— Ты зачем купил ЭТО? — возмутился кузнец, как только мы вернулись домой, — мы же договорились мастеров брать. Какой из гоблина мастер?

— Не кричи ты, дай объяснить, — я повернулся к гоблинше и приказал, — положи инструмент тут.

Зеленокожая сложила инструмент и застыла, как вкопанная, заметив рысёнка, лежащего на лавке.

— Да что тут объяснять? — не унимался Больд, — От него же никакой пользы, одно вонище. Они, гоблины, тупые и непутёвые, у них в руках всё ломается. Никакой работы получить нельзя.

Пока кузнец орал, расписывая недостатки гоблинши, она крадущимся шагом подошла к рысёнку и осторожно запустила руку ему в шерсть, начав поглаживать концентрическими движениями. Не гладит, а массаж делает. Кот даже заурчал от удовольствия, а зеленокожая счастливо рассмеялась, приоткрыв свой жабий рот и продемонстрировав два ряда мелких, но острых зубов.

— Да не покупал я её, бесплатно досталась, — снова попытался я оправдаться, — найдём чем занять, вон, смотри как ей Ловкач понравился, будет за ним ухаживать.

— Ага, будет, — ехидно ответил Больт, — пока не сожрёт. Что, не знал, что для гоблинов кошки и собаки лакомство?

Услышав эти слова, рысёнок дёрнулся, пытаясь вырваться из лап гоблинши, но та держала его крепко. Кот начал бешено вырываться и жалобно мяукать, когда тридцать пятая наложница, что-то весело щебеча, подхватила его за шкирку и потянула к груде инструментов.

— Сейчас свежевать будет, — прокомментировал кузнец.

— А ну стоять! — заорал я на гоблиншу, и указав на рысёнка добавил, — ЭТО — МОЁ!

— Ты ей подробнее объясни, — посоветовал Бен, — а то она тебе его приготовит.

— Рысь — мой друг, есть — нельзя, защищать, — как можно проще пояснил я, — понятно?

— Ну, — ответила гоблинша, отрицательно повертев головой, но кота отпустила.

Рысёнок сразу же спрятался за моей спиной.

— Да тупые они все, — махнул рукой кузнец, — ничего ты ей не объяснишь. Посади её на цепь у входа. Пусть ночных воров пугает.

— Не надо, — отозвался призрак, — воровать у нас нечего, покрутятся воры и сами уйдут, а если они эту жабу в темноте встретят, они нам весь двор загадят.

— А что они ещё любят? — игнорировать пирата становилось всё труднее.

— Крыс, — отозвался Нори, — рядом со мной пару гоблинов держали. Насмотрелся я на них. Ох и отвратные твари.

— Зато на жратву денег не надо тратить, — не унимался призрак, — хорошую ты себе наложницу нашёл.

— Поймай ей пару крыс, — приказал я рысёнку и добавил уже для всех, — а Вы присматривайте за ней, чтобы она нашего Ловкача не съела.

Сразу после моих слов рысёнок скрылся за дверью, наверняка, побежал на охоту. Чувствую, тридцать пятая наложница будет страдать ожирением. Для обеспечения собственной безопасности кот завалит её мясом.

— Ну ладно, с гоблиншей всё ясно. Зачем ты этого недомерка купил? Для мастера он слишком молодой.

— А я тебе что говорил? — опять влез с комментарием призрак, — Слушай, что старшие советуют. Давай его на красотку поменяем.

— Это не недомерок, — поправил я кузнеца, — это гном.

— Гном без бороды, ни за что не поверю, — он обернулся к обиженному Нори, — ты кто такой?

— Я полукровка, — прошептал побледневший полугном, — мать — гнома, отец — человек.

— Во дела, — удивился Больт, — ни разу о таком не слыхивал. Сколько же тебе лет?

— Двадцать.

— По гномьим меркам совсем сопляк, — хмыкнул кузнец, — как тебя в мир отпустили? Гномов ранее пятидесяти в путешествие не пускают.

— Меня изгнали из клана, — выдавил из себя полугном, — за то, что хотел узнать секрет гномьей стали.

— Раз изгнали, значит секрет не узнал, — невесело усмехнулся кузнец, — а как в рабство попал?

— Да просто схватили меня степняки на тракте и всё.

— Да, дела. Ну, а умеешь что?

— Да всего понемногу, — угрюмо ответил Нори, — лучше показать, чем рассказывать.

— И то верно, ну пойдём, посмотрим, на что ты годен, — кузнец повернулся ко мне, — ты бы пристроил свою наложницу во дворе. А то она мне весь дом завоняет.

С этими словами Больт хлопнул полугнома по спине и увлёк в кузню, а мне не осталось ничего иного, чем идти во двор и ломать голову где устроить гоблиншу на ночлег.

* * *

— Ну, что тут у нас? — заглянул я через голову Нори, — сделали?

Я только что вернулся от местного алхимика с новой жидкостью для экспериментов и испытывал непреодолимое желание её испробовать.

— Чуть не успели, — виновато ответил Больд, пытаясь укрыть от меня заготовку нового меча.

— Мы же договаривались, — пожурил я их, — сначала мой заказ, потом меч. Чем быстрее заработаем, тем быстрее найдутся деньги на гномью сталь.

Кузнецы уставились в пол, не решаясь смотреть мне в глаза. Как дети, впрочем, ковка меча действительно была их любимой игрой. Вообще, они нашли друг друга. Оба были фанатами своей профессии, оба мечтали прославиться изготовив уникальный клинок. А то, что у каждого из них был изъян, не очень критичный для окружающих, но очень болезненный для них самих, ещё больше их сближало. Полугном стыдился своего полугномства, а Больт комплексовал по поводу потерянной руки.

— Да сделаем мы тебе твою трубку, — успокоил меня Нори, — к вечеру закончим. Просто проверяли твой метод вварки клинка.

Нет, зря я им рассказал про ковку клинков. Не мог, дурак, дождаться пока они мне заказ выполнят. И ведь особо ничего не рассказал. Ну что может поведать практикующему кузнецу человек, посмотревший два видеообзора по ковке клинков? Оказалось многое. Систематизированные знания, по крупицам собранные мастерами моего мира и проверенные ими на собственном опыте, произвели на моих друзей неизгладимое впечатление. Достаточно было указать направление, объяснить, не вдаваясь в подробности, идею, а дальше неугомонные исследователи погрязли в экспериментах.

— И что мы время теряем на эти трубки? — снова заворчал Больт, — мы на клинке столько заработаем…

— Больт, не начинай опять, — спокойно остановил я его возмущения, — вот уже месяц вы едва зарабатываете на еду. Ваш главный заказчик — это я, вот и выполняйте заказ.

— Да ты уже третий раз нашу работу портишь! Когда уже наиграешься?

— Как и Вы с клинком — когда получиться.

Я, наконец-то, разобрался со своим статусом. Звание чухра-бадар, означавшее "юноша из свиты эмира", не давало мне особых привилегий, но не накладывало пока и обременительных обязанностей. Я мог заниматься любой разрешенной на Великом Рынке деятельностью без вступления в соответствующие гильдии. На этом преимущества заканчивались и начинались неприятности, так как я не мог покинуть Великий Рынок без разрешения самого эмира и был обязан явиться к нему по первому зову. Я обдумал возможность побега и даже ненавязчиво порасспрашивал тут и там как бы мне это осуществить, но пришел к неутешительному выводу, что без денег и связей с гильдией теней побег мне не светит.

Всё дело в том, что Великий Рынок окружает Бескрайняя Степь, которая очень плотно контролируется патрулями сардукаров. Среди карт, найденных мною у барыги, были и карты окрестностей Великого Рынка. Так вот, местность вокруг просто кишела племенами степняков. Если и получиться избежать встречи с патрулями, то шанс избежать встречи со степняками гораздо ниже. А это чревато уже рабским ошейником. Выбраться из города можно только с хорошо защищённым караваном, но в него меня не примут из-за статуса, ведь никто не захочет идти наперекор воле эмира и помогать его слуге сбежать из города.

Кроме того, моя татуировка не обычная, а татуировка с магической меткой. И с помощью этой метки любой мало-мальски способный маг найдёт меня в два счёта. Свести такую метку не просто. Тут опытный маг требуется или специальный артефакт, ну, или, на крайний случай, зелье рассеивания заклятий. И найти что-то из этого весьма непросто, даже на Великом Рынке.

Я перебрал в уме уйму вариантов и пришёл к выводу, что мне нужно заработать кучу денег для того, чтобы сформировать и экипировать собственный небольшой отряд для пересечения Бескрайней Степи, а затем связаться с гильдией теней для того, чтобы свести татуировку. По слухам только в гильдии могли взяться за такое незаконное и смертельно опасное дело, но за это опять же нужно платить, причём хорошо, если деньгами. И заработать эту кучу денег нужно очень быстро и, желательно, через подставных лиц, чтобы не привлекать к себе внимания. Что-то мне подсказывает, что эмир призовёт меня как только узнает, что я разбогател.

Мой план действий включал всего несколько пунктов. Сперва готовлю партию уникальных для Великого Рынка товаров и параллельно кузнецы изготавливают оружие и экипировку для моего будущего отряда.

Отряд набираю из рабов, которые так же как и я жаждут получить свободу и выбраться отсюда. Учитывая обилие бойцовских арен, найти таких труда не составит. Нужно лишь правильно подойти к отбору, чтобы не набрать отморозков. И для этого, желательно, наладить контакт с одним из домов гладиаторов. Понаблюдав за бойцами вблизи, можно будет существенно повысить шанс найти подходящих людей. При этом нужно усиленно тренироваться самому. Иметь хороших охранников неплохо, но уметь защититься самому ещё лучше.

Гильдию теней я оставил на самый последний момент. Всё равно денег для оплаты их услуг пока нет, а выполнять криминальные поручения у меня желания не было.

Так что весь последний месяц я занимался конструированием кондиционера. А что, мечей и топоров тут пруд пруди. Никого этим добром не удивишь. Спрос, конечно, имеется и постоянный, но норма рентабельности маловата. Поэтому я решил заняться охлаждением помещений. Мы, считай, на краю пустыни. Жара днём стоит неимоверная. Богатые горожане нанимают магов для создания и обновления охлаждающих заклинаний, но это жутко дорого. А люди победнее просто терпят. Так что холодильная установка спросом пользоваться будет огромным.

Осталось решить всего-то пару вопросов: изобрести компрессор и подобрать фреон. Компрессор я временно, для опытов, заменил на ручной насос, а вот с хладогеном экспериментирую. Дороговато, правда, оплачивать услуги алхимика и задание сформулировать сложно, но мало по малу дело идёт. У меня уже есть нетоксичная, невзрывоопасная жидкость с температурой кипения в минусовой области. И очень не терпится её испробовать в деле.

— Ладно, — сдался Больт, — сейчас сделаем. Только не стой над душой, иди пошвыряй свои ножи во дворе или помилуйся с зеленокожей.

Выпроваживает, опять хочет на клинок съехать, но стоять над ними и вправду бесполезно. Действительно, пойду во двор, потренируюсь.

* * *

Метанием ножей я занимался ежедневно. Впечатлившись успехами Молчуна, я задался целью овладеть этим искусством не хуже немого. Среди рыночных скоморохов нашёл себе учителя, который за еду, выпивку и ночлег поставил мне бросок. Целую неделю пришлось кормить и поить эту бездонную бочку, но результат того стоил. К концу недели я уверенно попадал в ростовую фигуру с десяти метров. Далее начал совершенствовать скорость броска, его силу и точность.

Кроме метания ножей занялся я и фехтованием. Соорудил себе манекен и привлёк к тренировкам призрака. Пират научился воздействовать на меня холодом, обжигая каждый раз, как только траектория движения моего тела отличалась от идеальной. Многократные медленные повторения нарабатывали мышечную память, а последующая работа в полную силу развивала скорость и выносливость.

В качестве платы призраку, приходилось ежедневно подсовывать Больту пару кружек хорошего вина, в кружке призрака, конечно. Но настоящий учитель фехтования обходился бы мне гораздо дороже, да и не факт, что тренировал бы он лучше. Всё таки пират большую часть жизни провёл в схватках и учил не эффектным финтам, а тому, как избавиться от противника за наиболее короткое время и без потерь для собственного здоровья. Он не признавал привязанности к одному клинку, так как по собственному опыту знал, что оружие имеет свойство теряться или ломаться в самый неподходящий момент. А потому заставлял меня работать с новым клинком через каждые пару дней. Хорошо, хоть в кузне этого добра хватало.

Мне, конечно, не хватает спаррингов и опыта реальных схваток, но пока я нарабатываю базу и совершенствую своё тело. А спаррингами займёмся чуть позже, когда обзаведёмся приличной защитой. Были на рынке украшения, формирующие некое подобие защитного поля вокруг тела. Увидел такие на арене, куда меня затянул пират под предлогом поучиться новым техникам боя, а по факту просто поглазеть как гладиаторы убивают друг друга.

Единственное, что я пока не мог совершенствовать — это магия. Но принимать веру эмирата мне расхотелось как только я разобрался с религией. На этой планете поклонялись несчётному количеству богов. Кроме Великих Богов, почитаемых и проявляющих себя повсеместно, имелись и малые боги, имеющие силу в какой-то определённой местности или при определённой ситуации.

Официальным и единственным божеством Великого Рынка был Сабуд. Бородатый тип в кандуре красного цвета. Мелочный, злопамятный и обожающий кровавые жертвы. Ему были посвящены все бойцовские арены города, а питался он болью и страхом умирающих бойцов, а ещё эмоциями толпы, жаждущей крови. И сила его в пределах Рынка превышала даже силу Великих Богов, при этом он щедро делился ею с эмиром и его магами, а за это получал их безоговорочную поддержку. Поэтому храмы иных, кроме Сабуда, богов были тут запрещены. Запрещались также и публичные молитвы иным богам, хотя некоторые боги всё же имели тут силу.

Прежде всего Меркус — бог-покровитель торговли, прибыли и обогащения. Мужчина в годах с небольшим брюшком, острым умом и цепким взглядом. Что интересно, он покровительствует не только купцам, но также ворам и попрошайкам, в общем, всем тем, кто обогащается хитростью и обманом. Не удивительно, что он тут незримо присутствует. Его храм в каждом кошеле, его жрец — любой купец, его сила — в звоне монет, а звенят тут они и день и ночь.

Второй по счету, но не по силе, Торус — бог-покровитель воинов. Рыжебородый богатырь обладающий огромной силой, которой он любит мериться со всеми подряд, и невероятным аппетитом. Простоватый тип, но лишь на первый взгляд. Ему тоже легко быль со своими адептами. Его храм — в сердце каждого воина. Его сила — это сила и стойкость самого воина, а воинов тут очень много.

Остальные боги были представлены гораздо слабее и узнать о них практически ничего не удалось. Но даже узнай я обо всём пантеоне богов, это не сильно бы мне помогло. Найти учителя без одобрения местных жрецов равносильно самоубийству, а становиться адептом Сабуда я не собирался. Сам бог мне не нравился, да и что это за божество, вся сила которого сосредоточена в одном городе. Я путешествовать хочу.

И самому учиться никакой возможности нет. Дневник ученика, найденный в подземелье, я давно проштудировал и изучил упражнения по укреплению своих энергетических каналов и расширению энергетических центров. А ничего нового узнать не получается. Две найденные у скупщика книги и те немногие книги, что попадались мне на глаза на Великом Рынке, написаны на Фарси.

Так что теперь я топчусь на месте в магических тренировках. Ну как топчусь, упражнения каждый день выполняю и Фарси начал учить. Надеюсь, что найду книги по магии хотя бы на этом языке. Подыскал тут одного писца, который согласился обучить меня письменности эмирата в качестве платы за работу. За один урок нужно написать двадцать свитков. Думает, что нашёл дурачка бесплатно работать, но никак не поймёт, что я получаю не только урок, но также тренирую руку в каллиграфии, узнаю много нового (из содержания переписки) и, что самое интересное, знакомлюсь с его клиентской базой. Наивная обезьяна.

* * *

Я вышел во двор и замер от удивления. Гоблинша, весело напевая себе под нос, снимала шкуру с собаки. И это при том, что ей категорически запрещалось покидать двор.

— Ты где это нашла? — грозно спросил я её, — Выходила со двора?

Я заметил, что при общении с ней важно было не только содержание, но и интонация. Порой, интонация даже важнее содержания.

— Ну, — покачала головой тридцать пятая наложница и указала пальцем на сидящего неподалёку рысёнка, — Ач — модец.

Ач в интерпретации гоблинши было именем рысёнка. Я так понял ей было трудно выговаривать часть звуков и она сократила Ловкач до Ач. Модец было сокращением от молодец. Хвалит кота, наверное, это он собаку заманил во двор.

Я передал рысёнку образ — вопрос: "почему собака, а не крыса?". Кот фыркнул и ответил картинкой с одним псом и парой десятков крыс. Лень ему за крысами гонятся, тем более, что пёс сам прибежал в погоне за убегающим котом.

Тем временем гоблинша закончила сдирать шкуру, что получалось у неё очень профессионально, и потащила её за кузню. Я с интересом последовал за ней. За кузней оказалось деревянная кадка, использовавшаяся кузнецом для сбора дождевой воды. В неё-то гоблинша и засунула шкуру. Заглянув в кадку, я одурел от концентрированной вони. Еле сдерживая слёзы, я всё же рассмотрел содержимое кадки. Там в жёлтой жидкости плавали шкурки крыс и уже ДВЕ шкуры собак. Неплохо её кот кормит.

Гоблинша уложила новую шкуру в кадку, накрыла её крышкой и начала раскладывать на крышке косточки, камушки и пёрышки, что-то негромко напевая себе под нос. Неприятный запах начал пропадать и, вскоре, совершенно исчез.

А тридцать пятая наложница Гхари-бея не так проста, как кажется на первый взгляд, пронеслась у меня в голове мысль. Как бы с ней поговорить? Тарабарщину, на которой она лопочет, языком назвать сложно. Такое нормальному человеку не освоить.

Зеленокожая почти закончила своё заклинание, но в самом конце что-то пошло не так. Она начала лихорадочно осматриваться в поисках чего-то, а затем резко выкрикнула:

— Ач!

Спустя пару секунд появился рысёнок с дохлым голубем в зубах. Гоблинша водрузила птицу по центру созданной ею композиции, облегчённо вздохнула и, уперев руки в блоки, уставились на Ловкача. Тот прижал уши и начал нервно дёргать хвостом. Создавалось впечатление, что гоблинша его ругает.

А ведь это действительно так, осенило меня. Какой я болван, ведь если я могу общаться мысленно со своим котом, то это могут и другие одаренные. Ведь рысь не ограничен моими предубеждениями и пытается так общаться со всеми. Кстати, это может быть очень опасно. Мне совсем не нужно, чтобы на меня обращали внимание маги.

Я дождался когда гоблинша закончит отчитывать рысёнка и передал ему образ мага, препарирующего кота, а затем ещё один образ, как кот мысленно общается с людьми на рынке.

— Не обменивайся мыслями с незнакомцами, — добавил я вслух.

А затем я обернулся к гоблинше и начал передавать образы уже ей. В глазах зеленокожей промелькнуло удивление, затем радость, а затем на меня обрушился такой поток информации, что я опешил. Нет, я, конечно, подозревал, что и у гоблинов женщины отличаются болтливостью, но даже не подозревал насколько. Лавина образов, с мельчайшими подробностями, с полной гамой чувств и переживаний уже через минуту вызвала головную боль.

Однако, я понял, что Чича, именно так представилась гоблинша, принадлежала к племени лесных гоблинов и была дочкой шамана. Отсюда её знание магии. Похитили её пять лет назад, доставили сюда и с тех пор она не покидала Великий Рынок.

Лесные гоблины отличаются от своих степных и горных собратьев оседлым образом жизни. Они цивилизованы в гораздо большей степени, чем остальные племена, владеют искусствами выделки кожи и обработки кости, ведут примитивное земледелие, практикуют бытовую магию и магию природы. Что примечательно, лесные гоблины достаточно чистоплотны, так как отсутствие запаха служит наилучшей маскировкой в лесу, а ужасный запах гоблинши при нашей первой встрече объясняется условиями её содержания у предыдущего хозяина.

Я выдержал пять минут. Поначалу интересная информация сменилась малоинтересными деталями жизни в неволе. Чтобы хоть как-то то прервать бурный поток, я спросил, что ей нужно. На лице гоблинши застыло ошеломлённое выражение. Очевидно, что за пять лет в неволе никто не задавал ей такого вопроса. Чтобы прийти в себя Чиче понадобилось минута, а затем я получил вполне конкретный список предметов. Я тут же пообещал, что завтра поутру мы отправимся на рынок и купим всё перечисленное.

* * *

— И зачем ты потратил на эту жабу столько денег? — бурчал на меня призрак, — совсем на мужика не похож. Нет, чтобы на красоток потратиться, жабе цацки покупаешь. Ты на неё запал?

— Да брось ты, — мысленно ответил я, — я потратил всего лишь несколько серебряных. Посмотрим, что у неё получиться.

— Ясно что, вонючая шкура получиться. Это надо же додуматься оленью шкуру в кадку с мочёй засунуть.

Однако я не разделял скептицизма пирата. В образах, переданных мне гоблиншей, её соплеменники были облачены в очень добротную броню. И, хотя в качестве защиты на этой броне выступали костяные пластины, качество выделки кожи бросалось в глаза. К тому же, я уже оценил талант Чичи. Одежда из крысиных и собачьих шкур, которую гоблинша пошила для себя, оказалась неожиданно прочной и удобной.

— Вряд-ли, - возразил я, — шкуры для своей одёжки она тоже долго в этой бочке мариновала. Вышло отлично и запаха никакого. Ладно, хватит. Давай решать с каким домом гладиаторов мы дружить будем.

— Больно ты им нужен, — недовольно ответил Бен.

Что-то он в последнее время очень раздражителен. Даже чарка вина перед сном напряжение не снимает. И больше чарки я ему позволить не могу, а то так и Больта спорить не долго.

— Я, конечно, не нужен, а вот кузнецы понадобиться могут. Гладиаторы каждый день друг друга кромсают. Догадываешься сколько оружия и доспехов им ремонтировать приходиться?

— Много, только почти у каждого дома своя кузня имеется.

Это действительно было так. Домов гладиаторов на Великом Рынке существовало около трех десятков. Пять самых крупных и известных домов имели собственные арены. Ещё десяток домов располагал собственными турнирными площадками, а остальные просто выставляли бойцов на бои, иногда на аренах или турнирных площадках более крупных домов, а иногда и просто на площадях.

— Ну, большим домам мы, конечно, не нужны, а вот с малыми можно попробовать.

— Можно, да толку с них? Они потому и малые, что ничего не могут. И бойцы у них не важные, и оружие дрянь. Только и могут, что дохнуть на потеху толпе.

— Вот потому, что оружие дрянь, мы им и нужны. Хватит бухтеть, давай выбирать.

В принципе, я уже почти принял решение. С большими домами у меня не было никаких шансов. У них действительно свои кузни с мастерами-рабами, так что мне им и предложить нечего. Десяток самых мелких домов не устраивали меня. Они едва едва сводили концы с концами, так что выгоды с них никакой. Более менее приемлемым выглядело сотрудничество с одним из пяти средних домов, хотя и тут всё было не безоблачно. Каждый из этих домов обслуживался одной из многочисленных кузен рынка и терять таких выгодных конкурентов никто не собирался.

Но ведь успешные люди не только используют удачные моменты, а, при необходимости, и создают их сами. И возможности для этого были.

Больт долгое время обслуживал пару домов гладиаторов и досконально знал всех своих конкурентов. Он не очень любил рассказывать о прошлом, но, однажды, я проспорил призраку пьянку и мои кузнецы накачались до потери памяти. Тогда-то я и узнал как его облапошил напарник, лишив любимой работы, почти всех накоплений и серьёзно подмочив кузнецу репутацию. Так что у меня был на примете хозяин кузни, обслуживающий интересующий меня дом гладиаторов, относительно которого у меня не было моральных ограничителей.

— Да ты же уже всё решил, — фыркнул призрак, — зачем меня спрашиваешь, если всё равно не слушаешь? Скажи, зачем нам такие трудности? Давай лучше ювелира грабанём.

— Нужно сначала отряд сформировать, чтобы золото защищать. Ювелира перед самым бегством грабанём, — успокоил я врождённую тягу пирата к золоту.

— Тогда мне без разницы у кого железки воровать.

— Ну, раз тебе не принципиально кого из кузнецов грабить, давай план обсудим.