Апартаменты, где жила Лиа, представляли собой однокомнатную квартиру с кухонной нишей и находились в паршивом районе. Возможно, у меня не было наличных денег на проездной билет на CTA4, но я ни в коем случае не собирался позволить ей остаться здесь ещё на одну ночь. При входе в здание не было даже сраной охраны. Внутри было нормально, просто очень тесно, и всё такое маленькое. Я понятия не имел, каково её финансовое положение, но, судя по жилью, было очевидно, что не всё благополучно.

Придётся это изменить – чем раньше, тем лучше.

О́дин выглянул из-за угла кровати, увидел меня и потрусил ко мне, виляя хвостом. Я был безмерно счастлив снова увидеть большого парня, особенно учитывая, что в какой-то короткий миг во время моего ареста, я подумал, что они могли его просто забрать с собой. Я опустился на колено и обнял его лохматую голову. Почесал его шею, спину и попытался сохранить равновесие, когда он чуть меня не сбил и начал лизать моё лицо.

— Это отвратительно, — сказал я ему с ухмылкой. Он присел на задние лапы, и мне показалось, что он ответил улыбкой на мою улыбку, свесив язык на бок. Затем он вскочил и побежал обратно к кровати, чтобы найти и принести мне свою резиновую кость. В этой крошечной комнате не было никакой возможности её побросать, но мы всё-таки сделали это.

— Мне нужно поехать в свою квартиру, — заявил я после того, как О́дин в течении нескольких минут находил и приносил брошенную мной косточку.

— Там вся дверь все ещё ограждена сигнальной лентой, — тихим голосом сказала Лиа. — По крайней мере, когда я там была последний раз.

— Да и хрен с ним, — прорычал я. — Если хоть кто-нибудь попытается меня удержать, я их, блядь, убью.

Произнесённые мной слова были честными и искренними – даже слишком. Когда я взглянул на Лиа, она кусала губу и наморщила лоб. Я глубоко вздохнул, а затем медленно выпустил воздух через нос. Мне придётся следить за своими словами

— Не в прямом смысле, — произнёс я малоубедительно.

Лиа продолжала смотреть на меня с большим сомнением на лице. Вся её поза была такой напряжённой, будто она собиралась убежать. Когда я встал, чтобы бросить кость О́дину, она сделала шаг назад.

— Ты боишься меня? — спросил я.

— Не тебя, — ответила Лиа. — За тебя – да, но совсем не тебя.

— Не меня, — повторил я. Это не было оговоркой – она начинала понимать, кем я был теперь, когда мы находились в моём городе, в моей стихии. — Ты меня плохо знаешь.

— Я знаю многое. И всё ещё жду, что ты расскажешь мне всё остальное.

Я засмеялся. Лиа не имела ни малейшего грёбаного понятия, что она знала и чего она не знала.

— Так расскажи мне, — попросила она.

— Нет, — тихо ответил я, обхватил пальцами её подбородок, наклонив немного голову, и подарил ей лёгкий поцелуй. — Ты не хочешь знать о всём дерьме в моей голове.

— Хочу, — настаивала она, — но подожду, пока ты не будешь готов.

— Это вряд ли случится, — я стал целовать её челюсть, потом шею, надеясь полностью отвлечь её от тех мыслей, которыми она, казалось, была одержима. Её руки пробежались по моим бокам и обняли за спину, а между тем я добрался губами до её ушка.

— Мне нужно знать, — тихо сказала она.

— Не говори ерунду.

— Эван, — вздохнула она и немного отступила. Недостаточно, чтобы я выпустил её из рук, но этого вполне хватило, чтобы я не мог продолжать отвлекать её своими поцелуями. — По-твоему, я не заслуживаю хотя бы немного информации?

— Зачем? — было глупо говорить, блядь, такие вещи, но я парень, и мы иногда говорим идиотские глупости.

— Зачем? — переспросила она, потеряв самообладание. — Серьезно? Давай начнем с того, что я искала тебя несколько месяцев, узнала, что ты прошёл через ужасно тяжёлый период, а затем, когда я, наконец, тебя нашла, ты как раз собирался расправиться с целым парком! Давай-ка вспомним, что я увидела, как тебя тащили в наручниках, и единственное, что ты смог сделать, это снова извиниться, а потом попросить меня позаботиться о твоей собаке.

Ну, ладно – тут она меня сделала.

Я вздохнул, сосредоточил на минуту свой взгляд на пространстве за её плечами, а потом снова посмотрел на неё.

— Ты права. Хочешь, чтобы я сейчас просто забрал его и уехал?

— Нет, ради бога, Эван! — Лиа легонько ударила меня по плечу рукой, которой ранее обнимала мою спину. — Думаешь, я проделала весь этот путь, сделала всё это, и теперь просто уйду?

— Тебе следовало бы это сделать, — часть меня надеялась, что она поступит именно так, но это не та часть, с которой я хотел бы согласиться. Не успел я предложить это, как почувствовал, что в моей груди прожгли дыру.

— Ну, а я не буду.

— Может, тебе стоит подумать об этом, — я не имел в виду ничего больше, но, так или иначе, я это сказал.

— Ты хочешь от меня именно этого? — спросила она.

Я колебался, но, в конце концов, покачал головой.

— Мне только нужно время, чтобы подумать о... обо всём этом, — ответила она, взяв моё лицо в свои руки и прикоснувшись своими губами к моим. Моё тело сразу же растворилось в чувствах, но разум продолжал бороться.

— Тебе просто нужно покинуть Чикаго... убраться от меня подальше, — сказал я. И, хотя мой голос был уверенным и сильным, но как только эти слова слетели с моих губ, руки крепко её сжали.

— Я не оставлю тебя одного, — возразила Лиа.

— Тебе стоило бы, — и снова моя хватка на ней усилилась, ощущение её тела, плотно прижатого к моей груди, было божественным. — В конечном итоге всё сведется к тому, что я сделаю тебе больно или... или ещё хуже.

— Ты не причинишь мне вреда.

— Ты этого не знаешь.

Она снова отстранилась и посмотрела на меня.

— Ты действительно думал, что я не поняла, что происходило что-то... не совсем правильное? Когда я впервые увидела тебя, ты находился посреди пустыни, качался на крыльце в кресле-качалке и держал в руках самое страшное ружьё, которое я когда-либо видела. Самый горячий парень, которого я когда-либо встречала в своей жизни, скрывался один в убогом жилище, судя по всему, уже несколько месяцев со своей собакой и был достаточно сумасшедшим, чтобы суметь выжить. Возможно, у меня нет твоей наблюдательности, Эван, но я не слепая!

Должен признать, я не думал о том, как все это выглядело. В то время я больше беспокоился о том, из Чикаго она заявилась или нет, а потом думал лишь о том, как залезть в её трусики.

— Возможно, я не знаю, что происходит, — продолжила Лиа, — но понимаю, что здесь гораздо больше, чем может показаться. Рано или поздно, но ты мне просто обязан всё рассказать.

— Обязан, да? — я изо всех сил старался не быть дерьмом, но она подобралась чересчур близко к истине. И одновременно боролся с желанием рассказать ей всё, что знал, даже если информация, скорее всего, окажется для неё такой, что она попросит меня свалить на хрен отсюда, не говоря уже о том, что часть информации может её просто погубить. Для большинства людей это было бы слишком много, чтобы справиться, и я не хотел ставить её в такое положение.

Можно ли было на данном этапе вообще этого избежать?

— Что бы ни случилось, я справлюсь.

Я закрыл глаза и покачал головой. Она не понимала, о чём просила, ведь даже я сам не был уверен, что справлюсь с этим. Решив, что она была такой же отзывчивой на эмоции, как и любая другая цыпочка, я прибегнул к тактике проволочек, уклоняясь от обсуждения проблемы.

— Я... я не могу, Лиа, — стал я умолять её о понимании. — Я... я хочу, но ещё пока нет. Пока я не могу этого сделать.

Её пальцы коснулись моей челюсти.

— Ладно, — тихо сказала она. — Я могу подождать, но не вечно.

Миссия была выполнена, хотя невозможно было сказать, как долго я смогу ее удерживать. Пока же просто нужно было занять её другими вещами.

— Спасибо, — прошептал я ей на ушко, а потом опустил лицо к её шее. Я скользнул пальцами по её бокам, проник под край рубашки, потянул её вверх и стащил через голову. Мой рот переместился вниз, чтобы поцеловать вершинки её грудей, в то время как я завёл руки за её спину и расстегнул крючки лифчика.

Её пальцы рванули ремень и пуговицы моей камуфляжной формы, а затем стащили их вниз с моих бёдер, а я в это время сбросил свою рубашку, а затем и её юбку. Я поднял её на руки, сделал три шага к кровати и бросил на середину.

Секунду спустя я уже был на ней, раздвигая её ноги, чтобы открыть себе путь в Мекку – священное место всех кошечек. Сначала я добрался до него пальцами, все еще испытывая угрызения совести из-за того, как быстро всё закончилось в последний раз, – и исследовал жаркое местечко между её внешними губами. Я медленно вставил средний палец внутрь, слегка его согнув, и она выгнула спину, прижимаясь ко мне. Потирая большим пальцем её клитор, я почувствовал, что она стала влажной и готовой для меня.

Свободной рукой я отвёл её ногу вверх и в сторону, раскрыв чуть больше, что обеспечило и оптимальную позицию, и идеальный вид. Я скользнул в неё еще одним пальцем, начал ритмично двигать ими туда и обратно, а затем вытащил их и стал снова поглаживать её клитор.

Лиа протянула руки вниз, и её пальцы вцепились в мои предплечья мёртвой хваткой. Я воспринял это как приглашение, взял член в руку, приблизил его к моей цели и резко толкнулся вперед. Лиа в потрясении стала хватать ртом воздух, её ноги дернулись, когда я достиг предела и оказался в ней глубоко по самые яйца.

Она опустила руки вдоль своего тела и, опершись ладонями о постель, выгнула со стоном бедра. Я обхватил её ноги, чтобы лучше контролировать, и начал быстро вонзаться в её киску, не отрывая от неё своих глаз.

Такая красивая. Такая совершенная.

Я наклонился вперед и взял в рот сосок, осторожно покусывая его, пока её руки не обняли мою голову. Я всосал его глубже, и мой язык стал кружить вокруг напряжённой вершинки. Я переключился на другой сосок, и, прежде чем обхватить его губами, слегка провёл по нему носом.

Лиа взяла в руки моё лицо и притянула его для поцелуя. Наши языки встретились, лаская, вкушая и пробуя друг друга, пока я толкался в неё своим членом. Я чувствовал, как её бедра вжимались в меня при каждом моём погружении, и это было как Рождественское утро.

Но я желал большего.

— Хочу видеть твою попку, когда тебя трахаю, — сказал я ей, отодвинулся назад, схватил её за талию и перевернул на живот. — Подними задницу вверх и раздвинь пошире ноги.

— Боже, Эван, — Лиа тяжело дышала, прижавшись лбом к матрасу. Она подчинилась мне, подтянула колени ближе к груди и расставила их.

— Вот так, — пробормотал я. Мои руки поглаживали её крепкие бедра и округлую задницу. Не думал, что когда-либо увижу такую же идеальную попку, как у неё, и как бы мне ни хотелось раздвинуть её ягодицы и выяснить, как это будет ощущаться, мой магический жезл двинулся прямо к её киске.

Я обхватил рукой свой ствол и потёрся головкой, несколько раз проводя ею вверх и вниз, прежде чем с урчанием толкнуться обратно в неё. Лиа повернула голову на бок и вытянула руки вперёд, сжав простыню.

— Лучше держись крепче, — посоветовал я, наклонился над её спиной, поцеловал позвоночник, затем потянулся назад и врезался в неё снова.

Она тяжело задышала и сильнее сжала пальцами простыню, когда я начал двигаться в жёстком, быстром темпе. С каждым ударом я практически полностью выходил из неё, а затем вдалбливался так сильно, что ей приходилось напрягать бедра и задницу, чтобы удержаться на коленях.

Как раз этого мне и хотелось – наблюдать, как ее задница напрягается и сжимается, пока я её трахаю. Я сглотнул и стиснул бедра Лиа, продолжая свои яростные манёвры, и она начала кричать при каждом толчке.

— Тебе это нравится, не так ли? — прорычал я. — Когда я вгоняю в тебя свой член... ты должно быть думаешь, что попала в... грёбаный... рай.

Делать паузы толчками во время разговора - самая приятная вещь.

Ее стоны были единственным ответом, который я услышал, и единственным благословлением, которое мне было необходимо. Напрягая мышцы собственной задницы, я раскачивал бедрами снова и снова. Мои ноги грозили вот-вот подкоситься, но я не мог этого допустить. Закрыв глаза, я снова склонился над ней, и пот стал капать со лба на её спину.

— Ты такая, блядь, красивая, — прошептал я в её шею, замедлившись, чтобы не кончить слишком быстро. — Я не могу насытиться тобой... мне никогда не будет тебя достаточно.

— Эван! — вскрикнула Лиа, и я почувствовал, как вздрогнула её попка, тело стало стискивать меня, и, когда я глубоко погрузился в неё и начал вращать бедрами, она снова закричала. Когда стоны Лиа затихли, её ноги подкосились, и она упала на матрас, из-за чего член выскользнул из неё в самом разгаре процесса.

— Ну уж нет, — сказал ей. — Я ещё с тобой не закончил.

Я коленями раздвинул её ноги шире и протянул руку к местечку между её бедрами. Сначала медленно трахал Лиа двумя пальцами, пока она извивалась подо мной, а затем приставил член обратно к её входу и толкнулся вперёд.

В таком положении было нелегко глубоко в неё проникать, но её тепло обволакивало мой член, и передо мной открывался потрясающий вид на её сочную задницу, так что мне было все равно. Я трахал её короткими, быстрыми толчками, и скоро мои яйца стали сжиматься и пульсировать. Возбуждение было таким же сильным, как и тогда, у кирпичной стены между офисными зданиями.

— О, чёрт... да... — я излился в неё, подчёркивая собственное рычание мощными, резкими ударами, пока мой член не был выдоен досуха. Я больше не мог двигаться и рухнул на Лиа, обдавая горячим дыханием её плечо.

Спустя несколько минут восстановил достаточно сил, чтобы поцеловать её в шею, а затем убрать с Лиа тяжесть своего веса. Она вздрогнула, когда наши тела разделились, потом повернулась ко мне лицом и обняла за шею.

— Ты хочешь меня убить, — прошептала она.

Я напрягся.

Её тон был ласковым и шутливым, но её слова всё ещё накрывали меня волнами ужаса.

— Я сделал тебе больно? — спросил я.

— Блядь, нет! — ответила она со смехом. — Ты... ты потрясающий.

Я выдохнул через нос и крепко сжал её. Закрыв на минутку глаза, я постарался избавиться от картин крови, разбрызганных мозгов и сосредоточиться на женщине в моих руках. Её пальцы заскользили вверх по моей шее и обхватили лицо.

— Что случилось? — спросила она.

— Ничего, — ответил я на автомате. — Просто... я до сих пор немного уставший. Думаю, мне не помешает принять душ.

— И мне тоже, — улыбнулась Лиа.

Было так приятно стоять под душем, даже если это была одна из тех малюсеньких кабинок, в которых едва хватало места, чтобы развернуться. И намного лучше, чем общая душевая в тюрьме. Прежде чем мне удалось смыть мыло, Лиа уже присоединилась ко мне. Я не хотел упустить такую возможность, поэтому схватил её за бедра, прижал к дешёвой стенке кабинки и снова трахнул.

Гораздо лучше, чем в тюрьме.

Нам пришлось принять душ ещё раз.

В мини-холодильнике Лиа были приготовленные сэндвичи, и я слопал два из них.

— Голодный? — спросила она, улыбаясь.

— Ты хоть представляешь, насколько отстойна тюремная еда? — поинтересовался я, ухмыляясь. — А это чертовски круто.

Она хихикнула, и мой член мгновенно отреагировал. За пару укусов я быстро расправился с последним бутербродом, а затем приполз туда, где она сидела, и поблагодарил её своим ртом. Я взял её снова на полу, а затем позволил переодеться в пижаму, которую она смогла проносить достаточно долго, чтобы попасть в кровать, где я сорвал её и отбросил в другой конец комнаты.

Я не мог ей насытиться.

Около полуночи я, наконец, почувствовал усталость. Но это не имело никакого значения. Моё тело продолжало требовать большего.

Я прижался ртом к её животу, а рука стала двигаться вверх по её боку. Легкими прикосновениями я погладил вершинки обеих грудей, покрывая поцелуями нежную кожу у пупка.

— Снова? — хихикнула Лиа. — У тебя когда-нибудь вообще закончится энергия?

— Рано или поздно, — признался я. — Хотя, ты, блядь, заставляешь меня хотеть большего. Я пытаюсь выяснить, смогу ли я продержаться до шестого раунда, прежде чем выйду из игры.

— У меня будет всё болеть, — пожаловалась она.

Я навис над Лиа, раздвинул ноги своими коленями и посмотрел ей в глаза.

— Значит ли это, что ты будешь чувствовать боль весь завтрашний день – чувствовать постоянно, независимо от того, что будешь делать, и думать о моём члене внутри себя с той самой минуты, как проснёшься?

Дыхание Лиа участилось, она на секунду взглянула на меня, с трудом сглотнув, и кивнула головой.

— Наверное.

—Хорошо, — я взял рукой свой ствол и засадил ей.

И снова почувствовал себя исцелённым.

Это было слишком хорошо, чтобы длиться долго.

* * *

Я проснулся в радостном возбуждении.

Сначала я подумал, что мне должно быть приснилось что-то хорошее, но быстро вспомнил, что мои сны никогда не были такими приятными. Своей кожей, мышцами – всем телом – я ощущал, будто лежал на прохладном лугу, согреваемый весенним солнцем. На душе было тихо и спокойно, как не было уже много лет. Моё состояние можно было описать единственным словом.

Умиротворение.

Этого было достаточно, чтобы практически вызвать слёзы на глаза.

Моя щека покоилась на животе Лиа, а затылок лежал в колыбели её рук. Я обнимал её и крепко прижимал к своей груди, лежа рядом с ней на маленькой кровати, которая слишком сильно напоминала мне ту, что была в убогой лачуге.

Я не двигался. Только глубоко дышал, чтобы вбирать в себя её аромат. Это был её собственный сладкий аромат, смешанный с запахом секса, которым мы занимались вчерашней ночью. Я обвил пальцами её бедро, прикоснулся носом к коже её живота, и снова жадно вдохнул. Потом потянулся пальцами к её шее, чтобы ненадолго притронуться к висящему на цепочке четвертаку. Мне очень сильно хотелось пойти отлить, но это не стоило того, чтобы оторваться от её плоти, поэтому я решил потерпеть.

Не знаю, как долго я лежал таким образом, закрыв глаза и просто наслаждаясь ощущениями. В какой-то момент пальцы Лиа дрогнули, потом стали медленно массировать мою голову, что заставило меня застонать от переизбытка удовольствия.

Мягкий смех Лиа коснулся моих ушей.

— Тебе нравится?

— М-м-м-м-м-х-м-м, — ответил я, прижимаясь к её животу и усиливая свою хватку.

Она продолжила, медленно перемещая кончики пальцев от затылка по моим волосам вниз к шее, а потом начала всё заново. Я поднял голову и стал продвигаться вверх, пока не оказался с ней лицом к лицу, и обнял за плечи, чтобы удержать её рядом. Лиа погладила мою щеку, и я наблюдал за её глазами, пока она осторожно прослеживала пальчиками вены на моих руках.

— Я мог бы просыпаться вот так каждый день, — сказал я.

— Я тоже. Но сейчас ты должен меня выпустить.

— Зачем? — запротестовал я. — Не хочу.

— Мне нужно в ванную! — рассмеялась Лиа.

— Мне тоже.

— Ну, на этот раз будет гораздо хуже, чем то мокрое пятно, которое мне пришлось терпеть прошлой ночью, так что тебе лучше меня отпустить.

Некоторая грубость её замечания крайне меня позабавила.

— И сразу же назад, — приказал я, еле сдерживаясь от смеха.

— Есть, сэр, — ответила она с ухмылкой, из-за которой мой член дернулся. — А теперь позвольте мне уйти.

Я вздохнул, но скатился с неё, чтобы она могла подняться. Верная своему слову, она обняла меня, улёгшись прямиком в кровать, и снова начала водить своими пальчиками вверх и вниз по моей руке, пока я устроился, положив голову на её грудь. Я ненадолго задремал, а когда проснулся, она лежала на боку, опершись на локоть, и просто смотрела на свои пальцы, обхватившие мой бицепс.

— Что? — спросил я.

Лиа улыбнулась и отвела взгляд, её щеки окрасились в алый цвет.

— Ничего, — тихо произнесла она.

— Скажи мне.

Ее глаза снова встретились с моими.

— Просто... с тобой я чувствую себя в безопасности, как будто до тех пор, пока я с тобой, со мной ничего не может случиться.

Я так сильно хотел, чтобы это было правдой. Возможно, я пошёл ещё дальше и на каком-то подсознательном уровне поверил в это. Подумав с минуту, я отодвинулся и устроился так, чтобы лежать рядом и видеть её лицо.

— Что это значит? — нерешительно спросил я.

— Что? — Лиа отвернулась, прикрыв рукой зевок, а затем снова посмотрела на меня.

— Это, — сказал я, сжав её крепче и ближе к себе притянув. — Мы. Кто мы друг для друга?

Она уставилась на меня.

— А чего хочешь ты? — она спросила тихо.

Я задумался, но в действительности не знал, что ответить. Что бы это ни было, это было для меня незнакомо. Я не знал, как это назвать.

— Какие у меня есть варианты?

Лиа подняла брови, глядя на меня, и немного наклонила голову. В ответ я только пожал плечами, так что она постучала пальцем по нижней губе, думая, как отреагировать.

— Ну, ты мог бы купить мне гигантский бриллиант и стать моим женихом, — Лиа опустила палец и постучала по подбородку. — Или мы могли бы просто поехать в Вегас, чтобы Элвис или, может быть, Дарт Вейдер нас поженил. Если обязательства – это не то, что тебе нужно, мы могли бы просто остаться друзьями и время от времени трахаться.

Она снова вернула на меня взгляд и тихо улыбнулась, когда я поднял бровь.

— Впрочем, может быть, на данный момент нам стоит просто попробовать встречаться и посмотреть, что получится, — предложила она.

— Этот вариант кажется немного более... реалистичным, чем другие, — признался я, глубоко вздохнув, и посмотрел ей в глаза. — Я никогда раньше не делал этого дерьма.

— Какого? Не встречался?

— А мы встречаемся?

— Полагаю, что нет, — она посмотрела на меня циничным взглядом. — Тогда что ты имеешь в виду?

Я даже не знал, что я имел в виду, и это было частью проблемы.

— Я никогда не вешал ярлык... «отношения» на то, что у меня было раньше, — сказал я. — Я даже не знаю, что это значит – быть чьим-то парнем. Мне пойти за цветами и шоколадом?

— Это вроде не твой стиль, — засмеялась Лиа. — Ты когда-нибудь дарил девушке цветы?

Я облизал губы и вспомнил нарциссы, которые сорвал для Бриджет в приоконном ящике, где они росли. Так как они не были ни куплены и ни подарены ей, мой ответ был честным.

— Никогда не покупал девушкам цветы. Но кое-что другое – да.

— Что, например?

— Это обычный разговор для людей, находящихся в отношениях, — спросил я, — рассказывать тебе, что я покупал для других тёлок? Что подарил тебе Уильям на твой последний день рождения?

Лиа отвернулась от меня, сглатывая и пытаясь скрыть подступающие слёзы.

— Хорошо, я тебя поняла.

Напряжение в её лице и отказ смотреть на меня, сказали мне достаточно.

— Не успел я стать твоим парнем, — опечалился я, — а уже тебя бешу.

Она оглянулась на меня, и её лицо расслабилось, и его озарила улыбка.

— Я не требую, чтобы ты стал моим парнем, — успокоила меня Лиа, — на всякий случай, если тебе это интересно.

— Принято к сведению. Но если учесть все обстоятельства, я, скорее всего, снова тебя разозлю.

Она пристально посмотрела на меня.

— Я просто хочу больше о тебе узнать. Я всё ещё хочу знать, что с тобой случилось.

Я покачал головой.

— Мне нужно добраться до моей квартиры, — заявил я. — А тебе убраться из этой жуткой дыры.

— Здесь не так уж плохо, — не согласилась она, оглядевшись вокруг.

— Нет, здесь дерьмово, — я выпустил её из своих объятий и встал, чтобы пойти отлить и одеться. Я немного поправил свои штаны – в них моей заднице было немного некомфортно из-за отсутствия чистого нижнего белья. Мне определенно нужно поехать к себе, чтобы добраться до моих запасов.

О́дин последовал за мной в ванную и сидел там, пока я одевался, виляя хвостом и держа в пасти свою косточку. Я схватил её, приказал ему лечь, а потом бросил кость в противоположный угол комнаты.

— Сейчас я не могу позволить себе ничего другого, — я посмотрел в сторону Лиа и наблюдал, как она через голову надевает рубашку. — Я даже не нашла ещё здесь работу.

— Тебе и не нужно, — возразил я, схватил кость у подбежавшего О́дина и снова её бросил.

— Конечно, нужно, — сказала она. — Моих денег хватит на оплату аренды и коммунальных услуг ещё только на месяц или около того.

— Больше не нужно, — мой тон был пренебрежительным, но мне не хотелось пойти и прямо ей сказать, сколько денег я припрятал в разных местах.

— Ну, тогда, наверное, я останусь в этой адской дыре.

Я минутку понаблюдал за ней, пытаясь оценить настроение Лиа. В её голосе определённо слышалось раздражение, но поза была вполне непринуждённой.

— Я позабочусь о тебе, — наконец сказал я.

— Эван, ты только что вышел из тюрьмы, и мы даже не знаем, когда состоится твоё слушание или как там оно называется.

— Его не будет.

— Что это значит?

Я взял в ладони её лицо, прижался к ней губами и глубоко поцеловал.

— Я обо всем позабочусь, — пообещал я. — И тогда мы вообще уедем из Чикаго.

— И куда?

— У меня есть несколько вариантов.

— Как-то слишком туманно.

— Угу.

— Эван! — она отошла от меня на шаг, уперев руки в бока.

— Лиа, — передразнил я и тепло улыбнулся, пытаясь снять напряжение. — Немного позже я всё объясню. Сейчас мне просто нужно вернуться в мою квартиру и оценить ущерб.

Без каких-либо дальнейших пререканий мы собрали О́дина и его вещи, и я вызвал такси с телефона Лиа.

— Это будет дорого, — заметила она.

— Никто не пустит его в автобус, — кивнул я в сторону собаки. — А за большие чаевые таксист поедет куда угодно.

— У меня не так много денег.

— Мы разберёмся с этим, когда вернёмся ко мне.

Когда мы туда попали, квартира представляла собой настоящую катастрофу.

Это зрелище напомнило мне зону боевых действий. На двери до сих пор сохранилась заградительная лента, но я сорвал её, толчком открыл дверь, за которой обнаружилось, что практически все мои вещи были разбросаны по полу.

Бумаги, коробки, даже посуда и всё дерьмо из шкафов на кухне лежали на полу, на рабочей поверхности кухни и на обеденном столе. Ящики моего письменного стола были выдвинуты, и повсюду валялись документы. Все шнуры, мышка и другое дерьмо от моего ноутбука были свалены в одну кучу, но самого устройства нигде не было.

— Ух ты! — выдохнула Лиа эти слова вместе с воздухом. — Ну и беспорядок.

— Собираюсь предположить, что в последнее время домработницы здесь не было, — пошутил я. В этом не было для меня ничего смешного, но я не хотел, чтобы Лиа увидела, насколько я раздражён. Я был довольно аккуратен в своём доме и со своими вещами. Просто увидев всё это... моё кровяное давление моментально подскочило. Я хотел знать, чего ещё, кроме ноутбука, здесь не хватает.

Задняя часть шкафа в моей спальне, где должно было храниться моё огнестрельное оружие и пара спортивных сумок с почти восьми десятью тысячами наличными, была пустой.

— Козлы, — пробормотал я, переходя к комоду. Все ящики были вытащены и сброшены на пол, но никто не заметил конверт, надёжно закрепленный на нижней стороне крышки комода. Я вытащил из него несколько банкнот, спустился вниз и расплатился с таксистом, а затем вернулся, чтобы разобраться со всем остальным.

О́дин стоял у раздвижной стеклянной двери на балкон, уставившись на свою перевернутую собачью подстилку. Я отпихнул ботинком лежащий на полу мусор в сторону, перевернул подстилку, и положил её обратно на обычное место. Он обнюхал её, залез внутрь и несколько раз покрутился, прежде чем свернуться и лечь, положив голову на лапы и наблюдая за нами.

Я обошел все места, где у меня были спрятаны деньги и оружие. Большинство было обнаружено и предположительно изъято в качестве улик, но я отыскал несколько тысяч наличными – однако оружия не осталось, что меня взбесило. Мой телефон тоже пропал.

— Мне нужно кое-куда быстро съездить.

Моя «мазда» исчезла из гаража, по-видимому, её конфисковали до суда. Оставив Лиа в моей квартире, чтобы она начала уборку, и захватив свой проездной, я направился к офису Моретти. Подойдя туда, я осмотрел всё вокруг, но не обнаружил на стоянке никаких знакомых автомобилей, и никто поблизости не разгуливал. Я добрался к своей «ауди», всё ещё спрятанной за мусорным баком с той ночи, когда были убиты Терри и Бриджет. Под водительским сиденьем находился мой запасной пистолет. В багажнике под запаской был спрятан ещё один большой конверт с наличными деньгами.

Я засунул ствол за пояс и расслабился от знакомого ощущения холодного металла на моей спине. С ним в паре была и наплечная кобура, но я не хотел тратить время, надевая её на стоянке. Быстро оглядевшись, сел в машину и направился к ближайшему месту, где можно было приобрести одноразовый телефон или что-то подобное. Я постоянно оглядывался по сторонам, но, кажется, никто меня не заметил, и никто за мной не последовал. Но всё равно я решил добираться до дома другим маршрутом.

В гараже всё было спокойно, поэтому я поднялся по лестнице в свою квартиру.

Лиа подбирала разбросанную повсюду одежду и складывала её на кровать аккуратными стопками.

— Я не была уверена, какие ящики для чего предназначены.

— Ты не должна этого делать, — сказал я. Не знаю почему, но я чувствовал себя немного странно и, может быть, смущённо из-за того, что она делала что-то подобное для меня. Это казалось очень... интимным. Сомневаюсь, что кто-то, кроме меня, занимался моим бельём с тех пор, как я был ребенком.

Я схватил ящики комода с пола и вставил их в соответствующие места, затем взял пару стопок рубашек и стал их раскладывать по ящикам. Привести в порядок спальню заняло не слишком много времени, по крайней мере, она не выглядела так, как будто там недавно прошёлся торнадо.

Остальная часть квартиры представляла собой гораздо большее бедствие, и нам потребовался почти весь оставшийся день, чтобы всё убрать. Примерно в то время, когда мы закончили и Лиа вышла наружу выкинуть испорченную еду в мусорный контейнер, вдруг зарычал О́дин.

Я посмотрел на дверь.

— Веселитесь? — спросил Трент, прислонившись к стене.

Ничто не могло меня разозлить больше, чем то, что я увидел его около моей двери.