Дэна

В вотчину дяди Хриса, библиотеку, мы пробрались в самый интересный момент — охотник как раз разжигал угли в жаровне. Книги и огонь вещи не совместимые? Да что вы говорите! У нас постоянно огонь, лава, да и вулканы в быту используются, соответственно, материалы сплошь огнеупорные.

И вообще, чтобы уничтожить некоторые гримуары, надо вначале от них отбиться, потом найти мага, по силе равного главе демонического домена, и потом, если повезет… Да, библиофилы Нижнего мира иногда чересчур увлекались в своей заботе о книгах.

Дроу раздул пламя, насыпал туда порошка для дыма и назвал номер абонента. В зависшем над углями черном облачке заморгала алая пунктирная линия вызова.

Просто и эффективно. Чтобы позвонить, никаких зеркал таскать не надо, как в Срединном мире, или облака собирать, как в Верхнем. Развел костерок, насыпал порошка, и общайся. И быстро и красиво.

Хотя, увидев нашу дымную связь впервые, люди убедились, что попали именно в ад. Так нас до сих пор и называют. А что? Все атрибуты присутствуют! Бесы, черти, демоны и куча других темных рас. Черное солнце, любовь к огню. Впрочем, мы такой же ад, как Верхний мир — рай.

Если бы не грешники, периодически пытающиеся к нам переселиться на ПМЖ, пусть бы так и называли. А так встречай их, быт им организуй. Мигрантам этим.

Хотя ангелам больше не повезло. К ним праведники пробиться пытаются, которые точно знают, как их должны встречать. И крайне недовольны, обнаружив, что ангелы из их легенд и верхнемирные — песни разные.

Именно поэтому ангелы тщательно контролируют поток желающих посетить Верхний. Надоело вылавливать на улицах воздушных городов мигрантов, требующих прекрасных девственниц да кущи райские.

Пока я размышляла, а Хрис молчал, чтобы не привлечь случайно дядюшкиного внимания, облако над жаровней просветлело, и на нем появилась…

— Понимаю дядю, — прошептал Хрис.

— Знаешь, я тоже, — хмыкнула я.

Бабка носочного лорда оказалась симпатичной миниатюрной блондиночкой лет двадцати на вид с серебристыми крыльями и задумчивой улыбкой.

— Светлого вам! Сейчас я не могу подойти к облаку, оставьте свое сообщение после пения птиц, — радостно продекламировала запись, невинные голубые глаза задорно блеснули.

И из дыма донесся… вой! Казалось, церберу отдавили хвост.

— Вот это птички! — усмехнулся Хрис.

— Вот это мы попали! — отозвалась я.

Когда увидела этого ангела во плоти, подумала, все обойдется. Крылатая пассия охотника быстро нас разделит, надает внучку по шее за книгу, которую он фактически нам подарил. И все — мир, дружба, вулканы с облаками вместе навеки! В смысле, счастье да любовь дядюшке Хриса с бабкой носочного лорда. Ничего не обойдется! Это же не ангел, а натуральная чертовка!

— Мина, хватит со мной играть! Я знаю, ты дома, — сердито проворчал дроу, глядя на застывшую в дыму картинку. — Нам надо поговорить!

Проекция ангела скрестила руки на груди и фыркнула, дав понять, что мы видим не магическую копию, а реальную девушку.

— Я с тобой еще сутки не разговариваю!

И отключилась.

Охотник прорычал что-то про упрямых пернатых и снова назвал номер.

— Не ответит, — едва слышно предположил Хрис.

— Ответит, — улыбнулась я. — Ей надо убедиться, что он раскаивается.

— Чтобы со спокойной душой динамить его сутки?

— Ага. Мы, женщины, такие: нам мало раскаяния, нам нужно моральное удовлетворение.

— Эрмина! — поспешно выкрикнул дроу, поняв, что появившаяся в дыму девушка начинает таять. — Я был не прав! Твоя работа в Верхнем мире никак не помешает нашей семейной жизни.

— Ого! — сказал Хрис.

— Сутки, — пряча довольную улыбку, повторила райская невеста главного охотника ада за головами.

— Постой! Ответь, что ты сделала с моим племянником? И зачем? Потом можешь не разговаривать со мной хоть целую неделю, — попытался настоять на своем лорд Арат, не понимая тонкой организации женской души.

— Сутки!

— Так она точно ничего не скажет и неделю говорить с ним не будет! — А вот Хрис отлично понял, что настаивать на своем, когда девушка обижена, не стоит. Нужно дарить подарки.

— Будем спасать дядю?

— Обязательно! Знак Братства?

— Да! — Я сотворила символ охотников, петушиный вариант макушки.

— Эрмина! — начал раздраженно темноэльфийский самоубийца.

Шварк!

И вместо жаровни — дыра в полу. А в тающем облачке моргает надпись: «Абонент вне зоны доступа сети. Перезвоните позже».

— Кто бы сомневался, — зло рассмеялся дроу. — Подслушивали!

— Подглядывали! — хором поправили мы.

— Хотите помириться с ней меньше чем за сутки? — быстро выпалила я, пока охотник раздумывал, какое заклинание подойдет для изничтожения назойливого племяша и его половины.

Белые брови дядюшки начали неспешное путешествие к волосам.

— А разве такое возможно?

— Да!

— Поверь ей!

— Что хотите взамен? — спросил охотник.

— Свое тело, — тихо прошептала я.

— Угу, — подтвердил Хрис.

— И все-таки? — Опять на дроу избирательная глухота напала.

— Может, его вместо Шиза? — предложил едва слышно мой демон.

— Блондин, высокий, останется только рожу страшную ему сделать, — вслух размышляла я.

Как раз в этот момент лорд Арат счел нужным обрести слух.

— Шиз? Тот самый?

— Да, наш знакомый, — ответил Хрис, пока я пыталась вспомнить заковыристое имя светлого. Девичья память? Для склероза еще лет пятьсот, жить и жить.

Наш… Ваш… Вошь… Нет, не то!

— Полное имя у вашего Шиза есть? — спросил дядя.

Мы подавились истеричным смешком.

А! Вспомнила!

— Лорд Нашвир Шизлерион! — Вспомнила не только я, так что ответили дружно, вместе. Эх, хорошо!

— Это, случайно, не тот светлый, который сейчас сидит в королевской тюрьме, пока друзья и его большая и сильная жена ищут ангела, чтобы снять с него благословение честностью?

Не захотела светлая корона расставаться с таким ценным кадром! Даже большое счастье ищейки ее не смутило.

— Они его не выгнали? — озвучил мои мысли Хрис.

— Внебрачного сына короля? Выгнать? — удивленно дернул бровью охотник.

— О! — Я впечатлилась.

— Гм… — Хрис задумался.

— Это вы с ним… Его? А потом?.. — Дроу сел на стул и расхохотался.

Да, когда мы ему рассказывали историю нашего сотрудничества, долго не могли имя Шиза вспомнить. Плюнули и оставили, как привычней: Наш Шиз.

Зато теперь понятно, отчего он в меня вцепился. Хотел батюшке доказать, что он весь такой незаконнорожденный, а химеру в семью привел. И могущество обрел. Берегитесь, братья!

А мы ему Три Тонны сосватали.

Нет, братьям светломордости придется поберечься — рука у Мери нежная, но тяжелая. Она за свое хлипкое счастье любого в мостовую по макушку вобьет без всякой магии.

— Хорошо! Все равно вы быстро никого вместо Шиза не найдете, — вытирая слезы, согласился охотник. — Но сдавать лорду мы будем вас.

— Дядя! — фыркнул Хрис. — Честь мундира блюдет!

— Согласна. — Отличная идея, кому я могла доверить свой драгоценный приз и не вызвать сомнений темного лорда? Конечно же главному охотнику.

— О доверии речи не идет, пирож… Дэна, — правильно истолковал мое восторженное сопение Хрис. — Дядя имеет в виду, что он вполне мог перекупить твой заказ на Санта.

Охотник согласно кивнул:

— И как же мне помириться с Миной?

— Вначале Сант, — возразил Хрис, видимо посчитав, что, услышав от меня все способы экспресс-примирения с невестой, дядюшка вполне может забыть нас в застенках замка Тауиля на пару дней в воспитательных целях.

— Он — твой дядя, — напомнила упрямой макушке я.

— И что?

— А то, что какой бы ты ни был, ты — сын моей сестры, мой племянник! — Дроу закатил глаза. — Вытащу тебя, хоть соблазн и велик. Вам только нужно будет от кандалов освободиться и из камеры выйти.

— Все равно вначале Сант! — настоял на своем Хрис.

— Отправьте ей цветы, — подсказала я.

— В Верхний мир? Пироженка, ты в своем уме? Ты хочешь разорить моего дядю?

— Если только немного. — И обращаясь к дроу: — Такой жест она точно оценит. Не забудьте приложить записку. В ней извинитесь.

— Но я уже извинялся! — возмутился охотник.

— Извинитесь еще раз.

— И потратьте полчаса и составьте букет сами. Не отправляйте готовый, — вспомнила я.

Охотник ошалело на меня смотрел, словно я предложила ему почистить дракону зубы.

— Э? — глубокомысленно изрек Хрис.

— Поверь, получать такие букеты гораздо приятней, чем те, на выбор которых мужчина потратит одну минуту, — улыбнулась я.

— Я не об этом! Как она узнает, что дядя сложил… составил букет сам? — поинтересовался Хрис.

— А зачем вам записка, мальчики?

— А-а-а, — протянули мужчины, поняв мой коварный замысел.

— Отправите, я вам скажу, что дальше делать.

Лорд Арат ушел осваивать азы флористики и написания любовных посланий, а мы озадачились нашей внешностью. Лорд Тауиль в страсти-мордасти с листовок не поверил, значит, досконально воспроизводить жуткий разворот нам не нужно. Достаточно сделать нас неузнаваемыми. Желательно без магии. А у нас волосы отросли почти до пояса, и рога лезут, и хвост из штанов торчит!

Нельзя нам ему показывать, что мы — демон. Аура-то у нас полукровки, дроу. Надо соответствовать. Нас ведь сдавать повезут, пленных, обессиленных и связанных.

Хвост — в штаны и к ноге привязать, чтобы не дергался. Волосы — в косу и прикрепить зажимами. Но что делать с рогами?

— Куда рога девать? — недовольно пробурчал Хрис. — Пилить не дам!

Я подняла руку, тщательно ощупала острые выросты, подошла к зеркалу, оценила длину: сантиметров пять уже.

— Хри-и-ис!

— Ась? Есть идея?

— Ага. Мы же без боя твоему дяде не сдадимся?

— Спрашиваешь! Шишки?

— Шишки. — Осталось найти того, кто нам этих шишек наставит.

— А не надо никого искать, — уловил направление моих невеселых размышлений Хрис. — Есть старый, проверенный модницами метод.

— Пчелы не помогут, мы же демон. У нас регенерация ух какая!

— Про василиска забыла?

— Да! Заодно и настоящую внешность изменим! Скроем под отеками от пчелиных укусов, зафиксированными на нашем лице взглядом василиска. Макушка, ты гений!

И тут меня осенило. Гений! Оба мы хороши! О главном забыли!

— Хрис, а если мы обернемся? Как с твоим дядей?

— Не обернемся.

— Откуда такая уверенность?

— Не знаю зачем, но книге мы нужны живыми и здоровыми.

— Да ну? Поэтому она нас вначале в Срединный мир забросила, потом в пустоши? Для здоровья?

— Не уверен, но, может, у книги есть какая-то цель.

— Свести нас с ума?

— Нет, хотя иногда мне тоже так кажется.

Еще немного попререкавшись, я согласилась, что да, если бы гримуар хотел, от нас давно бы и рожек с туфельками не осталось.

Мы только собрались отправиться на рынок за ульем, как улей пришел к нам сам. Его принес дядя Хриса. И привел престарелого василиска, тучного и апатичного старикана, которому было все равно, кто и зачем просит порадовать себя фиксирующим взглядом. Модница, модник — все одно, главное, что заплатили.

Пока закрепитель нашей новой внешности дремал в кресле, мы ругались с охотником, решившим изменить наш облик полностью. Попросту говоря, запихнуть племянничка в комнату, где лежал старательно разбитый улей и жужжали разъяренные произволом пчелы.

— Давайте я вам скажу, что еще сделать, чтобы Мина вернулась! — предложила я, удирая от охотника по коридору. — Потом вы отдадите нам мышь, и мы зайдем в комнату в облачке дыма… по шею.

Нам шишки только на лице и голове нужны. А не по всем телу. Конечно, без василиска на «лишних» частях тела они быстро пройдут, но это ведь больно. А я все же девушка. Хоть и парень.

— Давай! — Дроу притормозил, сунул обкормленную поваром мышь под мышку.

— Не верь ему, — предостерег Хрис.

— Верь мне, — не согласился охотник.

— Не хочется что-то, — поморщилась я, прикидывая, как бы выдернуть сердито пускающую колечки дыма нетопыриху у охотника.

Придумала.

— Иди сюда, маленькая! — позвала я.

Мышь покосилась на дроу, охотник — на нашу розовую собственность. Усмехнулся, погрозил ей пальцем…

А потом был укус. И мат — своеобразный, темноэльфийский.

Схватив метнувшуюся ко мне мышку, я, зажмурившись, заскочила в комнату с пчелами, напоследок выпалила:

— Подарите ей какую-нибудь безделушку! Из тех, на которые она засматривалась!

А дальше я попала в натуральный ад. Жужжащий, жалящий ад!

Нетопыриха от испуга задымила, как настоящая дымовая шашка, только вот пчелы оказались местные, нижнемирные, к смогу привычные.

Спустя пару минут мы, под наше дружное поминание матери дяди Хриса и писк мыши, выпали из комнаты, на сто процентов соответствующие морде с листовки. Круглая харя, щелочки-глаза, прорезь рта, неопределенной формы голова. Рога исчезли в опухолях.

— Замри! — скомандовал дроу, едва мы шагнули за порог, и морда лица конкретно занемела.

— И еще раз!

Опухшие пальцы перестали болеть.

— Мышь фиксировать? — флегматично осведомился василиск, показывая на круглый, жалобно попискивающий шарик, периодически пускающий колечки дыма.

— Нет, достаточно. Хотя… — Охотник окинул нас взглядом. — Шею еще ему закрепите.

Василиск выполнил. Прежде чем откланяться, сообщил:

— Эффект держится неделю. Если надо снять раньше, протрите настойкой из лягушачьих лапок.

Мерзость!

— Ну что, племяш, продолжим приготовления?

Я кивнула.

Говорить с новым лицом ни у меня, ни у Хриса не получалось.

— Скажем, я тебе челюсть сломал, — кивнул своим мыслям дядюшка, не подозревая, что ему только что дважды пообещали подлить настойку из лягушачьих лапок в вино, чисто из благодарности. Какая месть? Вы о чем?

Следующие два часа мы делали из меня жертву столкновения с самоходкой. Проще говоря, рисовали синяки, мазали одежду купленной в аптеке кровью. Изображали художественные дырки на рубашке и штанах. Чтобы у лорда не было никаких сомнений — лорд Араг любит свою работу.

Пока мы привязывали хвост к ноге, дроу смотался в магазин и отослал своей крылатой даме премиленъкую статуэтку чертенка в веночке.

Уверена, Мина ответит на его звонок еще до полуночи. Как раз охотник нас из замка Тауиля вытащит.

Набор отмычек и капсулу портала было решено спрятать под широченные браслеты кандалов, которые дядюшка подарит лорду, как презент к заказу. Моего отца такой подарок точно бы впечатлил. Массивные, тяжелые. С отстегивающимися от общей цепи браслетами, привязанными магически к брелоку хозяина. Адаптированные к любым креплениям. Хоть к стене приковывай, хоть к потолку.

Перед отправкой к клиенту охотник сделал нам весьма странное предложение: поговорить с книгой. На наше возмущенное мычание дядюшка ответил, что гримуар наделен зачатками разума и есть резон объяснить ему, почему нам нужно в ближайшее время быть именно Хрисом. И не просто им, а макушкой с аурой полукровки.

— Будьте вежливыми. Не хамите. Книга, как минимум, на пару десятков веков вас старше. — Лорд Арат торжественно выложил перед нами благословенную пакость… радость.

Как мы должны говорить?

Мы возмущенно замычали.

— Мысленно! — Охотник потряс поднятым вверх указательным пальцем, не то на потолок показывал, не то у него такой своеобразный нервный тик случился.

Не мычи, макушка! Знаю я, что этот жест значит. Вредничаю.

— Книга на ваши мысли реагирует. Постарайтесь убедить ее в том, что вам очень нужно остаться Хрисом хотя бы на пару часов. — И охотник оставил нас в кабинете один на один с гримуаром, — чтоб ему самому благословение получить!

«Ну что, бумажная, лежишь? Вся такая невинная, типа я ни при чем, сами, ребятки, вляпались. Пришли, схватили, и давай листать. И читать ты никого не принуждала. Чары сами меня захватили… Хорошо тебе в сейфе дядюшкином? А вот нам в одном теле — не очень. Особенно в теле, у которого куча неприятностей. — Что еще сказать? Приличные слова закончились, с неприличными к нашей благословенной лучше не обращаться. Иначе хвост из охотников и убийц так и будет мотаться за нами по Нижнему миру. А если очень не повезет, то и по Срединному. — Побудь паинькой, а? Ты ведь и так нам уже столько всего показала. Такой опыт дала, никто не может подобным похвастаться. Взаимопонимание полное. Я только не понимаю, почему Хрис не пытается за мной ухаживать? Я ведь ему нравлюсь. — Не о том думаю! Какой ухаживать? У нас одно тело. Не станешь же сам себя на свидание приглашать! — Послушай, книжка. Что тебе стоит, это же так просто: не трогай нас, хотя бы пока из замка лорда Тауиля не выберемся!»

А большего нам и не надо.

Сант исчезнет в застенках обители темного лорда. Мы помирим ангела с дядюшкой. После этого он будет просто обязан нас к ней доставить.

Очевидно, Хрис попросил то же — книга сама собой раскрылась, страницы зашевелились. Над ними вспыхнули золотистые искорки.

Хрис что-то вопросительно промычал. Меня тоже интересовало: это «да» у нас перед опухшим носом блестит или «да пошли вы»?

— Видимо, «да», — сиплым голосом прошептал Хрис нашими губами.

— Какая-то она подозрительно послушная, — прохрипела я, оценив щедрость гримуара, слегка подлечившего наше горло.

— Потом узнаем, что задумала, — ответила макушка. — Нам пора ехать лорду сдаваться. Судя по грохоту, дядина самоходка подкатила.

Совать нас в портал охотник не согласился. Хотя мы честно хотели. Быстрее начнем, быстрее Сант исчезнет и убийцы успокоятся. Заказ-то у них хоть и не отменяемый, но на живого вора. Безвременно канувший в вечность в застенках замка Тауиля авантюрист им как…

— Дэна, ты же девушка!

— Сейчас я — жертва пчел и косметических процедур! И вообще, я — парень. Мужик! Ты же мне постоянно об это напоминал. А потом уже девушка!

Вот он, минус взаимопонимания. Даже поругаться мысленно нельзя. Обязательно догадается и воспитывать начнет.

Я хмыкнула. Хрис усмехнулся.

Книга пошевелила страницами и захлопнулась.

Хрис

Пока мы, бряцая цепями, грузились в дядюшкину самоходку, я думал о том, что ляпнул книге.

«Не трогай нас, хотя бы до того, как выйдем из замка» и «Хорош издеваться! Я из-за тебя не могу сделать Дэне предложение! Непонятно, как это вообще будет выглядеть? Прошу встать пироженку на колено перед зеркалом и вещаю? А кольцо, как мне его покупать? Химерочка же всегда рядом!». Поняв, что меня унесло неведомо куда и скоро додумаюсь до просьбы книге хотя бы временно отключить соседку по телу, я разозлился и попросил: «Дай хоть в зеркале наши отражения увидеть, зараза бумажная!» И книга ответила согласием.

А в это же время пироженка просила не трогать нас, пока мы истребляем Хриса Санта.

Вопрос: кому из нас повезло услышать от гримуара «да»? Мне? Дэне? Обоим?

Вряд ли!

Значит, буду импровизировать с зеркалом. Тянуть до разъединения нельзя — того и глядишь, пироженка в братья определит. Или в друзья. Фантазия женщин никогда не спит, все время придумывает хозяйке проблемы. Не делает предложение — значит, не любит. Или любит, но не так, как девушке хочется. Или… В общем, понятно: в голове дам постоянно идет процесс илизации фактов.

— Как приедем, вы только из самоходки сами не выпрыгивайте, — насмешливо заявил сидящий на козлах дядюшка. — Дайте мне, грозному охотнику, вас вытащить.

Мы дружно фыркнули и закрыли дверцу экипажа. Дэна быстро проверила подбраслетный тайник с набором отмычек и портальной капсулой, необходимой, если дядя заблудится и решит спасти нас немного позже. Защита на замке превосходная, но Дэнин метод с выпихиванием и раздавливанием портала за ячейкой заклинания должен сработать. Но тогда у лорда возникнут подозрения, что охотник нам слегка подыграл, плохо обыскав. Либо лорд задумается, какой мы расы. Так что капсулу оставляем на крайний случай.

— Хри-и-ис! Смотри! — Дэна зачарованно протянула руку и коснулась стекла на двери самоходки.

Из отражения на нас смотрела пироженка. А рядом был я!

Дэна, не веря глазам, протянула руки, я почувствовал прохладное прикосновение стекла к кончикам пальцев.

Ах ты, бумажная…

Я усмехнулся:

— Ну что, пироженка, выйдешь за меня?

Я в отражении посмотрел на свою соседку, озадаченную и растерянную.

— Да нужен ты мне! Обзаведись вначале собственным телом, — нервно хихикнула Дэна настоящая.

— Я серьезно. Дэнелла, вредная мелкая химерочка, ты выйдешь за меня замуж? — Мое отражение резко уменьшилось, осталась одна голова напротив груди зазеркальной пироженки — кажется, это я на колени встал.

Интересно. Губы отражения шевелились, когда я говорил.

— Как я за тебя выйду, фантазер? — возмутилась Дэна, ее отражение уперло руки в боки и сверху вниз посмотрело на голову зеркального меня, сердито глядящего на нее.

— Как разделимся, так и выйдешь! Сложно сказать «да»?

— А ты вообще уверен, что мы разделимся? — Дэна в отражении помахала перед носом моего двойника рукой. — Может, у книги свойство такое, гермафродитов создавать. Во имя равновесия мужского и женского начал в природе.

Нет, обитатели Верхнего мира, конечно, не ангелы в человеческом понимании, но и не демоны, какими нас представляют жители Срединного.

— Мы не гермафродит, — сердито начал я.

— А чего это они? — перебила пироженка, показывая на дверцу.

В отражении самозабвенно целовались наши двойники.

Ну да, именно это мне хотелось сделать, чтобы Дэна успокоилась и наконец ответила «да»! Химерочка, видимо, тоже не собиралась отказывать мне, просто боялась, что мы так и останемся в одном теле.

— Это «да»? — уточнил я, следя за нашими отражениями, решившими нацеловаться до боли в губах.

Дэна молчала.

— Пироженка, я выщипаю дядюшкиной невесте все перья из крыльев, но заставлю нас разделить!

— И мы схлопочем еще пару благословений, — рассмеялась химерочка.

— Нам не привыкать! Дэна?

— Да, — прошептала пироженка, и наши двойники в отражении исчезли.

Вместо них на нас смотрел дядя. Открыв дверь, он шепотом недовольно пробурчал:

— Улыбку с лица уберите! Конечно, у вас сейчас такая… морда, но все равно понятно, что вы лыбитесь. Вряд ли лорд оценит.

Дэна усмехнулась и, видимо, насупилась, потому что дядя подавился смешком и заявил:

— Вот такую трагическую мину и держи.

Замок лорда Тауиля поражал размерами, как его хозяин — самоуверенностью; громадный и приземистый, он смотрел острыми шпилями многочисленных башен в багровое небо. Казалось, у темного лорда пунктик — башни, башенки и всевозможные колюще-режущие украшения для них. Ёж — так замок, да и лорда заодно, прозвали соседи именно за эту примечательную особенность.

А пунктик у Тауиля на самом деле был — он коллекционировал ножи. От столовых до тесаков, больше напоминающих сабли. Именно один из них я когда-то благополучно увел. А потом вернул хозяину. Жаль, оставил ему на память клок куртки. Впрочем, не жаль. Именно лоскут ткани привел ко мне Дэну, мою невыносимую, любимую химерочку!

Тауиль ждал нас в своем кабинете. Поздоровавшись с дядей, оценил наручники и все, что к ним прилагалось. Вызвав двух дроу, приказал отвести нас в подземелье. Последнее, что мы видели, как охотник, получив сто золотых монет, торгуется с лордом, набивая цену.

Типичный чистокровный дроу! Никогда не упустит своей выгоды. Но дядин оппонент — тоже темный лорд до последней капли крови. После торгов у Тауиля не останется ни малейших сомнений, что дядюшка ловил нас долго и тщательно. А значит, к нашему будущему побегу никакого касательства иметь не может.

Нас определили в чистенькую камеру. С удобной койкой и столом. Приковывать к стене не стали, хотя кольца и цепи, соответствующие мрачному антуражу подземелья, имелись.

Охрана заперла замок и отправилась в дальний конец коридора, играть в карты с палачом лорда. В пыточной. Судя по радостным воплям и звону бутылок, и победы и поражения сопровождались бурными возлияниями. А раздавшееся спустя пару минут кукареканье подсказало, что режутся охранники с мастером пыток уже давно, и все нормальные желания закончились.

Усевшись на кровать, мы решили подождать, пока наши охранники увлекутся игрой настолько, что не заметят проползающего мимо открытой двери пыточной пленника.

В пыточной замяукало. Затем кто-то начал упрашивать палача отменить наказание, но тот был непреклонен, и ария мартовского кота возобновилась.

— Хрис! А тебе не показалось, что лорд Тауиль не рад нашему появлению в своем замке?

— Показалось. — Увидев нас, лорд скривился, потом покосился на дядю за нашей спиной и стал довольным-довольным.

— Вначале будто бочку лимонов съел, потом словно в мед нырнул, — размышляла вслух Дэна. — Мне вообще показалось, что он прекрасно знает, кто мы такие.

— Если бы знал, давно бы маман претензии предъявил, а не нанимал охотников.

Из коридора донеслось истошное хрюканье, кому-то снова не повезло проиграть палачу. У него явная любовь к живой природе.

— Да нет! Он увидел твоего дядю и сразу повеселел! Будто не мы ему пакость собрались сделать, а он нам.

— Обсчитает дядю, точно.

— Макушка, слушай, я тут только что вспомнила, что Тауиль как раз к моей сестре сватался, когда я в школе при Братстве училась.

— И как сватовство?

— Не знаю. Мне тогда не до семейных новостей было — у нас практика полевая как раз начиналась. И вообще, к Талии постоянно кто-то сватается.

Забавно получается! Маман пироженки уговорила Тауиля дать дочке невыполнимый заказ? Сидел же до этого темный и не вякал, что я у него ножик брал и лоскут ему на память оставил. А моего дядю темный лорд подключить вполне мог, во имя счастья будущей тещи. Не учли только, что неуловимый мелкий вор окажется мной и Дэне удастся меня поймать.

— Надо забрать твои сто монет у дяди! — Дело чести доказать моей будущей свекрови, что моя будущая жена отлично справилась с заданием. У нее уже есть вторая ипостась, а вот уважения матери — нет.

— Мама очень удивится. — Дэна усмехнулась и добавила: — Особенно когда я ей жениха покажу.

Грустно так сказала.

— Эй! Пироженка? Ты чего?

— Сидеть надоело. Пошли!

Не понял, что это было? Ладно, выберемся, спрошу. Нет, спрашивать нельзя, обидится. Сам разберусь.

Браслеты кандалов мы сняли без проблем. Потом Дэна спрятала их в карман.

Правильно. Жирно Тауилю будет такой подарок получать.

Открыв дверь, мы с улыбкой послушали тявканье двух стражников. Когда пробирались мимо распахнутой двери, охрана как раз, перевернув кверху копытами беса, пыточных дел мастера, вытряхивала из него крапленые карты. Поняли наконец, что он восьмой раз выиграл отнюдь не потому, что его удача в лоб поцеловала.

Выбравшись из подземелья, мы проскользнули к черному ходу. Дверь была заперта. Дядя открывать ее не спешил. Или забыл о нас, или до сих пор торгуется с хозяином дома наверху.

Попробовать отмычками? В прошлый раз у меня получилось, хоть и с небольшим побочным эффектом в виде сработавшей ловушки — лезвий из стен. Ковырять ногтями, чтобы попасть под защиту замка, не хотелось. Долго, да и когти жалко. Можно, конечно, вернуться вниз и попробовать провернуть номер с капсулой в камере.

Но в обоих случаях Тауиль узнает о нашей необычной прочности когтей и задумается о расовой принадлежности. Это нам не нужно.

Значит…

— Откроешь? — продолжила мою мысль Дэна.

— Открою. Только сразу капсулу в руку возьми. Ровно через секунду после незаконного вскрытия замка тут лезвия из стен лезут.

— Успеем!

— Готова?

— Ага! — Дэна с отмычками наперевес придвинулась к замку.

Я командовал, она выполняла. Справились мы гораздо быстрее, чем я в прошлый раз. Дверь распахнулась, хрустнула капсула, и мы ринулись в портал, краем глаза замечая лезвия, выскочившие из стен, пола и потолка. Тауиль учел свою ошибку, в прошлый раз были только стены.

Перенос неожиданно затянулся. Нас плющило, как ящерицу под колесом. Больно не было, но Дэне чувствовать себя детской резиночкой, которую растягивают и завязывают узлом, не понравилось. Химерочка высказала много чего интересного о книге и создателе капсулы. О последнем больше. Гримуарину лучше лишний раз не трогать.

Выбросило нас, помятых, злых, матерящихся, явно не на площадке для переносов.

Черные свечи, алая звезда под ногами, удивленные морды за ее границами. Какие-то развалины за их спинами.

Мы в пентаграмме?