У меня было стойкое ощущение, что бьюсь лбом о стену. А «стена» невозмутимо гнет свое: все не так просто, все подозрительно. И самое паршивое, мне начало казаться, что Крэйг прав.

— Хорошо, пусть Меган разыграла сцену в спальне. Но до этого? Наша дружба? Наши посиделки? Они тоже фальшивка? Игра? — Я со вздохом опустилась обратно в кресло, потерла виски пальцами.

Казалось, еще немного — и услышу, как в голове сталкиваются два войска: за Меган и против нее. Причем последнее в меньшинстве, но очень упрямое. Ведь доверие — хрупкое стекло, достаточно легкого удара — и осыплется осколками. Дракон с размаху саданул по моему доверию к Меган, но я все равно упрямо хватала осколки, потому как не могла поверить, что совершенно не знаю подругу.

— Ваша дружба, скорее всего, была настоящей. Какое-то время. — Крэйг подцепил трость, с сожалением посмотрел на меня. — Не расстраивайтесь. Мы всегда видим крайности, а правда — ближе к середине.

Я не сдержала саркастической улыбки, хотя отлично понимала, что дракон прав, а самое простое решение не всегда самое верное. Кроме того, Крэйг, похоже, заразил меня подозрительностью. В том, что бабушкины украшения и его зеркала сделал один мастер, мне чудился некий скрытый смысл. Вспомнились лекции по взаимодействию артефактов, где целая глава была посвящена так называемым двойкам и тройкам. Делали их редко, в основном тогда, когда взаимодействие частей давало некое сложное свойство, которое нельзя воспроизвести в одном предмете.

У нас тут типичная двойка.

Одна часть — мои украшения, вторая — зеркала. Украшения защищают. Зеркала поглощают темную магию, они ведь не просто так умирают. И служат местом защиты — ведь именно с их помощью мы видели лабораторию. Что у зеркал и украшений за совместное свойство — неизвестно.

Прости меня, Меган, если ты действительно не виновата и сейчас находишься в зеркале. Но пока я не узнаю, что артефактор специализировался исключительно на разрешенной законом магии, в лабораторию не войду.

— Когда вам пришлют сведения о зеркалах?

— К завтрашнему утру придут бумаги из императорского архива. — Крэйг задумчиво покрутил трость.

Еще не все сказал. Я выжидательно уставилась на дракона.

— Я бы хотел попросить вас побыть ведьмой, пока мы не разберемся с нашей проблемой.

— Хорошо.

Мне не привыкать. К тому же покидать замок, пока не узнаю, что на самом деле случилось с Меган, я не собираюсь. Своего я добилась, расследование смерти подруги началось. Правда, все неожиданно запуталось. А еще не давала покоя мысль, что Освальд вполне может опять начать поиски своей… женщины.

— Зря вы дали ему расписку, — поднимаясь с кресла, вздохнула я.

— Не беспокойтесь, Уорнер не идиот. Больше он экспериментировать не рискнет. — Крэйг вытащил из ящика стола стопку бумаг, положил перед собой. — Он не настолько хорошо знает меня.

— То есть он будет считать, что вы нарушите слово? — Я удивленно остановилась у двери.

То, что Крэйг — человек слова, заметно невооруженным глазом. Но Уорнер, очевидно, считает по-другому. И, кроме того, есть же я — стервозная подруга Меган.

— Зачем же тогда он рассказал нам о своей тайне?

— Он выбирал между обвинением в убийстве и обвинением в незаконном использовании чар.

Понятно, за второе меньше дают.

Выйдя из кабинета Крэйга, я столкнулась с Хлоей и Фан. Судя по грустной морде объевшейся кошки, которую драконица тут же мне вручила, лечение сладостями не дало эффекта.

— Хлоя?

— Не надо. — Драконица уныло вздохнула, мотнула головой. Нерешительно взглянула на меня покрасневшими глазами. — Я хочу уехать. Куда-нибудь подальше. Туда, где море. Присмотри, пожалуйста, за дядей.

Я не сдержала улыбки.

— Не смейся, за ним надо присматривать, а то он так и будет со своими бумажками сидеть. Я бы сама… — Хлоя нервно сжала пальцами ладонь. — Но я не могу… Тут слишком много Освальда… Вот там он подарил мне васильки…

Она всхлипнула, судорожно вздохнула и выдавила вымученную улыбку:

— Я справлюсь.

— Конечно, справишься.

Драконица порывисто прижалась ко мне и резко отстранилась.

Мне было безумно жаль девушку, которой пришлось очень быстро повзрослеть.

Заглянув на конюшню, я узнала, что Ветер благополучно отбыл в заботливые руки моего отца.

В спальне меня ждал сюрприз. У зеркала стояла упакованная в алую с золотом бумагу метла. Записки не наблюдалось, но я и без нее прекрасно поняла, кто подарил новый транспорт. Пристрастие к цвету с головой выдало дракона. Сняв обертку, я тихо рассмеялась, а Фан громко фыркнула — метелка была с ручкой из светлого дерева и белыми прутиками!

Я омыла ее силой, и летающая деревяшка послушно воспарила над полом, быстро и точно выполняя команды. Эх, как там моя бывшая, водоплавающая, которая теперь дриада? Надо бы завтра навестить ее.

Поставив метелку у окна, я связалась с Сильвией. О подозрениях относительно Меган не стала говорить, все же слишком запутанная ситуация. Возможно, Крэйг прав, а возможно, права я.

Услышав, что скоро начнется расследование смерти Меган, Лия обрадовано заулыбалась, а потом хитро мне подмигнула:

— Не упусти дракона, подруга, такие принципиальные и умные на дороге не валяются.

— Лия, — устало поморщилась я.

После разговора с Крэйгом чувствовала себя так, словно мешки на телегу грузила.

— А что Лия? — Подруга кокетливо поправила прическу. — Я ведьма, деточка, у нас на такие дела чутье! Хватай крылатого, пока не улетел.

Угу, и благословение племянницы у меня уже есть.

А что, если?..

— Что ты так на меня смотришь? — с подозрением придвинулась к зеркалу Сильвия.

— Слушай, вы же собирались на море?

— Ну да, — пожала плечам Лия. — Фредерик уже заместителям хвосты накрутил, чтобы в его отсутствие ничего не напортачили.

Отлично.

— Никуда не уходи! Я сейчас вернусь!

Я оборвала связь и помчалась в кабинет Крэйга. Надеюсь, он никуда не улетел.

— На какой курорт едет Хлоя? — с порога пропыхтела я.

Крэйг отложил бумагу, насмешливо окинул меня взглядом.

— Решили составить ей компанию?

— Да. То есть нет. Но компания будет отличная. Профессионально выводит из плохого настроения. Так куда?

— В Дамас. Собираетесь отправить сестру?

— Нет. Лучшую подругу. Леди Сильвию Бригантес.

Дракон задумчиво нахмурился, что-то вспомнил, благосклонно кивнул. Я только этого и ждала. Обратно в комнату неслась довольная, как объевшаяся сливок Фан. Во-первых, Сильвия с ее оптимизмом и жаждой жизни не позволит Хлое грустить. Во-вторых, Фредерик вполне может преподать Эльберту пару уроков общения с девушками.

— Так куда мы едем? — с любопытством спросила подруга, когда я ее вызвала.

— В Дамас.

— О! Отличный курорт! А зачем?

— Нужно помочь одной юной драконице.

Сильвия смешно округлила губы.

— Я правильно подумала?

— Ага, это племянница Эзраа, бывшая невеста Освальда.

Я подробно рассказала о нашей проблеме и чуть не лишилась силы ведьмы, потому что ее хозяйка разозлилась и решила наслать на Уорнера проклятие. Остановилась в последнюю секунду. Виновато улыбнулась, спросила, как мы будем связываться.

Через пудреницу, как же еще? Не тащить же Лии с собой зеркало из лаборатории? Неудобно, конечно, но ничего, потерплю. Пообещав излечить сердечко девочки, Сильвия убежала радовать мужа известием, что наконец-то выбрала курорт.

За разговором время пролетело незаметно, солнце село, на небе зажглись первые звезды. Задернув шторы, я включила светильники. Ко мне заглянула горничная, сообщила, что ужин подан. Есть совсем не хотелось.

Когда эльфийка ушла, я связалась с Энариэль. Мачеха встревоженно меня оглядела, я невольно коснулась ожерелья пальцами. Жест не остался незамеченным.

— Неужели?

— Да. Весь комплект у меня. Я была права, мама, Освальд действительно подлец. Смерть Меган будут расследовать.

Энариэль радостно заулыбалась.

— Когда возвращаешься?

— Я пока остаюсь в Алфорде.

Мачеха нахмурилась.

— Лорд Эзраа попросил. — Я не могла сказать о подозрениях дракона, иначе мачеха тут же потребует вернуться. Или хуже того — за мной приедет Таррен. — Я побуду в замке, пока он не найдет новую ведьму.

— Рассказала все-таки?

— Пришлось.

Некоторое время мы молчали. Энариэль взволнованно крутила в пальцах расческу. Что ее так обеспокоило? То, что я сказала дракону о своих способностях? Уверена, дальше кабинета лорда моя тайна не уйдет. Или она думает, что мне грозит тюрьма за подлог и кражу?

— Мам, дракон не станет на меня заявлять.

Крэйг четко дал мне это понять.

— Я уже догадалась. — Энариэль порывисто отложила расческу и, облокотившись о столик, придвинулась вплотную к зеркалу. — Таррен встретился с Пайпер.

— Кто это?

— Одна из ведьм, что служили у отца лорда Эзраа. Та, из монастыря. Я тебе про нее говорила, наставница Кассии.

Брат все же добился встречи. Что она ему такого рассказала?

— Они прокляты, Никки, Эзраа прокляты.

— Что за глупости?

Будь на Крэйге проклятие, его бы и на две сотни миль не подпустили к императору.

— Таррен так и сказал, но Пайпер была очень убедительна.

Я уселась на пол у зеркала, приготовилась слушать. Возможно, ведьма права, не зря же странный шрам Крэйга не давал мне покоя.

— Много столетий назад их прокляла какая-то ведьма. С тех пор они либо убивают друг друга, либо забирают жизни, используя ведьм в качестве помощниц.

Больше напоминает детскую страшилку. Но в нее вполне вписывается хоровод ведьм, который устроил Крэйг. За пару дней знакомства я успела понять, что дракон привык решать проблемы сам и, если бы проклятие существовало, он бы точно не стал забирать чью-либо жизнь.

— Пайпер думает, что предок Эзраа чем-то обидел могущественную ведьму. Она пожелала уничтожить его род, но драконы нашли выход. Сила ведьм помогает им бороться с проклятием и забирать чужую жизнь. Ведьмы даже не понимают, что делают, когда попадают под чары драконов.

Если это так, в подземельях замка должно быть целое кладбище невинных жертв, а под окнами — толпа завывающих привидений.

— А чьи жизни они забирают?

— Пайпер не помнит, ей и это удалось вспомнить лишь спустя много лет молитв богине света.

— Кто-нибудь бы точно заметил, что бывшие ведьмы Эзраа со странностями! — сказала я и сама поняла, что сморозила глупость.

Ведьмы — народ взбалмошный, рисковый, склонный ко всяческим авантюрам. Кого удивят странности парочки ведуний?

— Пайпер говорит, что в полнолуние дракон захватывает разум ведьмы, и та не понимает, что с ней происходит, а потом ее отсылают из Алфорда с подчищенной памятью и богатым вознаграждением. — Энариэль передернуло от отвращения. — Эзраа щедро платят за помощь в убийствах, Никки.

— Или наставнице Кассии срочно нужен врач, — пробормотала я.

Тоже вполне логичное объяснение.

— Возможно, — согласилась Энариэль и слабо улыбнулась. — Вы с Тарреном думаете одинаково. Он отправился искать других ведьм Эзраа.

Значит, не только меня терзают сомнения. Но вдруг Пайпер говорит правду?

— Никки, пообещай, что не задержишься там дольше чем необходимо, — со вздохом попросила мачеха.

Я бы рада сбежать немедленно, но не могу… из-за Меган. Надо довести дело до конца.

— Обещаю. — Я дотронулась кончиками пальцев до зеркала. Жаль, не могу провести по щеке мачехи ладонью, успокоить лаской. — Не бойся, я ведь не ведьма. Да и на роль жертвы не подхожу. Сильно сомневаюсь, что драконы убивают тех, кого станут искать родные.

Стоило Энариэль исчезнуть, как ко мне бросилась Фан. Имп требовательно мяукала, засыпая меня грезами. Кошка предлагала немедленно собрать вещи, сесть на метелку и последовать примеру других ведьм — сбежать от Крэйга. Фан считала, что дракон без нас благополучно разберется со смертью Меган.

Пришлось напомнить кошке о бабушкином комплекте. Его я при всем желании не могу снять, знать бы еще почему. Фан озадаченно фыркнула, уселась на пушистую попу, долго меня гипнотизировала. Затем предложила лечь на кровать и перевернуться на живот. Когда я выполнила ее просьбу, Фан запрыгнула ко мне на спину, деловито отодвинула волосы в сторону.

А потом были тихий хлопок и возмущенное «мяу!» Перевернувшись, я увидела съезжающую вниз по гардине кошку. Судя по всему, она пыталась расстегнуть застежку колье и была отброшена, точно мячик.

Не знала, что имп может нащупать невидимое украшение бабушки. Может. Об этом нехотя сообщила Фан, с недовольным видом усевшись напротив. Оказывается, пушистая интриганка забыла рассказать об одной занимательной способности импов — находить скрытое, то, что не видно взором. Знай я об этом раньше, сразу догадалась бы, почему кошка резко разлюбила Алфорд и рвется домой.

— Признавайся, что ты такое страшное нашла в замке?

Вначале Фан в недоумении уставилась на меня, потом встопорщила усы и неохотно объяснила, в чем дело. Сказки, что рассказывала мне Хлоя, оказались правдой. В Алфорде имелось несколько замаскированных драконьей магией комнат. Они находились в крыле хозяина замка, и Фан была уверена, что сила Крэйга в поддержании маскировки тоже участвовала. Имп побоялась лезть внутрь, хотя чувствовала за защитой зеркало. Кроме него внутри было что-то еще, какая-то магия, импом неопознанная. Дальше обследовать замок кошка не стала, решив, что пора нам уносить отсюда лапы, ноги и метлы.

Как тут не вспомнить о замурованной жене-дриаде? Омеле, кажется. Естественно, кошка вспомнила. А потом Энариэль рассказала о проклятии, и имп решила любой ценой увезти нас из Алфорда.

— Почему сразу не рассказала?

Фан потянулась к хвосту, начала тщательно вылизываться. Все понятно. Имп, что с нее взять! При всей любви ко мне кошка не торопилась раскрывать свои тайны.

И не она одна. Крэйг тоже молчал. Сомневаюсь, что он убивает невинных и использует ведьм, однако в замке творится что-то странное.

И все же хорошо, что я не ведьма. Об этом я и напомнила Фан. Кошка, повредничав немного, согласилась остаться до тех пор, пока не узнаем, что с Меган, и потребовала дать слово не ходить к скрытым магией комнатам. Будто я знаю, где они. И не переступать порога лаборатории. Да, кошка и там побывала. Видела странную печать на одном из зеркал, она напоминала дерево с круглым дуплом неправильной формы в стволе. И почувствовала ту же магию, что в закрытых комнатах. Сказать об этом опять забыла.

Нет, точно надо раздобыть рецепт зелья для улучшения памяти. Сварить и напоить весь замок. Слишком много вокруг развелось забывчивых. Но сейчас меня волновало другое: во что мы влезли? А то, что влезли, сомнений не осталось. Лишь бы проклятие, о котором говорила Пайпер, оказалось плодом воспаленного воображения старой ведьмы! Потому что мне уже чудились тени по углам и размытые фантомы в зеркале.

Прежде чем лечь спать, я выглянула в окно. Разочарованный вздох сам сорвался с губ. Крэйга в небе не было. Видимо, еще слишком рано. Засыпала с мыслью, что я так и не придумала способ посмотреть через зеркало на шрам Крэйга. Он ведь напоминает дерево в отражении. И на зеркале в лаборатории тоже дерево. И на медальонах дриад — деревья. Прямо лес какой-то! А на шрам все же надо взглянуть…

Дерево с дуплом, проступившее почти в центре старого зеркала, раздражало Крэйга. Раздражало похожестью на другое дерево, которое он видел каждый день уже пять лет и отпечаток которого носил на спине, словно клеймо.

Почему мастер выбрал такую странную печать? Что символизирует овальное дупло с неровным ободком по краю? Какие свойства он вложил в эту двойку? Крэйг знал примерные свойства украшения Николь и предполагал направление магии зеркал. Но дерево и там, и тут не давало списать все на совпадение: проблема дракона неожиданно оказалась подозрительно тесно связана с историей Николь.

Зачем мастер подарил одну часть двойки бабке Николь, а вторую продал? Причем все зеркала по отдельности? Чудо, что они снова оказались у сестры Крэйга вместе. Некоторое время валялись на чердаке, а потом удачно подвернулись новому хозяину замка. Тогда дракону показалось неплохой идеей использовать старые зеркала, чтобы вынудить ведьм поскорее покидать замок. А теперь, глядя в искаженное отражение, Крэйг с трудом сдерживался, чтобы не расплавить их ко всем демонам. Но, возможно, в одном из них Меган.

Устанавливая блокирующее чары на дверь лаборатории, Крэйг радовался, что Хлоя уехала. Он бы и Никки отослал из замка, если бы знал, как снять украшения. А пока ограничился защитными чарами, которыми опутал девушку, пока она спала. Кошку тоже оплел заклинаниями. Пока возился, заметил внимательный испытующий взгляд импа. Дракон мог поклясться: Фан знает, что скрыто в Алфорде.

Но как? Импы не умеют видеть скрытое. По крайней мере, так считают ученые. Впрочем, мелкие бесы плохо изучены, поэтому все может быть. А значит, кошка сделает все, чтобы хозяйка и близко не оказалась рядом со тайными покоями и лабораторией. Это Крэйга вполне устраивало.

Опираясь на трость, зашагал в свое крыло. Полнолуние уже завтра, его враг быстро набирал силу. Неприятные ощущения в пояснице становились сильнее, дракон все больше приволакивал ногу, но старался не показывать это окружающим. Да, не устраивает его врага то, что он ему предложил. Однако пока удается его сдерживать, Крэйг не позволит появиться в Алфорде новой ведьме и сгинуть еще одной невинной душе.

Остановившись у невидимой для обитателей замка двери с печатью-деревом, Крэйг поморщился: сегодня ему придется намного дольше летать над замком, борясь с последствиями ночного свидания. А завтра золотоносная жила наверняка будет пестреть прорывами, и в какой-нибудь деревне у скота случится очередной приступ бешенства.

Дракон все исправит, потому что это его долг. Тот, кто родился со способностями хозяина подлунных земель, не имеет права пройти мимо нуждающегося в помощи.

Приложив ладонь к печати на двери, Крэйг с кривой усмешкой следил, как пальцы оплетали зеленые побеги. Острые листья больно ранили, жадно впитывая кровь и силу. Быстро излечив ранки, дракон толкнул дверь рукой и шагнул в зеленоватый полумрак комнат, ставших темницей. До Крэйга сюда входили лишь жертвы, которых послушно приводили одурманенные ведьмы.

Меньшее из зол? Дракон мог поспорить с дедом. Магнус ни разу не переступал порога закрытых покоев. Если бы не треклятое слово, данное умирающей сестре, Крэйг давно бы написал императору, эвакуировал замок. Да что там — всю провинцию. И вместе с императорскими магами закрыл бы это место. Чтобы уничтожить «меньшее» зло, нужно знать, как ему удалось стать таким. А предки старательно подчистили архивы.

Я проснулась посреди ночи от знакомого звона бьющегося стекла. Сев на кровати, едва не спихнула Фан на пол. Имп обиженно фыркнула. С чего вдруг бабкины украшения решили напомнить о себе? Что-то случилось с Меган? Нет, звук идет от окна. Путаясь в подоле сорочки, я добралась до него, отодвинула штору. Шарахнулась от собственного отражения в стекле, пригляделась и неожиданно заметила ожерелье. Самый крупный камень слабо светился и выглядел куда больше, чем на самом деле. А еще его поверхность казалась гладкой, словно зеркало, и в ней отражался крохотный алый дракон, опутанный обрывками зеленых нитей.

Всмотревшись в небо, я увидела Крэйга. Дракон парил над замком. Вспыхивали на сильных крыльях алые руны.

Я опустила глаза. В отражении за хозяином замка тянулись зеленые нити. Я ахнула от испуга. В местах, откуда они выходили, темнели раны! Это было заметно даже в маленьком зеркальце.

Снова посмотрев на небо, я убедилась, что нити и раны существуют только в отражении. Отвернувшись от окна, вопросительно покосилась на Фан. Кошка кивнула, подтверждая догадку, что украшения по-прежнему не видно. Тревожный звон в ушах нарастал.

Фан забралась на подоконник и обеспокоенно мяукнула, глядя на алого ящера в небе. А что, если все наоборот? Если я вижу в отражении то, что существует на самом деле? То, что замаскировано, скрыто от глаз? Хотела вчера посмотреть на шрам? Посмотрела. На всего дракона. Кто бы ни напал на Крэйга, хозяину замка нужно помочь.

Ведьмы не умеют исцелять, но могут на время заговорить раны, как раз один такой заговор есть в моих бумажках. Сбегать за нужным листом — дело пары минут, достать из сумки пудреницу и проверить, хорошо ли видно отражение в камне на ожерелье, — еще две.

Натянув на сорочку халат и поманив метелку, я внезапно натолкнулась на громко шипящее препятствие. Фан, угрожающе выгнув спину, стояла у двери.

— Ты ведь тоже чувствуешь, что с ним что-то не так? — отодвигая кошку в сторону, констатировала я очевидное. — Я себе не прощу, если не попытаюсь помочь.

От импа тут же пришла греза со страстно целующейся парочкой, потом отрывок спектакля, куда нас таскала Сильвия, — безумный чернокнижник убивает любимую.

— Мы не возлюбленные, к тому же Крэйг вполне себя контролирует.

Кошка громко фыркнула и продемонстрировала вначале меня, смотрящую с восторгом на дракона, потом его…

— И когда это он на меня так смотрел? — усмехнулась я, заподозрив, что кошка подправила картинку.

В присланной грезе во взгляде Крэйга было столько нежности, что захотелось запрыгать на месте. Вот фантазерка! Мы всего три дня знакомы!

— Все, Фан, хватит. Или ты идешь со мной, или не мешай.

Фан выбрала первое. Пока шли по темным коридорам к лестнице и поднимались на площадку на башне, кошка периодически громко фыркала, показывая, как неблагоразумно я себя веду. В понимании импа от раненых драконов лучше держаться подальше, а то перепутают ненароком с окороком, решат поддержать силы и слопают.

— Не бойся, не слопают, у нас есть метла, — рассмеялась я, распахивая дверь и выходя на площадку.

Каменные зубцы на фоне ночного неба смотрелись внушительно. Я несколько раз прочла заговор, повторила мысленно. Спрятала лист в карман, вооружилась пудреницей и взгромоздилась на послушно подлетевшую метлу.

— Летишь со мной или остаешься?

Фан уныло вздохнула, запрыгнула на черенок, выпустила когти. Метла слушалась как шелковая, даже грустно стало, я скучала по норовистой деревяшке. Мы быстро поднялись вверх, и только увидев горящие алым пламенем глаза пролетевшего мимо дракона, я поняла, насколько Фан права. Нарезая круги над замком, дракон не пытался избавиться от разъедающих шкуру нут, он старался обуздать зверя, беснующегося от боли.

Видимо, Пайпер видела ночные прогулки отца Крэйга, вот и придумала проклятие и безумие. Так себе отговорка. Сойдет, пока гоняюсь за драконом, пытаясь облегчить его боль. Что будет потом, я старалась не думать, за меня подумала Фан.

Кошка посчитала, что после нашей помощи у Крэйга три варианта. Рассказать нам, что тут творится, потому что украшения показали мне куда больше, чем кому-либо. Запереть в башне, как сказочную принцессу, отобрав метлу и зеркала. Закусить нами, сделав вид, что ведьма сбежала.

Понадеявшись на первый вариант, я развернула метелку, приказала догнать дракона и держаться рядом. Желательно так, чтобы не попасть под крылья и лапы.

Мы быстро оказались у чешуйчатого бока. Зверь взревел. Казалось, сейчас придет конец одной невезучей зеркалыцице, но Крэйг справился, понесся ввысь. Мы — следом.

Только теперь я поняла, почему наездники, способные попасть в яблочко со спины пегаса, считаются отличными стрелками. Глядя через пудреницу на светящееся отражение дракона в камне, я шептала заговоры и наугад направляла силу. Увы, я оказалась плохим стрелком. Три из десяти попаданий, распахнувшийся халат, сорочка, задравшаяся до талии. Надеюсь, что внизу никого нет, потому что у заговора был не только кровеостанавливающий эффект, но и обезболивающий. Точнее — легкой заморозки.

Отметив четвертое попадание радостным визгом, я направила метлу к следующей ране. После пятого удачного заговора дракон перестал метаться. Он медленно парил рядом со мной, прикрыв глаза. Теперь была моя очередь метаться вокруг него. Я накладывала одно заклинание за другим. Добравшись до огромной морды, с сожалением поняла, что полностью истощила магию ведьмы, а ран еще много.

От обиды со злостью стукнула рукой по метле, ожерелье на шее нагрелось, а с пальцев неожиданно сорвались зеленые искры природной магии. На удивление не было времени. Что бы ни сделали украшения, я им благодарна.

Я подлетела к морде дракона вплотную, через пудреницу определила, где раны. Спрятав ее, приложила ладони к алой чешуе. Магия потекла из моих пальцев, почудился аромат леса. Так всегда бывало, когда я пользовалась силами Энариэль. Но как удалось до них дотянуться, не знаю. Видимо, ожерелье так сработало. Пришло понимание, доступное обладателям магии природы, что раны дракона затягиваются, последние крохи боли уходят.

Вместе с ними ушли и последние капли моих сил. Слабость накатила волной, пальцы разжались, я не удержалась на метле и камнем полетела вниз, прямо на плиты площадки на башне. Не успело мое заторможенное усталостью сознание испугаться, как меня поймали под мышки.

— Не так быстро.

Я оказалась прижата к порванной лоскутами сорочке Крэйга, под ухом громко бухало сердце дракона, вокруг колыхалась алая магическая дымка.

Мне было безумно хорошо, хотелось замурлыкать и обнять хозяина подлунных земель, но сил хватило лишь на едва слышное мычание.

— Спокойно, Никки, сейчас станет легче, — выдохнул мне в макушку Крэйг. — Демон, Никки, что ж ты натворила?

А что я натворила? Мысли вяло ворочались в голове. Вроде бы я его вылечила? Чем же он недоволен?

— Фан, за мной! — скомандовал дракон, опускаясь на площадку.

Потом мы куда-то шли. Или летели. Сложно сказать. Казалось, я плыву в вязком тумане, где нет ни звуков, ни запахов, ничего. Словно попала по ту сторону зеркала. Но мне не было неприятно. Наоборот, меня окутывало тепло — мягкое, заботливое, родное.

Второй раз в жизни принципы Крэйга шли вразрез с реальностью. Быстро шагая с измученной ношей по коридорам замка, дракон мрачно думал, что снова это происходит из-за женщины. Первый раз ею была сестра. Теперь Никки. Ради помощи ему она пошла на убийство, вытянув чужие силы, и сама чуть не погибла, исчерпав природную магию несчастной Лирей, горничной-эльфийки, до дна.

С губ Крэйга сорвалось тихое рычание, алый жгут магии распахнул дверь спальни. Кто внушил ей, что летающий над замком дракон умирает? Кто надоумил Никки пойти на преступление? Кто объяснил, почему на самом деле зеркальщиков во все времена считали демонами? Сама додуматься, как получить украденный дар навсегда, ведьмочка не могла — слишком чистая душа. Природный дар Николь ощущался как врожденный. Притом что силу ведьмы дракон в ней сейчас вообще почти не улавливал.

Крэйг откинул одеяло, осторожно уложил окутанную чарами ношу на кровать. Ему предстояло провести ночь рядом с девушкой, постепенно восстанавливая ее силы. Благо полнолуние уже завтра, магии хватит. К сожалению, истощение жизненных сил нельзя вернуть с наскока. Это не рана и даже не смертельный яд.

Дракон рванул остатки сорочки, швырнул их на пол. Потом восстановит одежду. Сзади донесся стук и угрожающее шипение. Обернувшись, Крэйг со смешком смерил взглядом импа. Зубы и когти кошки стали куда длиннее, в сочетании с небольшими размерами питомицы они выглядели комично. Очертания пушистой помощницы плыли, то тут, то там проступали сверкающие осколки истинного воплощения зеркального импа. Фан готова была снова оказаться в стихии, потерять связь с Николь, лишь бы спасти хозяйку от него.

— Я не собираюсь ее убивать, — заверил Крэйг, сбрасывая с ног то, что осталось от сапог после визита в закрытые покои.

Сегодня его знатно потрепали, но бывало и хуже. За пять лет он вдоволь пообщался с обитателем закрытых комнат.

Греза, присланная импом, отвлекла дракона от злых мыслей. Крэйг сначала не понял, что имеет в виду кошка, потом до него дошло.

— Нет! Я не собираюсь пользоваться ситуацией! — предположение Фан не разозлило его, а развеселило.

Только бес мог додуматься, что дракон причинит вред женщине, глядя на которую ему хочется улыбаться.

— Я буду восстанавливать ее жизненные силы. — Крэйг улегся на кровать, снял с Николь мешающий халат и притянул девушку к себе на грудь, укутал магическими крыльями.

Лунная магия откликнулась удивительно легко, впервые за всю жизнь Крэйгу не нужно было сосредоточенно контролировать ее. Прикрыв глаза, дракон смог не просто увидеть лунные земли, он, казалось, даже почувствовал дуновение ветерка на своем лице.

Вспомнились легенды, что когда-то хозяева подлунных земель могли легко попадать в заповедные земли Лунной Девы и приводить туда тех, с кем их связывают искренние чувства.

Усмехнувшись своим мыслям, Крэйг привычно проанализировал происходящее и пришел к выводу, что Никки действительно на него хорошо влияет. Фантазия проснулась. Захотелось, как в детстве, поверить, что однажды он, Крэйг Эзраа, подобно прославленным предкам, попадет в лунные земли. А там и сила увеличится.

На самом же деле сил у нынешних хозяев подлунных земель вполовину меньше, чем у предков. А количество тех, кто вовсе утратил лунную магию, зашкаливает. В первом виновата наследственность, как считают ученые, не та кровь. Разбавленная, слабая. Во втором — сами драконы. Не хотят тратить могущество на исправление мелких неурядиц, проходят мимо тех, кому нужно помогать. А магия луны капризна и мстительна, она не прощает лени и равнодушия.

Никки завозилась в объятиях Крэйга, прижалась, обняла тонкой рукой. Дракон, успокаивая, погладил девушку по плечу, коснулся губами мягких волос.

На кровать запрыгнула Фан, с подозрением уставилась на хозяина замка. Кошка снова приняла обычный вид.

— Не бойся, не обижу я твою хозяйку.

Имп прислала грезу: пса, пускающего слюни на мясной окорок.

Крэйг хмыкнул, вытянул руку, собираясь погладить вредного беса. Фан демонстративно отодвинулась и отвернулась, но дракон прекрасно видел, что она косит глазом.

— Что же ты ее не остановила? — тихо спросил Крэйг.

Фан не ответила. Да он и не ждал. Импы — бесы, а у них весьма размытые понятия о законах и ценности чужой жизни. Лишь бы хозяин был жив и здоров.

Прикрыв глаза, Крэйг запустил поисковое заклинание. Для надежности прицепил к нему маскировочное, чтобы укрыть от любопытных глаз страшную находку. Пока он занимается Никки, тело служанки могут случайно обнаружить.

Меня снова разбудило солнце. Его лучи нагло заглядывали под ресницы, мешая спать, но переворачиваться не хотелось. Одеяло и подушка за ночь сбились, и получился немного высоковатый, но удобный валик, который я обняла рукой и ногой. С другой стороны доносилось сонное мурлыканье Фан.

Спасаясь от солнца, я уткнулась лицом в подушку. Она оказалась на удивление твердой, теплой. Немного мешал негромкий размеренный стук под ухом, глухие ровные удары.

Покрутившись, я скатилась с подушки. Неудобно! Заползла обратно. Сверху донесся сонный смешок, потом по моей спине мягко скользнула чья-то рука. Остатки сна моментально улетучились. Распахнув глаза, я вначале увидела голую мужскую грудь, потом сонные усталые карие глаза.

— Не вертитесь, еще немного — и я вас отпущу. — Крэйг громко зевнул, провел пальцами по моей щеке. — А потом я отправлюсь прятать труп, а вы пойдете к себе.

— Какой труп? — ошарашенно спросила я.

Что вообще происходит? Я в одной тонкой сорочке лежу на раздетом по пояс драконе, в коконе его магии и крыльев, а тут еще трупы какие-то. Неужели проклятие — правда?

— Труп Лирей… — Дракон осекся, вытянул руку, поймал алый шарик, влетевший в окно. Удивленно нахмурился, озадаченно глядя на меня.

Я нервно сглотнула враз пересохшим горлом, осторожно сползла с Крэйга.

— Занятно. — Дракон не дал ретироваться к Фан, вернул к себе под бок. — Не дергайтесь, я еще не закончил восстанавливать ваши силы. Может, объясните, откуда взяли природные силы? Вряд ли, решив спасти меня, вы рыскали по окрестностям замка в поисках подходящей для убийства кандидатуры. Или вы сделали это раньше? Как это вышло? Это был несчастный случай?

Я заползла на грудь дракону, приподнялась на локтях, заглянула в хмурое лицо, потрогала лоб. Вроде бы не горячий. Огляделась. Но в спальне Крэйга ни бутылки, ни даже бокала не увидела. Может, он в гостиной пил? Или в кабинете? Или, может, я заговор неправильно запомнила?

Халат валялся на полу рядом с изодранной в клочья сорочкой дракона.

— Что ищете? — полюбопытствовал ее хозяин.

— Причину вашего странного поведения.

Я перегнулась через Крэйга, но он поймал меня за локти, заставляя смотреть в лицо.

— Хотите сказать, вы смогли использовать две силы без убийства?

— Да. Это украшения. Погодите, без какого убийства? — Я озадаченно нахмурилась.

Дракон откинул голову назад, с улыбкой блаженного вздохнул:

— Слава Лунной Деве!

— Да объясните вы наконец, что происходит! — не выдержала я.

— Вы чудо, Никки.

И все? Ну уж нет.

— Что за ужасы вы тут говорили? Что с Лирей?

— С ней все прекрасно, как раз пробирается из комнаты Фира в свою.

— А трупы?

— Трупов нет. — Крэйг прижал меня к себе. — И не будет.

Я вообще ничего не понимаю.

— Выкладывайте! Что за трупы? Почему вы решили, что я убила Лирей? Что за бред?

Дракон отпустил меня, позволил снова устроиться на груди. Спихивать ошарашенную ношу не торопился, хотя чары вокруг нас заметно истаяли.

— Вы ведь знаете, что магов отражений преследовали из-за их способностей забирать чужую магию? — Дракон отвел от моего лица прядь, я недовольно тряхнула головой.

Отвлекает! Сразу сердце начинает замирать и мысли неприличные в голову лезут. Еще и дракон смотрит с нежностью, и его взгляд то и дело на моих губах останавливается. Да и лежим мы близко, так что он наверняка все изгибы мои давно почувствовал. Вот же напасть!

— Знаю! И считаю глупостью. Мы же берем магию на время, по обоюдному согласию, потом она возвращается к хозяину.

Пылко получилось, знаю, но глаза напротив затягивают не хуже зеркала. Я сосредоточилась на лбу дракона. Самый безопасный вариант. Не на губы же смотреть? Так недалеко и до мыслей, что три дня не так и мало, чтобы увлечься всей душой. И совет Сильвии хватать дракона в общем-то неплох, особенно если дракон, которого надо хватать, не против быть схваченным.

— Зеркальщики нашли способ не возвращать магию. — Лоб Крэйга прорезала морщинка. — Они убивали тех, кто ее им отдал.

Какой ужас! Не думала, что скажу такое, но теперь я хоть немного понимаю фанатиков. А вот чего не понимаю…

— Как вы могли подумать?! — Я сердито вырвалась из рук Крэйга. — Да как тебе в голову могло прийти!

Я ему тыкаю? Ничего, переживет!

Фан шустро спрыгнула на пол, бросилась к окну, забралась на подоконник и уставилась на нас с интересом.

— А ты чего смотришь? — разозлилась я на кошку. — Не могла ему объяснить?

Фан состроила невинную мордочку. Вот интриганка! Я соскочила с кровати, схватила с пола халат, с укоризной посмотрела на поднявшегося следом Крэйга.

— Знаешь, а это обидно. Я так радовалась, когда колье помогло мне вызвать силы Энариэль, а ты решил, что я убийца.

Внутри все клокотало от возмущения, хотелось подбежать к дракону и стукнуть как следует, но я не могла. И без того наговорила лишнего. Прикрыла глаза, сипло выдохнула и добавила крайне вежливо:

— Простите, лорд Эзраа, я забылась. — Я накинула халат, озадаченно уставилась на порванный пояс.

А в следующую секунду оказалась в объятиях Крэйга. Не успела удивленно ахнуть, как его губы накрыли мои. Поцелуй был быстрым, горячим, страстным. Ноги подкосились, я вцепилась в плечи дракона, чувствуя, что прощаю ему все, разлетаюсь тысячами счастливых осколков. И нестрашно, что знакомы четвертый день!

Тихое покашливание и насмешливое фырканье, донесшееся с двух сторон, заставили дракона нехотя отпустить меня.

— Тук-тук! — Начальник охраны демонстративно постучал по дверному косяку. — Извини, у тебя все двери нараспашку.

На подоконнике снова фыркнула Фан.

Я покраснела, как помидор, поспешно запахнула халат, пытаясь отступить от Крэйга. Не позволил. Подцепил пальцами мой подбородок и, глядя в глаза, прошептал:

— Прости.

Уже.

Дракон ласково дотронулся до моей щеки и наконец отпустил.

Фир громко прокашлялся.

— Что стряслось? — обернулся к нему Крэйг.

— Мне бы узнать, сколько заговор твоей ведьмочки будет действовать?

О-о-о, кажется, не зря я вчера опасалась.

Крэйг выгнул бровь. Начальник стражи, в черных глазах которого искрился смех, пояснил:

— Дозорные вчерашние, пока за вашими выкрутасами в небе следили, получили заговором по макушке. — Черный дракон пожал плечами. — Сами виноваты, я их размораживать не стану, нечего было пасти раскрывать, не мальчишки уже. Но вот прислуга жалуется, что не может на их перекошенные рожи глядеть.

Живо представив себе эту картинку, я подавилась смешком, но тут же нахмурилась и даже немного покашляла, чтобы никто не подумал, что я бессердечная.

— Заговор действует восемь часов. — Я покосилась на Крэйга, отыскала в кармане зеркало.

— Благодарю, леди! — Фир с поклоном исчез за дверью.

Фан в последний момент просочилась между его ног, напоследок прислав мне грезу со скелетом кошки и бидоном сливок. Ну ладно, пока она грабит кухарок, я попытаюсь хоть что-то выяснить.

Я неторопливо подошла к Крэйгу, заставила себя отвлечься от неуместных мыслей о поцелуях, открыла пудреницу и демонстративно уставилась в зеркало. Вытянула руку, осторожно дотронулась до тонкого шрама на его груди. Обошла вокруг и застыла столбом. Уж очень дерево на спине дракона, отразившееся в зеркале, напоминало показанное мне импом клеймо мастера, проявившееся в лаборатории! До жути. Поежившись, я так и не рискнула дотронуться до шрама на спине дракона.

— Занятное свойство у украшений твоей бабки. — Дракон пальцами потер шрам, дерево в отражении вспыхнуло зелеными искрами.

— Я видела твой шрам до того, как надела ожерелье.

Дракон развернулся, темные брови вопросительно дрогнули.

— Когда ты тренировался, я случайно увидела твое отражение в подвеске сережки.

Я выжидательно смотрела на Крэйга. Он махнул рукой, приглашая пройти в гостиную. Правильно, негоже вести серьезные разговоры в спальне.

Вышла первой, дракон — спустя пару минут, на ходу застегивая сорочку. Поставив кресло напротив моего, он сел, задумчиво сложил пальцы домиком, посмотрел на яркое лазоревое небо за окном.

— Я не могу рассказать всего. Я поклялся сестре, что это не выйдет за пределы семьи.

— Не проблема, я кое-что узнала. — Я набрала в грудь побольше воздуха, готовясь произнести страшные слова: — Эзраа прокляты?

— Можно и так сказать.

Я с трудом поборола желание скрестить руки на груди, чтобы хоть как-то защититься. Не от Крэйга, его я не боялась, меня начинало потряхивать от мысли о проклятии. Реальном, а не выдуманном престарелой ведьмой.

— А давно ты узнал? — прошептала я.

— Пять лет назад. — Крэйг болезненно поморщился. — Я ищу способ исправить это.

Слава всем богам! Сердце радостно застучало в груди, в голове завертелись сотни мыслей, предположений. Глупых, занятных, любопытных:

— Думаешь, то, что печать мастера на зеркале и твой шрам похожи, не совпадение?

— Пока не знаю, — поняв, что я не собираюсь набрасываться с расспросами и умирать на месте от того, что он проклят, дракон расслабился, слабо улыбнулся. — Но надеюсь узнать. Завтра навестишь со мной одну старую вредную дриаду?

— Конечно. — Я нерешительно глянула на дракона.

— Что еще?

— Вам и правда нужно убивать?

Не спросить не могла, проклятия разные бывают. Возможно, Пайпер преувеличила. Очень на это надеюсь.

Крэйг помрачнел, медленно кивнул.

— И ведьмы нужны для этого?

Снова кивок. По сердцу словно когтями полоснули.

— А ты? Ты тоже?

Дракон отрицательно покачал головой.

— И не стану.

Хоть какая-то хорошая новость.

— Откуда ты столько знаешь? — Крэйг устало откинулся на спинку кресла, тяжелый разговор вымотал не только меня.

— Одна из ведьм, что служила у твоего отца, с помощью молитв богине света вспомнила, что с ней случилось.

Дракон прикрыл глаза, провел пальцами по лицу и едва слышно прошептал:

— Бедная женщина. Она вспомнила все?

— Нет. Твоей семье ничего не грозит, то, что она говорит, очень похоже на бред.

Крэйг медленно кивнул.

— Я скажу Таррену, что ты все объяснил. Он прекратит поиски.

— Брату?

— Да.

— Когда ты все успеваешь? — насмешливо поинтересовался дракон. — Три дня в замке, а уже целое расследование организовала.

— Оно само организовалось, — призналась я. — Энариэль беспокоилась и рассказала Таррену. Он и нашел ведьму, что когда-то тут служила.

Несмотря на весь ужас ситуации, я и понимала сестру Крэйга с ее желанием спасти имя семьи, и злилась на нее, потому что имя именем, но жертвовать ради него чужой жизнью — это уже слишком. Впрочем, окажись я на месте Эзраа, неизвестно, как бы поступила. Возможно, они все время искали способ снять проклятие, а не просто убивали, как сказала Пайпер. Хотя… Если бы искали, нашли бы.

Я замерла от жуткой догадки. Драконов все устраивало?

— Они ведь даже не пытались, да? — едва слышно спросила я.

— Нет, боялись безумия. Моя сестра первая попыталась найти хоть какое-то решение. — В голосе Крэйга прозвучало рычание раненого зверя.

Сильного, смелого и безумно одинокого зверя. Сестра погибла, я в этом не сомневалась, Хлоя еще ребенок, а дед… Уверена, он всеми лапами за традиции. Теперь я понимала, с чем связан обычай нанимать ведьм.

Хотелось подойти, обнять, сказать, что теперь у него есть я. И моя семья — тоже. И если он позволит, они тоже сделают все, что в их силах, и не сдадутся. Но я сидела, придавленная к креслу еще одной воистину страшной догадкой.

— Твоя хромота, ночные полеты — это ведь не проклятие придворной ведьмы?

— Нет. С Линдой у нас прекрасные отношения.

— И так — каждую ночь? Пять лет?

Перед моими глазами стояло отражение израненного алого дракона, опутанного обрывками зеленых нитей.

— Да.

Короткое слово. Две буквы. Оно стало последней каплей. Сорвавшись с места, я подбежала к дракону, склонилась к его лицу и поцеловала. Долго, нежно, страстно. Он заслужил. Не знаю, во что выльется мое увлечение Крэйгом, но я его не оставлю.

Оторвавшись от губ дракона, я оперлась о спинку его кресла, громко хмыкнула:

— Вот Сильвия повеселится! Представляешь, я когда-то ляпнула ей, что жду своего дракона!

— Не поверишь! — Крэйг поймал мою руку и поцеловал. — А я в детстве заявил отцу, что женюсь на зеркальной ведьме!

— Но таких не бывает!

— Как оказалось, бывают… — Дракон перевернул мою ладонь и коснулся губами запястья. — Они носят белую мантию, у них белая кошка и чуло… чудесный характер.

Вспыхнув от удовольствия, я улыбнулась, встретившись со взглядом карих глаз, в котором плескалось море нежности.

Кажется, я все же нашла того самого, с идеальным отражением.