Хью снился сон. Он стоял в густом тумане и звал Уиллу. Он знал, что она где-то поблизости, но никак не мог найти ее в водовороте тумана. Хью брел сквозь дымку, спотыкаясь и выкрикивая се имя, но единственным ответом был печальный волчий вой. Хью открыл глаза и подумал, что еще спит. Полутемная комната была полна тумана, а в ушах у него все еще раздавался вой Вулфи и Фэн. Потом он понял, что слышит не эхо. Вулфи и Фэн действительно выли. А туман в комнате был вовсе не туманом, а дымом от огня, который он забыл зажечь…

– Пожар!

Хью сел, невольно столкнув Уиллу на пол. Он тут ж-, нагнулся, чтобы взглянуть на нее, но ничего не увидел из-за дыма.

– Уилла?

– Хью?

В ее голосе были обида и смущение, но по крайней мере она ответила на его зов. В его сне она этого не сделала. Хью почувствовал облегчение, несмотря на то что она закашляла.

– Что происходит? – спросила Уилла.

– Дом горит.

Он аккуратно встал, чтобы не наступить на нее, и начал на ощупь искать свои веши. Хью нашел то, что ему показалось бриджами, начал их натягивать и только тогда понял, что пытается влезть ногами в рукава собственной туники. Чертыхаясь, он натянул ее на себя через голову.

– Нет, ты забыл разжечь камин, – возразила Уилла. Ее слова прервал новый приступ кашля. Хью знал, что дым раздражает ее и без того больное горло. Ему нужно выбраться отсюда.

– Вставай, Уилла, ищи свои вещи.

Хью нашел бриджи и натянул их, устремляясь к выходу. Комната было полна дыма, и он не мог точно сказать, где находится пламя. Хью надеялся, что когда он откроет дверь, то выпустит на улицу хоть немного дыма и сможет рассмотреть происходящее в домике. Тогда он поможет Уилле найти платье, и они смогут убежать. Хью мог бы забрать ее и без одежды, но он не хотел, чтобы она вернулась в Хиллкрсст в таком смущающем ее виде. К счастью, домик был маленьким, и Хью точно помнил, в какой стороне от кушетки находится дверь. Он облегченно вздохнул и толкнул дверь. Она не поддалась. По его спине пробежал холодок. Он толкнул еще раз – никакого результата, дверь не двигалась. Хью отошел на шаг и навалился на дверь. Она не шевельнулась. Он пытался понять, что происходит, но его внимание привлек кашель Уиллы. Хью взглянул туда, где она была, но туман был густым, и он ничего не увидел. Хью не видел ее именно так, как это было во сне. Его ненадолго охватила паника, но отрезвил приступ ее кашля. Отойдя от двери, он пошел на звук и шел до тех пор, пока не споткнулся об нее.

– Уилла?

Он нагнулся и схватил первое, что попало под руку. Она стояла на коленях и была уже частично одета. Уилла натянула сорочку или платье, Хью не смог разобрать, что именно. Этого было достаточно. Поддерживая, Хью помог ей встать.

– Нам нужно выбираться отсюда. – Он почувствовал, как она ткнулась ему в грудь, снова раскашлявшись. – Дверь заперта снаружи.

– Снаружи нет засова, – слабо выдохнула Уилла.

– Сейчас есть.

Вулфи и Фэн снова завыли. Хью почувствовал, как она замерла.

– Волки.

– Да, меня разбудил их вой.

Он шагнул в направлении стола и облегченно вздохнул, когда нащупал его рукой.

– Останься здесь. Я попытаюсь открыть дверь.

– Ты сказал, что она заперта.

– Да, что-то мешает ее открыть. Это глинобитный доу или он построен из прутьев и оштукатурен?

– Он построен из прутьев и оштукатурен. Балдульф однажды сказал, что ему почти двадцать лет. Задняя стена повреждена ливнем с ураганом. Он сказал, что ее нужно починить или скоро придется строить другой дом. Он…

Уилла замолчала и закашлялась, Хью несколько раз стукнул ее по спине, а потом попросил оставаться на прежнем месте и подошел к задней стене. К его большому облегчению, там действительно были прутья и штукатурка. Было бы гораздо труднее пробиться через глину. И Уилла была права, стена пострадала от воды. От его прикосновений она крошилась и была горячей.

Хью пробился обратно к столу, снова ориентируясь на звук кашля Уиллы. Нащупав ее руку, он заставил девушку ухватиться за пояс своих бриджей.

– Держись за меня. Я собираюсь проломить заднюю стену. Не отпускай мои бриджи, – распорядился он, поднял стол и двинулся к задней стене домика.

Стол ударился о стену, и она дала трещину. Хью ощупал ее и выяснил, где находится дерево. Он не хотел терять время на каркас дома. Уверенный, что знает, куда бить, Хью потянулся назад и удостоверился, что не заденет Уиллу. Он использовал стол как таран и с размаху ударил им в панель из свитых прутьев, покрытых соломой и коровьим навозом. Стол разбил стену с первого же удара. Облегченно вздохнув, Хью схватил руку Уиллы, державшуюся сзади за его бриджи, и нагнулся, чтобы проскользнуть сквозь отверстие, из которого торчали щепки. Он бежал не останавливаясь до тех пор, пока они не оказались на безопасном расстоянии от горящего дома. Хью остановился, повернулся к Уилле и вскрикнул, когда увидел, что се платье горит сзади. Он повалил ее на землю и загасил огонь руками. Хью только что затушил последнее пламя, когда к домику, оглядываясь по сторонам, подошли Вулфи и Фэн. Он решил, что они собираются напасть… Так оно и произошло. Они прыгнули на Уиллу и принялись лизать ее лицо от радости. Чертыхаясь, он помог Уилле сесть, потом отвернулся и взглянул на пожар. Теперь пламенем был объят почти весь дом. Соломенная крыша превратилась в один большой факел, стены тоже вспыхнули.

– Ты сказал, что тебя разбудил их вой?

Хью взглянул на Уиллу, кивнул и нахмурился.

– Интересно, где они были, когда поджигали дом?

– Наверное, спали после еды, – ответила Уилла. Она прищурилась. – Когда дом поджигали?

– Да.

Хью помог ей подняться и направился к просеке в обход дома. Его не волновало то, что тот, кто поджег дом, мог еще находиться поблизости. Будь он здесь, Вулфи и Фэн уже позаботились бы о нем. Хью собирался взглянуть на дверь, ему хотелось понять, почему она не открылась. Ее подпирала деревянная планка. Они выбрались как раз перед тем, как обвалилась крыша. За крышей быстро последовали стены, волки тут же убежали и пропали в лесу поблизости. Хью взглянул на Уиллу и увидел, что по ее щекам тихо текут слезы. Он вспомнил, что это место было ее домом десять лет, и крепко обнял жену. Ей было бы трудно видеть, как падает этот дом. Несколько мгновений они молча смотрели на горящий дом, потом Хью вспомнил о лошади и повел Уиллу к конюшие. Он испытал облегчение, когда увидел, что лошадь все еще там. Оставив Уиллу у двери, Хью зашел внутрь и быстро осмотрел животное. Выяснив, что оно не получило никаких повреждений, он оседлал его и вывел наружу. Хью сел на лошадь и посадил перед собой Уиллу.

Всю обратную дорогу они молчали. Сидя перед ним, Уилла съежилась и старалась не дотрагиваться до него больше, чем это было необходимо. Ее лицо было бледным и искаженным, Хью чувствовал, как она дрожит. Но больше всего его волновало то, что ее глаза казались пустыми. Это как-то напоминало ему виденный им сон. Ему казалось, будто ее жизненно важная часть осталась внутри задымленного домика, а он никак не мог ее отыскать. Уилла снова отдалилась от него, и ему это не понравилось. Хью подъехал на лошади прямо к лестнице, ведущей в замок, и аккуратно снял жену с лошади. Она стояла там с потерянным видом. Хью впервые заметил, что ее лицо испачкано копотью. Своими веселыми приветствиями волки смыли часть сажи, по далеко не всю. Еще он с сожалением отметил, что копчики ее волос обгорели. Их придется отрезать немного выше талии.

– Иди переодеваться. Прикажи приготовить ванну, чтобы смыть гарь и копоть, – добавил он. – Я пошлю Балдульфа, чтобы он подождал тебя перед дверью в нашу комнату. Не уходи без него.

Уилла ничего не ответила, но ему показалось, что она кивнула.

Хью следил за ней взглядом, пока она не пропала внутри замка, потом направил лошадь к конюшне. Ему хотелось соскочить с лошади и самому отнести ее наверх, смыть с ее тела следы пожара, и упоенно заниматься с ней любовью. Но сначала ему необходимо поговорить с воинами. Это третье покушение на ее жизнь. Надо поймать преступника до того, как произойдет четвертое. Уилла поднялась по лестнице до спальни, не сделав по пути ни одной остановки. Очутившись внутри, она не знала, чем заняться. Уилла смутно помнила, что Хью сказал ей что-то сделать, но не помнила, что именно. Она оглядела комнату. Сегодня был великолепный день, превратившийся в ад. Этим утром муж вызвал в ней страсть, которая выходила за пределы мечтаний Уиллы, а потом она чуть не потеряла его. Конечно, и сама Уилла была па грани гибели, кто-то пытается убить ее па протяжении всей жизни. Каждый день. который она могла дышать, был для нее подарком. Но сегодня убийца едва не лишил жизни Хью, много лет назад он убил Лувену. Собственная мать умерла, подарив Уилле жизнь. Илберт умер, охраняя ее. Человек, который воспитал ее как собственную дочь, умер несколько дней назад… Уилла очень устала терять тех, кого любила. Она со стоном упала па край кровати. Ее чувства к Хью были новыми и смущающими. Уилла думала, что любит этого человека до того, как встретилась с ним. Ее долг состоял в том, чтобы любить мужа. Но за последние несколько дней она изменила свое мнение о том, как его смерть может повлиять на нее. То, что она почти потеряла его, заставило ее испытать ужасающий страх и сильную боль. Уилла не знала, сможет ли она перенести потерю Хью. Уилла услышала стук и взглянула па стену, отделявшую спальню от комнаты хозяина, комнаты, которую занимал некогда Ричард Хиллкрест. Насколько ей было известно, в комнате никто не жил. Она услышала приглушенные звуки драки, встала на ноги и подошла к двери. Наверное, это лорд Уайнекен занялся поисками письма. но се радовало все, что отвлекало от раздумий. Уилла вышла в коридор и увидела, что там никого нет Уилла смутно помнила, что Хью сказал ей, что при шлет наверх Балдульфа. Охраны еще не было. Коридор ста;: тихим и темным, когда за ней захлопнулась дверь спальни Остальные двери, выходившие в коридор, уже были закрыты. Нужно было зажечь факелы, хотя на дворе стоял ясный день. Уилла была уже на полдороге к комнате лорда Ричарда и вдруг подумала, что несколько мгновений назад, когда она поднималась по лестнице, факелы должны были гореть, уж она точно обратила бы внимание на их отсутствие. Уилла нахмурилась. Она не могла с уверенностью ничего утверждать, так как в тот момент была слишком расстроена. Она расстроена и сейчас. Уилла подумала, не взять ли ей свечу, и оглянулась назад, в направлении их с Хью спальни. Она почувствовала сильный сквозняк. Холодный ветер пошевелил ее волосы и заставил поджать пальцы на ногах. Она решила, что этим и объясняется, почему не горят факелы. Их погасил ветер, дувший из какой-то комнаты. Тихий щелчок заставил ее оглянуться. Уилла была уверена, что это закрыли дверь комнаты лорда Ричарда. Она всматривалась в густую темноту впереди себя, пытаясь понять, кто же там находится.

– Лорд Уайнекен?

Уилла осторожно двинулась вперед, придерживаясь рукой за стену до тех пор, пока не коснулась деревянной двери. Она остановилась, напрягая слух и стараясь восполнить этим полное отсутствие возможности что-либо увидеть. Она могла поклясться, что слышит чье-то дыхание. Новый щелчок заставил Уиллу замереть и всмотреться в темноту коридора. Тихо закрылась другая дверь. Мгновение она прислушивалась, по не услышала ничего, кроме стука собственного сердца. Оно билось так, будто было что-то, чего ей следовало бояться.

– Дурочка, – отругала она себя, протянув руку к двери.

Внутри находится лорд Уайнекен, он осматривает комнату отца при свете свечи. Уилла открыла дверь, но в нерешительности остановилась в проеме. Она с беспокойством оглядела комнату. В ней было холодно и пахло плесенью, но внутри никого не было. От этого она только разволновалась еще больше. Уилла была уверена, что слышала, что здесь кто-то был. Она услышала стук и испуганно взглянула на окно. Уилла нервно хихикнула, когда увидела, что часть гобелена, которым всегда занавешивалось закрытое окно, упала. Ставни были открыты, позволяя солнечному свету и холодному ветру проникать в комнату. Наверное, именно этот звук она и слышала из соседней комнаты. Чувствуя себя глупо оттого, что испугалась тени, Уилла направилась через всю комнату закрывать ставни.

– Уилла, девочка! Где ты? Уилла! – достиг ее ушей взволнованный голос Балдульфа.

Она наморщила нос. По крайней мере не она одна нервничает из-за недавних событий.

– Я здесь, Балдульф! – отозвалась Уилла, добравшись до окна и наклоняясь, чтобы схватить трепещущие на ветру ставни.

– Какого черта ты тут делаешь? Хью сказал, что приказал тебе оставаться в своей комнате, пока я…

Его сердитая речь закончилась мычанием, заставившим Уиллу повернуться к двери. Она увидела, как кто-то выскользнул из комнаты.

– Балдульф! – Уилла испуганно рванулась к нему. – Балдульф?

Опустившись рядом с ним на колени, она повернул старого воина па спину. Уилла с тревогой оглядела его бледное лицо и прошептала:

– Ах. Балдульф, – откидывая волосы с его лба. Он застонал от боли, но не открыл глаза.

Закусив губу, Уилла подняла одной рукой его голову.

Пальцами другой руки она осторожно провела по зад ней части его головы и выяснила, в какое место его ударили. Там были опухоль и кровь.

– Уилла! Эй!

– Джолиет? – нерешительно позвала Уилла.

– А, я так и думал, что ты наверху. Я увидел, как вы с Хью вернулись, и подумал, что мы можем обсудить последнюю моду и выяснить, какие платья ты предпочитаешь. Он попросил меня помочь тебе составить новый гардероб и… Что это вы двое делаете на полу? – весело поинтересовался он, подходя к двери спальни.

Веселье сменилось тревогой, он устремился вперед и встал на колени с другой стороны поверженного воина.

– Ну и ну! С Балдульфом все в порядке?

– Кто-то ударил его по голове. Ты можешь позвать мне Иду?

– Да, конечно.

Оставив на полу кусок пергамента, который был у него в руках, Джолиет поднялся на ноги и торопливо вышел из комнаты. Он начал кричать, как только скрылся из виду.

– Так ты не видел, кто устроил пожар?

В ответ на вопрос Лукана Хью нахмурился. Он оставил лошадь в конюшне и первым делом нашел Балдульфа. Он коротко рассказал воину о том, что случилось, чтобы тот понял, насколько важно быть бдительным. Когда старик направился к Уилле, Хью пошел искать Лукана и лорда Уайнекена. Он подумал, что в таком непонятном деле нужны более ясные головы, чем его. В этот момент Хью слишком владела ярость, чтобы он мог ясно соображать. Найдя Лукана и лорда Уайнекена в большом зале, он рассказал им все, что случилось в доме. Разумеется, он опустил в рассказе нечто личное, но подробно поведал им о пожаре. Потом он захотел услышать их мнение. Уайнекен молчал, пока Хью не закончил рассказ. Лукану, казалось, было интереснее задавать глупые вопросы, чем предложить какое-нибудь мудрое решение.

– Я же сказал, что мы спали, – ответил Хью, собрав терпение в кулак.

– В доме? – поинтересовался друг, приподняв бровь.

– Да. В доме. Мы спали. Я не видел, кто устроил пожар, – взревел Хью.

– Вы спали в доме?

– Разве я только что не сказал этого? – огрызнулся он.

– Да, просто это странно. Зачем вам было проделывать весь этот путь до дома и спать на топкой соломенной постели, где едва хватит места тебе одному, раз у тебя в замке есть прекрасная большая кровать?

Улыбка его друга ясно указывала на то, что он знает, почему Хью и Уилла оказались на соломенной постели. Он просто решил помучить его. Хью уже готов был придушить его, когда лорд Уайнекен решил вмешаться в разговор.

– По-моему, это не так уж важно, Лукан. – Он укоризненно взглянул па Лукана и продолжил: – По-моему, гораздо важнее выяснить, как тот, кто устроил пожар, узнал, что вы находитесь там.

Услышав это, Хью замер. Он не подумал об этом.

– Думаешь, поджигатель шел за вами до домика? – спросил Лукан.

Хью подумал и отрицательно помотал головой.

– Нет. Я думаю, тогда волки почувствовали бы это. Они завыли бы или сделали что-нибудь еще, как в ту ночь, когда произошло нападение.

– Значит, ты не думаешь, что он все время был там?

Хью задумался и медленно покачал головой. Он просто не верил, что кто-то мог пойти за ними к реке. Тогда волки предупредили бы сто. Это означало, что человек появился скорее всего после ухода волков.

– Если он не следил за вами, то как мог этот кто-то знать, что поджигает дом, когда вы находитесь внутри? Могло ли ему просто повезти?

Хью нахмурился. Он не верил в такую удачу. Разве он говорил кому-то, что они направляются в домик? Хью немного подумал, хотя и так знал ответ. Об этом, правда, знал Балдульф. Воин находился на лестнице вместе с Хью и Уилл ой, когда она сказала, что должна попытаться заманить зверей обратно на просеку, так, чтобы они остались рядом с домом. Но кто мог услышать этот разговор?

Хью обдумывал произошедшее, когда его внимание привлек крик, донесшийся сверху. Он повернулся к лестнице и увидел, как к ним бегом спускается Джолиет.

– Хью! Ида! Где Ида? Хью!

Первым побуждением Хью было закатить глаза при виде мужчины, бьющегося в истерике, но потом он понял, что кузен бежит сверху, оттуда, где находилась Уилла. И потом, кузен звал Иду. Хью поторопился навстречу кузену и встретился с ним внизу лестницы.

– В чем дело? Уилла ранена?

– Нет, Балдульф. Кто-то ударил его по голове и…

– Приведи Иду, – перебил его Хью и устремился мимо него вверх по лестнице.

Сначала он пошел в свою комнату, чувствуя, что за ним следуют по пятам Лукан и Уайнекен. Все они удивленно остановились в дверях – в комнате никого не было. Хью тут же повернулся, оттолкнул мужчин и позвал жену:

– Уилла!

– Я здесь!

Ориентируясь на звук ее голоса, Хью поторопился в комнату дяди, испытав небольшое облегчение по поводу того, что она жива. Едва взглянув на человека, лежавшего на полу, он поторопился к ней.

– С тобой все в порядке?

– Да, это Балдульфа ударили, – заверила Уилла и взглянула по направлению двери.

Проследив за ее взглядом, Хью увидел Иду, проталкивавшуюся между двумя мужчинами.

– Что случилось? – спросила Ида, становясь на колени, чтобы рассмотреть упавшего человека.

Хыо посмотрел па Балдульфа, лежавшего на полу, и отметил его бледность.

– Я услышала здесь шум и подумала, что это лорд Уайнекен ищет письмо. Я пришла, чтобы увидеть его, но в комнате никого не было, – ответила Уилла.

Она указала на окно.

– Гобелен был внизу, ставни стучали. Именно этот шум я и слышала. Я пыталась закрыть ставни, когда пришел Балдульф. Он говорил, а потом замычал. Я повернулась и увидела, как он падает. Кто-то ударил его по голове.

– Ты видела, кто его ударил? – спросил Хью.

– Я…

– Письмо!

Услышав восклицание лорда Уайнекена, Хью оглянулся. Лорд держал скрученный свиток. Хью двинулся к нему.

– Где вы его нашли?

– Вот здесь, на кровати. – Он встревожено взглянул на Хью. – Я несколько раз внимательно осмотрел комнату. Раньше его здесь не было.

Хью поджал губы, но ничего не сказал, а лишь взял свиток и заткнул его за пояс. Он вернулся и встал позади Уиллы. Она вертелась на месте, переводя любопытный взгляд со свитка на его лицо и обратно. Балдульф застонал, и она снова сосредоточила внимание на человеке, который так долго охранял ее жизнь.

– Балдульф?

Уилла вытянула руку и дотронулась до его щеки жестом, в котором чувствовалось, насколько велика се привязанность к этому человеку. Хью ощутил неожиданную ревность. Он отогнал от себя это мелочное чувство, когда увидел, что Балдульф сжал ее руку и открыл глаза.

– Уилла?

Казалось, он был в замешательстве.

– Да, – улыбнулась она.

В ее лице было столько любви и нежности, что Хью готов был пожертвовать ради этого своим титулом. Он молча поклялся себе, что она когда-нибудь взглянет на него точно так же. Хью просто надеялся, что ему не придется ради этого получать удар по голове.

– Как твоя голова? – спросила Уилла.

– Болит.

– Это хорошо, – объявила Ида.

Балдульф повернул голову и с сомнением взглянул на нее. – Да?

– Это значит, что ты жив и чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы жаловаться.

Хью пришлось приложить все силы, чтобы не засмеяться. При этом возмущенное выражение лица Балдульфа ему нисколько не помогло. Хью кашлянул и хмуро взглянул на женщину.

– Ты не могла бы дать ему какое-нибудь снадобье, чтобы ослабить боль?

– О да! – Она тяжело вздохнула и выпрямилась. – Если вы, здоровые мужчины, могли бы перенести его на кровать, то я сходила бы за медом, чтобы сделать ему лекарство.

Услышав это распоряжение, Хью засомневался.

– От лекарства ему захочется спать. Он может отдохнуть здесь, пока мы с Уиллой будем убирать в комнате. Теперь, когда письмо нашлось, нет никаких препятствий для того, чтобы вы могли перебраться сюда. Граф должен спать в комнате хозяина, – добавила Ида.

Хью задумался над ее словами и оглянулся по сторонам. Она была права. Не было никаких причин оставлять эту комнату пустой. Они не переезжали сюда потому, что они с лордом Уайнекеном хотели поискать письмо до того, как в комнате будет произведена перестановка. Теперь, когда письмо нашлось. комнату надо использовать. Она гораздо больше той, в которой сейчас живут они с Уиллой. Хью кивнул.

– Хорошо.

– Тогда положите Балдульфа на кровать, – распорядилась старуха.

Отдав это распоряжение собственному хозяину, она удалилась в поисках меда, который собиралась смешать с травами. Было очевидно, что дядя Ричард позволял этой женщине многое. Решив, что уже слишком поздно учить ее почтению, Хью отодвинул Уиллу и встал на колени рядом с Балдульфом. Он положил руку воина себе на плечо, а Лукан поспешил к Балдульфу с другой стороны. Они помогли ему добраться до кровати, поддерживая его с двух сторон. Ида скоро вернулась и дала старику какой-то напиток, от которого тот поморщился и выругался. Хью мог его понять – он сам испробовал ее смеси. И все же он не был уверен, благодаря чему именно – смеси или тому, что Балдульф испытал отвращение к тому моменту, как Ида кончила с ним заниматься, – у того изменился цвет лица. Решив, что Балдульф поправился настолько, что его можно расспросить, Хью подошел к кровати.

– Ты видел того, кто тебя ударил? Балдульф, извиняясь покачал головой.

– Нет. Когда я вошел в комнату, меня ударили сзади. Я не увидел ничего, кроме того, что ко мне приближается пол. Кто бы это ни был, он должен был прятаться за дверью.

Хью нахмурился и взглянул на дверь, о которой шла речь. Он надеялся, что Балдульф видел что-то полезное. Конечно, в жизни не все так просто. Он кивнул и встал.

– Ну что ж, отдохни здесь. Мы скоро найдем преступника.

Хью направился к двери, заметив, что за ним следуют лорд Уайнекен и Лукан, а Джолиет стоит в нерешительности у кровати.

– Милорд?

Голос Уиллы заставил его остановиться. Повернувшись, он устало улыбнулся ей.

– Да, жена?

– А письмо?

Хью поискал письмо, находившееся у него за поясом, и облегченно вздохнул. Он совсем забыл о письме, а когда она упомянула о нем, испугался, что выронил его.

– Оно у меня.

– А вы не собирались дать мне его прочитать? Хью не сумел скрыть своего удивления.

– В этом нет необходимости. Я им займусь.

– Понятно.

Хы о почувствовал в этом ответе явное неудовольствие.

– Что тебе понятно?

– Что ты скроешь тайну и от меня, – тихо ответила она.

– Тебе не стоит расстраиваться из-за…

– Там написано обо мне, милорд. О том, кто желает моей смерти и почему. Вы думаете, я не имею права знать, что там написано?

Хью колебался. Ему не хотелось, чтобы Уилла знала содержание письма. По крайней мере до того, как он сам прочтет его. А может быть, ей не стоит читать письмо и после него, если там есть что-то, что может оскорбить ее. Но, когда он всматривался в ее лицо, у него закралось подозрение, что если он не даст ей прочитать письмо, то позднее с ним может произойти что-то плохое. Наверное, она откажется делить с ним ложе. Это самое действенное оружие женщины. Хью содрогнулся при одной мысли об этом. Да, это и вправду действенно. Подумав об этом, он невольно съежился.

Проклиная все на свете, Хью рывком достал письмо из-за пояса и протянул ей.