Остров Мелв, полигон каскадеров. Остров Долак, поместье Эссом.

Авиа-хулиган Киви-Флинт из команды тети Барби любил хорошо танцующих девушек, домашнее яблочное вино и ретро-истребители. Это Марк Поллак понял в самом начале знакомства. Флинт приземлился на полигоне «Ex-Ex» около полуночи. Увидев самолет, Поллак сначала принял его за знаменитый истребитель «Mustang P-51» 1942-го года, но практически новенький, с иголочки, потом заметил, что эта машина поменьше. А затем, выпрыгнувший из кабины Флинт пожимая компьютерному механику руку, пояснил:

— Я чертовски хотел иметь настоящий «полста — первый», но где его взять? Пришлось ограничиться репликой три четверти, «Titan T-51 Mustang». Надежная штука, летает с начала века. Но, что такое его триста км в час? Реальный «полста — первый» запросто выдает вдвое больше! Эх... Но, не буду тебя грузить своими мечтами. Давай, лезь на заднее сидение, и пристегнись, договорились?

— А ты давай, обойдись по дороге без «бочек» и «мертвых петель», договорились? – в аналогичном тоне отреагировал Марк, занимая место в кабине.

— О! Классно! Ты, значит, врубаешься в самолетную тему!

— Врубаюсь чуть-чуть... O! Fuck! – эта реплика была вызвана взлетом, в стиле «асов Второй мировой».

— Про мягкий взлет мы не договаривались, — весело пояснил Флинт.

— Хрен с ним, со взлетом, — проворчал Поллак, — главное, чтоб посадка была мягкой.

— ОК! Как скажешь. Эх... Хлебнуть бы сейчас кружку молодого яблочного вина.

— Алло, Флинт! Не делай этого за штурвалом, ладно?

— Так нет тут вина, — ответил пилот. Эх... Но, я ведь обещал, что не буду тебя грузить своими мечтами... слушай, нам лететь три часа. Ты музыку любишь?

— Да.

— О! Я тоже! А ты знаешь Вивиен Робинсон?

— Да. Я ее видел по TV на калифорнийском «Coachella Valley Festival».

— Точно! А ты видел, как она танцует? Я обожаю девчонок, которые классно танцуют!

— Ну, — прокомментировал Поллак, — классный танец это драйв, а драйв это жизнь.

Киви-Флинт жизнерадостно заухал.

— Точно, Марк! Золотые слова! А ты знаешь, как Вивиен выступала позавчера у нас в геологическом городке на острове Киваи по локальному TV? Это было что-то! Ты же, наверное, в курсе: мы со Свэпсом, это парень из нашей команды эвакуировали группу артистов из Авалона, когда там случилась заваруха. Я знаю: ребята из вашей команды отличились там достойно. Трое просто снайперы! Твои танки, это вообще круто! Мне Людвиг рассказал, как было дело. Ты классно придумал поставить на танк огнемет!

— Это не я придумал, это русские в 1932-м году.

— А-а! При коммунистах русские умели изобретать хорошую технику. Например, авиа-штурмовик «Ил-2» 1940-го. Зверская и простая машина! Построено три тысячи дюжин. Представляешь? «Cessna-172», который самый выпускаемый самолет в истории: три с половиной тысячи дюжин, а тут — три. Вот, мозг работал! Ты не подумай, что я комми. Вообще, я за демократию, но факты упрямая штука, как говорит тетя Барби. Ладно, я обещал не грузить тебя своими фишками. Хочешь, я поставлю запись Вивиен?

— С выступления на Киваи? – спросил Поллак.

— Точно!

— Давай.

Вивиен Робинсон действительно пела и танцевала здорово. Поллак с удовольствием посмотрел почти трехчасовое шоу на Киваи-TV, а потом заметил, что под крыльями самолета уже не море, а настоящие экваториальные джунгли...

— Обалдеть... — произнес он, — Парк Юрского периода. Флинт, нет ли тут динозавров?

— Есть крокодилы, – ответил пилот, — они, конечно, не такие фотогеничные, но если смотреть на размер, то не меньше. И есть казуары. Они фотогеничные, но поменьше динозавров. Ростом чуть ниже человека, а весом почти до центнера. У них скверный характер, лучше не связываться. Хотя, туземцы иногда добывают этих птиц на обед. Сейчас смотри вперед и влево. Этот белый коттедж – усадьба Людвига, а вот, дальше летное поле. Подожди, я сейчас приземлюсь...

С глухим щелчком выдвинулись шасси. Уменьшенный истребитель слегка качнулся в воздухе, ощутимо снизил скорость, а через минуту прокатился по очень аккуратному, ровному травяному газону, и застыл.

— Это бывшая площадка для гольфа, — пояснил Флинт, откидывая центральный сегмент колпака кабины, — Людвиг распорядился засыпать лунки, и получилась четкая ВПП.

— А это что за чудо? – спросил Поллак, глядя на смуглую девушку, видимо бенгалку, одетую в яркую футболку и шорты, при этом босую, но в белой фуражке на голове. Девушка уверенно направлялась к самолету.

— Это дежурная леди-гид, из местных вилланов, — сообщил пилот, ловко и привычно спрыгивая из кабины на траву, — Хай, Прати! У тебя модная картинка на футболке.

— Хай, Флинт, — немного неуверенно отозвалась она, — а это твой друг?

— Это Марк, — ответил Флинт, — он лучший танкист эпохи, большой мастер.

— О! – произнесла девушка.

— Блин! – буркнул Поллак, тоже спрыгивая на траву, — я не танкист, я киноинженер.

— Прати, он танковый киноинженер, — уточнил пилот, — но очень секретный.

— Я не поняла, — призналась она.

— Прати, это шутка, — Флинт подмигнул ей, — а что будет, если мы попросим завтрак?

— Тогда, — ответила девушка, — я крикну Аодо, чтобы он прикатил столик с завтраком на двоих туда, куда вы скажете. Можно в холл в доме, а можно под навес к бассейну.

— По-моему, на свежем воздухе лучше, — решил Поллак.

— Точно, – согласился пилот.

Прати кивнула, повернулась в сторону открытого окна первого этажа, и закричала:

— Аодо!!! Здесь пилот Флинт и танкист Марк!!! Они хотят кушать!!! Под навесом!!!

— Сейчас! – рявкнул молодой мужской голос откуда-то из помещения за окном.

— Вот, — резюмировала девушка, — сейчас я провожу вас к бассейну.

— Мы в курсе, где это, — сказал Флинт, — а вот где сейчас Людвиг и тетя Барби?

— Когда вы покушаете, — ответила Прати, — я провожу вас к ним.

— Гм... А они в усадьбе или нет?

— Нет, — лаконично ответила она.

— В деревне Вака-Вака? – сделал он второе предположение.

— Да, — подтвердила Прати.

Марк Поллак сразу оценил качество композиции из бамбукового навеса и бетонного бассейна с кристально-чистой водой.

— Эй, Флинт, здесь, похоже, строили по образцу островных отелей VIP-категории.

— Здесь строили даже лучше, — ответил пилот, — старый хозяин был изрядный сибарит, заказал усадьбу по эксклюзивному художественному проекту. А умер, как пижон.

— В каком смысле, как пижон?

— Твой знакомый Регги застрелил его из арбалета, — пояснил пилот, невозмутимо жуя традиционный местный пирожок с овощами и мясом, — Говорят, что прошил насквозь, вместе с рыцарской кирасой. Как муху на булавку. Артист – энтомолог.

— Внушает, — оценил компьютерный механик, тоже откусывая пирожок. – А что это за деревня Вака-Вака, куда мы поедем?

— Древняя туземная деревня, — сказал пилот, – правда, еще не построенная.

— Декорация? – предположил Поллак, и, поняв, что не ошибся, спросил, — для чего?

— Приедем – угадаешь, — Флинт подмигнул ему, – так интереснее, верно?

После завтрака, Прати привела обоих гостей под другой навес, где стояла машине типа «багги» с большими и чудовищно толстыми колесами.

— Машина для болота, — гордо сообщила она.

— Мы поедем по болоту? – уточнил Поллак.

— По болоту тоже, – сказала девушка, и смущенно добавила, – я не умею водить тачку.

— Не беда! – Флинт подмигнул компьютерному механику, — ты же великий танкист.

— Хе-хе... Если это намек, чтоб я порулил — нет проблем. Только покажите дорогу.

— Я покажу, — ответила Прати и шлепнулась на сидение рядом с водительским.

— А я сяду сзади, и буду курить сигару, как настоящий плантатор, — добавил Флинт.

...Первые километры были вполне «сухопутными». Пейзаж с полями, где росло нечто зеленое, выше человеческого роста, и с хижинами первобытного вида. Несколько ярких небольших тракторов выглядели на этих полях анахронизмом... Некоторые из фермеров, не отступая от первобытного стиля, носили серые первобытные туники, но большинство было одето в пестрые разноцветные майки, футболки, шорты и прочий текстильный ширпотреб для туристов в тропиках. Анахронизмы в Эссоме, похоже, были в порядке вещей. Ветряные мельницы средневекового дизайна с крыльями из бамбука и полотна соседствовали с модерновыми ветровыми электрогенераторами, хижины из соломы — с быстросборными композитными домиками, а телеги, движимые лошадками-пони – с современными грузовичками – трициклами знаменитой китайской марки «kinfan».

— Взрывная агропромышленная революция? – спросил компьютерный механик.

— Да, — Флинт кивнул, — здесь еще не так заметно. А в порту Людвиг и его друзья-киви лесорубы развернулись по настоящему. Бамбуковое экономическое чудо, блин.

— Ага. А порт, это там, куда мы едем?

— Нет, — встряла «леди-гид», — Порт, про который говорит Флинт, это на длинном заливе Новеве, там машины, чтобы грузить бамбук. А мы едем в Вака-Вака, порт на море, его только начинают строить. Пока там ничего нет. Только мангровые джунгли.

— Ясно. А перед джунглями – болото. Я угадал?

— Да, — подтвердила она, — а сейчас мы поедем через большие поля мака.

— Э... Опиумного?

— Да. Но сэр Людвиг приказал в этом сезоне посадить там бамбук.

— Людвиг хочет стать величайшим бамбуковым медведем галактики, – добавил пилот.

— Э... Интересно, а опиумная мафия на него не обидится?

— Нет. Марк. Опиумной мафии выгоднее найти другую поляну, чем биться за эту.

...Где-то впереди и слева послышалась два гулких выстрела.

— Блин! – буркнул Поллак, — похоже, ты ошибся.

— Будь другом, рули туда, — ответил Флинт, проворно вытаскивая из-под штормовки пистолет-автомат «люггер», — у тебя есть оружие?

— Нет. И куда рулить?

— Вот, — Прати показала пальцем на ответвление дороги.

— Ясно, — он повернул в указанном направлении.

— Прати, держи, — Флинт протянул девушке второй «люггер», – когда приедем, сразу отдашь эту пушку Марку.

— Да, — невозмутимо сказала она, будто речь шла о коробке спичек.

— Куда приедем, черт возьми?! – откликнулся он, стараясь отслеживать дорогу (точнее, колею вязкой глины) извивающуюся среди полей мака.

— Еще сто метров и стоп, — скомандовал Флинт.

Поллак выругался сквозь зубы, через полминуты ударил по тормозам и услышал новый приказ пилота:

— ...Теперь — с машины, и пригнуться, а то зацепят.

— Держи, — добавила Прати и сунула в руку компьютерного механика «люггер».

— Всю жизнь мечтал, блин, поиграть в войну, — проворчал он, передернув затвор и сняв пистолет-автомат с предохранителя.

— Эй, — крикнул, тем временем, пилот, — Это, я Киви-Флинт. Что там у вас?

— Мы видим, — отозвался густой бас за спиной, — только кричать не надо.

— Мы тоже киви, прикинь, — добавил второй голос, хрипловатый баритон.

— Ребята, а вы кто вообще? – удивленно спросил Флинт, глядя на двух основательных бородатых молодых мужчин, одетых в мешковатые болотно-зеленые комбинезоны и вооруженных короткими помповыми ружьями.

— Я – Брайс из Папароа, — ответил бас, — а это Зиппо из Нгати.

— Мы, это, лесорубы, короче, — пояснил хриплый, хлопнув ладонью по стволу ружья.

— Они из команды сэра Людвига, — невозмутимо пояснила Прати.

— А я Марк, оззи с острова Мелв, — представился Поллак, — у вас что, опять война?

— Нет, — прогудел Брайс, – просто, два яванских кекса решили поохотиться на наших древесных кенгуру. Но, наши друзья-шоколадки их застукали. Так то!

Сделав это загадочное пояснение, он заревел, как африканский слон:

— Эй, вы, ублюдки! Вы у нас на прицеле! Оружие на грунт и руки за голову!

— Вы не имеете права! Я из полиции! – раздался в ответ неуверенный голос с сильным индонезийским акцентом.

— Что-то я не видел твоего ID, – ответил Брайс, — По-моему, ты долбанный браконьер. И твой приятель тоже. Короче: пушки – вниз, лапы вверх! Считаю до трех! Раз...

— Ладно... — ответил его собеседник, — Вот, мы это сделали. Но у вас будут проблемы!

— Ну-ну, — пробурчал лесоруб и махнул рукой, — пошли, ребята, разберемся.

— Я позвоню шефу, – добавил Зиппо, доставая woki-toki, — пусть он с ними разберется.

— Дела... — произнес Флинт, поднимаясь во весь рост.

— Да уж... — согласился Поллак, тоже поднялся, и выдохнул, — Ух, ни хрена себе!

...Посреди небольшой площадки вытоптанных маков наблюдался подержанный джип грязно-белого цвета. Рядом, подняв руки, стояли два индонезийца, один – в униформе полисмена, второй – в черных брюках и бежевой рубашке. Между ними, в дверце торчал хвост от короткой стрелы, пробившей металл насквозь, но застрявшей. Очевидно, кто-то продемонстрировал индонезийцам, что они на прицеле... Кто-то, из темнокожих молодых туземцев, бесшумно поднявшихся из глубины макового поля и сейчас шедших в сторону пленников, держа их на прицеле каких-то штук наподобие компактных гарпунных ружей. Подойдя к джипу и глянув на заднее сиденье, Поллак увидел полдюжины тел пушистых зверьков размером со среднюю собаку.

— Уроды, — ровным голосом произнесла низкорослая, но прекрасно сложенная девушка, похоже, лидер туземцев, — думаете, здесь вам бесплатный охотничий клуб?

— Что будем с ними делать, Кйер? – спросил парень-туземец, тоже невысокий, но с внушительной мускулатурой и белой надписью «GUARD» на обнаженной груди.

— Придет шаман дони, и тогда решим, — ответила она, затем повернулась к пленникам, окинула их презрительным взглядом и резко рявкнула, — Назовитесь!

— Эй, вы, слушайте! – сердито отозвался тот, что в униформе, — я лейтенант Тингал, из локальной полиции поселка Кимам, что на восточном берегу. А это мистер Кабус, из фармацевтической компании «Pan-In Biochemistry». А вы все просто идиоты...

— Сам ты идиот, — перебил Брайс, — какого хрены ты стрелял из пистолета?

— Я стрелял в воздух, потому что эти ребята собирались нас атаковать.

— Если бы мы собирались тебя атаковать... — Кйер показала пальцем на короткую стрелу, торчащую в дверце джипа, — то эта штука была бы у тебя между глаз, ясно?

— Ты тоже идиотка, — ответил лейтенант, — мы здесь с мистером Кабусом спасали ваших кенгуру, попавших в беду из-за вашего дерьмового опиумного мака...

— Это не наш опиумный мак, — перебила она.

— Да, — подтвердил молчавший до этого момента Кабус, — это уже опиумный мак нашей фармацевтической компании. Но пока он находится на вашей земле, вы должны были следить, чтобы он не навредил вашей фауне. Эти бедняжки чуть не погибли...

Представитель «Pan-In Biochemistry» повернулся и кивнул в сторону заднего сидения с лежащими там пушистыми зверьками.

— Черт! – воскликнул Поллак, — Долбанный опиум! Ребята, я все понял! На Тасмании несколько раз были такие случаи! Кенгуру наедаются этого мака и начинают бродить кругами, как заводные игрушки. Бродят и жрут, бродят и жрут...

— Ну, — вздохнул Кабус, – хоть один парень с мозгами нашелся.

— Вот фигня... — задумчиво произнес Зиппо, опуская ружье.

— Смотрите, — Кабус открыл заднюю дверцу и осторожно взял на руки одного зверька, размером с кошку, похожего то ли на кенгуру, то ли на плюшевого медвежонка, — ну, смотрите! Этот еще маленький. Еще час, и он бы отравился насмерть.

— Какой он хорошенький... — Кйер протянула руку и почесала зверька за ушами, — Эй, парни, извините. Мы на вас наехали не по делу.

— Болваны вы, — буркнул лейтенант полиции, и тоже наклонился над сидением.

Он очень осторожно поднял на руках довольно крупного, толстого зверька.

— Смотрите, это девочка, у нее в сумке маленький.

— Вот, черт! А действительно... — удивился Брайс, глядя на высунувшуюся из сумки мордочку кенгуренка с блестящими бусинками глаз.

— А для него это не опасно? – спросила Кйер, — ведь опий может попасть в молоко...

— По-моему, не критично, — сообщил полисмен, покачивая на руках кенгуру-маму, — ты видишь, она просто сонная, но реагирует...

— Ф-ф, — вздохнула кенгуру и стала тыкаться носом в рубашку полисмена, вероятно, проверяя этот предмет на съедобность.

— Я читал в статье про тот случай на Тасмании, — заметил Поллак, — что кенгуру лучше разбудить и накормить фруктами, чтобы...

— Ясно, — перебила Кйер и повернулась к своей команде, — Быстро тащите фрукты!

...Раздалось рычание движка, и на сцену выкатился тяжелый черный джип «Hammer», набитый «лесорубами» того же типа, что и Зиппо с Брайсом. И с такими же ружьями.

— Что тут происходит? – резко осведомился один из них, сравнительно некрупный, но очевидно, главный.

— Древесные кенгуру, Людвиг, – ответил Брайс, – они обожрались маком.

— Кенгуру обожрались маком? Вот так фокус... А кто стрелял?

— Я стрелял, — ответил полисмен, — Я лейтенант Тингал из Кимама, а вы?

— Людвиг Илбридж, держатель земельного участка Эссом. Рад знакомству, лейтенант. Вообще, нам бы давно надо было познакомиться, но я пока виделся только с парнями, которые приезжали в составе полицейского спецназа из Джакарты.

— Да, — согласился Тингал, — хотя, наш опорный пункт не занимается джунглями, но, я полагаю, нам придется согласовать ряд вопросов, поскольку мистер Кабус приехал с заданием организовать уборку и транспортировку опиумного урожая...

— Я из «Pan-In Biochemistry», — пояснил Кабус, — Я думал, тут есть какая-то уборочная техника, и какая-то инфраструктура, а тут просто... Я даже не знаю, как назвать.

— Мой дядя, — ответил Людвиг, – был, скажем так, приверженцем ретро. Поэтому, на плантациях вот так... Сейчас мы, разумеется, переходим на современные технологии.

— А вот, похоже, еще любители ретро, — меланхолично произнес Поллак.

С юго-востока, со стороны, центральных болот Долака, по полю скакала небольшая кавалькада на пони. Всадники явно были туземцами, но намного более рослыми, чем ребята из команды Кьер. Одежда на них была туземная: что-то вроде шотландских клетчатых юбок, но вооружение – вполне современное: охотничьи автоматические карабины. Во главе кавалькады ехал дольно молодой худощавый мужчина.

— Холо-арэ Конг Ксет, насколько я понимаю, — сказал полисмен.

— Все правильно, лейтенант Тингал, — подтвердил шаман-вождь племени дони, и ловко спрыгнул с пони, — мы знаем друг друга с чужих слов, но знакомимся хорошим путем.

— В каком смысле? – спросил индонезийский полисмен.

— Ты сейчас держишь на руках кенгуру с кенгуренком, это хорошая примета, — шаман повернулся к своей свите, — мы, люди дони, а индонезийцы из поселка Кимам для нас чужаки, но можем жить, как хорошие соседи. Я так вижу.

— Хотелось бы, – полисмен вздохнул, — но с вами, с народом дони, сложно иметь дело.

— Да, — четко и коротко сказал шаман, — так сложилось, и это надо принять.

Через час. Северный берег острова Долак. Фантомная «древняя» деревня Вака-Вака.

Джунгли здесь плавно переходили в болото, а болото – в полосу мангровых зарослей, полностью закрывавших берег от моря. Но, небольшой залив с узкой горловиной, был удачным местом для строительства традиционной папуасской деревни на бамбуковых сваях и платформах. На данный момент наблюдалась только одна платформа и четыре домика, и плакат у моста, ведущего на платформу, который сообщал:

ДЕРЕВНЯ ВАКА-ВАКА.

Памятник культуры 6-го тысячелетия до н.э.

(В процессе реконструкции).

Багги вслед за «Хаммером» затормозил перед мостом, явно не приспособленным для проезда тяжелой техники. Прати приподнялась на сидении и крикнула.

— Пачи, иди сюда! Тут кенгуру объелись мака! Давай, ты их расколдуешь!

— Объелись маком? – деловито переспросила девочка-бенгалка, лет, наверное, на пять моложе, чем «леди-гид», — тогда, их надо не расколдовывать, а кормить фруктами.

— Мы так и подумали, поэтому привезли фруктов, — сказал Людвиг.

— Хорошо, — ответила она, пожимая руку держателю Эссома.

— ...Познакомься, — добавил он, — это Марк, он придумал те танки, ты знаешь...

— О! – сказала девочка, — ты настоящий ученый!

— Вообще-то, я скорее киноинженер, — скромно ответил он.

— Ну, — она кивнула, – получилось хорошее кино.

— Алло! – окликнула всю компанию сероглазая блондинка средних лет, миниатюрная и тоненькая, — Людвиг, ты уверен, что здесь имеет смысл создавать зоосад?

— Это международная экологическая спасательная операция, тетя Барби, — авторитетно сообщил Флинт, — А вот этот парень, Марк Поллак, представляет тут танковые войска Австралии. У них большой опыт в спасении людей и кенгуру от наркомафии.

— Мисс Даркшор, — вмешался Марк, — все совершенно не так, я не комбатант.

Тетя Барби окинула его доброжелательным взглядом.

— Марк, если ты хочешь выглядеть гражданской персоной, то тебе надо, как минимум, отстегнуть от пояса пушку типа «люггер». Эта штука не подходит к имиджу.

— Блин, я чуть не забыл... — Поллак отстегнул пистолет-автомат и передал Флинту, — ну, теперь-то вы мне верите, мисс Даркшор?

— Я тебе с самого начала поверила, — уточнила она, — я просто посоветовала тебе внести небольшой штрих в имидж... Точнее, убрать небольшой штрих... Чтобы более точно соответствовать общепринятой визуальной концепции мирного гражданина. И кстати, называть меня «мисс Даркшор» методически и процедурно неправильно. Я – не мисс, поскольку была замужем, как минимум, трижды, это не считая юридически-спорных случаев. И, называя меня так, ты создаешь путаницу. Мисс Даркшор – вот.

Барбара Даркшор показала рукой на Пачи, которая уже начала возиться с древесными кенгуру.

— Ого... — произнес Людвиг, – тетя Барби, ты уже успела юридически...

— Да, малыш, представь себе. В обстановке коррупции, распространенной в провинциях Республики Папуа, процедура удочерения может немыслимо ускоряться. А что это мы кричим друг другу с дистанции? Поднимайтесь по мостику и выпьем чего-нибудь из традиционных напитков доисторических папуасов. Деревня еще не готова, но комната релаксации уже сделана. И там есть неплохой бар самообслуживания.