Нет, терпеть такое состояние просто не возможно. Андрей подъехал к серванту и открыл бар. В дальнем уголке у него стояла початая бутылка коньяка, он держал её в лечебных целях и иногда пил чай, заваренный на травах, и добавлял туда немного коньяка.

Теперь, чтобы поправиться, он налил себе этого напитка в стаканчик и немедленно выпил, не закусывая. Ароматная жидкость, обжигая горло, проскользнула в желудок и отдалась там спазмами, но он удержал её внутри, занюхал рукавом и поехал на кухню.

Закурил сигарету, а бушевавший желудок слегка успокоился. Докуривая сигарету, он почувствовал разливающееся по телу тепло. Заметно полегчало.

Ну что же, теперь можно и подышать воздухом, и он направился в зал к открытому окну, но вдруг остановился, почувствовав, как его что-то толкнуло в грудь.

— Не понял, — сказал Андрей. — Что за нах… нах…?

Конечно же, ему никто не ответил, и он снова начал движение в зал. На подъезде к окну толчок в грудь повторился, но уже двойной, не сильный, такой как кошка, которую ты положил на грудь, чтобы погладить, а она начинает перебирать лапами.

Андрей списал всё на воспаленный алкоголем мозг, и поудобней уселся в коляске возле окна. На улице была весна. Уже появилось трава, солнце ласково пригревало, был конец апреля. И тут вдруг, он снова почувствовал несколько толчков в грудь.

— Да что же это такое, вроде подлечился, а теперь другая напасть, — возмутился Андрей.

И следом начались непрерывные толчки. Было такое ощущение, что он и, правда, положил «кота-топтуна» себе на грудь.

— Да ё-маё, — сообразил Андрей. — Похоже, икона ожила. И он расстегнул рубашку и достал икону, чтобы взглянуть на неё. В его руке икона продолжала вибрировать, мягко толкая его в ладонь, при этом излучала лазурно-синий свет.

Он снял её с шеи и, держа двумя руками, пытался рассмотреть сквозь свет, что происходит с иконой, но ему это не удалось. Икона завибрировала интенсивней, с более сильной амплитудой, удерживать её стало затруднительно. Ещё два резких толчка и она выпала из его рук на пол. Андрей крутанул колеса своего кресла, чтобы рассмотреть, что происходит. Свет стал ярче и выше, но в тоже время было ощущение, что он матовый и одновременно густой и плотный.

Андрей придвинулся вперёд, вглядываясь в свечение, как вдруг из этого пучка света в комнату шагнул человек. Андрей чисто автоматически крутанул колеса своего кресла назад, сунул руку в карман, и когда кресло остановилось, он уже держал в руках пистолет.

Человек был одет как врач, медленно поднял руки и произнес:

— Спокойно, не надо стрелять. Я вам ничего плохого не сделаю.

— Песец …. вот и белочка пришла, — сказал Андрей. — Говорила мне мама: — «Не пей много, и с незнакомыми дядями».

Человек усмехнулся и сказал:

— Ты думаешь, я твоя галлюцинация?

— Вот ни хрена себе, ещё и разговаривает. Прости меня, господи, за жизнь беспутную, — произнёс Андрей и перекрестился, как будто всегда так делал.

— Ты что, идиот? — спросил человек в белом халате.

— Ага, и тебя вылечат, и меня вылечат, — фразой из кинофильма ответил Андрей. Потом резко сменил тон и, взведя курок своего «Вальтера», прошипел:

— Ты кто такой, чудило в перьях? Я никого сюда не звал.

Человек с бледным лицом выставил вперёд руки в успокаивающем жесте и проговорил:

— Спокойно, не нервничай, я пришёл с миром.

— А чё мне нервничать, это тебе надо нервничать. Ты вломился в дом к одинокому инвалиду, прикидываешься доктором. Вот дырку в тебе сделаю, скажу, что так и было, когда ко мне вломился.

— Андрей Сергеевич, уберите пистолет, и дайте мне спокойно всё объяснить.

— Ну что же, объясниться тебе я, пожалуй, дам. А вот пистолетик пока убирать не буду. А ну, двигай к столу, садись вооон на тот стул лицом ко мне и чтобы руки твои на виду были.

— Только не дергайся, а то правда, подстрелишь меня, — сказал человек и плавно направился к указанному стулу.

Чем дальше он отходил от иконы, тем тускнее становилось её свечение. Человек подошёл к месту и сел на стул лицом к Андрею, руки положил на свои колени и вопросительно уставился на него.

— Так, теперь ответь мне на несколько вопросов: откуда ты меня знаешь, как здесь появился и что тебе надо?

— Хорошо, я отвечу. Но боюсь, ты не поверишь.

— А это зависит от того, насколько правдиво ты будешь говорить.

— Тебя я знаю потому, что к нам обратилась твоя мать, когда ты ещё лежал в больнице. Наш агент дала ей вон ту икону, чтобы стимулировать тебя на жизнь. Ведь ты, по сути, умирал.

— Стоп, стоп. Женщина, у которой моя мать взяла или купила эту икону, ваш агент?

— Именно так.

— Шпионские страсти?

— Не совсем.

— А я тут причём?

— Да собственно не причём. Можно я сяду посвободнее и убери, наконец, пистолет. Обещаю, дёргаться или каких-либо других агрессивных действий производить не буду. Просто надо многое успеть объяснить тебе, пока не пришли твои вчерашние гости.

— Так ты и о них знаешь. Да кто ты такой?

— Я Николай Васин — учёный математик, кандидат наук.

— Мне это ничего не говорит.

— Ладно, проехали. Ну, ты будешь слушать или дождёмся твоих новых знакомых?

— Валяй, рассказывай, — и Андрей, поставив пистолет на предохранитель, положил его на колени.

— Вот так уже лучше, — сказал Николай, — теперь можно и по порядку. Твоя икона Андрей, это портал в будущее, в моё время. На пятьдесят лет вперёд — в 2062 год.

— Да ну? Заливаешь?

— Не перебивай. Через неделю здесь разразится АД, начнётся мировая война с применением ядерного оружия. Наша группа учёных выжила в одном из бункеров. Там весь свет молодых учёных России: физики, химики, биологи, математики и многие другие. Мы развивали науку, сидя в бункере, и ждали, когда можно будет выйти на поверхность. Выходить можно, но ненадолго. На планете пока еще зима, вернее, можно сказать — уже весна. Радиоактивная пыль и снег ещё есть, но небо очистилось, и солнце стало проглядывать сквозь пепел. Греет ещё слабо, средняя температура на планете около 0 +2. Но не это главное. У нас в бункере кончились запасы, и помимо этого, на нас устроили охоту и ищут.

Когда группа наших исследователей была на поверхности, их захватили солдаты масонской ложи. У одного из исследователей был с собой временной портал, но только вёл он не к нам в бункер, а в ваше время. Как раз за неделю до начала войны. На такие случаи мы придумали защиту. Портал нельзя использовать, если его не подарит хозяин или не продаст. В общем, не отдаст добровольно. Прикоснёшься — ударит большим напряжением, попытаешься ещё раз — взорвёт всё в округе.

Вот как раз твоя икона и есть такой портал, просто мы его замаскировали под икону.

Те, кто нас ищет, пришли в это время через портал нашего товарища. Не знаю, что они с ним сделали, но он работает.

— Кажется, я знаю, что с ним сделали. Они мне случайно сказали об этом. Если человека вынудить под давлением отказаться от портала, то его может использовать тот, кто первый подберёт. В общем, они под пытками заставили отдать его.

— Так я и думал.

— А почему именно икона?

— Не только икона. Мы замаскировали под самые разные предметы, например, портсигар или пудреница, зеркало с ручкой. Главное, чтобы вещь была серебряной.

— А почему именно это время?

— Потому что мы не смогли проникнуть глубже во времени, нам не хватает энергии и материалов. Вот и решили воспользоваться этим моментом. Мы потихоньку таскаем отсюда продукты, химикаты и многие другие полезные вещи. Конечно, в нашем мире есть бункер Гос. Резерва. Но мы учёные, не вояки. А снаружи банды одичавших людей и солдаты ложи. Кстати, они тоже ищут бункер гос. Резерва.

— Откуда взялись эти солдаты ложи?

— Оккупационные войска США и Британии. Верхушка их живут в Европе, в огромном бункере в Брюсселе, но и у них всё на исходе, вот и рыскают слуги масонов по всему свету в поисках секретов и складов резерва.

— А как моя мать получила от вас эту икону?

Мы подбирали себе людей, одиноких, которые потеряли надежду, но те которые имеют опыт войны. Чтобы организовать свои силы самообороны и группу поисковиков сталкеров.

— Так я-то безногий. Какой от меня прок?

— Мы же учёные и в медицине сильно преуспели — можем восстанавливать ткани и кости почти любых организмов. В наших силах сделать тебе операцию, вынуть осколок и восстановить все функции.

— То есть, вы можете вернуть мне ноги?

— Именно так. И не только ноги, можем полностью восстановить твоё здоровье и омолодить клетки. Будешь чувствовать себя как 25-летний.

— А почему раньше не вмешались, когда мать ещё было жива?

— В том промежутке времени мы не можем находиться долго, только 20 минут. И никого не можем взять с собой из того временного отрезка. Поэтому пришлось пойти на хитрость — продать твоей матери портал под видом иконы, сказав, что она имеет целебные свойства. Наши порталы действительно обладают такими качествами, поддерживают и подпитывают человека жизненной силой.

— Тогда почему я раньше не мог им воспользоваться?

— Я не все знаю, это к нашим физикам, но портал полноценно работает только в последнюю неделю перед войной.

— Понятно, что ничего не понятно. И что вы от меня хотите?

— Ничего, я только могу попросить о помощи, взамен на нашу помощь.

— Это как?

— Пойдём со мной в наше время, мы восстановим тебе здоровье, а ты организуешь нам что-то типа отряда поисковиков. Сам наберёшь людей, мы раскидали порталы по стране. И знаем, у кого они находятся — все люди с боевым опытом, но по той или иной причине стали инвалидами.

— Да, … беспроигрышная лотерея — вы возвращаете людям здоровье, а они в знак благодарности батрачат на вас.

— Не совсем так. Мы никого не держим, восстановить восстановим, и можем вернуть обратно в то же время. Но стоит ли возвращаться из-за недели жизни? Да и там после лечения можешь идти на все четыре стороны, только вывезем с закрытыми глазами подальше, чтобы не знал место нашего бункера.

— Хорошо, я согласен. Что брать с собой?

— Возьмите еды на первое время, у нас там с ней туго.

— Тогда помогите мне. Вот вам большая сумка, сложите туда всё из кухонного шкафа, мне как раз вчера крупы принесли. Да и из холодильника гребите всё.

Николай не заставил себя ждать и стал собирать всё, что можно было приготовить и съесть. Андрей заехал к себе в комнату, и подхватил рюкзак. Он у него давно был собран по старой привычке, на случай тревоги. Там были сменные вещи, аптечка, фляга со спиртом, патроны к его «Вальтеру», два боевых ножа и много-много других полезностей, необходимых для выживания, вплоть до бухты альпинистского шнура.

В это время в дверь позвонили, Андрей въехал в зал. Николай стоял с большой сумкой для челноков, набитой тем, что он успел взять и испуганно смотрел на Андрея.

— Это солдаты масонов. Они за порталом, нам надо уходить.

— Слышь, Коля, а как портал? Он что, здесь останется?

— Нет, как только мы в него пройдём, он схлопнется. Ну, по-простому, вывернется наизнанку и закроется за нами уже в бункере, и снова станет иконой. Только всадник будет смотреть в другую сторону.

— Ну, тогда чего мы ждём? Пошли, пока эти уроды дверь не сломали.

В дверь уже действительно колотили ногами, и пробовали на прочность плечом.

Николай поставил сумку на колени Андрею, взял на плечо его рюкзак и покатил коляску в столб лазурно-синего света.

Андрей почувствовал жар, когда они подкатывали к порталу. Потом, сразу холод, когда проходили. И вот, свечение пропало, и они очутились в бетонной комнате шириной метра три и длинной шесть. Под потолком горела старая лампа дневного света. Из комнаты вели две двери в противоположные стороны. Вид дверей внушал уважение, они были массивными и с кремальерами, как на подводной лодке. По потолку проходили две трубы, из которых торчали патрубки с наконечниками, похожие на противопожарные распылители. Над дверьми были установлены видеокамеры в герметичном корпусе и на поворотном кронштейне.

— Где мы? — спросил Андрей.

— Это дезактиваторная. Вон там — выход в шлюзовую, для тех, кто выходит наружу. А нам вот сюда, — и Николай покатил коляску с Андреем к другой двери.

Подошёл и нажал на кнопку в стене. Камера ожила, и её кто-то невидимый направил на них. Николай помахал рукой. За дверью раздался гул, и колесо кремальеры стало вращаться против часовой стрелки. Потом остановилось, раздался щелчок магнитного замка, и дверь с шипением стала открываться в их сторону.

Впереди была почти такая же комната, только вдоль стен стояли шкафы. У них возникли некоторые сложности с переездом в эту комнату — порог был сравнительно высок, и Николаю пришлось ворочать коляску с сидящим на ней Андреем. Как только они очутились в комнате, дверь автоматически закрылась и кремальера, крутанулась на место, притянув дверь к уплотнителям.

— А это что за комната?

— Это раздевалка. Те, кто приходит снаружи, снимают там всю одежду. Их дезинфицируют. Можно сказать, там душ принимают, а здесь они одеваются уже в новое — стерильное и сухое.

— А что, нас не дезинфицировали?

— Так мы в радиацию не ходили. Пришли из сравнительно чистого мира.

— Ну, извини, тупанул. У меня ещё голова плохо соображает после вчерашнего.

— Ничего, сейчас пройдём все проверки и подлечим тебя.

И они проехали через всю комнату к следующей двери. Николай повторил процедуру, нажав кнопку. Только теперь коробка, в которой была закреплена она, откинулась и на ней оказалась сканирующая панель. Николай приложил к ней руку, через пару секунд раздался зуммер, но ничего не произошло.

— Андрей, положи свою руку на панель, они отсканируют и занесут тебя в базу как своего, иначе дверь не откроется.

Андрей подкатил к сканеру и приложил свою руку. Держать пришлось чуть дольше. Наверное, компьютер отмечал особенности отпечатков ладони и заносил в базу данных. Потом раздался зуммер, и кремальера двери закрутилась. Снова высокий порог, снова его преодоление и очередная комната, только меньшего размера и со встроенными в стены пулемётами.

Теперь Николай поспешил к противоположной двери и тут же нажал на кнопку. На этот раз панель отъехала вниз. Там оказался очередной сканер. Николай нагнулся и придвинул своё лицо ближе к панели. Зелёный узкий луч скользнул по глазам вверх вниз. Что-то щёлкнуло, и стволы пулемётов задвинулись в ячейки.

— Теперь твоя очередь, — сказал Николай.

Андрей подъехал, но достать до сканирующей панели с кресла он не мог.

— Приподняться на руках можешь?

— Могу.

— Давай, а я тебя поддержу.

Совместными усилиями у них получилось. Теперь в базе данных их компьютера была и сетчатка глаз Андрея.

Следующая дверь была без кремальер. Она просто с шипением отъехала вовнутрь и ушла в сторону. Взору открылся коридор, уходивший далеко и поворачивавший вправо. Поперёк него было что-то типа проходной, и стояли двое охранников в чёрной униформе с помповыми дробовиками. Андрей присмотрелся: «Да, серьёзное оружие в ограниченном пространстве, и качественное — „Мсберг 500“, если мне не изменяет память, с пистолетной ручкой. Значит, модель „Тактикал“». Охранники вели себя спокойно, и когда они подошли к ним, поздоровались:

— Здравствуйте, Николай Васильевич. С новым человеком прибыли?

— Прошу любить и жаловать — Андрей Сергеевич Беляев. Теперь будет жить и работать с нами, — отозвался Николай.

Потом повернулся к охранникам и, обращаясь к Андрею, сказал:

— А это наша охрана. Вот ваш тёзка, — и он указал на рослого, светловолосо парня.

— Очень приятно, — сказал тот и протянул руку Андрею.

Хватка была крепкая, но и Андрей не лыком шит. С парализацией ног, руки ему заменяли всё, и он сжал ладонь парня, что есть силы. Тот шутливо заверещал:

— Осторожно, осторожно, я же стрелять не смогу, — и добродушно улыбнулся.

— Я тоже раз знакомству, — сказал Андрей.

— А это — Александр, — продолжил Николай и показал на второго, не менее крепкого брюнета.

— Рад, что вы к нам присоединились, — проговорил брюнет и тоже протянул руку для пожатия.

— А я вот не знаю, радоваться мне или нет, но знакомство с вами приятно, — ответил Андрей.

— Ну что? Поехали, Андрей Сергеич? Нас ждут великие дела.

— Одну минуту, Николай, давайте по-простому и на «ты»? Можете меня называть Андрей или Андрюха. Только без официоза, меня это так достало, все врачи, соцработники и прочие. Такое ощущение, что со мной заискивают, когда называют по имени отчеству.

— Хорошо, договорились, Андрей. Ну, в путь?

— Поехали, — согласился Андрей.

Коридор не был таким длинным, как показался в начале и после поворота, через очередные автоматические двери, они въехали в небольшой холл. Это оказалась караулка. Здесь были охранные пульты с мониторами, пирамиды с оружием. За длинным столом сидели люди в чёрной форме охраны, разговаривали и пили чай. Николай махнул рукой сказав:

— Всем привет, — и пошёл дальше.

Андрею ничего не оставалось, как следовать за ним. Проехав через караулку, они выехали в другой коридор, который уже расходился на три направления.

— Нам налево, жилые сектора там. Как обустроим тебя, введу в курс дела.

И они свернули налево, проехали метров десять и автоматическая дверь, прошипев, впустила их в большую галерею, в центре которой была клумба и небольшой фонтан. Там росли цветы самых разных видов, но в основном, цвела герань.

— Ну, ничего себе, а ты говорил, что вам туго приходится.

— С водой у нас проблем нет — у нас целое подземное озеро чистейшей воды, но растения здесь, как видишь, только домашние цветы. Больше ничего не растёт с этим освещением. В лабораторном комплексе пытаемся что-то выращивать, но это большие затраты энергии.

— Поехали сюда, Андрей. Вон тот жилой бокс приготовлен для тебя, конечно не «Хилтон», но на комнату гостиничного типа похоже. Вот держи, это твой электронный ключ, — и он подал магнитную карточку на цепочке.

Андрей посмотрел и прикинул — цепочка длинная, специально сделана для удобства, что бы носить на шее. Он взял её, провёл по считывающему устройству, дверь пшикнула и спряталась в стене.

Николай прошёл первый, занося вещи в комнату.

— Обустраивайся. Здесь душевая, тут — туалет. Вот шкаф — сложить вещи, там — комната, в ней кровать, два кресла, журнальный столик. Есть холодильник. Там в углу увидишь ЖК-панель с DVD, ну и ноутбук. А я побежал, надо тебя ещё на довольствие поставить и в список на операцию.

— Постой, а что с продуктами делать?

— Вот закружился, совсем забыл. Ветчину, масло, чай, хлеб и другие вкусности оставим тебе. Будешь гостей угощать, а крупы и всё остальное я сейчас заберу и отнесу на кухню, — и он быстро всё рассортировал, что-то засунул в холодильник, печенье ссыпал в нашедшуюся на полке вазочку. Хлеб положил в пакет и вместе с чаем кинул в подвесной шкафчик, в котором была посуда. Забрал сумку и вышел.

Андрей проехал в комнату, осмотрелся — довольно мило и удобно, одному человеку достаточно для жизни, действительно как гостиничный номер. Проехал в душ, там тоже всё прилично, конечно не душевая кабина. Видно, что бункер делался в советские времена, а позже обновлялся.

На полу был кафель, который клали в СССР — такой жёлто-коричневый, похожий на керамический.

Трубы были более современные — пластиковые, такие, как недавно он установил у себя дома. Душевое пространство отделялось пластиковой шторкой, а на другой стороне был умывальник, под ним — тумбочка, в которую встроена раковина. Сверху — большое зеркало с полочкой для мыльных принадлежностей и вешалка для полотенец. Всё скромно и функционально. Далее он открыл дверь в туалет. Он понравился больше — свежий кафель, новый унитаз и главное, поручни. Значит, его переделывали недавно и специально для него. Андрей закатил коляску внутрь, и подтянувшись на руках, попробовал пересесть на стульчак. У него это получилось легко, потом также легко пересел обратно. Вот за это им огромное спасибо. Ну что же, надо обустраиваться, и он поехал обратно в комнату. Взял свой тревожный рюкзак и хотел его опустошить, но передумал и поехал в коридор, чтобы положить его в шкаф.

В это время открылась дверь, и зашёл Николай:

— Осмотрелся? — спросил он.

— Да, всё нормально. Я думал, будет скромнее.

— Ну, что же, тогда поехали в кают-компанию. Сейчас пообедаем и — на приём к нашим врачам.

— Поехали, положи только мой рюкзак в шкаф.

Николай подхватил рюкзак и быстро запихал его на место, потом хотел встать и толкать коляску, но Андрей воспротивился, сказав, что сам в состоянии двигаться, и что будет лучше, если Николай просто покажет дорогу. Они проехали мимо фонтанчика в другой конец галереи, к двойным дверям. Двери разъехались в стороны, пропуская их. Взору Андрея предстала обыкновенная столовая с четырьмя длинными столами на всю длину зала.

— Коль, а почему вы это называете кают-компанией?

— Всё просто. Это не только столовая, здесь собираются, обсуждают проблемы, а в выходные мы это место превращаем во что-то, типа бара, где можно отдохнуть и потанцевать.

— Понятно, это как универсальный зал.

— Ага, ты пока выбирай место, а я принесу нам обед.

Андрей проехал к ближайшему длинному столу, где уже сидели люди. Убрал в сторону табурет и подрулил на коляске на место табурета. Рядом оставалось ещё свободное место для Николая. Напротив, сидели две девушки и с интересом разглядывали его. Андрей не стушевался, поставил локти на стол, на ладони положил голову и демонстративно уставился на них. Девушки смутились, и щёки их порозовели. Одна из них, большеглазая брюнетка со стрижкой каре, произнесла:

— Извините нас, мы не хотели вас обидеть. Просто, не часто у нас здесь появляются новые люди.

— И вы меня извините, мне тоже не стоило так агрессивно указывать вам на ваш интерес. Давайте знакомиться, меня звать Андрей.

— Меня — Надежда, — сказала брюнетка, а это моя подруга Светлана, — указала она на шатенку, с волосами медного цвета, собранными на затылке в конский хвост.

— Очень приятно. А кем вы здесь работаете?

— Мы в хим. лаборатории. Разрабатываем новые средства против радиации.

Здесь подошёл Николай с подносом в руках и, расставляя тарелки, поздоровался с девушками.

— Привет девочки, вы уже познакомились?

— Да, уже успели, — сказала Надя.

— Вот и хорошо, вам скоро придется вместе работать.

— Андрей, а вы тоже химик? — это уже Светлана задала вопрос.

— Нет девочки, он пользователь, и ваше лекарство для вывода нуклидов ему будет очень нужно.

— Так вы Андрей, сталкер?

— Пока я инвалид, а что будет дальше, сам не знаю.

— Ладно, потом поговорите. Давай, Андрей, обедать и нам ещё на приём ехать.

Обед был более чем скромный: лапша быстрого приготовления с добавлением тушёнки и компот из сухофруктов, без сахара. Действительно, не врал Николай, с продуктами у них полный швах.

— Николай, а почему вы не купите продукты в нашем времени?

— У нас нет денег. Которые были, давно истратили. Пытались подделывать, но нет материалов — мы ограничены в средствах и получалось очень плохо.

— Если мне вернут ноги, я вам помогу. У меня есть идея на счёт продуктов.

— И что это за идея, если не секрет?

— Не секрет, хочу ограбить банк.

— Сомнительное предприятие, но ладно, давай уже доедать и вперёд, по делам.

Они быстро поели, Николай унёс посуду, и поехали в обратном направлении. Вновь выехали в знакомый коридор. Теперь проехали прямо, мимо нескольких дверей к той, на которой было написано «Медицинский блок».

Там их встретил старичок с седой бородкой испаньёлкой, в белом халате и врачебном колпаке.

— Добрый день, молодые люди, проходите.

— Здравствуйте, Владимир Филиппович. Вот, пациента вам привёл, — сказал Николай.

— Вижу, вижу. Проезжайте, молодой человек к столу рентген аппарата.

Андрей проехал в указанном направлении и с вопросом в глазах уставился на врача.

— Раздевайтесь по пояс и ложитесь на стол. На живот лечь сможете?

— Смогу, пожалуй.

— Пока вы раздеваетесь, ответьте мне на несколько вопросов: Фамилия, имя, отчество и год рождения.

— Беляев Андрей Сергеевич, 1976 год рождения.

— На 2012 год, вам было полных 36 лет?

— Да.

— Ну что же, приступим? — и доктор подошёл к аппарату, покрутил ручки, подняв площадку, подвинул её ближе к аппарату и немного влево.

— Вот так хорошо, сейчас сделаем пару снимков, а потом томографию. Лежите спокойно, вдохните и не дышите. Можете дышать. Не вставайте, ещё не всё. Ага, снимок не плохой, — рассуждал он, глядя на монитор. — Вы курите?

— Да, курю, но не часто.

— Будем бросать, тем более, сигарет у нас здесь нет. И лёгкие с бронхами почистим. Теперь выдохните и не дышите. Всё, можно дышать. Очень хорошо.

Врач встал, подошёл к столику, налил в стакан какой-то жидкости и поднёс Андрею.

— Выпейте вот это, молодой человек.

— Зачем?

— Это маркер, он обозначит сосуды.

Андрей выпил жидкость, на вкус — как жидкий мел и лег обратно на стол.

— Ну вот, подождем пять минут и можно делать томографию.

По истечении времени доктор продолжил свою работу. Аппарат прошёлся вдоль тела туда, обратно. Врач подошёл, что-то изменил в настройках и ещё раз включил аппарат. Потом уложили Андрея на бок и снова сделали две томограммы. Андрей хотел было одеться, он уже начал уставать, но врач снова остановил его, налил уже другой жидкости и дал выпить. Как оказалось, это маркер нервных окончаний. Спустя время, по нему снова прошлись томографом по два раза в разных положениях, на этот раз с четырёх сторон.

— Вот и всё, молодой человек. Вечером не ужинайте, будем делать вам операцию.

— Что так скоро?

— А вы против? Раньше сделаем, быстрее реабилитируетесь. Вечером к вам придёт анестезиолог и задаст несколько вопросов, а потом добро пожаловать в хирургию.

— Спасибо, доктор.

— Рано ещё благодарить, вот как встанете на ноги, так с вас — коньяк.

— А где я его возьму?

— Сходите в свой мир, уж на коньяк наскребёте.

— Так вы тоже, как и у нас там, взятки берёте?

— Что вы, молодой человек, это вы проставляетесь за выздоровление, а пить будем все вместе: я, хирург, анестезиолог, ваш протеже Николай и вы. Заодно и новоселье справим.

— Тогда одной бутылкой не обойтись.

— А это уже ваше дело, мне достаточно и 50 грамм, просто вкус вспомнить.

— Тогда, до встречи, доктор.

— До вечера, молодой человек.

И Андрей с Николаем покинули разговорчивого старичка.

— Сколько ему лет? — спросил Андрей.

— А насколько выглядит?

— Ну, лет семьдесят, не больше.

— Больше, в полтора раза. Недавно юбилей справлял, ему 110 лет.

— Ничего себе, это он с ….. 1952 года?

— Да, у нас таких долгожителей мало осталось. Старики умирали, пока один такой светило науки не нашёл как остановить ген старости, и запустить механизм вспять. Верней, не совсем так. В общем, нашёл способ омолодить организм и продлить жизнь до 160 лет.

— Здорово, а тебе сколько?

— Я, продукт этого времени, родился здесь в 2025 году.

— А девчонки?

— Что? Понравились? Они чуть моложе. Светланка родилась в 2036, а Надюша на год позже.

Андрей немного смутился, но на вопрос ответил:

— Да, хорошие девушки, и не испорчены цивилизацией — краснеть умеют, и извиняться не боятся.

Николай не стал заострять и предложил:

— Пока есть время, поедем на экскурсию по бункеру?

— Поехали.

И Николай начал показывать Андрею бункер.

— Вон там, дверь за медблоком — химлаборатория. Туда дальше — лаборатория биоиследований. Слева дверь — больничные палаты, но там сейчас никого нет, раньше лежали пораженные радиацией. А по мелочи здесь почти никто не болеет, пьём иммуностимуляторы. Плюс дезинфекция, кварцевание, боремся с вирусами и бактериями. Следующая дверь — хирургическое отделение, там тебе будут делать операцию. Полежишь пару дней в реанимации и к себе, в бокс. Дома легче за тобой наблюдать, и врачам не дежурить в палатах.

Теперь поехали в другой коридор. Здесь у нас детский сад, школа и физическая лаборатория.

Дальше — мастерские, технический исследовательский центр, компьютерный центр и лаборатория оружейных исследований. А там дальше — центр управления базой и технический отдел обслуживания. В конце есть ответвление направо и налево. Направо — реакторная, ну и всякие другие штучки жизнеобеспечения, налево — выход в ангар, где стоит разная техника и там же коридор шлюзовых камер и ещё один выход на поверхность, но все эти годы им никто не пользовался. Кажется, снаружи створки скальной породой завалило. Вот в принципе и всё наше хозяйство.

Из жилого комплекса есть проход на нижний уровень, там у нас оружейная, склады припасов и материалов. Всё подходит к концу, кроме оружия и боеприпасов.

— Спасибо за экскурсию, едем по домам?

— Пожалуй, у меня ведь тоже есть свои обязанности.

— А ты чем занимаешься?

— Работаю сейчас в центре технических исследований, испытываем разные устройства, рассчитываем проверяем. Скоро обещают дать на испытание плазменную винтовку, а пока готовят к ней элементы питания.

— Круто.

— Да ничего особенного. Она называется винтовкой формально, на самом деле, довольно большой агрегат. Хотим его использовать для расчистки завала, чтобы ворота открывались. На машинах передвигаться ведь лучше, чем пешком?

— Согласен, — и они как раз подъехали к боксу Андрея. — До вечера?

— До вечера, я приду с анестезиологом и провожу тебя в операционную.

Андрей открыл комнату ключом, который он приспособил на шею и заехал к себе. Делать было нечего, он проехал к журнальному столику и взял ноутбук в надежде, что там будет информация о войне, начавшейся в 2012 году.

Информации оказалось много, кто-то очень сильно постарался задокументировать всё, что произошло, были и видеоматериалы.

Началось всё с Израиля. Американцы были не готовы начинать войну против Ирана, у них были проблемы в Афганистане. Провозгласив о выводе войск, они совсем не собирались этого делать, и поэтому всячески провоцировали местное население, настраивая его против себя и сил НАТО. То разбомбят мирный кишлак, то расстреляют свадебную церемонию, да и так, по мелочам, списывая на психическое состояние солдат, расстреливали без причины мирное население. Ну, а что творили при зачистках, уму непостижимо, сравнить можно было только с карательными рейдами войск СС во вторую мировую. Но афганцы терпели, или понимали, возьмись они сейчас за оружие и тогда они не уйдут. В общем, по любому, у США были планы устроить мировой катаклизм в зиму 2012 года. Лидеры же еврейского государства, не добившись поддержки США, решили их поставить перед фактом союзнических обязательств. То есть, начать действовать самостоятельно, тем более, Турция прямо заявила, что готова оказать поддержку и предоставить свои базы. У турок были свои резоны, им было нужно Черное море и выход к Каспию. К тому же, по договору Крымской войны 1853–1856, если Крым перейдёт из юрисдикции России другому государству, то турки вправе вернуть эти земли себе. Короче, они решили использовать эту ситуацию и одним выстрелом убить двух зайцев. Захватить часть северного Ирана, с нефтяными и газовыми месторождениями и вернуть себе Крым, где они давно уже подготовили пятую колонну из так называемых Крымских татар. США тоже подсуетились, загнав в Персидский залив эскадру, со списанным авианосцем и кучей старых кораблей. Но они не знали, что российский концерн «Агат» пару лет назад продал Ирану два береговых комплекса «Клаб М». Этого было вполне достаточно, чтобы отправить пару Авианосно Ударных Группировок американцев к праотцам.

В начале апреля Израиль по договоренности с Кувейтом перегнали свои самолеты на их базу Али Аль Сейлем Эр Бейс. Делали дозаправку на аэродроме подскока в Саудовской Аравии. Всё это якобы для совместных учений.

Причём, на переговорах с США, они клятвенно заверили конгресс, что не предпримут никаких действий, пока в Штатах не пройдут выборы президента. Обманули. И 15-го апреля, в день православной пасхи, начали военную операцию. Устроив авиа-налет на город Бушер. Не ждали они сюрпризов, но получили взбучку по полной. Там была хорошая система ПВО, российские «КУБ» и «Круг», украинские «Кольчуги», которые управляли и наводили эти ракеты и помимо всего этого на крышах домов стояли «Панцыри». За один первый вылет было сбито сразу 17 израильских самолетов. В это время, армия Турции начала наземную операцию сразу по двум направлениям: на Иран и на Армению. Ну, не могли они простить армянам, что те вынудили французов признать геноцид со стороны турок. В тоже время, турецкий флот начал операцию по высадке десанта в Крыму, попытавшись уничтожить российские корабли в Севастопольской бухте.

Видя потери Израильтян, американцам пришлось вмешаться, и они нанесли авиа-удар со стороны Афганистана по городам Ирана Нехбандан и Бирджент. Афганцы провинции Фарах взялись за оружие и устроили нападение на базу США. Эскадра в Персидском заливе пришла в движение, готовясь к атаке.

Иран сработал на опережение и двинул по ней ракетами «Клаба». Взлететь с авианосца успело только четыре пары самолётов, приземляться им было уже некуда. Вот тут и началось. Андрей больше не вдавался в подробности, кто первый применил ядерное оружие, было уже не важно, но началось такое, в общем, прилетело Ирану с подводных лодок США. Россия проснулась, и выполняя договоренности с Арменией, долбанула по туркам ядрёным зарядом.

Надо отдать должное крымчакам, они не стали тупо ждать, когда их будут резать татары. Благо, успели закупить оружие. В свободной продаже были переделанные АК под охотничьи карабины. Началась бойня. Турецкий флот, без потерь тоже не обошелся. Русские в Севастополе даже с малыми ракетными катерами дали достойный отпор. Был по тревоге поднят флот в Новороссийске. Потом со стороны Европы прилетело и в Крым. В это время Китай решил уладить свои территориальные проблемы с Индией, заодно и вернуть себе Тайвань. Индия не стала терпеть наглость китайцев, и применила ЯО. Китай ответил тем же. США не смирились с захватом Тайваня и двинули по китаёзам. Северная и Южная Корея вцепились дуг в друга зубами. На дальнем востоке, китайцы, проживающие в России, подняли бунт и откровенно начали захватывать власть. Силы МВД не справлялись, пришлось раздать оружие гражданскому населению. Японцы тоже не дремали и высадили десант на Курилы. С одной из подводных лодок Тихоокеанского флота, долбанули по ним крылатыми ракетами с ядерными зарядами. Уничтожив всех подчистую. Потом Россия ответила по Европе, на удар по Крыму и у Мира отказали тормоза, началась война всех против всех.

Андрей выключил ноутбук и долго сидел с отрешённым видом, переваривая информацию.

Когда надоело сидеть, он перебрался на кровать, прихватив фарфоровую чашку вместо пепельницы, и лёжа на кровати жадно закурил сигарету из оставшейся у него в кармане пачки.

Примерно через полчаса прибежал Николай:

— Фу, надымил то, — и, пройдя к выключателю, нажал там какую-то кнопку, с легким шуршанием заработала вентиляция. — Следующий раз, прежде чем курить, включай вытяжку, — нравоучительно сказал он.

— Спасибо, буду знать.

— Сейчас придёт анестезиолог, так что готовься, через часок будешь на операционном столе.

— А что мне готовиться, я готов только на каталку перебраться.

Снова открылась дверь и в комнату вошли двое в белых халатах, мужчина лет пятидесяти с проседью в висках, и молодая симпатичная девушка с тонкими чертами лица и светло-русыми волосами, собранными в пучок. Халат был чуть выше колена, и Андрею представилась возможность взглянуть на её ноги. «Стройненькие», — подумал он.

Но увидев, как засиял Николай, понял, что эта девушка ему не безразлична.

— Здравствуйте, Сергей Борисович. И тебе привет, Леночка.

— Коля, не суетись, дай нам делать свою работу, — сказал Сергей Борисович.

— Лена, возьмите кровь из вены у пациента.

Девушка деловито подошла к кровати Андрея, поставила на журнальный столик и открыла чемоданчик, достала жгут и одноразовый шприц. Ловко засучила ему рукав и перетянула жгутом. И мелодичным голоском произнесла:

— Поработайте кулачком, пожалуйста.

Пока Андрей сжимал и разжимал руку, она ловко извлекла шприц из упаковки. Присоединила иглу и сказала:

— Достаточно, теперь сожмите кулак.

Столь же ловко воткнула иглу в вену и начала забор крови.

— Можете расслабить руку.

Андрей повиновался.

Когда шприц был полон, она приложила ватку со спиртом, вытащила иглу и освободила жгут.

Подошла к своему чемоданчику, что она там делала, Андрей не видел. Но через минуту она выдала результат.

— Эритроциты столько-то, лейкоциты столько-то, билирубин — норма, сахар — норма. Группа вторая положительная, запасов этой крови у нас достаточно. Я могу идти, Сергей Борисович?

— Да, Леночка, вы свободны.

Она сложила свой чемоданчик, и пошла из комнаты. Николай пулей выскочил за ней.

— Теперь вы, Андрей Сергеевич, — он достал записную книжку. — Наркотиками не баловались?

— Нет, как-то не срослась у меня дружба с ними.

— Аллергия на какие-нибудь препараты есть?

— Не замечал.

— Как переносите морфин?

— Понятия не имею.

— Не боитесь?

— Да, есть мандраж небольшой, но не боюсь, сказать точнее, волнуюсь.

— Ну, тогда выпейте вот эти две таблеточки и ждите санитаров.

— А что это доктор?

— Пейте, это от мандража, успокоительное. Реланиум, если вам так надо знать, — и он подал стакан воды, чтобы Андрей мог запить таблетки.

— Моя миссия закончена, встретимся на операционном столе, — сказал врач и вышел из комнаты.

Таблетки оказались убойные. Как его загружали на каталку, он ещё помнил, но смутно, дальнейшее осталось для него тайной. Пришёл он в себя уже в реанимационной палате. Лёжа на боку, на мокрой от слюней подушки. Он попытался перевернуться, но голова слишком перетягивала. В общем, получилось только приподнять плечи, голову от подушки оторвать не смог.

Во рту всё пересохло, но откуда тогда столько слюней — вся подушка мокрая, надо кого-то позвать.

Он попытался произнести слово «сестра», но язык как будто вырос раза в три, был такой толстый и вываливался изо рта. «Чё они со мной сделали? Голова два пуда, язык как у коровы, во мля попал. Наверное, эксперимент надо мной провели по пересадке органов животных. Вот будет прикол, если ещё вымя пришили. Да что же это такое, руки не работают, раньше хоть только ноги не двигались. Но звать-то кого-то надо». И он снова попробовал позвать сестру. Получилось что-то похожее на лопотание ребёнка, который только пытается говорить. И, о радость, его услышали — к нему подошла медсестра, среднего росточка с карими глазами и в узеньких очках, которые ей очень были к лицу. Андрей скосил глаза, чтобы разглядеть её. Вот чёрт, и где они только берут их, что не девушка, то красавица, или я одичал в этом инвалидном кресле. Пока он размышлял, девушка ловко его приподняла, помогла перевернуться на спину, и успела перевернуть подушку сухой стороной вверх.

Потом принесла бутылочку воды с трубочкой и напоила его. Когда Андрей напился, язык вроде как отмяк и не казался столь толстым. Андрей попытался сказать «спасибо». Получилось очень смешно:

— Сасыво.

Глаза девушки сразу заулыбались, хотя она всем своим видом старалась казаться серьёзной.

— Тё смээса, тэбэ ба так.

Тут она не выдержала и прыснула, глаза заблестели от влаги и, хохоча, произнесла:

— Как вам не стыдно, Андрей, желать такое ближнему, да ещё девушке. Ну, вот представьте на мгновение меня: слюнявой, шепелявой и со скошенными глазами.

Тут уж не выдержал Андрей, представив себе эту картину. Смеялся он тихо, покатом и до слёз. Настроение было отменное. Какая молодец сестричка, не растерялась и чувство юмора отменное.

— Как фас сафут?

— Лариса.

Андрей кивнул и протянул руку, девушка пожала её и сказала:

— Мне тоже очень приятно ухаживать за таким пациентом.

Жизнь налаживалась. Позже Лариса его покормила кашей, руки ещё не имели нужной координации.

Потом они болтали о всяких мелочах до конца её дежурства. На смену ей пришла Елена, предмет воздыханий Николая. Спина у Андрея отошла от наркоза и боль стала чувствоваться очень сильно.

Лена предложила сделать обезболивающее, и посмотрела на часы:

— Вам уже два часа назад надо было делать укол, как это Лариса упустила.

— Она не упускала, просто я отказался, нормально себя чувствовал. А зачем пичкать себя лишними лекарствами?

— Хорошо, тогда я вам сейчас сделаю Пармедол.

— Леночка, а можно что-нибудь полегче? А то я не хочу опять просыпаться весь в слюнях и с жутким сушняком во рту. Вы меня увидите и тоже, как Лариса будете смеяться.

— Ладно, сделаю вам Диклофенак. Надеюсь, до утра выдержите. Если что, нажмёте вот эту кнопку возле кровати, я спать в соседней комнате буду, а это меня разбудит.

Так прошла ночь, потом ещё сутки. За ним ухаживали, кормили и делали перевязку. Пармедол больше не кололи, обошлись диклофенаком. Через трое суток его отвезли к себе в кубрик. Начиналась новая жизнь.