Утром, как договаривались, Виктор зашел в здание партии, поднялся на второй этаж. Екатерина беседовала с десятком посетителей. Увидев Виктора, одного из них взяла за руку и подошла к нему.

— Здравствуй, Виктор. Что-то неважно выглядишь. Плохо спалось?

— Можно и так сказать, — усмехнулся Виктор. — Ты привела того, о ком говорила?

— Да. Познакомься. Его зовут Герлой. Активный член нашей партии. Много мне помогает, хорошо язык наш знает. И человек порядочный.

— Рад познакомиться, Герлой. Меня Виктором зовут.

— Кто же не знает тут, как тебя зовут? — засмеялся мужчина, по глубоким складкам на лице которого видно было, как много пережил человек лиха.

— Раз познакомились, давай пройдем куда нибудь в сторонку и поговорим по душам.

— Можете пройти в мой кабинет, Виктор, — предложила Екатерина.

Поблагодарив ее, Виктор повел нового знакомого в кабинет. Расселись.

— Я просил Екатерину познакомить меня с человеком, которому могу доверить очень важное дело, — заговорил Виктор, как сели друг против друга. — Видишь ли. Коротко говоря, в нашей стране считается, что храмовники вред наносит людям. Мы хотим, чтобы со временем вы тут жили, как мы там живем. Значит, со временем и тут не будет никаких храмов и жрецов. Но это потом будет. А пока собираемся просто ослабить их влияние на граждан. Ты, наверное, заметил, что в последнее время такое началось.

Герлой кивнул:

— Все заметили.

— Так это моих рук дело.

Герлой от этих слов опешил.

— Не может быть!

— Виктор хитро улыбнулся:

— Хорошо получилось, правда? Нужно только умно направлять и манипулировать их тупостью и жадностью. Всякое можно внушить. Немного фантазии использовать, чтобы сочинить нужную сказку в нужное время, и они сделают все то, что их опорочит в глазах остальных.

— Выходит, это ты заставил их погнать горожан в горы? А сбор податей тоже твоя затея? — продолжал удивляться Герлой.

— Да. Теперь мне нужен человек, который продолжал бы мною начатое, чтобы я мог такую же работу в Эритрее провести.

Теперь до Герлоя дошло, что именно хочет от него легендарный человек из загадочной северной страны.

— Ты хочешь меня сделать храмовником…

— Не просто храмовником, а старшим жрецом. Ты согласен мне помочь?

Герлой покачал головой:

— Я слишком сильно их ненавижу, чтобы постоянно бывать среди них. Я лишился семьи от их жадности. Как я смогу спокойно с ними разговаривать?

— Екатерина мне рассказала о твоем горе. Кстати, скажи: когда это произошло?

— Два года назад. Ближе к морозной ночи.

— А кому продали твою семью, знаешь?

— Узнал только, что одноглазому торговцу. Больше ничего не знаю, — понурился Герлой.

Виктор аж подпрыгнул на стуле. Вот это может оказаться очень удачным продолжением событий.

— Герлой, я убил того торговца рабами. И многих его рабов освобождал. Ты поздно сюда попал, не знаешь. Твоя семья сейчас счастливо живет в моей стране.

— Как! — в свою очередь дернулся Герлой. Потухшая давным давно надежда ярко вспыхнула в глазах. — Как можно проверить это?

— Очень просто, — засмеялся Виктор. — Сейчас я тебе дам коня и провожатого. Скачи туда, сам проверь.

Герлой нетерпеливо вскочил на ноги. Виктор тоже встал и повел его к выходу. По пути спросил:

— А ты вернешься обратно сюда или мне уже искать другого на роль старшего жреца?

— Все для тебя сделаю, Виктор. Все! Лишь бы знать, что семья цела.

— Прекрасно. Подойдешь там от моего имени к Сергею. Ему все расскажешь. Он тебе во всем поможет. Неделю побудь с ними и скачи обратно. Как закончишь тут, вернешься к ним туда. Устраивает тебя такой расклад?

— Конечно, устраивает! Лишь бы их увидеть. Знать, что с ними все хорошо.

У казармы Виктор позвал капитана, дал распоряжение выделить воина в провожатые до плато и выдать человеку коня. Потом повернулся к Герлою:

— Жду тебя через неделю. А там уж сам своими глазами увидишь, как и тут жить надо.

Подъехал воин с конем для Герлоя. Виктор попрощался с ним и пошел в сторону дворца. Настроение было такое, словно сам только что великую потерю обратно обрел. Как это здорово делать вовремя добрые дела, отдающиеся добром в годах! Но как их можно делать, не растерзав в клочья злобных существ, называющих себя человеками по недоразумению.

Вошел в парадные двери и прямиком прошел в тронный зал. В огромном помещении посередке уже стоял круглый дубовый стол с приставленными к нему тремя высокими креслами. Никого в зале не оказалось.

Виктор устало плюхнулся на одно из кресел. Придется ждать, пока триумвират изволит собраться. Он опустил голову на столешницу и тут же задремал. Сказывалась не столько физическая усталость, сколько нервная истощенность со вчерашнего дня.

Порой странные сны стали ему сниться с тех пор, как взобрался на крышу. Что-то с вестибулярной случается в этих снах…

… протискивался сквозь частые деревца, а устоять на ногах не получается. Все норовит упасть в мерзкую грязь по земле. И двигаться вперед ой как тяжело! Изо всех сил приходится стараться, чтобы чуть-чуть сдвинуться вперед. А там, где-то за деревцами слышится плач. Он должен помочь кому-то там. Может, это Колька плачет? Виктор старается пройти туда, а силы стремительно покидают его. Ноги еле волочатся. И тело неустойчиво кренится, грозя нырнуть в липкую жижу внизу. Почему плачет Мила? Кто смеет ее обижать? Виктор отчаянно проталкивает себя еще немного вперед. Падает на четвереньки. Руки ощущают мякоть теплой гадости. Она извивается под пальцами, как куча змей. Теперь он видит сам, что всюду змеи. Мелкие коричневые змеи вместо грязи, скользят по пальцам. Глаза закрываются. Их надо продирать, чтобы видеть куда ползешь. А впереди только деревца. И плач. Виктор видит теперь, кто это плакал. Он с сердцебиением видит Милу, погрузившую лицо в каменную чашу, а рядом в грязи играется со змейками Колька. Хочет закричать во все горло «нет!». Но только стонет беспомощно…

…его трясут за плечо. А он все пытается докричаться.

Виктор словно свалился с высоты. Перед глазами набок упавшая стена, а щека до онемения отекла на столешнице.

— Виктор, — продолжают его трясти. — Просыпайся.

Он с трудом поднял голову и осовело поглядел на майора. Рядом Бердион и незнакомый пожилой мужчина в помпезных одеяниях.

— Ох! Уснул, что ли? — поднялся он на ватные ноги. — Извините. Ночью не спал совсем, — виновато улыбнулся он, потирая затекшую щеку.

Взглянул за окно. Ого! Уже полдень, не меньше. Надо же! Нашел место спать.

— Нам донесли о похищении твоей семьи, — скорбным голосом сообщил Бердион. — Обещаю, лучших сыщиков отправлю на поиски. Обязательно их найдут.

— Виктор, — с жаром подошел к нему майор. — Что мне сделать для их поиска?

— Ничего никому делать не нужно, — успокоил его Виктор. — Я все сделал. Нашел семью и уже отправил в новую Русь.

— Как? — аж подскочил Бердион. — Когда? Кто похищал?

— Вчера еще. А похищали наемные убийцы. Заказ выполняли.

Бердион, пораженный словами Виктора, плюхнулся на кресло.

— Чей был заказ? — глухо спросил он. — Кто посмел?

Виктор обошел стол и встал напротив Бердиона. Положил кулаки на столешницу и грозно уставился на вершителя.

— Твои приближенные. Ты, надеюсь, скажешь мне: кто такие Кренсойр и Эрхилл?

— Мои верные вассалы… — удивленно округлил глаза Бердион. — Они?

— Да. Я допросил похитителей перед их смертью. Они их выдали ради быстрой смерти.

Настала мертвая тишина. Бердион как язык проглотил. Только беззвучно двигал губами. Виктор решил самому нарушить наступившую паузу:

— Триумвират будет их судить или этим тоже мне заняться?

— Триумвират, — выдохнул Бердион. — И прямо теперь же. — Бердион позвал офицера, стоявшего у двери. — Повелеваю, немедленно арестовать и привести сюда сиятельного Кренсойра и сиятельного Эрхилла!

— Пусть здесь, при мне сияют, — зло добавил Виктор.

Офицер поклонился и вышел. А Бердион с сомнением в голосе пробубнил:

— Этот арест вызовет большое недовольство среди моих знатных придворных.

— Выбирай: твои придворные или наш союз, — рассердился Виктор. — Если ты их не казнишь, союз распадется. А я все равно их казню. Лучше ты это сделай.

Угроза подействовала. Бердион не колеблясь, объявил, что триумвират немедленно отреагирует на его жалобу и сурово накажет виновных. А их немалое состояние конфискует в пользу казны. Последнее должно было быть большим утешением для вершителя Горданы. В конце концов, под крылышком союза с такой грозной силой, почему бы не прижать пару другую из собственной знати? И казна заметно пополнится…

Бердион ласково посмотрел на Виктора и сказал ему:

— Посиди в сторонке, а мы начнем рассмотрение твоей жалобы. Сиятельные, садитесь на свои места. Начнем наше судилище.

Виктор уселся у стенки и оттуда слушал напыщенные фразы проходящего триумвиратного суда и скорое их единогласное решение казнить виновных в заговоре против союза посредством отрубания головы и полную конфискацию всего им принадлежащего имущества в пользу казны.

Как раз суд закончился, когда привели виновных. Виктор увидел своих скрытных врагов. Оба были в летах. Один был толстый и короткий, другой тощий и высокий. Их яркие одеяния совершенно не подходили к их теперешнему плачевному положению.

Они, как увидели Виктора, переменились в лице. Озадаченное их выражение лиц словно говорило: как он смог узнать? Но пока не озвучивали мучающий их вопрос. Наоборот. Надменно задрав подбородки, покрытые короткими бородками, с достоинством поклонились сидящим за столом и приняли независимые позы, став впереди офицера.

Бердион гневно глянул на них и изрек:

— Вы обвиняетесь в попытке похитить семью гостя из новой Руси, чтобы шантажировать его. Вы покусились на нерушимый наш союз с ними. Что можете сказать в свое оправдание?

Арестованные умудрились сделать удивленные лица.

— Не понимаем в чем нас обвиняют, — сказал толстый.

— Пусть докажет свое обвинение, — поддержал его тощий.

Бердион вопросительно поглядел на Виктора.

А действительно! Как же доказать, что не напраслину говорит он? Исполнители уже мертвы. Нет конкретного свидетельства. А то, что слышали и его воины слова наемников, так можно было со своими иноземцами сговориться.

Виктор у стены беспомощно сверкал глазами.

— Признайтесь в преступлении, и вас быстро казнят, — захрипел он грозно. — Если будете требовать доказательств, я их все равно добуду. Но тогда вы долго будете страдать, прежде чем издохнете!

Оба пленных, услышав его угрозу, мертвенно побледнели, но ни в чем не признались. Так и продолжали стоять, насупившись.

— Значит, выбирали ужасную казнь? — попер на них Виктор. — Чтож. Придется найти гильдию убийц и привести сюда на дознание их главаря. Пусть он подтвердит заключенную с вами сделку. — Потом обратился к майору: — Тщательно проследите за этими двоими, чтобы не убежали, пока меня не будет.

— Сделаем! — пообещал майор. — И в постели с женами будут под нашим наблюдением. Ты спокойно займись своим делом.

Виктор сердито передернул плечами, направился к выходу из зала. Пошел домой отсыпаться. А вечерком вновь заглянул в здание партии.

Екатерина встретила его вся в слезах. Виктор поспешил успокоить, рассказав, что давно спас Милу и Кольку, и что они уже на плато в безопасности.

— Катя, помоги мне через своих найти гильдию убийц. Мне необходимо к ним попасть.

Екатерина в недоумении посмотрела на Виктора

— Зачем тебе это опасное гнездо?

— Коротко говоря, чтобы наказать здешних заказчиков похищения. Уверен, среди твоих активистов найдутся люди, которым ведомо, как их найти. Помоги а!

— Посиди тут. Сейчас подойду, — поднялась Екатерина и поспешно выскочила из кабинета.

Виктору ничего не оставалось, как терпеливо дожидаться ее возвращения.

Прошло много времени и терпение уже лопалось, когда вернулась Екатерина с худющим парнишкой за компанию.

— Вот он может помочь, — подтолкнула парня к Виктору.

— Это правда? — схватил парня за руку Виктор. — Знаешь, где найти могу их гильдию?

Тот только кивнул.

— Говори же! Где их логово?

— На востоке, у леса, — тихо прошептал парень, словно за дверью их подслушивали. — Сразу за болотами зеленая скала торчит. Чтобы заказать, нужно там встречаться с ихними представителями.

— Гильдия на болотах? — удивился Виктор.

— Нет. Никто не знает, где сама гильдия расположена. Там письменный заказ принимают. Аванс берут и исполняют. Потом сами приходят к заказчику за остатком. Так я слышал.

— Значит, зеленая скала, говоришь? — задумался Виктор. — И чего это она зеленая?

— Не знаю. Сам никогда ее не видел, — парень постоянно оглядывался на дверь. — Может, я уже пойду?

— Спасибо. Можешь идти.

Парнишка кивнул и быстренько выбежал из кабинета.

— Чтож, Катя. Ты меня здорово выручила. Спасибо тебе большое. Я тоже пойду дальше, — поднялся Виктор.

— Будь осторожен. Они очень опасные люди.

— Знаю, — бледно улыбнулся Виктор. — Уже не раз встречался с ними. Пока опасным я был для них. Надеюсь, так будет и дальше.

Виктор попрощался и поспешил к казарме. Ему нужно было послать срочную депешу Сергею.

***

Уже который час Виктор гарцевал у кромки болота в ожидании Сергея с ратью.

Солнце уже успело высоко подняться, когда клубы пыли вдали дали понять, что идут.

Сергей пришел на подмогу, как и просил Виктор, с ротой воинов и с Марзаном с его полусотней. Он сходу соскочил с седла и с распростертыми медвежьими объятиями ринулся на Виктора. Сейчас вместе с животным сожмет друга в объятиях. Виктор захохотал, представив такое себе, пожалел коня и сам соскочил навстречу.

— Здорово, дружище! — нежно прижал Сергей Виктора к себе. Но это он так считал.

— Я тоже рад тебя видеть, — еле выдохнул Виктор. — Отпусти. Хочу и с Марзаном поздороваться.

Он обнял и его:

— Здравствуй, брат.

Потом предложил друзьям:

Давайте, я изложу подробности своей одиссеи.

Виктор в подробностях рассказал им обо всем, что произошло в Гордане, и завершил рассказ просьбой:

— Громить местную гильдию нужно так, чтобы главарь остался целым и невредимым в качестве свидетеля обвинения.

— Как же мы узнаем, кто из них главарь?

— Пока не знаю, Серега. На месте надеюсь выяснить. А начнем с захвата их приемщиков за зеленой скалой. Вроде, она должна быть где-то там, — указал он за болота. — Марзан, справишься? Хотя, чего спрашиваю? Конечно, справишься. Приведи их живыми сюда на допрос.

Марзан только усмехнулся и направился к своему отряду. А Сергей с Виктором расположились на тенечке неказистой ивы. Рядом расположилась вся рота. Им ждать придется недолго, но, все равно, в ногах правды нет.

— Серега, скажи, Мила отошла от стресса? — озабоченно спросил Виктор.

— Порядок, не беспокойся. Вместе с Виталиком и с Колькой какие могут быть стрессы! Только о тебе беспокоится.

Виктор облегченно вздохнул и упал спиной на травку.

— Я к тебе Герлоя посылал. А как с его проблемой стало?

— О! Это была умора, — возбужденно рассказывал Сергей. — Повел я его к семье. Так сразу обморок у жены случился. Пришлось срочно Семена вызывать откачивать. Плакали оба навзрыд. Жене ведь говорили, что мужа убили. А тут с того света явился.

— А кто такая? — заинтересовался Виктор, приподнимаясь на локтях.

— Знаешь ты ее. Марина наша из пекарни.

— Помню, — вспомнил он пышную брюнетку, вечно суетящуюся у печек. — Значит, нашли друг друга. Это здорово! Только он скоро обратно в Гордану должен вернуться. Хотя бы до следующего года.

— Говорил уже сам. Пускай пока душу отведет с женой и сыном. Говорил уже, что через несколько дней возвращаться собирается.

Они еще немного поболтали о новостях на плато, как из болот появились бойцы Марзана. Они вели в их сторону троих связанных пленных в черных одеяниях.

Один из воинов скинул к ногам Виктора кучу холодного оружия, а другие подтолкнули и свалили возле — троих пойманных убийц.

«На каком же языке с ними говорить?» — задумался Виктор, когда один из пленных сам подсказал ответ. Он на языке горданов спросил: кто они такие?

Виктор подобрал с травы пару кинжалов, поднялся и, поигрывая ими, пошел нарезать круги вокруг валяющихся у ног плененных. Воины, образовав кольцо зрителей, с интересом наблюдали, что он собирается делать. А Виктор все шагал, заставляя убийц с тревогой вертеть за ним головой. Остановился, когда в очередной раз оказался у их изголовья. Теперь им приходилось глядеть на Виктора с кинжалами, задрав голову назад, почти закатив глаза. Поза, когда очень трудно сконцентрировать внимание, а тем более, волю.

Идея таким способом сломать пленных пришла в голову Виктору только что. Это он решил самому проверить, правда ли, такая поза гипнотизирует?

Продолжая поигрывать сверкающими на лучах солнца кинжалами, задал первый вопрос, казалось совершенно не к месту:

— Почему ваша скала называется зеленой?

Ошарашенные вопросом пленные не сразу нашли что ответить.

— Заросла илом… — наконец захрипел один их них троих.

— Почему?

Приходилось пленным делать над собой усилие, чтобы переключаться от своего трагического положения до беседы на подобные темы с пленившими их.

— Влажно, наверное, — придя в себя, ответил другой пленный.

— А как звали твоего отца? — сзади сверху уставился Виктор в закатанные глаза ответившему ему. При этом потер лезвия друг об друга. Заскрежетало.

— Не… не знаю…

— Почему?

— Сиротой взял меня в гильдию…

— Кто?

— Великий Хорттан…

— Главарь гильдии — Хорттан.

— Ох… — застонал пленный. Он вдруг понял, что выговорил запретное имя. Теперь, если даже они его отпустят, уже не жить больше на этом свете.

Сергей очарованно глядел на происходящее. Надо же! Выяснил то, что они не сказали бы под страшными пытками. Или точно врали бы.

Виктор с улыбкой перебрался на другую сторону и теперь встал у ног.

— Слушайте меня внимательно. — Он присел на корточки, резко вонзил кинжалы в землю возле ног разговорившегося. — Я вас сейчас отпущу на все четыре стороны. А сам везде разглашу имя главаря гильдии убийц. Это первый вариант. Есть и второй вариант.

Виктор хитро подмигнул пленным.

— Я никому не скажу заветное имя, потому что он сам скажет его мне. Для этого только укажете нам путь в вашу гильдию. — Потом кивнул рядом находящемуся воину: — Освободи их.

Воин пригнулся, перерезал их путы. Потирая затекшие за спиной запястья, они присели на траве, хмуро поглядывая друг на друга. Сейчас эти лютые убийцы, с детства наученные без колебаний резать указанные заказчиком глотки, сидели, как нашкодившие мальчишки в ожидании отцовской порки.

— Если хотите, можете убираться, — устало промолвил Виктор, отвернулся от них, как будто собирался уйти. Он твердо решил доиграть задуманную психологическую сценку до конца.

— Постой! — услышал он за спиной, ухмыльнулся и вновь подошел к убийцам. — Покажем, — угрюмо сказал один, покосившись на товарищей. Те незаметно кивнули.

— Ну, показывай. Потом уходи куда желаешь.

Трое подобрали свои оружия и поплелись на болота.

— Троим остаться с конями. Остальные — цепью вперед! — скомандовал Сергей и добавил: — Идите за ними след в след, — и сам первый припустился за Виктором и Марзаном.

Эти трое повели их немыслимыми зигзагами по вонючей болотной топи, кишащей яркоокрашенными змеями всех размеров. Виктор сразу подумал, что обратно без провожатого точно не выберутся. Но было поздно передумывать пройдены сотни метров. Даже отсюда им не выбраться обратно без провожатого. Их маршрут оглашался постоянным лягушачьим хором и шелестом камышей, растущих по редким кочкам. Порой мелькали среди этой болотной растительности гигантские серо-белые кувшины.

Шествие продолжалось неимоверно долго, до изнурения. Сколько можно таскать сапоги из тягучей жижи? Сколько можно вдыхать ядовитую вонь, из булькающих кругом и растущих до огромных размеров, пузырей? Уже это длится несколько часов. По крайней мере, такое чувство остается.

— Там гильдия, — наконец остановилась неутомимая тройка убийц, указывая на пещеру в невысоком холме.

— В этой маленькой дыре целая гильдия? — опешил Сергей. — И сколько же там всего?

— Их там много десятков, — угрюмо пояснил один из них. — И все профессионалы высокого ранга.

— Пещера под землю идет. Она большая, — добавил другой.

— Ну, чтож, друзья, — весело обернулся к ним Виктор. — Вам придется здесь нас подождать, пока мы не завершим операцию. А то обратно без вас не выберемся. Кстати, скажите: как можно узнать в лицо вашего Хорттана? Приметы какие нибудь есть?

— Шрам на все лицо. Вот так, — чиркнул убийца пальцем поперек своего лица.

— Видали? — обратился Виктор к воинам. — Как с таким шрамом — только в плен. — А вас, парни, нам придется снова связать. Вы нам еще нужны, как провожатые до дороги.

Виктор кивнул воинам, снова перевязали им руки и пристроили на ближайшей кочке.

— Трое остаются охранять их, — скомандовал Сергей. — Остальным приготовиться к штурму.

Возглавляемые командирами воины крадучись пошли в сторону пещеры. Подойдя ближе, острое зрение Марзана засекло скрытно засевших двух стражей входа.

Марзан выслал двоих в маскировочных халатах в обход холму. Началось настоящее соревнование профессионалов. Остальные застыли в ожидании, пока, некоторое время спустя, смотревший в подзорную трубу Марзан, не махнул рукой:

— Бесшумно вперед!

У зева пещеры решено было: первым ныряют туда воины Марзана, за ними все остальные. Стрелять на поражение только тех, чьи лица можно разглядеть. Хорттан должен остаться в живых.

По команде Сергея в пещеру ринулись пятьдесят группы захвата, за ними лавиной потекли воины с винтовками наизготовку.

Виктор оказался среди группы захватчиков со вскинутыми обоими пистолетами в руках. Раздались первые выстрелы. Виктор помчался за остальными в полумраке петляющих лазов, порой влетая в боковые помещения. Если встречались жители пещеры, внимательно присматривался к лицам, прежде чем спускать курок. В него стремительно неслись брошенные ножи, которые в основном отскакивали от прошитых в плетенки проволок, но некоторые застревали меж ними, украшая его торчащими с груди тонкими рукоятями. Был бы он один, давно погиб бы, но парни Марзана вокруг него демонстрировали чудеса ловкости, проносясь мимо в невероятных прыжках и разрывая глотки встреченных врагов страшными крючками на ладонях. Они ни разу не стреляли, предпочитая контактный бой с холодным оружием.

Постреляли воины Сергея. И видимо, успешно. Потому что Виктор больше не слышал грохот в лазах. Либо ушли очень далеко.

Но вскоре он убедился по первому варианту. Пещера была захвачена. Точнее, гильдия убийц оказалась полностью захваченной. Схвачен был и человек с глубоким косым шрамом поперек всего лица. Он стоял теперь на коленях в обширной землянке между несколькими воинами Марзана и злобно зыркал зенками по сторонам. Постепенно сюда же притаскивали остальных плененных в черном. И вскоре их оказалось дополнительно семь человек.

— Убитые, раненные есть? — спросил Виктор у командиров отрядов, собравшиеся сюда же.

Пятеро ранены. Один тяжело. Убитых нет. Вот результат их стремительной атаки.

Виктор приблизился к большому окованному сундуку в дальнем углу. Массивный замок свисал с его тяжелой крышки.

Виктор выстрелил и сбил замок, откинул крышку сундука, полного золотых монет и драгоценных камней. Поверх сокровищницы лежала пухлая книга. Виктор открыл ее: незнакомые иероглифы шли столбцами почти в сотню страниц.

— Посмотри, Марзан. Что тут? — протянул Виктор ему записи.

Марзан глянул, ухмыльнулся:

— А это их канцелярия. У кого, сколько и за убийство кого. А вот тут, у конца списка твое имя и цена: две тысячи золотых. Заказчик: Кренсойр и Эрхилл. Вот так-то! — протянул он книгу обратно Виктору.

— Отлично! Теперь есть причина замучить этих свиней, — засунул книгу за пояс ремня. — А сундук донести сможете до плато? Как-никак — трофей.

— Чего же нам самим нести. Пусть до дороги сами тащат, — засмеялся Сергей. — Эй, поднимайте их и привязывайте друг к другу покрепче.

Повязанных с тяжелым сундуком в нагрузку погнали к выходу. Дальше началась изнурительная дорога сквозь болота к вожделенной дороге, где ждали их отдохнувшие кони.

***

Виктор и в помощь взятые шесть воинов пригнали всех восьмерых плененных в горданскую тюрьму. Не доверяя местной страже, он поставил на охрану камеры своих парней, а сам поспешил во дворец. Как раз должно было быть время ихнего там заседания. Не прогадал; ворвался в зал в самый разгар обсуждения внутренних законов.

— С порога сразу спросил майора:

— Эти гады под контролем?

— Да, Виктор, — поднялся тот.

— Немедля пусть сюда приводят обоих.

Майор на минутку вышел, потом вернулся и уверил:

— Скоро приведут. Ты, кажется, добыл доказательства?

— Не только доказательства. Но и самого главы гильдии убийц. — Потом перешел на язык горданов: — Теперь я имею доказательства их вины и еще мною уничтожена местная гильдия убийц.

Бердион только ахнул. Его главнокомандующему не удавалось этого сделать столько лет!

— А теперь советую вам изучить записи в этой книге. Тут имена всех тех, которые когда-то заказывали убийства главарю гильдии Хорттану. Сам он сейчас находится в камере под наблюдением моих воинов.

Виктор небрежно бросил книгу на столешницу и прошел к креслу у стены. Теперь остается ждать привода знатных особ.

И их привели, как обещали. Надменно поглядывая на Виктора, поклонились сидящим за столом, и застыли в ожидании очередных его необоснованных обвинений в их адрес.

Виктор ухмылялся в предвкушении страха в их глазах. И он появился, когда Бердион замогильным голосом заявил, что доказательства вины Виктор достал.

— Не может такого быть! — закричал тощий. — Где они?

Бердион, не обращая внимания на вопрос, продолжил:

— Вы виновны в совершении тяжелого преступления и сами захотели, чтобы кара ваша была ужасной. Потому ставлю требование перед триумвиратом с решением большинством голосов полной казни Кренсойра и Эрхилла с лишением их потомков права стать придворными.

— Доказательства! — закричал толстый. — Требуем доказательств!

— Доказательства в этой книге, — сурово повернулся к нему Бердион. — Это записи гильдии убийц. Из этих записей видно, что вы платить собирались две тысячи золотых за похищение семьи представителя великого союза.

— Нет! — продолжал кричать, ошалело вращая зрачками, тощий. — Это подделка! Пусть докажет, что не сам составил списки.

— Можно, — усмехаясь, поднялся с кресла Виктор. — Майор, прикажи, приведут сюда арестованного Хорттана.

— Какой еще Хорттан? — вопил тощий. — Я не знаю никакого Хорттана!

— Увидишь, сразу вспомнишь, негодяй. Хорттан — главарь гильдии убийц, с кем ты договор заключил. Теперь ты сполна ответишь за организованное преступление и издохнешь, как сам захотел, в муках.

Тощий рухнул как подкошенный. Толстяку, видать, было не лучше. Его жутко лихорадило.

Тут завели в зал Хорттана в кандалах. Он мельком глянул на своих бывших заказчиков и все понял. Толстый тоже узнал главаря, медленно стал сползать по стене на мраморный пол.

Бердион с любопытством поглядел на приведенного убийцу и рявкнул:

— Твоя книга?

— Хорттан кивнул.

— Уведите, — брезгливо помахал руками вершитель. — Этих тоже. Пора суд начинать.

Всех троих поволокли в тюрьму. И триумвират начал судилище.

— Согласны ли члены триумвирата подвергнуть Кренсойра и Эрхилла полной казни? — начал обсуждение Бердион.

Виктор приблизился к ним, с треском положил ладонь на стол. И они увидели покрасневший шрам, обезображивавший тыльную сторону руки.

— С этой минуты вычеркиваете из своих законов полную казнь и казнь с отрубанием головы. Также повешение, распятие и подобные.

Неожиданное и такое беспардонное вмешательство со стороны во внутренние дела страны были недопустимы. Но только не Виктору. Бердиону ничего не оставалось как, недовольно скривив губы, глядеть на союзника.

— Казнь, если должна состояться, будет исполняться нашими воинами, и только через расстрел. — Виктор посмотрел на майора. — Ты будешь командовать при таких решениях суда. Кроме того, расстрельные приговоры будут вами приниматься не большинством голосов, как вершитель хотел, а тремя голосами. Ясно? А этих двоих майор сам прикажет расстрелять.

Виктор круто повернулся и направился к дверям.

***

Третий день уже жрецы старались не выбираться из храма. Им пришлось подыскать достаточно лояльных прихожан, которые их подкармливали и выполняли мелкие поручения. Виктору было жаль их, но что он мог поделать? Начатое дело нужно довести до конца, во что бы это ни стало.

В этот день он, как обычно, с утра вошел в храм, надел свое белое с красным одеяние и, как обычно, все три храмовника смиренно стали подле него в ожидании продолжения поучений. Это была нерушимая обязанность старшего жреца, заповедь из священной Книги: поучать уму разуму подчиненных служителей Буд.

Виктор со вздохом опустился на низкую скамейку и спросил их:

— На чем я остановился вчера?

— На том, что закинул жрец во второй раз невод в синее море и пришел невод с тиной морской, — живо подсказал один из них.

— Ах, да, — вспомнил Виктор, что на этот раз доносил в качестве откровения. — Закинул в третий раз жрец невод. И поймал он маленького красного дракончика.

Жрецы ахнули.

— И сказал жрецу дракончик: отпусти меня жрец. А я отцу скажу, чтобы исполнил твои три желания.

— Почему сын Буд жил в воде? — удивился жрец, весь подавшись вперед. — Разве не в небесах они живут, рядом с отцом?

— Потому что дракончик в это время купаться вздумал. А живет он, конечно, в небесах, — усмехнулся Виктор.

— Не мешай слушать, — шикнули на любознательного товарища другие жрецы.

— Так вот. И сказал жрец красному дракончику: ничего мне надо от великого Буд. Достаточно мне того, что позволяет для него дань собирать с людей вокруг. И буду я это делать дальше с усердием, даже если меня все смертные возненавидят.

Жрецы от таких слов воспряли духом. В глазах заиграло торжество за свои неудачи последних дней.

— Благословил тогда жреца красный дракончик и продолжил свое омовение. А жрец пошел во дворец вершителя и рассказал ему о случившемся с ним чуде. Вершитель рассердился на него и закричал: глупый ты жрец. Вернись и снова поймай красного дракончика. Пусть его отец исполнит по твоему хотению мое желание. Я хочу сундук золота.

— Вершитель был неправ, — не выдержал, и снова перебил тот самый жрец.

— Ты верно говоришь. Вершитель не может быть чист душой, как вы, жрецы.

— Нужно было тому жрецу проклясть его. Он так и сделал?

— Нет. Он решил послушаться вершителя и потребовать от великого Буд сундук золота.

Негодование на лицах слушателей рассмешило Виктора.

— И снова пошел жрец к синему морю.

— А сын великого Буд все еще омовение принимал?

— Да. Сын бога много дней подряд принимает омовение. Вот он пришел к берегу и стал молиться, призывая красного дракончика. И приплыл красный дракончик и спросил: чего тебе надобно стар… жрец?

— Почему же он решил нарушить данное сыну слово? Жрецы никогда не нарушают своих сказанных слов? — возмутился любознательный его слушатель.

Виктор ухмыльнулся:

— Побоялся гнева вершителя. А вы не побоялись бы гнева несравненного Бердиона?

— Никогда! — жаром повосклицали все трое. — Кто он по сравнению с нашим богом?

— И вы не побоялись бы об этом сказать толпе прихожан?

Но ответа на этот провокационный вопрос он не успел услышать. Как выяснил от прибежавшего стражника: Виктора срочно звали в здание партии.

Жрецы огорчились, что прервали их обучение, но делать было нечего. Их старший жрец уже скидывал священные одеяния, чтобы поспешно уйти.

Виктор догадывался, почему его зовут к Екатерине. Наверное, Герлой вернулся обратно.

Как вошел в кабинет, стало ясно, что угадал. Счастливо улыбающийся Герлой, вскочил навстречу Виктору и прижался к его плечу:

— Я твой раб навеки!

— Рабов мы не держим, — засмеялся Виктор. — А друзей — сколько угодно.

— Тогда, я твой друг навеки, — поправился Герлой.

— В этом я не сомневался. Хорошо, что ты так скоро вернулся. Мне дальше двигаться надо в Эритрею. Готов стать старшим жрецом?

— Да хоть самим Буд! — засмеялся Герлой. — Что мне нужно там делать?

— Идем. По дороге все расскажу и скажу.

Они распрощались с Екатериной, и пошли по направлению дворца. Храм располагался прямо за дворцом. По дороге Виктор подал Герлою несколько идей, как продолжать ослаблять влияние храма на вершителя и на граждан. Как общаться с храмовниками, чтобы не терять их доверия и послушания. На что тратить дань, чтобы вызывало недовольство у знати. Словом подготовил его к продолжению подрывной деятельности. Как вошли в храм к жрецам, ожидающим на своих местах продолжения нравоучений, Виктор представил Герлоя так:

— Великий Буд только что призвал меня в Эритрею, а на мое место направил своего другого Избранного, Герлоя. Теперь он будет в храме старшим жрецом. Будете слушаться только его, что бы он ни повелел.

Отчаяние и огорчение обуяли всех троих. Виктору даже жалко их стало. Он только грустно покачал головой и под руку повел Герлоя в сторону выхода. По пути попросил его:

— Следи, чтобы их сильно не обижали. Глупые они, но безобидные люди.

Герлой согласно кивнул ему, и Виктор, в последний раз махнув в сторону троих братьев-храмовников, вышел из сферического помещения храма.