда этот авиа-борт оторвался от ВПП, Бергхэд тихо сказал Ледроаду:

— Хью, ты будешь смеяться: я не посылал красотке-мэру E-mail про папуасскую елку.

— Рэй, ты тоже будешь смеяться: я в самом начале угадал это по твоей мимике.

— Следовательно, — продолжил Бергхэд, — перед нами задача: выявить мудака, который устроил переписку от имени дирекции «Эридана», и применить меры воздействия.

— Негласного воздействия, я полагаю, — ответил экс-вице-адмирал — разведчик.

— Это хорошая правильная мысль, — согласился Бергхэд, — не будем омрачать праздник атеистического Рождества публичным зрелищем кровавой расправы над мудаком.

— Или над мудаками, — уточнил Ледроад, — возможно, это организованная группа.

Постоянная результативность, это признак мастерства. Постоянная результативность первичных версий-описаний источника ситуации, это признак мастерства разведчика-аналитика. Хьюго Ледроад не ошибся, предположив источником ситуации с условной новогодней араукарией, какую-то организованную группу. Такая группа была быстро выявлена путем анализа сетевого трафика. Она состояла из двух персон — достаточно известных американских пранкеров с видеоблогом «Реддиггер и Динокрок».

Альберт Бикмор (Динокрок) и Сирус Грейберг (Реддиггер) знали только примитивные методы компьютерного сетевого хулиганства. Прибыв на «Эридан» два дня назад, они немедленно пустили этот арсенал в дело, и (как видно из вышеизложенного) достигли успеха. Но теперь магическое равновесие Вселенной качнулось и ввергло их в мастер-каюту, напоминающую большую и оригинально организованную квартиру-студию. С первого взгляда казалось, что они не влипли, а наоборот, удостоились высокой чести: домашней аудиенции у шеф-капитана Бергхэда. Экс-лейтенант Сайра Джеймссонсон, очаровательная ассистентка шеф-капитана, даже встретила их у двери. Но затем…

…Шеф-капитан окинул двух пранкеров холодным взглядом, и объявил:

— Знаете, парни, я предполагал сначала задать вопрос: вас уже били за эти фокусы, или Фортуна была к вам сказочно милостива? Но теперь я читаю ответ на ваших лицах…

— О чем вы, мистер Бергхэд? — вежливо спросил Сирус.

— Во-первых, я о ваших фокусах, мистер Грейберг. Мы уже нашли ваш видео-блог, где раздел NEW дополнен здешним розыгрышем. Будто бы я попросил мэра Киритимати прислать сюда араукарию к Новому году в качестве елки для атеистов. Во-вторых, я о наблюдаемых характерных недавних травмах на ваших лицах.

— Мы участвовали в народно-освободительной борьбе Тонга! — гордо заявил Альберт.

— Я в курсе, — сказал Бергхэд, — а теперь я вижу, что вы там огребли серьезно. Но это не оправдывает вашего свинского поведения на борту «Эридана».

— Это была хорошая шутка! — возразил Альберт, — За четыре часа полста тысяч лайков.

Бергхэд повернулся к Сайре Джеймссонсон.

— За четыре часа полста тысяч лайков, это много или нет?

— Это очень много, сэр! — сообщила она.

— Правда, это была хорошая шутка, — поддержал товарища Сирус.

— Хью, твое мнение? — поинтересовался Бергхэд.

— Трудный вопрос, Рэй, — отозвался бывший главный разведчик флота, — традиционно полагается таких нарушителей привязывать за ноги и протаскивать от левого борта до правого под килем.

— Толково! — экс-командующий флотом кивнул, — Что скажешь, Сайра?

— Э-э… — обеспокоился Сирус, — …Вы ведь это не всерьез, мистер…

— …Заглохни! — оборвала экс-лейтенант, и развернулась к Бергхэду, — Сэр! Я полагаю: традиционные корабли были меньше, и там это было биологически допустимо. Но на «Эридане», если протаскивать нарушителя под килем с малой скоростью, то случится фатальное утопление, а если протаскивать с высокой скоростью, то оторвутся ноги.

— А твое предложение, Сайра?

— Сэр! Мое предложение: шесть нарядов на посту контроля автоматической сепарации пластиковых отходов от постороннего органического мусора. И не давать респиратор.

— Это жестко, — произнес Бергхэд, — но идея нарядов выглядит рациональной. Итак, мой вердикт: обоим нарушителям наряд по украшению новогодней араукарии. И время: до полуночи. Если в ноль часов не будет готово, то обоих в надувную лодку, и за борт.

— Но, мистер Бергхэд! — взмолился Альберт, — Где мы тут возьмем елочные игрушки?!

— Разговорчики оставить! — рявкнул экс-адмирал, — Араукарию вы где-то взяли, значит, елочные игрушки тоже найдете. Исполнять! Кругом марш! Вон отсюда!

Когда дверь мастер-каюты тихо закрылась за обалдевшими от прессинга, психически подавленными пранкерами, экс-вице-адмирал Хьюго Ледроад задумчиво побарабанил пальцами по столу и произнес.

— Рэй, а ты не опасаешься, что эти субъекты насвинячат еще и с елкой-араукарией?

— Хью, а что там можно всерьез насвинячить?

— Рэй, опыт подсказывает мне, что насвинячить можно везде.

— Это хорошая, правильная мысль, — с этими словами шеф-капитан извлек из кармана смартфон, и нажал «горячую кнопку».

… — Алло, пожарная рубка?

… — Бергхэд на связи.

…— Пока ничего не случилось, но два артиста занимаются иллюминацией араукарии, которая около отеля. Направьте туда экипаж-расчет на всякий случай.

…— Да, вы правильно поняли меня. Надо приглядеть. Отбой связи.

Бергхэд убрал смартфон в карман, и Ледроад скептически прокомментировал:

— Я сомневаюсь, что твоя догадка насчет пожара верна.

— Я тоже сомневаюсь, но так спокойнее, — ответил шеф-капитан, — так, Сайра…

— Слушаю, Рэй, — мгновенно откликнулась она.

— Когда начнется Круглый стол в обсерватории Вастак?

— Через 55 минут, — сообщила экс-лейтенант Джеймссонсон.

— Как раз достаточно для сервировки стола с пивом и сашими, — заключил он.