— Поль, — обратилась Софи к кузену, — почему тетя и мама о чем-то все время шепчутся? Мама плачет, да и тетя тоже. Ты не знаешь, в чем дело?

ПОЛЬ

— Нет, не знаю. Впрочем, я слышал как-то, что мама сказала тете: «Это ужасно — покидать родных, друзей и страну!», а тетя добавила: «Особенно ради Америки».

СОФИ

— Так что это значит?

ПОЛЬ

— Наверное мама и тетя собираются в Америку.

СОФИ

— А почему это ужасно? Наоборот, это очень интересно. В Америке мы увидим черепах.

ПОЛЬ

— И дивных птиц. Там есть вороны, не только черные, как наши, а всех цветов: красные, оранжевые, синие, фиолетовые, розовые.

СОФИ

— И попугаи, и колибри. Мама мне говорила, что их много в Америке.

ПОЛЬ

— А потом там живут дикари: черные, желтые, красные.

СОФИ

— Ой, дикарей я боюсь! Они могут нас съесть.

ПОЛЬ

— Ну мы же не будем жить среди дикарей. Мы их увидим, когда они будут гулять по городу.

СОФИ

— А зачем нам ехать в Америку? Нам и здесь очень хорошо.

ПОЛЬ

— Нам здесь прекрасно! Я тебя вижу очень часто, наши усадьбы рядом. Но что будет хорошо в Америке, так это то, что мы будем жить все вместе. Поэтому я полюблю Америку.

СОФИ

— Смотри, вон мама прогуливается с тетей. Они опять плачут. Меня ужасно огорчает, когда я вижу, что они плачут. Они уселись на скамейку. Пойдем их утешим!

ПОЛЬ

— Как мы их утешим?

СОФИ

— Не знаю, но давай все же попробуем. Дети побежали к мамам.

— Мамочка, почему вы плачете? — спросила Софи.

Г-жа де РЕАН

— Малышка моя, ты еще не поймешь моего горя.

СОФИ

— Я все понимаю. Вам не хочется ехать в Америку, так как вам кажется, что меня это очень огорчит. Но ведь тетя и Поль тоже едут с нами. Так чего же огорчаться, мы и там будем счастливыми. А потом, я очень люблю Америку, это очень красивая страна.

Г-жа де Реан удивленно посмотрела на свою сестру, г-жу д'Обэр, и невольно улыбнулась, слушая, как Софи рассуждает об Америке, о которой она ничего и знать не могла.

Г-жа де РЕАН

— Кто тебе сказал, что мы едем в Америку? И почему ты думаешь, что это такое горе для нас?

ПОЛЬ

— Это я сказал тетя. Я слышал случайно, как вы говорили об отъезде в Америку и вы плакали при этом. Но Софи права, мы все будем очень счастливы в Америке, если будем жить вместе.

Г-жа д'ОБЭР

— Мои дорогие дети! Ваши догадки правильны — мы действительно должны ехать в Америку.

ПОЛЬ

— А зачем, мама?

Г-жа д'ОБЭР

— В Америке жил наш друг господин Фишини. Он умер. У него не было родных. Он был очень богат и оставил нам все свое состояние. Твой папа и отец Софи должны ехать в Америку, чтобы вступить в права наследства. А мы, твоя тетя и я, не хотим их отпускать одних. Но, конечно, нам очень грустно оставлять своих родных, друзей и наши края.

СОФИ

— Но это же не на все время.

Г-жа де РЕАН

— Нет, но на год, а, может быть, два.

СОФИ

— Но, мамочка, зачем же из-за этого плакать? Подумайте, тетя и Поль все время будут с нами. Папа и дядя будут очень довольны, что мы с ними.

Г-жа де Реан и г-жа д'Обэр поцеловали детей.

— Они правы, наши малыши! — сказала г-жа де Реан сестре. — Мы будем вместе и два года пролетят незаметно.

После этого разговора они больше не плакали.

— Вот видишь, как мы их утешили! Я заметила, что детям совсем нетрудно утешать своих мам, — пояснила Софи Полю.

— Потому что они их любят, — ответил Поль.

Несколько дней спустя они поехали с прощальным визитом к Камилле и Мадлен де Флервиль, которые ужасно удивились, узнав, что Софи и Поль уезжают в Америку.

— Надолго вы уезжаете? — спросила Камилла.

СОФИ

— На два года. Это же так далеко.

ПОЛЬ

— Когда мы вернемся, Софи будет шесть лет, а мне восемь.

МАДЛЕН

— Мне тоже будет восемь, а Камилле — девять лет.

СОФИ

— Ой, какая ты будешь старая, Камилла! Девять лет!

КАМИЛЛА

— Привезите нам из Америки какие-нибудь

забавные штучки.

СОФИ

— Хочешь, я тебе привезу черепаху?

МАДЛЕН

— Черепаху? Зачем? Она глупа и уродлива. Поль не мог удержаться от смеха.

— Что ты смеешься, Поль? — спросила Камилла.

— У Софи была черепаха. И когда я ей сказал те же слова, она на меня ужасно рассердилась.

КАМИЛЛА

— А что стало с этой черепахой?

ПОЛЬ

— Она умерла после того, как мы ее искупали в пруду.

КАМИЛЛА

— Бедное животное. Жалко, что я ее не видела.

Софи не любила, когда напоминали о черепахе и, переводя разговор, позвала всех в поле собирать букеты. Но Камилла предложила пойти в лес за ягодами и все с радостью согласились. Ягод им попалось много, они ели с удовольствием. Так прошло два часа и настала пора расставаться. Софи и Поль пообещали привезти из Америки попугаев, колибри, цветы и ягоды. Софи даже обещала привезти маленького дикаря, если ей захотят его продать.

На следующий день они продолжали прощальные визиты и делали покупки в дорогу.

Г-н де Реан и г-н д'Обэр ожидали своих жен и детей в Париже.

Печальным был день отъезда. Софи и Поль плакали, расставаясь с усадьбой, слугами, жителями деревни.

«Может быть, мы никогда не вернемся сюда» — думали они.

Провожающие тоже об этом думали и всем было грустно.

Мамы и дети сели в карету, запряженную почтовыми лошадьми. Няни и горничные ехали в другом экипаже. Они выехали утром, на час остановились в дороге, чтобы позавтракать и к обеду приехали в Париж, где намечено было провести неделю, сделать все необходимые покупки для дороги и для пребывания в Америке. В течение недели дети очень весело развлекались. Они гуляли с мамами в Булонском лесу, побывали в Тюильри и Зоологическом саду. Они накупили всего, что нужно: одежду, шляпы, туфли, перчатки, книжки, игрушки, провизию в дорогу. Софи хотелось купить всех животных, которые продавались. Она даже просила маму купить маленьких жирафчиков в Зоологическом" саду. Полю хотелось иметь все книжки и все картинки для раскрашивания. Каждому из них купили по саквояжу для их туалетных принадлежностей и игр, таких как домино и шашки.

Наконец, наступил день отъезда в Гавр, где они должны были сесть на корабль, идущий в Америку. Но, приехав в Гавр, они узнали, что их судно, под названием «Сивилла», будет готово к отплытию только через три дня.

Эти три дня были посвящены прогулкам по городу: они бродили по улицам, любовались водоемами, гуляли по набережным, где было много продавцов попугаев, обезьян и других даров Америки, что очень забавляло детей.

Если бы г-жа де Реан выполняла все просьбы Софи, то ей пришлось бы купить не менее десяти обезьянок, столько же попугаев и многое другое. Но мама отказала Софи, не вняв ее мольбам. Эти три дня пролетели, так же, как восемь дней в Париже, так же, как четыре года жизни Софи и шесть лет жизни Поля — пролетели безвозвратно. Покидая любимую Францию, г-жа| де Реан и г-жа д'Обэр плакали. Г-н де Реан и г-н д'Обэр, тоже невеселые, пытались утешить своих жен, обещая им сократить пребывание в Америке настолько, насколько это будет возможно. Софи и Поль были довольны. Единственное, что их огорчало, это вид плачущих мам. Они были на корабле, который уносил их в даль — в бескрайний океан, полный опасностей и приключений. Вскоре их разместили по каютам. В каждой каюте были по две кровати, туда принесли их чемоданы. Софи поместили вместе с г-жой де Реан, Поля с г-жой д'Обэр, а одна каюта была отведена г-ну де Реан и г-ну д'Обэр. Ели они за столом капитана. Софи покорила сердце капитана она напоминала ему маленькую дочурку Маргариту, оставшуюся во Франции. Капитан охотно общался с Софи и Полем, он объяснял им, как плавает корабль по воде, как ускоряют или замедляют его ход паруса и многое другое. Поль все время повторял:

— Когда я вырасту, то стану моряком и буду плавать вместе с капитаном.

СОФИ

— Нет! Я не хочу, чтобы ты был моряком: ты все время должен быть рядом со мной.

ПОЛЬ

— Но ведь мы можем плавать на корабле вместе.

СОФИ

— Нет! Я не могу покинуть маму. Я всегда буду с ней, а ты всегда будешь со мной. Понял?!

ПОЛЬ

— Понял. Раз ты хочешь — я останусь с тобой.

Путешествие было долгим. Оно длилось много, много дней.

Если вы хотите узнать, что произошло с Софи — попросите ваших мам почитать вам книгу «Примерные девочки», а если вам интересно, что стало с Полем, то прочитайте книгу под названием «Каникулы». Там вы встретитесь с ним.