Ла Абель Гнец

   - Хорошо, наверное, быть Гнецем, - пробурчал привалившийся к стене потный Штефан, глядя на то, как я завязываю галстук. - Или Денова, - добавил он, когда из душевой показался насвистывающий какой-то веселый мотивчик Крис.

   В середине сентября у нас все же начались практические занятия по физическим тренировкам. Прошедшая с того времени неделя стала серьезным испытанием для Штефана. Меня на этих занятиях волновали только упражнения на гибкость, но и они после того, что творила со мной по утрам капрал Стэн, казались не более чем раздражающей мелочью. Для обоих Денова все эти занятия не могли стать полноценной заменой их обычных тренировок и воспринимались ими как внеочередная разминка. Даже Марта держалась неплохо. Штефан же откровенно страдал - к концу каждого занятия он только чудом стоял на ногах. И пропускал всех в душевую академии впереди себя, чтобы успеть отдышаться. Он олицетворял для меня наглядное пособие о разнице в физическом развитии между аристократом и простолюдином - будучи знаком с этим явлением по книгам я все же не ожидал, что оно будет столь заметным.

   - Кстати, Вы все сейчас в каком направлении разбегаться будете? - поинтересовался Штефан, неровным зигзагом двигаясь в сторону душевой.

   - Нас с Крис пригласили на вечеринку к Дэвиц, - ответил Кристофер. - Но она рано начнется, так что мы едва успеем собраться. Ты, Абель, точно не хочешь сходить? А то и тебя приглашали.

   Я только отрицательно покачал головой. Я за три недели учебы был на четырех вечеринках и пару раз просто ходил в гости, куда меня зазывали однокурсницы. И везде меня буквально атаковали девушки и женщины. Я собирал вокруг себя добрую треть присутствующих в доме дам, и то, в основном, благодаря Кристоферу, который был еще более популярен и обласкан вниманием остальной части общества. Но если ему подобное внимание нравилось, то я терялся от странных вопросов, непонятных намеков и якобы случайных прикосновений. Поэтому решил отложить все подобные визиты до того момента, как пройду курс по общению с женщинами под руководством своего врача.

   - Нет, Крис, как-нибудь в другой раз. Я слишком устал от подобного внимания.

   - Это у тебя-то внимание? - Кристина засмеялась. - Да вокруг меня кавалеров раза в два больше, чем на тебя девчонок вешается.

   - Они тебя хотя бы потрогать не тянутся.

   На этот раз девушки прыснули уже вдвоем.

   - Ты же завидный жених, Абель, так что привыкай, - "подбодрила" меня Кристина. - Бери пример с моего брата. Он вон не теряется. Если бы Лада постоянно не висела на его руке, то он бы почаще где-нибудь оставался до утра. Это только благодаря ей он появлялся домой утром всего дважды.

   Марта бросила на Криса осторожный взгляд и отчего-то вздохнула. Я, несмотря на консультации Виолы, до сих пор не мог понять смысла большинства подобных странных знаков внимания. Потому всего лишь пожал плечами в ответ на заявление Кристины. Меня абсолютно не привлекала идея находиться в многочисленном женском обществе даже вечер, а уж до утра терпеть подобное мог, по-моему, только Кристофер.

   - Не, с тандемом Крис и Крис все понятно. Они всегда найдут, где развлечься, - снова подал голос Штефан. - А остальные куда? Абель, Марта?

   - Мне по делам надо, - сказала Марта. - Так что я сейчас убегаю.

   - Как обычно домой, - пожал плечами я. - Только зайду в одно место. А ты что, решил не спешить на встречу с Риккой?

   - Что-то вроде того. Она последнее время агрессивна. Сдерживается лишь пока ты дома.

   - Хорошо, я тебя подожду. Но только если ты, наконец, пойдешь в душ. Не хочу потерять здесь еще час.

   Некоторое время спустя мы шагали вдвоем со Штефаном по живописным улочкам северной окраины Солиано, где собственно и располагалась академия. Стояла теплая ранняя осень и нанимать карету для того, чтобы преодолеть пяток километров до библиотеки не было ни малейшего желания.

   - Слушай, Штефан, а где ты берешь деньги? - задал я мучающий меня в последние дни вопрос.

   - Абель, тебе не кажется, что подобный вопрос задавать невежливо, - осторожно косясь на меня, ответил он.

   - Извини. А можно другой вопрос? Не могу ли я заработать денег там же где и ты? Как думаешь, так вежливо?

   - Так да, - усмехнулся Штефан. - Но с чего ты вообще решил, что у меня есть деньги?

   - Ты оплатил учебу в академии. Это аристократы могут иметь отчисления от собственного бизнеса или, в крайнем случае, содержание от империи, а ты ведь простолюдин. Значит, должен был заработать эти деньги сам.

   - Вынужден тебя разочаровать. Мое обучение оплачивает старый козел Виванов. Генерал такой, если ты не в курсе.

   - Я в курсе. Мне известны наизусть имена и фамилии всех офицеров со званием не ниже командора. То есть у тебя с ним контракт? Интересно, зачем генералу Виванову пацифист?

   - Вестимо зачем. Чтобы сдохнуть за его дело. Я работал на него некоторое время. Вольнонаемным тактиком. Координировал действия боевых и диверсионных групп. А потом этот старый козел решил продвинуть одного из своих офицериков и поставил того осуществлять общее руководство операциями. После нескольких провалов и двух атак на наш прекрасно укрытый штаб, я решил, что слишком хочу жить и разорвал контракт с выплатой неустойки. Так этот козел Виванов знаешь что придумал? Он обеспечил утрату сведений о моем рождении и дал хорошую взятку моему нищему папаше-алкоголику. Папаша, протрезвел и вспомнил при нужном количестве свидетелей о том, что мне сейчас на самом деле восемнадцать. А потом на правах родителя несовершеннолетнего подмахнул контракт между мной и генералом. Так что я внезапно помолодел на четыре года и оказался кадетом с пятилетним контрактом на попечении генерала. Этот старикашка еще смеялся, говоря, что при хорошей работе он, возможно, и не будет продлять наши взаимоотношения. Хотел бы я посмотреть на его рожу теперь.

   - О, - только и сказал я. Этот небольшой, но эмоциональный рассказ заставил меня посмотреть на Штефана с новой стороны. - А как ты все же оказался в академии?

   - Это самое смешное. Я ведь разбираюсь в законах - хобби такое. Так вот кадет имеет право на получение звания за счет работодателя в случае сдачи успешного вступительного экзамена. Понятно, что при уровне образования и опыте кадетов, это обычно капральские или сержантские курсы. Но я уже не мальчик и экзамены сразу в несколько офицерских академий сдал без проблем. Правда, почти везде мне все равно отказали в обучении. А сюда приняли. Видимо старый козел Виванов и ректор Калас не сошлись в размере взятки, - он хохотнул, но как-то грустно. - Так что четыре года из моего пятилетнего контракта я проведу здесь. А потом еще что-нибудь придумаю.

   Мы шагали некоторое время молча. Я переваривал новую информацию, а Штефан видимо погрузился в воспоминания. Он первым нарушил воцарившуюся тишину:

   - Слушай, Абель, а зачем тебе деньги? Насколько я вижу, у тебя их и так более чем достаточно.

   - Ты ошибаешься. Это все деньги семьи. Я лишь имею небольшие суммы на карманные расходы. Впрочем, можно сделать и серьезную покупку, но о ней надо попросить и получить разрешение.

   - Я понял. Ты хочешь тратить большие суммы на тех девочек, с которыми вечно тебя знакомит Крис, не отчитываясь перед мамочкой о своих похождениях.

   - Что-то вроде того.

   - Похвальная цель. Я ничего не обещаю, но постараюсь помочь. Сам на мели, а организовать что-то на пару с тобой значительно проще, чем в одиночку.

   - Спасибо, - поблагодарил его я. Штефан был из тех людей, которым я пусть и с оглядкой, но мог доверять. Во всяком случае, он не работал на моих родственников. А остальных я не так сильно и опасался.

   После этого наш разговор свернул на менее серьезные темы, и мы как-то неуловимо быстро оказались в конечной точке нашего пути.

   - Ну, вот и пришли, - сказал я.

   - Ага, - согласился Штефан. - Нормальные люди по кабакам ходят, а ты по библиотекам. Иди туда лучше один, а я здесь подожду. Хоть притворюсь нормальным.

    Лу Марта Мойл, курсант

   - На вот подбери книги по этому списку и вынеси их молодому человеку, - старший библиотекарь протянула мне лист бумаги, покрытый аккуратными буквами.

   Обычно работа в центральной библиотеке Солиано была одним сплошным удовольствием: доступ к огромному количеству книг, достаточно свободного времени, чтобы делать заказанные переводы, да еще и деньги платят. Но каждый третий день наступала смена старшего библиотекаря Лерианы, которая прониклась к Марте материнским сочувствием и пыталась знакомить ее с каждым хоть чуть-чуть симпатичным или показавшимся умным мужчиной. В такие дни приходилось бегать больше обычного, таская книги каждому второму посетителю мужского пола.

   Вот и сейчас непонятно чем очередной тип глянулся Лериане. Сама бы Марта только после оглашения списка книг постаралась держаться от него подальше. Если бы не работа. Три десятка томов разной толщины: сексуальные позы, "трактаты" о практической любви, "исследования" о соблазнении женщин, даже пара дамских романчиков затесалась. Марта фыркнула - хороша она была бы, познакомившись с этим типом и согласившись пойти на свидание. Нет уж пусть старший библиотекарь ищет другую идиотку.

   - Кто заказывал следующие книги: "Сексуальное раскрепощение" Эхима Вэлса... - Марта начала громко зачитывать список, чтобы ее услышали все в зале. Эту маленькую месть она могла себе позволить.

   - Я заказывал, - раздался спокойный голос справа, когда она дошла только до пятого названия. Марта повернулась, придавая своему лицо деловое выражение. И уставилась на посетителя, вытаращив глаза. - Абель?

   - Добрый день, Марта, - поприветствовал ее он. - Я и не знал, что ты работаешь в библиотеке.

   - Э, да. Это, вот, - она не знала, куда деться от смущения. - Это вот твое? - девушка коснулась стопки книг, в глубине души надеясь, что это ошибка, и Абель просто подошел поздороваться.

   - Да, это мой заказ, - спокойно ответил он, начиная перекладывать книги в небольшой парящий контейнер.

   - А, а зачем? - слегка теряясь, спросила Марта. - Ну, я имею в виду - за тобой же и так девушки постоянно бегают. - Она смутилась. Юноша нравился ей: он был таким умным, спокойным и слегка застенчивым. Не в пример большинству курсантов-мужчин только и думавших что о своей неотразимости и победах на женском фронте.

   - Врач посоветовала. Эта литература входит в мой образовательный курс, - ответил Абель, ничуть не смутившись.

   - Врач? - Марта удивилась.

   - Да. Мой личный врач. Она составила этот список литературы для моего всестороннего развития. И чтобы я лучше мог понимать и контролировать гормональный баланс в организме.

   Марта была в шоке. Он говорил об этом так спокойно. И личный врач. Наверное, вся его жизнь жутко регламентирована. За ним постоянно ходит толпа слуг, которая подсказывает, что надо делать. Если уж ее саму родители достали разговорами о том, что положено молодой Лу, а что не положено, то у Абеля все должно быть еще хуже. Он ведь Ла. Это в академию из-за правил нужно ходить без сопровождения, а потом, наверняка, опять протокол, положено-неположено. Девушка сочувствующе вздохнула.

   - Марта, а почему ты тут работаешь? - вдруг спросил молодой Гнец.

   - Мне деньги нужны, - смутилась она. Говорить об этом казалось неприличным. Еще бы, Лу, а работает в какой-то библиотеке на посылках. Хуже было бы только устроиться служанкой к какому-нибудь аристократу.

   - И много платят? - поинтересовался Абель, словно это ему и впрямь было важно.

   - Нет, не очень. Мелочь, если быть честной. Зато можно работать не в одну смену, а в две. И книги всегда под рукой. И время свободное есть, особенно по ночам. Так что можно еще какую-нибудь работу делать, - Марта, словно пыталась оправдаться перед юношей. Ей жутко не хотелось, чтобы он увидел в ней какую-то почти служанку.

   - Жаль, - сказал он, и ее сердце ухнуло куда то вниз. - Мне бы хотелось иметь работу с большой оплатой.

   - А зачем тебе деньги? - Марта еще не до конца пришла в себя, и мысль о том, что Ла вообще может нуждаться в деньгах, отказывалось укладываться у нее в голове.

   - Да так, - неопределенно высказался Гнец. - Мне пора. До завтра, Марта.

   - До завтра, - пробормотала она и еще некоторое время смотрела на дверь, закрывшуюся за юношей.

    Ла Абель Гнец

   Предоставленный самому себе, пока Рикка со Штефаном что-то перетаскивали на первом этаже, а остальные или занимались своими делами или отдыхали, я, наконец-то, закончил заклятье, о котором мы спорили с Мелли. На этот раз права оказалась она, хотя несколько неточностей в ее рассуждениях и было. К счастью, победа в споре не была моей главной целью, и даже такое почти бесполезное заклятье приближало меня к пониманию некоторых принципов магии.

   В подобном приподнятом настроении я собирался спуститься вниз, но остановился наверху лестницы, увидев посреди холла Рикку и Штефана, обсуждавших одно из своих многочисленных дел. То ли чтение повлияло на меня подобным образом, то ли советы доктора Маркстем, но я словно впервые рассмотрел свою горничную. Рикка была такой... аккуратной. Всегда расправленная и тщательно выглаженная одежда, точные движения тонких пальчиков, своевременная улыбка и даже прядь волос, постоянно выбивающаяся из прически и падающая ей на левый глаз, делала это словно по четко выверенному плану. Блестящие темные глаза на нежном овале личика, высокий чистый лоб и маленький носик завершали картину. Она была похожа на лисичку. Если конечно бывают лисички с черными волосами.

   Рикка повернулась, словно почувствовав мой взгляд, и лукаво улыбнулась. Я улыбнулся в ответ. На миг в ее глазах мелькнуло удивление, словно она ожидала какой-то другой реакции, а затем ее улыбка вернулась на место.

   - Вы что-то хотели, господин Абель? - спросила она.

   - Ничего, - ответил я. - Просто услышал ваши голоса и понял, что хочу есть.

   - Вот это дело, - поддержал меня Штефан. - А то только и слышно: передвинь то, подтащи это.

   - Мика только готовит ужин, господин Абель. Но если Вы голодны, то я могу предложить холодные закуски, - ответила Рикка. Высказывания Штефана она проигнорировала.

   - Да нет, я, пожалуй, подожду. К тому же к ужину должна прийти Мелли. Я ей заклятье новое показать обещал. Если что, ищите меня в библиотеке, - спустившись по лестнице, я свернул в коридор и отправился копаться в книгах.

   Мелисанда таки пришла. Как и обещала, именно к ужину, переступив порог лишь за несколько минут до того, как Рикка закончила сервировать стол. Штефан вслух позавидовал подобной точности и попросил дать пару уроков. Подошли остальные обитатель дома, занимая места за столом.

   - А Вам идет форма, - обратилась Виола к Мелисанде. - Если бы она на мне сидела подобным образом, то возможно я и не выбрала бы гражданскую карьеру вместо военной.

   Сильвия хмыкнула. Я с ней был полностью солидарен. Если уж кому форма и шла, то капралу Стэн. А на Мелисанде она не производила особого впечатления. То ли дело короткие платья, но, к сожалению, медленно наступающая осень грозила на время поместить подобный вид одежды под запрет.

   Тем временем Виола с Мелли выяснили, что они учились в одной и той же академии с разницей всего в пару лет. Они перебирали знакомых преподавателей, смеялись над только им понятными шутками и сплетничали о бывших курсантах.

   - Эти женщины потеряны для нашего общества, - горестно сообщил мне Штефан. - А те, кто остались... - он горестно вздохнул. - Жестокосердная эксплуататорша, в которой нет ни капли душевного тепла...

   - Кто бы говорил, - фыркнула Рикка.

   - Инструкторша, которая пугает даже моего друга Абеля. А у меня, не такого сильного духом, вообще вызывает озноб по всему телу, - продолжал изгаляться Штефан.

   Сильвия лишь заломила вверх бровь.

   - Лишь эта прелестная рыжая дева еще не очерствела душой, - Мика, улыбнувшись, потупилась. - Может хотя бы она станцует нам стриптиз на столе? - закончил свою тираду Штефан.

   Сильвия захохотала. Я попробовал удержать свое веселье в себе, но у меня не получилось, и мой смех присоединился к смеху капрала. Как ни странно, но Мика тоже смеялась. Лишь Рикка сверлила Штефана взглядом, да девушки с другого конца стола глянули на нас и, пожав плечами, вернулись к своему разговору.

   Мы еще долго болтали о всякой ерунде, разговорив и обычно молчаливую Сильвию и тихо держащуюся Рикку. Это был один из тех вечеров, которых я никогда не имел в прошлой жизни, но о которых страстно мечтал. Вечер, ради повторения которого я собирался рискнуть всем, что имел. Как грандиозны порой бывают наши планы, и как приземлена цель.

   К моему огромному сожалению, однажды часы все же пробили десять. Штефан ушел первым, затем разбрелись по комнатам Сильвия и Виола. Куда-то пропала Рикка, а Мика шумела на кухне, перемывая гору посуды. Мы остались вдвоем с Мелли, сидя в гостиной и глядя на языки пляшущего в камине огня.

   - Знаешь, а то заклятье все-таки получилось, - похвастался я перед ней. - Хотя оно и не будет работать в условиях отличных от идеальных. Так что ты оказалась права.

   - Да! А ты со мной все спорил, - она даже запрыгала в кресле. - Я хочу это видеть. Покажи!

   - Придется идти наверх. Выкладки разбросаны там по всему столу.

   - Так пойдем, - она вскочила.

   Я вздохнул. Идти никуда не хотелось, но пришлось, раз уж я сам затронул эту тему. Лестница и коридор второго этажа быстро остались позади, и мы вошли в мою комнату.

   - А здесь уютно, - сказала Мелисанда осматриваясь.

   Я, в ответ только улыбнулся, проходя к столу. Мелли последовала за мной.

   - Так всегда и представляла себе твое рабочее место. Заваленное пыльными томами, - она взяла в руки верхнюю книгу из стопки и открыла ее где-то посередине. - Чего читаешь?

   Я оглянулся через плечо, пытаясь разглядеть, что именно она держит в руках. Но увидел только медленно расширяющиеся глаза Мелли. Она аккуратно прикрыла книгу, чтобы прочитать название.

   - "Практическое разнообразие в деле зачатия детей", - процитировала она. - Вот уж что я никак не ожидала увидеть на твоем столе. - Мелисанда склонила голову набок, пытаясь разобрать названия на корешках остальных книг.

   - Это из списка, который мне выдала врач, - пожал я плечами. - Я должен освоить теоретическую базу, прежде чем переходить к практическим занятиям. Ты будешь смотреть заклятье?

   - Практические занятия... - пробормотала она. - И с кем ты их будешь проходить?

   - Понятия не имею. Но Виола просила обратиться к ней, когда я закончу с теорией.

   - Ааа, - протянула Мелисанда. - А она симпатичная.

   - Кто? - спросил я, не поняв этого странного перехода.

   - Виола.

   - Наверное. Я как-то не думал об этом.

   - Мда, - Мелли прищурилась и криво усмехнулась. - А я симпатичная? Или об этом ты тоже не думал.

   - Да. В смысле симпатичная, - в этот раз я среагировал очень быстро. Последнее прочитанное руководство настоятельно советовало сразу соглашаться, если женщина заводила вопрос о своей привлекательности.

   - Тогда я, пожалуй, могу дать тебе одно практическое занятие прямо сейчас, - она больше не щурилась и ее улыбка стала совсем иной.

   Мелисанда медленно шагнула ко мне, расстегивая верхнюю пуговицу своей форменной рубашки. Мысли словно выдуло из моей головы, и только хихиканье Дианы разносилось эхом внутри моего пустого черепа. Во рту пересохло.

   - Не стой. Помоги, - шепнула мне Мелли.

   Я протянул руки, усилием воли подавляя дрожание пальцев, и стал расстегивать пуговицы одну за другой. Наконец я закончил с этим, и ткань рубашки слегка разошлась в стороны, приоткрывая края грудей.

   - Ты такой сосредоточенный, - она хихикнула.

   Потом Мелли взяла меня ладонями за щеки и заглянула в глаза. Ее губы медленно коснулись моих.

    Риккарда Сонано, горничная

   Чертова наставница. Злость кипела в душе Рикки, грозя выплеснуться наружу. И ведь только начало получаться - молодой Гнец первый раз показал реакцию отличную от его обычного бараньего взгляда. Она уже и сцену подготовила: тонкая ночная рубашка, случайное столкновение вечером в коридоре. Что может быть лучше? Но эта проклятая аристократка ее опередила. Как же, заклятьями она интересуется.

   - Чего такая мрачная? - спросила, входящая на кухню Виола.

   - Ты ее лучше не трогай, - посоветовала врачу Мика, переворачивая пирожки. - Я вот в полнолуние также: рычу, рычу, а потом сразу кусаться кидаюсь.

   - Так, то ты, - не испугалась Виола. - Поведай доктору свои печали, дитя, - это уже Рикке.

   - Что ты хотела услышать "мамочка"? - прорычала последняя. Раздражение так и просилось наружу.

   - О. Настолько серьезно? Тогда все, - тон Виолы стал деловым. Она даже отставила в сторону стакан с водой, сделав всего один маленький глоток.

   - Да ничего особенного, - язвительно проворчала Рикка. - Просто наш молодой господин как вчера вечером заперся со своей "наставницей" в комнате, так и не выходил до сих пор.

   - Они могут заниматься магией. Он же увлекающаяся натура.

   - Ты сама-то в эту чушь веришь?

   - Нет, - вздохнула Виола.

   - Так она просто ревнует? - повернулась от плиты рыжая.

   - Я не ревную! - прорычала Рикка. - И если до чьей-то тупой головы не доходит серьезность ситуации, то моей вины в этом нет.

   - Конечно, конечно, - закивала головой Мика. - Ситуация крайне серьезная. Даже критическая. Господин Абель предпочел Рикке Мелисанду. Как же мы сможем это пережить!?

   - Я же говорю идиотка, - Рикка едва сдерживалась. - Да если бы он поимел тебя или любую девицу с улицы, я бы глазом не моргнула. Но она аристократка. Понимаешь ты это или нет!?

   - Тише, - Виола накрыла своей ладонью руку Рикки. - Он на ней не женится. Слишком большой мезальянс.

   - А что такое этот "мезалянс"? И почему не женится? - тут же поинтересовалась рыжая.

   - Мезальянс - это неравный брак. Ла не может жениться на Лу. Свадьба с Ло еще возможна, но их дети не станут полноценными наследниками. Им могут достаться средства, но не статус и положение в обществе. Хотя мечтать о подобном союзе Ло никто не мешает.

   - Как сложно? И зачем это все надо? - Мика перевернув пирожки, снова повернулась к другим девушкам. - Это потому, что у Лу мало денег? Как у нас.

   - Нет. Это из-за чистоты крови. Ты вообще что-нибудь знаешь об аристократии? - спросила Виола.

   - Не-а. Я только до пятого класса училась, - радостно сообщила Мика. - А в армии ничего не рассказывают.

   - Над каждым аристократом еще в младенчестве проводят ритуал, укрепляющий его тело и дух. И дети такого аристократа унаследуют часть его возможностей. Вот и получается, что чем чище кровь, чем больше предков в роду были укреплены подобными ритуалами тем сильнее аристократ. Потому Гнецы такие выносливые, а Денова ловкие. Ло сильнее Лу, а Ла сильнее Ли. Ребенок же от Ла и Лу станет в лучшем случае Ло, то есть ослабит свой род, - пояснила Виола.

   - Как-то глупо. Есть же много семей, которые все равно сильнее аристократов, и без всех этих запретов. Оборотни, например. Или Бездушные. Шатра. Тени, - рыжая явно не понимала.

   - Они все ущербны. Шатра не имеют ни малейших способностей к магии. Бездушные лишены эмоций. У Теней нарушено восприятие и они слишком уязвимы для ментальных атак. Оборотни страдают чудовищными перепадами настроения и спонтанными превращениями в полнолуние.

   - И ничего мы не страдаем, - буркнула насупившаяся Мика. - Надо только браслеты носить. Или вот сережки как у меня.

   - Да? - язвительно поинтересовалась Рикка, вклиниваясь в лекцию. - А если тебя ударить в полнолуние.

   - Тоже придумала. Это ж, каким дураком надо быть, чтобы бить оборотня. Да еще и в такое время, - Мика захлопала ресницами. - Короче сами виноваты.

   - Сами, сами, - примиряющее сказала Виола. - Но в том то и дело, что аристократы, имея преимущества, лишены подобных недостатков. Они лучше обычных людей физически, а иногда и духовно. Ведь способности к магии и прочие таланты тоже передаются по наследству. Поэтому и нельзя Ла жениться на Лу.

   - Нельзя и нельзя, - согласилась Мика. - А чего она тогда тут рычит, раз никакой свадьбы не будет? - рыжая показала пальцем на Рикку.

   - Потому что ее не просто так не будет, - огрызнулась та. - Думаешь, эта аристократка от великой любви в постель господина Гнеца залезла? Хочет она для себя чего то: денег, положения, должности, или еще какой протекции. И получит ведь, если господин Абель захочет. А нас за это по головке не погладят. Мы тут как раз для того и сидим, чтобы всякие посторонние в его постель не лазили.

   - Ух ты! - восхитилась чему-то рыжая. - Это если вот там, - она указала пальцем наверх, в сторону жилых комнат, - была бы я, то это мне денег и должность. А потом еще и спасибо от госпожи Марианны, - Мика мечтательно прикрыла глаза. Потом резко открыла обратно. - Не, все равно не хочу. Пусть Рикка этим занимается. За деньги и должность.

   - Что ты сказала? - накопившееся раздражение захлестнула Рикку с головой. Она стала медленно подниматься.

   - Стоп, - Виола встала между ними. - Рикка, ты ее не так поняла. Мика вовсе не хотела тебя обидеть. Иди к себе. Отдохни, - ее мягкий голос успокаивал. - Пусть сегодня работа поделается без тебя. Ничего страшного не случится.

   Рикка выдохнула и отвернулась. Злость ушла. Девушка медленно прошла через столовую и холл, поднялась по лестнице и, зайдя в свою комнату, заперла дверь.

   - Деньги и должность, - бормотала горничная, сидя с ногами на кровати. - Много эта малявка понимает. Это просто работа. Хорошо сделанная работа. Ничего больше.

   Рикка разрыдалась.

    ***

   Они встретились в баре. Молодой небритый сероглазый шатен в форме курсанта Высшей Воинской Академии Солиано и кряжистый мужчина с седыми висками лет сорока, одетый в серый мундир службы безопасности летней столицы. Впрочем, учитывая, что бар был давно облюбован представителями воинских профессий, ни тот, ни другой посетитель никакого удивления не вызывали.

   - Добрый вечер, Дерек, - поприветствовал "безопасника" шатен.

   - И тебе добрый вечер, Штефан, - кивнул тот.

   - Достал, что я просил?

   - Конечно. Но только общеизвестные факты, - плотный конверт лег на стол.

   - Разумеется. Я прекрасно знаю цену секретной информации подобного рода. И мне ведомы верноподданнические чувства, которые ты испытываешь к своему дому, - Штефан спокойно протянул руку и, взяв конверт, убрал его во внутренний карман.

   - Все смеешься.

   - А что мне остается? Расскажи в двух словах, что там.

   - Слышал что-нибудь о проекте "Двуединый"?

   - Слово вроде бы знакомое... Нет, не слышал.

   - Короче. Лет тринадцать назад задумали шишки, командующие нашим домом взять и пересадить боевые навыки от мастеров обычным людям. Чтобы, значит, получить крутую армию без затрат на обучение.

   - Погоди, но это же считалось невозможным? Перенос и освоение даже пары приемов едва ли не сложнее чем обучение им, - не удержался Штефан.

   - А это и сейчас считается невозможным, - кивнул его собеседник. - Только придумали яйцеголовые какой-то хитрый способ. Выковыривать умения так, что донор мрет, да вставлять это в головы детишкам лет пяти-шести. И не бесконечно, а всего четыре-пять копий. Тогда, вроде, детишки умения эти хорошо усваивают, потому как не забита их голова всяким хламом. Они бы, может, и новорожденных под это дело подтянули, но мозги нужны самостоятельные, чтобы принять все то, что в них пихают. Потому на таких мальцах и сошлись - ни туда, ни сюда которые. И почти получилось все это дело. Во всяком случае, результаты были такими хорошими, что несколько заявлений о перспективах уже прозвучало. Неофициальных и не очень громких, но все же. Вот тогда наш главнокомандующий и отправил под такую обработку своего наследника.

   - Абеля, - пробормотал Штефан. - Интересно, не жаль ему сына было?

   - Так риск минимален. Вроде все уже на мази. Опять-таки протянешь годик, и он уже слишком взрослым станет. А политические дивиденды с этого дела ой-ой-ой какие были.

   - Да, такое вполне возможно.

   - Ну, так вот. Спустя несколько месяцев и повыплывало потихоньку то, что раньше не замечали. Не доглядели чего-то, и вместе с навыками пришла в головы ребятам гадость всякая - эмоции чужие или еще что. Там в бумагах несколько версий описано, но мне больше нравиться та, которая говорит, что весь этот мусор нужен был для связывания навыков боя воедино, и без него они в кучку не собирались и работать отказывались. Короче, поехала крыша у детей. У всех. Только у кого-то раньше, а у кого-то позже. Проект прикрыли, а информацию о нем не засекретили, а забросали другими новостями по-тихому. Один сын главнокомандующего и пережил это. Если можно так выразиться.

   - А почему он? Самый везучий? Не мог кто-то еще выжить? - заинтересовался Штефан.

   - Насчет выжить не знаю. А почему он? Так это просто. Знания ему пересаживал самый главный мозгоправ. Он же и наблюдал за мальчишкой постоянно. Слепок для этого брали тоже не абы какой. Все лучшее. Вот крыша и протекла не так сильно как у остальных.

   - Но все же протекла.

   - Ага. Его три года лечили, прежде чем признали вменяемым. Да и посейчас, говорят, он не совсем в порядке.

   - Есть такое. Он немного странный, - Штефан с новой стороны посмотрел на чудачества Абеля. Пережить такое и остаться в своем уме. Для этого нужна немалая сила воли.

   - Во-во, - прокомментировал собеседник.