Политические солдаты Гитлера

Семенов Константин Константинович

СА — Штурмовые отряды Национал-социалистической немецкой рабочей партии — вошли в историю Германии, при этом их существование окружено тайнами и мифами. Кем же были штурмовики — банальными преступниками, борцами за социализм или же политическими солдатами Гитлера? Немецкий историк Вальтер Герлиц, в целом негативно относившийся к СА, дал им очень точное определение — «новые формирования, служившие не государству, а идее, новой социорелигиозной доктрине спасения…».

 

К.К. СЕМЕНОВ

Политические солдаты Гитлера

 

Предисловие

Ранняя история национал-социализма в Германии неразрывно связана с историей Штурмовых отрядов НСДАП. Появление Штурмовых отрядов (СА от нем. — Sturmabteilungen) не стоит напрямую связывать с идеологией национал-социализма, по своей сути они были закономерным явлением 20-х гг. прошлого века. Аналогичные группы боевиков создавались всеми партиями и союзами послевоенной Германии. Атмосфера ненависти и насилия, царившая в Европе, просто требовала образования подобных групп. Спустя 10 лет штурмовики стали политическими солдатами Адольфа Гитлера. Этот термин был впервые использован в уставе СА 1931 г. Несмотря на столь одиозное название, даже после прихода к власти СА были носителями революционного духа борьба борьбы за власть 1923–1933 гг. Были… До 1 июля 1934 г.

Приход Гитлера к власти 30 января 1933 г. сделал СА всемогущими. Ряд ветеранов СА попали в эшелоны власти Третьего рейха и приняли активное участие в утверждении нового порядка в Германии. Занимая видное положение в структуре государственного управления, они, тем не менее, считали себя в первую очередь штурмовиками и лишь затем государственными чиновниками. Недовольство штурмовиков действиями канцлера Гитлера и неприязнь к СА, которую испытывали многие власть имущие в Германии, стали главными причинами уничтожения лидеров СА летом 1934 г.

Трагические события 30 июня 1934 г., в истории получившие название «Ночи длинных ножей», сделали сильнейшую в мире военизированную партийную организацию придатком немецких вооруженных сил. СА были обезглавлены, подавлены и сокращены в несколько раз. Кровавая бойня, организованная окружением Гитлера, однако, не лишила последнего поддержки СА. Для большинства штурмовиков он как был, так и остался фюрером. В годы Второй мировой войны штурмовики приняли активное участие в военных действиях, они сражались и гибли на всех европейских театрах боевых действий, служа во всех родах войск.

Снижение роли СА в общественно-политической жизни Германии 1934–1945 гг. стало причиной отсутствия интереса у большинства историков к самой организации СА и недостатка серьезных исторических исследований по этой теме во всей Европе. Читатели России находятся еще в более незавидном положении — крайняя одиозность скупых публикаций об СА в нашей стране наглядно демонстрируется измышлениями одного из «специалистов» по Третьему рейху — «… в ходе настоящей бандитской «разборки» Гитлер «замочил» в «Ночь длинных ножей» 30 июня 1934 года ставших опасными ему своих недавних сообщников-штурмовиков во главе с закадычным «братком» Эрнстом Рёмом…». Интерес же отечественных журналистов к СА покоится в первую очередь на жажде сенсаций, зачастую грязных и мерзких. Единственное из истории СА, что попало в поле их зрения, — гомосексуализм.

Единичные случаи мужеложества родили в воспаленных умах гипотезу, опровергнутую самой историей.

В ходе Нюрнбергского процесса, вопреки желанию советской стороны, Штурмовые отряды НСДАП преступной организацией признаны не были, и даже их действия времен периода борьбы (1921–1933 гг.) не были подвергнуты осуждению.

Кем же были СА на самом деле? Банальными преступниками, борцами за социализм или же политическими солдатами Гитлера? Истина лежит где-то посередине. На мой взгляд, немецкий историк Вальтер Герлиц, в целом негативно относившийся к СА, дал им очень точное определение: «Новые формирования, служившие не государству, а идее, новой социорелигиозной доктрине спасения…».

 

Первая мировая война и послевоенная Германия

Первая Мировая война 1914–1918 гг. сыграла заметную роль в судьбах европейских государств. Поводом для ее начала стало убийство наследника австрийского престола эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево 28 июня 1914 г. Темные силы мира направили руку сербского фанатика, и пламя войны заполыхало по всей Европе. Воспользовавшись убийством эрцгерцога как предлогом, Австро-Венгрия предъявила Сербии неприемлемый ультиматум, а затем 28 июля 1914 г. объявила войну. Спустя несколько дней, 1 августа, Германия объявила войну России. На следующий день немецкие войска оккупировали Люксембург. Днем позже Германия объявила войну Франции, а на следующий день вторглась в Бельгию. Вскоре в войну вступила Великобритания. К концу августа 1914 г. сильнейшая азиатская держава — Япония объявила войну Германии.

В середине августа 1914 г. Русская армия начала Восточнопрусскую наступательную операцию. 8-й немецкой армией в Восточной Пруссии командовал генерал Пауль фон Гинденбург, а его начальником штаба был Эрих Людендорф. Немецкие генералы смогли провести русских. Одна из наступавших русских армий была почти уничтожена. Эта победа овеяла Гинденбурга и Людендорфа громкой славой, позволив им и после войны добиться определенных успехов на политическом поприще. Вскоре началась война за африканские колонии Германии, однако главные театры боевых действий все же оставались в Европе. 18 августа 1914 г. русские войска Юго-Западного фронта перешли в наступление и вскоре достигли берегов реки Сан. В начале сентября 1914 г. немецкие войска на Западном фронте перешли в наступление на участке Верден — Париж. Это наступление стало позже известно как «битва на Марне». Пять немецких армий не смогли потеснить шесть армий союзников — 8 сентября наступающие немецкие войска были остановлены, а затем были вынуждены отступить к реке Эна. После этого на Западе настал период позиционной войны.

В конце октября 1914 г. нейтральная Турция вступила в войну. Турецкий флот, поддержанный несколькими немецкими кораблями, внезапно атаковал русское побережье. Осенью же русская армия начала широкомасштабную Варшавско-Ивангородскую операцию и добилась определенного успеха. В новом, 1915 г. немецкая армия перенесла центр своих усилий на Восточный фронт: в апреле началось крупное наступление германских войск в районе Горлицы, на фронте 3-й Русской армии. В конце апреля немцы начали наступление и на Западном фронте, применив газы у Ипра. В мае 1915 г. в войну на стороне Антанты вступила Италия, но слабая итальянская армия не помогла военным усилиям союзников.

Летом 1915 г. немцы заняли территорию почти всего Царства Польского, но потеряли все свои колонии в юго-западной Африке. В сентябре 1915 г. Германией был подписан Четверной пакт — союзный договор с Австро-Венгрией, Болгарией и Турцией. После подписания договора болгарская армия вступила в войну, напав на Сербию. В феврале 1916 г. немецкие войска перешли в наступление на Западном фронте, сделав неудачную попытку захватить Верден. По требованию французского командования Русская армия в середине марта 1916 г. провела Двинскую наступательную операцию для отвлечения внимания немцев от Вердена. В конце мая состоялся знаменитый Ютландский морской бой между английским и немецким флотами, окончившийся номинальной победой англичан.

4 июня армии русского Юго-Западного фронта перешли в наступление на позиции австро-венгерских войск. В июле 1916 г. уже англо-французские войска перешли в наступление на Сомме. Успех операции был небольшим, но потери просто огромными. Через месяц к Антанте присоединился еще один горе-союзник — Румыния. В сентябре 1916 г. на Западном фронте англичанами были впервые использованы танки, позже ставшие отдельным родом войск. К концу 1916 г. на фронтах Первой мировой войны 425 дивизиям стран Антанты противостояли 331 дивизия стран Четверного договора.

6 апреля 1917 г. в войну на стороне Антанты вступила Америка, нажившая огромный капитал на военных поставках в воюющие страны. В июне к странам Антанты присоединилась Греция, рассчитывавшая увеличить свою территорию за счет балканских союзников Германии. 1 июля 1917 г. боеспособные части Русской армии предприняли свое последнее наступление, выполняя обязательства перед союзниками. Почти через две недели после этого, 19 июля 1917 г. немецкий рейхстаг принял резолюцию о заключении «мира по соглашению». Германия устала от войны…

За несколько лет войны в ней приняли участие армии 38 государств мира. Война дорого обошлась странам-участницам, но основное бремя легло на Россию, Германию и Австро-Венгрию. В результате войны в этих государствах Европы произошли революции и вооруженные восстания. Первой и самой значимой была Февральская революция в России, вызвавшая в марте 1917 г. отречение императора Николая II. На смену царю-батюшке пришло Временное правительство, собранное из членов различных партий. Триумф «демократии» в России вызвал подъем социалистического движения и в Европе. Так, в апреле 1917 г. немецкий союз «Спартак» (основан в конце 1915 г.) провел ряд антиправительственных выступлений по всей Германии. 3 августа 1917 г. экипажи судов немецкого военно-морского флота подняли вооруженное восстание, под держанное спартаковцами. Чуть позже произошел раскол сильной социал-демократической партии Германии. Ее леворадикальное крыло образовало независимую социалистическую партию Германии. Выступления левых были подавлены, и император Вильгельм II сумел совладать с ситуацией и пока удержался на троне.

Тем временем в России прогремела новая революция: в результате вооруженного переворота 25 октября 1917 г. к власти в России пришли советы рабочих и солдатских депутатов и партия большевиков, возглавляемая Ульяновым-Лениным. После этого в стране началась Гражданская война и красный террор. Первым декретом нового правительства стал декрет о мире, но фактически перемирие между Россией и Германией было заключено лишь 2 декабря 1917 г. Армия Германии в это время хоть и находилась в незавидном положении, но ее войска все еще продолжали удерживать занятые территории во Франции, Бельгии, на Балканах, на Украине, в Польше и в Прибалтике. В конце февраля 1918 г. германские войска перешли в наступление на Восточном фронте и, практически не встретив сопротивления, заняли 25 февраля Ревель (ныне Таллин) и 28 февраля — Псков. Таким образом, возникла реальная опасность выхода немцев к Петрограду. Большевики засуетились и 3 марта 1918 г. подписали в Брест-Литовске позорный для России мир.

Соприкасаясь на оккупированной территории бывшей Российской империи с большевиками, уже тогда мечтавшими о мировой революции, германские войска вскоре заразились большевизмом. Полный развал армии, унижение офицеров и всеобщий грабеж нашли своих сторонников и среди подданных кайзера. Сравнительная легкость установления советской власти в России стала примером для активизации деятельности социалистов в Германии. Как и в России, их главным врагом стал император Вильгельм и крупный капитал. Ведение войны против союзников в этой ситуации становилось все более опасным делом, и даже милитаристские круги Германии стали склоняться к миру. Верхушка германской армии надеялась выторговать более выгодные условия мира с помощью демонстрации мощи германского оружия. Так, в конце октября 1918 г. германский ВМФ получил приказ выйти в море. В ходе войны большая часть флота не вела активных боевых действий, и перспектива погибнуть в конце войны матросам вовсе не улыбалась. Кроме этого, среди матросов умелую агитационную работу вели и спартаковцы, знавшие, что в России матросы стали авангардом революции. По этим причинам 28 октября 1918 г. в Киле матросы отказались выйти в море и, подняв красные флаги, начали мятеж. Вскоре к мятежу присоединились флотские экипажи в Бремене, Гамбурге и Любеке. Первыми жертвами мятежа стали морские офицеры, верные присяге. По аналогии с советской Россией мятежники организовали советы рабочих и моряков, а также создали народную морскую дивизию, чьи подразделения прибыли вскоре и в Берлин.

Мятеж флота положил начало эскалации революции в Германии. В начале ноября 1918 г. страну захлестнули многочисленные стачки, резко увеличилось количество сторонников союза «Спартак». 8 ноября во втором по значимости в Германии королевстве «Бавария» отрекся правящий монарх из дома Вительсбахов, а на следующий день отрекся король Пруссии и император Германии Вильгельм II Гогенцоллерн. 9 ноября 1918 г. один из лидеров социал-демократической партии Германии Густав Шейдеманн объявил о создании Германской республики по иронии судьбы в этот же день лидер союза «Спартак» Карл Либкнехт провозгласил Германскую социалистическую республику. Законное правительство, т. е. правительство Германской республики, было создано Фридрихом Эбертом из членов республиканской и социал-демократической партий. Эберт также договорился о поддержке нового режима с заместителем начальника штаба Имперской армии генералом Вильгельмом Гренером. 11 ноября 1918 г. немецкая делегация подписала с союзниками перемирие на переговорах в Компьене, после чего германская армия начала уходить с оккупированной территории на Западе и частично на Востоке.

 

Добровольческие корпуса. Первый шаг к штурмовым отрядам

Несмотря на видимые успехи новой власти, к концу года в ее распоряжении оставалось все меньше и меньше надежных армейских частей. Части прежней армии еще могли сгодиться для отражения внешней агрессии, но для действий внутри страны они уже почти не годились. Умеренные социалисты из правительства начали опасаться восстания спартаковцев и других левых радикальных групп и повторения опыта русской революции. В целях создания верных и боеспособных воинских частей руководство республиканской армии разрешило 27 ноября 1918 г. формировать подразделения из добровольцев. Спартаковцы ответили на это созданием советов рабочих и матросов по всей Германии.

В это тревожное время в Германии появились уникальные добровольческие формирования — так называемые фрайкоры (от нем. Freikorps — добровольческий корпус, далее ДК). Один из современников сказал о чинах фрайкоров, что это «люди, которые так и не смогли демобилизоваться психологически». Фрайкоры существовали в германской истории и ранее: к примеру, в Освободительную войну 1813 г. — Добровольческий корпус Адольфа Фрейхерра фон Лютцова. В то же время аналогичные фрайкорам подразделения после Февральской революции существовали и в Русской армии под названием «Ударные батальоны» и «Части смерти».

Прообразом фрайкоров принято считать созданную губернатором Киля Густавом Носке «Железную бригаду» из верных республике офицеров, старшин и матросов. Первым же фрайкором в полном смысле этого слова считается Добровольческий ландъегерьский корпус генерала Людвига Меркера, созданный в начале декабря 1918 г. на основе добровольцев 214-й пехотной дивизии. В течение декабря были организованы еще несколько фрайкоров — «Потсдам», «Рейнхард», «Хельд», «Гюльзен» и знаменитая гвардейская кавалерийская стрелковая дивизия. При создании большинство фрайкоров получали название по фамилии своего командира к примеру: ДК «Пфеффер фон Саломон», «фон Хейдебрек», «Хельд» и «Гюльзен», другие по месту создания или дислокации ДК: «Потсдам», «Тильзит» и «Байройт». Изредка ДК получал название от подразделения, чьи чины составляли большинство в ДК, к примеру, добровольческий корпус V армейского корпуса или же гвардейская кавалерийская стрелковая дивизия.

23 декабря 1918 г. в Берлине части народной морской дивизии (созданной из леворадикальных матросов) и спартаковцы подняли мятеж. В ходе мятежа левые штурмовали здания военной комендатуры и имперской канцелярии. Восстание было плохо организовано и поэтому было быстро подавлено. На следующий день независимая социалистическая партия вышла из состава правительства, которое в свою очередь 27 декабря назначило Густава Носке имперским министром обороны. Спустя еще три дня союз «Спартака» сменил название и стал называться коммунистической партией Германии (далее КПД). Независимые социалисты приняли решение о соединении с КПД в единый фронт. 5 января 1919 г. коммунисты и социалисты вышли на демонстрацию в Берлине под красными флагами. Левые и их сторонники заняли центр города и начали угрожать правительству. На следующий день правительство Эберта официально признало добровольческие корпуса и призвало их защитить «право, порядок и границы республики». Умеренный социалист Эберт и его республика не вызывали у членов фрайкоров ни малейших симпатий. Основная масса чинов добровольческих корпусов была монархистами или в крайнем случае придерживалась националистических взглядов. Но в рядах добровольцев царила такая ненависть к коммунистам, что она легко перебила все сомнения. 9 января КПД начала вооруженное восстание в Берлине. На следующий день 10 добровольческих корпусов подошли к внешним границам города. Вскоре начался штурм.

12 января добровольцы уже вели бои по всему городу, стараясь сломить очаги сопротивления левых. После разгрома мятежников фрайкоровцы приступили к казням пойманных коммунистов. 15 января в руки добровольцев попали лидеры КПД Карл Либкнехт и Роза Люксембург. Оба главаря были спешно казнены самым жестоким образом.

Тем временем, 19 января 1919 г. в Веймаре собрались представители нового национального собрания Германии. По месту проведения съезда новая буржуазно-демократическая республика получила название Веймарской. В состав республики вошли 15 земель (прежние государства Германской империи) и 3 вольных города. Президентом республики был утвержден Эберт, а правительство возглавил уже упоминавшийся Штрейземанн. Интересно отметить, что охрану съезда несли части фрайкоров генерала Меркера. В эти же дни до Веймара докатились слухи о произволе фрайкоров в Берлине, и 20 января правительство потребовало от фрайкоров немедленного выхода из Берлина. Гуманность правительства была вызвана опасениями, что расправившись с коммунистами, фрайкоры примутся и за демократов.

Чтобы смягчить последствия отзыва из Берлина, Носке в конце января поручил фрайкорам разгромить мятежных матросов и коммунистов в городах Бремене, Вильгельмсхафене и Гамбурге. На усмирение этих городов были отправлены три морские добровольческие бригады (1–3, 1-я ранее называлась «железной») и ландъегерский корпус Меркера. В начале февраля фрайкоры достигли Бремена и 4 числа вступили в бой за него. После упорных боев мятежники были разгромлены, а остальные восставшие города поспешили признать власть республики. К концу февраля на территории Германии возникли новые очаги коммунизма, в основном в промышленных городах. Генерал Меркер получил приказ отправиться на их подавление. Успехи первых фрайкоров положили начало созданию добровольческих частей по всей Германии, и скоро число фрайкоров достигло нескольких сотен.

1 марта 1919 г. части генерала Меркера взяли Халле, а затем отправились в «турне» по другим городам Германии. Через два дня коммунисты и левые начали в Берлине забастовку, правительство в ответ ввело чрезвычайное положение и вновь призвало на помощь фрайкоры. Спустя еще два дня части народной морской дивизии, находившиеся в Берлине, подняли вооруженный мятеж, который был поддержан коммунистами. Войдя в Берлин, части фрайкоров вступили в уличные бои с мятежниками. Некоторые очаги сопротивления левых держались вплоть до 13 марта, но фронтовой опыт добровольцев сыграл решающую роль в разгроме мятежа. Тем временем другие добровольческие корпуса продолжали громить левых по всей Германии. 10 апреля 1919 г. фрайкоры взяли Магдебург, 14 апреля — Дрезден, 18 апреля — Брауншвейг, 11 мая — Лейпциг и 18 июня — Эрфурт.

Существование фрайкоров и усиление их мощи очень беспокоили правительство республики, но оно прекрасно отдавало себе отчет в том, что добровольческие корпуса представляют единственную реальную силу, способную обуздать левых. Поэтому Учредительное собрание республики 6 марта 1919 г. объявило о создании вооруженных сил республики — рейхсвера и военно-морских сил — рейхсмарине. Территория республики была разделена на два крупных территориальных командования — Группенкомандо I «Север и Восток» и II «Юг и Запад», которые в свою очередь делились на военные округа.

Изначально планировалось, что рейхсвер будет состоять из 24 бригад и ряда вспомогательных формирований. В апреле количество бригад увеличилось до 29, а к лету 1919 г. — до 40 бригад. Летом 1919 г. численность рейхсвера превысила 500 000 человек, правда, включая части пограничной охраны. Ряд фрайкоров был включен в рейхсвер независимыми подразделениями; так, фрайкор «Гюльзен» стал 3-й бригадой рейхсвера, а ландъегерский корпус Меркера — 16-й бригадой. Более мелкие фрайкоры были преобразованы в полки и батальоны рейхсвера. По самым скромным подсчетам, численность бывших бойцов добровольческих корпусов в рейхсвере в мае 1919 г. превысила 150 000 человек.

28 июня 1919 г. в Версале Германия подписала мирный договор с союзниками. Этот договор вскоре стал известен как Версальский. Согласно этому договору Германия потеряла 13 % своей довоенной территории. На западе Эльзас был передан Франции, Мальмеди и Эйпен Бельгии, а Саарская область на 15 лет была передана под управление Лиги наций. Левобережье Рейнской области и 50 км от правого берега Рейна, было объявлено демилитаризованной областью. На востоке Германия потеряла Познань, часть Западной Пруссии и Поморья. Города Мемель и Данциг были объявлены свободными городами. Кроме этого, были отменены результаты Брестского мира. Переговоры продолжались вплоть до конца 1919 г., и лишь 10 января 1920 г. Германия ратифицировала Версальский договор. Условия этого договора были настолько унизительны, что вызвали бурную реакцию по всей Германии. Особенно негодовали военные — Германии было запрещено иметь авиацию, а численность рейхсвера потребовали сократить до 100 000 человек. Позже практически все историки сойдутся, что именно Версальский мир породил национал-социализм. Так, к примеру, английский историк Джон Фуллер считал, что: «…нет никакого сомнения… в том, кто и что вызвали к жизни Гитлера. Это Клемансо, бесконтрольный, но все контролирующий председатель мирной конференции, и его шедевр — Версальский договор».

В начале марта 1920 г. в жизни Германии произошло одно важное событие. Как уже отмечалось Версальский договор вызвал негативную реакцию среди военных. Некоторые из них, отличавшиеся крайне правыми взглядами и ранее служившие во фрайкорах, вступили в сговор с целью добиться отмены Версальского договора. Во главе заговора встали генерал от инфантерии барон Вальтер фон Лютвиц, ранее возглавлявший одноименный ДК, а ныне являвшийся командиром Группенкоммандо первый крупный землевладелец Вольфганг Капп. Вечером 10 марта 1920 г. генерал фон Лютвиц потребовал от президента Эберта отказаться от соблюдения условий Версальского договора. Эберт снял Лютвица с должности и отказался идти на конфликт с союзниками. Лютвиц проигнорировал свое отстранение и приказал 2-й и 3-й морским бригадам начать наступление на Берлин. Правительство Эберта оставило Берлин и потребовало от командующего рейхсвером генерала-полковника Ганса фон Секта подавить выступление Каппа-Лютвица. Генерал фон Сект надменно ответил Эберту, что «солдаты в солдат не стреляют» (Truppe schiesst nicht auf Truppe).13 марта 2-я морская бригада, не встретив вооруженного сопротивления, вошла в Берлин. Здесь восставшие объявили о создании своего правительства во главе с Вольфгангом Каппом. Вопреки всем ожиданиям, к восставшим присоединилось небольшое количество военных, а профсоюзы и левые начали очередную забастовку, в которой участвовало около 1 200 000 человек по всей Германии. Спустя четыре дня путч сошел на нет и Капп бежал в Швецию, бросив своих сторонников.

В середине марта 1920 г. КПД и независимые социал-демократы подняли вооруженный мятеж в Рурской области. Можно смело сказать, что мятеж был спровоцирован капповским путчем. Рурские мятежники захватили власть в Эссене и Дортмунде и вскоре организовали прекрасно вооруженную Рурскую красную армию. Численность этой армии превышала 50 000 человек, и ее части позднее захватили Дюсельдорф и Дуйсбург. Успех мятежников объясняется тем, что Рур входил в демилитаризованную зону и на его территории практически не было частей рейхсвера. Слабые местные фрайкоры и полиция были быстро разгромлены восставшими. Командующий 6-м военным округом рейхсвера генерал фон Ваттер призвал на помощь части добровольческих корпусов. До конца марта правительство Эберта пыталось найти компромисс и не допустить столкновения в Рурской области между военными и левыми, но последние, чьи силы еще больше увеличились, были непреклонны. 3 апреля 1920 г. части фрайкоров начали наступление на Рурскую республику. Добровольцы были разделены на три оперативные группы: с севера наступали ДК «Дюсельдорф», «фон Аулок», 3-я морская бригада и штурмовой отряд Россбаха; с юга наступали баварские ДК «фон Эпп», «фон Овен» и «Оберланд». Третья группа наступала из Мюнстера, в ее состав входили ДК «Габке», «Геттинген», «Гинденбург», «Северин» и добровольческий отряд Хааса. После 5 дней боев Рурская красная армия, несмотря на численное превосходство, была разгромлена, части фрайкоров погнали деморализованные отряды левых в сторону французской границы. Это привело к вступлению союзников на территорию Рурской области. Фрайкоры были вынуждены уйти из Рура вглубь Германии. Союзники увидели во фрайкорах реальную силу, способную противостоять им. Союзная комиссия потребовала от Веймарского правительства срочного роспуска и запрещения всех полувоенных организаций. Правительство Эберта пошло навстречу требованиям союзников, распустило фрайкоров и потребовало от всех организаций сдать имеющееся у них оружие.

 

Фрайкоры против иностранцев в 1918–1923 гг

Помимо внутренних врагов — коммунистов и левых парти — добровольческие корпуса сражались и с внешними врагами — иностранцами. Первым врагом фрайкоров стали польские националисты. 16 ноября 1918 г. было провозглашено новое польское государство. Его армия вначале состояла из легионов созданных после начала Первой мировой войны в русской и австрийской армиях. Лидером польской военщины стал Юзеф Пилсудский. Вскоре на территориях, заселенных поляками, стали создаваться отделы Польской военной организации. Эта организация ставила целью объединение всех земель, где преобладали поляки, в единое государство. Поляки потребовали от Германии передачи округа Познань, Восточной и Западной Пруссии и Силезии. Германское правительство отказало полякам, а радикально настроенные военные вновь образовали три добровольческих корпуса, два добровольческих отряда пограничной стражи и знаменитый штурмовой отряд Россбаха. В конце декабря

Герхард Россбах

Эдмунд Хайнес со своими сослуживцами по Добровольческому корпусу Россбаха

1918 г. на территории округа Познань польская военная организация (далее ПОВ) подняла вооруженный мятеж. В новом году Познань была отбита фрайкорами, а уже в конце января 1919 г. немецкие добровольцы перешли в наступление. Так, 2 февраля 1919 г. отряд Россбаха с боем захватил Хелмно и продолжил наступление на поляков. Энергичные действия добровольцев вызвали опасения союзников, и они потребовали немедленного возвращения фрайкоров в места дислокации. К концу февраля фрайкоры вернулись на исходные позиции.

Почти полгода после этого поляки не проявляли активности и боролись в основном с Советской Россией. Тем не менее, в середине августа 1919 г. ПОВ подняла новый мятеж, теперь уже на территории Верхней Силезии. В мятеже приняло участие около 22 000 польских боевиков. В начале им противостояло 14 000 фрайкоров и слабая немецкая полиция. Бои продолжались в течение недели и закончились полной победой фрайкоров. Польская организация опять у шла в подполье. Однако ситуация в Силезии продолжала оставаться взрывоопасной, и в феврале 1920 г. сюда прибыла союзная комиссия, а затем и англо-итало-французские войска. Союзники надеялись, что прибывшие войска станут гарантами стабильности в регионе.

Примерно через год ПОВ начала подготовку к новому мятежу. Местные фрайкоры были к этому времени уже распущены, и полякам противостояли лишь части местной немецкой самообороны — 4 батальона и 1 рота. Союзные войска повели себя очень интересно и в конце апреля 1921 г. арестовали практически всех руководителей частей немецкой самообороны. 2 мая 1921 г. ПОВ подняла новый антинемецкий мятеж. Итальянские войска пытались пресечь столкновения, но потеряли 250 человек и умерили свой пыл. В течение нескольких дней в руках поляков оказалась почти вся Силезия, к тому же к ним на помощь подошли части польской регулярной армии. 7 мая в Силезию прибыл один из руководителей баварского фрайкора «Оберланд» майор Горадам. Увидев недостатки местной самообороны, он доложил о них старшему немецкому офицеру и бывшему лидеру одного из фрайкоров генерал-лейтенанту фон Гюльзену. В ответ фон Гюльзен официально попросил помощи у «Оберланда». Спустя 4 дня прибыл первый батальон баварцев, а затем еще два. Кроме трех батальонов «Оберланда» в Силезию прибыло большое количество индивидуальных немецких добровольцев и харизматических лидеров фрайкоров.

Члены Союза «Оберланд» во главе колонны штурмовиков

В середине мая 1921 г. все немецкие войска в Силезии были разделены на две группы: южная — генерал-лейтенанта фон Гюльзена (ДК «Оберланд») и северная — подполковника Грюнтцена. 21 мая баварцы из «Оберланда» захватили гору Аннаберг на восточном берегу Одера. Эта возвышенность представляла собой важный стратегический пункт, господствовавший над местностью. В ходе штурма баварцы потеряли 2 человек убитыми и около 30 ранеными, захватив при этом сотню пленных.23 мая баварцы отбили контратаку поляков и удержали Аннаберг. Эта небольшая победа стала знаменательной датой в истории фрайкоров. В течение июня 1921 г. немцы еще пару раз громили поляков и их французских доброжелателей, выполнявших роль военных советников. В начале июля 1921 г. под давлением англичан поляки ушли из Верхней Силезии, и 5 июля местная немецкая самооборона была распущена, а добровольцы начали собираться домой.

Кроме Силезии добровольческие корпуса оставили заметный след в Прибалтике. В ноябре 1918 г. здесь находилась 8-я немецкая армия, чьи части несли оккупационную службу Неспокойная обстановка в Германии и постоянный контакт с большевиками привели к разложению большей части немецких войск. В этой ситуации немецкое командование решило сформировать аналог ДК — «Железную бригаду». 19 ноября 1918 г. немцы передали власть в Прибалтике недавно организованным национальным буржуазным правительствам и начали подготовлять вывод своих частей из региона. В декабре 1918 г. глава латвийского правительства Карлис Ульманис обратился к правительству Германской республики с просьбой о помощи в войне против большевиков. Эберт разрешил оказание помощи. Для этой цели немцы оставили в Прибалтике VI резервный корпус. В его состав вошла «Железная дивизия» (развернута из одноименной бригады), 1-я гвардейская резервная дивизия и частично 45-я резервная дивизия. В феврале 1919 г. корпус возглавил генерал-майор граф Рюдигер фон дер Гольц. При помощи немцев из прибалтов, прибалтийских немцев и русских добровольцев был организован Балтийский ландесвер, также подчиненный фон дер Гольцу.

Добровольцы Верхнесилезской самообороны

Весной 1919 г. войска фон дер Гольца начали наступление на захваченную большевиками часть Латвии. Немецким войскам сопутствовал успех и вскоре в Прибалтику потянулись различные добровольческие корпуса: «Люнебург», «фон Пфеффер» и даже судетский ДК «Гауптманн». В апреле 1919 г. произошел разрыв между Ульманисом и фон дер Гольцем, спровоцированный поведением фрайкоров. В мае немецкие добровольцы захватили столицу Латвии — Ригу, а затем почти полностью очистили территорию Латвии от большевиков. В начале июня начались боевые действия между немецкими добровольцами и эстонской армией, подошедшей к границам Латвии. Увеличение военных сил и агрессивности фон дер Гольца заставило вмешаться союзников. В начале июля 1919 г. английская военная миссия потребовала от фон дер Гольца немедленного оставления Риги и ухода за Двину, а также подписания перемирия с балтийскими государствами. Чуть позже союзники потребовали ухода всех немецких добровольцев из Прибалтики до конца августа 1919 г.

Фон дер Гольц решил перехитрить союзников и не уходить из Прибалтики. 1 сентября 1919 г. немецкие фрайкоры в Латвии и Немецкий легион (сформирован из немецких отрядов Балтийского ландесвера) вступили в состав Русской Западной армии генерала Павла Рафаиловича Бермондт-Авалова. Эта армия изначально находилась под немецким влиянием и имела твердую пронемецкую ориентацию. В октябре 1919 г. русско-немецкая армия начала второй штурм Риги, но была отбита при помощи английского флота и, понеся тяжелые потери, отступила к границам Литвы. В ноябре прибалтийская эпопея фрайкоров стала приближаться к концу. Немецкие части, отбиваясь от армий буржуазных республик, начали прорываться к Восточной Пруссии. В начале ноября к немцам пришла последняя помощь — 37-й егерский батальон рейхсвера под командованием известного нам оберлейтенанта Россбаха прорвался с боями через территорию Литвы, тем самым нарушив приказ о невмешательств, отданный руководством рейхсвера. Приход Россбаха позволил остаткам немецких войск в Прибалтике перегруппироваться под Митавой. 20 ноября 1919 г. командиры немецких частей приняли решение оставить Прибалтику.

Штурмовики у могилы АЛ. Шлагетера. 1929 г.

Спустя три года и пару месяцев, 11 января 1923 г., войска Франции в очередной раз вступили на территорию Рурской области. Президент Эберт объявил о политике «пассивного сопротивления» захватчикам. К этому времени часть фрайкоров вошла в состав рейхсвера, из другой части фрайкоров были организованы части нелегального рейхсвера — так называемый «черный рейхсвер» и различные спортивные и патриотические объединения. На территории, примыкающей к Рурской области (земли Вестфалия и Ганновер), также существовали упомянутые объединения. Во главе этих объединений находился один из создателей первых фрайкоров генерал-лейтенант фон Овен, уволенный в отставку из рейхсвера после капповского путча. Несмотря на установку президента, командующий вестфальским военным округом приказал рейхсверу передать упомянутым объединениям оружие. В отличие от всего предыдущего периода своей деятельности, теперь добровольцы действовали уже как подпольная армия. Весной 1923 г. Рур захлестнула волна террористических актов, направленных против оккупантов. Взрывались мосты, гибли предатели и пропадали солдаты противника. Несмотря на все ожидания всеобщего восстания, не последовало. 26 мая 1923 г. за взрыв одного из мостов французами был расстрелян обер-лейтенант Альберт Лео Шлагетер, ветеран прибалтийских фрайкоров и член национал-социалистической партии Германии. После его смерти противостояние захватчикам постепенно сошло на нет.

 

Бавария. Путь от фрайкоров к партии

После ноябрьской революции 1918 г. и отречения Виттельсбахов Баварию постигла участь остальной части Германии — резко активизировались леворадикальные партии. Правые силились противостоять марксистам и в свою очередь организовывали различные партии и организации. Так, некоторое время спустя в среде националистов родилась новая партия. Немецкая рабочая партия была создана 5 января 1919 г. в Мюнхене. Первым председателем партии стал Карл Харрер. Изначально в составе партии было всего около 50 членов и она управлялась руководящим кружком из 6 человек. Весной 1919 г. в Баварии власть была захвачена анархо-коммунистическими бандами. 7 апреля 1919 г. мятежники в Баварии провозгласили советскую республику. Свергнутое земельное правительство обратилось за помощью к центральному имперскому правительству в Берлин.

Президент Эберт послал на помощь законному правительству части рейхсвера. Помимо нескольких подразделений рейхсвера на борьбу с левыми двинулись части добровольческих корпусов фон Эппа, «Верденфельс», «Герлиц», «Лютцов», «Оберланд» и 2-я военно-морская бригада «Вильгельмсхафен» капитана Эрхардта. Совместными усилиями правительственных войск и фрайкоров баварская советская республика была уничтожена. Баварская Красная армия (60 000 человек) частично разбежалась, частично была рассеяна фрайкорами. К власти в Мюнхене вернулось буржуазное правительство.

2-я морская бригада Эрхардта

После разгрома коммунистов Немецкая рабочая партия начала выпуск своей газеты — «Мюнхенер беобахтер».

Газета была детищем писателя Дитриха Эккарта и инженера Готфрида Федера. Первый являлся ее владельцем, а второй — постоянным автором. Под влиянием Федера в программных установках партии стали появляться первые ростки социализма. Тем временем, многие из победителей коммунистов начали лихорадочно подыскивать политическую партию, отвечавшую их мировоззрению. Одним из первых офицеров пришедших в партию, стал капитан Эрнст Рем из Добровольческого корпуса фон Эппа. Вслед за ним в партию потянулись и другие реакционно-настроенные солдаты и офицеры из различных баварских фрайкоров. Части рейхсвера расположенные в Баварии, также с любопытством наблюдали за молодой партией. Один из офицеров рейхсвера майор Константин Хирль, курировавший политическое воспитание воинских частей в Мюнхене, примерно в это же время отправил одного из своих подчиненных для вступления в Немецкую рабочую партию. Этим человеком был 30-летний ефрейтор Адольф Гитлер. В конце июля 1919 г. Гитлер, уже получивший известность в Мюнхене, вступил в состав партии. Руководящий кружок партии, вскоре оценив мастерство Гитлера как оратора, принял его и в свой состав.

С этого момента в жизни партии началась новая эпоха. К концу 1919 г. она стала набирать силу, и число ее членов перевалило за несколько сотен. В новом, 1920 г. она стала называться Национал-социалистической немецкой рабочей партией (далее в немецком написании НСДАП), а 24 февраля 1920 г. в мюнхенской пивной «Хофбройхаус» была оглашена ее программа, известная как «25 пунктов». Среди собравшихся в «Хофбройхаусе», было много коммунистов и социал-демократов. Ораторам левых дважды представлялось слово. Но когда один из выступавших марксистов призвал бороться за подлинно рабочую власть, в зале началась драка. Верх одержали нацисты, и марксисты были вынуждены покинуть зал с криками «долой Гинденбурга, Людендорфа и националистов!».

Спустя 17 дней после оглашения «25 пунктов», в Мюнхене части рейхсвера и фрайкоры свергли земельное правительство, почти год назад поддержанное ими в борьбе с коммунистами. С помощью военных к власти в Баварии пришел Густав фон Кар. Новая власть отнеслась к партии Гитлера весьма доброжелательно, что отразилось на притоке в партию простых обывателей. Вскоре известность НСДАП стала распространяться и за пределы Баварии, и летом 1920 г. руководство партии участвовало в съезде австро-немецкой национал-социалистической партии в Зальцбурге, представляя немецких правых. Через несколько месяцев Гитлер лично посетил Австрию с пропагандистским туром. Австрийцы не всегда с радостью встречали своего земляка, так, в Санкт-Пельтене коммунисты сорвали его выступление.

С приходом Гитлера партия избрала агрессивную тактику борьбы за умы обывателей. Почти все митинги и собрания НСДАП сопровождались шумными скандалами и нередко — драками с оппонентами из лагеря левых. Противники нацистов нередко преобладали на партийных мероприятиях и, по свидетельству очевидцев, нередко приходили на нацистские мероприятия целыми коллективами. Поэтому для защиты партийных ораторов и охраны порядка на различных партийных мероприятиях в феврале 1920 г. была создана служба добровольцев (zeitfreiwilligen), позже переименованная в службу партийных распорядителей — орднеров (Ordnertruppe). При посредничестве Эрнста Рема, бывшего в это время начальником штаба военного коменданта Мюнхена генерала фон Эппа, партийные распорядители получили со складов рейхсвера списанную униформу и пистолеты; кроме этого, большинство «орднеров» в частном порядке обзавелось резиновыми дубинками. К лету 1920 г. служба распорядителей уже имела богатый опыт уличных «боев» с левыми. Первым руководителем этой службы стал смуглолицый 23 летний Эмиль Морис, бывший одним из первых членов партии. Осенью 1920 г. в партии существовало 35 ортсгрупп, а численность членов превысила рубеж в 2000 человек. В январе 1921 г. на одном публичном выступлении Гитлер пригрозил своим противникам срывать силой различные выступления и мероприятия, «которые могут разлагающим образом» подействовать на общественность. Естественно, под силой подразумевались кулаки «орднеров». К этому времени численность самой партии увеличилась до 3000 человек.

Распорядители (орднеры) с партийными функционерами. Во втором ряду в светлом плаще А. Розенберг

Угрозы Гитлера не были пустыми, и в феврале 1921 г. «орднеры» и простые члены НСДАП сорвали «праздник печати» в Мюнхене. Создание «орднеров» и их действия не были чем-то необычным для Германии тех дней, любая маломальская партия стремилась иметь своих боевиков. Пожалуй, первыми на этот путь вступили коммунисты, а затем и социал-демократы, создавшие так называемую «гвардию Эрхарда Ауэра». Левые боевики зачастую применяли против НСДАП те же самые методы, что и нацисты, чему есть многочисленные документальные подтверждения. Но вернемся к нацистам. Руководство партии целенаправленно настраивало своих боевиков на террор против всех инакомыслящих: «Необходимо мешать выступлениям антинациональных ораторов, проповедников мира и им подобных таким образом, чтобы у них полностью пропала охота продолжать свою деятельность». Коммунисты продолжили эту же мысль, но на страницах своего журнала «Интернационал»: «Если наши люди бывают биты, это не может повысить доверия к ним… Гораздо лучше, если дело обстоит наоборот».

Орднеры. Палка вместо оружия

В мае 1921 г. на территории Силезии, польскими экстремистами был поднят антинемецкий мятеж. Восставшие были поддержаны регулярной польской армией, в то время как у рейхсвера были связаны руки Версальским договором. На борьбу с поляками двинулись различные добровольческие корпуса общей численностью около 60 000 человек. После немецкой победы под Аннабергом страны Антанты потребовали от имперского правительства немедленного роспуска и запрещения всех военизированных и полувоенных организаций. Имперское правительство было вынуждено уступить и распорядилось начать роспуск фрайкоров. По этой причине Гитлер решил перестраховаться и 3 августа 1921 г. переименовал службу «орднеров» в «гимнастическое и спортивное отделение». Запрещение фрайкоров обеспечило приход новых членов в спортивное отделение. Униформа и дисциплина «орднеров» и их ненависть к левым — все это ложилось бальзамом на сердце чинам фрайкоров, в один миг ставших вне закона. Приток ветеранов из фрайкоров вынудил руководство партии заменить молодого Мориса, не служившего в армии и не нюхавшего пороха, на фронтовика. Новым руководителем спортивного отдела стал лейтенант Ганс Ульрих Клинцш из 2-й морской бригады Эрхардта. Клинцш с энтузиазмом принялся приводить «спортсменов» НСДАП в подобие военной организации, его главным нововведением стало деление подчиненных на сотни — «хундершафтен». 11 августа 1921 г. газета партии «Фелкишер беобахтер» (ранее «Мюнхенер беобахтер») вышла со статьей Клинцша о месте спортивного отделения в движении. В статье говорилось, что «СА — носитель немецких военных традиций — Wehrgedanken». Через месяц, 10 сентября 1921 г., руководители партии и Клинцш издали первый основополагающий декрет о спортивном отделении НСДАП. Согласно этому декрету, возраст партийных «спортсменов» должен был колебаться от 17 до 23 лет. Тем не менее, в рядах спортивного отделения продолжали числиться ветераны фрайкоров, на чей возраст попросту закрывали глаза.

Одной из первых акций партийных спортсменов стал срыв демонстрации пацифистов в Мюнхене. Затем 14 сентября люди Клинцша во главе с Гитлером сорвали праздничное собрание «Союза баварцев», сбросив с трибуны и избив лидера союза Отто Баллерштадта. За это нападение лидеры нацистов — Гитлер, Эссер и Кернер — получили по 3 месяца заключения (отбыли они при этом лишь по 1 месяцу). 5 октября 1921 г. по решению руководства НСДАП «гимнастическое и спортивное отделение» было переименовано в Штурмовые отряды (далее в немецком написании СА). Ряды штурмовиков к этому времени пополнили люди капитана 1 ранга Эрхардта, включая его самых известных офицеров Гофмана и фон Киллингера.

СА на марше

Почти через месяц, 4 ноября 1921 г., состоялось боевое крещение СА. В этот день Адольф Гитлер должен был выступать в мюнхенской пивной «Хофбройхаус», по ряду обстоятельств на этом собрании смогло присутствовать всего около 50 штурмовиков. Помимо членов НСДАП и обывателей в зал проникло несколько сотен социал-демократов и коммунистов для срыва собрания. Внешний вид левых был достаточно красноречив, и поэтому основная масса штурмовиков была сосредоточена у сцены после начала выступлений ораторов. В середине собрания один из марксистов забрался на стол и прокричал — «свобода!», после чего в оратора и штурмовиков полетели пустые пивные кружки. Несмотря на подавляющее превосходство противника, штурмовики, размахивая резиновыми дубинками, кинулись на оппонентов. Вероятно, в драку ввязались и простые члены НСДАП. По воспоминаниям самого Гитлера, драка длилась около 25 минут и закончилась после раздавшихся двух револьверных выстрелов. После драки зал выглядел так, будто в нем разорвался снаряд. Несмотря на беспорядок в зале, наличие раненых и приезд полиции, собрание было продолжено. В этот день, по общему мнению, победа осталась за штурмовиками, и обыватели увидели в штурмовиках силу, способную обуздать левых. Гитлер, впечатленный действиями СА в пивной «Хофбройхауз», официально объявил 4 ноября 1921 г. днем создания штурмовых отрядов.

Тем временем капитан Рем, желая, чтобы СА не теряли своей военной выучки, договорился с командованием рейхсвера об обучении сотен СА чинами 19-й минометной роты капитана Штрека. Однако эта инициатива вызвала бурный протест Гитлера, желавшего, чтобы СА оставались всего лишь партийной организацией, без претензии на воинское формирование.

Выступая перед членами партии и штурмовиками в Мюнхене 30 ноября 1921 г., Гитлер заявил, что СА будет тревожить и прерывать сборы оппонентов НСДАП. В конце года штурмовики во главе с Гитлером сорвали митинг «Баварского союза». Поведение будущего диктатора в это время очень интересно. На многих мероприятиях он появлялся одетым как штурмовик и был вооружен плеткой из крокодильей кожи.

 

Годы становления и пробы сил 1922–1923 гг

Новый 1922 г. стал одним из наиболее важных в истории СА. Год начался судебным процессом против Гитлера. Лидер НСДАП был осужден на тюремное наказание за срыв митинга сепаратистов. Весна этого года прошла в уличных стычках с коммунистами, в которых штурмовики далеко не всегда оказывались победителями.

13 мая 1922 г. было создано молодежное ответвление СА — «Молодежный союз НСДАП». Молодые немецкие парни в рамках этой организации были разделены на две возрастные группы: старшую — от 16 до 18 лет (известную как «Юнгштурм Адольфа Гитлера») и младшую. Юноши старшей группы наряду с СА привлекались к охране партийных мероприятий и участвовали в стычках с левыми.

Летом 1922 г., после убийства имперского министра иностранных дел Вальтера Ратенау (убит по приговору тайного суда — Фемгерихта 24 июня 1922 г.), правительство Эберта приняло закон о защите республики. Закон должен был оградить республиканский строй и демократию от посягательств экстремистских организаций. Помимо этого закон значительно урезал права земельных правительств. Особенно негативную реакцию этот закон вызвал в Баварии, где были сильны как позиции сепаратистов, так и позиции правых.

Результатом принятия этого закона явился 50-тысячный митинг правых, прошедший 16 августа 1922 г. в Мюнхене на площади Кенигсплатц. В митинге приняли участие все баварские организации правого толка. НСДАП также приняла участие в манифестации, около 600 штурмовиков впервые прошли по улице строем в колонне правых. Штурмовики вызвали симпатии у обывателей так как они одни выступили со своими флагами. Дебют оказался удачным, и в СА начался приток новых членов. Осенью в составе СА уже насчитывалось 10 «сотен», кроме этого была создана студенческая сотня во главе с Рудольфом Гессом. Чуть позже к штурмовикам присоединился обер-лейтенант Герхард Россбах и бывшие члены его добровольческого корпуса. Причем сам Россбах создал велосипедную сотню, а люди его лейтенанта Эдмунда Хайнеса вошли в состав СА отдельным отрядом.

В этот период основная деятельность СА проходила в Мюнхене, самих штурмовиков это вполне устраивало, но Гитлер жаждал известности. К концу 1922 г. в городе располагалось всего около 120–180 человек. В октябре 1922 г. руководство НСДАП приняло решение участвовать в «Немецком дне». Этот «Немецкий день» должен был проходить в Кобурге с 14 по 15 октября. Гитлер прибыл в Кобург поездом со своими сторонниками. На перроне Гитлера встречала депутация от мэрии города. Градоначальники просили Гитлера отказаться от марша через Кобург так как в эти же дни свои мероприятия проводили коммунисты. Гитлер с гневом отверг это предложение. Интересно отметить, что герцог Карл Эдуард Саксен-Кобург-Готский с супругой, игравшие значительную роль в послевоенном националистическом движении, поддержали Гитлера.

Мюнхенские СА на полевом выходе. 1922 г.

Общее число сторонников НСДАП, прибывших в Кобург в эти, дни неизвестно, но штурмовиков набралось 8 сотен. Колонна нацистов двинулась от городской пожарной каланчи в центр города. Впереди колонны шел Гитлер с охраной, затем оркестр и члены НСДАП, по обе стороны партийной колонны шли штурмовики. Активисты и боевики «Рот Фронта» заранее готовились к приезду нацистов.

Атмосфера в городе была угрожающей, и вскоре наступила разрядка. Колонна прошла уже полпути, когда в нее полетели камни. Тем не менее, штурмовики держали строй и продолжали движение. Спустя считаные минуты на колонну нацистов напали коммунисты, вооруженные железными прутьями, и началось побоище. Несмотря на большее количество раненых, нацистам удалось отбить натиск коммунистов и с помощью полиции продолжить движение по городу. К вечеру колонна НСДАП покинула город и отправилась на ночлег в пригород. Ночью лагерь нацистов опять был атакован боевиками «РФ», но они опять были с успехом отбиты. Так закончился первый «Немецкий день» НСДАП. Один из мюнхенских штурмовиков сказал о результатах поездки в Кобург: «Это была веселая работа, я могу сказать вам!». Побоище в Кобурге, вызвало широкий резонанс в баварском обществе, и о нем долго шумела пресса. В результате этого министр внутренних дел баварского земельного правительства Франц Швейер запретил в дальнейшем проведение «Немецкого дня», а также массовые демонстрации НСДАП. Кроме этого Швейер распорядился в случае попытки путча со стороны нацистов открывать по ним огонь.

В таком незавидном положении нацисты встретили Новый 1923 год. Наивный баварский министр думал, что его угрозы ограничат активную деятельность нацистов раз и навсегда. Но господин Швейер очень плохо знал Гитлера. 17 января 1923 г. штурмовики сорвали проведение митинга Республиканской лиги в Мюнхене и доставили массу хлопот полиции. Между тем, нацисты продолжали активную подготовку к всеобщему партийному съезду НСДАП в Мюнхене. Проведение съезда было запланировано на 27–29 января 1923 г. В программу съезда входило освящение первых знамен СА и 12 публичных выступлений Гитлера. Тень капповского путча еще бродила по Германии, и поэтому Швейер и полицай-президент Мюнхена Эдуард Нортц запретили освящение знамен СА на Марсовом поле и сократили половину намеченных мероприятий нацистов. Встреча Нортца и Гитлера не дала никаких результатов, и проведение съезда было на грани срыва.

Штурмовики и члены патриотических союзов. Мюнхен, май 1923 г.

В этот тяжелый момент на помощь Гитлеру пришел известный нам капитан Рем. К этому времени он уже перешел от генерала фон Эппа в штаб командующего баварским рейхсвером генерала Отто фон Лоссова. Стараниями Рема и фон Эппа состоялась встреча Г итлера с фон Лоссовым. После встречи фон Лоссов обратился к баварскому правительству с заявлением о нецелесообразности запрещения мероприятий НСДАП. Гитлер торжествовал — съезд был спасен. Нортц еще раз встретился с Гитлером и разрешил ему проведение только 6 митингов, но в отношении освящения знамен власти остались непреклонны. К 27 января 1923 г. в Мюнхен прибыло большое количество членов НСДАП со всей Германии. Одних только баварских штурмовиков прибыло на первый партийный съезд около 6000 человек. Нацисты почуяли свою силу и пошли ва-банк. Гитлер провел все 12 запланированных митингов и торжественно вручил знамена штурмовикам на Марсовом поле.

В это время штурмовики были организованы в четыре крупные локальные группы по территориальному признаку. Две группы располагались в Мюнхене и его предместьях и по одной группе — в Ландсхуте и Нюрнберге. Кроме этого существовали небольшие ячейки СА при каждой местной партийной группе. Упомянутые 4 группы снежным днем 27 января 1923 г. (ряд историков указывает дату 28 января) получили первые четыре штандарта «Германия, пробудись!» (Deutschland Erwache). Несмотря на явную провокацию Гитлера, баварские власти оставили выходку нацистов без последствий. Молодая партия показала свою силу, и в нее опять потянулись новые члены. С февраля 1923 г. партийная газета «Фелькишер беобахтер» стала выходить ежедневно и вскоре в ней появилась колонка, посвященная СА. Вскоре в этой колонке появилась заметка, что 1 марта 1923 г. в Мюнхене был организован первый полк СА (название «штандарт» войдет в обиход несколько позже). Кроме этого в марте произошли и перемены в руководстве СА. Ганс Ульрих Клинцш был заменен на знаменитого летчика-аса Первой мировой Германа Вильгельма Геринга.

В марте 1923 г. была также основана личная охрана Гитлера. Первоначально в ее состав вошло 8 доверенных лиц, а ее начальником стал лейтенант Йозеф Бертольд. Спустя два месяца число охранников увеличилось в три раза, и они были реорганизованы в «Ударный отряд Адольфа Гитлера».

Первый руководитель — Ганс Ульрих Клинцш

Этот ударный отряд входил в состав мюнхенского полка СА. Так, по иронии судьбы в недрах СА зародился прообраз СС, организации, сыгравшей роковую роль в истории штурмовых отрядов.

Весна 1923 г. прошла в организационных хлопотах и драках с левыми. Размах этих побоищ несложно представить. Так, к примеру, 9 марта 1923 г. в саксонском городке Хемниц в противоборство с нацистами вступило 10 пролетарских сотен (комплектовались сторонниками различных социалистических партий). Боевики пролетарских сотен заняли все входы на площадь, на которой находился зал, арендованный нацистами под собрание. Блокированные на прилегающих улицах нацисты попытались прорваться на площадь, но были отбиты.

Тем временем Геринг пытался добиться унификации штурмовых отрядов и полностью взять их под свой контроль. Первые группы баварских штурмовиков были переформированы в 4 полка — Мюнхен, Мюнхен II, Нюрнберг и Ландсхут. Состав полков СА был несколько меньшим по численности, чем в рейхсвере; как правило, в состав полка входило 10–13 сотен. Кроме 4 полков СА были созданы охранная, транспортная и техническая сотни. Некоторые местные руководители СА оказывали Герингу противодействие в унификации. Так, фюрер СА в Нижней Баварии Грегор Штрассер противостоял Герингу в его попытках подчинить всех штурмовиков. За действиями нового верховного лидера СА также пристально следил Рем. Вероятно уже в это время, между двумя нацистами возникла антипатия, сыгравшая роковую роль в судьбе Эрнста Рема.

В конце апреля 1923 г. на совещании лидеров правых баварских организаций было принято решение обратиться к земельному правительству с требованием запретить первомайскую демонстрацию левых. Кроме этого, правые потребовали от рейхсвера передать своим военным организациям оружие на случай восстания левых. Правительство с гневом отвергло требование правых, но тем не менее запретило и левым проводить маевку в пределах Мюнхена. Спустя несколько дней тысячи коммунистов и социал-демократов собрались на первомайскую демонстрацию в предместье Мюнхена — Терезиенвизее.

Правые начали лихорадочно вооружаться. В Ландсхуте штурмовики Штрассера буквально выкрали со складов рейхсвера большое количество винтовок и двинулись в Мюнхен. Гитлер и его единомышленники вполне справедливо ожидали, что части рейхсвера присоединятся к правым и свергнут земельное правительство. Однако этого не произошло, и в последний момент некоторые организации отказались присоединиться к Гитлеру. Напрасно штурмовики ждали единомышленников в предместье Мюнхена — Обервизенфельде. Тем не менее большинство штурмовиков все же прибыло в Мюнхен. Особенно всех удивила группа штурмовиков из Бад-Тельца, явившаяся на грузовике со старой полевой гаубицей. Несмотря на предательство некоторых групп, общая численность правых, собравшихся на Обервизенфельде, достигла 20 000 человек, из них около 2000 составляли штурмовики. Основная масса боевиков была одета в униформу кайзеровской армии и стальные шлемы. Однако, по воспоминаниям Отто Штрассера, отряд Россбаха был полностью одет в коричневые рубашки.

Генерал фон Лоссов, узнавший к тому времени о кражах оружия, приказал войскам разоружить правых. Гитлер побоялся столкновения с рейхсвером и приказал своим сторонникам сдать оружие. После провала первомайской авантюры НСДАП притихла, но уже 16 июня 1923 г. партия и штурмовики с размахом отметили трехлетие расстрела Альберта Лео Шлагеттера французами в Руре. Почти через месяц 15 июля 1923 г., при праздновании «Немецкого спортивного дня» штурмовики вступили в схватку с баварской полицией. В этот раз полиция вела себя достаточно агрессивно и даже отняла штандарт у полка СА «Мюнхен II».

Тем временем социалисты еще раз попытались создать единый фронт против правых. Коммунисты Германии выступили с предложением провести 29 июля 1923 г. Антифашистский день. Однако земельные правительства побоялись эксцессов, и проведение Антифашистского дня было разрешено лишь в Бадене, Вюртемберге, Саксонии и Тюрингии. Вслед за Антифашистским днем по всей Германии прокатились массовые забастовки, приведшие к отставке правительства Куно.

Прошло лето 1923 г., и в первые дни сентября нацисты решили провести очередной съезд партии. Чтобы избежать повторения правительственных запретов, было решено провести новый партийный съезд в Нюрнберге. Дата съезда совпала с торжествами по случаю победы во франко-прусской войне 1870–1871 гг. и с «Немецким днем». К моменту съезда численность партии Гитлера достигла уже 55 000 человек. Помимо НСДАП в мероприятиях приняли участие члены различных полувоенных и ветеранских организаций во главе с генералом Людендорфом. Генерал и Гитлер совместно приняли парад боевиков националистических организаций. Праздник прошел шумно и продемонстрировал всей Европе мощь националистического движения в Германии. В нем участвовало более 100 000 человек. В ходе мероприятия произошли многочисленные стычки между левыми и правыми, в ходе которых пострадало значительное количество их участников.

Активность правых вызвала соответствующие действия левых, которые в свою очередь привели к кровавым столкновениям между СА и социалистами. В тюрингском городке Гота 10 сентября пролетарские сотни сорвали проведение в этом городе местного «Немецкого дня», нанеся раны различной тяжести 25 нацистам в пролетарских сотнях пострадало лишь 4 боевика.16 сентября в городке Хоф (Франкония) правые провели крупный митинг, на котором выступил Гитлер. После митинга нацисты разгромили редакцию местной социал-демократической газеты и несколько заведений, собственниками которых были евреи. Хоф находился на самой границе с Саксонией, и вполне естественно, что на акцию в Хоф прибыли нацисты и из Саксонии, в том числе и из города Плауэн. Пролетарские сотни Плауэна приняли решение встретить местных нацистов прямо на перроне вокзала. По прибытию поезда с нацистами на вокзале завязалась драка, в ходе которой была открыта стрельба, тогда в дело вмешалась земельная полиция. В двух других саксонских городках — Аннаберге и Ауэ — пролетарские сотни вообще сорвали митинг правых.

Следствием описанных событий стало создание в конце сентября 1923 г. Немецкого боевого союза (иногда назывался Отечественным). Основу нового союза составили штурмовики НСДАП, люди Россбаха, члены «Имперского флага» и союза «Оберланд». Официально все движение возглавил Людендорф, а в руках Гитлера оказалось политическое руководство; непосредственным военным руководителем союза стал полковник Герман Крибель. Лидеры «Имперского флага» и «Оберланда» капитан Гейс и доктор Вебер были оттеснены на вторые роли.

Получив политическое руководство союзами, Гитлер решил провести 14 массовых митингов на территории Баварии. Земельному правительству было нетрудно представить конечный результат данных выступлений. Для предотвращения путча земельное правительство ввело военное положение и 26 сентября 1923 г. назначило баварского националиста Густава фон Кара генеральным комиссаром с чрезвычайными полномочиями. Новый генеральный комиссар ранее уже был премьер-министром Баварии. Он, кроме того, возглавлял Патриотическое объединение Баварии. Фон Кар запретил проведение мероприятий Отечественного союза, но он также и отменил действие имперского закона «О защите республики» в Баварии. Вскоре после этого возник конфликт между имперской властью и земельной, в результате которого генерал фон Лоссов был отрешен от должности командира баварского рейхсвера. Фон Кар поддержал фон Лоссова и оставил его на прежнем посту.

Тем временем и фон Кар, и националисты одновременно пришли к мысли о походе на Берлин (по аналогии с походом на Рим итальянских фашистов). Единственная проблема этого похода заключалась только в том, кому после похода достанется власть в стране. Фон Кар и фон Лоссов уже видели себя во главе новой Германии, но об этом же мечтали Гитлер и Людендорф. 24 октября 1923 г. фон Лоссов в штабе баварского военного округа собрал совещание командиров баварского рейхсвера, земельной полиции и руководителей различных милитаристских союзов. Из лидеров Отечественного союза был приглашен лишь Крибель, а руководство НСДАП и СА было просто проигнорировано. На собрании фон Лоссов заявил, что нельзя ждать более 2–3 недель и что отряды Отечественного союза могут участвовать в походе при условии полного подчинения руководству баварского военного округа (т. е. ему лично) и баварской полиции. Кроме того, фон Лоссов подчеркнул: «Мы стоим на одной и той же почве… У всех нас одна цель: под черно-бело-красным знаменем освободить Германию от марксизма».26 октября был подписан соответствующий приказ о включении в подготовку к походу Отечественного союза. Капитан Эрхардт получил задание от фон Кара подготовить к выступлению отряды союза в Северной части Баварии, так как именно оттуда планировалось начать наступление на красную Саксонию. Еще около 24 000 боевиков Отечественного союза находились у баварско-тюрингской границы.

Густав фон Кар был опытным политиком и хотел быть уверенным в результате «своего» похода на Берлин. Он пытался достичь договоренности с командующим рейхсвером генералом Гансом фон Секгом, но последний решил выждать. После отказа фон Секта присоединиться к баварским мятежникам фон Кар и фон Лоссов собрали утром 6 ноября 1923 г. руководителей патриотических союзов и заявили им, что время общего выступления будет назначено господином фон Каром, а все попытки начать несанкционированное выступление будут подавлены. Уже вечером того же дня собралось руководство «Отечественного союза». На этом совещании было решено принудить фон Кара к немедленному выступлению. Начало операции было запланировано на 10 ноября. Члены «Имперского флага», «Оберланда» и штурмовики начали подготовку к выступлению. Силы «Отечественного союза» в это время оценивались примерно в 70 000 человек, из них около 15 000 человек составляли штурмовики.

Утром 8 ноября нацисты узнали, что вечером Густав фон Кар намерен выступить перед баварским правительством и государственными чиновниками в пивном зале «Бюргер-бройкеллер». Гитлер незамедлительно попросил аудиенции у генерального комиссара, но фон Кар отказал ему в приеме. Боясь, что фон Кар начнет без него, Гитлер решил действовать незамедлительно. В Мюнхен были срочно вызваны штурмовики и боевики «Имперского флага» и «Оберланда». Собрание в «Бюргербройкеллер» началось в 20 часов 15 минут, на нем присутствовало около 3000 баварских чиновников, предпринимателей и военных. На улице близ зала и в его вестибюле толпилось большое количество зевак. Гитлер прибыл спустя 15 минут после открытия собрания. Он приехал на своем «мерседесе» в сопровождении нескольких грузовиков с штурмовиками. С трудом пробившись в вестибюль зала, Гитлер потребовал от дежурного офицера полиции очистить вестибюль и улицу от обывателей. Полиция рассеяла зевак, и тут появились штурмовики. По сообщениям очевидцев их было около 600 человек (среди них так же были члены «Ударного отряда Адольфа Гитлера»), Часть штурмовиков осталась на улице, расставив легкие пулеметы у входа в здание, а другая часть (по некоторым данным, всего 25 человек) прошла внутрь с Гитлером. В вестибюле зала было установлено еще два легких пулемета.

Ударный отряд «Адольф Гитлер»

Из вестибюля Гитлер направился в зал, но остановился в дверях. Допив кружку пива, Гитлер разбил ее о пол и ринулся во главе штурмовиков к сцене. Поднялся невообразимый шум, примерно в середине зала Гитлер встал на стул и произвел выстрел из револьвера в потолок с целью добиться тишины. Соскочив со стула, он добрался до сцены, подошел к окаменевшему фон Кару и громогласно заявил: «Национальная революция началась. Зал окружен шестьюстами вооруженными до зубов людьми. Баварское правительство и правительство рейха низложены». Затем он потребовал от фон Кара, фон Лоссова и начальника баварской полиции полковника Зейссера пройти с ним в отдельную комнату. После того как они удалились, в зале поднялся шум и начали раздаваться возгласы: «Это все театр!». Видя, что ситуация выходит из-под контроля, на сцену поднялся фюрер СА Герман Геринг. Он обратился к собравшимся с успокаивающей речью и в конце порекомендовал им пить свое пиво. Еще одним аргументом для сомневающихся стало появление на сцене тяжелого пулемета и двух штурмовиков рядом с ним.

Прения Гитлера с баварским триумвиратом пока не дали никаких результатов, и возбужденный мятежник вышел в зал. Это было роковой ошибкой Г итлера, он дал триумвирату время на размышление и выработку плана действий. Не думая об этом, лидер НСДАП обратился к присутствующим в зале с речью и вскоре завладел их вниманием. Услышав возгласы одобрения, Гитлер вернулся в комнату, куда вскоре прошел прибывший Людендорф. Вместе они продолжили убеждать триумвират присоединиться к мятежу. Спустя некоторое время фон Кар и его единомышленники согласились. Людендорф, фон Кар и Гитлер вышли на сцену и поочередно обратились к собравшимся. После этого обывателям разрешили расходиться. Все бы выглядело достаточно мирно, но Гитлер приказал арестовать находившихся в зале премьер-министра Баварии Ойгена фон Книллинга, земельных министров и полицай-президента Мюнхена. Арест и препровождение арестованных на загородную виллу было поручено студенческой сотне СА Рудольфа Гесса. Гитлер продолжал находиться в зале, когда около 22 часов прибыл связной от союза «Оберланд».

Оказалось, что боевики союза получили отпор при попытке занять казармы саперов. Гитлер немедленно выехал на место с целью недопущения кровопролития. Уладив конфликт,

Эрнст Рем в форме боливийской армии

Гитлер вернулся в «Бюргер-бройкеллер» и пришел в ужас.

Генерал Людендорф отпустил членов триумвирата по домам под честное слово.

Тем временем около 400 человек из «Имперского флага» под командованием капитана Рема (который весной 1923 г. уволился из рейхсвера) выступили из пивной «Левенброй» на Шенфельдштрассе с целью занять штаб баварского военного округа Колонна Рема успешно справилась с заданием и, выставив караульных, расположилась на ночлег. Другой отряд, возглавляемый Россбахом, не смог захватить здание генерального комиссариата и поддавлением армейских частей отступил. Вместе с тем, известно, что Россбах сумел добиться поддержки у юнкеров Мюнхенского военного училища, предварительно заперев несговорчивого начальника училища.

С первыми часами наступающего 9 ноября, члены триумвирата развернули бешеную деятельность. Фон Кар выпустил воззвание, в котором открестился от мятежников и запретил НСДАП и СА, а фон Лоссов и Зейссер привели армию и полицию в боевую готовность и приказали им готовиться к подавлению путча. Ранним утром 9 ноября к зданию военного округа прибыли броневики, орудия и части рейхсвера и полиции. Увидев это, Рем понял, что правительственные войска будут штурмовать здание. В это время в Мюнхен начали прибывать штурмовики и боевики «Отечественного союза». Одна из групп штурмовиков разгромила редакцию газеты социал-демократов «Мюнхенер пост», а группа ударного отряда во главе с Йозефом Бертольдом арестовала бургомистра Шмидта и 9 видных членов социал-демократической партии прямо в ратуше, над которой позже был поднят флаг со свастикой. Находясь в зале «Бюргербройкеллер» до полудня, Гитлер ожидал прибытия своих сторонников и известий от баварского принца Рупрехта.

В полдень генерал Людендорф потребовал от Г итлера немедленного выступления. Гитлер нехотя согласился. Около 2500 мятежников построились в колонну по 16 человек и начали движение. Впереди шли руководители мятежа Гитлер, Людендорф, Крибель, Геринг, Шойбнер-Рихтер и другие. Пройдя Изарский мост, восставшие двинулись к Мариен-платц. Первый заслон полиции встретился восставшим у Изарского моста, но он был смят и разоружен. Затем колонна прошла по Дийнерштрассе и Резиденцштрассе. Достигнув пересечения Резиденцштрассе с Одеонплатц, у зала «Фельдхеррнхалле», мятежники были встречены цепями вооруженной карабинами полиции. С криками «Не стреляйте, с нами идет его высокопревосходительство генерал Людендорф!» восставшие начали приближаться к полицейским. В этот момент один из боевиков «Оберланда» попытался разоружить стоявшего рядом полицейского. Полицейский выстрелил в мятежника, после чего началась беспорядочная стрельба с обеих сторон. В рядах мятежников началась паника и их колонна обратилась в бегство. Когда началась стрельба Гитлер шел рядом с Шойбнер-Рихтером. Последний был убит наповал одним из первых выстрелов. Падая, он увлек за собой Гитлера, который при падении вывихнул себе плечо. Молодой врач из СА Вальтер Шульце оказал Гитлеру первую помощь и помог скрыться.

У «Фельдхеррнхалле» погибло 14 мятежников, еще множество получило раны. Лидер СА Герман Геринг получил две новых пули в пах и бедро. Путч, позднее получивший название «Пивного», с треском провалился. Через два часа после перестрелки на Одеонплац сдался Рем, его люди вначале тоже оказали сопротивление, но потеряв 2 человек убитыми и несколько десятков ранеными, тоже сложили оружие. Таким образом, потери мятежников составили в общей сложности 16 убитых, в то время как полиция потеряла всего 3 человек. К 15 ноября 1923 г. большая часть руководителей мятежников была арестована баварской полицией, лишь Людендорфу было позволено остаться на свободе и выехать в Швецию. Командир полка СА «Мюнхен» Вильгельм Брюкнер явился в полицию с повинной, а другие руководители СА — Геринг и Россбах — бежали в Австрию.

Причины поражения мятежников в ноябре 1923 г. стоит искать в первую очередь в плохой организации. Спешка Г итлера с выступлением привела к тому, что большая часть боевиков «Отечественного фронта» просто не успела прибыть в Мюнхен. К примеру, сам генерал Людендорф узнал о путче только около 9 часов вечера 8 ноября. Кроме этого, несмотря на наличие пулеметов у восставших, их главным оружием были все-таки пистолеты. Вступление Людендорфа в игру и то, что он отпустил членов триумвирата восвояси, лишило Гитлера факта внезапности. Количество участников путча до сих пор остается точно не выясненным. Можно предположить, что их общее число вряд ли превышало 4000 человек. Некоторые группы мятежников ко времени подавления путча успели прибыть только на окраины Мюнхена (к примеру, штурмовики из Ландсхута). Количество штурмовиков, участвовавших в событиях 8–9 ноября, немногим превышало 2000 человек. Из них 1150 человек входило в полк СА «Мюнхен» (в их число входили боевики «Ударного отряда АГ» и студенческая сотня), а остальные входили в состав полка СА «Мюнхен II», чьи сотни были разбросаны по предместьям города.

Представитель Союза «Оберланд» передает знамя штурмовикам

Конец 1923 г. принес поражение Гитлеру. Вожди мятежников оказались в тюремном заключении в Мюнхене и Ландсберге. НСДАП, СА и «Ударный отряд АГ» были запрещены, а «Имперский флаг» и «Оберланд» распущены. Все думали, что это крах Гитлера и крах С А…

В целях сохранения СА в Баварии Штурмовые отряды были переименованы в группу «Нюрнберг» Немецкого стрелкового и туристического союза. Новый лидер СА в Нюрнберге доктор Фриц Вейсс пытался оградить штурмовиков от правительственного внимания и сохранить кадры организации. Вейссу не удалось провести баварскую полицию, и 12 декабря 1923 г. полицейские чиновники провели обыск в штаб-квартире нюрнбергских СА и арестовали Вейсса.

 

Путь к власти 1924–1929 гг

Начало нового 1924 г. было крайне тяжелым для НСДАП, партия была поставлена вне закона и лишилась своего руководства. Вождь партии Адольф Гитлер был заключен в тюрьму города Ландсберг. 26 февраля 1924 г. в Мюнхене начался судебный процесс над руководителями «Отечественного союза». Кроме Людендорфа, Г итлера и Рема обвинялось еще 8 человек. Процесс продлился 24 дня, и 1 апреля был оглашен приговор. Людендорф был полностью оправдан, а остальные заговорщики получили различные сроки тюремного заключения. Гитлер и еще 3 обвиняемых получили 5 лет тюрьмы, а Рем и прочие получили 15 месяцев заключения. Благодаря вмешательству армейских сослуживцев Рема наказание стало условным, и он вскоре оказался на свободе. Позже был осужден и Эдмунд Хайнес, который также стал узником Ландсберга.

Тем временем Гитлер, находясь в тюрьме Ландсберга, в июне 1924 г. начал работу над своей книгой «Моя борьба» (Mein Kampf). Эта работа была завершена к октябрю 1924 г., по объему книга превысила 400 страниц. Книга состояла из 15 глав и заключения. Вначале была опубликована первая часть книги, а в 1927 г. — вторая. Со временем эта книга стала библией нацистского режима. Девятая глава книги была полностью посвящена штурмовым отрядам и носила название «Мысли о значении и организационном построении СА». Глава начиналась пространным историческим экскурсом, вслед за ним автор высказывал свое виденье СА и указал три основополагающих принципа в соответствии с которыми они были созданы:

«1. Приступая к организации наших штурмовых отрядов, мы прежде всего стремились дать участникам их надлежащую возможность физического воспитания и вместе с тем стремились сделать из них убежденных сторонников национал-социалистической идеи. Дисциплина в этих отрядах должна была господствовать строжайшая.

2. Мы создавали свои штурмовые отряды так, чтобы они ничего общего не имели с обычными буржуазными военными организациями, но также ничего общего не имели и с нелегальными организациями.

3. Борясь самым резким образом против того, чтобы штурмовые отряды германской национал-социалистической рабочей партии были похожи на так называемые военные союзы».

Партийный смотр

Пока Гитлер фантазировал в тюрьме и выдавал желаемое за действительное, его друг и соратник Эрнст Рем начал реорганизацию запрещенных штурмовых отрядов. В апреле 1924 г. им была организована милитаристская организация «Фронтбанн». В ее состав вошли бывшие штурмовики и боевики «Имперского флага» и «Оберланда». Рем умел ладить с людьми, и скоро к «Фронтбанну» примкнули националистические союзы «Блюхер» и «Танненберг». Перечисленные организации совместно провели 11 мая 1924 г. «Немецкий день» в Галле. В Галле прибыли представители немецкой аристократии, 26 генералов и 1 адмирал под предводительством Людендорфа. По окончании мероприятия произошли многочисленные столкновения с нацистов с левыми. Количество пострадавших оказалось значительным.

Вскоре вместо запрещенной НСДАП было организовано Национал-социалистическое освободительное движение во главе с Людендорфом. Людендорф привлек к партийной деятельности Рема и лидера ячейки НСДАП в Ландсхуте Грегора Штрассера. Оба нациста были выдвинуты от новой организации в баварский ландтаг, а затем и в рейхстаг.

Пока Гитлер находился в тюрьме, Рем продолжал реорганизацию своего детища — «Фронтбанна». Деятельность Рема была настолько успешной, что вскоре в движении числилось около 30 000 бывших штурмовиков и фрайкоровцев. Вскоре после этого Людендорф и Штрассер потребовали от Рема, чтобы к непосредственному руководству «Фронтбанном» были привлечены они сами и их люди. Рем отказал обоим, но в тот момент он пользовался такой популярностью среди фронтовиков, что идти с ним на конфликт никто не решился. Желая быть единоличным руководителем «Фронтбанна», Рем тем не менее решил, чтобы все его подчиненные присягнули на верность Людендорфу, как верховному лидеру. Он также создал ряд внутренних положений для своей организации. Все это крайне заинтересовало прокуратуру Мюнхена, которая осенью 1924 г. начала расследование деятельности «Фронтбанна». В ходе следствия выяснялись связи организации с Гитлером, что стало причиной отказа в досрочном освобождении Гитлера в октябре 1924 г.

Следствие продолжалось до 17 декабря 1924 г., в действиях «Фронтбанна» не было обнаружено состава преступления, и организация не была запрещена. Кроме этого прокуратура разрешила освобождение Гитлера. Выйдя на свободу, Гитлер с головой кинулся в политическую жизнь. Он встретился с руководством освободительного движения, и соответственно — с Ремом. Гитлер рассказал им, что теперь он намерен добиваться власти законным путем, и потребовал от Рема безоговорочной передачи «Фронтбанна» в свое распоряжение. Рем решил выждать, а бывшие товарищи Г итлера стали называть его «Альфредом-законником». В конце декабря 1924 г. Гитлер собрал первый после освобождения митинг в Мюнхене. Через несколько дней, 4 января 1925 г. Гитлер отправился на аудиенцию к премьер-министру Баварии Генриху Гельду. Предмет их разговора остался тайной, но почти месяц спустя запрет на деятельность НСДАП и СА был снят Гельдом.