Будто во сне я наблюдала, как вновь прибывшие гости галантно здороваются с хозяевами дома. "Красавчик" изящно поцеловал ручку мадам Катрин и ее дочки. Лидия при этом залилась румянцем до самых глаз. Даже с моего места было отлично видно откровенную скуку в глубине карих глаз князя Дэниэля Баринского. Отставной полковник Петр Иванович Зимин, невысокий лысеющий старичок с густыми баками, энергично пожал руку князю Баринскому, а затем и графу Нирскому.

— Его сестра Эмилия помолвлена с Максом Нирским, — услышала я громкий шепот сероглазой барышни.

Вот гости проходят мимо каждой группки гостей и здороваются со всеми. Дамы всех возрастов кокетничают с князем Дэниэлем, строят ему глазки и призывно улыбаются, обещая тем самым незабываемые ощущения при тесном общении с ними. Князь Баринский криво улыбается, обнажая ряд ровных великолепных зубов, пряча при этом скуку. Обменивается с дамами незначительными фразами, галантно кланяется и далее плывет по залу. Его кривоватая усмешка очень шла ему, делая его эдаким покорителем женских сердец. Судя по реакции всех дам, он им и являлся. При взгляде на "красавчика" в моей душе рождались непонятные мне чувства. Какая-то странная смесь злости, восторга и невыразимого влечения. Я даже не заметила, как уже пожирала глазами его высокую статную фигуру, облаченную в белоснежный элегантный костюм. Его напомаженные каштановые, чуть вьющиеся, волосы были зачесаны назад, открывая высокий умный лоб. В этот момент темно-карие, подобные горячему шоколаду, глаза встретились с моим взглядом. Электрический ток пронизал мое тело, и я едва справилась с эмоциями, нахлынувшими на меня. Хотя и "красавчик" во многом помог мне. Его холодный равнодушный взгляд оценивающе смотрел на меня, будто я сидела на диване, как минимум, в нижнем белье. Этот взгляд тут же отрезвил, вернул с неба на землю и в этот момент, очередная волна злости накатила с новой силой.

"Твою мать, я тебе не твои бабы, с которыми ты играешься "красавчик"! Это мы еще посмотрим, кто кого!" — шипело мое раненное самолюбие.

Я изобразила скуку на лице и пару раз откровенно оценивающим взглядом осмотрела его фигуру с ног до головы, затем слегка скривила губы и демонстративно отвела глаза от князя Дэниэля, с особым цинизмом про себя отмечая, как в глубине его глаз загоралось бешенство. Едва сдержав ехидную ухмылку, внимательно прислушалась, о чем говорят девицы.

— Ах, не может быть. Ведь ей только семнадцать, — шептала Полина.

— Она подцепила графа в первый же сезон в прошлом году, — отозвалась девица в блекло-розовом платье.

— Вот счастливица! — небрежно тряхнула кудрями Полина, в ее голосе звучала откровенная зависть.

— Уметь надо, — ехидно отозвалась сероглазая барышня, насмешливо глядя на блондинку.

— На что ты намекаешь, Анна Михайлова? — взвилась Полина.

К ее лицу прилил густой румянец, а белесые брови нахмурились. Я с интересом наблюдала за этими тупыми коровами, ожидая исход словесной дуэли, надеясь в душе, что они хорошенько оттаскают друг друга за волосы.

— На то, что еще парочка сезонов без кавалера, милочка, и ты останешься в старых девах, — ехидно отозвалась Анна.

— Да кто бы говорил! — с невинным видом отозвалась Полина, улыбаясь и наблюдая, как загорается румянец на впалых щеках Анны.

— Девушки, не ссорьтесь, — примирительно пролепетала Сесиль.

— Верно, не стоит, у Полины богатых кавалеров не было и не будет, — отозвалась Анна, улыбаясь тонкими бескровными губами, а в глубине ее красивых глаз мелькнуло выражение торжества. — И не о чем тут разговаривать.

На детском личике Полины поселилось выражение крайней обиды, и девушка тотчас прикрылась веером. Я откровенно зевнула, едва успев прикрыть веером рот. Стало ужасно скучно и эти мелочные девчонки меня уже ни капли не интересовали.

"Тут все такие воспитанные, что даже послать по-человечески одна другую не могут… террариум какой-то… Даже в зоопарк можно не ходить…" — с откровенной скукой отметила я про себя.

— Т-с-с-с, барышни, — прошептала девица в блекло-розовом платье. — Сюда идет Лидия с князем Баринским.

Все присутствующие девицы нервно захихикали и усиленно принялись гонять воздух своими веерами. Я замерла на месте, перевела взгляд на Баринского. Князь шел в нашу сторону с довольной Лидией. Его карие глаза были прикованы ко мне, и в глубине его зрачков играл огонек. У меня неприятно екнуло сердце. На красивом точеном лице играла решимость к действиям и в этот момент я уже ругала себя за то, что не притворилась такой же как и все — тупой дурой. Судя по решительному виду "красавчика" было видно, что шел он к диванам ради одной цели. В отчаянии я осознала, что богатый сердцеед не успокоится, пока я не окажусь в списке его побед, а это ну никак не входило в мои дальнейшие планы. Лидия же неслась на всех парусах, цепко вцепившись в руку князя. Встречаться мне с ним не хотелось, и поэтому надо было что-то срочно предпринимать. Я усиленно замахала веером и сдавленно охнула.

— Сестрица, тебе дурно? — обеспокоенно пролепетала Сесиль, порывисто хватая меня за руку.

— Да, мне надобно на воздух, — томно, подражая разбалованной барышне, промурлыкала я. — Как я могу выйти на террасу?

Анна Михайлова с готовностью указала на ближайшие к нам двери, выходящие на террасу. Я моментально подскочила с дивана.

— Гэйби, тебя проводить? — приподымаясь со своего места, спросила Сесиль с искренним беспокойством.

— Нет, милая. Я сама дойду, развлекайся, — слишком поспешно ответила я и быстрым шагом устремилась к боковым стеклянным дверям.

Как только я вышла из душного зала, то окунулась в ароматную прохладу южной ночи. Веял тихий ветерок с моря, неся в себе прохладу далеких морских просторов, напоенных солью, водорослями и далекими неизведанными странами. Терраса была буквально заставлена глубокими плетеными креслами и столиками с закусками, бокалами с шампанским и вином. Я с удовольствием уселась в стороне от курящих мужчин и целующихся парочек. Широкая веранда освещалась лишь скудным светом, льющимся из открытых окон. Так как все кресла, стоящие в густой тени были заняты, пришлось присесть на место, стоящее в большом квадрате приглушенного света, льющегося из окна. Оставалось только надеяться на то, что Баринскому не придет в голову, прийти на террасу ко мне.

Я цапнула со стола, стоящего рядом с моим креслом, парочку маленьких бутербродиков и неторопливо сжевала их не чувствуя вкуса, запивая еду большими глотками терпкого рубинового вина. Затем, взяла еще один бокал, и уже наслаждаясь благородным напитком, смаковала его маленькими глотками. Алкоголь немного успокоил нервную дрожь в коленках, я даже почти трезво взглянула на ситуацию и поняла, что своим побегом дала понять князю, что не желаю с ним общаться. В моей ситуации все должно было быть как раз наоборот. Я должна была познакомиться с Дэниэлем, завязать знакомство, а затем ловко выманить Часы Времени, а вместо этого что? Убежала, как последняя идиотка, от своего единственного шанса вернуться домой. С досадой я прикусила губу, и мысленно выругала себя своим богатым словарным запасом ругательств. Затем захотелось выпить, я залпом опрокинула остатки вина в рот, и с удовольствием отметила, как вино огнем полилось в почти пустой желудок. Не закусывая, я потянулась за третьим бокалом, намереваясь и его осушить до дна.

— Я бы не советовал вам это делать, — лениво отозвался бархатный с хрипотцой мужской голос, казалось сотканный из тьмы южной ночи. — Доктора говорят, что женское пристрастие к вину, увы, не излечимо.

— А мне все равно, что они там говорят, — зло отрезала я, нежно улыбаясь рубиновой жидкости в широком бокале на высокой ножке.

— Ну, все-таки, может не стоит, — продолжал вкрадчивый голос с долей насмешки. — Мы можете испортить репутацию, хлебнув лишнего. Я настаиваю, чтобы вы прекратили пить.

— Черт, да кто вы такой, чтобы настаивать? — чуть заплетающимся голосом пробурчала я, буравя тьму, в которой оставался обладатель столь хорошо модулированного голоса. — На этом чертовом вечере, так скучно, что выпивка — единственное здесь развлечение.

В ответ моей реплике раздался призрачный мелодичный смех, чиркнула спичка, зажегся неровный огонек. К своему огромному разочарованию, осветил он лишь темную сигару, а не лицо нахала, вздумавшего указывать, когда мне пить и сколько. До меня донесся приятный аромат настоящего табака, в темноте сверкала алая звездочка тлеющей сигары, а к небу потянулся белесый дымок.

— И все-таки, кто вы? — зло бросила я в сторону тьмы. — Почему вы прячетесь…как демон ночи…

— Слишком много вопросов, милая, — небрежно отозвался незнакомец. — Тем более, что вы сами сказали, что я демон ночи.

— Я вам не милая! — отрезала я, осознавая, что где-то слышала это дьявольский голос с некоторым акцентом, только не могла с ходу вспомнить где. — И вас совершенно не касается, сколько я пью.

— Это вам так только кажется, — загадочно отозвался незнакомец, после очередной затяжки. — Тем более, что приличные леди себя так не ведут.

— Что? — завелась я, чувствуя, что надо мной тонко издеваются. — Вы намекаете, на то, что я не приличная и не леди?!

На ум пришел фильм "Унесенные ветром", в котором Ретт Батлер тоже утверждал, что Скарлетт НЕ леди. Я хмыкнула, и взяла облюбованный мною бокал.

— Верно, — с издевкой отозвался мужчина во тьме, с удовольствием затягиваясь душистой сигарой.

Алкогольные пары ударили в мою голову, и поэтому контроль над языком ослаб.

— Да, что вы понимаете в прекрасном и в леди! Идите к черту! — крикнула я, яростно сверля тьму, окутывающую незнакомца.

— О, поверьте, милая, я в леди прекрасно разбираюсь и в прекрасном тоже, — насмешливо парировал он, вкладывая неприличный смысл, который я прекрасно уловила.

— Идите к дьяволу, — задыхаясь, прошипела я, желая его послать такими трехэтажными, что многие слова этот насмешник услышал бы впервые.

— Уже иду, — рассмеялся голос, потом послышались шаги в сторону ближайшей ко мне двери. — Всего хорошего, милая…

В неярком свете, льющемся из распахнутых настежь дверей, мелькнул белый костюм и знакомое ухмыляющееся лицо князя Баринского. В этот момент, я полностью осознала, кого только что послала в гости к рогатому. Досада на саму себя и князя достигла такого предела, что я не в силах была себя контролировать. В глазах потемнело, сердце отстукивало бешеный ритм, разгоняя по телу кровь, смешанную с адреналином и алкоголем, и тут же захотелось выплеснуть переполнивший меня гнев.

— Твою мать, — взревела я и бокал, который держала в руках, полетел в сторону перил, окутанных тьмой. Слабо звякнул бьющийся о мраморные перила хрусталь, обдавая водопадом рубиновых брызг пол терассы.

Прошло некоторое количество времени, когда я полностью успокоилась, вернув себе прежнее самообладание. Пришлось взглянуть правде в лицо — две возможности вернуться домой я глупо упустила. Мрачно улыбнувшись, я неторопливо вернулась в зал. К моему удивлению оркестр больше не играл, а дамы всех возрастов столпились вокруг огромного черного рояля, покрытого сверкающим лаком. Как только я переступила порог зала, раздались первые звуки, и неспешно полилась божественная музыка. Я с первых аккордов увлеклась мелодией и виртуозностью музыканта, и медленно шла к толпе слушающих дам. С каждым шагом, сердце убыстряло ритм. Хотелось взмыть под потолок, украшенный лепниной и парить в воздухе, подхваченная мелодией.

Как только я протиснулась между дамами, то увидела, князя Дэниэля сидящего на стуле. Его лицо было одухотворенным, глаза сверкали, а его длинные чувственные пальцы с величайшей нежностью скользили по черно-белым клавишам инструмента. Мелодия все лилась и лилась, разворачиваясь, подобно спирали, и затрагивая самые чувствительные струны в душе. И тут мой взгляд упал на Лидию. Рыжая бестия, практически улеглась на крышку рояля перед князем и, призывно улыбаясь, слушала потрясающую игру. Ее зеленые глаза потемнели от страсти, а на розовых полных губах играла легкая зовущая улыбка. Девчонка ловила каждый его взгляд и движение пальцев, пожирая глазами его широкоплечую фигуру. Хорошее настроение мигом улетучилось, при одном только взгляде, как ведет себя Лидия. Она разве что на колени ему не села. Скривив губы при виде этого фарса, и будучи уверенной, что именно хозяйская дочь попросила его сыграть, я сделала движение, чтобы уйти. В этот момент ко мне обернулся Дэниэль, и его горячий взгляд опалил меня. Я остановилась, как вкопанная не в силах пошевелиться. Князь незамедлительно улыбнулся мне, сверкнув зубами. Краем глаза я увидела, что Лидия заметила его улыбку адресованную мне, а не ей. Ее красивое лицо перекосило от злости и досады. Реакция рыжей бестии мне понравилась, и я моментально сообразила, что к чему, и послала князю свою самую лучшую улыбку. Лидия раздраженно фыркнула и, оттолкнувшись от рояля, ушла в сторону играющих мужчин. Я удовлетворенно хмыкнула, и тоже отправилась восвояси. За спиной музыка смолкла, и раздался оглушительный шквал аплодисментов.

Я уселась на один из свободных диванов, подальше от рояля и толпы восторженных дам. Легкое алкогольное опьянение уже прошло, и теперь я откровенно скучала на диване. Но мое одиночество длилось совсем недолго. Вскоре ко мне подсела Сесиль. Ее личико было опечаленным, а глаза полны тоски и скуки. Мне даже показалось, что сестрица подавила сильный зевок.

— Сисси, может, заберем маменьку из толпы горячих почитательниц таланта князя Баринского и поедем домой? — предложила я усталым тоном.

Ужасно хотелось стащить это роскошное платье с чужого плеча, скинуть туфли на высоком каблуке и распустить шнуровку корсета.

— Да, я тоже так думаю, — согласилась со мной Сесиль и лукаво улыбнулась. — Умный ход, сестрица.

Я непонимающе посмотрела на нее:

— Ты о чем?

Сесиль продолжала улыбаться мне.

— Ну…, - она запнулась и беспомощно посмотрела на меня. — Все видели какими улыбками вы с князем обменялись… Тут всем ясно.

— Чего?! — взвилась я. — Ничего подобного! Улыбнулась я ему исключительно для того, чтобы взбесить Лидию.

Личико Сесиль казалось озадаченным, и она растерянно пробормотала:

— Так значит, ты улыбалась, чтобы позлить Лидию?

Я утвердительно кивнула головой. В глубине глаз Сесиль мелькнуло восхищение моей, доселе неведомой для всех, смелостью.

— Молодец, сестрица! Просто восхитительно! Убила двух зайцев, — похвалила меня Сесиль и улыбнулась еще шире. — Правда твоя улыбка была не слишком приличной, и можно даже сказать — вызывающей.

Я нахмурилась и посмотрела на девушку сердитым взглядом. Не хватало, чтобы и эта тихоня вздумала называть меня "не леди". Оленьи глаза лукаво смотрели на меня из-под длинных густых ресниц. Уголки ее полных губ вздрагивали. Видимо она пыталась сдержать смех. Это нисколько не вязалось с ее внезапно ставшим серьезным личиком.

— Полно тебе, сестрица злиться. Я сейчас схожу за маменькой, и мы втроем откланяемся, — примирительно отозвалась Сесиль, ободряюще пожимая мою руку и убегая в сторону рояля. Я с досадой прикусила губу, осознав, что меня безумно тянет посмотреть в ту же сторону.

Когда мы с фальшивой дружелюбностью попрощались с хозяйками дома, в этот момент дамы уговорили Дэниэля Баринского сыграть еще одну композицию. Он кивнул и подчинился просьбе большинства. Последнее, что я увидела, покидая зал, было то, что Лидия вновь вернулась на свое место на рояле. Карие глаза "красавчика" встретились с глазами Лидии, и на его чувственных губах заиграла знакомая мне кривоватая усмешка. Лидия ответила ему восторженной улыбкой. Эту сладкую парочку я прекрасно видела в профиль. Меня, как с ушат, окатило непонятное чувство холодной злости. Я стиснула зубы и вышла прочь из зала, под аккомпанемент веселой мелодии наигрываемой Дэниэлем.

По дороге домой наступила тягостная тишина. Каждая, сидящая в открытом экипаже, молча размышляла о своем, я же пялилась во тьму южной ночи и думала о том, как мне вытащить у Баринского Часы Времени. Уставший за день мозг отказывался работать, и поэтому пришлось прекратить мучить его, отложив все раздумья на завтра. Я настолько устала, что моя горничная смогла каким-то чудом стянуть с меня платье, расплести волосы и натянуть ночную сорочку. Велев распахнуть настежь окно и зашторить его, я беспомощно повалилась на кровать, и тут же провалилась в забыть