— Я люблю поесть.

Сэм рассмешили слова Брикера, когда она заглянула в тележку, которую он катил через автостоянку к их автомобилям. В ней были плотно набитые продуктами пакеты, как и в тележке, которую катил Мортимер. Мужчины действовали, как будто они ничего не ели с того дня, как они приехали сюда, бросая все в подряд в тележки. Она теперь поняла, почему они настояли на том, что им понадобятся два больших переносных холодильника, помимо того, который Сэм и ее сестры запланировали взять, чтобы сохранить скоропортящиеся продукты в долгой поездке назад в коттедж. У мужчин, по-видимому, обильный аппетит.

— Не могу поверить, что вы купили все это, — сказала Алекс. — Ребята, как долго вы здесь пробудете?

Они обменялись взглядами, и тогда Мортимер пожал плечами.

— Какое-то время. А как долго вы здесь пробудете?

— Две недели, — ответила Джо, а затем добавила, — Так что лучше не волочить ноги.

Сэм сузила глаза, хмурясь на дразнящую усмешку ее сестры. Замедляясь немного, она отстала, чтобы идти рядом с ней и пробормотала:

— Я не поеду обратно с Мортимером и Брикером. Я приехала сюда с ними. Ты поторопись, чтобы занять очередь для поездки назад.

— О, но… — начала Джо протестуя, но Сэм подняла руку, чтобы заставить ее замолчать. Она не собиралась спорить. В то время как эротический сон с участием Мортимера, был крайне увлекателен, и часть ее отчаянно желала участвовать в реальном романе с мужчиной, другая ее практическая часть, вполне понимала — у неё нет с ним шанса. Он просто из другой лиги. Конечно, он добрый и заботливый, держался поблизости и постоянно брал ее под руку, чтобы поддержать, но Сэм была не настолько глупа, чтобы думать, что это признак притяжения. Этот человек был просто хороший парень, типичный защитник, который высоко оценил их приглашение его и его друзей, чтобы поделиться едой прошлой ночью, и, очевидно, решил присматривать за ней, как за младшей сестренкой, в знак благодарности.

По крайней мере, это — то, чего она боялась. Сэм просто не могла поверить, что мужчина, столь убийственно красивый, как он найдет ее привлекательной. Она решила сохранить сердце, не говоря уже о своей гордости. Самый простой способ сделать это, избегать его, насколько возможно. Именно поэтому она также предложила, что она и ее сестры должны воспользоваться их собственным автомобилем. Конечно, это был предлог, что они нуждаются в дополнительном автомобиле из-за нехватки свободного места, чтобы разместить продукты и холодильники. К ее облегчению, Джо и Алекс сразу согласились, и она подумала, что преуспела, аккуратно избежав необходимости совершать длительную поездку во внедорожнике с мужчинами.

В данный момент Сэм по-прежнему не была уверена, как получилось так, что она ехала с Брикером и Мортимером. Ну, она знала как, но не могла поверить, что все обернулось так неправильно. Проблема возникла, когда они решили сделать свои покупки в Хантсвилле. Это в сорока пяти минутах езды, но также это крупный город с несколькими бакалейными магазинами, ресторанами и забавными туристическими магазинчиками, чтобы побродить по ним.

Это было прекрасно, пока Брикер не спросил, где находится Хантсвилл, и Алекс решила, что проще всего, чтобы одна из них, поехала с мужчинами и показывала им путь. Ее сестры проголосовали, чтобы Сэм была той, кто поедет с ними, и вот она была там. Она провела большую часть поездки, отчаянно желая оказаться где-либо еще в мире, но не в этом автомобиле. Дело не в том, что мужчины не были обаятельными и милыми. В самом деле, они оба приложили усилия, чтобы включить ее во все беседы во время путешествия.

С Брикером за рулем, Мортимер даже развернулся в кресле, чтобы видеть ее. Они были интересными и смешными, и несколько раз в пути заставили ее смеяться, если бы не тот факт, что она вдыхала аромат Мортимера с каждым вдохом, что неспособна отвести взгляд от него, ее глаза путешествовали снова и снова от его прекрасных серебристо-зеленых глаз, к его нежным, но твердым губам, к его рукам, которые в ее снах доставляли ей так много удовольствия, и затем к груди, которая выглядела настолько сильной и красивой в лунном свете… Таким образом, поездка стала адом, и она не желает ее повторения в течение этих сорока пяти минут обратного пути.

— Я не поеду туда с ними, — сказала она, твердо.

Свирепый взгляд, который она бросила на свою младшую сестру, был резко прерван, когда что-то зазвонило в ее сумке.

— Что это? — спросила Джо подозрительно. — Ты ведь не брала свой сотовый телефон, не так ли? Ты, как предполагалось, оставила его дома.

Сэм проигнорировала ее и сунула руку в сумочку, чтобы найти свой сотовый телефон. Вынув его, она прочла имя, губы напряглись, когда она увидела, кто звонил, Кларенс Бабкок, главнейший из старших партнеров и ее босс. Сэм на миг подумала не отвечать. Она была в отпуске, в конце концов. Телефон зазвонил снова, звуча слишком резко, для ее чутких ушей.

Это может быть важно, выругала себя Сэм. Она должна ответить.

— Это по работе, не так ли? Не смей отвечать, — сказала Джо мрачно. — Ты заслужила отдых так же, как все остальные люди. Сэм! — рявкнула она, и зашагала вслед за другими, когда Сэм открыла свой телефон и приложила его к уху. Она просто не могла не ответить.

— Привет? — сказала она осторожно.

— О, Саманта! Хорошо, хорошо, что вы взяли с собой свой телефон. Послушайте, мне очень не хотелось беспокоить вас в отпуске, но нам приходиться попросить вас. Это не займет много времени. Всего несколько минут, я уверен. Дело связано с Латимерами.

Глаза Сэма расширились. Латимеры были крупнейшими клиентами фирмы. Они были также старыми друзьями ее босса, который, к тому же, был крестным отцом их дочери. Но в настоящее время они находились в Европе, и она не могла себе представить, какую пользу она могла им принести.

— Мартин и Триша Латимеры находятся сейчас в Европе, но Кэти, их дочь, осталась в их доме в Миндене, и они, кажется, не могут связаться с ней. Они немного в отчаянье, так сказать, и я рассказал им, что вы неподалеку, и, заверил, что это не проблема для вас заглянуть к девочке и проверить, что с ней все в порядке, и возможно, передать ей, позвонить своим родителям, таким образом, они перестанут волноваться. Это ведь не так, правда? Проблема, я имею в виду?

Сэм стояла совершенно неподвижно. Она даже затаила дыхание. Минден находился больше, чем в часе езды от места, где они были сейчас, и более чем в двух часа от дома, что означало больше, чем четыре часа туда и обратно, и всё это количество времени понадобится, только для того чтобы поговорить с Кэти Латимер. Часть Сэм хотела сказать ему, чтобы он шёл к черту, что это был ее отпуск, что она работала восемьдесят часов в неделю на фирму, что это в какой-то степени очень драгоценное время, в котором она нуждалась, и она не намерена тратить его, чтобы проверить, некоторых избалованных подростков, которые не потрудились позвонить своим родителям или даже ответить на их звонки. Но тогда ее более разумная сторона тихо напомнила ей, что ее тяжелая работа привела ее от стажера до младшего партнера меньше чем за год, чего ранее не бывало. Если она просто стиснет зубы и будет работать без отдыха, то через пару лет она сделается старшим партнером и тогда ей не придется так тяжело работать, и ее жизнь не будет постоянной беготней, поклонами и расшаркиванием и…

— Конечно, это не будет проблемой, сэр. Я боюсь, что нахожусь прямо сейчас в Хантсвилле, но мы вскоре должны вернуться в Магнетаван. Как только мы доберемся, я смогу взять напрокат машину и поехать в Минден. Я должна быть там в… — Она сделала паузу, как если бы она не рассчитала уже все в своей голове, а затем сказала, — Давайте посмотрим, почти час назад в Магнетаван, а затем оттуда больше, чем два часа в Минден …, я должна прибыть туда немного больше чем через три часа и позвоню вам сразу после того, как поговорю с Кэти Латимер. Так подойдет?

Наступила пауза на другом конце телефона, и она знала, что этот человек принял к сведению длину пути и проблемы, возникающие из-за его просьбы о "небольшой услуге". Сэм не дура. Без толку позволять себе соглашаться на такие вещи, если они не имели понятия, чего они просили от нее. Ее босс теперь точно знал, сколько усилий она потратит на его просьбу… в ее отпуск.

— Спасибо, Саманта, — сказал он наконец, прозвучало очень торжественно. — Я ценю это, и уверен, что Латимеры это так же оценят. Я дам им знать, как долго в пути, вы должны проехать, чтобы помочь облегчить их беспокойство. Это будет много значить для них.

— Нет проблем, сэр, — только сказала Сэм, но задалась вопросом, возможность стать старшим партнером действительно стоит всех этих хлопот? А хочет ли она вообще стать старшим партнером? Отодвигая прочь сомнения и неуверенность, она попрощалась со своим боссом и отключилась.

— Что я слышу, ты согласилась заняться работой в твой отпуск.

Сэм скривилась, на раздраженный тон Алекс и повернулась с натянутой улыбкой.

— На самом деле, это не по работе. Это одолжение для Латимеров. Их дочь в их коттедже и они не могут дозвониться до нее. Я просто собираюсь съездить и проверить ее.

— Ты собираешься ехать в Минден, чтобы проверить ее? — сухо спросила она, и Сэм поморщилась. Она, скорее, надеялась, что Алекс не слышала эту часть.

— Она крестница мистера Бэбкока, — сказал Сэм, надеясь, что это смягчит ее столь очевидный гнев. — А он беспокоится о ней.

— Минден далеко? — спросил, хмурясь Мортимер, привлекая ее внимание к тому факту, что он, Брикер и Джо все возвратились с их тележками, чтобы узнать, что происходит.

— Это примерно час и двадцать минут отсюда, — Алекс сообщила ему, а затем добавила — Но это больше двух часов от коттеджа. Чтобы выполнить это поручение, она вернется не раньше девяти-тридцати, если не в десять часов.

Сэм нахмурилась из-за этого предсказания, и взглянула на свои наручные часы, с удивлением увидев, что было уже четыре тридцать. Куда делся день, подумала она, а потом сообразила, что было уже после полудня, когда она проснулась и пошла, забрать колбасу и яйца на завтрак. Потом они остановились ещё для позднего завтрака, затем другая остановка в "Канадской Шине" для Брикера, чтобы купить два огромных холодильника, он уверял, что ему и Мортимеру они будут необходимы, чтобы перевезти их еду обратно в коттедж. Только тогда они, наконец-то, попали сюда в продуктовый магазин.

— Мы должны положить продукты в машину, — сказала она, пытаясь отвлечь Алекс от темы. Ее сестры волновались за нее, по поводу ее непрерывной работы и напряжения, в котором она находилась. Это частично было причиной, почему они планировали эту недельную поездку с ней, чтобы открыть коттедж. Это должно было заставить ее взять отпуск. Они несколько месяцев уговаривали ее, заранее освободится от работы на это время. Тогда идея казалась достаточно бредовой, чтобы думать, что она согласиться на нее до настоящего времени.

Сэм поморщилась при этой мысли. Она так глубоко увязла в работе, к тому моменту, когда пришло время отпуска, что она, как и прежде на самом деле собиралась отменить его в пользу работы. Само предположение вызвало такое возмущение и гнев сестер, что она сразу передумала.

— Я могу ее взять.

Сэм взглянула на Мортимера с замешательством. Она правильно его расслышала? Она не уверена. Он не смотрел на нее. Он разговаривал с ее сестрами.

— Мы можем загрузить продукты и лед в холодильники и… если вы не против забрать Брикера и холодильники снова с собой… я бы отвез Сэм в Минден на внедорожнике. Это будет быстрее. По крайней мере, сократит на два часа поездку.

Как по волшебству, все недовольство и гнев Алекс и Джо, казалось, испарились.

— О'кей, — они обе весело согласились, а потом Алекс сказала, — Тогда нам лучше побыстрей переложить эти продукты в холодильники.

Сэм смотрела, как квартет двинулся к автомобилям, и покачала головой, с удивлением, недоумевая, когда она потеряла контроль над своей жизнью. Все, казалось, будут принимать решения за нее. Она тут же решила отказаться от любезного предложения Мортимера, но потом поняла, что нанесет себе вред, чтобы досадить другому. Приняв его предложение, она сократит два часа пути. Это к тому же усмирит нрав Алекс.

Имейте в виду, это означало, что ей придется три с половиной часа, если не больше, провести как в ловушке, в машине, с Мортимером… Что было довольно пугающим, подумала Сэм, и почти собралась окликнуть их, чтобы отклонить, в конце концов, предложение, но потом Брикер повернулся и улыбнулся ей, сказав:

— Все в порядке. Все будет хорошо. Расслабься и получай удовольствие от его общества.

Сэм медленно кивнула. Брикер прав, все будет хорошо, но она должна была удивиться, как он мог говорить с ней без слов. Возможно, ей стоит проверить глаза, подумала она немного как в тумане, и пошла, помогать мужчинам, переместить два холодильника в Матрикс Алекс, а затем загрузить в них продукты. Сделано это было на удивление быстро, а потом она обнаружила себя на переднем сиденье внедорожника поправляющей свой ремень безопасности.

— Твои сестры волнуются за тебя, — заметил Мортимер, когда завел двигатель.

— Да, — согласилась Сэм с недовольным вздохом. По правде говоря, иногда она и сама волновалась за себя. Все с кем она работала, работали много и долгие напряженные часы, но она понятия не имела, как они справлялись. Напряжение начинало сказываться на ней.

— Они думают, что ты губишь свое здоровье на этой работе, — добавил он, при этом голос его прозвучал, будто он сам переживал.

— Это — карьера, не работа. И я только должна продолжать работать в том же темпе, пока я не получу старшего партнера. Потом я смогу притормозить и позволить младшему персоналу выполнять тяжелую работу.

Мортимер кивнул с серьезным видом, но потом спросил:

— Это стоит того?

Сэм нахмурилась. Этот вопрос она часто задавала себе. Она наслаждалась юриспруденцией, и по большей части, любила свою работу. За исключением долгих часов. И хотя она говорила себе, что как только станет старшим партнером, она сможет отдохнуть и пусть молодые и стажеры делают работу для нее, как поступал ее босс, но она на самом деле, не знала, сможет ли. Она боялась бы, что они пропустят что-то и так или иначе постоянно перепроверяла бы все сама. У Сэм имелись проблемы с контролем, и она понимала это. Кроме того, она неудобно себя чувствовала бы, складывая работу на подчиненных, как поступали ее собственные боссы с ней. Все заслуживают жизни.

Испустив легкий вздох, Сэм покачала головой.

— Давай поговорим о чем-нибудь другом.

Мортимер замолчал на мгновение, пока он справлялся с движением, но потом кивнул.

— Хорошо. Пока.

Она удивленно моргнула из-за оговорки, но он уже спрашивал:

— О чем ты хочешь поговорить?

Сэм заколебалась, ее мозг стал искать безопасную тему для обсуждения, но ни одна из них не казалась надежной, по крайней мере, не для нее. Каждая возможная тема, которая всплывала в ее мозгу, имела отношения к человеку рядом с нею, его жизни и его симпатиям и антипатиям. Худшим был повторяющийся вопрос, нравилась ли она ему? Находил ли он вообще ее привлекательной? Представлял ли он себя встречающимся с ней? Желает ли он поцеловать ее? Прикоснуться к ней? Заставил бы ее тело желать его, как во сне?

Определенно не безопасные темы, решила Сэм. Зная, что Мортимер смотрит на нее с любопытством, она откашлялась и сказала:

— Я не знаю. Тебе до сих пор нравиться здесь?

— Мне нравится, — сказал он легко. — Здесь тихо и спокойно и на удивление расслабляет.

— Полагаю, здесь все сильно отличается от того к чему ты привык в Лос-Анджелесе.

— Я больше не провожу много времени в Лос-Анджелесе, — тихо сказал он.

— У тебя есть там дом? — спросила Сэм с любопытством.

— Брикер и я делим квартиру, но учитывая, как мало времени мы там проводим, нас на самом деле это не беспокоит, — сказал он сухо. — Мы останавливаемся в Лос-Анджелесе только, чтобы посетить семью на праздники и тому подобное, но по большей части мы находимся в дороге.

— О да, гастролируете с группой, и все такое, — пробормотала она, задумавшись над тем, что он сказал. Мортимер часто упоминал его и Брикера, делающие это, или его и Брикера, делающие то. Она бы не подумала, что это странно, так как они были вместе в одной группе, и поэтому, вероятно, работали и играли вместе… за исключением того, что это всегда был он и Брикер, а не он, Брикер и Декер. То как он говорил, звучало почти как будто они пара, — подумала она, нахмурившись, а затем ее глаза расширились от ужаса, когда она решила, а что если они и были супругами. Гей-парой.

Боже мой, это вполне похоже на то, что она заинтересовалась гейем. И это более чем возможно, — поняла она с тревогой. Сэм уже знала, что у неё полностью отсутствует Гей-радар. Один из юристов на фирме был, видимо, гей, но она не знала, пока ее секретарь не проконсультировала, какой он красивый и хороший, и как стыдно, что он был гейем. Сэм провела прошлый год, просто думая, что его партнер по жизни был соседом по комнате и другом до того момента.

Теперь, когда мысль оказалась в ее голове, Сэм не могла выбросить ее. Она зависла там, на подсознательном уровне как летучая мышь, ждущая, чтобы развернуть крылья и летать как угорелая внутри ее головы. Мортимер попытался начать несколько раз разговор, но Сэм затруднялась с ответами, отвечала только односложно. В конце концов, он сдался и оставил ее в ее мыслях.

Сэм было жаль его, потому что теперь она обнаружила, что рассматривает каждую мелочь, которую он сказал, и в каждом моменте видела мужчин вместе. Она также чувствовала себя ужасно из-за страстного сна, который ей приснился. Несмотря на то, что он не мог знать об этом, она почувствовала, будто бы приставала к нему, в некотором роде. Ментальное изнасилование ее бедного, гей соседа. Боже мой!

— Как ты думаешь, здесь у них есть где-нибудь ресторан или кафе? — внезапно спросил Мортимер, отвлекая ее от неприятных мыслей. — Я бы не отказался чего-нибудь поесть.

Сэм огляделась вокруг, увидев, что они приехали в Минден. Они проезжали мимо большой местной бакалейной лавки. Нахмурясь, она призналась:

— Я не уверена. Я только однажды была здесь, и это было, когда мы были детьми и приезжали сюда с моими родителями. Я уверена, что у них должно быть что-то.

Остановка в ресторане была, вероятно, хорошей идеей. Она была немного голодна сама и могла воспользоваться перерывом для туалета. Сэм рассматривала торговые предприятия, расположенные на улице, и затем указала вперед на правую сторону от них, когда она увидела стоянку на углу с несколькими магазинами на ней.

— Может где-нибудь там, мы могли бы остановиться.

— Хорошо, — сказал Мортимер с облегчением. — Мы можем размять ноги, захватить еду, чтобы перекусить, и посмотреть карту, чтобы понять, куда мы должны ехать, чтобы найти Латимеров. У тебя есть адрес?

Сэм кивнула. Ее босс не подумал, чтобы дать его ей, но она знала его. Она провела первые три месяца своей интернатуры, работая над случаем для Латимеров и постоянно занималась бумагами для отправки срочной почтой в их дом. Она вписывала адрес так часто, что не думала, что когда-либо забудет его.

— Я найду его на карте, пока мы будем есть.

Кивнув, Мортимер повернул к стоянке.

У них был выбор — совместная пицца или небольшой ресторанчик, где подавали рыбу, жаренный хрустящий картофель и другую простую еду. Они выбрали ресторанчик. Мортимер и Сэм разместили свои заказы на стойке, а затем каждый пошёл к туалетам. Мортимер уже возвратился и нашел для них столик к тому времени, как Сэм вернулась в обеденный зал. Он смотрел вниз, на карту и не заметил ее прихода, поэтому она воспользовалась случаем, чтобы присмотреться к нему, отчаянно ища хоть какие-то признаки его сексуальной ориентации. К сожалению, она не видела ничего, чтобы подтвердить гей он или нет. Мужчина носил стандартную одежду джинсы и футболку; имел короткие, ухоженные темно-русые волосы; и чисто выбрит. Это ничего не сказало ей, думала Сэм, и тут же нахмурилась, когда заметила, что он был очень бледен.

Мортимер поднял глаза, когда она проскользнула с противоположной стороны стола, его брови вопросительно поползли вверх, так как он заметил ее хмурое выражение лица.

— Что случилось?

— Ты выглядишь бледным, — сказала она с беспокойством. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Мортимер колебался, а потом отвернулся, пожав плечами.

— Я в порядке. Пища поможет.

Его ответ заставил ее задуматься, что если он не диабетик и не страдает какой-либо другой болезнью, что тогда поразило его организм, но прежде чем она успела спросить, они были прерваны прибытием еды, и она решила позволить вопросу пока отойти. Это не тот вопрос, на который Мортимер мог ответить с набитым ртом, а мужчина сохранял рот полным, пока все до последнего кусочка пиши, на его тарелке, не исчезли. У него и Брикера, конечно, хороший аппетит, подумала Сэм, и тут же нахмурилась, когда она поняла, теперь они были партнерами в ее голове. Она, казалось, не могла больше думать об одном без другого в ее мыслях. В своем уме она была уже убеждена, что жаждала гомосексуалиста.

— Ты гей? — Сэм не хотела, спрашивать, по крайней мере, она бы не сделала это так откровенно, но слова вырвались прежде, чем она успела их остановить. Затем она закрыла глаза в ужасе из-за своего поведение, потом открыла их медленно, чтобы посмотреть на Мортимера, который смотрел на неё с некоторым испугом за себя. Было ли это потому, что он не гомосексуалист, или потому, что она задала этот вопрос, она не могла сказать, и произнесла извиняющимся тоном: — Прости меня. Действительно, очень жаль. Это не мое дело, если ты гей, и у меня нет проблем с гомосексуализмом. Я рада дружить с тобой и Брикером. Я… — извинения Сэм прервались, когда он вдруг встал, схватил ее за руку и вытащил ее из-за стола.

— Действительно, я не хотела тебя обидеть, — пролепетала Сэм, когда он потянул ее из ресторана и вывел за дверь. — Все в порядке, если ты такой. Я просто хотела бы знать, потому что… — Она быстро остановила свои слова, прежде чем успела ляпнуть, что он ей нравиться, и быстро сказала: — Потому что Джо, кажется, немного заинтересована в Брикере, и я не хочу, чтобы ей было больно, потому что… — слова ее снова оборвались на еще одном вздохе, на этот раз потому, что она наткнулась на что-то на стоянке и споткнулась.

Мортимер немедленно затормозил, выпустил ее руку, и схватил ее за талию, притянув ее к себе, таща последние несколько футов к внедорожнику. Он открыл дверцу и попытался втолкнуть ее в автомобиль, но Сэм предвидя это, положила руку на дверь и разворачиваясь лицом к нему.

— Пожалуйста, не сердись, я просто хотела знать.

На этот раз она замолчала, потому что его губы прижались к ее губам. Сэм замерла. Так же, как и в ее сне, но это был не просто клевок или легкое прикосновение, это был поцелуй, голодный, требовательный и всепоглощающий. Мортимер обхватили ее затылок, таким образом, удерживая ее на месте, пока он доказывал, что определенно не был гейем. Ну, если только ее мальчишеская фигура не ввела его в заблуждение, думая, что она была на самом деле Сэм, а не Саманта, — подумала она в тумане, а потом оставила эту мысль, когда его свободная рука потянулась, чтобы накрыть ее грудь через хлопок ее бордовой футболки.

Сэм застонала ему в рот и прижалась к нему, пока он целовал ее. Это было так же, как в ее сне, ее тело ответило соответственно, ее соски, сразу стали заметны и ее бедра, сжались вместе, когда жар начал пульсировать между ними. Она чувствовала, что дверь внедорожника, прижалась к ее спине, когда он заставил ее отступить, а затем рука на ее голове переместилась на одну из половинок ее попы, настоятельно призывая ее двигаться, чтобы тереться об него. Сэм обнаружила, что вцепилась в его плечи, пока она отчаянно боролась с желанием обнять ногами его бедра, и подгонять его. Однако она еще не совсем потеряла рассудок, какая-то часть ее разума говорила ей, что он просто пытался доказать то, что он не гей. Сэм оторвала свой рот и повернула голову, чтобы избежать его очередного поцелуя, она сказала, задыхаясь:

— Ладно. Ты не гей. Ты не должен…

— Я хочу, — проворчал он, придвигаясь к ней, так что бы она могла чувствовать, как сильно он хотел, его рот лег ей на горло, за неимением ее губ.

— О-о, — Сэм вздохнула, когда его твердость прижалась к ней. Он определенно хотел, признала она, когда его губы прожигали тропинку вдоль вены у нее на шее. И она хотела, слишком, отчаянно, но они стояли на шумной улице, и все еще было светло, и они были на виду у каждого, кто захотел бы подсмотреть.

Было самое время поехать домой, когда послышался заинтересованный свист и свист достиг ее ушей. Сэм была не единственной, кто услышал. Вдруг Мортимер толкнул ее в сторону и развернул к внедорожнику.

— Залезай туда.

Сэм забралась послушно внутрь, ее глаза смотрели сквозь лобовое стекло, чтобы найти троих молодых мужчин, улыбавшихся и все еще выкрикивающих непристойные предложения, пока они двигались к входу в ресторан.

— Я забыл карту внутри, я сейчас вернусь, — сказал Мортимер, а затем закрыл за собой дверь и последовал за мужчинами в ресторан.

Сэм смотрела ему вслед, удивляясь, что он выглядел таким спокойным и собранным, после страстных объятий, когда она чувствовала себя совершенно растерянной. Несколько мгновений она просто сидела, наслаждаясь покалыванием, проходящие через ее тело, но потом она начала беспокоиться. Сначала она беспокоилась, что там могут возникнуть проблемы в ресторане с тремя враждебно настроенными людьми. Она только убедила себя, что он умный, на вид уравновешенный парень, и все будет в порядке, когда она начала волноваться о его возвращении. Как она должна была вести себя после страстных объятий, которое они только что разделили? Они были теперь парой?

Этот вопрос заставил ее застонать про себя. Что она могла даже спросить себя, что после одного поцелуя, только доказывает, опасения Алекс были обоснованными. Несмотря на Тома, она определенно была старой девой, когда доходило до дела, призналась Сэм. В наше время поцелуй не означал, что они были парой. Чёрт, даже секс больше не имел значения. Люди проводили вместе одну ночь, тем временем не на минуту не представляя себя парой. Она действительно была не готова, броситься в это предприятие. Что она делает? И что задержало Мортимера так долго?

Мортимер с облегчением увидела на столе карту, там, где он оставил ее. Он забрал ее, но не сразу вернулся обратно к джипу. Это была не главная причина, из-за которой он вернулся… это был всего лишь удобный предлог. Дело в том, что Мортимер был в нескольких шагах от того чтобы впиться зубами в шею Сэм и утолить голод, который теперь скрутил его живот, когда просвистели и свист напомнил ему, где он был и что он делал.

Он не целовал Сэм с намерением укусить ее. Он целовал ее, потому что в этом виноват ее вопрос о его сексуальной ориентации. Это сначала потрясло его, и вдруг он обнаружил, что возмущен, что женщина, которую он желает, сомневается в его сексуальных предпочтениях. Тогда он испугался, что если она будет думать, что он гей, она не заинтересуется им, и поскольку он хотел, чтобы она интересовалась, и надеялся, что она интересуется.

Так или иначе, все это достигло высшей точки в тактике "показа" настоящего мужчины, где заключались его интересы. Поцелуй. Он только хотел, чтобы он был быстрым с демонстративной нежностью, но момент, который он испытал на ее губах, превратился в большее. И когда она ответила, его благие намерения вылетели прочь. Здесь она была той же женщиной, похожей на пороховую бочку, как в его снах. Ее ответ был нетерпелив и страстен, заставляя его потерять полностью голову. Мортимер позволил рукам начать блуждать, а свой ум наполниться изображениями, срываемой с нее одежды и занимающимися с ней любовью рядом с внедорожником. Но тут она прервала поцелуй, и отвернулась.

Когда рот Мортимера заскользил вниз по ее шее и почувствовал, как там пульсировала вена от возбуждения, страсть его была недолгой… подстерег другой голод… его отчаянная потребность в крови. И он почувствовал себя очень расстроенным, на данный момент.

Несмотря на все усилия, ему и Брикеру не удалось полностью избежать сегодня воздействия солнечного света. Хотя он носил джинсы, а не более удобные шорты, чтобы постараться избежать воздействия настолько, насколько это возможно, но рубашки с длинными рукавами казались бы странными, так как был жаркий летний день, поэтому его руки и лицо были открыты. И в то же время они были в достаточной безопасности от повреждения ультрафиолетовыми лучами во внедорожнике, но каждая остановка, которую они сделали в этот день, означала, по крайней мере, короткую прогулку под яркими лучами солнца.

Все это, в сочетании с его потребностью организма для борьбы с алкоголем ночью, и с испорченной кровью, которую он принял, когда проснулся в полдень, оставило его обезвоженным и нуждающимся в большом количестве крови. Это было одной из тех чрезвычайных ситуаций, когда его людям разрешали питаться "от коровы" и укусить смертных. Но Мортимер не собирался питаться от Сэм. Он не мог управлять ею, таким образом, он не мог стереть память о своем укусе позже, и это было слишком рано показывать ей то, чем он был, и надеяться, что она может принять его, не убежав с криком в ночь.

Нет, он не мог укусить Сэм. Ему нужен другой донор. Взгляд Мортимера скользнул по ресторану, отмечая и сканируя разнообразных клиентов, прежде чем его взгляд упал на трех смеющихся молодых людей, которые так грубо прервали их на улице. Мортимер быстро считал каждого, потом выбрал одного, который выглядел более здоровым и погрузился в его мысли. Через несколько секунд юноша извинился и направился в туалет.

Мортимер проследовал за ним.