Мне следовало принять важное решение, которое повлияет на мою судьбу. По этой причине двое суток, пока отряд шел к долине Койран, я думал, прикидывал варианты и вновь общался с морейскими офицерами, а попутно допрашивал эльфов.

С пленными рейнджерами все просто. Они готовились к проведению диверсий в Хартоссе, случайно заметили морейских поисковиков, которые направлялись в Рунгию, и кинулись в погоню. В итоге выжили только двое, и я решил, что убивать их не стоит. Отправлю пленных в мир Ойрон, посажу в темницу, и пусть сидят. Возможно, пригодятся. Для обмена или как дополнительные источники информации.

А вот вести прямые переговоры с «черными клинками» на их территории не хотелось. Не смогут они устоять перед искушением заковать меня в кандалы. Не смогут! В этом я был уверен, ибо мысленно поставил себя на место командора Иги Дигеона. Лично я наверняка не удержался бы и попытался захватить ценный приз.

Поэтому меня постоянно одолевали сомнения, и посоветоваться было не с кем. Мать не отзывалась – видимо, находилась в подземельях, – и на ее поддержку рассчитывать не приходилось. Пока я не сниму заклятия полноценного чародея Вайда, который спрятал последних представителей своего народа в недрах гор, она и ее сестры мне не помощники. А сделать это не получится, ибо я слишком слаб и когда войду в полную силу – неизвестно. Может быть, даже не доживу до этого момента. Близкие соратники, в основе уроженцы мира Ойрон, толком не понимали, что такое Морея, и спрашивать их мнения было бесполезно, а Вольгаст отмалчивался. Если есть тактический вопрос, он готов высказаться. Однако тут стратегия, не его уровень, и он не желал брать на себя ответственности. А времени на то, чтобы определиться, было мало. Я это понимал, и от противоречивых мыслей, внутренних споров с самим собой и сомнений пару раз начинала болеть голова. Настолько сильно, что приходилось применять заклятие «малого исцеления».

В общем, все смутно, зыбко и неустойчиво. Однако когда мы пришли в долину Койран, я все-таки понял, что должен делать. Отправляться в Морею нельзя, но союз необходим. Следовательно, переговоры должны пройти на моей территории. Определившись с дальнейшими намерениями, я сразу повеселел. Настроение улучшилось, и я позвал «черных клинков». После чего дал им следующий расклад.

При помощи амулета связи, который имелся у Дементия Сарго, капитан Оракис должен договориться со своим начальством в лице майора Тейваза Кано о проведении переговорного процесса. Затем через пространственный портал я отправлю кого-то из морейцев в Рупьенгард, а чародей останется в долине как маяк. На него должны навестись другие морейские маги, которые переправят в Койран послов, и уже здесь мы обговорим детали нашего сотрудничества более подробно.

«Черным клинкам» мое предложение не понравилось: слишком все сложно. Однако я решил не рисковать – не тот случай – и настоял на своем. Понимаю, что открытие портала с последующим переносом на большое расстояние даже небольшой группы людей весьма дорогое удовольствие. Это у меня энергия дармовая, бери сколько освоишь, энергопотоки Древних повсюду, и после этого нет никаких откатов. А царским магам приходилось гораздо сложнее, и после переброса послов им придется долгое время отдыхать, пить целебные зелья и восстанавливаться. Но это их проблемы, которые меня не касались, и если морейцы хотят сотрудничать, добро пожаловать в гости. В противном случае разбегаемся. Мне, конечно, будет нелегко. Но я выживу и все равно решу свои проблемы. В самом крайнем случае запечатаю портал и уйду в Ойрон, откуда начну открывать переходы в другие, досель неизведанные миры. Где-то, но найду союзников. Хотя шансы поиметь новую порцию неприятностей тоже велики.

Впрочем, выхода у «черных клинков» не было. Они приняли мое предложение и вышли на связь с Алькантаром.

Оракис беседовал с Тейвазом Кано при мне, и майор был рад тому, что я отыскался и первый этап прошел без неожиданностей, погибшие воины при этом в расчет не принимались. А затем глава отдела «V» заверил меня, что подстав не будет, а все недоразумения в прошлом, и пригласил меня в гости. Однако я отказался и сказал, что возвращаю ему капитана, который объявит о моих условиях.

Дальше я отправил Оракиса в Рупьенгард. Мы вышли возле городских ворот и расстались. Посольство должно появиться в Койране через двое суток, и я начал подготовку ко встрече дорогих гостей.

Во-первых, еще на сотню воинов усилил гарнизон Койрана и сформировал группу из самых лучших гвардейцев, каждый из которых получил магический амулет, купленный в Рупьенгарде. Не самая крутая защита, но другой нет. Есть «чистые» браслеты фридлозе, найденные в тайнике брата и не привязанные к конкретному человеку, но простым людям они подходили плохо, а трофейные амулеты были настроены на эльфов. Но воинов я подбирал не для охраны, а для статуса. Пусть морейские послы, наблюдая за мной и осматривая долину, не думают, будто я одиночка. Они это и так уже понимали, но истинного положения дел «черные клинки» не знали и должны были прочувствовать, что все-таки я король. А какой король, насколько большие у меня владения и сколько воинов под моим командованием, они могли только предполагать. Ведь сразу пускать их в мир Ойрон я не собирался. Всему свое время. Ну а главным моим телохранителем конечно же оставался Вольгаст. Если на кого полагаться, то на него: и опасность почует, и прикроет, и обеспечит безопасность.

Во-вторых, подготовил несколько композитных знаков Вайда, которые могли пригодиться. Понятное дело, если морейцы задумали что-то плохое, они воспользуются негаторами и привлекут к захвату самых опытных чародеев. Это в том случае, если «черные клинки» напрягутся и вместо послов через пространственный портал придет штурмовая группа. Однако я определился давно: в плен попадать нельзя. Поэтому был готов применить иероглифы Древних при малейшем намеке на ловушку. А еще продумал систему блокировки телепортов в пределах Койрана. Опять же помогли дневники покойного брата. Он в теории такое разрабатывал, хотя ни разу не применял, и если использовать два иероглифа – «пелена» и «переход», – в долине без моего разрешения не откроется ни один портал.

Больше я ничего сделать не мог и, переправив пленных эльфов, Айсия Туир-ор-Каная и Овилия Бьен-ор-Думиора, в Вирбург, стал ждать гостей, которые появились через тридцать часов.

Кого я ожидал увидеть? Тейваза Кано и с ним пару человек. Генерала и чиновника, который умеет считать деньги и сможет прикинуть экономические выгоды от нашего сотрудничества. Для первого раунда переговоров этого достаточно. Однако морейцы смогли меня удивить, и кое-что пришлось менять.

Послов оказалось четверо. Точнее, двое, поскольку капитан Оракис и один весьма неслабый чародей только сопровождали переговорщиков. Так и кто же они? Первый – Тейваз Кано. Тут я не промахнулся. А вторым был Ига Дигеон, собственной персоной. Вот такие дела. Командор ордена «черных клинков», один из самых влиятельных людей царства, посетил дикую долину, о существовании которой даже местные жители забыли. И стало ясно, что раз в гости пожаловал такой человек, который не опасался предательства с моей стороны, договариваться будем сразу, без предварительных консультаций. Поэтому пришлось показывать товар лицом и открывать портал, хотя изначально я этого делать не собирался.

После взаимных приветствий мы перешли в мир Ойрон. С Тигриной горы перебрались в Вирбург. Немного прошлись по городу, а затем я велел накрыть стол, и начались переговоры.

Перекусив и выпив нирского вина с королевских виноградников, мы с Дигеоном оставили свиту за столом, а сами прошли в мой кабинет. Присели за столом один напротив другого, и командор сказал:

– А ты неплохо устроился, Оттар Руговир.

– Повезло. – Я улыбнулся.

– Не скажи, – покачал он головой. – Как правило, везет тем, кто не теряется в трудной ситуации и способен повести за собой людей.

«Мягко стелет, – подумал я, бросив взгляд на командора. – Посмотрим, что дальше будет».

– Ладно, господин Дигеон, оставим похвалы. Давайте перейдем к делу. Я нужен вам, а вы нужны мне. Тут все ясно и понятно. Что вы можете предложить, и каковы ваши планы? Ну и конечно же мне нужно знать, каких услуг вы ожидаете от меня.

Командор не торопился излагать условия договора, а спросил:

– Насколько я понимаю, ты не можешь сделать так, чтобы портал был открыт постоянно?

– Пока нет.

– И в чем причина?

– Не хватает сил.

– А почему у некромантов порталы работают постоянно?

– Да потому что последыши, которые их открывали, выложились и надорвались. Они запитали порталы от энергопотока и померли.

– А что у тебя с Вайда?

– Ничего. Они сами по себе, спят под горами, а я отдельно.

Дигеон задавал эти вопросы не просто так. Подобные люди вообще ничего просто так не спрашивают, им чуждо праздное любопытство. Он хотел понять, насколько я полезен и опасен. Но пока больше полезен, чем опасен. Про Вайда и последышей «черные клинки» знают много, структура серьезная. Пока древний народ им не мешает, а портал в соседний мир без меня работать не будет. Поэтому они предлагают дружбу, но глаз с меня не спустят, и когда командор решит, что может обойтись без посредника в моем лице или я вот-вот разбужу Вайда, начнутся неприятности. При таком раскладе я стану слишком опасен, и меня опять попытаются прихлопнуть. Но это потом. А пока мы партнеры, и опасаться Дигеона, который имел при себе парочку мощных боевых артефактов, не нужно.

– Что же, – командор продолжил, – наши условия просты. Могу рассказать о них по пунктам, а ты говори, принимаешь их или нет. Идет?

– Да.

– Пункт первый. Для прикрытия портала и долины Койран мы вводим в Рунгию экспедиционный корпус.

Он замолчал и вопросительно кивнул, а я сказал:

– Принимается. Однако в долину Койран морейские воины и чародеи допускаться не будут. Только если транзитом.

– Не доверяешь?

– Нет.

– Пункт второй. На территории твоего королевства в мире Ойрон будет находиться наше представительство, которое станет вести торговую и дипломатическую деятельность. При этом список товаров и расценки на них будут согласовываться с тобой.

– Принимается. Только зачем вам здесь дипломаты?

– Для найма воинов и заключения оптовых сделок с правителями этого мира.

«Опасно это или нет? – задал я себе вопрос. – Конечно же морейцы станут вести свою политику. Но по большому счету мешать мне не станут, а когда начнут зарываться, можно их одернуть. Есть кое-какие задумки».

– Какова будет численность ваших представителей в этом мире?

– А это имеет значение?

– Для меня имеет.

– Давай остановимся на тридцати. Это нормально?

– Вполне.

– Пункт третий. Ты получаешь право открыть в пределах нашего царства собственные конторы, которые станут закупать необходимые твоему королевству товары.

– Беспошлинно? – уточнил я.

– Разумеется.

– Принимается.

– Пункт четвертый. Портал между мирами Кассерин и Ойрон должен открываться минимум один раз в десять дней.

– Принимается.

– Пункт пятый. Ты имеешь право вербовать в Морее чародеев и людей с редкими специальностями. Но список должен быть согласован с орденом «черных клинков».

– Принимается. Но, насколько я помню, свободных чародеев в Морее нет. Разве только самоучки.

– Так и есть. Однако в самом скором времени в царстве произойдут изменения, и некоторым магам, которые встали не на ту сторону, придется сделать выбор между штрафным батальоном и эмиграцией. Как глава ордена «черных клинков» я могу сделать так, что эмигрировать они станут к тебе.

– И половина этих чародеев наверняка окажется шпионами?

– Возможно. Но наглеть мы не станем.

– Посмотрим.

– Пункт шестой. К тебе будут приставлены «черные клинки», с которыми ты должен делиться знаниями.

– Нет. Мне соглядатаи не нужны.

– А если этими людьми станут Оракис и Виниор, твои боевые товарищи, а с ними Дементий Сарго?

– Все равно нет. Только если…

Я сделал паузу, и Дигеон поторопил меня:

– Говори.

– Предлагаю обмен. Я делюсь информацией с вами, а вы со мной.

– Что именно тебя интересует?

– Сведения из архивов «черных клинков».

– Надо подумать. Пока этот пункт заморозим.

Он замолчал, и я спросил:

– Что еще?

Командор усмехнулся:

– Это все. У тебя какие-то дополнения имеются?

– Сейчас нет.

– Тогда начнем составлять официальный документ?

– Можно.

Вот так был заключен договор с морейцами, и это оказалось гораздо проще, чем я себе представлял. Основу заложили, а шероховатости и дополнительные подпункты, когда они возникнут, решили обговорить через пару месяцев. Раньше нет смысла. Экспедиционный корпус появится через три-четыре недели, а торговцы через полтора месяца. Это при самом удачном раскладе. И пока морейцы будут этим заниматься, я собирался в два-три раза увеличить свою армию.

Командор «черных клинков» Ига Дигеон в мире Ойрон не задержался и отбыл на родину сразу, как только был подписан письменный текст соглашения с королем Оттаром Руговиром.

Конечно, договор с последним магом народа Вайда мог заключить кто-нибудь другой. Например, один из его заместителей или майор Кано. Но за делом Оттара Руговира наблюдал сам царь, а еще командор имел доступ к информации, которая была закрыта для других «черных клинков» и армейских генералов. Поэтому он понимал, что время дорого, и в ближайшее время враги навалятся на морейцев со всех сторон. И когда Тейваз Кано сообщил ему, что Оттара Руговира нашли, в голове Дигеона созрел план, который он немедленно начал претворять в жизнь.

Последыш Древних, как и ожидал командор, оказался сильным чародеем и удачливым командиром, молодым и потому неопытным, но с развитым инстинктом самосохранения. По воле судьбы он уже успел стать королем и тем самым приковал себя к одному месту. Теперь, даже не желая этого, ему придется расширяться, укреплять армию, наращивать военную мощь и копить золото. Ответственность за людей, которые пошли за ним, и за Вирбург наложили на Руговира определенные обязательства. Поэтому ему пришлось принять условия морейцев и подписать договор.

Кстати сказать, договор был честным и взаимовыгодным. Однако немедленной отдачи от него Дигеон не ждал, и план его заключался в том, что Руговир станет приманкой для врагов царства. Эльфы, в первую очередь именно они, а также гномы и некроманты из Шитторо наверняка уже определили местонахождение последыша. И что они предпримут? Ответ на поверхности. Они пошлют в Рунгию отряды, которые попытаются захватить Руговира или уничтожить его. Но на их пути встанут войска морейского экспедиционного корпуса, которые дадут им по сопатке и умоют врагов кровью. Только это конечно же не сможет заставить противника успокоиться. Пользуясь тем, что официально Рунгия является нейтральной территорией, они отправят на север еще больше воинов и чародеев. Причем эти силы противник снимет с самого опасного направления – с Рубайятского фронта. И таким образом морейские армии получат дополнительное время, которое будет использовано для переформирования, подготовки к новым сражениям и укрепления позиций.

Нельзя сказать, что план был очень хитрым, и Оттар Руговир понимал, что вскоре в Рунгии начнутся бои. Но поделать он ничего не мог, и ему придется сотрудничать с морейцами. А затем, кто знает, возможно, «черным клинкам» удастся его приручить и вернуть в Морею. По крайней мере, Ига Дигеон надеялся на это и для достижения цели готовился предпринять некоторые шаги…

Итак, командор оказался в Алькантаре. Измученные чародеи, которые обеспечивали ему и Тейвазу Кано переход, отправились в Академию. Начальник отдела «V» помчался проводить совещание со своими агентами. А Дигеон принял срочные доклады своих заместителей, отдал несколько распоряжений, прихватил сумку с документами и поехал в царский дворец.

Царь ожидал появления командора, и слуги немедленно проводили Дигеона к нему. Только государь Великой Мореи находился не в тронном зале, не в своем кабинете и не в саду. Сегодня Эраций Раен был в личном пыточном подвале, куда по его приказу из темницы «черных клинков» перевели пленную эльфийку, любовницу князя Айрика. Он не любил жестокости, но когда требовалось, его палачи трудились не покладая рук. Причем они использовали не только традиционные инструменты вроде игл, каленого железа и щипцов, но и многое другое. Например, магические зелья и дурманные травы, которые способны развязать язык самому крепкому хранителю секретов. По этой причине сбоев никогда не было, и царь всегда получал самую достоверную информацию.

Командор приготовился к тому, что придется вдыхать запах горелой плоти и слушать исповедь искалеченной эльфийки, которую сначала допрашивали «черные клинки», а теперь она оказалась в новом круге ада. Однако когда Дигеон спустился вниз, допрос уже был окончен и царь, перечитывая допросные листы, сидел на диванчике возле небольшого подземного родника, который находился под дворцом.

– Какие вести ты мне принес, Дигеон? – посмотрев на командора, спросил царь.

– Добрые вести, ваше величество, – ответил командор.

Молча Эраций Раен кивнул Дигеону на кресло рядом с собой, дождался, пока тот присядет, а потом посмотрел в сторону пыточной камеры и сказал:

– Знаешь, командор, пока лично не побеседовал с наложницей брата, я никак не мог поверить, что Айрик меня предал.

– А сейчас?

– Теперь я знаю, что был не прав. Признаю это. – Царь тяжело вздохнул и продолжил: – Долгое время я считал Айрика своим самым близким родичем и лучшим другом. Возможно, единственным. Любая его просьба выполнялась, и он имел все, о чем другие могли только мечтать. В управлении у него богатая провинция, которая прикрыта от врагов океаном и флотом. Он один из самых богатейших и влиятельных людей государства. Его любят женщины, и когда князь захотел стать командующим армией, и здесь я пошел ему навстречу. Но оказалось, что долгие годы он жил двойной жизнью, и я поражен его лицемерием. Как можно говорить родственнику в глаза одно, а потом мечтать о его свержении? Не понимаю этого и до сих пор не хочу верить, что он предатель. Но факты… С ними не поспоришь…

Царь замолчал, и Дигеон поддержал его:

– Да, ваше величество, с фактами спорить бесполезно, и «черные клинки» ждут приказа.

– Ты знаешь, что делать, Дигеон. Айрик Раен должен умереть, и пусть это будет несчастный случай. Его дочь-полукровку взять под стражу и доставить ко мне, а эльфов, которые прячутся во владениях князя, уничтожить. Все должно пройти тихо. А через несколько дней начинай охоту на приближенных Айрика. Всех, кто успел принести ему клятвы на верность и вступил с ним в сговор, арестовать. Думаю, многие прибудут на его похороны, и можно взять главных заговорщиков в одном месте.

– Ваш приказ будет исполнен, ваше величество. Но это может вызвать волнения в обществе. Поскольку клятвы на верность ируанскому князю принесли многие влиятельные персоны. Не только военные, но и чиновники, и чародеи, и дворяне, и купцы.

– Но ведь не все они заговорщики?

– Разумеется, государь. Об истинных намерениях и планах Айрика знали лишь самые близкие.

– Вот и отсей зерна от плевел. Кто не виновен, отпускай сразу, а остальных отправляй на каторгу. Ну а с волнениями мы разберемся, не впервой.

– Вы, как всегда, правы, ваше величество. Однако у меня есть предложение, как использовать заговорщиков. Слишком расточительно гробить их в каменоломнях и шахтах.

– Хочешь сформировать из них штрафные подразделения?

– Никак нет.

– Тогда что ты предлагаешь?

– Отдавать их Оттару Руговиру.

– Ты это серьезно?

– Более чем, ваше величество.

– Изложи предложение подробнее.

Командор слегка улыбнулся, достал из сумки несколько листов бумаги, которые он передал царю, и продолжил:

– Не далее как несколько часов назад я провел переговоры с чародеем Вайда. Лично. После чего был подписан договор о дружбе и взаимопомощи…

Царь начал просматривать бумаги и попутно, прерывая командора, задавал ему вопросы:

– Ну и как он тебе?

– Он меня ничем не удивил. Храбрый воин и сильный чародей, молодой и горячий. Скрывать не стану, он мне понравился, и я считаю, что со временем, если не торопиться, Оттар будет нам весьма полезен. Да и сейчас, открывая нам торговый путь в иной мир и принимая на себя удар наших врагов, пользу может обещать немалую.

– А ты уверен, что эльфы и прочие наши противники вцепятся в него?

– Для эльфийского князя Заара дин-Нейдаля и некроманта Эссау Гебариди он самый главный враг. Поэтому ради его поимки или уничтожения они готовы пойти на многое, а гномы и короли людей последуют за ними. Не все, ибо Нейдаль и Гебариди не всесильны, но многие.

– Как бы их удар не оказался настолько силен, что наши воины и Оттар Руговир его не выдержат.

– Они выстоят, ваше величество. В экспедиционный корпус, который мы отправим в Рунгию, войдут три пехотных полка и один кавалерийский. Это усиленный легион, к которому присоединятся роты конных егерей, чародеи, пограничники и подразделения добровольцев. Причем это только первый состав Рунгийского корпуса, который в дальнейшем будет усилен, и Оттар, разумеется, не останется в стороне, ибо не сможет. Он мощный чародей, и у него уже есть небольшая армия, которая будет усилена наемниками из мира Ойрон. Только магов у нашего нового союзника мало. Да чего там, их практически нет. Вот потому-то заговорщиков, которые поддерживали Айрика Раена, нужно отдать Руговиру. Потери у него ожидаются немалые, и большинство тех, кто хотел вашего свержения, погибнет в боях.

– А кто выживет, как быть с ними?

– Этим людям выпишем «волчий билет», запрет появляться в Морее. А с Руговиром договоримся так, что после окончания боевых действий все заговорщики должны остаться в мире Ойрон. Навечно.

– Это может быть опасно.

– Да, ваше величество. Но среди них будут наши люди, которые не допустят выхода ситуации из-под контроля. Часть работает на орден «черных клинков» давно. А остальных завербуем после ареста. Например, Роя Руговира, старшего брата нашего Оттара. Он долгое время находился рядом с князем Айриком. Следовательно, знал о его планах и должен отправиться на каторгу. Однако мы дадим ему возможность выбора. Свобода, пусть даже относительная, под крылом младшего родственника, и работа на «черных клинков». Или же наказание. Что он выберет? Наверняка ссылку и службу королю Оттару, который не прогонит родственника и не посмеет его уничтожить, даже если узнает, что он наш агент.

– Что же, попробуй. Но самых опасных смутьянов вроде генерала Эрахова выпускать нельзя. Если кому и оставлять свободу, то заговорщикам среднего звена.

– Так точно, государь.

Кивнув, Эраций Раен вернул командору документы и сказал:

– Пока все идет весьма неплохо. Но времени не теряй и сразу же начинай готовить экспедиционный корпус. Ты остаешься куратором этой операции. Полководца, который возглавит наши войска в Рунгии, выберешь самостоятельно, я тебе доверяю. Кстати, ты уже сделал выбор?

– Да. Это полковник Хассо Риф.

– Кто такой? – удивился царь.

– До войны командир Сорок восьмого запасного пехотного полка, а сейчас он руководит учебными лагерями в Северной Морее. Раньше полковник Риф был командиром Руговира, и это повлияло на мой выбор. Но самое главное, что он большой знаток севера, долгое время воевал в Хартоссе и охранял Дрангию. Офицер достойный, и я уверен, что он с поставленной задачей справится.

– Надо бы присвоить ему чин генерала. Как думаешь?

– Вы правы, ваше величество, надо.

– Пригласи его ко мне.

– Слушаюсь, государь.

– Ступай, Дигеон.

Глава «черных клинков» вышел, а царь усмехнулся и подумал о том, что командор все-таки хитрец и человек с двойным дном. Даже ему он не сказал всей правды о передаче заговорщиков Руговиру. Ведь каждый из тех, кто поддержал Айрика в его стремлении стать государем, не бедный человек. Поэтому за сохранение жизни и относительную свободу заговорщики выложат кругленькую сумму, которая отправится не в царскую казну, а в карман командора Дигеона.

Впрочем, государь был не против. Главное, что командор решал возникшие проблемы и не требовал дополнительных ассигнований. В конце концов, он думал не только о себе, но и о своем ордене, который в очередной раз доказывал свою преданность династии Раенов.