Мы в замешательстве стояли перед высокой стеной. Нити заклинаний немного гудели, привыкая к нагрузке. Кто-то очень ответственный восстановил дыру в защите меньше чем за сутки. Такая оперативность могла порадовать только ректора, но не нас.

- Эпично, и что делать будем? – Кариса толкнула локтем в бок Вьюгу.

- Молиться, на самого лучшего, самого доброго и самого прекрасного боевого мага в империи, - хохотнули за нашей спиной.

- Лион, - Вьюга пожал руку бойцу, - спасибо.

- Молиться буду, но молча, - коротко ответила Кариса.

- Ребятам говорить будем? – шепнула я, зная: оборотень точно услышит.

- Лию и Верену – да, не следует плодить тайны в группе, - оборотень сморщила нос. – А эти двое мутные. Сдадут, ради выгоды.

- Если дотумкают до клятвы, то можно и рассказать, но зачем? Это личное дело семьи Карисы. Ну и оборотней в целом. Все понимают, что сегодня мы спим как на полигоне, чтобы утром быть свежими? – грозно напомнил Вьюга.

- Да, понимают. Кое-кто и так постоянно использует медитацию, - Рис хитро покосилась на меня, - я просыпаюсь от того, что «лучшая ученица» лихорадочно пролистывает учебники, делает выписки. Мрак.

- Но магия – это невероятно интересно, - удивилась я.

- Книжный червь, знаешь, может быть, вы и не такая странная парочка, как кажется, - хохотнул Вьюга.

Лион махнул рукой нам на прощание и вернулся к обходу стены. Только теперь уже изнутри.

- Ди-Овар, фон Сгольц и Вьюга, - этой ночью все повадились выходить из-за наших спин. Но среди всех ночных кошмаров профессор Ильв была худшим.

- Профессор Ильв, - слаженным хором произнесли мы.

- Итак, вы пытались проникнуть за стену? И что же вам понадобилось? – эльфийка сложила руки на груди и отставила ногу в сторону. Всем своим видом показывая: у таких, как вы, не может быть достойного оправдания.

Мы скорбно молчали, понимая: сначала нас умертвит и высушит Ильв, а после воскресит и вылюбит мастер. И тут меня осенила гениальная идея:

- Мы ходили искать живописное место, - я скорбно вздохнула, - на пути Карисы и Дара слишком много условностей. Мы хотели найти местечко, где нет охранных чар – помолвку провести. Особенную. По личной задумке.

Эльфийка перекрестилась самым человеческим способом, и отвесила мне полновесный подзатыльник:

- Вы понимаете, чем это могло кончиться?

- Тем, что я стану второй женой нелюбимого человека?

- Или тем, что Вьюга будет драться со взрослым оборотнем, по закону стаи, чтобы с боя забрать свою женщину себе? – добавила я. – И равного брака у них уже не будет. Это если Дар победит. Сколько лет твоему официальному жениху?

- Он ровесник мастера Данкварта, - пожала плечами Кариса.

- Ох, дети, - Ильв вздохнула, - эльфийская помолвка, вот чем я вам могу помочь. Но это не только на всю жизнь. Смерть и новое рождение – вы не будете счастливы ни с кем другим. Это очень серьезно.

Вьюга крепко прижал к себе оборотня и поцеловал доверчиво подставленные губы.

- Идите к себе, фон Сгольц. Таинство эльфийской помолви не терпит присутствия посторонних.

- Да, профессор.

- Вы трое все равно будете наказаны, - так же отрешенно заметила Ильв, - я позднее решу, что с вами делать.

В нашей комнате спал Верен. На моей постели, поверх одеяла. Будить я его не стала, если я все правильно понимаю, этим утром Рис уже не вернется.

Едва я закрыла глаза, как зазвонил колокол. Плестись в умывальню было откровенно лень. Но ходить с нечищеными зубами хотелось еще меньше. Верен тер заспанные глаза и зевал. Забрав у него кольцо с «поводком», я влилась в сонный ручеек девушек-студенток.

Взбодрили меня неожиданно. Пока я ковырялась в своей косметичке и возвращалась за зубной пастой, основной поток жаждущих водных процедур истаял. И я наслаждалась одиночеством.

Наклонившись над раковиной, я смывала пенную маску – как-никак, надо следить за собой. Особенно, если любимый человек есть. И если кожа стала сальной. Вернее, особенно если кожа стала сальной.

Доступ к воздуху перекрыли неожиданно. Жесткая толстая веревка оплела горло, неизвестный навалился на спину, затягивая петлю. Я скребла пальцами по горлу, пытаясь хоть немного оттянуть веревку.

- Что у тебя с некромантом? Сейчас я дам тебе дышать.

Ответить я смогла не сразу – я дышала. С хрипом и свистом втягивала в себя прекрасный воздух.

- Любовь у нас, - выдавила я из себя, и пальцы обдало морозом.

- Отлично.

Боль я почувствовала не сразу. Сначала что-то сильно ткнуло меня в бок. Лезвие входило с усилием, лед на пальцах стал нестерпимо холодным. Уперлась руками в умывальник и бросила тело назад. Вот только моя противница уже исчезла, и я упала на пол. Прижав руку к левому боку, нащупала рукоять ножа. Господи, с какой стороны печень?!

- Рысь! Господи, меня Вьюга убьет на твоей могиле, - Верен рухнул рядом. Что он делает в женской умывальне? Какие глупые мысли приходят в голову.

Чьи-то голоса слились в один неразличимый рокот. Бок пугал своей нечувствительностью, зато горло отрывалось за двоих – саднило и болело невероятно. Резкий запах подсказал, что меня принесли в больничное крыло.

- Иртэ! – тренер Зур.

Да вот хрен вам всем. Откуда только взялась эта злость. Потянулась мысленно к кольцам, забирая силу. Все тело словно пронизало могильным холодом, и мне удалось сесть на постели:

- Я отказываюсь от врачебной помощи целительницы Иртэ. Ввиду произошедших между нами злоключений, у меня нет уверенности, что ее действия будут всеобъемлющи и направлены на мое исцеление, а не обратное. Прошу и требую пригласить целителя-стажера Лигура.

Я рухнула на спину, и сознание померкло.

***

Мерный писк приборов, шум искусственных легких - реанимация целительского покоя была до ужаса похожа на свою товарку с Земли. Я разлепила веки, сглотнула сухим горлом и скосила глаза вправо, затем влево. Справа было широкое окно, за ним - светлый день и больничный парк. Ну, или не больничный.

Слева, в кресле, спал некромант. Под глазами залегли тени, волосы в беспорядке. Мои руки свободны, и я осторожно вытаскиваю изо рта трубку. На мое счастье, в этом схожесть наших миров заканчивается - она введена не так глубоко, как кажется.

- Мастер, - короткое слово наждаком прошлось по горлу. Откашлявшись, отчего на глазах выступили слезы, я обернулась на Роя. Но Данкварт не проснулся.

- Я его сонным заклинанием приложил, - сочный басок от двери, - доброе утро. Ох, и заставила же ты меня побегать. Вот, выпей. Горло подлечит. Что помнишь?

- Все помню, - удивилась я. - По минутам не расскажу, но провалов нет.

- Я сейчас приглашу мастера Дарго, - улыбнулся Лигур. На самом деле, с его страшноватой рожей, эта улыбка больше походила на гримасу. - И да, благодаря тебе я полноценный целитель. С того света вытащил, не прибегая к помощи опытных коллег.

- Здорово, - восхитилась я, - но с другими пациентами придерживай информацию, вдруг на истеричку попадешь.

- Я был в тебе уверен, - хохотнул Лигур и закатал рукава мантии, показывая мускулистые руки, покрытые короткими черными волосками. И темный след от татуировки.

Лион, как и Роуэн, выглядел помятым.

- Ну и задала ты перцу. Иртэ привлекли к проверке на соответствие занимаемой должности, - хохотнул Дарго. А Лигур пожал плечами:

- Гномка - не самая популярная личность. В Академии она больше пряталась от коллег, чем работала. Слишком уж она занята подчеркиванием своей гномьей крови, а не реальными делами.

- Но ведь у гномов свое отношение к целительству? - возразила я. Голос больше не хрипел, но был слабым и тонким, как у настоящей Лауры. Она училась говорить, как высокородная дама, нежно, чуть устало, будто вот-вот потеряет сознание. Теперь и я так могу.

- То-то и оно. Ну, рассказывай, - Дарго принес с собой стул и устроился на нем верхом. Целитель Лигур уверенно сел на мою койку, а я только вздохнула. Наверное, это судьба: делиться сокровенными метрами личного пространства с малознакомыми людьми.

- Проснулась, Верен спал в моей постели, я - в постели Карисы. Где была Кариса, вас касаться не должно.

- А меня? - ничуть не сонным голосом осведомился Данкварт.

- А можно после? - я робко улыбнулась. Роуэн смотрел на меня холодными глазами человека, привыкшего разделывать молоденьких студенток на кровоточащие части.

- Хорошо, продолжайте, студентка.

Вот есть хорошая фраза: «Сердце пропустило удар». Мое сердце начало стучать в ритме «какая наглость».

- Я пошла умываться, забыла зубную пасту, вернулась, Верен уже ушел. Взяла забытое, пошла в умывальни. Совершила все необходимые процедуры, и когда наклонилась последний раз ополоснуть лицо, мне на шею набросили удавку. Женщина. Крупная, но не толстая. Скорее высокая. Она надавила на спину и придушила, достаточно сильно. Спросила, что у меня с мастером Данквартом.

- Это поворот, - усмехнулся Дарго. - И что Вы ответили?

- Что у нас любовь, - я не смотрела на некроманта, - это, конечно, не так. Станет ли прославленный мастер интересоваться студенткой, приносящей ему исключительно проблемы, но уж очень мне хотелось ее взбесить.

- Неразумно, - покачал головой Лигур.

- Я полагала, что это студентка. Призвала магию, и если бы не кинжал, - я вздохнула, - мда, если бы, если бы. Вот и все. Потом прибежал Верен, как только догадался. Потом был целительский покой. Я сказала то, что хотела и на что имела право, и потеряла сознание. Все.

- Своим высказыванием ты нанесла серьезный урон репутации целительницы Иртэ, - хмыкнул Дарго.

- Вот уж скажешь, она и сама молодец, без моей помощи справилась. Сначала от бороды избавилась, подмешав сама себе огненное зелье в крем, а потом попыталась свалить на судьбу в лице студентов. И когда не вышло, окрысилась на меня. Будто я вешалка для собак, - возмутилась я. Некромант молчал, и это бесило. Неужели в этой ситуации он считает меня в чем-то виноватой?

- Это удар и по Академии, - все же разродился некромант.

- Что именно - удар по Академии? - горько спросила я, - То, что на студентку напали или то, что об этом стало известно? Целитель Лигур, погрузите меня в сон, я плохо себя чувствую. Если возможно ограничить количество посетителей, я буду Вам благодарна.

- Увы, выкинуть из палаты вашего наставника я не могу, - вздохнул целитель. Я пожала плечами:

- Тогда ограничение не имеет смысла.

- Зато я могу выгнать всех остальных, - спокойно заметил Роуэн. - Извольте выйти, господа.

Я прикрыла глаза. Было обидно, но как-то отстраненно. Не верила ведь, что нравлюсь ему. Была права.

- Я был неправ, Рысь, - негромко произнес некромант. - Ну же, посмотри на меня. Девочка, я все время забываю: твоему возрасту свойственна излишняя драматичность.

- Вовсе нет.

- Вовсе да, - нахмурился некромант. - Ты запретила целительнице Иртэ лечить тебя и назвала другого врача. Магия толкует речи своих адептов прямо. Сказано: целитель Лигур, значит, он и должен тебя врачевать. Из-за своей порывистости ты едва не погибла, и сердит я именно поэтому. Я уже в красках представил следующее практическое занятие, где материалом будет твое мертвое тело!

- Вы бы меня пустили на ингредиенты? - я улыбнулась.

- Чему Вы улыбаетесь, несносная девчонка?

- Тому, что Вам не все равно.

Он подтащил стул поближе, сел на него и очень серьезно посмотрел на меня:

- А какая может быть причина, Рысь? Если мне все равно, то к чему все было?

- Когда человек тебе не безразличен, - я сглотнула, - никогда не верится. Ум одно говорит, сердце - другое. Зачем я Вам? Вы взрослый, состоявшийся человек. Оборотень. У вас профессия и громкое имя. В определенных кругах.

- И поводок, - хмыкнул некромант, - я обвинен в убийстве. И сам до конца не уверен в собственной невиновности. И Вы, молодая, красивая, одаренная.

- Да, одарена я щедро, - в тон мастеру ответила я, - особенно способностью находить приключения. Признайтесь, Вы коллекционируете разбитые сердца.

- Не люблю высоких женщин, - сморщил нос Данкварт, - так что у нее нет шансов. Некромант осторожно коснулся губами моего лба и тихо попросил:

- Будь аккуратна, прошу тебя. И тебя еще ждет серьезный разговор.

- Мы выкаемся или тыкаемся? - таким же шепотом спросила я.

- Ты можешь обращаться ко мне так, как захочешь, но только наедине. И прежде чем в этой красивой, но заполненной лишь наполовину голове сформируется обидка - это для тебя. Любовная связь с осужденным убийцей - не лучший анамнез.

- А ты осужден?

- Да. Вмешался отчим, и дело отправили на доследование.

Рой сам погрузил меня в сон. И целую неделю я просыпалась, ела, пила, при помощи медсестер совершала разные упражнения, в том числе и акробатический номер «сходи на судно», и снова засыпала.

Так прошла неделя. Забегали ребята, всегда кучкой и в сопровождении Дарго. Рой приходил утром и вечером, целовал меня в щеку сухими губами. Усаживался рядом, и, поглаживая меня пальцами по голове, читал лекции. Да-да, все, что проходили на профильных занятиях ребята, он зачитывал мне. Мы не говорили о будущем, о наших чувствах - это было сложно для обоих.

- Ну, вот и все, - утром, до визита Роуэна, пришел Лигур. - Придет твой жених и заберет тебя. Нагрузка обычная, мы тебя зельями накачали по самые ноздри, так что можно даже превысить немного. Мне тут выговор влепили, за панибратство с пациенткой.

- Со мной - можно. Я, как-никак, первая пациентка.

Лигур усмехнулся и присел. Помялся немного и все же спросил:

- Закрепишь меня как своего личного целителя?

- Давай, ты все сам, а я подпишу? - серьезно спросила я.

- Хорошо. И спасибо, для меня это очень важно, - так же серьезно ответил громила- целитель.

Я кивнула в ответ и до самого прихода мастера мы молчали. Пока Лигур объяснял некроманту, что мне действительно все-все можно, я потягивалась всем телом. И где-то на середине потягивания меня заклинило. Нет, не по причине физического недуга. Я просто вспомнила про «поводок», проверила на руке наличие кольца и окончательно перестала что-либо понимать.

- Рой, - неуверенно позвала я, и тут же оправдалась: - Лигур теперь мой личный целитель.

- Знаю замечательное средство от ранней седины, - сочувственно произнес некромант и хлопнул целителя по мощному плечу. - Что?

- А как ты, ну, это, - я не хотела говорить о «поводке» вслух, поэтому изобразила удушение.

- Я лекции перенес в больничный морг.

- А разве не нам все трупы доставляют?

- Нет, если кто-то умер у целителей, здесь его и вскрывают, и обмывают, и родственникам выдают.

- Только не все забирают, - поправил Данкварта Лигур, - так что у нас и кладбище есть свое. Я тебя так и положил, чтоб у студентки-некромантки окно выходило на могилки.

- Спасибо, - ошарашенно выдавила я. Вот не знаю, плакать или смеяться от такой заботы?

Удивительно, сколькими вещами я обзавелась за неделю. Мы с Роем вместе с грустью смотрели на внушительную горку вещей на постели и вздыхали - сумки не было.

- Я могу снять куртку, и положим все в нее, - задумчиво предложил некромант.

- Можете оставить, - Лигур вернулся с бумагами, где я с гордостью поставила свою закорючку. Рысь с завитушками, хорошо, не пришлось менять родную подпись. - Палаты после сильных магов месяц не заселяют, если есть возможность. А этот ремблок непопулярен, - Лигур мотнул головой на окно, - не хотят люди смотреть туда.

- А некоторым полезно, - кивнул некромант.

- Да, я вот одного лихача спецом перевел в соседний ремблок, - хохотнул Лигур, - захожу, на холмик показываю, говорю: «А там у нас лежит Инсам, первый гонщик в истории Столицы». Бледнеет пациент, но на поправку идет.

- Ладно, говорят, это к возвращению, - я пихнула свои сокровища обратно в тумбочку, - но, надеюсь, на меня не подействует.

- Возникло желание спалить твое барахло к ракшасовой матери, - проворчал некромант и вздохнул, - но я не огневик.

- Это где ж Вы, мастер, живого огненного видели? Окромя Лорда Перевала, их больше-то и нет.

- Он мой отчим, да и сын его унаследовал два семейных дара - огненный кошак, - добродушно хмыкнул Данкварт и добавил: - и ракшас его знает, сколько пламенных бастардов по деревням подрастает. Ух, матушка и задала ему трепку - ко мне приехал, год боялся в герцогство вернуться. У леди Данкварт особое отношение к байстрюкам.

- Это правильно, не должно быть ничейных детей, - кивнула я и выпрямилась, - я готова к свершениям!

- Вот свершений, Рысь, точно не надо, - испугался некромант.

***

Устраивать праздник ребята не стали. Как грубовато выразился Вьюга, в прошлый порадовались, а я вновь в больничку загремела. Поэтому вечер мы провели в финальной тренировке на полигоне.

В тренировку вошла упрощенная программа - Вьюга предположил, что тренер воспользуется привычным методом. Но упростит - иначе цивилы поубиваются еще на полосе препятствий.

За два часа нам удалось пройти половину. Вьюга вымученно улыбался и вздыхал - сам он все это проскочил бы за полчаса.

- Мы не можем быть хуже всей Академии, - шепнула я погрустневшему бойцу - Как минимум, есть факультет алхимиков. А девицы с травоведческого?

- Так-то оно так, - вздыхал Дар и принимался гонять задыхающегося Верена.

На самом деле фон Тарн сильно нас замедлял. Физическая подготовка у него была хуже всех. Где-то рядом болталась Майя, и после нее шла я. Третья с конца. Но Верен очень уж отставал - не умел бегать и слабо подтягивался. Вьюга кусал губы, клялся, что после зачета загонит пацана на тренировочную площадку и жизни ему не даст. Но вслух фон Тарна никто не упрекал - он и сам понимал, что отстает. И очень по этому поводу переживал.

Охотник попытался было открыть рот, но Кариса ненавязчиво отвела его в сторону и напомнила, что если убрать Верена, обузой станет Майя. Что только на фоне алхимика человечка выглядит пристойно. И если он, Охотник, доведет мальчишку, то его и без того увечную на голову любовницу доведет она, Кариса. Тут вмешалась я, добавив, что тоже поучаствую в избиении младенцев.

- Отдыхаем, едим, спать не будем - нет смысла, - Вьюга установил над костром треногу с котелком. - Каша, надо будет сварить ее заранее, а на зачете уже разогреть. Девочки, справитесь?

- Да, командир, - пропели мы с Карисой хором.

Кашу Дар безбожно пересолил. Я подтолкнула Карису локтем и напомнила о примете: пересолил - влюбился. Как выяснилось, в этом мире так никто не говорил. Ну, ладно, значит, теперь заговорят.

Один только Лий с невероятным спокойствием наворачивал кашу. Даже не морщился.

- У тебя убийственное самообладание, - восхитилась я, - она же соленая нереально. Ты и лимоны так же ешь?

- Могу съесть лимон, не очищая кожуры, как яблоко, - спокойно улыбнулся эльф и чуть повернул голову, показывая небольшие шрамы под челюстью.

- Что это? - подозрительно уточнила я. Вот нутром почуяла, ничем хорошим это быть не может.

- Шрамы, - озвучил очевидное Лий. - Матушка родила меня, подобреть не успела. А в детстве я был очень капризным, то мне было слишком сладко, то слишком солено, - эльф пожал плечами, - вот она мне вкусовые рецепторы и вырезала. У нас, эльфов немного иное строение тела и нервных окончаний.

- Ракшас знает что, - выдохнула я, по позвоночнику побежали мурашки.

- Да ладно, - Лий улыбнулся, - я не знаю, чего лишился. А матушка с десяток лет назад резко повзрослела, видит меня - слезами заливается. Я еще и поэтому решил пожить среди людей. Может, еще разок родит и меня в покое оставит? Как думаете?

На полянке повисла тишина. И только эльф спокойно доедал пересоленную кашу, осторожно собирая корочкой хлеба остатки с краев тарелки.