Проснулась я от того, что меня энергично трясли. Кто бы это мог быть?

– Ну что тебе неймется? Я бы еще часа два спала. Опять глаз? Приснился?

– Какой еще глаз? А, ты об этом. Я уже забыла. Слушай, я в реал вышла и Зебу загуглила. Игроки ее еще не находили и не видели, но ищут все. Стоит бешенных денег. Мы с тобой разбогатели. Любой игрок все за нее отдаст.

– Уж лучше бы я спала дальше. Это же глупо. Зачем покупать то, чего никто не видел?

– Это местная виагра. Среди народов моря это средство тоже очень ценится. Такие Зебы очень редкие и их почему-то считают очень опасными. Дурь какая. Но вытяжка из этих водорослей дороже золота.

– Уверена? Или напутала опять?

– Когда я что-то путала?

– Вчера, позавчера, третьего дня, семнадцать раз на прошлой неделе…

– Это давно было. А тут все точно. Я тебе ссылки скинула. Выйдешь – посмотришь. Что делать будем?

– Делать? Мы посреди океана, отплыли уже от острова не знаю на сколько. Нужно, кстати, посмотреть. Жди. Так. А ничего так получилось. Точно сказать не могу, но верст на сто нас уже отнесло и примерно туда, куда нужно. Плюс, минус.

– Всегда хотела узнать, верста это сколько?

– И кто тебе мешал?

– Мешал?

– Если хотела, то что же не загуглила?

– Лень, у тебя спросить проще и интереснее. Да и тебе нужно повыпендриваться. Давай. Выпендривайся.

– Смешная ты. Ладно. Верста – русская единица измерения, равна пятистам саженям, а та – трем аршинам. Если проще то, чуть больше километра наша верста, процентов на семь.

– Я так и знала.

– Зачем тогда спросила?

– Я знала, что ты такой случай не пропустишь и блеснешь образованием. Ботан. Заучка.

– Да, но обаятельная и привлекательная. В общем, мы у черта на куличиках, виагра нам сейчас и здесь как-то не в тему. Но ты попробуй.

– Куда я денусь? Мы на Зебе нашей еще год можем плавать, пока остров найдем. От этой виагры мы маньячками станем. Я-то выдержу, а вот в тебе полной уверенности нет.

– Глупая. Виагра для мужиков на пенсии. Где тут мужики и где тут пенсия?

– А вот и нет. Про виагру не знаю, а Зеба на оба пола действует возбуждающе. Так в одноклассниках пишут.

– Ну, тогда это точно. Там все и всегда одну только чистую правду выкладывают и перед этим годами текст проверяют.

– Вот и мы проверим. Не за год, а… Сколько нам до суши, если Зеба так же быстро будет плыть?

– Не знаю. Я в реале еще уточню по скринам и подсчитаю, но думаю, что неделю. Не меньше.

– Блин. Чем займемся? А что такое вытяжка?

– Не скажу. Не хочу ботаном быть. А займешься ты плаванием и нырянием.

– Я и сама хотела научиться. Что тут еще делать?

Ее учить – только портить. К такому выводу пришла Даша, после двух часов мучений. Держаться на воде Анастасия могла вполне уверенно, но стилем назвать ее хаотические движения не смог бы никто. Ноги – почти брасом, руки – по-собачьи. Любопытно то, что под водой, когда она ныряла, техника менялась на почти нормальный брас. Но на поверхности ее тело те же движения повторять отказывалось.

– Зря ты со мной в бассейн не ходила в школе. Теперь тебя переучивать нужно, а это труднее, чем учить.

– У меня аллергия на хлорку, мне мама сказала.

– Полно бассейнов и фитнес клубов, в которых о хлорке даже не слышали.

– Ой, Дашка, смотри, Зеба уплыла.

Я обернулась. И в самом деле. Как это могло получиться? Метров на пятьдесят наш островок каким-то образом преодолел, пока я пыталась Стаську заставить делать все правильно.

С испугу я резко стартовала и доплыла секунд за двадцать, только, уже выбравшись на Зебу, я вспомнила, что Стаська так плыть не сможет. Ну, я и дура. Зачем плыла? Затормозить целый остров мне не под силу, что мне тут делать? Пришлось вернуться. Стаська испугалась еще больше, чем я, остров все удалялся, я слиняла и она осталась одна в океане. Бедная. Какими же глазами она на меня посмотрела, когда я вернулась. Так стыдно стало. Но времени на все это нет.

– Будешь держать меня за ногу, лежи только на спине. Ровно. Не дергайся и сопротивления не создавай.

Вот это был заплыв. Никогда так не работала, надеюсь, что больше и не придется. Несмотря на уровень и статы тащить за собой в воде такой груз и непривычно и трудно. Стаська еще с непривычки хлебнула несколько раз морской воды и кашляла всю дорогу. Эти ее судорожные движения мешали еще больше, чем все остальное. На Зебу я выбралась уже совсем без сил и в красной зоне, впервые труд бурлаков на себе испробовала. Стаська, понятное дело, устала меньше, у нее роль баржи была. Зараза. Как же я устала. Легла без сил и все. Меня неделю не трогать.