Известно, что современное предпринимательское законодательство, являясь наиболее динамичной сферой, должно отражать действительное экономическое развитие общества и соответствовать современным потребностям в регулировании предпринимательских отношений. Вместе с тем предпринимательское законодательство не всегда успешно справляется с этой задачей. В частности, это можно сказать в отношении таких категорий, как «корпорация», «корпоративное право». Между тем значение этих правовых конструкций трудно переоценить.

Россия, являясь участником мировой экономики, активно стремится встать вровень с промышленно развитыми странами, чьи достижения в области экономического развития во многом определены свершившейся революцией в сфере организации корпоративных субъектов, а именно их корпоратизацией, основная особенность которой состоит в отделении управления от собственности. В связи с этим с уверенностью можно констатировать, что конкуренция в сфере товаров и услуг, по существу, стала теперь конкуренцией в сфере организации производства.

Именно поэтому в числе приоритетных задач, стоящих перед Россией, часто называется задача формирования успешной деятельности корпораций, т. е. организаций, признанных юридическими лицами, основанных на объединенных капиталах и осуществляющих социально полезную деятельность.

Иными словами, корпорация представляет собой форму организации предпринимательской деятельности, предусматривающую долевую собственность участников, самостоятельный юридический статус и сосредоточение функций управления в руках верхнего эшелона профессиональных управляющих, работающих по найму.

Корпорации (государственные или частные) являются эффективным инструментом внутриотраслевого и межотраслевого перелива капитала и действуют, как правило, в форме акционерного общества или общества с ограниченной ответственностью.

В России корпорации как форма бизнеса возникли вследствие развития рыночных отношений. Аксиомой является факт, что если организация управления корпорацией эффективна, то в результате ее деятельности образуется прибавочная стоимость, появляется прибыль, происходит увеличение доли рынка, объема продаж или достигается иной экономический эффект.

Ряд исследователей отмечает, что указанные организации, будучи самостоятельными и ответственными за результаты своей деятельности, стали сами определять направления своей деятельности, разрабатывать для себя и сотрудников правила поведения, которые в совокупности и составляют корпоративное право.

Воплощение принципов новой, только формирующейся в России правовой дисциплины «корпоративное право» очень актуально с точки зрения многих позиций. Так, в частности, нормы корпоративного права прежде всего необходимы для качественного правового оформления предпринимательской деятельности корпораций, правоотношений, возникающих между субъектами корпоративной деятельности. Кроме того, корпоративно-правовое регулирование выдвигается на передний план при разрешении корпоративных конфликтов, а также является важной составляющей стабильности и надежности организаций, признанных корпорациями.

Поскольку корпоративное право – новое явление в нашей жизни (более того, до недавнего времени в учебных планах юридических вузов данная дисциплина не значилась), относительно его содержания ведутся достаточно бурные дискуссии.

Бесспорным остается то, что оно есть, как отмечает Т.В. Кашанина, порождение свободы и демократических преобразований. Соответственно, корпоративное законодательство, а также инструменты регулирования деятельности корпораций являются одним из элементов реформирования российской экономики, а также способов повышения инвестиционной активности и экономического потенциала страны.

В учебнике раскрываются сущность и особенности регулирования отношений, возникающих в такой форме организации предпринимательской деятельности, как корпорация, комплексно анализируется новый межотраслевой институт российского права – корпоративное право, а также рассматриваются особенности правового статуса корпораций, действующих на территории Российской Федерации, корпоративных правоотношений, а также проблем законодательного обеспечения корпоративной деятельности. Особое внимание уделяется таким вопросам, как корпоративное нормотворчество, корпоративные финансы, ответственность за нарушение норм корпоративного права, корпоративные ценные бумаги, корпоративное регулирование труда, договорная работа в корпорации, корпоративное управление. Нужно подчеркнуть, что решению проблем, связанных с организацией эффективного управления российскими корпорациями, посвящена определенная часть данного учебника. На основе подробного анализа опыта функционирования отечественных и зарубежных корпораций авторы определили пути решения проблем юридического обеспечения деятельности российских корпораций, обосновали правовые аспекты корпоративного управления, учет которых в практической деятельности менеджеров позволит повысить эффективность функционирования корпораций.

Выводы и рекомендации могут быть применены при подготовке учебных и методических пособий по гражданскому, предпринимательскому праву, корпоративному праву, при чтении лекций и проведении семинарских занятий по дисциплинам гражданско-правового цикла в учебном процессе, а также послужить основой для ознакомления специалистов и представителей деловых кругов России и зарубежных стран с правовым положением организаций, признанных корпорациями в соответствии с российским законодательством.

Начало становления корпораций было положено в Римской империи.

Рост территории римской державы, завоевание сопредельных государств (Греции, Корсики, Сардинии, значительной части Сицилии и т. д.), развитие торговли с другими народами, расширение хозяйственной деятельности (строительство флота, военные поставки, общественные работы) вели к становлению крупного хозяйства.

Потребности этого хозяйства вызывали введение в торговый оборот имущественной массы, обособленной от имущества физических лиц. Как показывают исследования, вначале это были союзы с религиозными целями ( sodalitates, collegia appariorum ), которым Законы XII таблиц предоставили право вырабатывать для себя уставы при условии, что они не противоречат закону, и профессиональные союзы ремесленников ( fabrorum, pistorum ).

Во времена республики к ним присоединились корпорации служителей при магистратах ( collegia appariorum ), объединения взаимопомощи. По мнению многих исследователей, особый интерес представляют так называемые «объединения откупщиков» – объединения предпринимателей, бравших на откуп государственные доходы и управлявших по договорам с государством государственными имениями, производившими для государства крупные строительные работы, и т. д. ( collegia publicanorum) [1] . Именно такой тип хозяйства, имевший, как правило, натуральный характер, еще не требовал прочных объединений предпринимателей с длительным сроком существования, но уже испытывал необходимость в объединении разрозненных средств для достижения более крупной хозяйственной цели и в ограничении риска отдельных хозяев.

Вот почему можно считать, что Римская империя и ее частное право сделали первый шаг по пути становления и развития корпоративных акционерных объединений и корпоративного права. Об этом уже писали многие исследователи-юристы [2] .

Еще в 1914 г. Г.Ф. Шершеневич отмечал, что некоторые желали бы видеть корни акционерного товарищества еще в римском быту, но, мол, вопрос о происхождении акционерных товариществ до сих пор (напомним, это 1914 г.) спорен [3] .

Впоследствии определенный вклад в становление акционерных обществ, по оценке ряда еще дореволюционных исследователей [4] , внесли Средние века. Для этой эпохи характерно создание торговых гильдий по предмету деятельности купцов.

Как и в Древнем Риме, они временно объединяли средства для достижения более крупной хозяйственной цели и ограничения риска отдельных купцов. Гильдиям была свойственна солидарная ответственность участников, основанная на общих условиях совместной деятельности. В них формировались и определенные правила внутренней жизни, и обычаи делового оборота, отношений.

Само развитие гильдий шло по трем основным направлениям , в рамках которых складывались правовые основы акционирования.

Первое (наименее значимое) направление развивалось на юге Франции в XII в. в виде мукомольного корпоративного объединения. Данные объединения строились на паевых началах. Паи свободно отчуждались. Деятельностью объединений руководил орган управления, избираемый пайщиками, которые образовывали высший и контрольный орган – общее собрание пайщиков. К данным корпорациям близки горные товарищества, образованные в Германии в XII веке. Право участия в корпоративном товариществе обусловливалось приобретением кукса (пая), который подлежал свободному отчуждению, но рассматривался как недвижимость. Число паев было большим (более ста). Их владельцы образовывали общие собрания, которые решали вопросы большинством голосов.

Второе направление связано с крестовыми походами и развитием морской торговли. Так, в целях совместного строительства, приобретения и эксплуатации корабля создавались морские товарищества. Лицо, решившее строить корабль и становившееся организатором товарищества (предвосхищающее современных учредителей), приглашало других лиц к участию в товариществе, объявляя размеры корабля, обусловливающие его стоимость, количество и размеры долей (паев). Паи признавались равными между собой. Ясно, что это еще не современный способ определения уставного капитала общества, но аналогия здесь видна.

Наконец, третье направление , еще более близкое к акционерным обществам, связано со становлением итальянских корпоративных объединений государственных кредиторов – маонов ( maonae или montes, от арабского maounah – совместная помощь, предприятие), которые достигли своего расцвета в Генуе.

Именно в данный период формируются основы торгового и истоки акционерного (корпоративного) права. Морская торговля вырабатывает правила и обычаи, которые получают с ее развитием все большее распространение.

Период непосредственного возникновения акционерных обществ на предшествующем опыте корпоративной практики и на элементах оформления категории юридического лица проходит под эгидой Англии и Голландии.

Общепризнанными первыми предшественниками и прототипами современных акционерных обществ – корпораций являются английская Ост-Индская компания (1600 г.) и голландская Ост-Индская компания (1602 г.). Именно они позволяют сделать вывод о том, что историю акционерных товариществ можно исследовать в зависимости от развития крупных торгово-промышленных предприятий. Впервые крупные предприятия появились в морской торговле, и морские товарищества, существовавшие в Средние века, стали прототипом акционерной корпорации.

Открытие в XV–XVI вв. новых стран, находящихся далеко от европейских государств, вызвало потребность в создании крупных предприятий. В этой связи наиболее подходящей оказалась акционерная форма деятельности.

С начала XVII в. в Голландии и Англии, а потом и во Франции образуется ряд акционерных корпораций под названиями Ост-Индской, Вест-Индской, Суринамской, Канадской и т. п. Эти корпорации возникали не иначе как с разрешения правительства в каждом конкретном случае. Их деятельность носила публичный характер и соответствовала отраслям государственного хозяйства.

Чаще всего они привлекали публику обещаниями быстрой и огромной наживы. Акционерная горячка оказалась болезнью, сопровождавшей акционерное дело почти с самого начала. Совершенно несбыточные предприятия вроде изобретения perpetuum mobile находили подписчиков на акции [5] .

Голландская Ост-Индская компания считается первым акционерным обществом, выплатившим дивиденды по акциям (1604 или 1609 г.). В среднем акционерам выплачивался ежегодный дивиденд в размере 18 %. Большой спрос на акции этой корпорации способствовал развитию биржевой торговли, оборотной стороной которой явился «тюльпанизм» – спекуляция акциями.

В целях предотвращения злоупотреблений с акционерным капиталом в 1610, 1621, 1623 и 1624 гг. правительством Голландии было издано несколько эдиктов, ограничивающих сделки с акциями. Это первые серьезные шаги государственного регулирования корпоративных отношений.

Опыт Голландии был заимствован другими странами, которые по отдельным вопросам, например законодательного регулирования, пошли еще дальше.

Возникновение акционерных обществ в Англии было вызвано теми же экономическими предпосылками, что и в Голландии. Однако инициатива создания английской Ост-Индской компании исходила не столько от правительства, сколько от частных лиц.

Прорыв в положительном восприятии корпоративных (в частности, акционерных) структур произошел на этапе зрелого промышленного переворота. В 1829—1830-е годы стало ясно, что без привлечения весьма солидных финансовых «инъекций» механизированное производство дальше развиваться не может [6] . К этому времени во Франции при Наполеоне I были приняты законы, благодаря которым был достигнут известный прогресс в регулировании бизнес-отношений.

Среди этих законов – Торговый кодекс 1808 г. Были признаны законными следующие организационно-правовые формы бизнеса: societe en nom collectif (партнерство общего типа), societe en commandite (ограниченное партнерство), societe anonime (компания с ограниченной ответственностью). Несмотря на то что создание наиболее перспективных предприятий – компаний с ограниченной ответственностью – шло медленно (за 1817–1867 гг. было разрешено организовать только 616 предприятий, в среднем по 12 компаний ежегодно), основная сфера их внедрения (60 %) пришлась на наиболее капиталоемкие отрасли – железные дороги и каналы.

В английском обществе, пропитанном прецедентным правом и «джентльменскими добродетелями», становление корпоративного законодательства шло немного труднее [7] . Создание акционерных компаний здесь было обусловлено многими бюрократическими процедурами. В то же время деятельность коммандитных товариществ (с их полными и неполными товарищами, имевшими разную степень ответственности) в Англии была стеснена бо́льшими ограничениями, чем во французском праве.

Несмотря на все это, можно сказать, что в целом в XIX в. акционерная форма корпораций в Англии все-таки стала получать определенное распространение: в 1843 г. насчитывалось 994 акционерных общества, с 1844 по 1856 г. их было зарегистрировано 4409. Первое время правительство предоставляло корпорациям широкую самостоятельность. Однако серьезные финансовые нарушения, недобросовестная конкуренция, биржевая спекуляция вызвали к жизни акционерное законодательство.

Для акционерных обществ была установлена обязанность производить предварительную и окончательную регистрацию, указывать, что корпорация имеет ограниченую ответственность, фиксировать в уставе местопребывание, цели деятельности, уставный капитал. Если корпорация вводила именные акции, то необходимо было составлять точные списки акционеров, а книги представлять для всеобщего обозрения. Помимо этого допускалось отчуждение акций только по договору и после их перерегистрации.

В Германии развитие акционерного законодательства шло наиболее последовательно и целеустремленно, несмотря на тот факт, что здесь акционерные общества (как типичные корпорации) появились позднее, чем в других странах. До 1830-х гг. в Германии не существовало серьезных экономических потребностей для культивирования акционерного дела, но по мере развертывания железнодорожного строительства правительство взялось за его должное правовое обеспечение. Можно утверждать, что развитие корпораций в этом европейском государстве определили государственная гигантомания и одновременно колоссальная децентрализация, сепаратизм, внутренние политические и экономические междоусобицы, разорительные войны. Известно, что система немецкого права, находившаяся под сильным влиянием представлявшего опору для власти римского права и кодексов Наполеона, долгое время игнорировала потребности жизни и оставалась неразвитой [8] . Только в XVIII в. появляются первые попытки кодификации законодательства и использования акционерной формы предпринимательства.

Но немецкая пунктуальность и методичность сыграли свою положительную роль. Изучив негативный опыт Голландии («тюльпаномания», «тюльпанизм»), Англии («мыльные пузыри») и Франции («коммандитная лихорадка», «акционерная горячка»), правительство Германии занялось разработкой правового положения акционерных обществ, которое было призвано перекрыть пути для финансовых махинаций.

Закон 1838 г. о железнодорожных предприятиях весьма подробно регламентировал права и обязанности акционерных компаний, закон 1843 г. об акционерных компаниях – их права и обязанности. В этом законе впервые определяется обязательное содержание учредительного документа или устава, представляемого на утверждение правительства. Договор должен быть засвидетельствован судебным или нотариальным порядком и содержать следующие данные: форму и место пребывания компании; предмет предприятия и срок его деятельности, если таковое определяется заранее; размер складочного капитала и стоимость акции с указанием, именные ли они или предъявительские; порядок составления баланса; форму полномочий правления; порядок созыва общих собраний; способ решения дел в общих собраниях; род дел, для решения которых требуется простое или иное большинство голосов, и ведомости компании, предназначенные для публикации. Первоначальный устав и все последующие в нем изменения должны быть опубликованы в официальной газете того округа, где находится правление компании. Раз выданное правительством разрешение на учреждение компании может быть затем выкуплено или, в случае злоупотреблений, аннулировано по судебному решению без всякого вознаграждения.

Закон от 18 июля 1884 г. о компаниях ввел требование полной оплаты уставного капитала для регистрации акционерного общества, повысил минимальную стоимость акций, установил ответственность акционера за ее полную оплату, легализовал понятие учредителей, возложил на них обязанность предоставления полной и точной информации акционерам, ввел новую систему контроля за деятельностью учредителей.

Отметим также, что с конца XVIII в. корпоративные объединения стали проникать в Северную Америку, где в различных штатах им создавались льготные режимы. В целом надо сказать, что в США достаточно рано сложились благоприятные правовые условия для предпринимательской деятельности. Они в отличие от Англии не знали формальных запретов на организацию акционерных компаний. Наоборот, в колониальный период истории США отдельные колонии поощряли создание муниципальных корпораций, направленных на развитие тех или иных производств или услуг. Впоследствии стали возникать частные корпорации. Наиболее крупные из них не только подняли производство на качественно новый уровень, но и привели к развитию монополизма и недобросовестной конкуренции. В этой связи США стали первопроходцами в разработке антимонопольного законодательства.

В 1801 г. в США насчитывалось 335 корпоративных единиц. Американский исследователь ранних корпораций Дж. Девис особо отмечает, что в отличие от Англии процесс выдачи корпоративных хартий в США был относительно простым, легислатуры штатов, которые ведали этим, не были перегружены бюрократической работой и действовали без проволочек. Более того, исходя из необходимости осуществления «внутренних улучшений» (строительство мостов, каналов, грунтовых и железных дорог), что было особенно актуально для обширной, малонаселенной страны, легислатуры штатов и федеральное правительство не только весьма охотно шли навстречу корпоративному бизнесу, но сами нередко финансово участвовали в нем или предоставляли определенные льготы. Результатом этого стала «обильная» регистрация корпораций. Только в одном штате – Пенсильвании за 1790–1860 гг. было выдано 2333 корпоративных хартий, в том числе около 1500 – транспортным компаниям.

Правда, следует отметить, что далеко не все корпорации в первой половине XIX в. представляли собой акционерные компании. Даже инкорпорированная «Американская меховая компания» Дж. Астора была, по сути дела, партнерством, в котором большинство акций принадлежало знаменитому мультимиллионеру, а с остальными партнерами заключался контракт на распределение акций на определенный срок (как правило, на пять лет).

Хотя акционерная форма собственности не была еще в полной мере востребована бизнесом на этапе промышленного переворота, в отдельных штатах шла работа по развитию практики процесса инкорпорации. Так, в Нью-Йорке в 1811 г. был принят первый в США общий Закон об инкорпорации, согласно которому пять или более человек, объединившихся и желающих создать компанию по производству тканей, стекла, металлургических изделий и т. д., могли заполнить у секретаря штата стандартную форму и получить статус корпорации на 20 лет. В последующие годы законодательство Нью-Йорка и других штатов еще сохраняло за предпринимателями право приобрести, обрести специальную корпоративную хартию от легислатур, предоставляющую определенные льготы. Однако уже в Конституции Нью-Йорка 1846 г. указывалось, что эти хартии будут выдаваться в исключительных случаях, когда образуемая компания не подпадает под требование общего Закона об инкорпорации.

2 июля 1890 г. Конгрессом США под влиянием широкого общественного протеста против усиления господства союза монополистов был принят антитрестовский закон Шермана. Наряду с законодательным урегулированием корпоративных отношений, заметную роль в развитии акционерного права играли суды, проводившие в жизнь государственную политику поощрения прогрессивной корпоративной формы организации производства.

В Европе, напомним, систематизация и легализация правил об акционерном деле началась только с 1843 года [9] .

Сегодня в наиболее развитых странах накоплен большой опыт создания и развития корпораций – крупных финансово-промышленных объединений.

Рассмотрим наиболее типичные модели корпораций.

Корпоративные объединения США, Великобритании и других стран англосаксонской системы права

Некоторые исследователи утверждают, что корпорации явились порождением так называемого статутного права США и представляют собой искусственно созданное правовое явление. Сегодня корпорации рассматривают как одну из важнейших форм организации бизнеса в США.

В этой стране уровень развития промышленности определяют 100 многоотраслевых корпораций, представляющих, по сути дела, высокоинтегрированные корпоративные компании. Согласно официальным данным, на их долю приходится от 55 до 60 % валового национального продукта (ВНП) США. Здесь занято 45 % рабочей силы. Сюда направляется до 60 % инвестиций. Каждая из 100 обследованных американских корпораций насчитывает в своем составе предприятия 25 отраслей, 35 корпораций работают в 32 отраслях промышленного производства, 10 – в 50.

Порядок создания и деятельности корпораций регулируется законодательством штатов. Каждый штат имеет свое корпоративное право, и оно не всегда идентично друг другу.

На федеральном уровне в 1946 г. был принят Примерный (модельный) закон о предпринимательских корпорациях, кодифицировавший законодательство штатов и, в свою очередь, оказавший на него влияние. Впоследствии Примерный закон был дополнен и скорректирован. Его новая редакция в 1984 г. получила название «Revised Mode Business Corporation Act – RMBCA» (Дополненный Примерный закон о предпринимательских корпорациях).

Американская модель корпорации создавалась с учетом рыночно ориентированной финансовой системы, на основе развитого рынка капитала, широкого набора различных финансовых инструментов.

Изначально высокий уровень развития промышленных корпораций, надежность акций которых не вызывала сомнений, во многом облегчил привлечение дополнительного капитала. Промышленные предприятия увеличивали капитал главным образом за счет новых эмиссий акций. Поэтому практически отпадала необходимость в долгосрочном кредитовании как способе увеличения их основного капитала.

Функции банков сводились лишь к аккумулированию сбережений, предоставлению краткосрочных кредитов, осуществлению на внешнем рынке операций с ценными бумагами, но без непосредственного участия в управлении предприятиями.

Характерные черты статуса корпораций

1. Как «юридическое лицо» корпорации в силу XIV поправки к Конституции США имеют право на «равную защиту на основе закона».

2. Корпорация может выступать в суде в качестве истца и ответчика.

3. В соответствии с I поправкой к Конституции США корпорации обладают «свободой слова» – как в коммерческой сфере (например, в форме рекламы), так и в политической (в том, что касается поддержки тех или иных политических платформ и кандидатов). Правда, «свобода слова» корпораций существенно ограничивается законодательством.

4. Должностные лица корпораций в соответствии с V поправкой к Конституции США не могут принуждаться свидетельствовать против себя в уголовном деле.

5. Корпорация имеет собственное наименование, свои права и обязанности. Она как бы замещает собой держателей акций/паев в осуществлении предпринимательской деятельности и в несении ответственности.

6. Управление корпорацией осуществляется дирекцией или правлением, которые избираются акционерами/пайщиками. Должностные лица и другие работники нанимаются правлением.

7. Приобретая долю в капитале корпорации, лицо становится акционером/пайщиком – одним из совместных собственников предприятия.

8. Корпорация и ее акционеры/пайщики обладают значительной автономностью по отношению друг к другу. Акционер может подать иск против корпорации, а корпорация – против акционера.

9. Доходы корпорации облагаются налогом как на уровне штата, так и на федеральном уровне. Корпорация может оставить доходы у себя, а может выплатить их акционерам в форме дивидендов. Дивиденды, полученные акционерами, вновь облагаются налогом – налогом на доход акционера/пайщика. Если доходы не распределяются в виде дивидендов, а удерживаются корпорацией, это ведет к накоплению активов предприятия и повышению котировок его акций.

10. Корпорация отвечает за ущерб, нанесенный ее представителями, и корпорация как юридическое лицо может нести ответственность за нарушение уголовного законодательства. Если уголовно наказуемое поведение совершают должностные лица корпорации, то они несут уголовную ответственность в качестве физических лиц, в том числе в форме тюремного заключения.

11. Корпорация может для достижения цели, ради которой она создана, совершать любые действия и заключать любые договоры, какие могут совершать и физические лица, если такой объем правомочий не ограничен уставом корпорации или законами.

Правовое регулирование создания и деятельности корпораций, их правовой статус обеспечиваются иерархической системой нормативных правовых актов:

1) Конституцией США;

2) конституциями штатов;

3) законами штатов;

4) «Articles of incorporation» – документами, предшествующими учреждению корпораций и содержащими набор положений о предмете деятельности, структурной организации капитала и другие сведения;

5) уставами, или регламентами, корпорации;

6) решениями правления/дирекции.

Корпорация может обладать так называемыми « подразумеваемыми полномочиями » в целях обеспечения уставной деятельности. Например, корпорация вправе (с определенными законодательно установленными ограничениями) брать деньги и давать их взаймы, предоставлять кредиты, делать благотворительные взносы.

Должностные лица предприятия также располагают «подразумеваемыми полномочиями» совершать действия по обеспечению нормальной предпринимательской деятельности корпорации. Однако они не вправе самостоятельно принимать крупные решения, сказывающиеся на деятельности корпорации, например решения по продаже корпоративных активов.

Корпорации могут быть классифицированы в зависимости от места регистрации и функционирования; уставных целей и предмета деятельности; характеристик, связанных с правом собственности.

По пространственной сфере действия корпорации США подразделяются на:

– корпорации, действующие внутри штата, в котором они зарегистрированы, так сказать, «домашние», «внутренние» корпорации;

– корпорации, созданные в одном штате, но действующие в другом – своего рода «чужеродные» или «иностранные» корпорации;

– корпорации, созданные в другой стране, но действующие на территории США.

Корпорация не обладает автоматическим правом осуществлять свою деятельность за пределами штата регистрации. Для этого ей необходимо получить специальное разрешение – лицензию («Certificate of authority»), причем в каждом штате, где предполагается деятельность предприятия. Выдача такого сертификата-лицензии означает признание в данном штате статуса и компетенции «чужеродной» корпорации, образованной в другом штате.

По преследуемым целям корпорации подразделяются на:

– публичные корпорации, преследующие удовлетворение политических, государственных потребностей, например города как юридические лица, Почтовая служба США;

– частные корпорации, имеющие цель извлечения частных выгод.

Если акции (паи) корпорации могут передаваться от одного держателя к другому в пределах узкого круга лиц (например, только членам семьи), то такие корпорации называются « закрытыми », т. е. корпорации закрытого типа.

Основные признаки «закрытой корпорации» :

– она имеет ограниченный круг акционеров/пайщиков (как правило, не больше 30);

– передача акций/паев ограничена рядом условий; например, в учредительном документе предусматривается, что акции сначала должны быть предложены для продажи другим акционерам или самой корпорации и только потом – внешним покупателям;

– не допускается публичное предложение ценных бумаг такой корпорации. Статус «закрытых корпораций» регламентируется в приложении к вышеупомянутому Примерному закону о предпринимательских корпорациях.

Управление делами закрытой корпорации обычно осуществляется одним из акционеров или несколькими акционерами, исполняющими обязанности директоров.

Среди различных видов корпораций выделяются также « профессиональные корпорации », т. е. корпорации, созданные специалистами: врачами, юристами, дантистами, бухгалтерами и т. д. Наименования таких корпораций обычно сопровождаются буквами: S.C. ( service corporation ); Р.С. ( professional corporation ); Inc. ( incorporated ); P.A. ( professional association ).

Профессиональные корпорации подчиняются в основном тем же правилам, что и другие предпринимательские корпорации. Однако к их отличительным чертам можно отнести то, что суды при некоторых обстоятельствах, чаще всего при решении вопросов об ответственности, вправе подходить к профессиональным корпорациям как к товариществам: каждый участник отвечает за ущерб, причиненный недобросовестной практикой любым другим участником; во всех остальных случаях участник профессиональной корпорации не отвечает за ущерб, причиненный другими участниками.

Образование корпораций осуществляется в два этапа: на первом этапе проводятся организационные мероприятия, включая сосредоточение нужного капитала, на втором – осуществляются юридические процедуры регистрации.

На подготовительном (первом) этапе учредители будущей корпорации готовят и выпускают так называемый prospectus , т. е. своего рода план деятельности, сообщение о предполагаемых операциях компании, – с целью привлечения акционеров (пайщиков).

Учредители (промоутеры) привлекают потенциальных инвесторов – покупателей акций (паев) будущей корпорации, заключая с ними соглашения на покупку акций. Подписка на акции безотзывна в течение 6 месяцев, если иное не предусмотрено соглашением.

По законам штатов подписчики становятся акционерами с момента образования корпорации или подтверждения ею соглашений на приобретение акций.

При необходимости промоутеры заключают договоры, покупают или берут в аренду имущество с тем, чтобы затем продать его созданной корпорации. Промоутеры несут персональную ответственность по такого рода сделкам, осуществленным в пользу будущей корпорации.

На втором этапе создания корпорации необходимо получить:

articles of incorporation – документ, служащий первичным источником полномочий для образования будущей корпорации. В российской правовой литературе этот документ часто называют «уставом», хотя точнее было бы, наверное, называть его, например, «актом предварительной инкорпорации»;

corporate charter – своего рода свидетельство о регистрации предприятия. Этот документ выдается секретарем штата и знаменует собой юридический факт образования корпорации. Начиная с этого момента корпорация юридически приступает к осуществлению своих функций.

В «акте предварительной инкорпорации», как правило, указываются наименование будущей корпорации, срок деятельности, структура капитала, правила организации управления и т. д. [10] .

Выбор наименования корпорации контролируется секретарем штата. Оно обязательно должно указывать на форму предприятия («Corporation», «Incorporation», «Company», «Limited» либо их сокращения) и не должно дублировать уже имеющиеся названия или вводить в заблуждение.

Предмет деятельности корпорации может быть указан либо конкретно (корпорация создается для производства и продажи сельскохозяйственных товаров), либо достаточно всеобъемлюще (корпорация создается для осуществления любой законной деятельности).

По сроку деятельности корпорации в большинстве штатов считаются бессрочными. В отдельных штатах предусматривается максимальный срок, после которого требуется перерегистрация.

Размеры обязательного уставного капитала значительно колеблются от штата к штату. Минимально необходимый уставной фонд предусмотрен в размере тысячи долларов для обычных корпораций. Для корпораций, работающих в банковской или страховой сфере, он значительно выше.

В учредительных документах обязательно указывается, где будет находиться офис корпорации, зарегистрированный в данном штате. Обычно место зарегистрированного офиса совпадает с главным офисом корпорации.

Корпорация (вместо зарегистрированного офиса) может зарегистрировать имя и адрес своего представителя, который будет получать всю почту корпорации, прежде всего связанную с организационными вопросами.

Лицо, которое обращается в соответствующие органы штата для получения «акта предварительной инкорпорации», называется учредителем . Обычно в роли учредителей выступают промоутеры. Количество учредителей в зависимости от того или иного штата может быть от одного до трех.

После проведения необходимой предварительной работы промоутер обращается к секретарю штата для получения свидетельства о регистрации, т. е. документа, разрешающего функционирование корпорации на территории штата.

После получения свидетельства о регистрации проводится первое организационное собрание подписчиков-акционеров. На нем избирается состав правления (совета директоров), решаются вопросы, касающиеся выпуска акций, принимаются внутренние нормы.

Внутренний порядок управления корпорацией устанавливается решениями, принимаемыми после инкорпорации. Положения внутренних норм корпорации должны соответствовать требованиям, зафиксированным в учредительных документах: «articles of incorporation» и «corporate charter». Учредители могут вносить изменения в уставные положения, принимаемые внутренними решениями. Обычно в уставных внутренних нормах предусматриваются: порядок избрания правления, замещения директоров, процедуры голосования, вопросы проведения собраний акционеров и т. п.

Корпорация обеспечивает себе приток финансовых средств путем выпуска и продажи корпоративных ценных бумаг: акций и бон / облигаций.

Боны (облигации) представляют собой долговые обязательства корпорации, посредством которых предприятие привлекает заемные деньги на приемлемые для себя сроки.

Бона – ценная бумага, подтверждающая сумму долга. Корпорациями выпускаются боны (облигации) самых разнообразных видов: необеспеченные, закладные (ипотечные), конвертируемые, отзывные и др.

Акция – ценная бумага, свидетельствующая об участии ее владельца в капитале корпорации и дающая право на получение дивиденда.

Владелец акции (акций)  – это собственник соответствующей доли предприятия. Купля-продажа акций представляет процесс смены собственников.

Существует множество видов акций . Наиболее распространенные из них следующие:

обыкновенные (простые) акции . Владельцы таких акций имеют право на получение дивидендов (во вторую очередь после владельцев привилегированных акций и облигаций), участие в общих собраниях акционеров и в управлении предприятием, на долю в активах при его ликвидации. Каждая акция дает право на один голос;

привилегированные (преференциальные) акции . Они дают право на первоочередное получение дивиденда по фиксированному курсу. Владельцы таких акций, как правило, не имеют права голоса;

кумулятивные акции – разновидность привилегированных акций. В этом случае дивиденды накапливаются. Если владелец кумулятивной акции недополучил некую сумму дивиденда в бесприбыльном для компании году, то он получит эту сумму в следующем году вместе со следующим дивидендом.

Управление корпорацией осуществляется правлением (советом директоров), состоящим зачастую из трех директоров. Можно не создавать правления, если число акционеров не превышает 50.

Директор или директора избираются акционерами на первом собрании после учреждения корпорации, а впоследствии ежегодно переизбираются или замещаются на годовых собраниях акционеров.

Зачастую директор или директора сами являются акционерами. Размер оплаты труда директора устанавливается решением общего собрания акционеров. Наиболее важные управленческие решения принимаются на заседаниях правления (совета директоров).

Директор корпорации имеет право : участвовать в заседаниях правления и получать всю необходимую информацию; получать документацию корпорации, включая бухгалтерские книги; осуществлять надзор в отношении должностных лиц и персонала корпорации; получать оплату за выполнение своей работы; получать компенсации в возмещение своих затрат как директора.

Директор корпорации обязан : реализовывать корпоративную политику (определять позицию на переговорах по заключению важных договоров и т. п.); назначать должностных лиц, набирать персонал, осуществлять работу с кадрами; принимать финансовые решения, в том числе и те, которые касаются акций и облигаций; сохранять доверительные отношения, заботиться о благе корпорации, обеспечивать конфиденциальность.

Правление (совет директоров) может делегировать часть своих функций исполнительному комитету или отдельным должностным лицам корпорации.

Должностные лица, персонал корпорации нанимаются правлением. Обязанности сотрудников корпорации прописываются во внутренних нормах.

Несмотря на то что акционеры имеют имущественный интерес в корпорации, они отстранены от повседневного управления делами предприятия; этим занимаются директора. Директора служат процветанию предприятия и тем самым служат корпусу акционеров в целом, а не каждому акционеру в отдельности.

В компетенцию корпуса акционеров входят следующие действия: вносить изменения в учредительные документы и в ранее принятые решения собрания акционеров; принимать решения о присоединении корпорации к другому предприятию или о ликвидации корпорации; принимать решения о продаже активов корпорации; смещать директоров при наличии оснований, а в некоторых штатах – и без оснований.

Собрания акционеров должны проходить не реже одного раза в год. В необходимых случаях созываются внеочередные собрания.

Не всегда держателю всего нескольких акций удобно или целесообразно лично участвовать в собраниях акционеров. В таких случаях акционер доверяет в письменном виде третьему лицу голосовать от своего имени на собрании акционеров корпорации. Право голосовать от имени акционера называется «proxy». Так же называют и лицо, которому дано такое право.

Для принятия решений на собрании акционеров необходим кворум. Обычно «кворумом» считается присутствие такого количества акционеров, которые контролируют более 50 % капитала.

Акционеры обладают многочисленными правами , а именно: голосовать на собраниях своими акциями; приобретать акции новых выпусков; получать дивиденды; выступать истцом против корпорации; получить долю активов предприятия при его ликвидации; продавать свои акции; инспектировать документацию корпорации.

Следует обратить внимание на преимущественное право акционеров покупать акции новых выпусков. Благодаря этому заинтересованные акционеры, покупая новые акции, могут сохранять свою долю в уставном капитале, а значит, и степень влияния на дела корпорации. Свидетельство на право покупки акций выдается каждому акционеру при новом выпуске акций.

Развитие, реорганизация или оздоровление деятельности корпораций может осуществляться посредством:

присоединения одной корпорации к другой;

слияния корпораций в новую корпорацию;

покупки активов другой корпорации;

покупки имущественных прав другой корпорации.

В последние годы активно используется такой механизм оздоровления и спасения корпораций, как «leveraged buyouts». Речь идет о выпуске менеджментом корпорации контрольного пакета акций. Покупка акций осуществляется, как правило, за счет кредитов под обеспечение активами предприятия или за счет средств, привлеченных дополнительным выпуском облигаций.

Прекращение корпораций , как и прекращение товариществ, проходит в два этапа:

«юридической смерти» корпорации как искусственно созданного лица;

фактической ликвидации с продажей и распределением активов среди кредиторов и акционеров.

Ныне в США получили распространение два основных типа корпорации. В первом случае консолидирующим ядром группы выступает банковский холдинг, во втором – производственно-технологический комплекс [11] .

К наиболее известным корпорациям США, основу которых составляют крупнейшие финансовые институты, относятся группы «Chase», «Morgan», «Melon», «Liman-Goldman», «Sax» и др.

В большинстве случаев данные группы имеют сходные истории создания и развития, одинаковое строение. Поэтому более подробно этот тип корпорации можно рассмотреть на примере группы «Chase».

Финансовая составляющая корпорации «Chase» включает коммерческий банк «Chase Manhattan Corp.» (созданный 1 апреля 1996 г. в результате объединения «Chase Manhattan Bank» с «Chemical Bank») и две компании по страхованию жизни («Metropolitan Life Insurance» и «Akvitable Life»).

«Chase Manhattan Corp.», как и его предшественник «Chase Manhattan Bank», связан с семьей Рокфеллеров с 20-х гг. С 1962 г. Д. Рокфеллер занимал в нем посты президента либо председателя совета директоров.

Промышленная составляющая группы – это 21 нефинансовая корпорация, в том числе пять транспортных компаний, включая три авиакомпании и две железные дороги, две авиастроительные компании, две химические компании, две компании розничной торговли. Каждая из них входит в число 100 крупнейших компаний США. Все они контролируются не только корпорацией «Chase», но и банком «Chase Manhattan Corp.» как отдельным финансовым учреждением. На сегодняшний день «Chase Manhattan Corp.» является ведущим банком США и располагает активами в 300 млрд. долл.

От корпорации «Chase» корпорация «Morgan» отличается большей специализацией по отраслям промышленности.

Характерной чертой корпорации «Melon» является то, что ее финансовые учреждения редко делят контроль над нефинансовыми корпорациями с другими финансовыми институтами либо индивидуальными владельцами. Основное предпочтение данная корпорация отдает компаниям тяжелого машиностроения, поэтому место ее базирования – Питтсбург, где сосредоточены предприятия данной отрасли.

К корпорациям, основу которых составляет крупная промышленная компания, можно отнести корпорации «General motors», «Du Pont», «General electric», «Ford motors», «АТ&Т» и другие, которые, в свою очередь, владеют банками и финансовыми компаниями. Вместе с тем это не «карманные» банки, выполняющие функции внешней бухгалтерии и выступающие в качестве инструмента привлечения дешевых кредитов. Это крупные, самостоятельные учреждения с интересами, выходящими далеко за пределы собственной корпорации. Характерная черта данных корпораций – преобладание вертикальной составляющей над горизонтальной.

Основой корпорации «General motors», например, является крупнейший в мире автомобилестроительный концерн. Общая численность занятых – сотни тысяч человек. Головная компания концерна выступает в качестве материнской по отношению к тысячам других фирм корпорации, контролируя их производственную и финансовую деятельность.

Корпорация владеет собственной финансовой компанией «General motors acceptance corporation», являющейся крупнейшим в США источником коммерческих кредитов. «General motors» финансирует процессы слияния и поглощения компаний, занимается коммерческим лизингом промышленного оборудования («General motors leasing corp.»), владеет сберегательными и кредитными компаниями во многих штатах [12] .

Как известно, система права, характерная для США, применяется в Великобритании и многих других европейских и иных странах мира. Именуется она англосаксонской. Как правило, наибольшее влияние эта система имеет в государствах, являвшихся частью Великобритании, английскими колониями или иным образом находившихся под ее влиянием. Законодательство ряда государств этой системы имеет общие черты, в том числе это касается и вопроса регулирования корпоративных правоотношений. Рассмотрим правовое положение корпоративных субъектов в государствах англосаксонской системы права более подробно.

К англосаксонской системе права относятся США, Великобритания, Новая Зеландия, Австралия и др. Особое внимание следует уделить изучению корпоративного права Великобритании и США. Корпоративные нормы этих государств оказывают существенное влияние на развитие права во всем мире [13] .

В целом для государств с англосаксонской системой права характерна подробная регламентация правового положения корпораций, развитая система видов корпоративных субъектов и их организационно-правовых форм [14] .

В Великобритании корпоративное право представляет собой довольно специфическую отрасль права. Правовое регулирование корпоративных правоотношений действует в основном в виде ряда законодательных актов о компаниях. Правовая доктрина Великобритании относительно статуса некоторых компаний несколько раз корректировалась, а законодательство претерпевало существенные изменения. В настоящее время в Великобритании действует ряд нормативных правовых актов, в числе которых известный консолидированный акт – закон о компаниях 1985 г., закон о промышленном развитии 1968 г. и другие законы.

Упомянутый закон о компаниях 1985 г. является рамочным, консолидированным нормативным правовым актом достаточно большого объема, устанавливающим основы корпоративных правоотношений в Великобритании, правовой статус и виды корпоративных субъектов, порядок образования и участия в них, основы регулирования имущественных отношений корпораций и компетенцию управляющих органов корпораций. Значение этого документа для английских компаний трудно переоценить.

Политику Великобритании в отношении корпораций можно условно разделить на три периода: довоенный, послевоенный и современный. Наибольшее количество изменений корпоративные правоотношения претерпели в период Второй мировой войны. Именно тогда большинство отраслей промышленности, представляющих интерес для государства, было национализировано [15] . В последующем Великобритания отказалась от такой политики, и сфера частного интереса вновь была расширена.

Закон о промышленном развитии 1968 г. призван оказывать помощь корпорациям, работающим в приоритетных для государства отраслях хозяйственной деятельности, способствовать поддержанию частной инициативы. В рамках этого Закона также производится оказание помощи, в первую очередь материальной, корпорациям, расположенным в районах с неудачной для предпринимательской деятельности данного направления ситуацией.

Наибольшей популярностью в Великобритании пользуются в настоящее время компании с ограниченной ответственностью, которые в целом аналогичны российским и действуют в соответствии с теми же принципами.

Заметное влияние на строительство мировых корпоративных правоотношений оказало формирование институтов корпоративного права Великобритании. Объективной причиной этого стало бурное развитие в стране в начале XX в. экономических отношений, что заложило основу корпоративных правоотношений.

Одним из достижений английского корпоративного права следует считать разработку теории акционерного права, которое трактовалось весьма разнообразно. Первоначально, например, исполнительные органы рассматривались как представители корпораций, а сами акционерные общества уравнивались с общими собраниями акционеров. В настоящее время в Великобритании принято разделять эти субъекты.

В целом типы корпоративных организаций, а также принципы их деятельности в США и Великобритании совпадают. Корпоративные организации играют большую роль в общественной и экономической жизни общества. Частный бизнес занимает ведущее место в экономике этих стран, где допустимо осуществление предпринимательской деятельности в форме индивидуального предпринимательства или в форме организации.

Условно все организации США и Великобритании можно разделить на две группы : товарищества и корпорации. Корпорациями принято называть наиболее крупные организации, товарищества относятся к более мелким субъектам предпринимательской деятельности. Товарищества действуют в соответствии с теми же принципами, на которых основаны отношения товарищества и в России. Ими признаются объединения нескольких предпринимателей, носящие срочный характер, имеющие уставный капитал, устав, соглашение о разделе капитала между участниками и действующие по принципу неограниченной ответственности хотя бы одного из товарищей. Такая организационно-правовая форма бизнеса, как товарищество, сейчас не очень популярна в США и Великобритании, как правило, товариществу предпочитают общество с ограниченной ответственностью или акционерное общество. В настоящее время товарищества действуют как объединения нескольких лиц, как правило, в виде семейных предприятий.

Выделяют следующие виды товариществ .

1. Unlimited Partnership (Полное товарищество) в Великобритании или General Partnership в США представляют собой аналоги полного товарищества в России. В Великобритании положение товариществ определяется Законом о товариществах 1890 г. Как правило, полное товарищество состоит из ограниченного количества членов, число которых, например, в Великобритании не может быть более 20 человек. В отличие от отечественного законодательства, англосаксонская система права не признает за полным товариществом статуса юридического лица.

2. Limited Partnership (Товарищество на вере (коммандитное) представляет собой коммандитное товарищество с обычными для него условиями участия. В Великобритании статус коммандитных товариществ устанавливается Законом о товариществах с ограниченной ответственностью 1907 г.

3. Master Limited Partnership (Основное («головное») товарищество на вере) представляет собой смесь товарищества и акционерного общества. Данная организация, кроме того, что учреждается товарищами, чья ответственность является неограниченной, наделяется правом выпускать акции.

Что касается крупных корпораций , то в США и Великобритании принята различная терминология. Эти организации в США называют corporation, в Великобритании принято называть их company.

Процесс создания таких организаций дороже и более длителен, их структура сложнее, чем у товариществ. Среди корпораций выделяют также несколько видов.

К ним, в частности, относят Private Limited Company (закрытое общество с ограниченной ответственностью) в Великобритании, американский аналог Close Corporation (закрытая корпорация) и общества с ограниченной ответственностью закрытого типа в России. Public Limited Company представляет собой открытые общества.

Несмотря на многие различия, корпорации в англосаксонских странах объединяет много общего.

Во-первых, отношения внутри корпораций строятся на основе установления гибких связей, при свободном «перетоке» капитала из одной отрасли в другую. Прежде всего это обусловлено тем, что будущее банковского дела определяется лишь общими перспективами рынка, и поэтому в долгосрочной перспективе банк не привязан ни к какой определенной отрасли.

Вместе с тем новые экономические реалии, и прежде всего обострившаяся конкуренция на американском рынке, вынуждают к переходу от традиционных контрактных к долгосрочным партнерским отношениям промышленных предприятий с коммерческими банками.

Во-вторых, союз банковского и промышленного капитала в рассматриваемых странах закрепился в виде семейных групп (например, Рокфеллеров, Морганов в США и других) и региональных групп (кливлендская, чикагская и проч. также в США).

В-третьих, главной особенностью кредитной системы здесь явилась исключительно высокая степень концентрации ссудного капитала, наличие банковских монополий, имеющих международный характер. Это во многом предопределило выбор способа образования корпорации. Основными стали слияние и поглощение компаний [16] , в ходе чего одна из них (головная фирма) овладевает контрольным пакетом акций другой. Группирование опирается на банки, которые финансируют деятельность компании и при этом ее координируют. Необходимо отметить, что слияния и поглощения крупнейших корпораций резко активизировались в 90-х гг. XX в. Некоторая часть слияний и поглощений происходит в рамках одной и той же корпорации.

В-четвертых, интеграционные процессы в американской и английской экономике все чаще касаются промышленных и финансовых предприятий, требуя повышения роли крупных финансовых учреждений в корпоративном управлении. Все более очевидной становится ошибочность опасений исследователей о несовместимости корпорации и конкуренции.

И, наконец, пятое. Изменчивость состава корпорации и подвижность границ при жестко закрепленном центре контроля – важная черта, присущая всем без исключения корпорациям США. В экономической литературе в последние годы выдвинуто положение о «размывании» (под «размыванием» понимаются частые слияния и присоединения корпораций, смена органов управления и т. д.) корпораций и финансово-промышленных групп.

Действительно, старые корпорации часто «размываются», тогда как новые еще не оформились и не пришли им на смену. Но исчезновение того или иного центра финансового контроля – дело довольно редкое. Возникновение корпорации опирается на обобществление производства, соответствующую сеть связей и зависимостей, которые разрушить далеко не просто, практически едва ли возможно. Их можно лишь переориентировать. Другое дело – относительно частые случаи замены одних лиц другими в центрах финансового контроля.

Японские сюданы

Промышленный комплекс Японии состоит фактически из шести равновеликих экономических комплексов – корпораций (японский вариант – сюданы): «Mitsubishi», «Mitsui», «Sumitomo», «Daishi Kangin», «Fue», «Sanwa», образованных по определенным общим принципам.

Согласно официальным данным, совокупный годовой объем продаж шести групп-гигантов составляет примерно 14–15 % валового национального продукта страны. Если считать, что общий годовой оборот достигает 4 трлн. долл., то на эти корпорации приходится более 500 млрд. Они контролируют (с учетом входящих в них компаний) примерно 50 %, а по некоторым оценкам – и до 75 % промышленных активов страны. На торговые фирмы сюданов приходится более половины экспортно-импортных операций, их доля в импорте отдельных товаров достигает 90 %. Коммерческие и трастовые банки корпораций контролируют около 40 % общего капитала всей банковской системы страны, а страховые компании – 55 % всего страхового капитала [17] .

Сюданы представляют собой самодостаточные, универсальные многоотраслевые экономические комплексы, включающие в свою организационную структуру финансовые учреждения (банки, страховые и трастовые компании), торговые фирмы, а также производственные предприятия, составляющие полный спектр отраслей народного хозяйства [18] .

Верхний уровень сюданов образуют горизонтальные объединения, включающие в среднем 21 (группа «Sumitomo») – 50 (группа «Daishi Kangin») равноправных членов (в зависимости от количества основных отраслей деятельности), представляющих собой головные фирмы крупнейших промышленных объединений.

Консолидирующим ядром сюданов с самого их появления после Второй мировой войны (а также в их довоенных предшественниках – «дзайбацу») и по настоящее время выступают компании тяжелой и химической промышленности.

Широкое использование корпорациями привлеченных средств – одна из причин японских экономических достижений. Поэтому обязательным членом корпорации, а по многим оценкам, и стержнем является крупнейший банк, контролирующий большую сеть филиалов и дочерних банков. В комплексе с ним и под его контролем работают также страховые и инвестиционные компании, траст-банки; все они для фирм данного сюдана являются «своими» и образуют его финансовую основу.

Благодаря вхождению кредитно-финансовых институтов в корпорации достигаются стратегические выгоды, связанные в первую очередь с повышением мобильности развития и реализации технологического потенциала всей группы. Скорость технологического обновления производства, темпы наращивания выпуска конкурентоспособной продукции во многом зависят от того, насколько инвестиционные возможности корпорации превышают объемы финансирования.

Обязательным членом корпорации (сюдана) является также универсальная торговая фирма. По масштабам своих торговых и информационных сетей и объему деловых операций торговые фирмы относятся к числу крупнейших в мире и играют важную роль в корпорации. Они выполняют в сюдане функции универсального «сбытовика» и «снабженца», более того – своеобразного «департамента внешних связей» при освоении новых сфер деятельности, в которых фирмы сюдана практически не имели возможностей сбыта и снабжения.

Промышленные объединения, входящие в корпорации, построены, как правило, по принципу вертикальной интеграции (японский вариант называется «кэйрэцу»). Под эгидой головной фирмы собрано множество подчиненных ей дочерних (в единстве они образуют своего рода верхний ярус вертикальной интеграции). Всего таких ярусов насчитывается до четырех, поскольку многие дочерние фирмы имеют под своим началом другие, включая всевозможные субподрядные.

Размеры акционерного капитала в дочерних компаниях могут быть самыми разными – от 10 до 50 %. Иногда же у них вообще нет акционерного капитала, т. е. долевое участие не присутствует вовсе. Но тем не менее во всех случаях связи исключительно крепки и надежны. Система иерархического контроля принимает, таким образом, форму вертикальной пирамиды, вбирающей в себя многие тысячи фирм.

Внутрикорпоративное взаимодействие в японских сюданах обеспечивается следующими способами.

В качестве руководящего органа корпорации выступает совещание президентов головных фирм, одновременно являющееся и совещанием ведущих акционеров. Это совещание принимает важнейшие решения по всем вопросам производственно-финансовой деятельности.

Объединение корпораций происходит посредством взаимоучастия в акционерном капитале (перекрестное акционирование). Каждая фирма, член сюдана, имеет небольшие, недостаточные для одностороннего контроля пакеты акций всех остальных фирм, а вместе они располагают контрольными пакетами акций каждого из своих членов.

Реализация общекорпоративных проектов

Внутрикорпоративные контрактные отношения и обмены задействуют финансовые и промышленные ресурсы, научно-техническую информацию между участниками группы.

Внутри сюданов действует принцип не конкуренции, а целенаправленно организуемой внутренней специализации (когда сферы деятельности фирм не пересекаются). Поэтому в отношениях поставщик – потребитель здесь утвердилась взаимная монополия. Таким образом, экономическая среда внутри сюданов оказывается нерыночной. А существующая в японской промышленности организационная структура приводит к закреплению четкой олигопольной системы на рынке конечных продуктов. Тем не менее интенсивная конкуренция участников олигополии обеспечивает устойчивое развитие соответствующей отрасли.

В качестве примера организационного строения японских сюданов можно рассмотреть корпорацию «Mitsui».

Основу корпорации составляет горизонтальное объединение 29 головных фирм (крупнейших промышленных и финансовых комплексов) на основе перекрестного владения акциями (их доля составляет 28,93 %). Главный банк – Сакура банк (Sacura bank Ltd.). Он занимает шестое место в списке крупнейших банков мира, владеет сетью дочерних банков, страховой и лизинговой компаниями.

Центральная торговая фирма корпорации – «Mitsui Bussan».

Промышленную основу корпорации составляют 27 производственных предприятий (кэйрэцу), построенных по принципу вертикальной интеграции. Каждая головная компания является материнской по отношению к находящимся под ее контролем фирмам. В рамках кэйрэцу лежит формула «объединение смежников». А иерархические вертикали возникают из естественной направленности технологических цепочек смежников к конечному продукту. Тот же принцип реализуется на следующих структурных уровнях. В итоге возникает многоуровневая и иерархическая структура.

Так, головная фирма кэйрэцу – «Toyota», входящая в корпорацию «Mitsui», объединяет под своим началом 15 подконтрольных компаний, которые занимаются производством компонентов («Toyota auto body» – кузова для автомобилей и другие изделия), готовых изделий («Hino motor» – крупнотоннажные грузовики и автобусы); фундаментальными исследованиями; экспортом и импортом сырьевых продуктов. Годовой оборот корпорации «Toyota» на март 1996 г. достигал 7957 млрд. иен, или 68,6 млрд. долл.

«Toyota» располагает пакетом акций в каждой из подконтрольных компаний – от 22,7 % акций в «Aiti steel work» до 39,8 % в «Toyota auto body». Кроме того, «Toyota» получает автомобильные запасные части и компоненты от двух ассоциаций – «Кехокай», состоящей из 231 компании, и «Эйхокай», объединяющей 77 компаний. «Toyota» не участвует в капитале членов ассоциаций. Связи с ними развиваются на основе контрактных отношений.

Помимо изготовления различных компонентов к автомобилям «Toyota» занимается производством стали, прецизионных станков, текстиля, потребительских товаров, оказанием строительных услуг. На сегодняшний день «Toyota» имеет крупные интересы в трех японских телекоммуникационных компаниях. Не будучи активным участником рынка, она владеет 17,5 % акций компании «IDC», предоставляющей международные услуги, 36,8 % – компании дальней связи «Teleway Japan», работающей на территории Японии, и 27,2 % – компании мобильной телефонной связи «IDO» [19] .

Японские корпорации оказали большое влияние на развитие большинства новых индустриальных стран как в качестве примера становления мощной корпоративной структуры, так и непосредственно участвуя в их экономической жизни. Опыт японских корпораций на сегодняшний день стал основой для переосмысления принципиальных вопросов, касающихся оптимальной организации хозяйственного оборота в любой стране, в любой экономике.

Южнокорейские чеболи

Для Южной Кореи характерна высокая степень концентрации производства и капитала, монополизация несколькими крупными корпорациями почти всех отраслей экономики [20] . Практически все крупные и средние предприятия принадлежат различным корпорациям, которых уже насчитывается несколько десятков («Samsung», «Daewoo», «LG», «Hyundai» и т. д.). Крупнейшие среди них («чеболи» или «чаеболы» – корейский вариант названия) во многом схожи с ведущими корпорациями в Японии (сюданами). Отличия же связаны с тем, что корейские корпорации базируются на семейном капитале.

В то время как модель, сформированная в послевоенной Японии, воплощает вариант индустриального развития при жестком государственном контроле над внешнеэкономической сферой и при финансовом самообеспечении инвестиционного процесса, модель, избранная Южной Кореей, изначально нацеливает на ориентированный на экспорт путь развития при широко открытой экономике и опоре на иностранную кредитную помощь. Отличительной особенностью данного пути является то, что хозяйственный подъем протекает в условиях хотя и контролируемого, но устойчивого роста цен. Однако ускоренное развитие происходит по одной и той же воспроизводящейся схеме, по определенной заложенной общей программе.

Корпоративные объединения в Германии

Характерная особенность германской традиции состоит в тесной связи банков с промышленностью. На основе акционерных, финансовых, а также деловых связей происходит межотраслевая интеграция промышленных концернов с финансовыми институтами в устойчивые горизонтальные корпоративные промышленно-финансовые объединения. Банки принимают участие не только в финансировании инвестиционных проектов, но и в управлении предприятиями. Поэтому центрами создания финансово-промышленных групп (ФПГ) в Германии являются, как правило, крупнейшие банки.

Например, вокруг «Deutsche Bank AG» группируются такие известные промышленные концерны, как «Bosch», «Siemens»; а вокруг «Dresdner Bank AG» – «Hochst, Grundig, Krupp». В свою очередь, вокруг относительно устойчивого ядра – концерна группируется множество крупных и средних компаний. В среднем головные холдинги корпораций владеют акциями и контролируют деятельность около 150 компаний.

Крупнейшими банками, стоящими во главе трех ведущих корпораций, являются Немецкий («Deutsche Bank AG»), Дрезденский («Dresdner Bank AG») и Коммерческий («Kommerzbank AG») банки. На них приходится соответственно 1/3, 1/4 и 1/8 акционерного капитала страны. Данные банки представляют собой универсальные кредитно-финансовые комплексы с широким набором услуг, непосредственно не связанных с кредитно-расчетной деятельностью. Это прежде всего:

разного рода консультационные услуги по анализу и прогнозированию рынков, сбору информации о технических решениях и нововведениях, по обеспечению трудовыми ресурсами. Банк осуществляет также финансовое планирование, решает вопросы организации руководства предприятием;

проникновение в страховое дело и оказание клиентам банка комбинированных услуг на основе сочетания депозитных операций со страховой защитой вкладчика;

обеспечение зарубежных интересов предприятий, входящих в состав корпорации, участвуя в кредитовании местных экспортеров, капиталовложениях за границей или прямых производственных контактах.

Отношения внутри корпорации во многом определяются политикой, проводимой банком. Например, корпорация, созданная вокруг «Deutsche Bank AG», в результате проведенной им серии слияний и поглощений была превращена в промышленно-технологический комплекс, полностью объединяющий производство автомобилей и самолетов, двигателей и электроники и т. д. Теперь компании, входящие в данную корпорацию, имеют прямые производственные и технологические связи, скрепленные отношениями собственности. Это важно и с точки зрения НИОКР, т. к. позволяет контролировать свои программы, избегая дублирования.

Кроме трех крупнейших корпораций, во главе которых находятся ведущие банки страны, в Германии существуют и такие корпорации, где цементирующим звеном является промышленное объединение (концерн), хотя банковский капитал имеет несколько равных ему по силе и значению представителей. К числу таких корпораций можно отнести группы «IG Farbenindustry», «Flick», «Tissen-Oppenhaimer», «Daimler-Chrysler», а также региональные корпорации, играющие в экономике Германии существенную роль, но отличающиеся от перечисленных.

Создание региональных корпораций связано с процессом концентрации капитала. Сила и самостоятельность этих корпораций определяются прежде всего их тесными связями с правительством земли, а также с местной промышленностью.

Создание региональных корпораций на старых землях прежде всего удалось в Баварии. Ведущие позиции в кредитной сфере принадлежат двум крупнейшим смешанным банкам – «Баварскому ипотечному и вексельному банку» и «Баварскому банковскому союзу», которые и образовали две корпорации. Если корпорация, относящаяся к первому банку, является наиболее самостоятельной из всех региональных объединений, то региональная корпорация «Баварского банковского союза» характеризуется тем, что промышленность в ней представлена предприятиями, главным образом, легкой и пищевой промышленности, входящими в те или иные крупнейшие концерны страны («Siemens», «Klekner», «Gannel» и др.).

Координация в немецких корпорациях обеспечивается несколькими механизмами.

Во-первых, наличием сравнительно небольшого круга должностных лиц, являющихся одновременно членами правления различных компаний и фирм, входящих в данную корпорацию. Например, из 100 крупнейших компаний примерно в 80 один из членов наблюдательного совета был членом правления другой компании. В 20 из них примерно от 17 до 36 должностных лиц являлись одновременно членами наблюдательных советов других компаний.

Во-вторых, координирующую роль выполняют входящие в корпорации финансово-кредитные институты. Им сегодня принадлежит 30 % акций 25 крупнейших промышленных предприятий страны.

В-третьих, внутрикорпоративной интеграции служит также перекрестное акционирование (взаимоучастие в капитале).

Рассматривая корпорации Германии, можно сделать вывод, что это не жесткие конструкции, а довольно гибкие образования, маневренность которых в значительной степени обеспечивается банками [21] . Именно под их воздействием происходит поглощение или слияние отдельных компаний, образование крупнейших корпораций.

Таким образом, во многих развитых странах существуют и успешно функционируют крупные финансово-промышленные корпоративные объединения. Основными инициаторами таких объединений служат или крупные банки, или крупные промышленные компании.

Корпоративные образования в Индии, КНР, Франции, Израиле, Египте и других государствах

Современное правовое регулирование корпоративных правоотношений в различных государствах имеет, с одной стороны, тенденцию к сближению и проникновению. С другой – многие правовые системы различных государств развивались в рамках одной системы и позднее, по мере их развития, отдалялись от этой правовой семьи. В основном это связано с наличием в прошлом большого количества колоний, в настоящее время являющихся самостоятельными государствами.

Классическим примером такого государства является Индия , в прошлом английская колония. Особенность индийского законодательства о предпринимательстве заключается в том, что его основы были заложены еще в колониальный период. Естественно, что на правовые нормы индийского законодательства большое влияние оказало английское право. Многие из ныне действующих законов были выработаны английскими юристами, так что «в Индии осуществилась настоящая рецепция английского права» [22] .

Основополагающими актами корпоративного права в Индии являются закон о ценных бумагах 1881 г., закон о товариществе 1932 г., закон о компаниях 1956 г., закон о монополиях и ограничительной торговой практике 1969 г.

В Китайской Народной Республике гражданские правоотношения регулируются основами гражданского законодательства 1997 г., наряду с ними действует ряд отдельных законодательных актов. Гражданское законодательство определяет субъектный состав гражданских правоотношений, в том числе статус юридических лиц – участников гражданского оборота. При этом многие положения гражданского законодательства КНР недостаточно полно рисуют правовое положение хозяйственных субъектов, в частности, классификация юридических лиц в нем не проведена, нет норм о процедуре их образования, правовое положение отдельных хозяйственных субъектов весьма расплывчато. На основе норм гражданского права регулируются правоотношения, возникающие в сфере международного частного права. В целом для гражданского законодательства КНР нехарактерна та скрупулезность, с которой относятся к хозяйственным товариществам и обществам законодатели западных государств.

В Китае принято делить всех субъектов хозяйственной деятельности на несколько видов. К таким субъектам относятся государственные предприятия, коллективные предприятия, частные предприятия, совместные предприятия с китайским и иностранным капиталом, предприятия иностранного капитала, крестьянские паевые и кооперативные предприятия.

Коллективные предприятия делятся на:

1) городские;

2) волостные;

3) деревенские.

Общим для них является то, что все они являются предприятиями коллективной собственности.

Что касается частных предприятий, то они делятся на:

– самостоятельные;

– артельные;

– предприятия и компании с ограниченной ответственностью;

– акционерные компании с ограниченной ответственностью.

В зависимости от субъекта собственности выделяют предприятия китайские, совместные и предприятия иностранного капитала.

Франция – крупнейший и наиболее аутентичный представитель континентальной системы права. Нормы французского законодательства наиболее полно рисуют образ системы корпоративного права, характерной для современного демократического государства. Ряд законодательных актов Франции направлен на урегулирование правового положения различных субъектов хозяйственной деятельности, в т. ч. и корпоративных. Среди этих нормативных правовых актов большую роль играют: закон о торговых товариществах 1966 г., декрет о торговых товариществах 1967 г., ордонанс о свободе установления цен и о свободной конкуренции и ряд других.

Закон о торговых товариществах 1966 г. и декрет о торговых товариществах 1967 г. закрепляют правовое положение торговых товариществ с ограниченной ответственностью, акционерных обществ и иных видов корпораций, порядок их создания, правоотношения между участниками, порядок осуществления предпринимательской деятельности, внутреннюю структуру, систему отношений между органами хозяйственных субъектов. Характерной чертой французского законодательства о хозяйственных товариществах является сосредоточение большого внимания на ответственности хозяйственных субъектов. Например, закон о торговых товариществах 1966 г. включает в свою структуру составы нарушений корпоративного законодательства. Особое внимание уделяется также осуществлению контрольной деятельности в отношении корпораций как со стороны вкладчиков, так и со стороны государства.

Довольно оригинальное явление представляет собой гражданское право Израиля . Особенность его в том, что, находясь в различные периоды истории в составе самых различных государств и в то же время обладая собственной сильной традицией, израильская правовая система приобрела во многом синтетический характер. На развитие права Израиля большое влияние оказали: английское право (в период английского мандата), право Османской империи, частью которой в свое время был Израиль, французское законодательство (рецепция которого происходила в Османской империи), религиозные нормы.

Наибольшее влияние на законодательство Израиля оказало право Великобритании, в особенности это касается корпоративного права, в том числе его подотрасли – акционерного права. Право Израиля восприняло английские прецеденты в качестве источника права. Английские судебные решения до сих пор используются при толковании правовых норм права компаний.

Много изменений претерпело гражданское право Кубы . Условно периоды развития и изменения можно разделить на три периода:

– буржуазный;

– революционный;

– современный.

Право Кубы долгое время находилось под влиянием испанского права. Основным источником гражданского права Кубы является Гражданский кодекс 1987 г. Первый Гражданский кодекс имел буржуазный характер и был составлен главным образом под влиянием испанских норм гражданского права. В нем провозглашалась свобода частной собственности, свобода договора и другие аналогичные буржуазные принципы.

Определенные изменения в правовой системе были произведены после принятия в 1940 г. демократической конституции.

В 1959 г. на Кубе произошла революция (руководителями революционного движения были нынешний лидер Кубы Фидель Кастро и Эрнесто Че Гевара). Гражданское законодательство в этот период претерпело значительные изменения, действие Гражданского кодекса было ограничено рядом революционных нормативных актов, в первую очередь это относилось к правовому регулированию «священной и неприкосновенной» частной собственности. Коротко можно описать изменения законодательства следующим образом: государство уже в 1959 г. установило контроль над всеми капиталистическими предприятиями страны, ограничивая (в общественных интересах) действие частного предпринимательства, а также контроль над ценами, оборотом валюты, внешней торговлей. В 1959–1961 гг. проводится национализация сначала предприятий и имущества американских граждан, затем сахарных заводов, фабрик, железных дорог и других промышленных и торговых предприятий.

В послереволюционный период практически до начала 1990 г. на Кубе отсутствовала система частных хозяйственных субъектов, имеющих признаки корпораций. Экономика была плановой и централизованной. Все основные ресурсы и средства производства были сосредоточены в руках государства, оно играло ведущую роль в планировании и управлении экономическими процессами. Таково было положение до 1992 г., когда в конституцию Кубы 1976 г. были внесены изменения, целью которых был постепенный переход к рыночным отношениям. Сфера частной инициативы была существенно расширена: разрешено было создание совместных предприятий, привлечение иностранных инвестиций, кооперация и т. д.

Закон об иностранных инвестициях 1995 г. существенно расширил права хозяйственных субъектов и заложил основы правового статуса иностранных инвесторов. До сих пор на острове отсутствует законодательство о банкротстве.

Государством Африки с мусульманской идеологией, притом с развитым частным сектором экономики, является Египет .

Особенностью гражданского права Египта является то, что оно находится под влиянием двух далеко не однородных течений. С одной стороны, ему свойственно тяготение к французской системе права (Египет находился долгое время под влиянием Франции), а с другой – следование нормам мусульманского права. Согласно общему принципу правоприменения в Египте применяются гражданские законы, в случае пробела – обычаи, в случае отсутствия обычая – мусульманское право. Таким образом, мусульманское право хотя и применяется только в случае существенного пробела в законодательстве, но также является источником корпоративного права. В то же время в Египте в последние десятилетия усиливается ориентация на Европу.

В Египте принят целый ряд законодательных актов, затрагивающих различные аспекты корпоративного права, в том числе закон о компаниях 1963 г., Торговый кодекс 1883 г., закон о публичных предприятиях 1972 г. В целом система корпораций Египта соответствует европейской модели.

В России истоки акционерной как типичной корпоративной формы предпринимательства появляются в ХVII – ХVIII вв. Однако один из первых нормативных актов о корпорациях, акционерных и торговых обществах был принят только в 1807 году [23] .

И все же впервые интерес к акционерному движению появился в России еще при царе Алексее Михайловиче, которому был представлен проект организации крупной корпорации для производства китоловного промысла и добывания сала. Этот факт отметили ученые-юристы уже более 100 лет назад [24] .

Собственно реальные шаги к использованию акционерной формы предпринимательства были сделаны при Петре I. В период его правления начинается унификация российского законодательства в соответствии с европейским правом. Возникли передовые организационно-правовые формы предпринимательской деятельности (компании, артели, простые товарищества, товарищества на вере). Российские предприниматели совместно с иностранными пайщиками создают акционерные компании. В России первое акционерное общество – «Российская в Константинополе торгующая К» возникло в 1787 г.

В Указах от 27 октября 1699 г., 27 октября 1706 г., 2 марта 1711 г. и 8 ноября 1723 г. купцам (определенному сословию) рекомендовалось торговать компаниями (т. е. налицо использование акционерной формы пока только в торговле, но не в производстве) по примеру торгового класса иностранных государств (перенесение опыта зарубежных стран); иметь об этом с общего совета (простая форма согласия или прообраз органа управления акционерного общества) установления (нормы, регулирующие их организацию и деятельность), которые способствовали бы развитию торговли и приносили тем самым через налоги дополнительные доходы в государственную казну.

Тем не менее подобные общества поначалу были редким явлением, и лишь с 30-х гг. ХIХ в. под влиянием развития машинной индустрии, строительства железных дорог и расширения кредитной сферы они стали расти, множиться, накапливать опыт.

Особый этап – конец XIX – начало XX в. Он связан с отменой крепостного права 19 февраля 1861 г. и проведением реформ: земской, городской, судебной, военной, просвещения и печати 1864–1874 гг. Широкие слои населения получили право заниматься предпринимательской деятельностью и участвовать в управлении государством. Под контролем Сената с 1863 г. издается периодическое Собрание узаконений и распоряжений правительства, в которое входят уставы акционерных и кредитных обществ, постановления министров, публикуется сенатская практика [25] .

Первой акционерной корпорацией можно считать учрежденную 24 февраля 1757 г. «Российскую в Константинополе торгующую компанию». Инициаторами ее создания выступили венецианские купцы, которые в 1749 г. обратились в Сенат через русского консула в Константинополе с просьбой разрешить торговлю между Венецией и Россией через Черное море и создать для этого на Дону торговый дом или контору.

Эта компания осуществляла активную торговую деятельность и просуществовала до 1762 г. А.И. Каминка отмечал «важное значение этой компании в деле насаждения принципов акционерного дела» [26] .

В последующие годы произошло учреждение еще ряда акционерных корпораций (1758 г. – Компания Персидского торга, 1762 г. – Акционерный эмиссионный банк, 1798 г. – Российско-Американская компания и др.), которые способствовали постепенному становлению и распространению в российском обществе представлений об этой организационно-правовой форме.

Происходит быстрый рост различных организационно-правовых форм экономической деятельности. Предприниматели создают общества: в 1866 г. – Русское техническое общество, в 1867 г. – Общество для содействия развитию русской промышленности. В 70—80-х гг. XIX в. состоялись торгово-промышленный съезд с участием правительства, ряд отраслевых съездов, на которых согласовывались вопросы экономической политики, проводимой правительством, предпринимателями и финансистами.

Хотя акционерные компании получили особый статус, например, их членов освободили от принудительного вступления в купеческие гильдии и обязательной уплаты гильдейских пошлин и несения других повинностей, однако их учреждение первое десятилетие было весьма вялым. В 1799–1836 гг. было учреждено 58 компаний, из которых приступила к работе 41. Позже, с середины 1830-х гг., акционерные компании вошли в моду в среде дворянства и высшего чиновничества, но даже в этих условиях их вклад в экономическое развитие России оказался минимальным (в 1837–1856 гг. было организовано 74 акционерных общества с совокупным капиталом в 65,6 млн. руб.). Привлечение широкого числа вкладчиков и значительных капиталов путем акционирования связано не с какими-то формальными ограничениями, а с неподготовленностью страны к развитию по чисто капиталистическому пути [27] . Наибольшего размаха общества получили на рубеже XIX–XX вв., и это стало своего рода «Серебряным веком» отечественной правовой (гражданской, акционерной) мысли [28] . К 1913 г. в России действовали почти 2 тыс. русских акционерных обществ, из них 383 компании, т. е. почти 21 %, котировали свои акции на бирже и, по различным оценкам, имели уставный капитал более 500 тыс. рублей [29] . Эти явления и процессы описаны в научной литературе, во многих изданиях последних десятилетий императорской России.

Из сказанного напрашивается вывод о том, что Россия, хотя и запаздывала с завершением промышленного переворота (он, видимо, исчерпал себя только в 1880 г.), все же к концу XIX в., в период начавшейся индустриализации, добилась некоторых успехов на ниве акционерного капитала. «Лет 25–30 назад учреждение акционерных компаний или товариществ на паях практиковалось у нас в крайне ограниченном размере и почти только по некоторым крупным видам государственного хозяйства, как-то: страхование, транспортирование, банковские операции», – писал в 1897 г. российский эксперт, имея в виду, что затем ситуация изменилась к лучшему. Однако численный рост акционерных предприятий не изменил их юридического статуса. По-прежнему действовал чисто концессионный бюрократический метод их учреждения. Как указывалось в пособии по праву тех дней, «согласно действующему у нас в России закону о предприятиях, основываемых на акционерных началах, каждое акционерное общество или товарищество на паях должно действовать на основании своего особого устава, составленного соответственно изложенным в законе правилам и Высочайше утвержденного согласно мнению Государственного Совета или положению Комитета министров, на благоусмотрение которых устав представляется подлежащим министерством».

Правительственные установления, заведывающие делами об акционерных компаниях, следующие: по Министерству финансов – 1) центральные учреждения по части торговли и промышленности (акционерные предприятия: торговые, фабрично-заводские, типографские и издательские, домостроительные, электрические, транспортные, судоходные и др.); 2) Особенная канцелярия по кредитной части (акционерные кредитные учреждения); 3) Департамент железнодорожных дел (железнодорожные общества); по Министерству внутренних дел – Хозяйственный департамент (предприятия страховые, канализация, водоснабжение, для эксплуатации электричества, конно-железнодорожные и пр.); по Министерству земледелия и Государственных имуществ – Горный департамент (горнопромышленные предприятия); по Министерству путей сообщения – Канцелярия Министра (железнодорожные и судоходные предприятия).

В 1864–1873 гг. было учреждено 60 акционерных банков, 46 из которых были коммерческими, а 14 – поземельными (долгосрочного кредита или инвестиционными). В 1893–1901 гг. открыто 219 акционерных компаний с общим уставным капиталом 328,8 млн. руб. К концу 1901 г. число акционерных компаний достигло 1506, а их совокупный уставный капитал – 2467 млн. руб. Доход на капитал составлял 6 % и более [30] .

Доля участия зарубежных инвесторов в капитале действовавших в России акционерных обществ также возрастала довольно высокими темпами. В 1893 г. она составляла 23 %, в 1900 г. – 35 %, в 1908 г. – 40 %. Иностранные предприниматели вкладывали свой капитал преимущественно (60 % от общей суммы вложения) в следующие три отрасли отечественной промышленности: горную, металлургическую и металлообрабатывающую, заняв здесь преобладающие позиции по сравнению с российским капиталом.

В целом к ноябрю 1917 г. в России фактически действовали (с учетом ликвидации и сокращения капиталов в годы Первой мировой войны) около 2850 торгово-промышленных акционерных компаний с уставным капиталом 6040 млн. руб.

В начале XX века в России складывается тенденция образования юридических лиц не только концессионным (специальным разрешением власти), но и явочным (путем регистрации) порядком. Впервые в юридической терминологии и в качестве субъекта хозяйственной деятельности и торгового оборота появляется торгово-промышленное предприятие. Оно могло иметь различные конкретные наименования – тресты, синдикаты, концерны, акционерные общества. В области торгово-промышленного законодательства отмечались две особенности: с одной стороны, нормативное регулирование коммерческой деятельности сопровождалось вмешательством властных структур в хозяйственный оборот; с другой – осуществлялась демократизация, коммерциализация старых организационно-хозяйственных форм (введение в состав торгово-промышленных органов разных групп, общественных организаций, советов, кооперативов и т. д.).

Итак, мы видим, разными темпами происходило становление акционерного законодательства в Западной Европе, США, России в эпоху промышленного переворота и индустриализации. Этот процесс носил объективный общественно-политический характер, хотя время от времени в него могли вторгаться и субъективные факторы.

После Октября 1917 года в России во второй половине декабря этого же года Высшим советом народного хозяйства был подготовлен проект Декрета об экономических преобразованиях, первый раздел которого был посвящен национализации акционерных компаний.

Изменения в социальном устройстве и законодательстве не могли не повлиять на динамику образования акционерных обществ. К концу мая 1918 г. в связи с переходом советской власти к широкой национализации акционерное учредительство существенно замедляется. В период военного коммунизма для акционерных обществ, основывавших свою деятельность на имущественной и организационной самостоятельности, места уже не было.

Общая ситуация несколько изменилась с развитием товарно-денежных отношений. В годы нэпа, в январе 1922 г., было учреждено первое акционерное общество советского периода – акционерное общество внутренней и ввозной торговли кожевенным сырьем «Кожсырье».

Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. в разделе Х «Товарищество» содержал пятый подраздел, который назывался «Акционерное общество (паевое товарищество)» и включал 45 статей (с 322-й по 366-ю). Этот кодекс рассматривал акционерное общество как разновидность товарищества, ставил знак равенства между ним и паевым товариществом и давал следующее легальное определение: «Акционерным (или паевым) признается товарищество (общество), которое учреждается под особым наименованием или формою с основным капиталом, разделенным на определенное число равных частей (акций) и по обязательствам которого отвечает только имущество общества».

Постепенно автономия и имущественная самостоятельность юридических лиц, в том числе акционерных обществ, вытеснялись планированием и жестким регулированием со стороны государства. В конце 20-х – начале 30-х гг. акционерные общества были реорганизованы в государственные объединения. Затем на долгие годы эта форма была отвергнута и забыта.

В то время когда в течение всего XX в. акционерная форма продолжала развиваться в большинстве стран мира, в СССР и по его примеру в других странах социализма она была свернута, фактически сведена к нулю, что обусловило серьезное отставание нашей страны от мировой правовой практики. Лишь в конце 80-х гг. сначала в публицистике и экономической теории, а затем и на практике стал возрождаться интерес к акционированию. Позже он нашел отражение в российском законодательстве.

Разумеется, общественно-политическая переориентация и резкая смена общественно-политической, экономической и правовой ориентации развития (эволюции) России потребовали соответствующего законодательного, нормативного, юридического оформления нового (рыночного) курса страны.

К этому времени сформировалось несколько крупных правовых задач:

– подведение законодательной, правовой базы под новый курс;

– обращение к правовому опыту, наработанному в дореволюционный период (до 1917 г.), к опыту экономической жизни прошлой России, основанному на признании частной собственности, а также на возможности извлечения уроков из нереализованных замыслов и практики нэпа (20-е гг. XX в.);

– заимствование многовекового правового опыта зарубежных государств с рыночной экономикой – использование идей и опыта законодательной, организационно-хозяйственной деятельности государств и предпринимателей, а также обращение к правовым традициям, навыкам, обычаям населения, граждан различных государств;

– концентрация современных правовых усилий в сфере работы с гражданами России, объяснение им новых проблем и задач, организация подготовки соответствующих кадров (персонала), переучивания студентов, обеспечение этого процесса соответствующей учебной литературой (отечественной и переводной), компьютеризация правовой информации.

По размаху, масштабам и грандиозности изменения всего характера и образа жизни россияне ничего подобного в XX в. фактически не имели и не испытывали. Поэтому последнее двадцатилетие XX в. – период не только чрезвычайно напряженной, интенсивной правовой деятельности, юридического поиска и просчетов, но и заметного продуктивного правотворчества.

В основе всего оказались проблемы собственности, предпринимательства, плавного перехода к рынку, и здесь в числе первостепенных возникло несколько правовых вопросов о:

разгосударствлении собственности;

приватизации государственной собственности;

организации новых форм, видов и механизмов человеческой деятельности, взаимоотношений;

условиях обретения материальных благ, денег, богатств, кредитов на законных, правовых основаниях, при обдуманном правовом регулировании [31] .

В этой связи очень обстоятельный анализ правовых и экономических преобразований в России проведен в книге «Реформа собственности в России» [32] .

Эта монография представляет собой одно из первых систематизированных исследований сложного пути реформирования отношений собственности в России начиная с 1965 г., приватизационной политики и практики 90-х гг. XX в., итогов реализации программы массовой приватизации. Автор анализирует сложившуюся структуру собственности и возможные пути ее дальнейшей трансформации, новую послечековую приватизационную модель, злободневные для постприватизационного развития российских предприятий проблемы рынка ценных бумаг, корпоративного управления. В книге немало острых дискуссионных моментов, поэтому читатель вправе либо соглашаться с теми или иными правовыми и экономическими оценками и выводами, либо отвергать их, но аргументация автора, безусловно, заслуживает внимания.

Среди самых крупных правовых проблем определены и рассмотрены в указанной книге:

цели, ограничения и особенности реформы собственности в переходной экономике;

дискуссии о приватизации 1990–1991 гг. (особенно правовые вопросы акционирования и продажи государством предприятий и бесплатной раздачи собственности населению);

спонтанная приватизация 1987–1992 гг., ее правовые формы и этапы;

программный приватизационный процесс;

основные характеристики развития приватизационного процесса в 1992–1994 гг.;

российская модель массовой приватизации (октябрь 1992 г. – июнь 1994 г.);

реформа собственности в постваучерный период.

Современникам, которым «выпало жить в эпоху перемен», многие из названных явлений и процессов известны. Многие люди были их свидетелями, нередко участниками, хотя и не всегда до конца, в полном объеме, воспринимали и понимали юридический смысл и экономическую суть проходивших процессов.

Но вместе с тем существенно и другое – все эти процессы разворачивались на фоне динамичных правовых перемен, подкреплялись и опирались на обширную законотворческую деятельность демократически избранных для этого руководителей государства и парламентариев. Вот почему особенно важно именно правовое поле, созданное практически заново в современных условиях.

В первую очередь это относится к блоку законов (а также и других нормативных правовых актов) о собственности на территории РСФСР, о правовом обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР, о предприятиях и предпринимательской деятельности, о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках, о приватизации государственных и муниципальных предприятий РСФСР и другим законам, а также законам РСФСР и постановлениям Правительства, стимулировавшим предпринимательскую деятельность, организацию и функционирование акционерных обществ. Все эти правовые (нормативные) акты, принятые в 1990–1991 гг., сыграли решающую, поворотную роль в судьбах России и россиян.

Какие же из названных конкретных законов и их определяющих положений нам необходимо выделить в первую очередь, чтобы показать всю социально-экономическую и правовую значимость тех явлений и процессов, начало которым они положили и которые, в частности, благоприятствовали акционированию и эффективной деятельности корпоративных объединений?

Закон РСФСР от 14 июля 1990 г. № 444-1 «О собственности на территории РСФСР» установил:

«1. На территории Российской Федерации право собственности на землю, ее недра, воды, леса, другие природные богатства, основные производственные фонды, иные имущество и фонды регулируются законами РСФСР и автономных республик.

Указанные объекты собственности могут предоставляться Союзу ССР для осуществления общесоюзных задач на условиях и в порядке, устанавливаемых законами РСФСР и Союзным Договором.

РСФСР гарантирует охрану имущественных прав союзных республик, иностранных государств, их граждан и организаций.

2. Запрещаются и признаются недействительными все действия субъектов хозяйственных отношений, противоречащие государственному суверенитету и экономическим интересам РСФСР».

Закон РСФСР от 31 октября 1990 г. № 293-1. «Об обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР», декларируя цель защиты экономической основы суверенитета РСФСР, стабилизации и развития народного хозяйства РСФСР и признавая право республик, входящих в состав Союза ССР, на исключительное владение, пользование и распоряжение своим национальным богатством, устанавливал в статье 1: «Земля, ее недра (запасы алмазов, золота, платины, драгоценных и полудрагоценных камней, серебра, нефти, угля, газа, урана, редкоземельных, цветных и черных металлов и иных полезных ископаемых), воздушное пространство, воды, леса, растительный и животный мир, другие природные и сырьевые ресурсы, расположенные на территории РСФСР, ресурсы континентального шельфа и морской экономической зоны РСФСР, а также образующихся в реках РСФСР запасов анадромных видов рыб за пределами морской экономической зоны, художественные и культурные ценности являются национальным богатством народов РСФСР.

Порядок и условия владения, пользования и распоряжения указанными объектами регулируются законодательством РСФСР и республик, входящих в состав РСФСР.

Расположенные на территории РСФСР объекты государственной собственности, включая имущество государственных предприятий, учреждений, организаций союзного подчинения, их основные производственные и непроизводственные фонды или иные общесоюзные фонды, имущество, находящееся в управлении общесоюзных органов, являются собственностью РСФСР.

Государственное имущество (части 1 и 3 настоящей статьи) может передаваться в управление Союза ССР для выполнения функций, добровольно делегированных ему РСФСР».

Согласно статье 1 Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. «О собственности в РСФСР», было закреплено:

«1. На территории РСФСР отношения собственности на землю, другие природные ресурсы, средства производства, предметы потребления и иное имущество регулируются законами РСФСР и республик, входящих в Российскую Федерацию, актами местных Советов народных депутатов, изданными в пределах их полномочий.

Запрещаются и признаются недействительными все действия государственных органов власти и управления, участников экономических отношений и других лиц, противоречащие государственному суверенитету и экономическим интересам Российской Федерации и входящих в нее республик.

2. Отношения собственности, не предусмотренные настоящим Законом, регулируются Гражданским кодексом РСФСР и иными законодательными актами РСФСР, а также законодательными актами республик, входящих в РСФСР, и актами местных Советов народных депутатов, изданных в пределах их полномочий.

3. Общесоюзное законодательство о собственности применяется на территории РСФСР в порядке, предусмотренном Законом РСФСР от 24.10.1990 № 263-1 «О действии актов органов Союза ССР на территории РСФСР».

4. Имущественные и личные неимущественные права авторов открытий, изобретений, рационализаторских предложений гарантируются и защищаются законом. Отношения по созданию и использованию произведений науки, литературы и искусства, открытий, изобретений, рационализаторских предложений, промышленных образцов, программных средств для электронно-вычислительной техники и других объектов интеллектуальной собственности регулируются авторским правом и иными актами гражданского законодательства, а также межправительственными соглашениями».

Статья 2 этого Закона установила основания возникновения права собственности в РСФСР:

«1. Право собственности в РСФСР возникает в порядке и на условиях, предусмотренных законодательными актами РСФСР. Право собственности в РСФСР признается и охраняется законом.

В РСФСР гарантируется стабильность отношений собственности и обеспечиваются условия их развития и защиты.

2. Собственник по своему усмотрению владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом.

Собственник может передавать свои правомочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом другому лицу, использовать имущество в качестве предмета залога или обременять его иным способом, передавать свое имущество в собственность или управление другому лицу, а также вправе совершать в отношении своего имущества любые действия, не противоречащие закону. Он может использовать имущество для осуществления любой предпринимательской или иной деятельности, не запрещенной законом.

3. Имущество может находиться в частной, государственной, муниципальной собственности, а также в собственности общественных объединений (организации)».

Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 446-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности» определил общие правовые, экономические и социальные основы создания предприятий в условиях многообразия форм собственности, установил организационно-правовые формы предприятий, действующих на территории РСФСР, и особенности их деятельности, регламентировал права и ответственность субъектов предпринимательства, определил меры государственной защиты, поддержки и регулирования предпринимательства в РСФСР.

Наконец, начало действовать Положение об акционерных обществах, утвержденное постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 601, которое впервые за десятилетия подробно раскрывало суть акционерных обществ, порядок их создания и деятельности [33] . Впервые в России после 1917 г. государственное предприятие могло быть преобразовано в акционерное общество по совместному решению трудового коллектива и уполномоченного на то государственного органа. Акционерное общество, созданное путем преобразования государственного предприятия, объявлялось его правопреемником.

Названные пять документов, имеющие историческое значение, открывают обширный перечень нормативных правовых актов 90-х гг. [34] , определивших перспективы существования и реформирования экономики России. В основе этого процесса лежали новые взгляды на собственность [35] . Вышеназванные нормативные правовые акты заложили основы для появления и акционерных обществ, и обществ с ограниченной ответственностью. Но, как считают специалисты, «эти новообразования на теле тогда еще социалистической экономики первое время еще не делали погоды на рынке. В период 1991–1992 гг. трудовые коллективы только начинали выкупать имущество государственных предприятий и создавать при этом закрытые акционерные общества. Основная же масса хозяйственных обществ, создаваемых в те годы «с нуля», канули в Лету, а славная история немногих, переживших все эти лихие времена, была еще впереди» [36] .

Основная цель предпринимателей всех времен и народов – получение прибыли – еще не осознавалась новоиспеченными акционерами, которыми становились члены трудового коллектива. Поскольку предпринимателями все эти работники: продавцы, станочники, инженеры и т. д. – себя не ощущали, то и получение прибыли для них не было основной целью. Вместо этого они стремились к «социальной справедливости», к «социализму с человеческим лицом» и к другим химерам нашего недавнего прошлого.

Точно так же учредители появляющихся акционерных и других обществ ощущали себя скорее членами производственного кооператива, нежели собственниками своего бизнеса.

Поэтому конфликтов интересов между различными группами акционеров или участников обществ еще не могло быть: еще не пришло это время.

Таковым представляется первый этап в истории корпоративных отношений.

Необходимо отметить, что, раскрывая цели, ограничения и особенности реформы собственности в переходной экономике, А.Д. Радыгин с полным правом пишет: «Цель реформы собственности (более узко – приватизации) как фундаментального элемента системных реформ в переходной экономике заключается в обеспечении базовых условий для нормального функционирования будущей рыночной системы» [37] .

Именно в ходе процесса трансформации отношений собственности в масштабах страны возможно формирование новых мотиваций хозяйствующих субъектов и предпосылок для рационального изменения структуры производства как ключевых условий повышения эффективности производства и роста национального дохода.

Естественно, что появлению тех или иных законодательных актов и тем более конкретных новых форм собственности предшествовал относительно длительный процесс постепенного снятия табу и ограничений коммунистической идеологии. При этом использование в качестве реформаторских рекомендаций таких понятий, как «право частной собственности» и «приватизация», оставалось для периода 1985–1989 гг. не только непопулярным, но и потенциально опасным для его авторов делом.

В конце 80-х – начале 90-х годов еще продолжали действовать нормативные акты, принятые в 20-е годы. После ликвидации в начале 60-х гг. промысловой кооперации так или иначе функционировали только потребительские кооперативы, которые не были альтернативной госсектору формой.

И хотя уже в 1987 г. было образовано около 14 тыс. «новых» производственных, торговых и сервисных кооперативов с числом занятых более 200 тыс. человек, только с принятием Закона СССР от 26 мая 1988 г. № 603-1 «О кооперации в СССР» начался относительно кратковременный бум кооперативного сектора. В 1990 г. в СССР действовало уже 245 тыс. таких кооперативов, совокупная доля которых в ВНП составляла 6,1 %. Вместе с тем эта цифра – 245 тыс. – составляла лишь 59 % от общего числа зарегистрированных кооперативов [38] .

Этот Закон дал заметный толчок развитию негосударственного сектора экономики и поставил кооперативы (иными словами, групповую собственность), хотя и формально, в один ряд с государственными предприятиями и ввел регистрационный принцип их создания.

Однако ожидаемого в то время социально-экономического эффекта – насыщения рынка товарами и услугами, экономии материальных ресурсов, вовлечения в производство личных средств населения, развития вторичной занятости, стимулирующей конкуренцию госсектору, – эта форма, как и легализация индивидуальной трудовой деятельности, не принесла.

Также необходимо отметить, что Закон СССР от 6 марта 1990 г. «О собственности в СССР» и поправки к Конституции СССР, внесенные 14 марта 1990 г. (ст. 10–13) фактически признали право частной собственности, допуская наличие в собственности граждан и негосударственных юридических лиц средств производства, ценных бумаг и иных материальных и нематериальных объектов и прав, приносящих доход. По крайней мере декларативно все три легальные формы собственности – собственность граждан, коллективная (включая акционерную) и государственная – были объявлены равными с точки зрения гражданского права и возможностей юридической защиты.

Союзный Закон о собственности стал фактически первым актом, допускающим возможность инкорпорирования и приватизации. В статье 10 этого Закона предусматривались такие методы «образования и приумножения коллективной собственности», как аренда госпредприятий работниками с правом последующего выкупа и преобразование госпредприятий в акционерные общества.

Тем не менее, в силу отсутствия конкретных легальных технических процедур, такие методы носили экспериментальный и единичный характер. Затем два документа: постановление Совета Министров СССР от 19 июня 1990 г. № 590 и постановление Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 601 «Об акционерных обществах» – детализировали нормы функционирования акционерных обществ (АО) и товариществ с ограниченной ответственностью.

Их появление положило начало интенсивному формированию новых организационно-правовых форм: к концу 1991 г. вновь созданных АО и иных хозяйственных товариществ на территории России насчитывалось уже свыше 150 тыс. Наряду с этим необходимо отметить, что только весной 1991 г. завершилось идеологическое и правовое (но все еще не реальное) оформление института частной собственности в СССР в самом общем и декларативном виде.

Проведенный анализ показывает, что в ту пору имелись существенные разногласия в подходах к акционированию государственных предприятий. Так, В. Селюнин, Б. Алехин, С. Глазьев выступали за обязательную продажу всех или значительной доли акций частным лицам и независимым от государства институциональным инвесторам. За полноценное, хотя и постепенное, базирующееся на индивидуальных проектах акционирование выступали Г. Явлинский и Л. Григорьев, выдвинувшие эти предложения в программе «500 дней».

В рекомендациях правительственных специалистов (Т. Попова, Г. Меликьян, С. Ассекритов) акционирование носило во многом формальный характер, поскольку предполагало массовое создание закрытых акционерных обществ с продажей незначительной доли акций (порядка 10 %) трудовым коллективам соответствующих предприятий. Последний способ со всей очевидностью означал не что иное, как мимикрию господствующих бюрократических структур.

В этой ситуации Президент РФ подписал Указ от 29 декабря 1991 г. «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий», в соответствии с которым были утверждены разработанные на основе проекта государственной программы приватизации «Основные положения программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год». Их реализация началась с 1 января 1992 г.

Вышеупомянутые «Основные положения…» стали фактически первым документом, на практике регулирующим приватизационный процесс и давшим старт программной (т. е. не спонтанной) приватизации в России. Известно, что если 1990–1991 гг. можно охарактеризовать прежде всего как годы «спонтанной приватизации», 1992 г. войдет в историю России как год старта крупномасштабной реформы в сфере отношений собственности на основе разработанного приватизационного законодательства, то 1993–1994 гг. – это прежде всего годы интенсивного наращивания «критической массы» соответствующих преобразований. Необходимо выделить и ряд факторов, воздействие которых на приватизационный процесс носило негативный характер, и прежде всего слишком высока была степень политической нестабильности в обществе.

В этих процессах существенным фактором являлось отсутствие необходимой правовой среды. В целом вполне объективный парадокс заключается в том, что к моменту, когда была разработана и принята практически полная нормативная база в сфере собственно приватизации (свыше 200 ключевых документов в 1992–1994 гг.), некоторые документы уже устарели. На повестку дня вышли совсем другие вопросы, связанные с постприватизационным существованием множества предприятий, которые требовали правового регулирования.

В рамках программы малой приватизации к 1 июля 1994 г. в России было приватизировано свыше 50 % всех малых предприятий. В ходе большой приватизации к 1 июля 1994 г. на базе средних и крупных госпредприятий было создано свыше 20 тыс. акционерных обществ. В середине 1994 г. в России насчитывалось около 50 млн. акционеров вновь созданных промышленных акционерных обществ или чековых инвестиционных фондов.

К 1 июля 1994 г. было приватизировано свыше 100 тыс. предприятий [39] , или 74 % от всех государственных предприятий, тогда как на 1 января 1993 г. этот показатель составлял 18 % [40] .

Концепция ваучерного варианта приватизации в России была принята на заседании Правительства РФ 11 июня 1992 г. Приватизационные чеки (ваучеры) представляли собой государственные федеральные (и только федеральные) ценные бумаги с ограниченным сроком действия равного достоинства (10 тыс. руб.) на предъявителя с правом свободной продажи.

Принятые последующие документы конкретизировали концепцию правительства: был разработан жесткий график мероприятий, сформирован специальный Координационный совет, во всех регионах созданы территориальные комиссии. С 1 октября 1992 г. по 31 января 1993 г. была выдана подавляющая часть чеков (148 млн. штук). Существенных проблем в ходе выдачи приватизационных чеков не возникало. Тем не менее было немало других проблем и вопросов. Одним из ключевых при реализации ваучерной программы стал вопрос о реальной покупательной способности и рыночном курсе ваучера.

С завершением действия чека (ваучера) связано окончание первого этапа российской приватизации. Этот этап – количественный – начался в 1992 г. и был завершен 30 июня 1994 г.

Несмотря на многочисленные экономические, политические и социальные издержки обращения чека, реальная базовая задача была выполнена – завершилось массовое перераспределение и закрепление прав собственности в масштабах России. Пусть пока формально и далеко не «цивилизованно», но во многом благодаря введению чека к середине 1994 г. в России уже существовали:

корпоративный сектор экономики;

биржевой и внебиржевой рынки ценных бумаг, включая инфраструктуру торговли приватизационными чеками, систему аукционов для приватизации и вторичный рынок акций приватизированных предприятий;

система (пока переходная, но уже довольно мощная) институциональных инвесторов в лице чековых инвестиционных фондов и других структур;

социальный слой, который, с массой оговорок и с учетом его крайней неоднородности и правовой незащищенности, тем не менее можно назвать слоем собственников.

Стоит сказать и о том, что во многом благодаря реализации приватизационной программы 1992–1994 гг. реанимация государственной монополии и системы административно-бюрократического управления российскими предприятиями стала менее реальной. В постваучерных условиях с 1994 г. в соответствии с вышеупомянутыми «Основными положениями…» действовали следующие методы приватизации:

безвозмездная передача акций работникам;

продажа акций работникам по закрытой подписке;

продажа акций по инвестиционному конкурсу;

продажа акций на аукционе, в том числе с использованием институтов фондового рынка, включая биржи;

продажа акций на специализированном аукционе;

продажа предприятий на аукционах;

продажа предприятий по коммерческому конкурсу, в том числе с ограниченным числом участников;

продажа предприятий по инвестиционному конкурсу;

выкуп арендованного имущества;

продажа предприятий товариществам по особым льготам;

продажа имущества (активов) действующих, ликвидируемых и ликвидированных предприятий;

продажа не завершенных строительством объектов (особые процедуры);

продажа предприятий-должников (особые процедуры).

Было установлено, что за некоторым исключением (казенные, запрещенные к приватизации, с иностранным участием, подлежащие продаже товариществам по особым льготам) все предприятия с балансовой стоимостью основных фондов на 1 января 1994 г. свыше 20 млн. руб. должны были быть преобразованы в акционерные общества.

К сожалению, с одной стороны, статистика не дает точного числа акционеров и акций разного рода. С другой – эти цифры достаточно динамичны, поэтому они не нуждаются в очень строгом учете, который нецелесообразен. Вместе с тем экономические перемены, переход к частной собственности привели к появлению и новых фиксируемых и предающихся огласке данных.

В целом страна, граждане России, опираясь на опыт 90-х гг. и тем более на интересный и содержательный многовековой отечественный и мировой опыт формирования и развития практики акционирования, могут ныне более успешно вести дальнейшее реформирование экономики и других сфер нашей жизни.

Принятый в 1994 г. Гражданский кодекс Российской Федерации, часть первая (далее – ГК РФ), и введенный в действие с 1 января 1996 г. Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», сохранив преемственность, определили новое правовое пространство для деятельности корпоративных объединений, в том числе АО, организационно-правовую форму которых приняло большинство экономических субъектов Российской Федерации.

До введения этих актов в действие правовое регулирование организации и деятельности акционерных обществ осуществлялось уже рассмотренными выше многочисленными подзаконными актами исполнительной власти.

Таким образом, впервые правовое регулирование организации и деятельности корпоративных объединений в Российской Федерации осуществляется на уровне Гражданского кодекса и вышеуказанного Федерального закона, которые стабилизировали правовую ситуацию и заполнили юридический вакуум, существовавший до их принятия. Поскольку интересы собственников сосредоточены на непосредственном участии в управлении предприятием, то и выгоду свою они получают, используя различные финансовые схемы, благо доступ к управлению финансовыми потоками собственники (они же и менеджмент предприятия) всегда оставляют за собой.

Акционеры таких «схлопывающихся» акционерных обществ в основной своей массе были безынициативны, бесправны и послушны тем, кто умело манипулировал их голосами на общих собраниях акционеров.

Увы, все это было так, несмотря на то, что именно в этот период были приняты две первые части Гражданского кодекса РФ, а также федеральные законы: от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», получил новую редакцию Закон РСФСР от 22 марта 1991 г. № 9481 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», было принято Положение о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг, утвержденное постановлением ФКЦБ России, а также был принят ряд других нормативных правовых актов, регулирующих корпоративные правоотношения и делающих их все более и более цивилизованными.

Период с января 1993 г. по август 1998 г. является вторым периодом в истории корпоративных отношений. Основная особенность этого этапа заключается в том, что собственности хватало на всех и особенно конфликтовать нарождающимся собственникам было еще не с кем. Желание появляющихся мажоритарных акционеров увеличивать свои пакеты акций до размеров контрольных реализовывалось ими посредством скупки акций, а желание мелких акционеров заработать каких-то денег было как нельзя кстати для тех, кто хотел эти акции купить [41] . Появившийся в России рынок ценных бумаг и фондовые спекулянты (брокеры, дилеры) способствовали тому, что все участники этих корпоративных отношений могли достичь своей цели. Отдельные конфликты вокруг отдельных предприятий время от времени возникали, порой это кончалось криминальными «разборками» с трагическим финалом, но это еще не приобрело характер массового явления.

В этот период сформировалась основная особенность российских корпоративных отношений. Если «у них», в странах с вековыми традициями рыночной экономики, менеджмент корпораций озабочен ростом капитализации акций компании и рассматривает каждый последующий выпуск акций как эффективный способ привлечения инвестиций, то в России менеджмент основной части открытых и тем более закрытых акционерных обществ стремится к сосредоточению, как минимум, контрольного пакета, а лучше – всех 100 % акций в руках одного лица или аффилированной группы лиц. Естественно, что каждую последующую эмиссию акций менеджмент использует для «размывания» долей в уставном капитале, принадлежащих недружественным акционерам. Естественно, что в этих условиях нет смысла стремиться и к получению прибыли в ее «классическом» виде – в виде дивидендов.

Итак, к августу 1998 г. вновь появившийся в России класс собственников получал выгоду от принадлежащего ему имущества, главным образом занимая руководящие посты в акционерных обществах, соединив тем самым в одном лице собственников и управленцев. Поэтому понятно, что эти люди не желали выпускать из рук контроль над предприятием, даже в обмен на дешевые инвестиции.

В августе 1998 г. рухнула самая большая из построенных к этому времени пирамид – пирамида государственных краткосрочных облигаций (ГКО).

Объявленный правительством дефолт, резкий рост курса доллара, серия банкротств крупных банков привели к тому, что на сцену вышли новые лица, а многие из тех, кого уже считали столпом отечественного бизнеса, были вынуждены спасать остатки своей собственности.

С августовского кризиса 1998 г. начался конфликт тех, кто не успел за предыдущие годы схватить свой кусок пирога, но теперь имел финансовые возможности сделать это, с теми, кто продолжал оставаться «у руля» и имел достаточное количество акций различных предприятий, но уже не имел тех финансовых возможностей, которыми располагали другие участники этих отношений.

С одной стороны, начинался новый передел собственности, передел, связанный с явно выраженным конфликтом интересов различных групп акционеров. С другой – отошли в прошлое откровенно криминальные «разборки», даже бывшие «криминальные авторитеты» пришли к пониманию, что только тогда права собственника могут считаться защищенными, когда они основаны на законе, а единственный законный способ разрешения конфликтов, связанных с имущественными интересами сторон, – это путь судебного разбирательства.

Необходимо отметить, что как до 1998 г. достаточно примеров, когда корпоративные конфликты разрешались через судебную процедуру, так и после 1998 г. имели место откровенно криминальные, вплоть до убийства, случаи разрешения конфликта. Достаточно условное деление истории корпоративных отношений на периоды позволяет нам всего лишь проследить тенденцию смены форм и методов разрешения конфликтов их участниками.

В этот, третий период корпоративных отношений участники еще не были готовы платить за приобретаемый контроль над предприятием настоящую цену, которую стоили акции, необходимые им для этого контроля.

Причин этому несколько. Во-первых, существовал еще некий ресурс в виде акций, не скупленных ранее у физических лиц, и цена, по которой эти акции могли быть приобретены, была далека от их истинной стоимости.

Во-вторых, владельцы более-менее крупных пакетов акций, оказавшись после кризиса в сложном финансовом положении, часто продавали свои акции по невысокой цене, будучи вынуждены согласиться с предложенной ценой, поскольку других предложений им никто не делал.

И, в-третих, помимо законных методов приобретения акций, т. е. посредством совершения сделки купли-продажи, существовали и существуют другие методы поглощения, захвата предприятия, реализация которых порой обходится такому захватчику дешевле, чем стоимость акций, на которой настаивает их потенциальный продавец.

В отличие от предыдущих периодов истории корпоративных отношений, начало и конец которых можно связать с определенными событиями, привязанными к определенному времени, четвертый период корпоративных отношений наступает исподволь, а сами отношения эволюционируют, и эта эволюция займет достаточно продолжительное время.

Характеризуя указанный этап развития законодательства о корпорациях и их деятельности, отметим принятие Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

К числу законодательных актов, которые в той или иной мере осуществляют правовую регламентацию деятельности корпораций, следует отнести первый российский нормативный документ, регламентирующий деятельность объединений корпораций, – Федеральный закон от 30 ноября 1995 г. № 190-ФЗ «О финансово-промышленных группах», где финансово-промышленная группа (ФПГ) определяется как совокупность юридических лиц, действующих в качестве основного и дочерних обществ либо полностью или частично объединивших свои материальные и нематериальные активы (система участия) на основе договора о создании ФПГ в целях технологической или экономической интеграции для реализации инвестиционных и иных проектов и программ, направленных на повышение конкурентоспособности и расширение рынков сбыта товаров и услуг, повышение эффективности производства, создание новых рабочих мест.

Итак, к числу значительных достижений этого этапа следует отнести создание и развитие в России акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью, вырастающих из их числа и сосуществующих с ними объединений корпораций: концернов, холдингов, ФПГ. Вот почему особую ценность имеют принятые и совершенствуемые правовые акты в этой области нашей жизни, а также эффективное корпоративное управление. Представляется, что уже можно говорить об изменении корпоративных отношений и эти изменения, особенно хорошо заметные в 2001 г., знаменуют собой начало нового, пятого этапа.

С одной стороны, 2001 г. стал годом, когда были наконец-то приняты новая редакция Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», Земельный кодекс РФ от 25 октября 2001 г. № 136-ФЗ, внесены существенные изменения в некоторые законы. Все эти, а также ряд других нормативных правовых актов изменили в определенной степени систему корпоративных правоотношений, но вовсе не появление этих законов следует связывать с началом нового периода корпоративных отношений.

2001-й стал годом, когда в сделках с собственностью, совершаемых крупными компаниями, наконец-то появились «настоящие большие деньги», он стал рекордным по количеству успешных переговоров о продаже предприятий. Одной из крупнейших сделок в этой сфере стала продажа «ЛУКОЙЛом» примерно трети уставного капитала в Московском НПЗ своему прямому конкуренту – «Сибнефти».

Можно назвать три причины повышения роли денег в корпоративных отношениях.

Во-первых, 2000 г. был крайне удачным для российских экспортеров. Вместе с высокими экспортными ценами на сырье нефтяники получили возможность оперировать огромными суммами на своих счетах.

Во-вторых, условия работы крупных российских компаний сейчас уже приближаются к европейским, а отечественные банки, имеющие достаточное количество свободных средств, активно ищут заемщиков своих денег.

В-третьих, появление практически у каждого мало-мальски сто́ящего предприятия заинтересованного хозяина сделало идею купить компанию за гроши практически нереализуемой.

2001 г. оказался весьма богат на громкие скандалы, связанные с попытками перехватить управление на предприятиях. Ничего принципиально нового в этом не было, однако наиболее яркой чертой корпоративных конфликтов 2001 г. было участие в них миноритарных акционеров – владельцев нескольких акций атакуемой компании, которые поразительно успешно отстаивают свои права и интересы совладельца.

С другой стороны, и крупные, и некрупные корпорации использовали особенности Закона «Об акционерных обществах» в его прежней редакции, действовавшей до 2002 г., и, консолидировав свои акции, «выкинули» миноритарных акционеров, уплатив им за выкупленные дробные остатки акций нового номинала минимальную символическую плату. Тот, кто успел это проделать, увеличил свой контроль над предприятием, другим же теперь придется сосуществовать с миноритарными акционерами, которые, во-первых, приобрели новые права благодаря поправкам, внесенным в Закон «Об акционерных обществах», а во-вторых, стали более образованными и более разборчивыми в средствах отстаивания своих прав и законных интересов.

Из этого можно сделать следующий вывод: новый этап в корпоративных отношениях характеризуется как повышением рыночной стоимости акций успешных предприятий, так и повышением активности миноритарных акционеров, получивших дополнительные возможности атаковать акционерные общества благодаря изменениям в действующем законодательстве.

В течение указанного этапа Федеральной комиссией по рынку ценных бумаг России был разработан и утвержден 4 апреля 2002 г. за № 421/п Кодекс корпоративного поведения, призванный стать одной из основ построения цивилизованной системы корпоративных отношений. Главной целью его принятия является развитие норм добросовестного поведения в российских обществах, включая эффективную защиту прав и интересов акционеров, справедливое отношение к акционерам, прозрачность принятия решений, обеспечение профессиональной и этической ответственности членов советов директоров, иных должностных лиц общества и акционеров, расширение информационной открытости и развитие всеобъемлющей системы норм деловой этики.

Если говорить о том, какое место займет этот Кодекс в системе российского законодательства, то можно отметить следующее:

в российском законодательстве уже нашли отражение большинство принципов корпоративного поведения, однако практика их реализации, в том числе судебная, и традиции корпоративного поведения еще только формируются;

положений закона недостаточно для того, чтобы обеспечить надлежащее корпоративное поведение, а внесение в закон необходимых для этого изменений всегда запаздывает.

Следует подчеркнуть, что положения Кодекса корпоративного поведения не являются обязательными для исполнения, но содержат стандарты наилучшей практики корпоративного поведения, которым рекомендуется следовать обществам с числом акционеров 1000 и более.

Кодекс корпоративного поведения в первую очередь предназначен для установления стандартов наилучшей практики, которыми должны руководствоваться общества. Он базируется на положениях действующего законодательства, сложившейся практике корпоративного поведения, конкретных потребностях и условиях деятельности российских обществ и российских рынков капитала на текущем этапе их развития.

Таким образом, Кодексу корпоративного поведения отводится особое место в области дальнейшего развития и совершенствования российской практики корпоративного поведения. Он должен сыграть важную образовательную роль в установлении стандартов управления российскими обществами и в содействии дальнейшему развитию российского фондового рынка.

Итак, за столь короткое время наблюдался заметный прогресс в деле создания правовой основы регулирования корпоративных отношений: приняты федеральные законы «Об акционерных обществах», «О рынке ценных бумаг», «О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг». В конце 2001 г. Правительством России был одобрен Кодекс корпоративной этики, разработанный ФКЦБ России. Иными словами, ныне корпоративные отношения в России имеют основательную правовую базу и ресурсы для надлежащей постановки практической деятельности корпораций.

Вместе с тем практика выявила, во-первых, необходимость совершенствования действующих законов и иных нормативных правовых актов, а также дальнейшего расширения законодательной базы, разработки стандартов и правил для регулирования тех аспектов практики корпоративного управления, которые ранее находились в тени. Во-вторых, важной проблемой является обеспечение эффективного применения и исполнения принятых законов и иных нормативных правовых актов. Подавляющее большинство судей не обладает достаточной квалификацией в вопросах корпоративных отношений (и даже рыночной экономики в целом), перегружены многочисленными делами. Эта проблема, впрочем, актуальна не только для исполнения законов и иных нормативных правовых актов, регулирующих корпоративное управление, но и для российской правоприменительной практики в целом. Трудно назвать область деловой практики, в которой было бы обеспечено эффективное исполнение действующего законодательства. Между тем темпы улучшения состояния корпоративного управления в нашей стране в значительной степени зависят от улучшения правоприменительной системы в целом. Едва ли можно реально рассчитывать на серьезное качественное улучшение в этой сфере в самом ближайшем будущем. Однако очевидно, что осознание взаимосвязи между перспективами экономического роста, привлечения инвестиций и значительным повышением эффективности исполнения законов должно стать важным фактором, побуждающим органы государственного управления сделать правоприменение приоритетным направлением своих усилий.

Следует отметить еще один момент. Рассмотренные нормативные правовые акты в области корпоративного права действуют не изолированно, а в современном конституционном пространстве, в сочетании с другими актами, во все более расширяющейся и усложняющейся системе правовых отношений в рассматриваемой сфере, образуя структуры общенационального и глобального масштаба.

С точки зрения правовой науки эти глобальные структуры можно назвать правовыми полями, где, например, современное российское поле такого рода уже мыслится как часть мирового [42] . И вполне естественно, что в ходе исследования непременно придется обращаться к взаимосвязям интересующего нас закона (и законов) с другими юридическими актами.

Актуальность появления корпоративного права в правовой науке обусловлена рядом объективных причин.

Прежде всего об этом свидетельствуют необходимость в качественном правовом оформлении предпринимательской деятельности, объективная потребность в создании ощущения стабильности и надежности создаваемых за последнее время компаний (что всегда было весомым аргументом для потенциальных инвесторов), а также актуальность разработки действенных корпоративных норм, регулирующих внутрикорпоративные отношения, в частности ситуации конфликтов корпоративных интересов.

Непреложным фактом является то, что Россия, участвуя в мировой экономике, стремится встать вровень с промышленно развитыми странами, успех которых во многом определен свершившейся революцией в организации хозяйствующих субъектов (нередко именуемой правоведами и политологами корпоратизацией, которая, в свою очередь, может быть определена в одном ряду с такими закономерностями, как концентрация капитала, глобализация деятельности, использование новейших информационных технологий). Уже никто не опровергает тот факт, что сейчас в мире активно формируется единое экономическое пространство, где основными хозяйственными субъектами становятся не страны, а корпорации и их альянсы.

Все немногочисленные исследователи рассматриваемой области отмечают, что этот факт определяет задачу применительно к России. И эта задача состоит в формировании и развитии специфических субъектов корпоративной деятельности – корпораций, которые можно охарактеризовать как организации, признанные юридическими лицами, основанные на объединенных капиталах и осуществляющие определенную социально полезную деятельность [43] .

Как наглядно показала практика, новые корпорации, все чаще появляющиеся «на арене» российской экономики:

во-первых, нуждаются в подробной регламентации многочисленных аспектов своей деятельности, отношений с государственными (контролирующими) органами;

во-вторых, будучи самостоятельными и ответственными за результаты своей деятельности, могут сами определять ее направления и разрабатывать для себя и своих сотрудников внутренние правила поведения (которые ряд исследователей ошибочно определяет как корпоративные нормы).

В то же время можно говорить о том, что «внутрикорпоративные» нормы или правила в совокупности с нормами, регулирующими отношения корпораций между собой и с государственными органами, постепенно формируют новый межотраслевой правовой институт – корпоративное право.

Термин корпоративное право , не существовавший ни в советском обществе, ни в первые годы «постсоветского периода», представляет собой новое явление в нашей жизни. Относительно его содержания ведутся достаточно бурные дискуссии. В трактовке самого понятия «корпоративное право» обнаруживаются серьезные разночтения. Это обусловлено, как представляется, очень скудным количеством литературы, посвященной данному вопросу [44] .

Детального рассмотрения заслуживают различные (зачастую диаметрально противоположные, несмотря на их немногочисленность) подходы к определению места корпоративного права в системе правовых наук.

Особого внимания заслуживает понимание (достаточно узкое) корпоративного права как права акционерного. В частности, в современной правовой литературе можно встретить такое высказывание: «В настоящее время в России есть все основания вести речь о возникновении и оформлении акционерного права. Его можно рассматривать как подотрасль гражданского права, содержащую целостную систему норм, регулирующих деятельность акционерных обществ» [45] . Иными словами, авторы отождествляют корпоративное и акционерное право.

Этот подход отчасти небезоснователен, ибо исторически был заимствован из англосаксонского права. В некоторых англоязычных странах (США, Канаде и др.) корпоративное право традиционно приравнивалось к праву акционерному, т. е. к системе правил поведения, регулирующих отношения, складывающиеся внутри акционерного общества – предприятия, уставный капитал которого разделен на акции. На такой же позиции стоят и некоторые российские исследователи [46] , которые объединяют или смешивают понятия «корпоративное право» и «акционерное право», ставят между ними знак равенства.

Действительно, в названных англоязычных странах в силу значительной концентрации капитала более чем где-либо распространены крупные корпорации (это в основном акционерные общества). В эпоху технологической революции акционерные общества заняли доминирующее положение в ряду предприятий разных видов по причине отнюдь не численного преобладания, а эффективности их деятельности. Создание предприятий, основанных на государственной форме собственности, не характерно для стран Запада: по оценкам специалистов, в государственном секторе занято всего лишь до 10 % общей численности лиц наемного труда. Объясняется этот феномен довольно просто: лишь очень немногие государственные предприятия приносят прибыль, хотя полностью этот сектор ликвидировать нельзя, поскольку он охватывает оборонную промышленность, строительство дорог, дамб, мостов, систем канализации, сбор мусора, почтовые услуги, борьбу с преступностью, публичные библиотеки и др.

«В России же, – как справедливо отмечает Т.В. Кашанина, – отличающейся изначально специфическим географическим положением, постоянно существовала озабоченность властей военным делом, что требовало весомости налоговой массы, гарантированности и оперативности ее сбора. Для этой цели государство предпочитало создавать казенные предприятия, которые в общей массе промышленных предприятий занимали весьма существенное место. В России советского периода государственная собственность, процесс разгосударствления которой в настоящее время завершается, была практически единственной и безальтернативной формой собственности. Среди организаций, самостоятельно регулирующих свои внутриорганизационные вопросы, в Российской Федерации можно встретить самые различные: хозяйственные общества, товарищества, унитарные предприятия, кооперативы, научные и учебные учреждения» [47] . Соответственно потребность в корпоративном регулировании не у всех организаций одинакова. Как отмечают некоторые исследователи, «в наиболее детальном и объемном юридическом корпоративном регулировании нуждаются акционерные общества, объединяющие многих и многих людей, причем на основе весьма значимых для них финансовых интересов» [48] . Тем не менее узкое понимание корпоративного права как права акционерного вряд ли приемлемо для России, как, впрочем, и для многих других европейских стран.

Вполне обоснованным будет признать существование акционерного права в качестве одной из подотраслей предпринимательского права. В целом же акционерное право можно представить как систему норм, регулирующих деятельность исключительно акционерных обществ как юридических лиц особой организационно-правовой формы.

Проводя разграничение понятий «корпоративное право» и «акционерное право», Т.В. Кашанина предлагает ряд достаточно убедительных аргументов. В частности, подчеркивается, что «акционерное право есть единство следующих элементов:

нормы, издаваемые самими акционерными обществами и регулирующие их внутреннюю жизнь (акционерные корпоративные нормы);

нормы, издаваемые государственными органами и упорядочивающие деятельность акционерных обществ (централизованные нормы);

нормы, содержащиеся в организационных (предпринимательских) договорах, т. е. договорах, направленных на установление деловых связей» [49] .

Именно подобные аргументы позволяют сделать вывод о том, что акционерное и корпоративное право – это понятия несовпадающие. Далее автором четко формулируются и перечисляются непосредственно различия, присущие корпоративному и акционерному праву.

Первое различие заключается в том, что корпоративное право помимо внутренней деятельности акционерных обществ регулирует и внутриорганизационные отношения, складывающиеся в других корпорациях.

В качестве второго различия справедливо отмечается, что акционерное право состоит не только из корпоративных акционерных норм. В него включаются и акционерные организационно-договорные нормы, а также акционерные централизованные нормы, число которых в перспективе будет все возрастать.

Возвращаясь к рассмотрению научных подходов к проблеме корпоративного права и его места в системе правовых наук, нельзя не выделить и еще одно, в соответствии с которым корпоративное право рассматривается как подотрасль гражданского права, чьи нормы направлены на урегулирование отношений по организации и деятельности предприятий и организаций, выступающих субъектами гражданского права [50] . Безусловно, названная точка зрения имеет под собой серьезные основания. Действительно, нельзя забывать о том, что этот институт отпочковался от гражданского права и в определенном смысле также несет в себе проявления данной отрасли права. Не случайно в данной связи в некоторых исследованиях отмечается, что корпоративные отношения в коммерческих организациях «органично входят в предмет гражданского права» [51] . Вместе с тем при более глубоком подходе становится понятно, что многогранная и многоплановая корпоративная деятельность должна регулироваться нормами не только гражданского, но и административного, финансового, а также других отраслей права.

Таким образом, можно говорить, что корпоративное право представляет собой межотраслевой правовой институт.

Корпоративное право есть ядро предпринимательского права, и оно органично входит в предмет последнего. Данная позиция основывается на том, что «центральное и доминирующее место в предмете предпринимательского права занимают корпоративные или внутрифирменные отношения, т. е. прежде всего разнообразные отношения внутри корпорации как единого и целостного образования, в котором объединены такие разноплановые категории людей, как собственники, управляющие, наемные работники. Интересы этих людей порой бывают взаимоисключающими (например, собственники заинтересованы во вложении полученной прибыли в развитие производства, наемные работники – в ее распределении и потреблении). Достичь баланса различных интересов позволяют умело составленные корпоративные нормы» [52] .

Действительно, предметом предпринимательского права являются отношения, связанные с предпринимательской деятельностью, где зачастую доминируют частноправовые, а не публично-правовые элементы (хотя не стоит принижать роль публичных норм в регулировании предпринимательского права). Кроме того, именно корпоративные акты зачастую выступают «внешней формой предпринимательского права» [53] , т. к. предприниматель, занимающийся определенным видом деятельности, организовавший «свое дело», может самостоятельно регулировать вопросы, возникающие в процессе его осуществления, с помощью корпоративных актов. С подобными аргументами трудно поспорить. Вместе с тем не стоит принижать роль и значение отношений, входящих в предмет иных отраслей права и связанных с предметом корпоративного права.

Не секрет, что проблема понятия и содержания предпринимательского права все еще является предметом едва ли не самых острых и серьезных дискуссий в российском правоведении. Исходя из этого, значительные сложности представляет и исследование предмета корпоративного права, в свою очередь представляющего ядро права предпринимательского (отрасли дискуссионной и, соответственно, еще не сформированной окончательно). Поэтому говорить о корпоративном праве как о сформировавшейся самостоятельной отрасли права в российской правовой системе пока преждевременно.

Но, с учетом всех рассмотренных выше точек зрения, целесообразной будет позиция комплексного подхода к определению (и, соответственно, к изучению предмета) корпоративного права.

Деятельности любой корпорации присуще корпоративное нормотворчество (к примеру, для современных корпораций очень важно правильно составлять и систематизировать документы для осуществления корректных практических действий в соответствии с нормами корпоративного права), связанное с проблемами налогообложения, корпоративного регулирования, распределения прибыли в корпорации, а также нормами трудового и административного законодательства.

Говоря о корпоративном праве, необходимо учитывать, что его образует целая система норм, регулирующих как отношения внутри организаций, признанных корпорациями (включая отношения, связанные с корпоративным управлением, регулированием труда в корпорациях, корпоративными финансами и т. д.), так и отношения корпоративных образований между собой, немаловажную группу отношений по организации и деятельности предприятий и организаций, признанных корпорациями, а также отношения в связи с государственно-правовым регулированием корпоративной деятельности и ответственностью корпораций.

Таким образом, можно с уверенностью сделать вывод , что корпоративное право представляет собой межотраслевой правовой институт, включающий нормы гражданского, предпринимательского права, а также трудового, административного, финансового, налогового права .

Важно подчеркнуть, что в корпоративное право Российской Федерации (как и в предпринимательское) интегрированы нормы не только гражданского права, но и нормы административного, финансового и других отраслей права. Эти отрасли права являются публичными, в отличие от гражданского права. А, как известно, в публичных отраслях права на одной стороне правоотношений всегда выступает не частный субъект, а государство в лице его уполномоченных органов; субъекты же правоотношений в данном случае не равны и обладают принципиально различной компетенцией.

Специфика института корпоративного права, на наш взгляд, также должна определяться тем, что его существование возможно только в рамках рыночной экономики, причем достигшей определенного уровня развития.

Изучив все представленные точки зрения на понятие корпоративного права, можно прийти к выводу, что к настоящему моменту сформировался двоякий подход к термину «корпоративное право» – в широком и узком смысле.

В узком смысле , сторонницей которого выступает Т.В. Кашанина, корпоративное право видится исключительно как система правил поведения, которые разработаны в организации, основанной на объединении лиц и капиталов, выражают волю ее коллектива и регулируют различные стороны деятельности данной организации. Поэтому в данном контексте указанный автор делает вывод о принадлежности рассматриваемой дисциплины именно к частноправовым наукам.

Не случайно авторы, исходящие исключительно из подобного узкого понимания сущности данной дисциплины, называют корпоративное право также внутриорганизационным или внутрифирменным правом, подчеркивая при этом, что любая организация, представляющая собой автономное образование, объединение лиц и капиталов для осуществления какой-либо социально полезной деятельности, вправе формулировать для своих членов определенные правила поведения, с тем чтобы наиболее эффективно организовать их работу и достичь поставленных перед организацией целей и задач [54] . Принимая во внимание эту точку зрения, следует учитывать ее «односторонний» характер.

В настоящем учебнике корпоративное право рассматривается именно в широком смысле . Оно призвано регулировать:

во-первых , общественные отношения по организации и деятельности предприятий и организаций, признанных корпорациями;

во-вторых , общественные отношения по государственно-правовому регулированию корпоративной деятельности;

в-третьих , отношения, возникающие между корпоративными образованиями;

в-четвертых , отношения, связанные с внутренней деятельностью корпораций.

Здесь становится очевидной необходимость сочетания частноправового и публично-правового регулирования.

Существование корпоративного права ввиду его межотраслевого характера, а также родства с гражданским и предпринимательским правом обусловлено множеством объективных факторов. В их числе можно назвать следующие (относящиеся по большей части к блоку норм, регулирующих отношения, которые складываются внутри корпоративных образований).

1. Сложность и многообразие видов предпринимательской деятельности, выполняемой различными организациями. Некоторые наиболее важные стороны их деятельности нуждаются в правовом опосредовании на федеральном уровне (налоги, порядок регистрации и др.), но существует множество аспектов, проработка которых более эффективна на самом предприятии, поскольку именно там находится необходимая информация (финансы, управление, оплата труда работников, использование имущества, технологический процесс и др.).

2. Предпринимательская деятельность – это один из самых динамичных видов деятельности. Сущность предпринимательства состоит в удовлетворении самых разнообразных человеческих потребностей. Но, как отмечает Т.В. Кашанина, «психология людей такова, что, еще до конца не использовав то, что было создано, они стремятся к новому. И так без конца» [55] . Ученые на этот счет уже выявили множество закономерностей (именно на них основывается наука о конъюнктуре и спросе). Фундаментальной же среди данных закономерностей является тенденция ко все более быстрому появлению неудовлетворенности имеющимся, наличным, уже существующим и смене потребностей с развитием общественных отношений.

Для моделирования таких быстротекущих процессов, каким, в частности, является предпринимательская деятельность, государственное регулирование подходит не всегда. Законодатель может указывать только общие ориентиры, предоставляя участникам гражданского оборота возможность самим определять вид деятельности, условия ее осуществления, устанавливать цену в процессе реализации ее результатов и т. д. Государство должно регламентировать лишь некоторые стороны такой деятельности: налоги, экологические требования, нормы, касающиеся охраны труда, минимальной заработной платы, и т. п. Все остальное может регулироваться на основе корпоративных норм, причем с гораздо большим эффектом.

3. Развитие демократических начал – одна из причин, обусловливающих объективную необходимость корпоративного права.

Главным признаком демократии является достаточная степень свободы. Абсолютная же свобода достигается путем установления в законодательстве запретов, носящих фундаментальный характер, и признания дозволенным, положительным, общественно полезным всего остального. Упорядочить же «все остальное» представляется возможным, лишь подключив к централизованному регулированию корпоративное, основанное на волеизъявлении самих коллективных субъектов.

4. Развитие корпоративного права и соответственно ограничение централизованного права связано также и с информационным пределом, т. е. возможностью субъектов права усвоить лишь определенный объем информации, исходящей от государственных органов. Ее избыток создает бессмысленный «шумовой фон», а в тех случаях, когда она противоречива (что прямо пропорционально избытку), и вовсе сбивает с толку.

5. Среди факторов, обусловливающих необходимость корпоративного права, следует указать и на вечное противостояние законности и целесообразности. Закон обобщает, типизирует явления, ситуации и формулирует наиболее предпочтительную модель. Оптимальное решение возможно только на основе достаточной информации, и законодатель должен ею располагать в момент издания нормы права. Но «сверху» часто удается распознать лишь контуры тех или иных явлений, а в экономической жизни, как известно, имеют значение любые детали. Информация же о них сосредоточена «внизу». Для того чтобы законы не отвергались по причине их нецелесообразности, следует подключать к централизованному нормотворчеству корпоративное, т. е. между ними должна быть взаимосвязь.

6. В качестве объективного фактора использования корпоративного права, в частности норм, регулирующих отношения, складывающиеся внутри корпораций, можно указать и на закономерности, присущие самому праву. Имеется в виду следующее.

Как уже отмечалось, нормы права содержат не только модель поведения, но и санкции, которые могут быть применены в случае несоблюдения правовой нормы. В принципе каждой норме права соответствуют определенные меры принуждения. Отсюда простейший вывод: чем больше правовых норм, тем больше потенциального принуждения. Поэтому если государство нормирует поведение людей во всех аспектах и деталях, то человек, понимая, что исполнение законодательных предписаний превышает его возможности, выделяет для исполнения лишь те из них, которые могут повлечь самые неблагоприятные последствия. Остальные нормы права для него оказываются как бы несуществующими. В результате право девальвируется. Возникает инфляция законодательства, появляется тенденция к увеличению удельного веса «бумажных» законов.

7. Обеспечение эффективности в реализации норм права. Общепризнано, что управомочивающие нормы, установленные государством, реализуются людьми более охотно, чем обязывающие и запрещающие. Это связано с тем, что степень волевого начала в данном случае выше. Нормы же корпоративного права, особенно это положение касается норм, регулирующих внутреннюю жизнь корпораций, в большей мере, нежели «централизованные», выражают волю коллектива. Люди выполняют собственные решения и действуют тем энергичнее, чем шире у них возможность проявить самостоятельность. Учитывая, в частности, этот психологический фактор, законодатель в последнее время все меньше стремится решать за людей их насущные вопросы.

Организация вправе самостоятельно урегулировать широкий круг проблем. В этом плане перестроились даже государственные предприятия, привыкшие ждать решений «сверху», хотя, надо отметить, возможность принимать собственные решения и реализовывать их на практике используется ими далеко не всегда эффективно.

8. Формирование и реализация корпоративных норм, регулирующих внутрикорпоративные отношения, конечно, предполагает наличие достаточно выcoкoгo интеллектуального, общеобразовательного и культурного уровня людей. В свою очередь, самостоятельное, инициативное решение вопросов на основе корпоративных норм способствует развитию самой личности, заставляет ее думать, искать оптимальное решение, умело пользоваться полученной информацией, в том числе и правовой, развивает предприимчивость, ответственный подход к делу.

Указанные выше факторы, вызывающие к жизни корпоративное право, с полным основанием позволяют сделать вывод о том, что корпоративное право – явление объективно необходимое и социально обусловленное.

Поскольку сам термин «корпоративное право», как подчеркивалось ранее, вошел в научную (и, в частности, правовую) лексику сравнительно недавно, необходимо обратить внимание на то, что в ряде работ и источников он все еще заменяется на понятия «правовое регулирование деятельности корпораций» или «акционерное право» [56] . Но надеемся, что в ближайшем будущем этот пробел в правовой науке будет устранен.

Если же говорить об этимологии самого термина, безусловно, в основе его лежит понятие «корпорация» (от лат. сorporatio – объединение, сообщество). В данной связи, прежде чем коснуться понятия корпоративного права, уточним понятие корпорации.

В целом же понятие корпорации как формы организации предпринимательской деятельности, предусматривающей долевую собственность участников, самостоятельный юридический статус и сосредоточение функций управления в руках профессиональных управляющих (менеджеров), либо как объединения, союза предприятий или отдельных предпринимателей известно правовой, политической и экономической наукам достаточно давно.

В политологии и социологии появляются даже такие термины, как «корпоратизм», «корпоративное государство», описывающие модель взаимодействия государства и гражданского общества, «корпоративизм», как концепция государственного устройства, согласно которой отношения между трудом и капиталом регулируются государством в форме профессионально-отраслевых корпораций, а парламент заменяется корпоративным советом.

Необходимо отметить, что в современной российской правовой науке понятие корпорации трактуется неоднозначно. Так, в своем исследовании И. Хабарова [57] приводит ряд точек зрения, согласно одной из которых к корпорациям относят все коммерческие организации, основанные на членстве, другой – только лишь хозяйственные товарищества и общества, третьей – только акционерные общества, четвертой – хозяйствующие субъекты, образованные несколькими юридическими лицами (правда, не исключая участия физических лиц).

В целом же следует присоединиться к позиции, выработанной современной российской наукой о праве, в соответствии с которой любая корпорация обладает следующими характеристиками:

объединение капиталов для организации ее деятельности;

отделение собственности на вложенный капитал от управления;

объединение лиц для осуществления какой-либо социально полезной деятельности.

И только настоятельные требования практики работы корпораций последних лет привели к появлению первых корпоративных норм (созданных, кстати, самими корпорациями), которые в своей совокупности стали постепенно формировать новый правовой институт – корпоративное право. Единственную формулировку корпоративного права за много лет дал только электронный словарь, определяя корпоративное право как институт гражданского права; совокупность юридических норм, регулирующих правовой статус, порядок создания и деятельности хозяйственных обществ и товариществ.

Корпоративное право , впрочем, как и любой правовой институт, характеризуется следующими признаками .

Во-первых , корпоративное право состоит из норм, т. е. правил поведения общего характера, регулирующих правовой статус, особенности создания, реорганизации, ликвидации, а также порядок деятельности хозяйственных товариществ и обществ. С точки зрения регулирования отношений, складывающихся внутри организаций, признанных корпорациями, нормативность как признак означает, во-первых, то, что нормы корпоративные регулируют распространенные, типичные, часто встречающиеся в организациях отношения и, во-вторых, что они распространяются на всех или многих членов организации.

Во-вторых , корпоративное право представляет собой систему норм. В данной связи стоит отметить, что «системность» норм корпоративного права, направленных на регулирование вопросов создания, деятельности корпораций, аспектов государственного регулирования корпоративной деятельности, вполне очевидна, что выражается в наличии специализированных законов. Говоря же о нормах, составляющих систему правил, регулирующих правоотношения внутри организации, также необходимо помнить, что каждая из них специализируется на регулировании конкретной стороны деятельности организации. Можно выделить по крайней мере четыре блока корпоративных норм: финансово-правовые, административно-правовые, трудовые и гражданско-правовые. В последнее время все активнее формируется блок корпоративных норм, регулирующих информационные отношения на предприятии, например нормативные положения, касающиеся обеспечения конфиденциальности информации, коммерческой тайны и др.

В-третьих , нормы корпоративного права обязательны для всех участников корпоративных правоотношений: для коммерческих организаций, признанных корпорациями, а также государственных органов, регулирующих корпоративную деятельность, с одной стороны, и для непосредственно участников корпорации (учредителей, акционеров, менеджеров, наемных работников) – с другой.

Рассматриваемый признак означает, что указанные нормы должны исполняться указанными субъектами независимо от того, нравятся они им или нет, одобряют они их существование или не одобряют, одним словом, независимо от субъективного к ним отношения.

Однако особую актуальность данное правило приобретает в отношении прежде всего участников корпорации (внутрикорпоративных отношений). Однако даже количество участников корпорации, не одобряющих корпоративные нормы, как правило, незначительно, поскольку большинство этих норм принимается с участием лиц, обязанных затем им подчиняться.

В-четвертых , нормы корпоративного права, как правило, имеют письменное выражение.

Бесспорен факт, что корпоративные нормы, издаваемые государством, которые принимаются как на уровне федерального центра, так и субъектов Российской Федерации и регулируют общие аспекты создания и деятельности корпораций, отношений между корпоративными образованиями, а также отдельные аспекты государственного контроля за корпоративной деятельностью, содержатся в писаных нормативных актах: федеральных нормативных правовых актах (законах, указах Президента РФ, постановлениях Правительства РФ и т. д.) и нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации.

Формой же закрепления корпоративных актов, регулирующих отношения внутри организаций, обычно служат так называемые корпоративные акты. Как указывают отдельные исследователи, на предприятии выделяется несколько уровней корпоративных актов в зависимости от их юридической силы (акты общих собраний, акты советов директоров, правлений, советов предприятий, акты руководителей и др.). Чтобы предотвратить противоречия между ними, осуществляется четкое распределение компетенции между субъектами правотворческой деятельности корпорации.

В-пятых , «централизованные» корпоративные нормы издаются органами государственной власти как федерального уровня, так и уровня субъектов Российской Федерации; «внутрикорпоративные» нормы – органами управления корпорации.

Обе группы корпоративных норм подчиняются принципу иерархии. В отношении централизованных законодательных норм известна их основополагающая классификация по юридической силе. Так, в соответствии с теорией и практикой правотворчества нормы, содержащиеся в актах вышестоящих правотворческих органов, обладают высшей юридической силой, чем те, которые содержатся в актах нижестоящих органов. Последние же издаются на основе и во исполнение норм, содержащихся в нормативных актах, издаваемых вышестоящими правотворческими органами [58] .

Указанный принцип в полной мере применим к «внутрикорпоративным» нормам, которые прежде всего призваны выражать волю коллектива корпорации как определенного автономного образования.

Ведь даже тогда, когда решения принимаются не общим собранием, а иными органами управления, они должны быть согласованы или, по крайней мере, не должны противоречить решениям общих собраний, на которых упорядочиваются принципиальные вопросы жизни корпорации (о распределении прибыли, о рабочем времени и т. п.).

В-шестых , нормы корпоративного права должны обеспечиваться принуждением в случае их нарушения.

Общеизвестно, что нормы права, регулирующие общие аспекты создания и деятельности корпораций, отношения между корпоративными образованиями, а также отдельные аспекты государственного контроля за корпоративной деятельностью, устанавливаемые и санкционируемые государством, обеспечиваются силой государственного принуждения. Это выражается прежде всего в том, что государство в случае нарушения указанных норм применяет меры юридической ответственности, восстанавливая возникший дисбаланс в обществе.

Несколько сходная ситуация возникает и при нарушении норм, регулирующих внутреннюю деятельность корпораций. Прежде всего на нарушителя воздействует сама организация, используя санкции, предусмотренные в корпоративных актах. При недостаточности средств вполне возможно обращение за защитой к судебным органам. Так, например, если объявлен размер дивиденда, но общество по каким-либо причинам не выплачивает его акционеру, обращение в суд с требованием взыскания дивидендов будет вполне уместным и оправданным [59] .

Учитывая то, что корпоративное право можно рассматривать с нескольких позиций: как правовой институт, науку (которая пока, к сожалению, находится еще в «зачаточном» состоянии), учебную дисциплину, – а также суммируя указанные ранее признаки корпоративного права, можно дать следующее его определение: корпоративное право как межотраслевой правовой институт представляет собой, с одной стороны, систему или совокупность юридических норм, принимаемых органами государственный власти, регулирующих правовой статус, порядок деятельности и создания коммерческих юридических лиц, являющихся корпорациями, а также государственно-правовое регулирование корпоративной деятельности, обязательных для всех участников корпоративных отношений и охраняемых силой государственного принуждения; с другой – совокупность норм, устанавливаемых органами управления корпорации, выражающих волю ее членов, обязательных для участников корпорации и охраняемых силой корпоративного принуждения, а при его недостаточности – силой государственного принуждения.

Как уже подчеркивалось выше, авторы данного учебника придерживаются понятия корпоративного права именно в широком смысле, учитывая как вопросы государственного регулирования корпоративной деятельности корпораций, так и отношения, складывающиеся между корпоративными образованиями, а также отдельные аспекты «внутрикорпоративного регулирования».

Опираясь на приведенные выше базовые определения, можно вывести понятия корпоративного права Российской Федерации как науки и учебной дисциплины. Безусловно, эти термины теснейшим образом взаимосвязаны и взаимозависимы.

Наука корпоративного права Российской Федерации изучает те общественные отношения, которые отрасль права регулирует.

Учебная дисциплина предлагает материалы науки к изучению.

Первичной по отношению к учебной дисциплине «Корпоративное право Российской Федерации» является все же наука.

В широком смысле наука как таковая представляет собой совокупность знаний относительно какого-либо явления действительности. Однако знания не всегда проявляют себя как научные, нередко они служат атрибутом обыденного мышления. Отличие научных знаний как иных компонентов науки от обыденных познаний по какому-либо предмету состоит в их системности и высокой степени «теоретизированности». Системность – это признак любой науки; в структуре науки, в научном сознании знания относительно какого-либо предмета находятся не в хаотичном состоянии, а в системе, т. е. упорядочены. Прежде чем переходить к анализу системы корпоративного права Российской Федерации как науки, подчеркнем, что правовая наука – это система знаний о каком-либо правовом явлении. Корпоративное право Российской Федерации относится к общественным наукам, в числе общественных ее относят к правовым наукам.

Что касается системы науки корпоративного права Российской Федерации, то необходимо отметить, что эта система производна от системы отраслей предпринимательского, гражданского и иных отраслей права Российской Федерации. Естественно, что наука корпоративного права Российской Федерации, как, впрочем, и любая другая юридическая наука, занимается изучением соответствующих институтов права, относящихся к определенной сфере правового регулирования. Этим объясняется зависимость системы правовой науки от системы права. Однако при этом система правовой науки традиционно шире, чем система отрасли права. Такой эффект достигается за счет того, что система науки содержит разделы, не свойственные для отрасли права и не связанные непосредственно с отношениями по поводу правового регулирования определенных общественных институтов [60] .

Итак, как наука (или научная дисциплина) корпоративное право представляет собой систему знаний о корпоративном праве, истории, зарубежном опыте, тенденциях его развития и т. д. Система науки корпоративного права Российской Федерации содержит все разделы системы корпоративного права Российской Федерации плюс дополнительные разделы, такие, как история корпоративного права Российской Федерации, история корпоративного права и корпоративных отношений зарубежных стран, современные модели корпораций, понятие, предмет корпоративных объединений, метод корпоративного права и его место в системе российского права, функции, роль корпоративного права, нормы, институты, признаки корпоративного права и т. д.

Наука, как и отрасль права, выполняет определенные функции в обществе. Среди функций науки корпоративного права Российской Федерации выделяют:

прогностическую;

гносеологическую;

идеологическую;

прочие функции.

Гносеологическая функция науки корпоративного права Российской Федерации является основной и следует из возможности для человека познавать окружающий мир, в том числе его общественные явления. При этом выявляются особенности и отличительные признаки этих явлений, закономерности их развития. Важным является и то, что в итоге постепенно сумма знаний о предмете накапливается, а временные рамки изучения какого-либо явления простираются от его возникновения и до современности. Корпоративное право Российской Федерации как наука создает собственную теоретическую базу, формирует понятийный аппарат, вырабатывает правовые категории.

Прогностическая функция тесно связана с гносеологической функцией науки корпоративного права Российской Федерации и основана на способности науки выделять закономерности развития определенных правовых явлений. В результате обобщения этапов развития данного явления возможно прогнозирование относительно последующих этапов его развития.

Идеологическая функция науки корпоративного права Российской Федерации состоит в том, что при изучении корпоративного права Российской Федерации у изучающего формируются правовые взгляды и правовая идеология.

Учебная дисциплина корпоративного права Российской Федерации преподается в высших и средних специальных учебных заведениях юридического и экономического профиля, а также на юридических и экономических факультетах различных специальных учебных заведений. Учебная дисциплина по ряду параметров отлична от науки корпоративного права Российской Федерации. Цели учебной дисциплины у€же научных, поскольку учебная дисциплина преследует главным образом только одну цель – научить студента, дать ему понятие об определенной группе общественных отношений и основах их правового регулирования. При этом учебная дисциплина имеет важное значение, поскольку фактически именно при ее посредстве положения науки корпоративного права Российской Федерации доводятся до сведения масс. Корпоративное право Российской Федерации как учебная дисциплина преподается в рамках курса «Корпоративное право Российской Федерации».

Соответственно, при определении корпоративного права как учебной дисциплины необходимо указать на систему обобщенных знаний о корпоративном праве как правовом институте, нормативной базе корпоративного права и практике ее применения, а также о науке корпоративного права.

В данной связи среди первоочередных задач, стоящих перед учеными-правоведами, исследующими указанный правовой институт на современном этапе, особенно важными являются задачи обеспечения дальнейшего развития и совершенствования корпоративных норм, становления науки корпоративного права.

Наличие развитых корпоративных правоотношений на основе норм корпоративного права – один из признаков гражданского общества. Понятие гражданского общества ввел Гегель еще в XIX в.

Гражданское общество – это система общественных отношений и институтов, сущностной характеристикой которых является обеспечение жизнедеятельности граждан практически во всех сферах общественной жизни. Для гражданского общества в целом необходим достаточно высокий уровень общественного развития. Особенностью общественных отношений, составляющих интерес с точки зрения изучения гражданского общества, является тот факт, что они могут осуществляться без вмешательства государства. Со стороны государства в данном случае должен быть предоставлен соответствующий уровню развития общества уровень невмешательства. Гражданское общество характеризуется саморегуляцией. Оно традиционно связывается с уровнем свободы в государстве, степенью невмешательства в гражданские дела и отношения со стороны государства, а также степенью защищенности общества от посягательств со стороны государства на его интересы. На разных этапах соотношение общества и государства в плане регулирования общественных отношений было неодинаковым. Гражданское общество связано с корпоративным правом в силу того, что их интересует один и тот же субъект, интересы гражданского общества в первую очередь направлены на защиту интересов частных субъектов, в том числе граждан и организаций, интересы корпоративного права – на защиту интересов корпоративных субъектов; гражданское общество интересуется вопросами общегражданского статуса, корпоративное право Российской Федерации – вопросами статуса корпораций. Гражданское общество, наконец, интересуется этими вопросами в общесоциальном ключе, корпоративное право Российской Федерации – в правовом.

Дискуссии о наличии или отсутствии в России гражданского общества идут в нашем государстве до сих пор, в любом случае гражданское общество в России сейчас проходит этап своего становления. Для его дальнейшего развития необходимо еще много сделать, но многое сделано уже сейчас.

Гражданское общество в узком смысле означает наличие свободного демократического государства. Основы гражданского общества заложены в Конституции РФ 1993 г., принятой всенародным голосованием. Таким образом, гражданское общество и его принципы закреплены в Российской Федерации на самом высоком уровне, однако для реализации правовых идеалов гражданского общества одного закрепления недостаточно ввиду необходимости создания реальных механизмов защиты гражданского общества.

В соответствии с Конституцией РФ Россия есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления (ст. 1). Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны (ст. 10).

Гражданское общество наделено совокупностью признаков, в числе этих признаков выделяют в первую очередь экономическую свободу, равноправие субъектов частного права и его законодательное закрепление, многообразие форм собственности, признание со стороны государства статуса субъекта гражданских правоотношений и гарантию минимума прав и свобод, невмешательство государства в частные дела, правовое государство, система органов власти которого построена на принципе разделения властей, признания принципов гласности, плюрализма, равенства перед законом и судом. Все эти признаки тесно взаимосвязаны между собой и взаимозависимы.

Некоторые из конституционных принципов имеют самое непосредственное отношение к корпорациям и их статусу, т. е. можно говорить о конституционных основах корпоративных норм. Чем больше субъектов гражданских правоотношений заинтересовано в развитии гражданского общества, тем больше шансов у гражданского общества на существование [61] .

Приведем некоторые конституционные положения о гражданском обществе, имеющие отношение к корпоративному праву. Согласно части 1 ст. 8 Конституции РФ в России гарантируются единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности. Очевидно, что для нормальной предпринимательской деятельности, тем более для осуществления такой деятельности организацией, необходимы определенные условия, в том числе поддержка конкуренции, закрепление свободы экономической деятельности, свободное перемещение товаров и т. д. Только при соблюдении этих условий организация может нормально функционировать и развиваться.

В Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности (ч. 2 ст. 8 Конституции РФ).

Право частной собственности охраняется законом. Экономической основой деятельности корпораций является частная собственность в самых различных ее проявлениях. Защита собственности корпораций – обязательное условие эффективности ее деятельности.

Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения (ст. 35 Конституции РФ). Это положение очень важно, поскольку непосредственно связано с защитой собственника имущества, причем оно защищает не только индивидуального собственника, но и коллективного, поощряет свободное распоряжение имуществом, что создает условия для осуществления предпринимательской деятельности, каковой по сути является деятельность корпоративных субъектов.

Взаимосвязь гражданского общества с проблемами корпоративного права Российской Федерации очевидна, поскольку, как известно, гражданское общество и его существование в первую очередь относятся к сфере интересов частных субъектов этого общества, выступающих в лице разнообразных организаций. Эти организации обладают различным статусом, но все они в конечном счете заинтересованы в существовании гражданского общества. Гражданское общество призвано отражать интересы субъекта, реализующего в обществе частную правосубъектность. Для корпоративных организаций – субъектов корпоративного права Российской Федерации наличие гражданского общества необходимо, ибо вне гражданского общества свою правосубъектность им реализовать будет затруднительно ввиду отсутствия как должной защиты их интересов, так и экономической основы для такой защиты. Однако как корпорации нуждаются в гражданском обществе, так и гражданское общество нуждается в них, поскольку гражданское общество невозможно «установить сверху», для нормально развивающегося гражданского общества необходимо наличие частной инициативы. Реализовывать частную инициативу должны частные субъекты – личности, корпорации.

Вопросы гражданского общества – в большинстве случаев вопросы политологического характера, наличие или отсутствие гражданского общества связано с проведением в государстве определенной политики.

Как указывают исследователи корпоративного права [62] , корпоративное право за рубежом и в России развивается в различных, зачастую прямо противоположных направлениях. Определяя указанные тенденции развития корпоративного права, обратим внимание прежде всего на соотношение удельного числа норм, регулирующих разные блоки отношений, составляющие предмет корпоративного права (отношения, касающиеся создания, деятельности и правового статуса хозяйственных организаций, признанных корпорациями, и отношения, связанные с внутренней деятельностью корпораций, или «внутриорганизационные» отношения – см. подробнее гл. 31 данного учебника).

Так, в развитых промышленных странах доля корпоративных норм, регулирующих отношения внутри организаций, признанных корпорациями, имеет тенденцию к уменьшению и сужению, тогда как массив публично-правовых норм, также составляющих часть предмета корпоративного права, неуклонно растет и расширяется.

Общепризнано, что с помощью норм публичного права опосредуются программно-целевое регулирование экономики страны, административные и судебно-процессуальные, бюджетно-финансовые и налоговые отношения, отношения, связанные с обороной и государственной безопасностью, обеспечением правопорядка, решением медицинских, экологических проблем и т. д. Однако практика современных государств показывает, что государственное вмешательство становится более активным и в области производственных отношений, в сфере, традиционно регулируемой нормами частного права (корпоративными и договорными). Среди таких действий государства можно назвать введение правил о недобросовестной конкуренции, ограничительной хозяйственной практике, мер судебного или административного контроля, фиксирование предписаний относительно вступления в договор и др. Это объективный процесс, который обусловлен многими причинами.

В то же время, как считает Т.В. Кашанина, расширение общего числа норм публичного права неизбежно приводит к сужению сферы норм по внутрикорпоративному регулированию [63] .

Сегодня в экономически развитых странах неуклонно идет процесс увеличения массива публично-правовых норм за счет снижения доли норм корпоративных. Публичное право – это гарант жизнеспособности человечества, потому что за частными интересами нельзя увидеть цель, к которой движется мир. Развитие публичного права свидетельствует о развитии цивилизации. Соотношение и разграничение частного и публичного права всегда представлялось непростой задачей. Дело в том, что в сфере частного права законодатель нередко вынужден использовать общеобязательные, императивные правила, в том числе запреты, ограничивая самостоятельность и инициативу участников регулируемых отношений. Но ясно и то, что многие отношения, складывающиеся в экономике, напротив, нуждаются в предоставлении их участникам максимальной (хотя, разумеется, и не безграничной) свободы, стимулирующей их инициативу и предприимчивость.

Историки утверждают, что одной из особенностей российской цивилизации на протяжении всей ее истории является очень незначительная степень экономической свободы, причина которой заключается в неразвитости частной собственности. После революции 1917 г. свобода в хозяйственной деятельности была практически уничтожена. Победное шествие государственной собственности привело к тотальной заурегулированности всей жизни, что свело на нет и корпоративное право.

Провозглашение в России курса, связанного с переходом к рыночной экономике, и начавшееся реформирование экономики предполагают изменение в соотношении публичного и частного права. Сейчас корпоративное право начало быстро развиваться, а поскольку отношения, органично входящие в его предмет, нуждаются в регулировании как с помощью публично-, так и частноправовых норм (пока что слабо согласованных и иногда противоречащих друг другу), разрешение проблемы оптимального сочетания частного и публичного элемента необычайно важно для молодой науки корпоративного права. В связи с этим небезынтересна идея о тенденции развития отечественного корпоративного права, в соответствии с которой сфера, ранее считавшаяся областью общих интересов (сфера публичного права) и регулировавшаяся с помощью законодательных норм, постепенно сужается.

«Внутренними» нормами в определенной мере уже регулируются такие сферы, как использование предприятиями финансов, применение труда, их управленческие и организационные отношения, движение принадлежащего им имущества и т. д. Существует мнение, что публично-правовые нормы в рыночных отношениях будут сдерживать конкуренцию, выступать против ее агрессивности и разрушительности, способствовать предотвращению или ликвидации вреда от производства. Законодательное регулирование может и должно иметь место и в рыночных отношениях, но не в таких масштабах, как это было до сих пор. Умеренное участие государства в правовом регулировании, не стесняющее свободы его субъектов, – вот к чему следует стремиться.

Итак, доля корпоративных норм, регулирующих отношения внутри организаций, в современной России увеличилась и будет, по свидетельству исследователей, значительно увеличиваться и в дальнейшем. Но очень важно, чтобы при этом была соблюдена мера и общество не впало в другую крайность, когда корпоративное право смогло бы задушить свободу и инициативу работников. Поэтому внутрикорпоративными нормами должны регулироваться лишь те вопросы, которые затрагивают основы жизни коллектива той или иной организации. Ситуации, не таящие в себе опасность дезорганизации производства, нет необходимости регулировать в корпоративном порядке.

Подводя итог , можно с уверенностью говорить о возросшей и все возрастающей роли корпоративного права, и прежде всего корпоративного регулирования отношений, складывающихся внутри организаций, признанных корпорациями, а также корпоративного регулирования в целом.

Свидетельством возрастающей заинтересованности общества проблемами корпоративного права является факт создания, в частности, НП «Институт изучения проблем корпоративного права», который разработал и вот уже в течение двух лет выпускает журнал «Акционерный вестник» – практический и аналитический журнал по проблемам корпоративного права. Правда, на настоящий момент это – пока единственное специализированное профессиональное издание, своевременно предоставляющее информацию по вопросам корпоративного права.

Важнейшей задачей государственной промышленной политики также остается формирование и развитие крупных интегрированных корпоративных структур современной России. Ведь деятельность подобных структур послужила ощутимым фактором преодоления последствий кризиса августа 1998 г., определенного улучшения в последующие годы, наращивания объемов производства и стабилизации инвестиций на современном этапе. В то же время предстоит резко повысить качество корпоративного управления – прежде всего с точки зрения эффективности взаимодействия собственников (акционеров) и менеджеров (в частности, выделяется такое важное направление, как приближение к консолидированной отчетности).

Повторим, что корпоративное право в российской правовой системе не является самостоятельной отраслью права, как уже подчеркивалось, это межотраслевой институт. Однако стоит признать, что развитие его нормативно-правовой базы не стоит на месте и достигло достаточно высокого уровня – разработано большое число законодательных и подзаконных актов, а практика современного российского корпоративного управления учла достижения многих зарубежных стран и также столкнулась с необходимостью разработки рекомендательных норм, подобных Кодексу корпоративного поведения, целью которых были бы защита интересов акционеров и потенциальных инвесторов, установление доверия между участниками корпоративных отношений.

Вместе с тем нельзя не признать, что наличие указанного достаточно внушительного блока законодательных норм, подготовка проектов новых законов (в частности, об аффилированных лицах, об «инсайдерской информации», о реорганизации и ликвидации юридических лиц), одобрение Правительством РФ российского Кодекса корпоративного поведения для применения российскими обществами не ликвидируют полностью всех существующих в рассматриваемой сфере проблем. В связи с этим можно вполне обоснованно предположить, что выделение корпоративного права в самостоятельную отрасль российской правовой системы находится в руках законодателей и юристов-практиков.

Известно, что правовое регулирование в целом направлено на упорядочение общественных отношений, относящихся к его сфере. Иными словами, традиционно предмет отрасли права представляет собой общественные отношения, на которые направлено правовое регулирование данной отрасли. Указанное положение применимо и к корпоративному праву (хотя мы исходим из того, что корпоративное право – межотраслевая дисциплина).

Исходя из этого положения предмет корпоративного права можно определить как корпоративную деятельность, а также как совокупность общественных отношений, которые складываются в процессе осуществления корпоративной деятельности, регулируются нормами корпоративного права и выступают как составная часть предмета предпринимательского права.

Таким образом, можно выделить следующие группы таких отношений:

1) отношения, связанные с внутренней деятельностью корпораций, – это прежде всего разнообразные отношения внутри корпорации как единого и целостного образования, в котором объединены абсолютно разноплановые категории лиц: собственники, управляющие, наемные работники. Достичь баланса интересов этих людей, которые зачастую противоположны или даже взаимоисключающие, можно с помощью грамотного корпоративного управления, умело составленных корпоративных норм, регулирующих внутреннюю деятельность организаций;

2) отношения, возникающие между корпоративными образованиями, – на их установление направлены многие (и весьма различные) институты рынка: биржи, аудит, реклама, маркетинг и т. д.; носят подобные отношения скорее организационный, а не имущественный характер, а для их урегулирования применяется такая универсальная конструкция, как договор;

3) отношения по государственно-правовому регулированию корпоративной деятельности – это отношения между корпорациями как предпринимательскими структурами и государственными органами, которые осуществляют меры законодательного, исполнительного и контролирующего характера в целях стабилизации и приспособления существующей социально-экономической системы к изменяющимся условиям (в спектре проблем, требующих пристального внимания государственных органов: угрозы безопасности населения, угрозы экологической и социальной безопасности государства, проблема прогнозирования экономической политики государства на международном рынке и т. д.).

В этом разделе учебника будет рассмотрена группа отношений, связанных с внутренней деятельностью корпораций, которые, в определенном смысле, можно охарактеризовать как приоритетные (ведь не случайно, как указывалось выше, некоторые авторы корпоративное право определяют как «внутриорганизационное» или «внутрифирменное» право, подчеркивая при этом, в первую очередь, частноправовой характер данного правового института).

Таким образом, предметом науки корпоративного права является система знаний об истории возникновения и развития корпоративного права, различных подходов к пониманию его сущности.

Предметом изучения корпоративного права как учебной дисциплины служат знания основных, базовых понятий корпоративного права, истории его развития, а также основ правового регулирования корпоративных и тесно связанных с ними отношений.

К определению предмета корпоративного права можно подойти и так, как предлагает в своем учебном пособии Т.В. Кашанина, т. е. исходя из того, что различные виды общественных отношений, которые традиционно подразделяются на три группы (области): политические, экономические и социальные (социально-культурные, социально-бытовые), нуждающиеся в правовом опосредовании, – и должны составлять предмет правового регулирования [64] .

Так, останавливаясь на группе политических отношений, следует отметить, что они более других нуждаются в централизованном (государственном) регулировании и, соответственно, в основном составляют предмет публичного права. Частному праву, в котором немалая роль отводится корпоративным нормам, здесь практически нет места. Правовой статус корпораций не предполагает их прямое и непосредственное участие в политической жизни, однако политика как сфера деятельности, направленная на регулирование отношений между нациями, классами и другими большими социальными группами, затрагивает буквально всех, не исключая и корпорации. Тем не менее участие в политической деятельности если и имеет место, то осуществляется опосредованно, например путем лоббистских действий, спонсорских взносов, неформальных связей и т. п. Кроме того, учитывая, что и эти действия совершаются отнюдь не часто и не затрагивают глобальных интересов всех акционеров, пайщиков, работников той или иной корпорации в целом, как правило, они не находят нормативной проработки в корпоративных актах.

Говоря об экономических отношениях, подчеркнем, что они в значительной степени регулируются нормами корпоративного права (которые могут носить как частный, так и публичный характер). Безусловно, эти отношения в значительной степени способны к саморегуляции, осуществляемой при помощи норм частного права. Так, например, налогообложение, принципы валютных отношений, порядок предоставления субсидий, формы собственности, порядок ее защиты, пределы использования имущественных прав, примерный перечень договоров, их конструкция, ориентировочный перечень видов санкций, признание права субъектов договора конкретно устанавливать и дополнять указанный перечень – эти и некоторые другие вопросы нуждаются в государственном опосредовании. В то время как вопросы определения внутренней структуры предприятия, компетенции органов управления, использования полученной прибыли, оплаты труда работников регулируются с помощью внутренних корпоративных актов, содержащих частные нормы права.

В регулировании с помощью корпоративных норм и норм других отраслей права социальных отношений (в число которых включают также социально-культурные, социально-бытовые и др.) роль централизованных (публичных) норм корпоративного права крайне незначительна, поскольку здесь в основном следует использовать нормы частного права. Это связано с тем, что поведение людей в сфере потребления, во-первых, реже носит характер всеобщности, во-вторых, характеризуется исключительным многообразием и, в-третьих, не всегда отличается массовой повторяемостью.

Среди же частноправовых норм, регулирующих социальные отношения, корпоративные нормы отнюдь не доминируют, но все же применяются (т. е. их число незначительно). Примерами этого могут выступать, в частности, пенсионные отношения, поскольку предприятие может, например, корпоративно устанавливать надбавки к пенсиям работникам, проработавшим на нем определенный срок; жилищные отношения, ведь если предприятие приобретает, имеет или строит жилье, то оно и определяет с помощью корпоративных актов порядок его предоставления своим работникам, льготы, принадлежащие различным категориям работников; может устанавливать в том числе льготы в оплате жилья и т. п.; а также отношения, связанные с поддержанием здоровья работников: зачастую во внутрикорпоративных актах возможно установление различных мер поощрения, в том числе и материальных, в отношении работников, бросивших курить, или занимающихся физической культурой, или не пользующихся бюллетенем, и т. д.

Известно, что метод правового воздействия – главный, но не единственный критерий разграничения отраслей права, теснейшим образом связанный с предметом правового регулирования конкретной правовой отрасли. Именно предмет (определенные группы общественных отношений) определяет специфику метода (как, каким образом регулируются общественные отношения).

Итак, с точки зрения теории права, метод правового регулирования – это средство и способ воздействия на группу общественных отношений [65] . Иными словами метод правового регулирования – это то, каким образом воздействие на общественные отношения наиболее эффективно. Поскольку главным признаком правового регулирования корпоративного права является правовое регулирование корпоративных отношений на уровне составных блоков корпоративного права Российской Федерации: гражданского, трудового, административного, финансового и т. д., на него всецело должны распространяться методы, свойственные для указанных отраслей права. Иными словами, гражданские по своей природе правоотношения регулируются методами, свойственными для гражданского права Российской Федерации, административные – для административного, финансовые – для финансового права и т. д.

Таким образом, к числу методов корпоративного права Российской Федерации следует причислить как императивные , так и диспозитивные методы .

Основополагающим методом правового регулирования, в частности, гражданского, а значит, и корпоративного права является диспозитивный метод правового регулирования.

Сущность диспозитивного метода состоит в том, что законодатель использует по отношению к субъектам права дозволение, как правило, предусматривает несколько вариантов поведения для субъектов, выбор возможного поведения. Диспозитивный метод выражается, в частности, в том, что субъекты имеют право выбрать форму деятельности (организационно-правовую форму деятельности корпорации) из числа предусмотренных гражданским законодательством. Данный метод призван регулировать отношения, связанные с внутренней деятельностью корпораций, а также отношения, складывающиеся между корпоративными образованиями.

Однако при осуществлении правового регулирования корпоративных отношений использование только диспозитивного метода невозможно, поэтому применяется также императивный метод правового регулирования.

Императивный метод предполагает обязывание субъекта поступить каким-либо определенным в законе образом или запрет совершать определенные действия. Применительно к корпоративному праву необходимо отметить, что императивный метод при регулировании правоотношений, касающихся деятельности, создания и правового положения хозяйственных организаций, отношений по государственно-правовому регулированию корпоративной деятельности имеет большее значение, чем при правовом регулировании общегражданских правоотношений. Также здесь необходимо, в частности, учитывать, что для таких публичных отраслей права, как финансовое и административное, характерно большое количество специальных методов правового регулирования, таких как метод контроля, бухгалтерские методы и т. д.

Корпоративное право обладает следующими признаками :

является комплексным правовым институтом, который обладает по отношению к гражданскому и другим отраслям права Российской Федерации значительной степенью автономности;

регулирует общественные отношения, касающиеся создания, деятельности и правового статуса хозяйственных организаций, признанных корпорациями, отношения, связанные с внутренней деятельностью корпораций, а также отношения по государственно-правовому регулированию корпоративной деятельности, т. е. корпоративные отношения;

состоит из корпоративных норм, объединенных в институты.

Спорным вопросом, с точки зрения правового регулирования, относящимся к корпоративному праву, некоторые авторы считают вопрос о том, относятся ли правоотношения, касающиеся иностранных организаций, к предмету правового регулирования корпоративного права Российской Федерации [66] . Гражданское законодательство указывает, что правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом. В данном случае следует иметь в виду, что вопросы образования иностранных организаций на территории иностранных государств регулируются законодательством соответствующего иностранного государства. Если деятельность иностранной организации осуществляется в Российской Федерации, то ее статус в качестве организации признается в Российской Федерации или определяется международным договором России. В данном случае иностранная организация должна сообразовывать свою деятельность с российским законодательством. При этом деятельность иностранных организаций основывается на российском законодательстве и потому относится к предмету правового регулирования корпоративного права. Гражданское законодательство Российской Федерации содержит специальные правила относительно иностранных организаций, в том числе правила о подлежащих применению нормах, личном законе иностранного юридического лица и т. д.

Право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, Гражданского кодекса РФ, других законов и обычаев, признаваемых в Российской Федерации.

По общему правилу особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливаются законом о международном коммерческом арбитраже. В случае, если невозможно определить право, подлежащее применению, применяется право страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано. Если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается.

Прямое отношение к порядку регулирования имеет установление государством правил о личном законе юридического лица, ограничивающем сферу правоприменения российского корпоративного права в отношении иностранных юридических лиц. При установлении личного закона юридического лица сфера применения российского корпоративного права ограничивается настолько, насколько указанные правоотношения регулирует личный закон иностранного юридического лица. Личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо.

На основе личного закона юридического лица определяются, в частности:

статус организации в качестве юридического лица;

организационно-правовая форма юридического лица;

требования к наименованию юридического лица;

вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства;

содержание правоспособности юридического лица;

порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей;

внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками;

способность юридического лица отвечать по своим обязательствам.

Юридическое лицо не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя на совершение сделки, неизвестное праву страны, в которой орган или представитель юридического лица совершили сделку, за исключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанном ограничении.

Личным законом иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, считается право страны, где эта организация учреждена.

Таким образом, к деятельности такой организации, если применимым является российское право, соответственно, применяются правила Гражданского кодекса РФ, которые регулируют деятельность юридических лиц, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа отношения. Все остальные вопросы разрешаются российским правом.

Целями корпоративного права являются следующие:

установление правового статуса хозяйственных организаций, являющихся корпорациями, и их объединений;

определение порядка образования корпораций;

определение порядка деятельности корпораций;

определение характера взаимоотношений корпораций между собой и с органами государственной власти.

Одним из главных признаков права является его системность. Известно, что норм в обществе существует огромное количество: моральные, этические, религиозные и прочие нормы, однако такой признак, как системность, свойствен главным образом правовым нормам.

В основе системности права лежит стремление изложить его в логической последовательности, упорядочить. Любая отрасль и институт (в том числе межотраслевой) права характеризуется таким признаком, как системность. Отрасль и институт права состоят из правовых норм, которые по отношению друг к другу находятся в определенной иерархии, их значение и роль в системе отрасли права неодинаковы.

Применение норм права в значительной степени облегчается нахождением норм права в систематизированном состоянии. Смысл системы права – в делении отрасли права на подотрасли, институты и субинституты. При этом отраслью права признается крупный блок юридических норм, регулирующих однородные общественные отношения и обладающих общим методом правового регулирования. Институт права – это обособленная группа норм, регулирующих однородные общественные отношения.

Исходным звеном корпоративного права является норма права; группы норм объединяются в правовой институт, корпоративное право.

Система права – это внутренняя структура права, отражающая его содержание. Система права – явление неслучайное, структура права теснейшим образом связана с внутренним содержанием права. Нельзя путать систему права, систему законодательства и систему науки корпоративного права. Для правильного и наиболее полного понимания сущности системы корпоративного права необходимо уяснить его место в системе гражданского права, ведь корпоративное право в первую очередь является частью предпринимательского права.

Система права – это внутренняя структура нормативного массива. Система законодательства – это иерархия нормативных правовых актов, объединяющим фактором для которых служит наличие общего объекта регулирования. Система науки корпоративного права – это внутренняя структура науки корпоративного права. Система науки корпоративного права значительно отличается от системы отрасли права.

Корпоративное право занимает достаточно небольшую часть системы гражданского права, касающуюся даже не юридических лиц в целом, а определенных организаций, участвующих в гражданском обороте, именуемых хозяйствующими субъектами, т. е. занимающихся предпринимательской деятельностью в качестве основной, а также затрагивает системы других отраслей российского права.

Система права, система законодательства и система науки теснейшим образом взаимосвязаны, поскольку и система законодательства, и система науки отражают, по сути, систему права как таковую. Система права отличается от системы законодательства тем, что система законодательства выступает средством выражения системы права, как бы внешним фактором по отношению к системе права.

Поскольку корпоративное право – комплексный правовой институт, в его систему органично входят правила и нормы ряда правовых отраслей: гражданского, административного, трудового, финансового, международного права.

По своей структуре система корпоративного права как комплексного правового института включает в себя следующие разделы:

общие положения о корпорациях как коммерческих юридических лицах с функцией отделения управления от собственности (хозяйственные общества);

правовое положение общества с ограниченной ответственностью;

правовое положение общества с дополнительной ответственностью;

правовое положение акционерного общества;

правовое положение дочерних и зависимых обществ;

правовое положение объединений корпораций;

корпоративное управление;

государственное регулирование корпоративной деятельности;

договорная работа в корпорациях;

регулирование труда в корпорациях.

Следует подчеркнуть, что правовое регулирование деятельности производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий и некоммерческих организаций не относится к предмету правового регулирования корпоративного права и потому не входит в систему корпоративного права Российской Федерации. Что же касается правового регулирования деятельности хозяйственных товариществ, представляется, что данная организационно-правовая форма юридического лица не в полной мере соответствует рассматриваемому ниже понятию «корпорация» в силу преобладания в ней «личного элемента» над элементом капиталистическим.

Система науки корпоративного права отличается от системы института как по содержанию, так и по объему. Предметом изучения науки корпоративного права является корпоративное право как правовой институт, но система науки корпоративного права шире, чем система института корпоративного права, поскольку система науки корпоративного права включает в себя такие разделы, как история корпоративного права, зарубежные модели корпоративного права и т. д.

Системность права способствует правильному правоприменению, логично построенному процессу изучения права, адекватному восприятию. При восприятии права в системе складывается о нем представление как о целостном и взаимосвязанном организме, частицы которого тесно взаимосвязаны. Системе права должна соответствовать система законодательства. Система законодательства является выражением системы права. Законодательство постоянно совершенствуется, появляются новые нормы, изменяются старые, поэтому необходимо постоянно совершенствовать систему законодательства, для этого существуют такие процедуры, как систематизация законодательства.

Систематизация законодательства – это деятельность компетентных органов по приведению законодательных актов в соответствие с системой права. Систематизация законодательства возможна несколькими способами, например, путем проведения кодификации, консолидации или инкорпорации. Для России наиболее характерен метод кодификации, представляющий собой наибольшую степень систематизации.

Известно, что под нормой в самом широком смысле понимается руководящее начало, правило, используемое во взаимосвязях человека с природой, материальными объектами (несоциальные нормы), а также во взаимоотношениях между людьми (социальные нормы).

Нормы поведения вносят в общественную жизнь стабильность, порядок, придают ей определенность и устойчивость тем, что они являются ориентирами для людей, направляя их деятельность в определенное русло. С помощью социальных норм достигается упорядоченность связей между людьми, и в этом состоит их основное назначение.

Если же обратиться к терминам правовой науки, необходимо вспомнить, что любая отрасль права является упорядоченной субстанцией, она объединяет в себе множество правовых институтов, субинститутов, объединенных иногда в более целостные образования – подотрасли. Так или иначе все образования внутри отрасли права и сама отрасль состоят из исходных элементов – норм права [67] . Составными единицами корпоративного права Российской Федерации являются корпоративные нормы. Корпоративные нормы органично вписываются в правовой институт и образуют в совокупности особый межотраслевой правовой институт – корпоративное право Российской Федерации.

Корпоративные нормы – одна из разновидностей правовых норм. Так, И.М. Хужокова считает, что под нормой корпоративного права Российской Федерации признается установленное (путем, например, издания закона) или санкционированное (путем предоставления права заключить нормативный договор) государством правило поведения, являющееся общеобязательным и формально определенным, которое устанавливает обязанности и определяет права участников корпоративных правоотношений [68] .

Такие нормы корпоративного права по общему правилу содержатся в источниках корпоративного права Российской Федерации: законах, подзаконных нормативных правовых актах, нормативных договорах субъектов корпоративного права Российской Федерации.

Несколько иную точку зрения на корпоративные нормы высказывает Т.В. Кашанина, утверждая, что они разрабатываются органами управления корпорацией и адресуются ее членам (учредителям, акционерам, менеджерам, наемным работникам), и различая, таким образом, два основных вида корпоративных норм :

а)  несоциальные корпоративные нормы . Они регулируют отношения членов корпорации с какими-либо материальными объектами, используемыми в их деятельности. Среди них можно выделить:

нормы технические (например, правила работы с ПЭВМ, правила эксплуатации «х» – агрегата, машины и т. п.);

санитарно-гигиенические (например, правила уборки помещений после окончания работы);

физиологические (например, инструкция о порядке ношения летней и зимней форменной одежды);

биологические (например, о порядке использования респиратора в период массовой эпидемии гриппа) и другие;

б)  социальные корпоративные нормы . Это правила поведения, изданные на предприятии и регулирующие отношения между людьми (между участниками корпорации, ее работниками, между сотрудниками корпорации и кредиторами, между работниками корпорации и клиентами и т. п.). При этом указанный автор подчеркивает разноплановость социальных корпоративных норм, которые могут быть выражены как:

корпоративные обычаи (например, обычай удостаивать каждого тысячного покупателя (клиента) небольшим подарком);

корпоративные традиции (например, публичное поздравление именинников);

этические нормы (например, встречать каждого клиента фирмы приветствием и определенной информацией о фирме);

эстетические нормы (например, украшение интерьера помещений фирмы цветами, ношение ее работниками радующей глаз форменной одежды и т. п.);

деловые обыкновения (например, выдача работникам письменных заданий на день или проведение «планерок», «разборов», «пятиминуток» и т. п.);

правовые нормы (например, выплата дивидендов в конце каждого полугодия) [69] .

К рассмотрению корпоративных норм необходимо подходить комплексно. Так, в системе корпоративных норм должен выделяться блок общеобязательных и формально определенных правил поведения , которые устанавливают обязанности и определяют права участников корпоративных правоотношений. Но вместе с тем существует и другой блок корпоративных норм, издаваемых внутри самой корпорации и регулирующих зачастую наиболее важные отношения, складывающиеся на предприятии, а потому являющихся самыми значимыми среди других корпоративных норм.

Именно поэтому рассмотрению ряда признаков, присущих этим «внутрикорпоративным нормам», необходимо уделить больше внимания.

Так, в своем учебном пособии Т.В. Кашанина отдельно рассматривает общие и особенные признаки таких норм, относя, в частности, к числу общих признаков корпоративных норм следующие.

1. Корпоративные нормы, принимаемые самой корпорацией, регулируют не отдельный случай или конкретное общественное отношение, а типичные ситуации или вид отношений, имеющих место в корпорации, и в этом плане можно говорить о создании с их помощью моделей корпоративных отношений.

Типичность, как правило, проявляется в существующих отношениях, однако она может касаться и новых социальных связей, повторяемость которых в будущем предполагается с большой степенью вероятности. К примеру, строительная корпорация «Экипаж», начиная в 1993 г. строить одно-, двух-, трехкомнатные квартиры в г. Москве, делала предположение, что она наберет достаточное количество заказчиков, если установит цену для одного квадратного метра жилья в размере 500 долларов.

2. Внутрикорпоративные нормы рассчитаны на многократное повторение. Урегулировав одну ситуацию, они начинают действовать вновь при аналогичных обстоятельствах. Торговая фирма, получив очередную партию товара, снова, как и в отношении проданной партии, вывешивает на каждый ее образец табличку с указанием необходимой информации: цены, размера, страны-изготовителя, фирмы-изготовителя и т. п.

3. Корпоративные нормы, принимаемые органами управления корпорацией, имеют общий характер, т. е. рассчитаны сразу на многих лиц, поименно не указанных. Неперсонифицированность, отсутствие указания на конкретного адресата – один из главных признаков данного вида норм. Если, предположим, в уставе акционерного общества зафиксировано, что дивиденды выплачиваются ежегодно, то при наличии необходимой прибыли и решения общего собрания, утвердившего предложение совета директоров об их размере, дивиденды должны получить все без исключения акционеры данного акционерного общества.

По субъекту корпоративные нормы отличаются от норм, издаваемых государством, тем, что они имеют точную количественную определенность. Они так же, как и нормы законодательные, неперсонифицированы. Но если круг субъектов, по отношению к которым применяется общегосударственная норма права, не определен ни количественно, ни тем более качественно или персонально, то субъект корпоративной нормы всегда имеет точную количественную характеристику: коллектив наемных работников предприятия ограничивается штатным расписанием, общество с ограниченной ответственностью – количеством членов в нем, акционерное общество – количеством акционеров и т. д. Качественные же характеристики коллективного образования могут меняться. Движение внутри коллектива опосредуется такими юридическими средствами, как прием на работу – увольнение персонала, прием в общество с ограниченной ответственностью – выход из него, заключение – расторжение трудового контракта с менеджерами, купля-продажа акций и др. Эта особенность несколько приближает корпоративные нормы к договорным, в которых устанавливается и количественный, и поименный состав участников.

Как ни странно, но сфера действия внутрикорпоративных норм территорией предприятия не определяется. В состав открытого акционерного общества включается любой гражданин, который купит акции. Даже не выполняя какой-либо работы и являясь только акционером, он обязан подчиняться корпоративным нормам, изложенным в уставе акционерного общества. Решающее значение имеет членство в коллективе товарищей, акционеров, наемных работников, а не функция, которую выполняет та или иная корпорация (ее структурное подразделение) либо работник.

Волевое содержание внутрикорпоративных норм весьма существенно отличается от волевого содержания норм, принятых на законодательном уровне. Содержание корпоративных норм составляет воля коллектива корпорации.

Рассматривая волевое содержание внутрикорпоративных норм, все авторы, обращавшиеся к исследованию данного вопроса, подчеркивали их вторичность по отношению к нормам общегосударственным. Такое мнение сложилось в силу того, что начиная с 20-х гг. ХХ в. развитие права шло по пути жесткого регулирования всей производственной жизни из центра. Передача предприятиям полномочий государства по упорядочению каких-либо сторон их жизни прямо оговаривалась в специальных нормативных актах государственных органов, например в Положении о выплате вознаграждения по итогам за год (тринадцатой зарплаты). Кроме того, переданные полномочия, как правило, носили «урезанный» характер. В том же Положении устанавливались, в частности, основания выплаты тринадцатой заработной платы. Волевое начало коллективов в корпоративных нормах играло незначительную роль.

В настоящее время у коллективов корпораций имеются все предпосылки, чтобы наполнить свои правовые нормы собственным волевым содержанием. Основанием для этого является законодательное закрепление презумпции: «Разрешено все, что не запрещено».

Способ формирования корпоративных норм , принимаемых внутри корпорации, делает их весьма отличными от норм, носящих законодательный характер. Если общегосударственные нормы все же основаны на «навязывании» воли извне, то корпоративные нормы строятся чаще всего по принципу согласования мнений, выражают баланс интересов управляющих и акционеров, а также интересов наемных работников. Корпоративные нормы характеризуются соединением в одном лице субъекта и объекта регулирования (если корпоративная норма принимается общим собранием) либо сближением субъектов, принимающих решение и исполняющих его (если корпоративная норма принимается советом предприятия, его правлением). Общепризнано, что нормативные решения действуют должным образом лишь в случае принятия их теми, кто обязуется им повиноваться и кто участвовал в их разработке, т. е. членами коллектива корпорации. Участие каждого члена коллектива в нормотворчестве свидетельствует о повышении роли человеческого фактора, меры свободы людей, о развитии демократических начал в обществе.

Санкции внутрикорпоративных норм могут носить самостоятельный характер. Анализ корпоративных актов предприятий показывает, что в основном они воспроизводят либо детализируют санкции, установленные в нормативных актах, изданных государственными органами. Представляется, что это результат общей неразвитости корпоративного регулирования в нашей стране.

Однако можно заметить, что процесс формирования корпорациями своих собственных санкций набирает силу. Правда, он в основном идет «под маркой» лишения благ или льгот, имеющих место или установленных на том или ином предприятии. Но не только косвенным путем формируется комплекс собственно корпоративных санкций. На некоторых предприятиях они формулируются прямо и непосредственно, например: обеспечение фронтом работ в последнюю очередь (асфальтоукладчика), перевод на ближние (внутригородские) перевозки (водителя), помещение фотографии на доску нарушителей трудовой дисциплины (правда, это весьма спорная санкция) и т. п.

Во всяком случае, при рассмотрении вопроса о санкциях корпоративных норм нужно исходить из того, что государство обязано позаботиться о социальной защищенности работников и при этом предоставить администрации возможность маневрировать рабочей силой. Передача коллективам корпораций правомочий по установлению санкций за правонарушения не приведет к дезорганизации общественной системы, однако может способствовать повышению эффективности работы предприятий.

Одним из первых исследователей корпоративного регулирования (еще в советский период) стал Р.И. Кондратьев – автор известной работы, посвященной сочетанию централизованного и локального регулирования [70] . Подчеркивая взаимосвязь централизованных и локальных норм права, исследователь показывал влияние локальных норм на развитие законодательства и отмечал, что разработка и принятие таких норм на предприятии – одно из звеньев в системе правотворчества. Рассматривая проблему соотношения норм, принимаемых органами корпорации, с корпоративными законодательными нормами, мы вслед за Р.И. Кондратьевым ответим на вопрос: «Вправе ли предприятия издавать свои нормы не на основе общих норм, а руководствуясь только принципами права?» На указанный вопрос Р.И. Кондратьев отвечает отрицательно, полагая при этом, что «юридический вакуум» должен быть заполнен в данном случае каким-либо промежуточным нормативным актом (типовыми положениями, правилами, инструкциями, рекомендациями), нормы которого были бы менее общими.

Конечно, сегодня социально-политическая обстановка изменилась настолько, что можно говорить об изменении социального строя. Именно это заставляет перейти от рассмотрения внутрикорпоративных норм как восполняющих пробелы в нормативной системе и имеющих дополнительный, субсидиарный характер к признанию за ними самостоятельного регулирующего значения.

Как подчеркивает в указанной ранее работе Т.В. Кашанина, сейчас стоит задача сделать государственное регулирование минимальным, избирательным, упорядочивающим лишь то, чем нельзя не управлять из центра. За коллективами же закрепляется право не только доурегулировать и конкретизировать, а урегулировать самостоятельно все то, что не относится к сфере законодательного закрепления.

Понятия «законодательные корпоративные нормы» и «корпоративные нормы, принятые внутри организации» должны рассматриваться не как подчиненные, а как соподчиненные [71] .

Теперь затронем вопрос их соотношения.

В нормативной правовой системе внутрикорпоративные нормы должны занимать подобающее им место. Их число не должно быть слишком ограниченным, поскольку «вакуум» в регулировании жизни коллектива все равно чем-то будет заполнен: либо его захлестнет анархия, либо порядок в корпорации будет наводиться «государственной рукой».

Но и чересчур большое число корпоративных норм, принятых самой корпорацией, вряд ли будет полезным. Они призваны отражать волю коллектива, но в то же время не должны сводить на нет волю индивидов. Внутрикорпоративная «заурегулированность» может ограничить свободу действий каждого члена коллектива.

Таким образом, корпоративными нормами должны регулироваться не все отношения, складывающиеся в организации, а лишь те из них, которые затрагивают основы жизни коллектива (использование финансов, организацию производства, установление условий труда, поощрение работников, порядок применения мер ответственности и т. п.). Отношения, которые не вызывают опасности дезорганизации жизни коллектива, могут быть урегулированы нормами индивидуальными, в частности договорными. Нужно иметь в виду, что коллектив складывается из отдельных личностей, у каждой из которых есть свои специфические интересы. Они не всегда совпадают с интересами коллективными. Подчинение личностных интересов коллективным по основным вопросам производственной жизни оправданно, но вопросы, носящие несущественный характер, лучше дать возможность члену коллектива решать самостоятельно.

Признание самостоятельного регулирующего значения корпоративных норм вовсе не означает выведения их за рамки понятия права.

Что же позволяет отнести корпоративные нормы, принятые внутри коллектива, к нормам права или, если поставить вопрос иначе, в чем проявляется правовая природа корпоративных норм?

Такие корпоративные нормы являются правовыми, поскольку они самым тесным образом связаны с нормами общегосударственными. На этот счет можно привести ряд аргументов.

В нормах общего действия предусматривается возможность коллектива регулировать свое поведение самостоятельно. Однако на разных этапах истории Советского государства эта возможность носила неодинаковый характер.

В последнее время законодатель перешел к закреплению презумпции компетентности предприятий на издание корпоративных норм. Это означает, что предприятия могут самостоятельно решать не только те вопросы, по которым законодатель сформулировал общие нормы, но и те, которые он оставил без внимания. Следовательно, соотношение законодательных и корпоративных норм стало характеризоваться не подчиненностью, а соподчиненностью.

В общих нормах определяются направления корпоративного регулирования путем указания на цели, задачи общества, государства, того или иного нормативного акта либо на назначение того или иного вида деятельности. Так, в преамбуле Закона РФ от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» декларируется, что его целью является создание условий для осуществления права граждан на свободный выбор способа удовлетворения потребности в жилье, а также улучшения использования и сохранности жилищного фонда. Поэтому ЖЭК, устанавливая для обслуживаемых им жильцов какие-либо нововведения, обязан руководствоваться данной нормой. Допустим, определяя плату за санитарно-техническое обслуживание жилого фонда, ЖЭК должен стремиться не только к максимальному получению прибыли, но и к повышению сохранности жилья, а также находящегося в нем оборудования.

Законодатель указывает и пределы внутрикорпоративного регулирования. Например, статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ (далее – ТК РФ) оговаривает, что условия оплаты труда работников, установленные в законодательстве, корпоративными нормами не могут быть ухудшены. Ограничительное значение имеет и законодательная норма, определяющая запрещенные виды деятельности.

Корпоративные нормы, принимаемые самими корпорациями, так же как и нормы общего действия, должны соответствовать природе права, выражающей начала справедливости, принципам права (общим, отраслевым, межотраслевым), составляющим его стержень. Так, принцип демократизма не дает права администрации по собственной воле без обсуждения и учета мнения представительного органа работников произвести массовое сокращение персонала. Практика же показывает, что таковое не всегда испрашивают. Обращения советов трудовых коллективов в суд по этому вопросу породили новую категорию дел.

Нормы, изданные государством, в определенных случаях предусматривают и процедуру принятия норм внутри корпорации. Согласно статье 103 ГК РФ такие вопросы, как изменение устава акционерного общества, его уставного капитала, избрание членов совета директоров, ревизионной комиссии, образование других исполнительных органов, утверждение годовых отчетов, бухгалтерских балансов, распределение его прибылей и убытков, а также вопрос о реорганизации или ликвидации общества могут решаться только общим собранием акционерного общества.

Внутрикорпоративные нормы по своему содержанию не должны противоречить нормам общегосударственным. Положение о том, что нормы, имеющие меньшую юридическую силу, не могут противоречить нормам, обладающим большей юридической силой, зависящей от местоположения правотворческого органа в иерархии государственных структур, является одной из юридических аксиом. Ее применение при соотнесении корпоративных и законодательных норм является обязательным.

И наконец, о самом главном, что подтверждает правовую природу корпоративных норм. Нормы, принимаемые самой корпорацией, могут обеспечиваться государственным принуждением. Правда, следует заметить, что оно зачастую носит опосредованный и дополнительный характер. Так, например, руководитель предприятия может самостоятельно решить вопрос об увольнении нерадивого работника, поставив об этом в известность профсоюзный орган, если таковой на предприятии имеется. Но если уволенный не согласится с решением об увольнении и предъявит в суд иск, то суд будет обязан перепроверить все обстоятельства дела и, не найдя нарушений, подтвердить окончательно (уже от имени государства!) применение данной санкции.

Специальные правоприменительные органы также помогают ликвидировать ошибки в наложении санкций на основе корпоративных норм, поскольку право обжалования любой из них закреплено законом.

Абзац 2 ч. 2 ст. 48 ГК РФ прямо устанавливает, что к юридическим лицам, в отношении которых их участники имеют обязательственные права, относятся хозяйственные товарищества и общества, производственные и потребительские кооперативы.

Однако на протяжении истории учеными высказывались самые противоречивые точки зрения на природу правоотношений, возникающих между корпорацией и ее участниками.

Так, например, анализируя взаимоотношения между таким видом корпораций, как акционерное общество, и ее участниками – акционерами, И.Т. Тарасов пришел к выводу, что права акционера по своей природе являются вещными и поэтому «акционер обязан отвечать своей долей за компанию» и «акционер имеет право на получение обратно своей доли капитала согласно закону и уставу» [72] .

Безусловно, с представленной точкой зрения нельзя согласиться. Непосредственная связь с имуществом, внесенным в качестве взноса в уставный капитал, акционером утрачивается. Как закреплено в действующем законодательстве, при прекращении деятельности акционерного общества лицо получает не свой первоначальный взнос, а часть имущества, пропорционально размеру его участия в формировании уставного капитала. В разъяснении, данном высшими судебными инстанциями, указано, что условия устава хозяйственного общества, предусматривающие право учредителя (участника) изъять внесенное им в качестве вклада имущество в натуре при выходе из состава хозяйственного общества, должны признаваться недействительными, за исключением случаев, когда такая возможность предусмотрена законом [73] .

Некоторые ученые считают, что между корпорацией и ее участником складываются отношения, обязательственные по своей природе.

Так, О. Ломидзе считает, что доля участника (акция) выражает обязательственное право, которое участник имеет в отношении общества [74] . Точки зрения об обязательственной природе прав акционеров придерживается и В.В. Долинская [75] .

П.Н. Гуссаковский полагал, что обязательственные отношения связывают не только отдельного акционера и акционерное общество, но и акционеров между собой. Содержание последнего правоотношения сводится к следующему: акционеры согласились между собой предоставить определенные суммы для устройства и эксплуатации предприятия и не отступать при эксплуатации акционерного предприятия от тех постановлений закона и устава, которыми регулируется деятельность общества. Исходя из этого, автор утверждает, что во всех случаях принятия незаконного решения общим собранием акционеров, причинившим вред другим членам общества, на голосовавших за принятие такого решения акционеров может быть возложена обязанность возместить вред. При этом не имеет значения, знал ли заранее акционер о возможности причинения вреда, действовал ли он по неосторожности или умышленно [76] .

Некоторые ученые высказывают взгляды о смешанном характере правоотношений, складывающихся между корпорацией и ее участниками, и, как представляется, занимают наиболее обоснованную позицию.

Е.А. Суханов отмечает корпоративный, а не обязательственный характер отдельных прав участников. «Благодаря корпоративным правам участники корпорации (хозяйственного товарищества, общества, кооператива и так далее) могут участвовать в различных формах в управлении корпорацией и ее имуществом. Реализуя свои корпоративные права, участники корпорации влияют на формирование воли данного корпоративного образования, являющегося самостоятельным субъектом гражданского права – юридическим лицом. Такая ситуация нетипична для гражданско-правового регулирования, так как по общему правилу в гражданском обороте субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента» [77] .

Следует согласиться с В.П. Мозолиным, который указывает, что «характеристика прав акционеров по отношению к обществу как обязательственных не является точной. Данное положение находится в противоречии с понятием обязательства (ст. 307 ГК РФ), в котором стороны выступают в качестве независимых друг от друга участников правоотношений. Внутренние отношения между акционерами, с одной стороны, и обществом – с другой, неразрывной частью которых являются и отношения, связанные с имуществом последнего, строятся по совершенно иной модели. Это – отношения участия (членства) в делах данного общества, в том числе и в решении вопросов по управлению и распоряжению его имуществом. Соответственно, данные отношения касательно прав и обязанностей акционеров регулируются нормами акционерного права. Акционеры общества находятся на положении его хозяев, а не посторонних лиц. Обязательственные отношения между акционерами и обществом могут возникать лишь по требованиям, то есть тогда, когда акционеры изменяют свой правовой статус, переходя на положение обычных внешних кредиторов или должников по отношению к обществу» [78] .

По мнению М.М. Агаркова, «отношения между акционерами и акционерным обществом не могут быть отнесены к чисто обязательственным правоотношениям. Акционеру принадлежат прежде всего корпоративные права…» [79] .

Т.В. Кашанина считает, что отношения, складывающиеся в акционерном обществе, носят смешанный характер. Так, «у акционера есть корпоративное право – участвовать в управлении акционерным обществом. Он обладает также обязательственными правами: правом требовать выплаты объявленных дивидендов; правом на причитающуюся долю имущества, оставшуюся после ликвидации акционерного общества» [80] .

А.И. Каминка высказал мнение, что права акционеров «представляют своеобразные особенности сравнительно со структурой индивидуальных обязательственных прав, они носят специфическую корпоративную окраску, сущность которой заключается в элементе господства компании, как таковой, над отдельными ее участниками» [81] .

В.А. Белов и Е.В. Пестерева указывают, что «права, возникающие из факта участия лица в формировании имущества хозяйственного общества, в литературе принято именовать правами участия (в делах и капиталах), или корпоративными правами. Права участия в делах и капиталах акционерного общества нередко называют также акционерными правами» [82] .

П.В. Степанов определяет корпоративные отношения как внутренние отношения (отношения внутри организации), которые связаны с реализацией и защитой прав участника организации, или, другими словами, корпоративных прав. При этом автор ведет речь о таких правах, которые предоставляются субъекту как участнику организации. Такими правами, по его мнению, являются право на участие в управлении, право на получение информации о деятельности организации, право на получение части имущества при ликвидации организации, право на получение части прибыли от деятельности организации, право на пользование услугами организации, включая право на обращение к организации для защиты своих субъективных прав. Содержанием корпоративных отношений выступают не только корпоративные права, но и корпоративные обязанности. На члене организации лежит обязанность по оплате своего членства, обязанность по неразглашению конфиденциальной информации о деятельности организации. Следовательно, корпоративные отношения – это только такие внутренние отношения, которые связаны с реализацией и защитой внутриорганизационными способами и средствами корпоративных прав и с исполнением корпоративных обязанностей. При этом П.В. Степанов полагает, что корпоративные отношения как отношения внутренние представляют собой отношения с участием членов корпоративной организации [83] .

И, наконец, указанный автор формулирует следующее определение корпоративных отношений: это возникающие между корпоративной организацией, ее членами и третьими лицами (управляющими) организационные отношения имущественного характера, связанные с реализацией корпоративных прав и их защитой внутриорганизационными способами и средствами, а также с исполнением корпоративных обязанностей [84] .

Поскольку, как отмечалось ранее, П.В. Степанов относит к корпоративным правам все основные права участника корпорации, то фактически он относит к корпоративным все отношения, возникающие между корпорацией и ее участниками.

Помимо этого, П.В. Степанов указывает в своем определении, что корпоративные отношения связаны с защитой корпоративных прав внутриорганизационными способами и средствами. «Вне организации такого рода отношения не перестают быть отношениями по защите прав членов, как, например, отношения, связанные с обращением в юрисдикционные органы для защиты своих прав. Но такие отношения уже нельзя рассматривать как корпоративные, поскольку для защиты права используются уже другие, не корпоративные способы и средства» [85] .

Нельзя согласиться с этим положением, поскольку правоохранительные отношения, возникающие при обращении в юрисдикционные органы за защитой права, не перестают от этого быть отношениями между корпорацией и ее участниками с присущей им спецификой.

Думается, что сам по себе критерий, положенный в основу выделения корпоративных отношений – «внутри общества», не является определяющим. Внутри общества и в связи с реализацией прав, понимаемых автором как корпоративные, могут складываться и обязательственные отношения. Однако сам автор их разграничивает, указывая, что корпоративные отношения строятся не по схеме «должник – кредитор», а по схеме «участник– организация» [86] . Если такие отношения и можно называть корпоративными, то только с натяжкой.

Думается, что отграничение обязательственных и собственно корпоративных отношений нужно проводить именно по сфере складывающихся отношений. Корпоративные отношения связаны с управлением корпорацией. Само по себе понятие управления уже неприменимо к складывающимся между корпорацией и участниками обязательственными отношениями. Ведь обязательство в его гражданско-правовом смысле построено именно на равенстве его сторон, в то время как равенство сторон корпоративных отношений изначально исключено.

Именно присутствие управленческого элемента, не типичное для обязательственных гражданско-правовых отношений, в некоторой степени приближает их к предмету административного права. Однако все же в него указанные отношения входить не могут.

Как отмечают ученые – представители науки административного права Б.Н. Габричидзе, А.Г. Чернявский, – административно-правовые отношения напрямую связаны с практической реализацией задач, функций и полномочий исполнительной власти. Отсюда их публичный характер, выраженный в них государственный интерес [87] .

Д.М. Овсянко считает, что «административное право – одна из самостоятельных отраслей права, представляющая собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения в сфере исполнительной власти (государственного управления)» [88] .

Л.Л. Попов прямо указывает, что не все общественные отношения, по своей природе являющиеся управленческими, могут быть отнесены к предмету административного права. В частности, это отношения, возникающие в связи с функционированием негосударственных формирований (общественные объединения, коммерческие структуры и т. п.). Так, назначение внутрипрофсоюзных, внутрипартийных и подобных им управленческих отношений состоит не в выражении интересов государства, а в обеспечении необходимой самоорганизации (организации собственных дел) [89] .

Д.Н. Бахрах полагает, что предметом административного права являются «властеотношения, которые возникают в процессе формирования и функционирования государственной администрации (за исключением тех, которые регулируются нормами иных отраслей права), а также отношения, возникающие при применении любыми уполномоченными правом субъектами мер административно-правового принуждения, иных мер административного воздействия, рассмотрении во внесудебном порядке жалоб граждан» [90] .

Как представляется, корпоративные отношения имеют сходство с отдельными видами хозяйственных обязательств. Трехчленная классификация хозяйственных обязательств была дана в одноименной работе «Хозяйственные обязательства» И.А. Танчук, В.П. Ефимочкина, Т.Е. Абовой в 1970 г.

Как известно, указанные авторы подразделили хозяйственные обязательства на следующие три группы:

обязательства товарно-денежного характера или обязательства между предприятиями;

внутрихозяйственные обязательства;

хозяйственно-управленческие обязательства.

При этом авторы оговорились, что отношения, регулирующие организационно-плановую деятельность, законодатель регулирует как обязательства, поскольку признает это целесообразным. В подобных случаях происходит не расширение сферы действия норм гражданского законодательства, а использование формы, сложившейся в области гражданского права и получившей относительную самостоятельность как особой правовой категории [91] .

Далее изучение хозяйственных обязательств было продолжено В.С. Мартемьяновым, дополнившим предложенную ранее трехчленную классификацию, которая стала выглядеть следующим образом:

оперативно-хозяйственные обязательства;

внутрихозяйственные обязательства;

хозяйственно-управленческие обязательства;

территориально-хозяйственные обязательства [92] .

Отношения, складывающиеся в процессе воспроизводства в рамках отдельного предприятия между его внутренними подразделениями, подвергаются регулирующему воздействию правовых норм и принимают форму внутрихозяйственных правоотношений.

Субъектами внутрихозяйственных отношений выступают предприятие в целом и его структурные звенья, организующие и ведущие хозяйственную деятельность. Возникающие между ними отношения можно подразделить на две группы:

а) отношения, складывающиеся по вертикали в процессе руководства хозяйственной деятельностью между соподчиненными субъектами либо по горизонтали между несоподчиненными субъектами, например, двумя органами хозяйственного руководства;

б) отношения, складывающиеся по горизонтали между внутренними подразделениями предприятия в процессе осуществления хозяйственной деятельности.

В вертикальных обязательствах предприятий и их подразделений характерно определение для подразделения показателей, которых оно должно достичь, а для другой стороны – определение необходимых для достижения показателей материально-финансовых предоставлений, обеспечение условий для производства, порядка взаимодействия с другими участниками производственного процесса.

Для горизонтальных обязательств (группы «б») взаимодействующих подразделений, связанных двухадресным плановым актом или договором или одновременно тем и другим, характерным является для одной стороны обязанность передачи продукции, выполнения работ, оказания услуг в пользу другой стороны, а для другой – обеспечение условий для их выполнения.

Источниками правового регулирования обязательственного внутрихозяйственного взаимодействия являются локальные нормативные акты предприятий .

По своей конструкции собственно корпоративные, управленческие отношения, возникающие между корпорацией и ее участниками, весьма схожи с вертикальными внутрихозяйственными отношениями по руководству хозяйственной деятельностью. Корпоративные отношения также имеют среди источников правового регулирования локальные нормативные акты и среди них прежде всего устав. Возникают корпоративные отношения также между соподчиненными субъектами – между участниками, образующими в своей совокупности высший орган управления корпорацией, и самой корпорацией. Фактически же корпоративные отношения могут возникать по воле отдельных контролирующих корпорацию участников. Это происходит в том случае, когда некоторые участники вынуждены подчиняться решению общего собрания и воля отдельных участников оказывается решающей при принятии решения.

Если следовать логике, избранной перечисленными авторами концепции хозяйственных обязательств, то можно использовать сложившуюся в гражданском праве форму обязательства и для обозначения корпоративных отношений. Однако это не будет классическое гражданско-правовое обязательство в том смысле, который вкладывает в него статья 307 ГК РФ. При рассмотрении корпоративных отношений, складывающихся по поводу управленческой деятельности участников корпорации, действительно видно, что они, так же как и обязательства, представляют собой относительную правовую связь между указанными лицами. При этом обнаруживается, что участник, имея права в отношении корпорации и являясь ее кредитором по обязательству (а корпорация соответственно должником), может потребовать если не восстановления его конкретного нарушенного права, то, по крайней мере, признания решения общего собрания недействительным.

От обязательства в смысле статьи 307 ГК РФ корпоративное отношение коренным образом отличает именно та сфера, в которой оно складывается – сфера управления. Управление само по себе предполагает наличие двух подсистем – управляющей и управляемой – т. е. субъекта и объекта управления. Поэтому, как уже указывалось, субъекты корпоративных (управленческих) отношений изначально не могут находиться в равном положении, которое свойственно гражданско-правовым обязательствам.

Как отмечает Е.А. Суханов, в противоположность этому «в обязательственном праве с наибольшей силой проявляется специфика гражданско-правового регулирования. Здесь наиболее наглядно проявляется юридическое равенство сторон-товаровладельцев, самостоятельно определяющих характер и содержание своих взаимосвязей» [93] .

Управленческие отношения по своей сути являются отношениями организационными. О.А. Красавчиков определяет организационные отношения как «такие построенные на началах координации или субординации социальные связи, которые направлены на упорядочение (нормализацию) иных общественных отношений, действий их участников либо на формирование социальных образований» [94] .

Корпоративные отношения – отношения, возникающие между корпорацией и ее участником в связи с участием последнего в управлении корпорацией, безусловно, включают в себя определенные элементы субординации. Она проявляется прежде всего в том, что корпорация в целом должна подчиниться воле участников, вырабатываемой на общем собрании, как воле лиц, находящихся на положении хозяев корпорации. Подчиниться воле контролирующих корпорацию участников как воле самой корпорации вынужден и участник, не согласный с общим мнением и не имеющий возможности воздействовать на принятие решения общего собрания из-за незначительного размера доли участия в уставном капитале. Здесь также явно прослеживается элемент субординации.

Еще А.И. Каминка отмечал, что права и обязанности корпорации проистекают из отношений, в которых находится союзная личность (корпорация), как целое к отдельным лицам или союзным личностям, как своим членам. Основной принцип этих отношений – это неравенство союзной личности и отдельных ее составляющих лиц. И как ни велика в этом отношении разница между государством, с одной стороны, и корпорацией – с другой, существует все же аналогия между государственной властью, присущей первой, и корпорационной властью, имеющейся у второй [95] .

Безусловно, указанная специфика в корпоративных отношениях присутствует. Принцип господства воли большинства на общем собрании закреплен и на законодательном уровне (ст. 49, 58 Закона «Об акционерных обществах», ст. 37 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»), и уставами корпораций. Однако это влияние корпорации на своих членов не одностороннее, а взаимное, поскольку и они сами находятся на положении хозяев корпорации, а не посторонних лиц.

В то же время сама по себе процедура принятия решения общим собранием предполагает некое согласование воль отдельных участников. Так, в процессе проведения общего собрания общепринятым является обсуждение выносимых на голосование вопросов. В случае возникновения между отдельными акционерами или их группами корпоративных конфликтов ФКЦБ РФ (в настоящее время – Федеральная служба по финансовым рынкам России) в Кодексе корпоративного поведения рекомендовала органам корпораций проводить специальную работу по их предупреждению и урегулированию.

Кроме того, участник не обязан безусловно оставаться в числе членов корпорации в том случае, если принятые общим собранием решения не отвечают его личным интересам. Так, например, в случаях реорганизации акционерного общества или совершения крупной сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием в соответствии с Законом «Об акционерных обществах», а также внесения изменений и дополнений в устав общества или утверждения устава общества в новой редакции, ограничивающих права акционера, он имеет право потребовать от общества выкупа принадлежащих ему акций в случае, если он голосовал против принятия соответствующего решения или не принимал участия в голосовании (п. 1 ст. 75 вышеуказанного Закона).

Таким образом, очевидно, что корпоративные (управленческие) отношения строятся как на принципе субординации, так и на принципе координации.

Представляется возможным сформулировать следующее определение корпоративных отношений: корпоративные правоотношения в узком смысле – это правоотношения, возникающие в связи с участием членов корпорации в управлении посредством участия в общем собрании, контролем участников за деятельностью корпорации и получением информации о ее деятельности. Разграничение корпоративных и обязательственных отношений можно провести по сфере возникновения отношений – отношения складываются именно в сфере управления корпорацией. Соответственно, в связи с реализацией управленческих функций участники обладают особым правовым статусом – статусом субъекта управления по отношению к корпорации.

В более широком смысле под корпоративными правоотношениям и можно понимать правоотношения, возникающие в связи с осуществлением корпоративной деятельности, т. е. как правоотношения, возникающие внутри корпорации, так и вовне ее, связанные с участием (деятельностью) корпорации.

Относительно классификации правоотношений , возникающих между корпорацией и ее участниками, по общепринятому критерию «имущественные – неимущественные» в науке также не сложилось единого мнения. Как представляется, в процессе взаимодействия обществ и их участников складываются и те, и другие.

Е.А. Суханов, напротив, считает, что корпоративные отношения имеют четкую имущественную направленность, обусловленную самим характером деятельности организации как юридического лица [96] .

В.П. Степанов также утверждает, что корпоративные отношения, являясь организационными, относятся к категории имущественных. Аргументация его сводится к следующему. Он полагает, что в основе корпоративных отношений лежат экономические отношения коллективной собственности, т. е. отношения по присвоению материальных благ коллективом. Возможность участия в управлении корпоративной организацией и получение информации о ее деятельности членами является не чем иным, как специфическим проявлением экономических отношений коллективной собственности. Именно поэтому, как представляется указанному автору, можно сделать вывод об имущественной природе данных отношений [97] .

Однако все же кажется, что это совершенно не свидетельствует об имущественности указанных отношений, это говорит лишь о том, что они тесно связаны с имущественными отношениями по присвоению материальных благ. Конечно, члены корпорации участвуют в работе общего собрания не потому, что управление корпорацией является для них самоцелью. Конечной целью является именно получение от корпорации имущественных благ. Таким образом, участие членов корпорации в управлении ею тесно связано с имущественными отношениями по распределению прибыли корпорации, однако конечная цель, преследуемая участниками при вступлении ими в правоотношения по управлению корпорацией, не может свидетельствовать о самом имущественном характере таких отношений.

На особенность непосредственной цели организационных отношений указывал еще О.А. Красавчиков. Он обращал внимание, что организация как форма деятельности людей не является самоцелью; она каждый раз по своему содержанию и формам реализации предопределяется содержанием тех целей, к достижению которых устремляет свою деятельность человек или социальное образование. Вместе с тем организационное отношение обладает своей собственной целью – упорядочение, организованность, нормализация организуемых отношений. Содержание и формы упорядочения всецело подчинены тому, что упорядочивается, и поэтому организуемое и организационное отношения имеют одну и ту же цель, но это не исключает наличия непосредственной (ближайшей) цели организационного отношени я[98] .

Поскольку объектом корпоративного организационного отношения является организация других отношений, то думается, что и в этом нужно присоединиться к мнению О.А. Красавчикова о том, что организационные отношения по своей сути являются неимущественными.

Действительно, если рассмотреть, например, корпоративные отношения, складывающиеся по поводу сообщения акционерам о созыве их общего собрания или по поводу их права голосовать либо избирать определенных лиц в органы общества, то видно, что указанные отношения непосредственной связи с имуществом не имеют и поэтому не могут быть отнесены к категории имущественных. На это обращают внимание многие авторы. Так, П.В. Степанов указывает, что специфика права на участие в управлении состоит в том, что оно лишено имущественного содержания. Указанное право имеет чисто организационный характер. Право на управление, в отличие от организуемых с его помощью отношений, представляет право неимущественное и неличное [99] .

Н.И. Мирошникова также считает, что внутрикорпоративные отношения носят выраженный неимущественный характер и регулируются с помощью норм корпоративного права [100] .

С.Н. Братусь, отнеся организационные отношения к неимущественным, рассуждал следующим образом: «Различия между организационными и имущественными отношениями проистекают из того, что процессу непосредственного расширенного социалистического производства и тем самым процессу непосредственной хозяйственной деятельности предшествует деятельность по организации этого процесса. Это – неотъемлемый признак планового хозяйства.

Организационная деятельность может быть различная – по руководству хозяйством, по руководству социально-культурным строительством. То, что она направлена на имущественные цели, на то, чтобы создать необходимые условия, обеспечивающие хозяйственную деятельность, с которой связаны в период социализма имущественные отношения между ее непосредственными участниками, не означает, что организационные отношения, возникающие между регулирующими органами, становятся имущественными отношениями. <…> Организационные отношения – иной, чем имущественные, вид общественных отношений» [101] .

Более того, С.Н. Братусь отнес корпоративные права к личным неимущественным потому, что они, по его мнению, «неотчуждаемы, неотделимы от члена организации, потому эти права утрачиваются при выходе из нее» [102] .

Однако думается, что по этому критерию корпоративные, или, по терминологии указанного автора, членские, отношения как раз и нельзя отнести к личным неимущественным. Часть 1 ст. 150 ГК РФ устанавливает, что личные неимущественные права и другие нематериальные блага неотчуждаемы и непередаваемы другим способом. В отличие от них корпоративные права могут отчуждаться посредством отчуждения акции или доли участия в уставном капитале общества. Кроме того, важным признаком личных неимущественных прав является их направленность на выявление и развитие индивидуальности личности [103] . Корпоративные права такой направленности не имеют.

О.А. Красавчиков подразделил гражданско-правовые неимущественные отношения на личные неимущественные, отношения складывающиеся по поводу объектов творческой деятельности, и организационные отношения. Таким образом, О.А. Красавчиков отнес права, входящие в содержание отношений, складывающихся по поводу объектов творческой деятельности, и организационных отношений, к отчуждаемым [104] .

Среди отношений, возникающих между корпорацией и ее участниками, можно найти и отношения имущественные. Несомненно, обязательственные отношения, связанные с правом акционера на получение дивиденда и ликвидационной квоты, носят выраженный имущественный характер.

Кроме того, корпоративное (управленческое) правоотношение, как и обязательственное, является отношением, имеющим относительный характер, поскольку складывается оно всегда между конкретными субъектами.

Объектом правоотношения является то, по поводу чего оно (правоотношение) складывается. А складывается оно по поводу деятельности, определенного поведения обязанных лиц. Кроме того, иногда правоотношение может иметь и материальный объект – определенные материальные блага, вещи. Вывод об отнесении к объектам обязательства вещей в качестве материальных объектов является достаточно спорным. Возможно, что правильнее было бы называть указанный материальный объект предметом обязательства или предметом исполнения.

Однако это скорее спор о терминологии, чем о сути вопроса. Ведь никто не сможет отрицать, что, например, обязательственные отношения по поводу права акционера на получение дивиденда складываются как по поводу деятельности акционерного общества, направленной на выдачу акционерам дивиденда (как основного объекта), так и по поводу дивиденда – конкретной денежной суммы либо имущества.

Думается, что вывод о том, что объектом правоотношения является деятельность, одинаково применим и к обязательственным, и к корпоративным (управленческим) отношениям.

В противоположность этому А.М. Мартемьянова высказала точку зрения, что в силу своего сущностного характера организационные отношения не могут иметь самостоятельного объекта. Их объектом выступает объект того общественного отношения, которое возникает и развивается под воздействием организационного (управленческого) отношения [105] .

С этим нельзя согласиться, поскольку, как совершенно верно отмечает В.П. Мозолин, каждое гражданское правоотношение имеет свой объект. Безобъектных правоотношений не существует [106] .

Как представляется, организационные отношения имеют свой непосредственный объект, и нужно полностью согласиться с изложенной выше позицией О.А. Красавчикова о том, что им выступает упорядоченность организуемых отношений. Если организационное отношение и направлено на определенный объект организуемого им отношения, то лишь косвенным образом, путем непосредственного упорядочивающего воздействия на организуемое отношение.

Что касается объекта корпоративных (управленческих) отношений, то думается, что им является деятельность корпорации. Действительно, поскольку корпоративные отношения есть отношения организационные, то, как указывал О.А. Красавчиков, последние имеют своим объектом упорядоченность отношений, связей, действий участников организуемого отношения [107] .

Такая упорядоченность или организация отношений, связей, действий может проявляться только в деятельности корпорации, на которую и направлено упорядочивающее воздействие участников корпорации, и достигаться она (упорядоченность, организация) может через деятельность управляющих субъектов – участников корпорации. Таким образом, объектом корпоративных отношений в узком смысле является деятельность корпорации, поскольку именно на упорядочение ее деятельности направлено само участие членов корпорации в управлении ею.

Д.В. Ломакин также пришел к выводу, что объектом акционерного правоотношения, как и всякого другого правового отношения, является деятельность обязанных лиц [108] .

Содержание отношений, складывающихся в корпорации, образуют права и обязанности их сторон. Содержание обязательства должно быть определенным или, по крайней мере, определимым. «Если абсолютно никаких границ обязанности должника установить нельзя, отношение не имеет значения обязательства; никто не может быть обязан предоставить все, что угодно: если дело идет о предоставлении того, что угодно должнику, то в этом нет подлинной связанности, составляющей характерный признак обязательства; если – о предоставлении того, что угодно кредитору, должник оказывается в кабале, недопустимой с точки зрения современного правосознания» [109] . Думается, что эти положения об определенности и определимости содержания вполне применимы и к корпоративным (управленческим) правоотношениям.

Если проанализировать конкретное корпоративное правоотношение, например, складывающееся по поводу права акционеров избирать членов ревизионной комиссии, то можно прийти к этому выводу. Акционер имеет соответствующее право, а общество обязано совершить определенные действия для того, чтобы обеспечить реализацию права акционера: созвать общее собрание, обеспечить его информационными материалами, предоставить акционерам возможность выразить свою волю на собрании и т. д.

Таким образом, между корпорацией и ее участниками складываются как корпоративные (управленческие), так и обязательственные отношения.

Собственно корпоративными являются правоотношения, возникающие по поводу участия членов корпорации в управлении. Указанные правоотношения связаны с участием членов корпорации в работе общего собрания, контролем за деятельностью корпорации и получением информации о деятельности корпорации, а также с защитой прав членов корпорации на участие в управлении корпорацией. Разграничение корпоративных и обязательственных отношений можно провести по сфере возникновения отношений – сфере управления корпорацией. Соответственно, в связи с реализацией управленческих функций участники корпорации обладают особым правовым статусом – статусом субъекта управления по отношению к корпорации.

Особенностью указанных отношений является взаимосвязанность и взаимозависимость их субъектов. Это обусловлено сферой их возникновения. В процессе участия в управлении корпорацией ее участники вырабатывают волю корпорации посредством принятия решений на общем собрании; но при этом и сама корпорация оказывает влияние на своих участников, обязывая подчиняться его воле, выраженной в воле общего собрания. Из такой взаимосвязанности и взаимозависимости вытекает возможность совпадения интересов субъектов указанных отношений – корпорации и ее участников, что проявляется в возможности перехода прав и распространения обязанностей одних субъектов на других.

Особенность присуща и судебной защите корпоративного права участников на участие в общем собрании – суд может оставить без защиты нарушенное право, а корпорация, допустившая нарушение, может не понести ответственности. Это возможно, если голосование участника на общем собрании не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло причинения убытков данному участнику.

Перечисленные особенности правоотношений в сфере управления корпорацией не свойственны обязательствам. Поэтому рассматриваемые отношения являются по своей юридической природе не обязательственными, а корпоративными (управленческими).

Как отмечалось ранее, под корпоративными правоотношениями в широком смысле понимаются отношения, возникающие в связи с осуществлением корпоративной деятельности. В этот массив правоотношений входят как отношения, складывающиеся внутри корпорации (в том числе и собственно корпоративные – управленческие отношения), так и отношения вовне ее, связанные с участием (деятельностью) корпорации.

Все входящие в этот массив правоотношения уже нельзя отнести к организационным либо неимущественным. Их также нельзя однозначно определить как обязательственные или вещные. В рассматриваемую большую группу отношений будут входить и те, и другие. Иными словами, ее нельзя подвести под какую-либо из имеющихся классификаций на основе единого критерия. Так, например, к корпоративным правоотношениям в широком смысле можно отнести и отношения, складывающиеся в связи с формированием уставного капитала, выплатой дивидендов, и даже отношения, возникающие между корпорацией и третьими лицами, в том числе ее контрагентами по заключенным договорам и т. п., т. е. в указанный массив входят совершенно различные по своей юридической природе отношения. Единственной общей особенностью всех отношений группы будет их связь с деятельностью корпорации.

Правоотношение представляет собой общественное отношение, которое регулируется правовыми нормами той или иной отрасли права. К корпоративным правоотношениям можно отнести правоотношения, возникающие на основе участия субъектов в организационно-правовых образованиях – корпорациях.

Данные правоотношения имеют в своем содержании так называемые корпоративные права. Основания возникновения корпоративных правоотношений различны – участие в учредительном договоре, приобретение права собственности на акции и т. п. Благодаря корпоративным правам участники корпорации (преимущественно хозяйственного общества) могут участвовать в различных формах в управлении корпорацией и ее имуществом. Реализуя свои корпоративные права, участники корпорации влияют на формирование воли данного корпоративного образования, являющегося самостоятельным субъектом гражданского права – юридическим лицом. В соответствии с мнением некоторых исследователей, такая ситуация нетипична для гражданско-правового регулирования, так как по общему правилу в гражданском обороте субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента [110] . Осуществление корпоративных прав прямо или косвенно имеет своей целью удовлетворение имущественных интересов их носителей. Поэтому корпоративные права можно отнести к числу имущественных прав.

Поскольку в предмете корпоративного права, как было отмечено ранее, доминируют внутриорганизационные отношения, а среди корпоративных правоотношений также наибольший интерес представляют внутрикорпоративные отношения, стоит уделить особое внимание именно этой группе отношений, связанных с внутренней деятельностью корпораций. Ведь не случайно именно такие внутрикорпоративные или внутрифирменные отношения (как их определяет, в частности, Т.В. Кашанина) зачастую и сводятся к понятию «корпоративные отношения». И это не только и не столько отношения между самостоятельными в имущественном и хозяйственном плане подразделений. Как уже было отмечено, это – прежде всего разнообразные отношения внутри корпорации как единого и целостного образования, где объединяются такие разноплановые категории людей, как собственники, управляющие, наемные работники. Интересы этих людей порой бывают взаимоисключающими (например, собственники заинтересованы во вложении полученной прибыли в развитие производства, наемные работники – в ее распределении и потреблении). И именно нормы корпоративного права (с учетом их грамотного составления и применения) призваны помочь в достижении баланса этих таких различных интересов.

Упоминая о корпоративных отношениях в одной из глав своей книги, автор учебника «Гражданское право» Е.А. Суханов определяет их как отношения по управлению частными имуществами корпораций (компаний), которые складываются при управлении хозяйственными обществами и товариществами, носят имущественный характер и основаны на внесении участниками компаний определенного имущественного взноса в их капитал [111] . Содержание таких отношений указанный автор сводит к предоставлению членам (участникам) организации, которую они создали путем передачи ей части своего имущества, возможности в той или иной форме управлять ее делами (голосовать на общем собрании при принятии соответствующих решений, участвовать в органах ее управления, получать информацию о состоянии ее дел и т. д.) и участвовать в имущественных результатах ее деятельности (в распределении прибылей и убытков, остатка имущества при ликвидации организации и т. п.). Далее профессор Е.А. Суханов отмечает, что корпоративные отношения близки к обязательственным, поскольку тоже имеют относительный характер (оформляя взаимосвязи каждого члена корпорации со всей корпорацией в целом). Но здесь нельзя не согласиться с позицией Е.А. Суханова, что они возникают только между участниками конкретной организации, т. е. закрыты для иных субъектов имущественного оборота. В ряде случаев они на первый взгляд касаются не непосредственного использования корпоративного имущества, а только организации взаимоотношений участников, членов корпорации (что в наибольшей мере проявляется в некоммерческих организациях). В действительности все они имеют четкую имущественную направленность, обусловленную самим характером деятельности созданной организации как юридического лица [112] . Всем этим корпоративные отношения отличаются от обязательственных. Вместе с тем согласимся, что очевидная близость данных отношений дала возможность законодателю квалифицировать корпоративные отношения как разновидность обязательственных.

Исследователи корпоративного права предлагают вполне обоснованно деление внутрикорпоративных отношений на несколько видов [113] . Здесь в качестве наиболее важных из них традиционно называются отношения по управлению капиталами, находящимися в распоряжении корпорации. Не менее значимыми можно назвать отношения по использованию ее материальных ресурсов. Но, как можно справедливо отметить, финансовые и материальные ресурсы корпорации будут «лежать мертвым грузом», если в ней будет неудовлетворительно урегулирован процесс применения труда, если социальные вопросы, весьма значимые для работников, будут оттеснены в ее деятельности «на обочину». В конечном счете эффективность деятельности корпорации прямо зависит от того, насколько хорошо будут урегулированы эти вопросы [114] .

Поскольку, как уже было выявлено, наиболее распространенными и типичными корпорациями являются хозяйственные общества, а чаще всего – акционерные общества, то именно на примере акционерного общества можно раскрыть особенности внутрикорпоративных отношений, которые складываются между определенными группами участников этой корпорации.

Итак, если представить себе схему внутренних отношений акционерного общества, то становится понятным, что данная корпорация основана на взаимодействии интересов трех групп:

акционеров (вкладчиков), доверивших свои средства обществу;

органов управления, осуществляющих руководство обществом;

наемных работников, т. е. лиц, работающих на общество на основании трудового договора.

Из рассмотренного структурного состава следует, что ни одна из указанных групп не может по определению иметь доминирующего влияния в обществе. Напротив, как отмечает Т.В. Кашанина [115] , необходимо обеспечить целесообразное сочетание их интересов, при котором каждой группе отводится своя роль.

Указанное правило, безусловно, должно быть «возведено в абсолют». Но, к сожалению, как это зачастую происходит, на практике «расстановка сил» участников корпорации не всегда близка к идеалу. Причин этому может быть множество. В частности, множество проблем возникает в сфере отношений акционеров и корпорации в целом, достаточно «ожесточенно», например, в ряде компаний может также вестись борьба «за преобладающее влияние» – за контрольный пакет акций и за ряд других личных и особенно имущественных прав акционеров. В системе корпоративных отношений, в общем случае, отсутствуют взаимные права и обязанности акционеров, за исключением тех случаев, когда акционер приобретает дополнительные права и обязанности по отношению к обществу и становится тем самым лицом, обязанным по отношению к другим акционерам. Например, лицо, купившее 20 и более процентов голосующих акций общества и намеревающееся совершать сделки с самим обществом, обязано информировать общество о своей заинтересованности и получить согласие других акционеров на совершение этой сделки.

Если же говорить обо всей системе корпоративных отношений, то она построена на относительных правах (имущественных), т. е. на правах, возникающих из права собственности на акции. Носители этих прав – акционеры имеют, в общем случае, различные цели и интересы по отношению к обществу и по отношению друг к другу. Подобные расхождения интересов участников корпорации в случае отсутствия должных механизмов их целесообразного сочетания и упорядочения могут привести к конфликтам – так называемым «корпоративным конфликтам», изучению которых уже посвящаются некоторые исследования.Конечно, различие в интересах участников одной корпорации (хозяйственного общества) еще не является конфликтом. Но как только носители различных интересов предпринимают действия, направленные на реализацию их интересов, на достижение целей, отличных от целей других участников корпоративных отношений, возникает конфликт, т. е. столкновение, серьезное разногласие, противоборство сторон.Корпорация (чаще – акционерное общество) в корпоративном конфликте может выступать одновременно и как цель, и как сторона конфликта.Целью акционерное общество становится во всех случаях борьбы за контроль над обществом. Одновременно акционерное общество является стороной конфликта, поскольку через него действуют лица, контролирующие акционерное общество и использующие его в своих целях.Поэтому одними из первых мер, предпринимаемых в настоящее время государством для активизации ресурсной базы акционерного капитала, являются правовое обеспечение цивилизованных правил борьбы за контроль в акционерных компаниях, усиление ответственности за соблюдение законов по защите прав акционеров, создание эффективного механизма государственного регулирования рынка ценных бумаг.В новых условиях особенно остро встала проблема выработки системы взаимоотношений между управленцами компании и их владельцами (акционерами/инвесторами), а также другими заинтересованными сторонами (кредиторы, органы власти, служащие компании, партнеры компании), которая направлена на обеспечение эффективности деятельности компании и интересов владельцев и других заинтересованных сторон. Такая система и получила название системы корпоративного управления.В узком понимании корпоративное управление – это система правил и стимулов, побуждающих управленцев компании действовать в интересах акционеров. В широком смысле корпоративное управление – это система организационно-экономических, правовых и управленческих отношений между субъектами экономических отношений, интерес которых связан с деятельностью компании. Основной целью эффективного корпоративного управления является повышение доверия потенциальных инвесторов к механизмам привлечения инвестиций в компании и на этой основе повышение капитализации российской экономики в целом, а на уровне ее первичных звеньев – повышение уровня капитализации отечественных компаний. Главным условием достижения вышеуказанной цели, повышения эффективности и дальнейшего развития корпоративного управления в России является полный учет, анализ и обеспечение оптимального сочетания и удовлетворения интересов субъектов экономических отношений. Основным содержанием корпоративных отношений являются обязательственные отношения между акционерным обществом и его акционерами, каждый из которых стремится к реализации своих прав. Правам акционеров по отношению к обществу противостоят соответствующие обязательства общества, и наоборот – правам общества противостоят обязанности акционеров совершать определенные действия. В акционерных компаниях с большим числом акционеров, где каждый из них владеет незначительной частью акционерного капитала, акционеры уступают свои права по управлению компаний специально нанимаемым для этих целей управленцам. Таким образом, происходит разделение функций владения и управления. Разделение функций владения и управления компаниями не представляло бы серьезных проблем, если бы интересы владельцев и управляющих (менеджеров) полностью совпадали. Однако интересы эти расходятся. Более того, интересы различных категорий владельцев также могут серьезно различаться. Для того чтобы более четко понять сложную природу внутрикорпоративных отношений на более высоком уровне, необходимо рассмотреть положения ряда участников корпораций, список которых ряд исследователей предлагает расширить [116] .Итак, с точки зрения «углубленного» подхода к проблеме корпоративных отношений, основными участниками корпоративных отношений в корпорациях (в данном случае – акционерных компаниях) являются владельцы и управляющие акционерной собственностью. Ключевая роль в корпоративных отношениях владельцев и управляющих акционерной собственностью вытекает из того, что первые осуществили безвозвратные инвестиции, предоставив компании на наиболее выгодных условиях значительную часть необходимого ей капитала, принимая на себя наибольшие, по сравнению со всеми остальными участниками корпоративных отношений, риски, а от деятельности последних зависит то, как этот капитал будет в конечном счете использован [117] .Характер взаимоотношений между этими двумя группами участников корпоративных отношений зависит от исторических особенностей формирования структуры акционерной собственности, размеров пакетов акций, находящихся во владении тех или иных групп инвесторов и менеджмента, условий и способов их приобретения, типа собственников и специфики их интересов по отношению к компании. Крупные собственники предпринимательского характера заинтересованы в прибыльной деятельности компании, укреплении ее долгосрочных позиций в той сфере бизнеса, в которой она действует, и самым непосредственным образом участвуют в процессе управления ею. Другие крупные собственники могут иметь несколько отличные интересы. Так, крупные акционеры (например, банки) могут иметь коммерческие отношения с корпорацией, которые для них являются гораздо более выгодными, чем получаемые ими дивиденды. Такие акционеры заинтересованы не столько в повышении финансовой эффективности деятельности компании (нормы прибыльности, повышении курса ее акций), сколько в развитии и расширении своих отношений с нею. Группа акционеров – институциональных инвесторов, представленных инвестиционными фондами, заинтересована исключительно в финансовых показателях деятельности компании и росте курсовой стоимости ее акций.Существуют различия и в интересах мелких инвесторов. Так, владельцы акций заинтересованы прежде всего в уровне дивидендов и росте их курсовой стоимости, а владельцы облигаций – в долговременной финансовой устойчивости компании.Таким образом, различные группы участников корпоративных отношений имеют интересы, которые совпадают в одних сферах, но расходятся в других. Общность интересов заключается в том, что в обычной ситуации все участники корпоративных отношений заинтересованы в стабильности существования и прибыльности деятельности компании, с которой они связаны.В то же время, обобщая интересы основных групп участников корпоративных отношений, можно выделить следующие наиболее значимые различия между ними.Управленцы получают основную часть своего вознаграждения, как правило, в виде гарантированной заработной платы, в то время как остальные формы вознаграждения играют значительно меньшую роль (многочисленные попытки привязать вознаграждение менеджеров к дивидендам на акции их компаний или курсу акций не изменили вышеуказанной пропорции); заинтересованы, прежде всего, в прочности своего положения, устойчивости компании и снижении опасности воздействия непредвиденных обстоятельств (например, финансировании деятельности компании преимущественно за счет нераспределенной прибыли, а не внешнего долга), в процессе выработки и реализации стратегии развития компании, как правило, склонны к установлению прочного долгосрочного баланса между риском и прибылью [118] ; концентрируют свои основные усилия в компании, в которой работают; зависят от акционеров, представленных советом директоров, и заинтересованы в продлении своих контрактов на работу в компании; непосредственно взаимодействуют с большим числом групп, проявляющих интерес к деятельности компании (персонал компании, кредиторы, клиенты, поставщики, региональные и местные власти и пр.), и вынуждены принимать во внимание, в той или иной степени, их интересы; находятся под воздействием ряда факторов, которые не связаны с задачами повышения эффективности деятельности и стоимости компании или даже противоречат им (стремление к увеличению размеров компании, расширению ее благотворительной деятельности как средства повышения личного статуса, корпоративного престижа и пр.).Владельцы акционерной собственности (акционеры) могут получить доход от компании лишь в форме дивидендов (той части прибыли компании, которая остается после того, как компания рассчитается по своим обязательствам), а также за счет продажи акций в случае высокого уровня их котировок; несут самые высокие риски (не получают дохода в случае, если деятельность компании, по тем или иным причинам, не приносит прибыли, в случае банкротства компании получают компенсацию лишь после того, как будут удовлетворены требования всех других групп); склонны к поддержке решений, которые ведут к получению компанией высоких прибылей, но сопряжены с высоким риском; как правило, диверсифицируют свои инвестиции среди нескольких компаний, поэтому инвестиции в одну конкретную компанию не являются единственным (или даже главным) источником дохода; имеют возможность воздействовать на менеджмент компании лишь двумя путями:1) при проведении собраний акционеров, через избрание того или иного состава совета директоров и одобрения или неодобрения деятельности менеджмента компании;2) путем продажи принадлежащих им акций, воздействуя тем самым на курс акций, а также создавая возможность поглощения компании акционерами, не дружественными действующему менеджменту; непосредственно не взаимодействуют с менеджментом компании и другими заинтересованными группами.Кредиторы (в том числе владельцы корпоративных облигаций):получают прибыль, уровень которой зафиксирована в договоре между ними и компанией;диверсифицируют свои вложения между большим числом компаний.Служащие компании прежде всего:заинтересованы в устойчивости компании и сохранении своих рабочих мест, являющихся для них основным источником дохода;непосредственно взаимодействуют с менеджментом, зависят от него и, как правило, имеют очень ограниченные возможности воздействия на него.Партнеры компании (регулярные покупатели ее продукции, поставщики и пр.):заинтересованы в устойчивости компании, ее платежеспособности и продолжении деятельности в определенной сфере бизнеса;непосредственно взаимодействуют с менеджментом.Органы власти прежде всего:заинтересованы в устойчивости компании, ее способности выплачивать налоги, создавать рабочие места, реализовывать социальные программы;непосредственно взаимодействуют с менеджментом; имеют возможность влиять на деятельность компании главным образом через местные налоги.Как мы видим, участники корпоративных отношений по-разному взаимодействуют между собой, и сфера несовпадения их интересов весьма значительна. Правильно выстроенная система корпоративных отношений и корпоративного управления как раз и должна минимизировать возможное негативное влияние этих различий на процесс деятельности компании.В частности, немаловажную роль играет грамотно выстроенный баланс интересов участников корпоративных отношений.Как отмечают А.В. Бандурин и Л.Ф. Зинатуллин в своей монографии, посвященной вопросам корпоративного управления, многолетняя противоречивая практика работы корпораций дала аналитическим и консалтинговым фирмам очень большой материал для обобщения и выработки единых норм и рекомендаций по корпоративному управлению [119] и политике «выстраивания» корпоративных отношений.Так, в США в 1992 г. Американским институтом права разработаны «Принципы управления корпорациями», регулярно проводятся «круглые столы», где обсуждаются вопросы бизнеса. Все это вносит определенную упорядоченность в понимание сути корпоративных отношений и интересов самых разнообразных структурных категорий общества. В процессе функционирования корпораций в ее корпоративную среду (см. схему) вовлекаются тем или иным способом различные субъекты общества и категории людей:1)  общество в целом , на которое корпорации оказывают воздействие на национальном и международном уровнях. Его деятельность оказывается объектом пристального внимания различных организаций и групп заинтересованных лиц, включая академические круги, властные структуры и средства массовой информации. От корпораций ждут участия в решении проблем национального и международного масштабов. В то же время их первой и главной обязанностью перед обществом является забота о поддержании собственной экономической жизнеспособности в качестве производителя товаров и услуг, нанимателя и создателя рабочих мест. Одной из главных мировых проблем, особенно в настоящее время, является проблема экологической безопасности производства;2)  потребители , которые требуют к себе самого пристального внимания со стороны корпорации. Без потребителей корпорация просто не сможет существовать. Потребители хотят получить от нее качественные товары и услуги, приемлемые цены, хорошее обслуживание и правдивую рекламу. Если корпорация не стремится направить силы на удовлетворение потребностей потребителей, то это можно назвать ее главным стратегическим просчетом, из-за которого корпорацию, как правило, постигает неудача как в долгосрочном, так и в краткосрочном периоде. Это обусловлено тем, что отношение общества к корпорации в значительной степени формируется в точках продажи товаров и услуг; 3)  служащие , суть отношений которых с корпорацией переходит от обычных требований справедливой оплаты труда и к другим аспектам взаимоотношений работодателя с работником: равенству возможностей, защите здоровья на рабочем месте, финансовой безопасности, невмешательству в личную жизнь, свободе самовыражения и обеспечению соответствующего уровня жизни; 4)  местное население , на которое корпорации оказывают наибольшее воздействие в процессе производства. Именно здесь от корпораций ждут непосредственного участия в решении местных проблем: образования, организации транспорта, условий для отдыха, системы здравоохранения, охраны окружающей среды. В России, где много градообразующих предприятий, эта проблема особенно актуальна, поэтому именно здесь корпорации прежде всего должны объяснять суть и характер своей деятельности; 5)  поставщики , большую часть которых составляют, как правило, малые предприятия, ожидающие от сотрудничества с крупными компаниями справедливых торговых отношений и своевременных платежей. Взаимоотношения крупных корпораций и их поставщиков являют собой важное звено любой экономической системы, так как само существование малого бизнеса зависит от честного отношения к нему со стороны корпораций; 6)  акционеры вступают с корпорацией в особые отношения: они делают возможным само существование корпорации как поставщики «рискового» капитала, необходимого для ее возникновения, развития и роста. Интересы акционеров должны учитываться во всех важнейших действиях общества. То есть корпоративная среда представляет собой область взаимодействия корпорации как объекта с теми, на кого она может в силу своих возможностей оказывать влияние. Во всех принципиальных решениях корпорации должен быть достигнут баланс интересов участников корпоративных отношений, что повышает их важность и значимость. В этих целях крупные корпорации, как правило, разрабатывают и утверждают следующий примерный перечень документов, регламентирующих правила взаимоотношений и устанавливающих структуру в рамках корпоративной среды:кодекс поведения;рекомендации по оплате труда и вознаграждениям служащих, обеспечению равных прав для служащих, невмешательство в их частную жизнь, свободу самовыражения;нормы и правила, касающиеся охраны окружающей среды, обеспечения здоровья и безопасности на рабочем месте;нормы и правила, предписывающие постоянную заботу о повышении качества производимых товаров и услуг, проведение приемлемой политики ценообразования, а также соблюдение этических аспектов рекламной деятельности;нормы и правила, определяющие приоритеты благотворительной деятельности корпорации;программы информирования, подготовки и обучения менеджеров, по разрешению проблем корпоративных отношений.Все это составляет весьма важную часть корпоративного права, представляющую интерес для формирующейся системы корпоративных взаимоотношений, складывающихся в России. Естественно, что западный опыт не панацея от всех наших проблем. Применительно к российским условиям необходимо учитывать особенности как экономического, так и социального развития общества, мировоззрение большинства обывателей, уровень готовности наших граждан к восприятию норм корпоративной культуры.А поскольку менеджеры российских компаний имеют очень плохую репутацию в мире (особенно в вопросах соблюдения прав инвесторов), первостепенной задачей представляется улучшение правовой (да и общей) культуры российского корпоративного сектора.

Возвращаясь к рассмотрению корпоративных правоотношений в широком смысле, необходимо особое внимание уделить их содержанию.

В общих чертах содержание корпоративных правоотношений складывается из юридических обязанностей и субъективных прав. Законодательное регулирование корпоративных правоотношений происходит именно через установление определенных прав и обязанностей для предусмотренных законом субъектов. Согласно общему принципу нет и не может быть прав без обязанностей, каждому праву соответствует определенная обязанность.

Корпоративное право (в узком смысле) включает в себя возможность для определенного лица выбрать модель поведения самостоятельно. Рассмотрим норму Гражданского кодекса РФ о формах коммерческих организаций. Согласно статье 50 ГК РФ юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в форме хозяйственных товариществ и обществ, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий. С одной стороны, в этой норме закреплено определенное право корпорации – право на объединение в любой из предусмотренных Гражданским кодексом РФ форм, это право является субъективным правом. С другой стороны, Гражданский кодекс РФ в этой же норме устанавливает обязанность корпорации действовать исключительно в формах, им предусмотренных, хотя Гражданский кодекс РФ и предусматривает достаточно большое разнообразие таких форм.

Согласно статье 103 ГК РФ («Управление в акционерном обществе») высшим органом управления акционерным обществом является общее собрание его акционеров.

К исключительной компетенции общего собрания акционеров относятся:

1) изменение устава общества, в том числе изменение размера его уставного капитала;

2) избрание членов совета директоров (наблюдательного совета) и ревизионной комиссии (ревизора) общества и досрочное прекращение их полномочий;

3) образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета);

4) утверждение годовых отчетов, бухгалтерских балансов, счетов прибылей и убытков общества и распределение его прибылей и убытков;

5) решение о реорганизации или ликвидации общества. При таком закреплении прав собрания акционеров ясно, что остальные субъекты должны подчиниться этому правилу и не только предоставить совету осуществлять свои полномочия, но и воздержаться от действий, препятствующих принятию решения советом или противоречащих такому решению.

Главной составляющей корпоративного правомочия является возможность поступать определенным образом и требовать от лиц, являющихся противоположной стороной в правоотношении, не препятствовать правомочию или исполнять предусмотренные законодательством Российской Федерации обязанности. При этом наличие правомочия связывается с благом, положительным эффектом для определенного лица. Составляющей корпоративной обязанности главным образом является наличие обязательства совершить определенное действие или воздержаться от него в интересах другого лица. Обязанности и права дополняют друг друга. Права и обязанности, возникающие у субъектов корпоративного правоотношения, урегулированы нормами корпоративного права Российской Федерации. При этом права субъектов корпоративных правоотношений охраняются законом, а неисполнение обязанности может повлечь принуждение к ее исполнению, наступление ответственности, которая в рамках корпоративных правоотношений может выражаться различными способами.

В корпоративных правоотношениях обязанность, так же как и право, может вытекать из норм законодательства или из локальных норм организации.

Корпоративные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим корпоративные права и обязанности возникают :

1) из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему;

2) из актов государственных органов, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей;

3) из судебного решения, установившего корпоративные права и обязанности;

4) вследствие действий граждан и юридических лиц;

5) вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом. Иначе говоря, корпоративные права и обязанности возникают на основании юридических фактов.

Юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Отказ юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом.

При этом гражданские права юридических лиц небезграничны, они осуществляются в таких пределах, чтобы в минимальной степени затрагивать права других лиц – корпоративных и индивидуальных субъектов.

При осуществлении своих прав корпоративной организацией могут быть ограничены права иных лиц, это предусматривается в статье 10 ГК РФ («Пределы осуществления гражданских прав»). В соответствии с этой статьей не допускаются действия юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается также использование прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных Гражданским кодексом РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд могут отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников корпоративных правоотношений предполагаются.

Одним из способов защиты корпоративных прав является судебная защита гражданских прав. Защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет суд, арбитражный суд или третейский суд. Защита гражданских прав в административном порядке осуществляется лишь в случаях, предусмотренных законом. Решение, принятое в административном порядке, может быть обжаловано в суде.

Защита прав корпоративной организации может осуществляться любыми способами, не запрещенными законодательством Российской Федерации, причем совершенно не обязательно, чтобы эти способы были предусмотрены законодательством. Статья 12 ГК РФ предусматривает способы защиты гражданских прав. В соответствии с Гражданским кодексом РФ защита гражданских прав осуществляется путем:

признания права;

восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;

признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки;

признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления;

самозащиты права;

присуждения к исполнению обязанности в натуре;

возмещения убытков;

взыскания неустойки;

компенсации морального вреда;

прекращения или изменения правоотношения;

неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону;

иными способами, предусмотренными законом.

Субъекты корпоративных правоотношений – это субъекты конкретных отношений, имеющие предусмотренные корпоративными нормами права и наделенные в соответствии с этими нормами и обязанностями.

Субъекты корпоративных правоотношений должны обладать правосубъектностью. Правосубъектность означает способность определенного лица выступать в качестве субъекта корпоративного права Российской Федерации и участника корпоративных правоотношений. Наличие у лица правосубъектности предполагает наличие у него правоспособности, дееспособности и деликтоспособности. Сочетание всех этих составляющих означает, что лицо, обладающее ими, является субъектом корпоративного права.

Среди субъектов корпоративных правоотношений выделяют коллективных и индивидуальных, реализующих частную правосубъектность . Наибольший интерес в плане настоящего исследования представляют субъекты корпоративных правоотношений , реализующие частную правосубъектность. К таким субъектам относятся, прежде всего, корпорации – хозяйственные общества. Известно, что разделение хозяйственных субъектов на товарищества и общества производится по следующему принципу: хозяйственные общества представляют собой объединение капиталов, а хозяйственные товарищества – это организации, представляющие главным образом объединение лиц.

В первую очередь следует определить, что хозяйственными товариществами и обществами признаются коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом.

Хозяйственные общества создаются в одной из трех предусмотренных Гражданским кодексом РФ форм: общество с ограниченной ответственностью, общество с дополнительной ответственностью и акционерное общество.

Индивидуальные субъекты корпоративных правоотношений – отдельные лица, обладающие правами и обязанностями, определенными нормами корпоративного права Российской Федерации. Поскольку термин «корпорация» предполагает участие в правоотношениях организаций, для корпоративных правоотношений характерно обязательное участие коллективного субъекта корпорации, т. е. одной из сторон корпоративного правоотношения является корпорация. Если в такого рода отношениях задействован индивидуальный субъект, он должен иметь достаточно определенную связь с корпорацией, причем эта связь должна осуществляться через отношения, регламентированные нормами корпоративного права Российской Федерации.

С понятием субъекта корпоративных правоотношений тесно связаны такие понятия, как правосубъектность, правоспособность и дееспособность. Так как в корпоративных правоотношениях задействованы два вида субъектов – индивидуальные и коллективные, – рассмотрим особенности их правосубъектности, правоспособности и дееспособности раздельно, но сперва уточним значения этих терминов.

Правосубъектность означает способность быть субъектом права. Для того чтобы быть субъектом права, необходимо обладать такими признаками, как правоспособность, дееспособность и деликтоспособность. Только наличие всех без исключения этих составляющих может быть положено в основу правосубъектности.

Правоспособность означает, что определенное лицо способно иметь права и обязанности, предусмотренные законодательством. При этом такая способность должна быть признанной со стороны государства. В плане определения правоспособности коллективных субъектов права, юридических лиц правоспособность имеет довольно специфические признаки. Выделяют несколько видов правоспособности: общую, отраслевую и специальную. Общая правоспособность – это такая правоспособность, которая предполагает возможность иметь предусмотренные законом права и обязанности в принципе, вообще, независимо от наличия или отсутствия конкретных прав у конкретного лица. Отраслевая правоспособность – это правоспособность, реализация которой в полном объеме возможна в рамках одной отрасли, например налоговая, трудовая и т. д. Специальная правоспособность – это правоспособность, требующая для реализации наличия дополнительных признаков субъекта, выражающихся в приобретенных им знаниях, прохождении каких-либо процедур, наличии определенного опыта и т. д.

Дееспособность означает способность конкретного лица своими действиями осуществлять права, предоставленные законом, и нести обязанности.

Деликтоспособность означает способность определенного лица нести юридическую ответственность за совершение им правонарушения. Деликтоспособность является неотъемлемым атрибутом правосубъектности, поскольку включение в круг субъектов корпоративных правоотношений ряда безответственных субъектов нанесло бы значительный ущерб корпоративным правоотношениям.

Правоспособность юридического лица является специальной, поскольку для ее приобретения необходимо приобретение специального статуса – государственной регистрации юридического лица. У юридических лиц фактически совпадают моменты приобретения правоспособности и дееспособности, поскольку они возникают и наделяются правами и обязанностями как юридические лица в один и тот же момент времени.

Правоспособность индивидуальных субъектов корпоративных правоотношений также является специальной, поскольку ее наличие связывается опять-таки с целым рядом специфических обстоятельств, например, с участием лица в складочном капитале хозяйственного товарищества. При наличии такого его участия он приобретает статус участника.

Любопытной представляется позиция некоторых авторов, которые особыми субъектами корпоративных правоотношений считают органы юридического лица (ст. 53 ГК РФ) [120] . Данная позиция находит свое подкрепление в нормах гражданского законодательства. Ведь согласно положениям ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами. В предусмотренных законом случаях юридическое лицо может приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности через своих участников. Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Из этого положения следует, что органы юридического лица являются полноправными субъектами корпоративных правоотношений.

В качестве примеров таких органов можно привести собрание акционеров акционерного общества. Высшим органом управления акционерным обществом является общее собрание его акционеров, наблюдательный совет, директор, дирекция. В обществе с числом акционеров более пятидесяти создается совет директоров (наблюдательный совет).

Субъектам корпоративного права Российской Федерации, реализующим частную правосубъектность, часто приходится сталкиваться со всевозможными государственными и иными органами, наделенными со стороны государства определенными полномочиями, например полномочиями по государственной регистрации, лицензированию, отправлению правосудия в отношении корпорации и их участников, однако придать этим лицам, реализующим публичную правосубъектность, статус субъектов корпоративного права значило бы перечеркнуть основной принцип построения гражданских по природе правоотношений, основанных на равенстве. Отношения между этими органами и лицами и корпорациями, конечно же, имеют место, но осуществляются они по правилам административного права Российской Федерации, арбитражного процесса и т. д. При этом арбитражный суд и суд общей юрисдикции, как, впрочем, и другие компетентные органы, могут оказывать существенное влияние на ход корпоративных правоотношений.

Полноценное правоотношение всегда происходит между субъектами этого правоотношения по поводу каких-то объектов. Объект правоотношения – это то явление окружающей действительности, на которое направлены субъективные права и обязанности.

Корпоративное право РФ является частью гражданского права Российской Федерации, поэтому при определении объектов корпоративных правоотношений необходимо учитывать положения об объектах правоотношений и порядке осуществления таких отношений Гражданским кодексом Российской Федерации.

Это значит, что если объектом гражданского правоотношения являются отношения собственности, то объектом корпоративного правоотношения являются отношения собственности внутри корпорации как хозяйственной организации, например отношения собственности между учредителями организации в отношении долей складочного капитала. Если для гражданского правоотношения важно правовое положение участников гражданского оборота, то для корпоративных правоотношений основное значение имеют не все субъекты гражданского оборота, а лишь субъекты корпоративного права Российской Федерации, т. е. корпорации и индивидуальные субъекты корпоративного права Российской Федерации. Если для гражданского права в целом свойственно регулирование объектов исключительных прав, то для корпоративного права Российской Федерации исключительные права могут быть интересны с точки зрения внесения права на их использование в качестве пая лицом при его участии в хозяйственном товариществе или обществе.

Объектами регулирования корпоративных норм являются: правовой статус, порядок создания и деятельности хозяйственных организаций, а также входящие в эти отношения составляющие.

Таким образом, можно обозначить признаки объектов корпоративных правоотношений :

1) отношения по поводу этих объектов, как правило, складываются между субъектами корпоративного права;

2) эти объекты выступают в виде собственности, порядка организации деятельности и прочих составляющих предмета правового регулирования корпоративного права Российской Федерации. Корпоративное право Российской Федерации можно назвать статусным правом, поскольку первостепенное значение в нем отводится установлению статуса хозяйственных организаций.

Как видно из характеристики объекта корпоративного правоотношения, в настоящее время вычленить его из объекта гражданского права без ущерба для обеих сторон невозможно, поэтому в плане корпоративного права Российской Федерации речь идет не о самостоятельной отрасли права, а о подотрасли.

Особенность объектов корпоративного права Российской Федерации заключается в том, что объектами корпоративных правоотношений выступают, как правило, поведение субъектов и последствия такого поведения. В ряде случаев в результате определенного поведения субъекта корпоративного правоотношения появляется юридический факт, имеющий для субъекта определенные правовые последствия.

Восемь – пятнадцать лет назад понятие «корпорация» было чуждым отечественной (советской) экономической и правовой мысли.

Только с начала 90-х гг. термин «корпорация» и сопутствующий ему перечень правовых понятий начал «проникать» в российскую деловую практику, употребляться поначалу на страницах первых новаторских словарей. Что же касается монографических и учебных изданий, то их написание по каким-то причинам задерживалось.

Среди первых изданий выделяются иноязычно-русские специализированные словари, откликнувшиеся на потребности дня. В них впервые нашла отражение проблематика корпораций [121] .

В начале 90-х гг. появились и первые отечественные словари, посвященные рыночной тематике, в которой уже стали находить отражение вопросы, связанные с существованием корпораций, их деятельностью [122] . Но обычно дальше трех-четырех понятий они не шли.

Подробнее этой проблематики касаются издания середины 90-х гг. В их числе:

«Современный экономический словарь», созданный Б.А. Райзбергом, Л.Ш. Лозовским и Е.В. Стародубцевой [123] . В нем публикуются статьи: «Корпоративные символы», «Корпоративизм», «Корпорация», «Корпорация публичная»;

«Юридический энциклопедический словарь» О.Г. Румянцева и В.Н. Додонова [124] публикует статьи «Корпоративное право» и «Корпорация». Однако словарь подвергается критике за неполноту охвата правовой проблематики;

«Юридическая энциклопедия» Л.В. Тихомировой и М.Ю. Тихомирова [125] предлагает статьи «Корпоративизм», «Корпоративное государство», «Корпорация», «Корпорация публичного права».

Наконец, в словаре-справочнике «Гражданское право» М.Ю. и Л.В. Тихомировых [126] публикуется развернутая статья «Корпорация» следующего содержания:

«Корпорация (от лат. corporatio – объединение, сообщество) – объединение, союз предприятий или отдельных предпринимателей (как правило, на основе частно-групповых интересов), одна из основных форм предпринимательства».

Далее в среде социологов и политологов формируется точка зрения, согласно которой понятие «корпорация» является производным от термина «корпоратизм», который в свою очередь означает совладение собственностью корпоративного сообщества или партнерские, договорные отношения в удовлетворении личных и общественных интересов, а также компромиссное хозяйствование с целью обеспечения баланса интересов [127] . В соответствии с таким подходом «корпорация» трактуется как: во-первых, совокупность лиц, объединившихся для достижения общих целей, осуществления совместной деятельности и образующих самостоятельный субъект права – юридическое лицо, и, во-вторых, широко распространенная в развитых странах форма организации предпринимательской деятельности, предусматривающая долевую собственность, юридический статус и сосредоточение функций управления в руках верхнего эшелона профессиональных управляющих (менеджеров), работающих по найму.

В то же время в европейских странах еще в Средние века появились так называемые теории фикции (причем родоначальником этого подхода принято считать одного из римских пап, Иннокентия IV, а наибольшее развитие он получил в германской цивилистической литературе XIX в. в трудах видных ее представителей – крупнейших немецких цивилистов того времени Ф.К. ф. Савиньи и Б. Виндшейда – создателей Германского гражданского уложения), в соответствии с которыми категория юридического лица именовалась корпорацией и понималась как некоторая юридическая фикция, искусственная конструкция, придуманная законодателем.

В качестве фиктивного образования рассматривал юридическое лицо, определяя его также «корпорацией», и Г.Ф. Шершеневич, который, однако, считал юридические фикции не мнимыми понятиями, а научными приемами познания, а юридическое лицо – «искусственным субъектом» оборота, созданным для достижения определенной цели [128] . Аналогичных по существу взглядов придерживались Д.И. Мейер и А.М. Гуляев [129] . Теория фикции ( legal fiction ) получила широкое распространение и в англо-американском праве. Здесь юридическое лицо (корпорация) также рассматривалось как «искусственное образование, невидимое, неосязаемое и существующее только с точки зрения закона», как было указано одним из председателей Верховного суда США Д. Маршаллом в решении по конкретному спору еще в начале XIX в.

Вместе с тем надо сказать, что термин «корпорация» в национальных правовых отношениях понимается по-разному. Так, в Швейцарии корпорациями называют один из двух основных типов юридических лиц наряду с учреждениями. В Англии же корпорация может быть определена как само юридическое лицо, поскольку юридические лица здесь делятся на корпорации, представляющие собой совокупность лиц ( corporation aggregate ), и единоличные корпорации ( corporation sole ).

Таким образом, в зарубежных странах корпорации являлись и являются прежде всего юридическими лицами. Так, в частности, в США они наделены правами владения, получения ссуды, закладывания и ликвидации имущества, управления своими собственными делами, обращения в суд. С другой стороны, корпорации несут ответственность по закону и потому на них можно подать в суд. Предприниматели, желающие образовать корпорацию, обращаются в соответствующие учреждения штата для регистрации устава, в котором оговариваются права и обязанности корпорации, продолжительность ее жизнедеятельности (обычно около 35 лет). В США, к примеру, корпорации составляют сравнительно небольшой процент от всего количества компаний, но они контролируют значительную часть американского бизнеса.

Зарубежные исследователи различают следующие виды корпораций :

некоммерческие – образования, не рассчитанные на получение прибыли. Это обычно правительственные, городские, муниципальные, политические объединения, а также благотворительные, религиозные, просветительные и другие подобные институты;

коммерческие, которые, в свою очередь, отличаются по типу ответственности: корпорации с ответственностью, ограниченной финансовыми ресурсами, определяемыми размерами акционерного капитала; с ответственностью, ограниченной теми суммами, которые каждый член корпорации согласился вложить в имущество и акционерный капитал компании; с неограниченной ответственностью, т. е. с ответственностью на все имущественные или финансовые активы членов корпорации.

Таким образом, анализ публикаций, посвященных зарубежным корпорациям (особенно американским), показывает практическое совпадение понятий «корпорация» и «акционерное общество». Действительно, в этих странах в силу значительной концентрации капитала более, чем где-либо, распространены крупные корпорации (АО), которые заняли доминирующее положение в ряду предприятий различных видов по причине отнюдь не численного преобладания, а большей эффективности их деятельности.

Приведенные выше данные зарубежной практики (в том числе – классификации корпораций) свидетельствуют о том, что само по себе применение (или неприменение) термина «корпорация» еще не означает обязательное отнесение (или отказ от отнесения) такой организации к организациям корпоративного типа [130] .

Поскольку, как уже отмечалось, формирование и развитие крупных интегрированных корпоративных структур является сейчас важнейшей задачей российской государственной политики, а в создаваемом в настоящий период едином экономическом пространстве основными хозяйствующими субъектами становятся не страны, а корпорации и их альянсы, для российской правовой науки, на наш взгляд, весьма актуальным становится определение понятия указанного главного субъекта корпоративного права.

Но, как представляется, прежде чем дать четкое определение понятия «корпорация», необходимо определить тот минимум характерных черт и особенностей, которые в любом случае должны быть присущи современным российским корпорациям.

К сожалению, как уже отмечалось ранее, в современной российской правовой литературе пока нет ни достаточного единства, ни четкости в отношении определения понятия «корпорация». Российские правоведы склонны в большинстве своем объяснять сложившуюся ситуацию тем, что корпоративная форма бизнеса – явление сравнительно новое, которое возникло как ответ на определенные требования времени.

Тем не менее большинство авторов, все же обращающихся к данной тематике, сходится во мнении, что подобное образование должно, как минимум, являться коммерческим юридическим лицом, представляя собой чаще всего достаточно крупную организацию (объединяющую как значительное число лиц-участников, так и достаточно крупные капиталы), основанную на началах членства и осуществляющую социально полезную деятельность. Так, в числе прочих встречается такая дефиниция: «Корпорация есть организация лиц, обладающая как самостоятельный экономический субъект определенными правами, привилегиями и обязательствами, которые отличаются от прав, привилегий и обязательств, присущих каждому члену корпорации в отдельности. Наиболее привлекательными для инвесторов являются четыре характеристики корпоративной формы бизнеса: самостоятельность корпорации как юридического лица, ограниченная ответственность индивидуальных инвесторов, возможность передачи другим лицам акций, принадлежащих индивидуальным инвесторам, а также централизованное управление» [131] .

Таким образом, первой определяющей характеристикой (или признаком) любой корпорации можно назвать ее принадлежность к юридическим лицам. Иными словами, корпорация обладает чертами и признаками, характерными для юридического лица .

Напомним, что в соответствии с нормами Гражданского кодекса РФ юридическим лицом признается организация, которая имеет в своей собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Кроме этого, юридические лица должны иметь самостоятельные баланс или смету.

В качестве целей создания юридического лица можно определить:

централизацию и обособление имущества для участия в гражданском обороте;

уменьшение предпринимательского риска учредителей за счет самостоятельной ответственности юридического лица по своим обязательствам;

обеспечение интересов кредиторов за счет установления минимального размера уставного капитала юридического лица [132] .

Традиционно наука гражданского права отмечает следующие основополагающие признаки , каждый из которых необходим, а в совокупности достаточно, чтобы организация могла быть признана юридическим лицом :

организационное единство, которое проявляется, прежде всего, в определенной иерархии, соподчиненности органов управления, составляющих структуру юридического лица, в четкой регламентации отношений между его участниками, а закрепляется в учредительных документах;

имущественная обособленность, которая предполагает, что имущество юридического лица обособляется от имущества его учредителей, других юридических лиц, а также государственных или муниципальных образований; при этом организация должна обладать этим имуществом на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления (внешнее выражение имущественной обособленности – наличие у организации уставного (складочного) капитала или паевого (уставного) фонда);

наличие самостоятельного баланса или сметы – в определенной степени является одним из признаков обособленности имущества юридического лица и самостоятельности организации (подразделение юридического лица также может иметь собственный баланс, однако он не может быть признан самостоятельным, поскольку не отражает всех затрат на подразделение юридического лица);

самостоятельная гражданско-правовая ответственность – следствие его имущественной обособленности. Означает, что юридические лица несут ответственность только по своим обязательствам, т. е. обязательствам, в которых они выступают стороной; кроме того, подразумевается т. н. «принцип раздельной ответственности», согласно которому учредитель (участник) юридического лица не отвечает по его обязательствам, а юридическое лицо, в свою очередь, не отвечает по обязательствам его учредителя (участника);

выступление в гражданском обороте под собственным именем – возможность самостоятельно выступать в гражданском обороте от своего имени означает, что юридическое лицо может приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде только под своим именем;

обязательная государственная регистрация – осуществляется в порядке, определяемом Федеральным законом от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», и представляет собой акты уполномоченных органов власти, осуществляемые путем внесения в государственные реестры сведений о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц.

Действительно, вышеуказанные признаки вполне применимы к корпорации, которая также представляет собой ассоциацию, союз лиц, т. е. соответствующим образом организованный коллектив, воля которого определяется групповыми интересами входящих в его состав индивидов и который организационно и имущественно действует вовне как единое целое от своего собственного имени. Но указанное коллективное образование, организация становится корпорацией, только если она приобретает статус юридического лица. Об этом свидетельствует факт ее регистрации в государственном органе. Государственная регистрация юридического лица – необходимое правило не только в России, правовая система которой имеет генетические корни в романо-германской системе права, но в большинстве стран континентальной Европы.

Известно, что в гражданско-правовом обороте юридические лица создаются в различных формах, в зависимости от которых все юридические лица могут иметь различные права и обязанности.

Основным же моментом при делении юридических лиц на различные группы является характер осуществляемой ими деятельности. В соответствии со статьей 50 ГК РФ юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие прибыль между участниками (некоммерческие организации). Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в форме хозяйственных обществ, товариществ, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий.

Поскольку мы исходим из предпосылки о том, что любая корпорация создается, прежде всего, для осуществления корпоративной как разновидности предпринимательской деятельности, основной целью которой согласно нормам Гражданского кодекса РФ является извлечение прибыли, отсюда можно вывести второй призна к, отличающий корпорацию. Состоит он в том, что корпорация представляет собой коммерческую организацию.

Далее, по организационно-правовым формам коммерческих юридических лиц различаются организации, в которых основополагающей чертой является объединение лиц (как, например, в хозяйственных товариществах), и организации, где основой выступают объединения капиталов (хозяйственные общества).

Но не всякое объединение или союз лиц представляет собой корпорацию. Важным для любой корпорации будет следующий, третий признак: корпорация представляет собой объединение капиталов, а не только людей. Круг лиц, предоставивших свои капиталы для организации деятельности корпорации, а также размер их капитала (вклада, пая, акций и т. п.) может быть строго определен в учредительных документах корпорации. Капитал же, предоставляемый учредителями (участниками) корпорации, может существовать в различных формах. Часто, как указывает Т.В. Кашанина [133] , это – производительная форма, т. е. определенный хозяйственно-производственный комплекс или конкретное имущество (что чаще, надо сказать, имеет место при создании мелких фирм).

Четвертый признак корпорации отражает ее более «глубинную» специфику и заключается в том, что собственность на вложенный в корпорацию капитал всегда отделена от управления. Действительно, именно этот аспект отличает корпорации от других коммерческих юридических лиц (товариществ, кооперативов, унитарных предприятий). Управление в корпорациях осуществляют ее участники, которым специально поручается отвечать за организацию и ход деятельности предприятия – «менеджеры высшего звена». В обоснование целесообразности отделения собственности от капитала в корпорациях, как правило, приводятся аргументы психологического и социологического характера, в частности: «возможность сосредоточиться только на выполнении своих непосредственных функций позволяет «управленцам» тщательно обдумывать ход дел, видеть возможные опасности и перспективы, заранее предпринимать действия, направленные на реализацию интересов людей, объединивших свои капиталы»; иными словами, специализированное выполнение управленческих функций видится как путь к повышению эффективности: собственник капитала слишком заинтересованно и пристрастно относится к своему детищу, делу, созданному им на свои кровные деньги или на деньги, взятые в кредит, и по этой причине не всегда адекватен при принятии решений.

И, наконец, пятый признак , отличающий корпорации от других образований, заключается в том, что любая корпорация создается для осуществления какой-либо социально полезной деятельности.

Нужно признать, что ни прямого и четкого законодательного определения понятия «социально полезная деятельность», ни перечня видов деятельности, относимых к таковой, не существует.

Вместе с тем в нормах российского законодательства определенные виды деятельности характеризуются как «представляющие опасность для личности, общества или государства» и поэтому запрещаемые.

Кроме того, не следуют забывать гражданско-правовые нормы, регламентирующие, в частности, вопросы ограничения правоспособности юридических лиц в отношении права заниматься отдельными видами деятельности только при наличии специального разрешения компетентных органов – лицензии либо запрета заниматься определенными видами деятельности (составляющими, например, государственную монополию) [134] . Все остальные, согласно принципу: «Разрешено все, что не запрещено», имеют право на существование.

Как нам представляется, суммирование рассмотренных признаков корпорации может позволить вывести определение корпорации.

Корпорация представляет собой коммерческую организацию, получившую статус юридического лица в результате государственной регистрации; организацию, основанную, прежде всего, на объединенных капиталах (добровольных взносах) для осуществления определенной социально полезной деятельности, в которой собственность отделена от управления .

В России, активно включившейся в процесс «корпоратизации», среди организаций, самостоятельно регулирующих свои внутриорганизационные вопросы, можно встретить самые различные: хозяйственные общества, товарищества, унитарные предприятия, научные и учебные учреждения. Естественно, потребность в корпоративном регулировании не у всех организаций одинакова.

В наиболее детальном и объемном юридическом корпоративном регулировании нуждаются, конечно же, хозяйственные общества, а прежде всего – акционерные общества, объединяющие многих и многих людей, причем на основе весьма значимых для них интересов. Далее будут рассмотрены признаки, а также другие особенности и характеристики, присущие хозяйственным обществам как корпорациям.

По российскому законодательству признакам корпорации, указанным ранее, в большей степени соответствуют хозяйственные общества, т. е., в соответствии с пунктом 1 ст. 66 ГК РФ, коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным капиталом, обладающие общей правоспособностью, являющиеся едиными и единственными собственниками своего имущества (которое и составляет уставный капитал обществ, образуемый из вкладов участников) (п. 3 ст. 213 ГК РФ), зарегистрированные в органах юстиции в порядке, определяемом законом о государственной регистрации юридических лиц (п. 1 ст. 51 ГК РФ).

Не случайно данные виды коммерческих юридических лиц отнесены к корпорациям, ведь именно хозяйственные общества являются наиболее популярной и распространенной формой предпринимательской деятельности в Российской Федерации. Так, если полное товарищество или коммандитное товарищество создаются редко, то общества с ограниченной ответственностью и акционерные общества создаются почти каждый день.

Если обратиться к истории появления обществ, то увидим, что общества с ограниченной ответственностью являются изобретением германских городов, сделанным в конце XIX в. и вызванным настойчивыми требованиями практики, показавшей недостатки акционерных компаний [135] .

Как уже говорилось ранее, хозяйственные общества являются объединениями капиталов. Нельзя сказать, что участники акционерного общества или обществ с ограниченной ответственностью не участвуют в деятельности этих юридических лиц, но такое участие ограниченно. В обществе с ограниченной ответственностью личное участие входящих в него лиц более выражено, чем в акционерном обществе, так как в него по сравнению с акционерным обществом входит достаточно небольшое количество участников, да и выход их из общества с ограниченной ответственностью более затруднителен, чем выход участника из акционерного общества. Все это предопределяет то, что участники общества с ограниченной ответственностью более бдительно относятся к управлению юридическим лицом, чем участники акционерного общества, которые в любой момент могут продать свои акции, на чем все их отношения с данной организацией завершатся.

В принципе главное достоинство обществ, которое привлекает к ним множество участников, – это их ограниченная ответственность в пределах внесенных вкладов. Об особенностях каждого из отдельных видов обществ будет рассказано отдельно.

Надо обратить внимание на то, что если Гражданский кодекс РФ устанавливает в отношении хозяйственных товариществ исчерпывающие положения об их статусе, не требующие дальнейшей конкретизации специальными законами, то в отношении обществ дело обстоит сложнее. Применительно к обществам с ограниченной ответственностью и к акционерным обществам Гражданский кодекс содержит лишь общие правила и отсылает нас за их конкретизацией к специальным федеральным законам – «Об обществах с ограниченной ответственностью» и «Об акционерных обществах».

Известно, что деятельность хозяйственных обществ как корпораций может осуществляться в различных сферах общественной жизни. Конечно, пристальное внимание привлекает к себе сфера производства, в которой создаются материальные блага. Именно производственные корпорации задают тон и определяют возможности предприятий, работающих в других сферах: торговли, обслуживания, образования, здравоохранения, культуры, быта и т. п. Однако авангардом здесь все же являются финансовые корпорации, обеспечивающие развитие всех остальных.

Капитал, объединяемый в корпорации (особенно такой «крупный капитал», который обычно объединен в акционерное общество), должен функционировать, т. е. постоянно «двигаться», работать на достижение стоящих перед корпорацией целей. Эффективное использование капитала и налаживание какой-либо социально полезной деятельности – дело довольно сложное. Вот почему внутри корпорации выделяются специализированные звенья (отделы, цеха, участки), взаимодействие между которыми достигается с помощью создаваемого в ней аппарата управления.

Все хозяйственные общества делятся на следующие виды :

общества с ограниченной ответственностью (ООО);

общества с дополнительной ответственностью (ОДО);

акционерные общества (АО).

Акционерные общества , в свою очередь, делятся на:

закрытые акционерные общества (ЗАО);

открытые акционерные общества (ОАО).

Данная классификация хозяйственных обществ, является исчерпывающей. Никаких других организационно-правовых форм предприятий согласно действующему законодательству быть не может, и перечень этих форм не подлежит расширительному толкованию.

Общество с ограниченной ответственностью представляет собой самостоятельную организационно-правовую форму осуществления предпринимательской деятельности.

С точки зрения корпоративного права ООО является корпорацией, т. е. коммерческой организацией, первоначальный капитал которой представлен в виде определенных долей участников, несущих ответственность, ограниченную этими долями.

Как указывают известные цивилисты, названный вид корпораций исторически представляет собой изобретение германских юристов, сделанное в конце XIX в. и вызванное настоятельными требованиями практиков, указывавших на недостаточную эластичность акционерных компаний, с одной стороны, и ограниченные возможности дальнейшего широкого распространения полных товариществ – с другой. Впоследствии этот институт был заимствован Австрией (причем все существенные черты германского закона были сохранены), а затем и другими европейскими государствами.

В России общество с ограниченной ответственностью стало на сегодняшний день самой распространенной и предпочитаемой организационно-правовой формой.

Основные положения об ООО определены статьей 87 ГК РФ.

Так, согласно статье 87 обществом с ограниченной ответственностью признается общество, учрежденное одним или несколькими лицами, уставный капитал которого разделен на доли определенных учредительными документами размеров; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов (п. 1 ст. 87 ГК РФ; п. 1 ст. 2 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Существует точка зрения некоторых авторов, что традиционное наименование этой коммерческой организации как общества «с ограниченной ответственностью» участников неточно. Так как вклады участников становятся собственностью самого общества как юридического лица, его участники несут не «ответственность» по его долгам, «ограниченную размерами их вкладов», а только риск убытков (утраты внесенных ими вкладов) [136] .

Тем не менее историческое название данного вида корпорации прочно закрепилось в российском законодательстве и правовой практике. И, как уже было сказано, многим российским предпринимателям именно эта форма хозяйственных обществ представляется наиболее привлекательной. «В ранее действовавшем законодательстве ООО определялось как товарищество с ограниченной ответственностью и отождествлялось с акционерным обществом закрытого типа» [137] . В настоящее время это по сути абсурдное положение не действует, хотя до сих пор многие путают товарищества с ограниченной ответственностью и общества с ограниченной ответственностью.

В качестве первого и определяющего признака ООО традиционно отмечается следующий наиболее очевидный момент, касающийся ответственности общества: участники общества с ограниченной ответственностью, как это видно из самого названия, не отвечают по его обязательствам.

Второй признак состоит в том, что участники общества с ограниченной ответственностью несут риск убытков, связанных с деятельностью, только в пределах стоимости внесенных ими в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью вкладов. При этом необходимо отметить ряд нюансов, связанных с ответственностью в обществе.

Если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В случае, когда основное общество (товарищество) имеет право давать дочернему обществу, в том числе по договору с ним, обязательные для него указания, то оно отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний, а в случае несостоятельности (банкротства) дочернего общества по вине основного общества (товарищества) последнее несет субсидиарную ответственность по его долгам.

Кроме того, участники, внесшие свои вклады не полностью, несут солидарную ответственность по обязательствам общества в пределах стоимости неоплаченной части вклада каждого. Данное положение означает, что кредитор общества вправе предъявить требование к любому участнику, не полностью оплатившему свой вклад, как к солидарному должнику, но лишь на сумму, не превышающую неоплаченную часть его вклада. Таким образом, в данном случае Гражданским кодексом предусмотрена ограниченная солидарная ответственность. Следует также обратить внимание и на то, что солидарное обязательство возникает лишь между участниками, не полностью оплатившими свои вклады. По отношению же к обязательству общества их ответственность будет субсидиарной.

Важным, третьим отличительным признаком ООО (в частности, в отличие от товариществ) является то обстоятельство, что участники общества с ограниченной ответственностью не обязаны своим личным трудом в нем участвовать. Они могут, например, по своему желанию работать в обществе, состоять с ним в трудовых отношениях, заключить с ним договор подряда и т. п. Главная их обязанность – только внести вклад в уставный капитал, так как общество с ограниченной ответственностью (как корпорация) – это объединение капиталов, а не лиц.

Следующим, четвертым признаком можно определить законодательное положение, по которому оно должно иметь (ст. 87 ГК РФ) фирменное наименование. Требования, предъявляемые к нему Гражданским кодексом, следующие: оно должно содержать наименование общества и слова «с ограниченной ответственностью» (п. 2 ст. 87). «Фирменное наименование не должно повторять фирменные наименования других предприятий, а также обозначения, которые могут ввести в заблуждение. Особое внимание при выборе наименования следует обратить на использование в нем слова «Россия» и производных от него, а также названий республик, исторических памятников и т. д., что может потребовать специального разрешения и уплаты определенного сбора. Наименование должно быть, по крайней мере: 1) благозвучным, 2) не должно требовать перевода, 3) не должно содержать более 180 знаков, включая пробелы» [138] .

Порядок регистрации фирменного наименования на данный момент пока не определен. Сейчас фирменное наименование общества с ограниченной ответственностью считается зарегистрированным с момента внесения его в государственный реестр, который ведется налоговой службой. С момента регистрации фирменного наименования в установленном порядке общество с ограниченной ответственностью будет обладать исключительным правом пользования им. В наименовании общества с ограниченной ответственностью не обязательно указывать одного или всех его участников, как это сделано в отношении полного товарищества и коммандитного товарищества.

В качестве пятого отличительного признака ООО можно назвать особенности оформления учредительных документов. В отличие от полного товарищества, коммандитного товарищества и акционерного общества, которые имеют только один учредительный документ, у общества с ограниченной ответственностью их два – это устав и учредительный договор. Это объясняется тем, что поскольку оно является объединением капиталов, то его участники не обязаны лично участвовать в его деятельности, и, следовательно, должны быть созданы органы, выражающие волю общества с ограниченной ответственностью как юридического лица (ст. 53 ГК РФ). В связи с этим и появилась необходимость в уставе, чтобы разрешить в нем эти и другие вопросы. Воля учредителей общества с ограниченной ответственностью на его создание выражается не в уставе, а в учредительном договоре. Однако когда учредитель общества с ограниченной ответственностью один, то необходимость во втором учредительном документе отпадает.

Учредительный договор согласно пункту 1 ст. 89 ГК РФ подписывается его учредителями, а устав общества с ограниченной ответственностью ими утверждается. Однако если в общество с ограниченной ответственностью принимается новый участник, то он подписывает текст изменений и дополнений, вносимых в учредительный договор общества с ограниченной ответственностью, так как по существу здесь имеет место сделка, которую необходимо совершить в письменной форме.

Учредительные документы общества с ограниченной ответственностью содержат общие сведения, которые должны содержаться во всех учредительных документах юридических лиц, а также условия о размере уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, о размере долей каждого из участников, о размере, составе, сроках и порядке внесения ими вкладов и другие сведения, предусмотренные в пункте 2 ст. 89 ГК РФ.

Отдельного внимания заслуживают некоторые аспекты формирования уставного капитала общества.

Согласно пункту 1 ст. 90 ГК РФ уставный капитал общества составляется из вкладов его участников. Во-первых, уставный капитал определен как гарантия имущественных интересов кредиторов общества с ограниченной ответственностью. Это значит, что использование данных средств на иные цели по общему правилу запрещается. Практика показала, что отдельные предприятия использовали средства уставного капитала на оплату труда, на представительские нужды и т. п. Если изменяется состав уставного капитала, то необходимо внести соответствующие изменения в учредительные документы общества с ограниченной ответственностью.

Все участники общества с ограниченной ответственностью обязаны участвовать в образовании его уставного капитала и не могут быть отстранены от уплаты взносов в него ни при каких условиях (ст. 90 ГК РФ). Гражданский кодекс устанавливает жесткие требования в отношении срока внесения взносов в уставный капитал: на момент государственной регистрации должно быть оплачено не менее 1/2 уставного капитала общества с ограниченной ответственностью. Участник общества может внести к этому моменту любую часть своего вклада – весь, 2/3, 1/2 вклада и т. п. Главное, чтобы к моменту государственной регистрации 1/2 часть уставного капитала была внесена. Остальную часть участники оплачивают в течение первого года после создания общества с ограниченной ответственностью. В этом случае участники общества с ограниченной ответственностью могут внести неоплаченную часть своего вклада в течение года, когда им заблагорассудится. Однако если в учредительных документах обусловлены сроки для внесения оставшейся части вклада меньшие, чем год с момента государственной регистрации, то эти участники обязаны уложиться именно в сроки, указанные в учредительных документах.

Согласно пункту 1 ст. 87 ГК РФ участники общества с ограниченной ответственностью, внесшие вклады не полностью, несут солидарную ответственность по его обязательствам в пределах неоплаченной части вклада каждого из таких участников. «Данное положение означает, что кредиторы общества с ограниченной ответственностью вправе обратиться к участникам общества, не полностью внесшим свой вклад, с требованиями о взыскании той части, которая не была ими внесена» [139] . «Солидарная ответственность предполагает право кредитора требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого в отдельности, причем как полностью, так и частично. Должник, исполнивший свою солидарную обязанность, имеет право регресса к остальным должникам в равных долях за вычетом своей доли» [140] . Новым для нашего законодательства является правило о разделении уставного капитала общества с ограниченной ответственностью на доли заранее определенных размеров. Термин « доля в уставном капитале » употребляется Гражданским кодексом в двух значениях: как элементарной доли заранее определенного размера, на которые разделен уставный капитал, и как совокупной доли (суммы элементарных долей), принадлежащей конкретному участнику» [141] . При этом следует иметь в виду, что уставный капитал общества разбивается на любое, но только целое число долей.

Если общество на момент своей государственной регистрации не внесло 1/2 объявленного уставного капитала, то ему может быть просто отказано в таковой. Также если в течение первого года после регистрации остальная часть не будет внесена в уставный капитал, то:

1) общество с ограниченной ответственностью обязано уменьшить свой уставный капитал и зарегистрировать такое изменение в установленном порядке;

2) общество с ограниченной ответственностью ликвидируется.

Внесение (оплата) доли вклада в уставный капитал подтверждается документально банком, куда был внесен уставный капитал или его часть учредителями общества с ограниченной ответственностью.

Участнику общества с ограниченной ответственностью, который полностью внес свой вклад в уставный капитал общества, выдается свидетельство, не являющееся ценной бумагой.

Следует обратить внимание на ряд ограничений.

1. Участники обществ с ограниченной ответственностью не могут быть освобождены от обязанности внести свой вклад в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью. Так как уставный капитал определяет именно минимальный размер имущества общества, то участник общества с ограниченной ответственностью должен внести в качестве вклада в него именно имущество.

2. Запрещается осуществление вклада в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью путем зачета требований к обществу. Речь идет, как правило, о лицах, являющихся кредиторами уже существующего общества и выражающими желание участвовать в обществе с ограниченной ответственностью.

Уставный капитал общества с ограниченной ответственностью может быть уменьшен. При уменьшении уставного капитала надо иметь в виду, что он не должен быть меньше минимального размера и что при этом надо уведомить всех кредиторов общества о таком уменьшении.

Разберем случай и процедуру уменьшения уставного капитала общества.

В числе случаев уменьшения уставного капитала можно отметить следующие:

1) если в течение первого года после регистрации общество с ограниченной ответственностью не внесло оставшиеся 50 % уставного капитала;

2) если по окончании второго или каждого последующего финансового года стоимость чистых активов общества окажется меньше уставного капитала, предусмотренного учредительными документами. В этом случае участники общества с ограниченной ответственностью не вправе увеличить чистые активы общества путем внесения дополнительных вкладов, а обязаны объявить об уменьшении уставного капитала. «Под чистыми активами в данном случае понимается фактическая стоимость всего имущества общества с ограниченной ответственностью за вычетом стоимости имеющихся долгов». Объявление об уменьшении уставного капитала общества с ограниченной ответственностью может производиться путем опубликования в печати соответствующих сведений, высылки писем, выступления по радио, телевидению и т. д. В любом случае кредиторы общества с ограниченной ответственностью должны быть уведомлены отдельно. Любое уменьшение уставного капитала допускается только после их уведомления, ведь такое «уменьшение уставного капитала является мерой, непосредственно затрагивающей интересы кредиторов, поэтому все они должны быть уведомлены» [142] . Форма уведомления кредиторов пунктом 5 ст. 90 ГК РФ не определена. Это означает, что такое уведомление может быть произведено и в устной форме, однако бремя доказывания того, что кредитор все-таки был предупрежден, ложится на общество с ограниченной ответственностью. Сроки для такого уведомления не устанавливаются. Главное, чтобы такое уведомление было предварительным, т. е. уменьшение уставного капитала допускается только после уведомления кредиторов. Кредиторы в этом случае (п. 5 ст. 90 ГК РФ) вправе потребовать досрочного прекращения или исполнения соответствующих обязательств и возмещения им убытков. Ясно, что в такой ситуации общество с ограниченной ответственностью не выплачивает дивиденды своим участникам.

«Вместе с тем указанные правила не требуют постоянного наличия у общества с ограниченной ответственностью соответствующего минимального капитала в каждый момент деятельности общества. Такое требование выдвигает закон лишь при подведении годовых финансовых итогов работы общества» [143] . Финансовые итоги работы общества подводятся в конце финансового года, который включает в себя период с 1 января по 31 декабря включительно. Однако для вновь созданных обществ с ограниченной ответственностью первым будет отчетный год, начиная с даты приобретения данным предприятием прав юридического лица по 31 декабря включительно, а если они созданы после 1 октября – то первым годом для таких обществ считается период с даты приобретения прав юридического лица по 31 декабря следующего года включительно.

Увеличение же уставного капитала допускается только после внесения всеми участниками своих вкладов в полном объеме (п. 6 ст. 90 ГК РФ). В противном случае участники общества с ограниченной ответственностью как бы освобождаются от полной оплаты своих вкладов, что является неприемлемым, так как нарушаются права кредиторов, для которых уставный капитал общества является соответствующей гарантией.

На особенностях управления в обществе также стоит остановиться поподробнее.

По сравнению с хозяйственными товариществами «система и структура управления в обществе с ограниченной ответственностью выглядит более формальной и менее гибкой» [144] . В обществе создается двухзвенная система управления его делами. Высшим органом управления обществом с ограниченной ответственностью является общее собрание его участников (п. 1 ст. 91 ГК РФ). В состав собрания из участников входят все участники общества, оплатившие как полностью, так и не полностью свою долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. Участники могут быть представлены в собрании участников своими представителями, которые должны иметь надлежащим образом оформленную доверенность. Участник вправе в любое время заменить своего представителя в собрании участников, поставив об этом в известность других участников. Каждый участник обладает количеством голосов, пропорциональным размеру его доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. В случае когда решением собрания участников может быть непосредственно затронут интерес лишь одного или нескольких участников (например, при исключении участника из общества с ограниченной ответственностью), эти участники избирают из своего состава председателя.

Собрание участников имеет согласно пункту 3 ст. 91 ГК РФ свою исключительную компетенцию. К его исключительной компетенции относятся:

1) изменение устава общества с ограниченной ответственностью, изменение размера его уставного капитала;

2) образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий и другие положения согласно пункту 3 ст. 91 ГК РФ.

Федеральным законом от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к исключительной компетенции собрания участников общества также относятся следующие вопросы:

определение основных направлений деятельности общества, а также принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций;

внесение изменений в учредительный договор;

изменение устава, в том числе изменение размера уставного капитала общества;

образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю (управляющему), утверждение кандидатуры такого управляющего и условий договора с ним;

избрание и досрочное прекращение полномочий ревизионной комиссии (ревизора) общества;

утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов;

принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;

утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества);

принятие решения о размещении обществом облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг;

назначение аудиторской проверки, утверждение аудитора и определение размера оплаты его услуг;

принятие решения о реорганизации или ликвидации общества;

назначение ликвидационной комиссии и утверждение ликвидационных балансов.

Перечень вышеперечисленных вопросов может быть расширен учредительными документами общества с ограниченной ответственностью, однако сужен быть не может.

Вопросы, отнесенные к исключительной компетенции собрания участников общества, не могут быть переданы ими на решение совета директоров (наблюдательного совета) общества, за исключением случаев, предусмотренных Законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также на решение исполнительных органов общества.

В обществе с ограниченной ответственностью создается (избирается) исполнительный орган, осуществляющий текущее руководство деятельностью общества с ограниченной ответственностью. Это может быть как единоличный, так и коллегиальный орган. Коллегиальный орган может быть назван дирекцией, а единоличный – директором. Возможно три варианта ведения текущего руководства в обществе согласно Гражданскому кодексу РФ:

либо имеется только коллегиальный исполнительный орган;

либо есть только единоличный исполнительный орган;

либо есть и тот, и другой орган.

Если создается коллегиальный орган в обществе с ограниченной ответственностью, то в уставе должен быть оговорен его количественный состав, а также порядок принятия им решений. Вряд ли данный вариант получит распространение в Российской Федерации, так как он не укладывается в привычные рамки, поскольку в таком обществе будет отсутствовать руководитель, что совсем для нас непривычно. В случае создания исполнительного органа, состоящего и из коллегиального, и из единоличного органов, надо сразу же в уставе определить компетенцию каждого из них и ее разделение между ними. При создании в обществе с ограниченной ответственностью единоличного органа он может быть избран из состава участников общества, а также и не из такового. Исполнительные органы подотчетны собранию участников, они не вмешиваются в исключительную компетенцию собрания участников, и она не может быть им передана. Относительно коллегиального органа – как он будет избираться и из кого, – все это должно быть установлено в уставе общества с ограниченной ответственностью.

Ревизионная комиссия в обществе с ограниченной ответственностью не является его исполнительным органом. Она выполняет задачу внутреннего аудита, т. е. контролирует финансово-хозяйственную деятельность внутри общества.

Гражданский кодекс РФ не рассматривает вопросы, относящиеся к ревизионной комиссии. Эти вопросы регулируются Законом «Об обществах с ограниченной ответственностью». Ревизионная комиссия избирается из числа участников общества. Члены исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью не могут быть избраны в ревизионную комиссию общества. Ревизионная комиссия создается в первую очередь для проверки деятельности исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью, которая осуществляется: по ее инициативе, по поручению собрания участников, по требованию участников. Должностные лица общества с ограниченной ответственностью обязаны предоставлять по требованию членов ревизионной комиссии все необходимые им документы и материалы и личные объяснения. Член ревизионной комиссии вправе присутствовать на заседании исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью с правом совещательного голоса. Результаты проверок комиссия направляет собранию участников.

Ревизионная комиссия составляет заключение по годовым отчетам и балансам. Без этого заключения баланс не подлежит утверждению собранием участников.

Кроме ревизионной комиссии общество с ограниченной ответственностью может привлекать для проверки и подтверждения своей финансовой отчетности профессионального аудитора, который не связан имущественными интересами с обществом или его участниками. «Требовать проверки независимым аудитором такой отчетности вправе как собрание участников, так и определенное количество участников, обладающих известной долей в уставном капитале». Независимый аудитор должен иметь лицензию на совершение аудиторской деятельности. Кроме требований, определенных в пункте 4 ст. 91 ГК РФ относительно аудитора, в уставе общества могут быть установлены и иные требования: стаж работы, особая специализация аудитора и т. д. Также порядок проведения таких проверок должен быть оговорен в уставе общества с ограниченной ответственностью.

В отличие от акционерного общества общество с ограниченной ответственностью не обязано открыто публиковать сведения о результатах своей деятельности. Однако такая отчетность обязательна, если она предусмотрена учредительными документами или установлена Законом «Об обществах с ограниченной ответственностью».

На наш взгляд, пристального внимания заслуживают особенности правового положения участников общества с ограниченной ответственностью.

Участниками общества с ограниченной ответственностью могут быть как физические, так и юридические лица, причем необязательно, чтобы они занимались предпринимательской деятельностью.

Участники общества с ограниченной ответственностью обладают тем минимумом прав, которые установлены в пункте 1 ст. 67 ГК РФ. Например, свое право на управление в обществе с ограниченной ответственностью они реализуют напрямую через собрание участников, а также через органы управления обществом; право на получение информации реализуется через обсуждение дел в органах управления общества, участнику предоставляется возможность получать всю необходимую информацию, знакомиться с бухгалтерскими книгами и другими документами. Объем и характер предоставляемой таким образом информации должны быть определены в учредительных документах. Прибыль распределяется между участниками общества с ограниченной ответственностью по общему правилу пропорционально их долям в уставном капитале, однако уставом может быть предусмотрено иное. Участник общества с ограниченной ответственностью имеет право на участие в распределении имущества общества, оставшегося после его ликвидации. То есть участникам общества с ограниченной ответственностью передается имущество, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов.

Участник общества с ограниченной ответственностью может в любое время выйти из него, чем он отличается от участников полного товарищества. Для этого ему не требуется чье-либо согласие, не имеет значения причина выхода такого участника. «Если в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью содержится положение о том, что участник общества с ограниченной ответственностью должен сообщить о своем выходе из общества с ограниченной ответственностью за определенный срок до такового (например, за 3 месяца), то эту обязанность участник должен соблюдать, так как здесь речь идет о расторжении договора и о соблюдении обязательства по договору» [145] . Однако если в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью записано, что участник общества отказывается от права выхода из него, то данный отказ является юридически недействительным, так как не соответствует законодательству.

При выходе участника из общества с ограниченной ответственностью ему согласно статье 94 ГК РФ выплачивается часть стоимости имущества общества, пропорциональная его доле в уставном капитале общества. Такое положение может поставить под угрозу имущественные интересы общества, поэтому в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью должны быть урегулированы порядок, сроки и способ выдачи такого имущества или выплаты его стоимости. Можно установить как характер выдачи (в натуре, в денежном эквиваленте и т. д.), так и сроки ее выплаты.

По общему правилу выплата производится участнику общества с ограниченной ответственностью после утверждения отчета за год, в котором он вышел из общества, и в срок до 12 месяцев со дня выхода. Выбывшему участнику общества с ограниченной ответственностью выплачивается часть прибыли, полученной обществом в данном году до момента выбытия.

Участник общества с ограниченной ответственностью может передать свою долю или часть ее другому лицу (п. 1 ст. 93 ГК РФ). Участник общества с ограниченной ответственностью может делать со своей долей в уставном капитале что угодно – продать ее, подарить и т. д., главное, чтобы доля была полностью им оплачена. До полной оплаты доля может быть отчуждена участником общества только в той части, в которой она уже оплачена. При отчуждении всей своей доли участник общества с ограниченной ответственностью добровольно выбывает из общества, а при ее части – его правомочия уменьшаются. Право на отчуждение доли участником общества является абсолютным правом, иными словами, нельзя в учредительных документах общества закрепить положение о невозможности данного участника воспользоваться своим правом. Даже если такой запрет и установлен в учредительных документах общества – он ничтожен.

Пункт 2 ст. 93 ГК РФ предусматривает общее правило, по которому участники вправе отчуждать свою долю третьим лицам. Однако в уставе общества может быть предусмотрено, что участники общества не имеют права отчуждать свои доли третьим лицам; могут отчуждать свои доли только лицам, указанным в уставе; могут уступать свои доли в порядке наследования или правопреемства.

Отчуждение третьему лицу доли в имуществе общества с ограниченной ответственностью предполагает, что лицо, приобретающее ее, должно быть принято в общество в качестве его члена. Поскольку для других участников не всегда приемлемо то, что в их составе появится другое, незнакомое им лицо, то, как мы видели выше, в уставе общества может быть установлено иное, вплоть до запрета отчуждения доли в уставном капитале общества третьим лицам. Если данный запрет не был установлен в уставе, то даже если участник будет продавать третьему лицу свою долю в уставном капитале общества, другие участники общества с ограниченной ответственностью имеют преимущественное право покупки данной доли по предложенной цене. Такое преимущественное право, упомянутое в пункте 2 ст. 93 ГК РФ, возникает у других участников общества только в том случае, если участник продает свою долю. А «если отчуждение доли производится в форме дарения, наследования и т. п., то у других участников общества с ограниченной ответственностью отсутствует преимущественное право на приобретение этой доли, так как здесь нет покупки» [146] . По общему правилу данные участники могут купить отчуждаемую долю (ее часть) только в части, пропорциональной размеру их собственных долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, если уставом общества не предусмотрено иное. Возможны следующие варианты: данную долю приобретают только учредители общества с ограниченной ответственностью пропорционально их вкладам в уставный капитал общества; она может достаться тому из участников, кто первым заявил о своем желании ее приобрести, и т. п. Даже если в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью таких норм нет, то участники общества вправе заключить письменное соглашение о порядке покупки доли другими участниками общества с ограниченной ответственностью. Перед тем как заключить такое соглашение о порядке преимущественной покупки доли (даже если этот вопрос и урегулирован уставом) необходимо сначала внести соответствующие изменения и дополнения в учредительные документы общества в связи с данным соглашением, зарегистрировать их, а потом реализовать право преимущественной покупки продаваемой доли участником общества.

Участники могут воспользоваться таким своим правом в течение 1 месяца со дня извещения либо в иной срок, установленный уставом общества с ограниченной ответственностью или соглашением участников общества (п. 2 ст. 93 ГК РФ). Это правило установлено для защиты интересов участника общества с ограниченной ответственностью, отчуждающего свою долю третьему лицу. Может быть предусмотрен и больший, и меньший срок для осуществления участниками своего преимущественного права в уставе общества. В том случае, если в срок, установленный Гражданским кодексом РФ, уставом общества или соглашением участников общества, они не воспользуются своим преимущественным правом, то участник, продающий свою долю, имеет полное право продать ее третьему лицу. Однако в этом случае такая продажа возможна, если это допущено уставом общества.

Если же согласно уставу общества участник не может продать свою долю третьему лицу, а другие участники не воспользовались своим преимущественным правом на покупку данной доли, то общество само обязано выкупить данную долю у ее участника. Само общество с ограниченной ответственностью может выбрать вариант покупки этой доли: либо участнику выплачивается действительная ее стоимость, либо выдается имущество, соответствующее стоимости данной доли. «Поскольку подобного рода процедура может повлечь за собой негативные последствия для общества, в учредительных документах имеет смысл предусмотреть, как будет производиться подобного рода расчет, например через определенный срок после подведения итогов финансового года» [147] .

Нужно обратить внимание на следующие особенности выдачи такого имущества:

1. Действительная стоимость выдаваемого имущества может совпадать со стоимостью имущества, внесенного участником в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью в качестве вклада, может совпадать с рыночной стоимостью данного имущества, а может и не совпадать. Должно быть в таком случае составлено специальное заключение о действительной стоимости доли.

2. Согласия участника на то, чтобы ему выдали имущество в натуре, не требуется. Участник общества с ограниченной ответственностью, может быть, и хотел бы получить деньги, но общество само решает выплатить их ему или выдать имущество в натуре такой же стоимостью.

Согласно пункту 4 ст. 93 ГК РФ участник общества с ограниченной ответственностью может отчуждать только оплаченную долю в уставном капитале общества либо отчуждать оплаченную часть данной доли. Это правило является абсолютным правом. Ни уставом общества, ни соглашением сторон не может быть установлено иное. Это касается также перехода доли в порядке наследования (правопреемства).

Даже если общество и приобрело долю участника, оно обязано ее реализовать в порядке, который предусмотрен Законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» или учредительными документами общества.

Доля, принадлежащая обществу, в течение одного года со дня ее перехода к обществу должна быть по решению общего собрания участников общества распределена между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества либо продана всем или некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам и полностью оплачена. Нераспределенная или непроданная часть доли должна быть погашена с соответствующим уменьшением уставного капитала общества. Продажа доли участникам общества, в результате которой изменяются размеры долей его участников, продажа доли третьим лицам, а также внесение связанных с продажей доли изменений в учредительные документы общества осуществляются по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно (ст. 24 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Можно принять решение не о реализации данной доли, а об уменьшении уставного капитала общества. В этом случае необходимость в реализации данной доли отпадает. Уменьшение уставного капитала производится на общем основании.

Переход доли участника общества с ограниченной ответственностью к его наследникам (правопреемникам) происходит по общим правилам. Они вправе требовать приема их в члены общества. Но если в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью может быть установлено, что для перехода доли к таким лицам, а следовательно, и для их приема в общество необходимо иметь согласие на это всех участников общества, если хотя бы один из участников общества с ограниченной ответственностью не согласен с переходом доли к наследнику (правопреемнику), то в этих случаях за ним сохраняется лишь право на компенсацию указанной доли за счет общества, либо такому лицу выплачивается действительная стоимость доли, либо передается имущество, соответствующее данной доле в натуре. Согласие или отказ на переход доли к наследникам (правопреемникам) участника общества должно быть получено на общем собрании участников с соблюдением правил его работы в соответствии с требованиями, предусмотренными статьей 91 ГК РФ и учредительными документами. В случае отказа в принятии этих лиц в общество их доля реализуется обществом в порядке, описанном выше.

В статье 88 ГК РФ установлены ограничения, касающиеся состава участников общества с ограниченной ответственностью:

1. Число участников общества не должно быть более пятидесяти (ст. 7 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

2. Единственным участником не может быть другое хозяйственное общество, если оно состоит из одного лица. Хотя ООО может быть создано одним лицом.

3. Ограничен срок преобразования общества с ограниченной ответственностью, число участников которого превышает установленный предел, в акционерное общество. Упомянутый в пункте 1 ст. 88 ГК РФ годичный срок отсчитывается со следующего дня после принятия лишнего участника в общество с ограниченной ответственностью.

Действующее законодательство содержит и другие ограничения в отношении участников общества с ограниченной ответственностью, о которых мы говорили ранее.

Особенности ликвидации и реорганизации общества с ограниченной ответственностью . Согласно пункту 1 ст. 92 ГК РФ общество с ограниченной ответственностью может быть реорганизовано или ликвидировано добровольно по единому решению его участников.

Гражданским кодексом установлены специальные основания для ликвидации общества с ограниченной ответственностью:

– если общество не оплатит оставшуюся 1/2 часть уставного капитала в течение года после своего создания, оно обязано объявить об уменьшении уставного капитала либо ликвидироваться (п. 3 ст. 90 ГК РФ);

– если стоимость чистых активов общества станет меньше определенного законом минимального размера уставного капитала, то оно подлежит ликвидации (п. 4 ст. 90 ГК РФ);

– если единственным участником общества является другое хозяйственное общество – компания одного лица, то оно подлежит ликвидации (п. 2 ст. 88 ГК РФ);

– при превышении определенного законом лимита количества участников общества, если в течение первого года оно не было преобразовано в акционерное общество, то оно подлежит ликвидации в судебном порядке, если число участников не уменьшится до установленного законом предела (п. 1 ст. 88 ГК РФ);

– иные основания, предусмотренные действующим гражданским законодательством.

В частности, в отношении общества с ограниченной ответственностью действуют общие основания ликвидации и реорганизации юридических лиц и порядок производства таковых.

Согласно пункту 2 ст. 92 ГК РФ общество с ограниченной ответственностью преобразуется в производственный кооператив или акционерное общество. Однако следует учесть, что не всякое общество с ограниченной ответственностью может быть преобразовано в производственный кооператив, поскольку после преобразования в производственный кооператив в нем должно остаться не более пяти участников (п. 3 ст. 108 ГК РФ). По общему правилу производственный кооператив – это объединение граждан, что должно быть учтено при преобразовании общества в него.

Если общество с ограниченной ответственностью преобразуется в закрытое акционерное общество, то следует учесть, что число участников закрытого акционерного общества не может быть более 50 человек (участников).

Возможность преобразования общества с ограниченной ответственностью в общество с дополнительной ответственностью не установлена статьей 92 ГК РФ, но она прямо вытекает из статьи 68 ГК РФ.

Суммируя сказанное, можно сделать следующие выводы по обществам с ограниченной ответственностью.

1. Общество с ограниченной ответственностью позволяет более гармонично сочетать личный элемент и элемент материальный. Правда, надо признать, что ООО, в отличие от товарищества, – это объединение, прежде всего, капиталов, а не лиц (что не исключает личного участия вкладчиков в делах ООО).

По общему правилу участниками ООО могут быть как физические, так и юридические лица. Общества могут создаваться и одним лицом, если только этот единственный участник не является хозяйственным обществом, состоящим из одного лица (п. 2 ст. 88 ГК РФ).

2. Участники общества рискуют всего лишь своей долей, внесенной при вступлении в общество (не беспокоясь о том, что в случае неудачи придется лишиться многого).

Следует также отметить определенные гарантии, которые получают кредиторы; ведь характер ответственности участников известен им заранее, до вступления в деловые отношения с обществом с ограниченной ответственностью, поскольку фирменное наименование общества в соответствии с требованием законодательства должно включать слова: «с ограниченной ответственностью». Само же общество несет полную имущественную ответственность по своим обязательствам перед кредиторами.

3. В целях предотвращения возможных злоупотреблений, связанных с ограниченной ответственностью, действуют законодательные нормы, затрудняющие при выходе участника из ООО переход доли третьим лицам. Согласно первой из них (ст. 21 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью») вкладчики общества пользуются преимущественным правом покупки доли выбывающего участника (ее части) пропорционально размерам своих долей, если иное не предусматривается учредительным договором и соглашением. Согласно второй (ст. 23 этого же Закона) общество само может выкупить долю лица, пожелавшего его покинуть. Третья норма предоставляет обществу право в случае перехода доли по наследству (или по правопреемству) предусмотреть на этот случай необходимость получения согласия остальных участников общества, в противном случае оно обязано само выкупить долю либо путем распределения ее между оставшимися участниками, либо за счет уменьшения капитала самого ООО.

4. Существенной особенностью общества с ограниченной ответственностью является возможность без особых трудностей увеличить или уменьшить уставный капитал (для этого необходимо не менее 2/3 голосов участников общества).

5. Общество с ограниченной ответственностью как правовая форма более всего подходит для малых и даже семейных предприятий. Закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» ограничивает число участников – 50 человек. Если же этот предел будет превышен, ООО в течение года должно преобразоваться в открытое акционерное общество (ОАО), в противном случае оно подлежит ликвидации.

6. Управление обществом с ограниченной ответственностью не отличается особой сложностью, поскольку круг лиц, объединенных в корпорацию, невелик. Тем не менее законодатель считает своим долгом очертить его хотя бы пунктиром.

Согласно ст. 32 вышеуказанного Закона высшим органом управления общества с ограниченной ответственностью является общее собрание его участников. Перечисляется и круг вопросов, относящихся к исключительной компетенции данного органа (ст. 33 этого же Закона).

Менее жестко законодатель высказывается о других органах управления. Так, например, создание совета директоров и коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции и др.) вообще отдается на усмотрение ООО. Однако выборы единоличного исполнительного органа (генерального директора, президента и др.) обязательны.

7. Есть еще одна особенность общества с ограниченной ответственностью по сравнению с акционерным обществом. Оно не обязано публиковать сведения о результатах ведения дел. По крайней мере, более сильным контролем за органами управления в этом отношении можно считать личное участие (трудовое, организационное, распорядительное, представительское и т. д.) членов общества и, как следствие, значительное усиление контроля за органами управления, по сравнению с акционерным обществом.

8. Общество с ограниченной ответственностью реорганизуется или ликвидируется по единогласному решению его участников (п. 1 ст. 92 ГК РФ). Оно может быть ликвидировано и по общим основаниям ликвидации юридических лиц (ст. 61 ГК РФ). Что касается его реорганизации в виде преобразования, то оно может быть превращено лишь в другое общество либо производственный кооператив, но не в товарищество.

В заключение следует отметить, что ООО относится к особо предпочитаемым в России организационно-правовым формам малого бизнеса. Последний, обладая множеством преимуществ, все же имеет определенный недостаток, от которого успешно избавляются крупные фирмы, одерживая победу в конкуренции, – неспособность достичь экономии. Напротив, к несомненным плюсам малых фирм относится достигаемый ими эффект, обусловленный простотой управления и организационной структуры.

Гражданский кодекс взял из старого (союзного) законодательства такую организационно-правовую форму предпринимательства, как общество с дополнительной ответственностью. Определение ее практически не изменилось по сравнению с формулировкой Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г.

Общество с дополнительной ответственностью имеет много общих черт с обществом с ограниченной ответственностью, которые дают нам право считать общество с дополнительной ответственностью обществом с ограниченной ответственностью. Оно также имеет уставный капитал, разделенный на доли определенных учредительными документами размеров. Его структура непроста, и поэтому в нем выделяются те же органы управления, что и в обществе с ограниченной ответственностью. При его учреждении следует соблюдать тот же порядок, что и при учреждении ООО. Учредительные документы ОДО должны соответствовать требованиям, адресованным и учредителям общества с ограниченной ответственностью.

Учитывая эти элементы схожести в правовом статусе указанных двух видов корпораций, законодатель установил, что на правовое положение общества с дополнительной ответственностью распространяют свое действие практически все правила об обществах с ограниченной ответственностью (п. 3 ст. 95 ГК РФ). Однако имеются различия в правовом регулировании общества с ограниченной ответственностью и общества с дополнительной ответственностью.

Итак, различия двух сравниваемых видов корпораций :

–  участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам, а несут риск убытков , связанных с деятельностью общества, в пределах своих вкладов, внесенных ими, тогда как участники общества с дополнительной ответственностью несут ответственность по обязательствам общества своим имуществом, хотя и в ограниченном размере;

–  участники общества с ограниченной ответственностью несут риск убытков , связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов, а участники общества с дополнительной ответственностью несут ответственность по его обязательствам в одинаковом для участников кратном размере к стоимости их вкладов. В обществе с дополнительной ответственностью участники при нехватке имущества общества отвечают по обязательствам своим личным имуществом (как бы восполняют, дополняют нехватку имущества ОДО). Но таковая может намного превышать внесенный каждым из них вклад. Указание на то, какое «превышение» своих вкладов участники согласны возместить своим собственным имуществом (двукратное, трехкратное, пятикратное и т. д.), находит отражение в уставе.

Таким образом, участники общества с дополнительной ответственностью отвечают не всем своим имуществом, как полные товарищи, но в то же время их ответственность не ограничена внесенным вкладом. Однако размер этот ограничен кратным размером внесенных вкладов. Из всего этого видно, что общество с дополнительной ответственностью занимает как бы промежуточное положение между товариществами с их неограниченной ответственностью и обществами вообще, исключающими такую ответственность [148] ;

–  участники общества с ограниченной ответственностью несут солидарную ответственность, а участники общества с дополнительной ответственностью солидарно несут субсидиарную ответственность . Требования к таким участникам могут быть предъявлены при недостаточности имущества самого общества с дополнительной ответственностью.

Итак, тот факт, что помимо своего вклада участники ОДО отвечают и дополнительным имуществом, дает возможность самим членам общества уменьшить (или ограничить) риск, связанный с неудачами в деятельности ОДО, по сравнению с полными товарищами. Кредиторы же получают большие гарантии в деловых отношениях с таким обществом, нежели с ООО.

«Так как ответственность носит солидарный характер, то кредиторы общества с дополнительной ответственностью вправе в полном объеме или в любой части предъявить требования к любому из участников, который обязан их удовлетворить. А общий объем ответственности отражен в учредительных документах общества с дополнительной ответственностью и определяется как величина, кратная размеру уставного капитала общества с дополнительной ответственностью»;

–  общество с дополнительной ответственностью гарантирует кредиторов от банкротства одного из участников . В случае банкротства одного участника ОДО его ответственность по обязательствам общества распределяется между остальными участниками пропорционально их вкладам. Хотя в уставе и на этот случай может быть закреплена иная норма.

В отношении общества с ограниченной ответственностью такая норма не установлена. По общему правилу пункта 1 ст. 95 ГК РФ эта ответственность распределяется между оставшимися участниками общества с дополнительной ответственностью пропорционально их вкладам в уставный капитал общества с дополнительной ответственностью. Таким образом, общая сумма гарантий прав кредиторов общества с дополнительной ответственностью остается неизменной. Однако учредительными документами общества с дополнительной ответственностью может быть установлено иное распределение ответственности между его участниками: распределение таковой только между учредителями общества, распределение поровну и т. п.

Фирменное наименование общества с дополнительной ответственностью согласно пункту 2 ст. 95 ГК РФ должно содержать наименование общества и слова «с дополнительной ответственностью». Следовательно, никаких других дополнительных требований к нему законодательство не предъявляет.

В отношении регулирования иных аспектов создания и деятельности ОДО согласно пункту 3 ст. 95 ГК РФ к обществу с дополнительной ответственностью применяются правила действующего гражданского законодательства, касающиеся обществ с ограниченной ответственностью, по аналогии. Законодателю необходимо разработать и принять специальный нормативный акт, который бы регулировал особенности правового положения общества с дополнительной ответственностью.

Поскольку к числу российских корпораций в первую очередь относятся хозяйственные общества , то к ним должны быть применены гражданско-правовые положения, касающиеся статуса хозяйственных обществ, в том числе о дочерних и зависимых обществах последних.

Итак, напомним, что в соответствии с Гражданским кодексом РФ хозяйственные общества могут образовывать дочерние и зависимые общества . Их правовой статус отличается значительным своеобразием. В различные периоды развития отечественного законодательства он был различен. В настоящее время российское законодательство не признает дочерние и зависимые общества в качестве самостоятельных субъектов гражданского оборота и ограничивает их дееспособность по целому ряду параметров. Дееспособность таких субъектов признается ГК РФ, однако в ряде случаев она является производной от объема дееспособности организации, учредившей их, и ограничивается ей. Будучи юридическими лицами, хозяйственные общества несут самостоятельную ответственность по своим обязательствам, самостоятельно (от своего имени) приобретают и осуществляют имущественные и личные неимущественные права, могут быть истцом и ответчиком в суде и т. д.

Правовой статус дочерних и зависимых организаций определяется Гражданским кодексом РФ и законодательством Российской Федерации об отдельных субъектах корпоративного права Российской Федерации, в том числе законами «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью» и другими федеральными законами.

Дочерние и зависимые общества осуществляют предпринимательскую деятельность. Таким образом, выделяют основные организации (хозяйственное товарищество в виде полного товарищества, акционерное общество и т. д.) и производные (дочерние и зависимые общества).

«Одним из традиционных признаков, характеризующих любое юридическое лицо (в частности, акционерное общество), является признак самостоятельности. Только формально самостоятельная организация может быть признана законодателем в качестве юридического лица. Эта черта имеет множество различных проявлений» [149] . Сущностью производного хозяйственного общества является его несамостоятельность по отношению к одному из хозяйственных субъектов, которая, однако, отлична от уровня несамостоятельности филиалов и представительств юридических лиц, которые не являются юридическими лицами и не обладают собственными правами, не связанными с правоспособностью юридического лица.

Как было уже отмечено ранее, выделяют два вида несамостоятельных обществ: дочерние общества и зависимые общества. «Основное различие между дочерним и зависимым обществами заключается в том, что решения, принимаемые компетентными органами управления первого общества, могут определяться другим юридическим лицом (основным акционерным обществом)» [150] . Для получения обществом статуса зависимого наличия такого влияния со стороны преобладающего общества не требуется, достаточно лишь факта приобретения более 20 % голосующих акций первого общества.

Хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом.

Дочернее общество не отвечает по долгам основного общества (товарищества). Напротив, основное общество (товарищество), которое имеет право давать дочернему обществу, в том числе по договору с ним, обязательные для него указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний.

В случае несостоятельности дочернего общества по вине основного общества последнее несет субсидиарную ответственность по его долгам. Участники (акционеры) дочернего общества вправе требовать возмещения основным обществом (товариществом) убытков, причиненных по его вине дочернему обществу, если иное не установлено законами о хозяйственных обществах.

Зависимое общество неравнозначно дочернему, поскольку в сравнении с последним зависимое общество обладает относительно большей самостоятельностью.

Хозяйственное общество признается зависимым, если другое (преобладающее, участвующее) общество имеет более 20 % голосующих акций акционерного общества или 20 % уставного капитала общества с ограниченной ответственностью.

Хозяйственное общество, которое приобрело более 20 % голосующих акций акционерного общества или 20 % уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, обязано незамедлительно опубликовать сведения об этом в порядке, предусмотренном законами о хозяйственных обществах. Пределы взаимного участия хозяйственных обществ в уставных капиталах друг друга и число голосов, которыми одно из таких обществ может пользоваться на общем собрании участников или акционеров другого общества, определяются законом.

Правоотношения, связанные с дочерними и зависимыми обществами, представляют интерес в ряде случаев при выявлении нарушений антимонопольного законодательства, совершении ряда сделок, при которых зависимость организации имеет существенное значение, и т. д.

Виды дочерних и зависимых обществ . Дочерние и зависимые общества разделяются на несколько видов по различным основаниям, например, выделяют отечественные и зарубежные несамостоятельные общества, общества, производные от акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью и иных организационно-правовых форм корпоративных организаций.

Что касается иностранных корпораций, то множество их дочерних и зависимых обществ действуют в настоящее время в России, в том числе совместные общества. Они в отличие от иностранных организаций имеют довольно ограниченный правовой статус. Достаточно отметить, что в соответствии с правилом, которое установил Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 160-ФЗ «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» (с изм.), дочерние и зависимые общества коммерческой организации с иностранными инвестициями не пользуются правовой защитой, гарантиями и льготами, установленными этим Федеральным законом, при осуществлении ими предпринимательской деятельности на территории России.

Различают зависимые и дочерние общества акционерного общества и общества с ограниченной ответственностью.

Остановимся на них более подробно, поскольку именно эти хозяйственные субъекты чаще всего имеют дочерние или зависимые общества.

Общество с ограниченной ответственностью может иметь дочерние и зависимые общества с правами юридического лица на территории Российской Федерации, созданные в соответствии с федеральными законами, а за пределами территории Федерации – в соответствии с законодательством иностранного государства по местонахождению дочернего или зависимого обществ, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Акционерное общество может иметь дочерние и зависимые общества с правами юридического лица на территории Российской Федерации в соответствии с федеральными законами, а за пределами территории Российской Федерации – в соответствии с законодательством иностранного государства по местонахождению дочернего или зависимого обществ, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество (товарищество) в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом.

Основное общество (товарищество), которое вправе давать дочернему обществу обязательные для последнего указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний. Основное общество (товарищество) считается имеющим право давать дочернему обществу обязательные для последнего указания только в случае, когда это право предусмотрено в договоре с дочерним обществом или уставе дочернего общества.

Акционеры дочернего общества вправе требовать возмещения основным обществом (товариществом) убытков, причиненных по его вине дочернему обществу. Убытки считаются причиненными по вине основного общества (товарищества) только в случае, когда основное общество (товарищество) использовало имеющиеся у него право и (или) возможность в целях совершения дочерним обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого дочернее общество понесет убытки.

При этом учреждение дочерних и зависимых обществ нередко служит средством злоупотребления со стороны корпоративной организации: «Увы, – пишет Д.В. Ломакин, – в Федеральном законе от 7 августа 2001 г. № 120-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» проблема сокрытия имущества посредством создания дочерних обществ не получила решения» [151] .

Основные положения об акционерном обществе . Правовое регулирование создания и деятельности акционерных обществ осуществляется нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона «Об акционерных обществах».

Акционерное общество – наиболее сложный по своей организационной структуре вид корпорации.

Закон «Об акционерных обществах» определяет в статье 2 акционерное общество как коммерческую организацию, уставный капитал которой разделен на определенное число акций, удостоверяющих обязательственные права участников общества (акционеров) по отношению к обществу.

Гражданский кодекс Российской Федерации в части 1 ст. 96 дает такое определение: «Акционерным обществом признается общество, уставный капитал которого разделен на определенное число акций; участники акционерного общества (акционеры) не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им акций».

Из легальных определений акционерного общества можно вывести его существенные признаки:

1) уставный капитал акционерного общества разделен на акции, при этом последние удостоверяют именно обязательственные права участников по отношению к обществу;

2) акционеры несут ограниченную ответственность по обязательствам общества в пределах стоимости принадлежащих им акций;

3) акции могут свободно отчуждаться без согласия других акционеров и самого акционерного общества.

Гражданский кодекс и Закон «Об акционерных обществах» различают открытые и закрытые акционерные общества. Различия между этими видами акционерных обществ можно провести по субъектному составу участников-акционеров.

Участники закрытого общества должен отвечать критерию избранности – акции такого акционерного общества распределяются только среди его учредителей или иного заранее определенного круга лиц. Такое общество не вправе проводить открытую подписку на выпускаемые им акции либо иным образом предлагать их для приобретения неограниченному кругу лиц. Акционеры закрытого акционерного общества имеют преимущественное право приобретения акций, продаваемых другими акционерами этого общества.

Число участников закрытого акционерного общества не должно превышать числа, установленного Законом «Об акционерных обществах» . В противном случае оно подлежит преобразованию в открытое акционерное общество в течение года, а по истечении этого срока – ликвидации в судебном порядке, если их число не уменьшится до установленного законом предела (ч. 2 ст. 97 ГК РФ).

Участники открытого акционерного общества могут свободно отчуждать принадлежащие им акции . Такое акционерное общество вправе проводить открытую подписку на выпускаемые им акции и их свободную продажу на условиях, устанавливаемых законом и иными правовыми актами.

Единственным учредительным документом акционерного общества является устав, утверждаемый его учредителями. Помимо общих требований к учредительным документам, сформулированным в статье 52 ГК РФ, устав акционерного общества должен содержать следующие сведения:

полное и сокращенное фирменное наименование общества;

место нахождения общества;

тип общества (открытое или закрытое);

количество, номинальную стоимость, категории (обыкновенные, привилегированные) акций и типы привилегированных акций, размещаемых обществом;

права акционеров – владельцев акций каждой категории (типа);

размер уставного капитала общества;

структуру и компетенцию органов управления общества и порядок принятия ими решений;

порядок подготовки и проведения общего собрания акционеров, в том числе перечень вопросов, решение по которым принимается органами управления общества квалифицированным большинством голосов или единогласно;

сведения о филиалах и представительствах общества;

иные положения, предусмотренные федеральными законами.

Уставный капитал акционерного общества состоит из номинальной стоимости акций общества, приобретенных акционерами, и определяет минимальный размер имущества общества, гарантирующий интересы его кредиторов. Согласно статье 99 ГК РФ уставный капитал не может быть менее размера, предусмотренного законом «Об акционерных обществах». При этом статья 26 Закона «Об акционерных обществах» закрепляет, что минимальный уставный капитал открытого общества должен составлять не менее 1000-кратной суммы минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом на дату регистрации общества, а закрытого общества – не менее 100-кратной суммы минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом на дату государственной регистрации общества.

Высшим органом управления акционерным обществом является общее собрание его акционеров. К его исключительной компетенции Гражданский кодекс относит вопросы:

изменения устава общества, в том числе изменения размера его уставного капитала;

избрания членов совета директоров (наблюдательного совета), ревизионной комиссии (ревизора) общества и досрочное прекращение их полномочий;

образования исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета);

утверждения годовых отчетов, бухгалтерских балансов, счетов прибылей и убытков общества и распределения его прибылей и убытков;

о реорганизации или ликвидации общества;

иные вопросы, отнесенные Законом «Об акционерных обществах» к исключительной компетенции общего собрания акционеров.

При этом вопросы, отнесенные законом к исключительной компетенции общего собрания акционеров, не могут быть переданы им на решение исполнительных органов общества.

В обществе с числом акционеров более 50 создается совет директоров (наблюдательный совет). Вопросы, отнесенные уставом к исключительной компетенции совета директоров (наблюдательного совета), не могут быть переданы им на решение исполнительных органов общества.

Исполнительный орган общества может быть коллегиальным (правление, дирекция) и (или) единоличным (директор, генеральный директор). Он осуществляет текущее руководство деятельностью общества, подотчетен совету директоров (наблюдательному совету) и общему собранию акционеров. К компетенции исполнительного органа общества относится решение всех вопросов, не составляющих исключительную компетенцию других органов управления обществом, определенную законом или уставом общества. По решению общего собрания акционеров полномочия исполнительного органа общества могут быть переданы по договору другой коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю (управляющему).

Компетенция органов управления акционерным обществом, порядок принятия ими решений и выступления от имени общества определяются в соответствии с положениями Гражданского кодекса, Закона «Об акционерных обществах» и уставом акционерного общества.

Реестр акционеров общества. Статус акционера подтверждается записью в реестре акционеров общества. В него вносятся сведения о каждом зарегистрированном лице, количестве и категориях (типах) акций, записанных на имя каждого зарегистрированного лица, иные сведения, предусмотренные правовыми актами Российской Федерации.

Реестр владельцев ценных бумаг – это часть системы ведения реестра, который представляет собой список зарегистрированных владельцев с указанием количества, номинальной стоимости и категории принадлежащих им именных ценных бумаг, составленный по состоянию на любую установленную дату и позволяющий идентифицировать этих владельцев, количество и категорию принадлежащих им ценных бумаг.

Под системой ведения реестра владельцев ценных бумаг понимается совокупность данных, зафиксированных на бумажном носителе и/или с использованием электронной базы данных, обеспечивающая идентификацию зарегистрированных в системе ведения реестра владельцев ценных бумаг номинальных держателей и владельцев ценных бумаг и учет их прав в отношении ценных бумаг, зарегистрированных на их имя, позволяющая получать и направлять информацию указанным лицам и составлять реестр владельцев ценных бумаг (ст. 8 Закона «О рынке ценных бумаг»).

Акционерное общество обязано обеспечить ведение и хранение реестра акционеров общества в соответствии с правовыми актами Российской Федерации с момента государственной регистрации общества (п. 2 ст. 44 Закона «Об акционерных обществах»). А это означает, что с момента государственной регистрации общества должна быть обеспечена возможность идентификации владельцев акций. И именно система ведения реестра владельцев акций позволяет идентифицировать владельцев и является подтверждением обладания ими совокупностью имущественных и неимущественных прав.

После совершения сделки по переходу права собственности на акции приобретатель получает только одно право – право на внесение его в реестр акционеров. Отношение, содержанием которого является право акционера на внесение записи о нем в реестр, является обязательственным по своей природе.

Право на внесение в реестр акционеров весьма важно для приобретения лицом статуса акционера. Его значение трудно переоценить.

Акционер имеет право на внесение записи о нем в реестр акционеров и одновременно несет обязанность по предоставлению сведений о себе держателю реестра. Для осуществления этого права акционером общество должно предпринять активные действия – обеспечить ведение и хранение реестра акционеров общества в соответствии с правовыми актами Российской Федерации с момента государственной регистрации общества. Если в обществе более 50 акционеров, то в правоотношения между обществом и его акционером автоматически включается еще один участник – специализированная организация, которая будет заниматься ведением реестра. Если число акционеров общества гораздо значительнее, к участникам может прибавиться еще и трансфер-агент, осуществляющий свою деятельность на основании договора с регистратором.

В реестре регистрируются владельцы и номинальные держатели ценных бумаг (п. 1 ст. 8 Закона «О рынке ценных бумаг»).

Именно на основании данных реестра акционеров общества составляются списки лиц, необходимые для осуществления прав, закрепленных акциями, в частности списки лиц, имеющих преимущественное право на приобретение дополнительных акций и эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции, право на получение дивидендов, право на участие в общем собрании акционеров. Отсюда становится ясным значение требования ведения реестра акционеров для возможности осуществления акционерами своих прав.

Держатель реестра акционеров несет ответственность за его ведение и хранение перед зарегистрированными в нем лицами. При этом общество, поручившее ведение и хранение реестра своих акционеров регистратору, не освобождается от ответственности за его ведение и хранение. Оно обязано контролировать соблюдение регистратором правил ведения реестра акционеров общества, что должно быть закреплено в договоре между обществом и регистратором.

В соответствии с пунктом 6.1 Положения о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг (утв. постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 2 октября 1997 г. № 27) зарегистрированные в реестре лица обязаны:

l предоставлять регистратору полные и достоверные данные, необходимые для открытия лицевого счета;

l предоставлять регистратору информацию об изменении данных, предусмотренных подпунктом 3.4.1 п. 3.4 Положения;

l предоставлять регистратору информацию об обременении ценных бумаг обязательствами;

l предоставлять регистратору документы, предусмотренные Положением, для исполнения операций по лицевому счету;

l гарантировать, что в случае передачи ценных бумаг не будут нарушены ограничения, установленные законодательством Российской Федерации, или уставом эмитента, или вступившим в законную силу решением суда;

l осуществлять оплату услуг регистратора в соответствии с его прейскурантом.

В случае непредоставления зарегистрированными лицами информации об изменении данных, предусмотренных подпунктом 3.4.1 п. 3.4 Положения, или предоставления ими неполной либо недостоверной информации об изменении указанных данных регистратор не несет ответственности за причиненные в связи с этим убытки. На основании Закона «Об акционерных обществах» не несет убытки и общество (п. 5 ст. 44).

Регистратор в соответствии с разделом 5 вышеуказанного Положения также несет перед эмитентом и зарегистрированным лицом многочисленные обязанности. Например, он обязан:

открывать лицевые счета и исполнять операции по лицевым счетам в порядке и сроки, предусмотренные Положением;

предоставлять информацию из реестра в порядке, установленном Положением;

в течение времени, установленного правилами ведения реестра, но не менее чем 4 часа каждый рабочий день недели (включая обособленные подразделения регистратора) обеспечивать эмитенту, зарегистрированным лицам, уполномоченным представителям возможность предоставления распоряжений и получения информации из реестра;

по распоряжению эмитента или лиц, имеющих на это право в соответствии с законодательством Российской Федерации, предоставлять им список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров;

информировать зарегистрированных лиц по их запросам о правах, закрепленных ценными бумагами, о способах и порядке осуществления этих прав.

Ввиду важности рассматриваемых отношений для функционирования общества и осуществления прав акционеров за нарушения в этой сфере предусмотрена административная ответственность, установленная Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ. Так, статья 15.22 Кодекса устанавливает ответственность за нарушение правил ведения реестра владельцев ценных бумаг, статья 15.23 – за уклонение от передачи регистратору ведения реестра владельцев ценных бумаг.

Таким образом, для осуществления прав акционеру совершенно не нужно предъявлять ценную бумагу, достаточно лишь его идентификации по реестру акционеров. Сходные выводы были сделаны М.М. Агарковым: «В тех случаях, когда осуществление права по именной бумаге не ведет ни к полному, ни к частичному погашению права, оно может иметь место без предъявления каждый раз самой бумаги. Так, при осуществлении акционером, владеющим именной акцией, права участия в общем собрании акционеров нет надобности в предъявлении акции. Запись в акционерной книге является достаточной легитимацией. В тех случаях, когда это требуется уставом, предъявление акции приобретателем должно быть сделано за определенный срок до общего собрания» [152] .

Приобретение статуса акционера. В связи с изложенным возникает вопрос, что порождает комплекс прав акционера.

Оправданно полагать, что факт эмиссии акционерным обществом акций и последующее их размещение само по себе еще не влечет возникновения у их приобретателей прав. Именно факт приобретения статуса участника в акционерном обществе порождает комплекс прав акционера. А приобретение статуса участника акционерного общества подтверждается внесением соответствующей записи в реестр акционеров общества, содержащий данные о всех его участниках (акционерах). Внесение в реестр акционеров, в свою очередь, возможно только в случае приобретения акций общества. Таким образом, для возникновения права членства (участия) необходим состав юридических фактов: приобретение акции (имеется в виду совершение сделки по переходу права собственности на акции, неважно, в какой форме – соглашения о подписке, договора купли-продажи или в иной) и внесение данных об акционере в реестр акционеров общества. Без приобретения акции невозможно включить акционера в реестр, а без включения в реестр невозможна реализация акционером каких бы то ни было прав.

Этот вывод справедлив и для случая учреждения общества. В соответствии с пунктом 1 ст. 10 Закона «Об акционерных обществах» учредителями общества являются граждане и (или) юридические лица, принявшие решение о его учреждении. На основании абзаца 2 п. 2 ст. 25 того же Закона при учреждении общества все его акции должны быть размещены среди его учредителей. Статья 2 Закона «О рынке ценных бумаг» определяет размещение как отчуждение эмитентом эмиссионных ценных бумаг первым владельцам путем заключения гражданско-правовых сделок. Отчуждение ценных бумаг, в том числе акций, предполагает переход права собственности на них к новым владельцам. Владелец – лицо, которому ценные бумаги принадлежат на праве собственности или ином вещном праве (ст. 2 того же Закона).

До момента внесения записи в реестр акционеров о приобретении акции лицо, фактически осуществив такое приобретение, лишено возможности реализовать свои права, вытекающие из членства в обществе. Тогда как для статуса акционера значение имеют именно права, которыми он наделяется в силу членства в обществе. Это отмечал еще И.Т. Тарасов: «Существенный элемент в понятии об акционере составляет не акция, а акционерное право, и подтверждается это тем простым и ясным фактом, что лица, не произведшие полной оплаты акций, получают не акции, а только временные свидетельства, считаясь тем не менее акционерами и пользуясь акционерным правом, между тем как лица, оплатившие сполна свои акции, но не имеющие их в установленном количестве, очень часто не пользуются акционерным правом в полном его объеме; хотя, как указано уже выше, явление это следует отнести к разряду анормальных, но оно и вызвано именно неправильным определением понятия об акционере, отождествляющим акционера с владельцем акций независимо от пользования акционерным правом» [153] . Данный вывод подтверждается и многочисленными судебными прецедентами.

Так, Министерство имущественных отношений Московской области обратилось в областной Арбитражный суд с исковым заявлением к ОАО «Хлеб» (г. Можайск) о признании недействительными решений внеочередного собрания акционеров общества от 3 декабря 2000 г. и обязании ответчика внести соответствующие изменения, касающиеся статуса истца, в реестр акционеров.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что указанное министерство в результате правопреемства стало владельцем 25 % акций ОАО «Хлеб», ранее находившихся у Комитета по управлению имуществом Московской области. В соответствии с требованиями Закона РФ «Об акционерных обществах» истец направил ответчику письмо от 9 декабря 2000 г. № ИС-5998 с предложением внести соответствующие изменения в реестр акционеров. Но ответчик – держатель реестра в нарушение требований Закона изменения в реестр не внес, мотивированного на то определения об отказе истцу не направил и не дал ответа на запрос о выдаче выписки из реестра акционеров общества.

Следствием неправомерного бездействия ответчика стало нарушение прав истца, выразившееся в недопущении его представителя к участию в работе высшего органа управления общества, каковым является общее собрание акционеров. Принимая во внимание, что истец является владельцем 25 % акций общества, его участие в общем собрании могло изменить результаты голосования по принятым на нем вопросам. В связи с этим требования истца были полностью удовлетворены. Дело дошло до Федерального арбитражного суда Московского округа, однако вынесенные по делу ранее судебные акты были оставлены без изменения, а кассационная жалоба ОАО «Хлеб» – без удовлетворения [154] .

Таким образом, именно фактом внесения в реестр акционеров констатируется статус акционера. И именно с момента внесения в реестр акционер приобретает все права, установленные законодательством. Если акционерное общество не зарегистрировано в установленном законом порядке, для возникновения акционерного правоотношения требуется еще более сложный юридический состав, необходимый для приобретения соответствующего статуса не только акционерами, но и обществом – прохождение процедуры государственной регистрации. В.Ю. Вольф в качестве элементов этого состава выделял следующие юридические факты: подача лицами, желающими стать акционерами, заявления о подписке на акции; принятие этого заявления учредителями; признание акционерного общества состоявшимся [155] .

Права и обязанности акционеров. В Законе «Об акционерных обществах» нет специального раздела, посвященного правам акционеров. Основные из них перечислены в Законе «Об акционерных обществах» (ст. 31, 32, 89 (п. 1), 91), Гражданском кодексе (ст. 67) и в других нормативных актах.

Права акционеров – владельцев обыкновенных акций обозначены в статье 31 Закона «Об акционерных обществах». Они имеют право участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции, право на получение дивидендов и части имущества общества в случае его ликвидации. Права акционеров – владельцев привилегированных акций носят усеченный характер: они не имеют права голоса на общем собрании акционеров, если иное не установлено указанным Законом.

Реализация прав акционера предполагает активные действия со стороны общества. Его обязанности в акционерном правоотношении не ограничиваются воздержанием от действий, нарушающих членские права акционера. В статье 31 Закона определено три основных вида прав акционеров, однако ученые насчитывают их гораздо больше.

Так, И.Т. Тарасов полагал, что права акционера заключаются 1) в праве на долю акционерного капитала, 2) в праве на долю прибыли, 3) в праве на участие в управлении, 4) в праве контроля и 5) в праве жалобы, иска и протеста. Помимо этого, акционеру должно быть предоставлено право при известных условиях требовать ликвидации общества: если оно не начнет своих операций в течение года со дня его регистрации или же прервет на год начатые уже операции; той же меры акционер вправе требовать, когда акционерный капитал уменьшился наполовину или до размеров, с какими цель общества не может быть достигнута. При этом никакие специальные, преимущественные или исключительные права единичных акционеров, в отличие от прав остальных акционеров, ни в каком случае не признаются. Акционер, отдельно взятый, как член акционерного общества обязан 1) выплатить свою долю капитала; 2) выплатить ее своевременно и в указанном месте; 3) отвечать своей долей капитала за долги общества и 4) вообще подчиниться всем постановлениям устава [156] .

В.В. Лаптев помимо двух перечисленных в законе прав (на дивиденд и на ликвидационную квоту) к имущественным правам акционера относит преимущественное право покупки акций в случаях, предусмотренных законом: при продаже акционером акций третьим лицам и при дополнительном выпуске акций [157] . Д.В. Ломакин, тоже считая, что эти права являются имущественными по своей природе, добавляет к ним право требовать от акционерного общества выкупа акций, принадлежащих акционерам [158] .

По мнению В.В. Лаптева, практически все неимущественные права акционеров прямо или косвенно связаны с возможностью участвовать в управлении делами общества:

• право на участие в общем собрании;

• право участвовать в голосовании при решении вопросов на общем собрании;

• право быть избранным (назначенным) в органы управления общества;

• право внести в повестку дня предстоящего собрания предложения;

• право требовать созыва внеочередного собрания;

• право ознакомления со списком акционеров;

• право требовать от реестродержателя предоставления сведений о других акционерах;

• право на получение информации о деятельности общества;

• право обжаловать в суде решения общих собраний;

• в отдельных случаях – право обращаться в суд с иском в интересах общества.

Обязанности акционеров, по его мнению, немногочисленны. В основном они сводятся к тому, что акционер должен оплатить акцию и не разглашать конфиденциальную информации о деятельности общества [159] .

П.Н. Гуссаковский считал, что все обязанности акционеров по отношению к акционерному обществу заключаются лишь в оплате при подписке на акции их нарицательной стоимости [160] . На взгляд А.И. Каминки, имущественные обязанности акционеров исчерпываются внесением в капитал акционерного общества взносов [161] .

В.В. Долинская полагает, что акции во всех случаях наделяют обязанностями по отношению к обществу, как-то: соблюдать положения учредительных документов; вносить вклады в порядке, размере и способами, предусмотренными учредительными документами; исполнять решения органов управления акционерного общества; не разглашать конфиденциальную информацию о его деятельности; при необходимости оказывать обществу содействие в осуществлении им своей деятельности и помощь друг другу [162] .

Тем не менее права акционеров по сравнению с их обязанностями образуют гораздо более многочисленную группу. Соответственно обратная ситуация складывается для общества, на котором по отношению к акционерам лежит гораздо больше обязанностей, чем прав требования к акционерам.

П.А. Руднев считает, что самой распространенной нужно признать группировку, подразделяющую права на общие, т. е. такие, которые встречаются во всех акционерных обществах, и «особые» или «преимущественные», которые принадлежат только некоторым акционерам и встречаются не во всех акционерных обществах. Преимущественные права , которые непременно принадлежат каждому акционеру, имеющему привилегированные акции, называются неотъемлемыми.

Право на подачу голоса на общем собрании, право на получение дивиденда и доли из оставшегося после ликвидации имущества П.А. Руднев рассматривает как натуральные права, т. е. такие, которые, по его мнению, вытекают из самой природы акционерных обществ; к ним примыкают права случайные, такие как право учредителей подписаться на определенное количество акций и право на строительные проценты.

Наконец, по экономическим и юридическим соображениям он подразделяет права акционеров на «главные» и «вспомогательные». Главными правами считаются те, которые обычно акционеры получают в первую очередь по вхождении в акционерное общество (например, право на получение доли из ликвидационного имущества, право на получение дивиденда, право на строительные проценты, право на подписку определенного количества акций и право на пользование определенными учреждениями, право участия в решениях общего собрания акционеров общества при обсуждении всех вопросов, поставленных на его рассмотрение). Вспомогательными правами будут те достижения акционеров, которые ими намечаются в результате осуществления деятельности общества (право на отчуждение акций или временного свидетельства, право на занесение акций и временного свидетельства в особую книгу, право на получение копий с баланса, право на оспаривание незаконных постановлений общего собрания и т. д.) [163] .

С такой классификацией прав акционеров не согласился Д.В. Ломакин, ибо, на его взгляд, вспомогательные права возникают одновременно и в полном объеме с главными [164] .

П.А. Руднев, кроме того, выделял особую категорию прав акционеров – второстепенные права. К ним он относил, например, право бесплатного использования предприятий акционерного общества (бесплатного посещения заведения общества, проезда по железной дороге, эксплуатируемой обществом, и т. п.). Такие права должны устанавливаться решением общего собрания. К этой же категории прав он относил право акционера на зачет его требований требованиями, предъявляемыми к нему обществом. Эквивалентность обязательств в этом случае тоже должна устанавливаться решением общего собрания [165] .

О.В. Белоусов особо выделяет так называемые права акционерного меньшинства [166] :

• требовать проведения внеочередного общего собрания;

• вносить предложения в повестку дня;

• требовать от ревизионной комиссии (ревизора) и аудитора проведения проверки;

• требовать от общества выкупа акций, принадлежащих акционеру;

• требовать от лица, которое самостоятельно или совместно со своим аффилированным лицом приобрело 30 % и более размещенных обыкновенных акций общества, выкупа акций, принадлежащих акционеру.

Следует отметить: законодательством допускаются отдельные ограничения прав акционеров. Так, пункт 3 ст. 11 Закона «Об акционерных обществах» предусматривает, что уставом общества могут быть установлены ограничения количества акций, принадлежащих одному акционеру, и их суммарной номинальной стоимости, а также максимального числа голосов, предоставляемых одному акционеру.

Право акционеров на участие в управлении. Традиционно считается, что право акционера на управление обществом реализуется в пяти правомочиях:

во-первых, право требовать созыва общего собрания акционеров;

во-вторых, возможность участвовать в подготовке проведения общего собрания акционеров;

в-третьих, возможность непосредственно участвовать в самом собрании;

в-четвертых, право осуществлять свое волеизъявление путем голосования на собрании;

в-пятых, правомочие быть избранным и избирать в органы управления общества.

Общее собрание акционеров позиционировано как орган акционерного общества, через деятельность которого непосредственно реализуется право акционеров на управление.

Управление акционерным обществом служит интересам акционеров и по своей сути сводится к управляющему воздействию акционеров как субъектов управления на акционерное общество как объект управления. Содержанием такого управляющего воздействия является упорядочение деятельности акционерного общества, обеспечение его функционирования в соответствии с интересами и целями акционеров.

Поскольку общее собрание – это высший орган управления обществом, как это закреплено в пункте 1 ст. 47 Закона «Об акционерных обществах», оно реализует функции собственника в акционерном обществе.

Общее собрание акционеров обладает всеми основными признаками органа юридического лица [167] :

как орган юридического лица – это некая организационно оформленная часть юридического лица, представленная одним либо несколькими физическими лицами;

общее собрание как орган акционерного общества образуется в соответствии с порядком, определенным законом и учредительными документами;

общее собрание обладает определенными полномочиями, реализация которых осуществляется в пределах его собственной компетенции;

волеобразование и волеизъявление юридического лица оформляется посредством принятия специальных актов общего собрания – протоколов.

В небольших обществах акционеры сами могут осуществлять управленческую функцию. Но когда хозяйственная деятельность общества достигает определенных масштабов или когда количество акционеров велико настолько, что это затрудняет эффективное руководство всей деятельностью общества, наблюдается передача отдельных управленческих функций специально формируемым органам общества. Акционеры оставляют за собой решение лишь наиболее важных вопросов управления обществом. И тем не менее управленческой деятельности акционеров свойственны все функции социального управления:

• планирование (определение основных направлений развития и деятельности общества, средств для достижения поставленных целей);

• организация (формирование органов общества и наделение их компетенцией);

• руководство (обозначение перед обществом в целом и его органами конкретных задач, вытекающих из реализации функции планирования);

• контроль (постоянное наблюдение за деятельностью общества);

• координация (обеспечение упорядочения акционерного общества как целостной системы, согласованности действий его органов).

Сущность общего собрания состоит в том, что в процессе принятия им решений осуществляется волеизъявление определенного количества лиц – акционеров, в нем участвующих. Результатом этого может быть согласование воли этих лиц либо конфликт их интересов и недостижение единого мнения по вынесенным на обсуждение вопросам.

При этом каждый акционер – владелец голосующих акций имеет право участвовать в работе общего собрания, а это значит, что каждый такой акционер способен влиять на принимаемые общим собранием решения в объеме, соответствующем его доле участия в уставном капитале акционерного общества. Причем, владея даже небольшим пакетом акций, акционер может оказывать решающее воздействие на деятельность общества. В то же время акционер, принимая участие в работе общего собрания, может и не управлять обществом фактически, ибо право на участие в общем собрании далеко не всегда тождественно праву управлять обществом. Проиллюстрировать это можно на часто встречающемся в практике примере: акционер, владея пакетом акций, недостаточным для влияния на принятие решения общим собранием, вынужден подчиняться решению акционеров, владеющих контрольным пакетом акций.

Управление акционерными обществами приобретает все более профессиональный характер. В различных странах прослеживается тенденция к сужению полномочий общих собраний, некоторые их функции передаются советам директоров, что позволяет сделать вывод о снижении значения общего собрания в системе управления акционерным обществом.

В соответствии с действующим законодательством России внеочередное общее собрание акционеров проводится по решению совета директоров (наблюдательного совета) общества на основании его собственной инициативы, требования ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора общества и акционеров (акционера), являющихся владельцами не менее 10 % голосующих акций общества на дату предъявления требования (ст. 55 Закона «Об акционерных обществах»).

Таким образом, для того чтобы быть правомочным требовать созыва собрания, акционеру необходимо владеть пакетом акций, составляющим не менее 10 % от общего количества голосующих акций, либо объединиться с подобными ему акционерами для достижения необходимого количества акций.

В течение пяти дней с даты предъявления требования о созыве внеочередного общего собрания акционеров совет директоров (наблюдательный совет) общества должен принять решение о его созыве либо об отказе в созыве. Причем решение об отказе может быть принято (см. п. 6 ст. 55 Закона «Об акционерных обществах») только в случаях, если:

не соблюден установленный законом порядок предъявления требования о созыве собрания;

акционеры (акционер), требующие созыва внеочередного общего собрания акционеров, не являются владельцами предусмотренного количества голосующих акций общества;

ни один из вопросов, предложенных для внесения в повестку дня внеочередного общего собрания акционеров, не отнесен к его компетенции и (или) не соответствует требованиям правовых актов Российской Федерации.

Решение совета директоров (наблюдательного совета) об отказе в созыве внеочередного общего собрания акционеров может быть обжаловано в суд путем предъявления иска о признании его недействительным.

Если в течение пяти дней с даты предъявления требования о созыве внеочередного общего собрания акционеров совет директоров общества не принял решение о созыве собрания или решение об отказе в его созыве, оно может быть созвано органами и лицами, требующими созыва такого собрания. При этом органы и лица, созывающие внеочередное общее собрание акционеров, обладают предусмотренными Законом «Об акционерных обществах» полномочиями, необходимыми для созыва и проведения общего собрания. В этом случае расходы на подготовку и проведение общего собрания акционеров могут быть возмещены по решению общего собрания акционеров за счет средств общества.

Следует отметить, что хотя Закон «Об акционерных обществах» наделяет акционеров полномочием на самостоятельный созыв собрания, тем не менее в практике арбитражных судов встречаются случаи предъявления акционерами исков о понуждении к созыву общего собрания.

Так, ООО «Анкей» обратилось в Арбитражный суд Москвы с иском о понуждении ЗАО «Анкей/Смарт-Технологии» к созыву внеочередного собрания акционеров закрытого акционерного общества с целью рассмотрения на нем вопроса о ликвидации общества.

Определением от 26 февраля 1998 г. суд отказал в принятии иска к рассмотрению, указав, что в силу статьи 22 АПК РФ споры указанной категории не относятся к подведомственности арбитражных судов. Апелляционная инстанция постановлением от 20 апреля того же года оставила указанное определение без изменения. Однако кассационная инстанция пришла к другому выводу и отменила предыдущие судебные акты.

При этом суд исходил из того, что истцу, являющемуся владельцем 41 % акций, право требовать проведения внеочередного собрания акционеров общества с определенной повесткой предоставлено пунктами 1 и 2 ст. 55 Закона «Об акционерных обществах». В решении суд отметил соблюдение истцом установленной пунктами 2 и 3 ст. 55 Закона формы предъявления требования о проведении внеочередного общего собрания акционеров (оно направлялось дважды единственному постоянно действующему органу управления ответчика – гендиректору, так как совет директоров в этом обществе не создавался). И ответ на данное требование был расценен судом как отказ от проведения собрания, произведенный с нарушением требований пункта 4 ст. 55 упомянутого Закона. Кроме того, было отмечено, что неуказание в уставе определенного лица или органа общества, которому переданы функции совета директоров (в том числе по созыву собрания акционеров и утверждению повестки дня), не может служить основанием для лишения акционера предусмотренных Законом прав на формирование повестки внеочередного собрания.

Неиспользование истцом (акционером) предусмотренного пунктом 6 ст. 55 вышеназванного Закона права на самостоятельный созыв и проведение внеочередного собрания акционеров, по мнению суда, не лишает акционера права на судебную защиту своих интересов.

Впоследствии дело было направлено на новое рассмотрение и по нему принято другое решение, однако вывод кассационной инстанции о праве акционеров предъявлять иск о понуждении к проведению общего собрания сомнению не подвергался [168] .

Право на участие в подготовке общего собрания включает в себя:

1) внесение предложений в повестку дня собрания и кандидатур при выборах совета директоров, в коллегиальный и единоличный исполнительный орган, при формировании ревизионной комиссии (ревизоров) и счетной комиссии (ст. 53 Закона «Об акционерных обществах»);

2) действия непосредственно по созыву общего собрания, если совет директоров не взял на себя указанные выше функции в случае его отказа от созыва общего собрания (ст. 54 и п. 8 ст. 55 того же Закона).

Правом на выдвижение кандидатур в органы общества и внесение вопросов в повестку дня общего собрания обладает акционер, являющийся владельцем не менее 2 % голосов от общего количества голосующих акций общества. В случае, если предлагаемая повестка дня внеочередного общего собрания акционеров содержит вопрос об избрании членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, акционеры (акционер) общества, являющиеся в совокупности владельцами не менее 2 % голосующих акций общества, вправе предложить с этой целью кандидатов, число которых не может превышать количественный состав совета директоров (наблюдательного совета) общества (ст. 53 Закона «Об акционерных обществах»).

Вопрос, предложенный акционерами (акционером), подлежит включению в повестку дня общего собрания акционеров, равно как выдвинутые кандидаты подлежат включению в список кандидатур для голосования по выборам в соответствующий орган общества, за исключением случаев, когда:

акционерами (акционером) не соблюден 30-дневный срок, установленный статьей 53 Закона «Об акционерных обществах» для внесения предложений;

акционеры (акционер) не являются владельцами предусмотренного количества голосующих акций общества;

предложение не соответствует требованиям, предусмотренным пунктами 3 и 4 ст. 53 Закона «Об акционерных обществах»;

вопрос, предложенный для внесения в повестку дня общего собрания, не отнесен к его компетенции и (или) не соответствует требованиям правовых актов Российской Федерации.

Решение совета директоров (наблюдательного совета) об отказе включить вопрос в повестку дня общего собрания или кандидата в список кандидатур для голосования по выборам в соответствующий орган общества, а равно уклонение совета директоров (наблюдательного совета) от принятия соответствующего решения может быть обжаловано в суд. Ответчиком по такому иску будет являться общество.

Когда акционер берет на себя подготовку созыва общего собрания при отказе от этого совета директоров, он наделяется полномочиями совета директоров – органа управления общества – и при этом может продолжать действовать как акционер, осуществляя свои права (например, вносить предложения в повестку дня). В этом случае складывается любопытная ситуация: акционер временно наделяется правами органа управления общества.

Как показывает практика, чаще всего нарушаются права акционеров именно на этапе созыва и организации собрания. Львиную долю исков акционеров к обществам составляют именно иски о признании недействительными решений общих собраний акционеров, причем именно по причинам несоблюдения обществами правил по подготовке и организации общих собраний: акционеры не извещаются должным образом о созыве собрания, им не предоставляются бюллетени для голосования и т. п.

Очень часто акционеры, особенно мелкие, склонны пренебрегать предоставленным им правом принимать участие в общем собрании. С крупными держателями акций таких проблем не возникает, поскольку у них есть мотивы напрямую активно заниматься делами общества, сосредоточить в своих руках властные функции. Неучастие рядовых акционеров в собраниях (абсентеизм) обусловлено рядом факторов.

Французский юрист Ж. Пэлюссо называет материальные и психологические причины. К материальным он относит неудовлетворительную систему оповещения акционеров о проведении собраний, географическую отдаленность места проведения собраний от места жительства акционеров и отсутствие у участника времени и средств для поездки на такое заседание. Среди психологических причин названы чувство «покорности», «неполноценности», «изоляции», которые, в свою очередь, порождены технической или финансовой некомпетентностью акционеров, слабым финансовым участием в основном капитале общества.

М.И. Кулагин заметил по этому вопросу, что абсентеизм рядовых акционеров неизбежен, поскольку вытекает из самой сущности акционерного общества как объединения капиталов, а не лиц [169] .

В связи с этим часто приходится сталкиваться на практике с ситуацией, когда общее собрание акционеров признается несостоявшимся из-за отсутствия кворума.

В соответствии с пунктом 1 ст. 58 Закона «Об акционерных обществах» общее собрание акционеров правомочно (имеет кворум), если в нем приняли участие акционеры, обладающие в совокупности более чем половиной голосов размещенных голосующих акций общества. Принявшими участие в общем собрании акционеров считаются акционеры, зарегистрировавшиеся для участия в нем, и акционеры, бюллетени которых получены не позднее чем за два дня до даты проведения общего собрания акционеров. Принявшими участие в общем собрании акционеров, проводимом в форме заочного голосования, считаются акционеры, бюллетени которых получены до даты окончания приема бюллетеней.

Приведенная норма Закона является императивной и не может быть изменена в уставе. Следовательно, требование устава о необходимости наличия для кворума квалифицированного большинства либо присутствия всех акционеров является незаконным.

Из смысла нормы следует, что для подсчета кворума важен именно момент регистрации, после него акционеры могут по своему усмотрению присутствовать далее на собрании либо покинуть его. Если на момент регистрации присутствовало достаточное количество акционеров для того, чтобы общее собрание было признано правомочным, его уже нельзя будет впоследствии признать несостоявшимся по той причине, что акционеры не приняли участие в самом голосовании. Однако в этом случае решение по вопросу, поставленному на голосовании, может быть не принято из-за недостатка голосов акционеров.

Многие ученые придерживаются той точки зрения, что для повторного собрания акционеров не нужно устанавливать кворум, разве что для собрания, созванного для решения самых важных для общества вопросов. И это разумно: ведь если акционеры по каким-либо причинам не желают участвовать в управлении, общество не может бесконечно созывать повторные собрания взамен несостоявшихся. Участие в работе общего собрания является правом, а не обязанностью акционера. Для общества важно лишь соблюсти порядок уведомления акционеров о созыве собрания. И во многих юрисдикциях для повторного собрания, проводимого в случае неправомочности первого, требование наличия кворума отсутствует.

Задача общего собрания акционеров ограничивается формированием воли общества по вопросам, отнесенным к его компетенции. Перечень таких вопросов исчерпывающе определен в пункте 1 ст. 48 Закона «Об акционерных обществах». Причем общее собрание не вправе рассматривать и принимать решения по вопросам, не отнесенным к его компетенции указанным Законом. Допускается передача вопросов, входящих в компетенцию общего собрания акционеров, совету директоров, но только в случае, если это прямо предусмотрено в Законе «Об акционерных обществах».

Решение общего собрания акционеров может быть принято без проведения собрания (совместного присутствия акционеров для обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование) путем проведения заочного голосования (п. 1 ст. 50 Закона «Об акционерных обществах»).

По смыслу статьи 32 Закона «Об акционерных обществах» акционеры, владеющие привилегированными акциями вправе присутствовать на общем собрании во всех случаях, но правом голоса они обладают только в случаях, указанных этим Законом.

Право на участие в общем собрании акционеров осуществляется акционером как лично, так и через своего представителя. Если акция находится в общей долевой собственности нескольких лиц, правомочия по голосованию могут осуществляться либо одним из участников общей долевой собственности, либо их общим представителем, который может быть как акционером, так и третьим лицом. Полномочия каждого из этих лиц должны быть надлежащим образом оформлены.

Представителем формально будет являться и акционер, приобретший акцию после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании и до даты проведения общего собрания в случае его личного участия в собрании. Лицо, включенное в этот список (бывший акционер), обязано выдать приобретателю доверенность на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями приобретателя акций. В связи с этим целесообразно было бы включить в пункт 5 ст. 51 Закона «Об акционерных обществах» дополнительное основание для внесения изменений в список акционеров – приобретение лицом акций общества.

Право участия акционера в управлении реализуется главным образом на общих собраниях посредством пользования правом голоса.

П.А. Руднев относил право подачи голоса на общем собрании, как и право на получение дивиденда и ликвидационной доли из оставшегося имущества, к «натуральным правам», т. е. к таким, которые вытекают из самой природы акционерных обществ. Необходимым условием действия акционерного права, по его мнению, является признание, хотя бы только за одной группой акционеров права на подачу голоса на общем собрании, так как в противном случае общество должно рассматриваться как учреждение, а не корпорация [170] .

В соответствии с действующим Законом «Об акционерных обществах» за исключением случаев, установленных федеральными законами, правом голоса на общем собрании акционеров по вопросам, поставленным на голосование, обладают:

акционеры – владельцы обыкновенных акций общества;

акционеры – владельцы привилегированных акций общества в случаях, предусмотренных тем же Законом.

Голосование на общем собрании акционеров в силу статьи 59 Закона «Об акционерных обществах» осуществляется по принципу «одна голосующая акция общества – один голос», за исключением проведения кумулятивного голосования. В этой норме воплощен давно известный принцип акционерного права, сформулированный П. Писемским: «Товарищ в этой компании есть не акционер, но акция [171] .

Голосующей акцией общества является обыкновенная акция или привилегированная акция, предоставляющая акционеру – ее владельцу право голоса при решении вопроса, поставленного на голосование (ст. 49 Закона «Об акционерных обществах»).

Согласно статье 32 Закона «Об акционерных обществах» владельцы привилегированных акций определенного типа приобретают право голоса по всем вопросам компетенции общего собрания, если не было принято решение о выплате дивидендов или было принято решение о неполной выплате дивидендов по привилегированным акциям этого типа. При решении вопросов о реорганизации и ликвидации правом голоса обладают владельцы привилегированных акций любого типа. При решении вопроса о внесении изменений и дополнений в устав общества, ограничивающих права владельцев привилегированных акций определенного типа, право голоса предоставляется акционерам, владеющим акциями того типа, права по которым ограничиваются. В иных случаях привилегированные акции не являются голосующими.

Должно полагать, что хотя по общему правилу собственники привилегированных акций не обладают на общем собрании правом голоса, тем не менее они могут присутствовать на собрании. Такой вывод можно сделать из смысла статьи 32 Закона «Об акционерных обществах».

Однако, как отмечает О.В. Белоусов, в отличие от обыкновенной акции привилегированная при голосовании может предоставлять акционеру несколько голосов. Их количество определяется по формуле:

X=Y/Z ,

где X – искомое число голосов;

Y – номинал привилегированной акции, принадлежащей акционеру;

Z – номинал обыкновенной акции.

Данная позиция основывается на принципе соотнесения доли участия акционера с его риском, в соответствии с которым каждый акционер должен влиять на содержание решения общего собрания только в пределах своего участия в уставном капитале. Привилегированную акцию нельзя рассматривать в качестве многоголосой, поскольку права голоса, предоставляемые такой акцией, ставятся в зависимость от ее номинала. Получение же акционером нескольких голосов безотносительно к номиналу акции не позволяет соотнести величину внесенного капитала с риском участия в акционерном обществе, поэтому подобная практика недопустима [172] .

Помимо ограничений в праве голоса владельцев привилегированных акций на практике возможны и другие ограничения права голоса, в том числе и владельцев обыкновенных акций. Так, пункт 3 ст. 11 Закона «Об акционерных обществах» прямо устанавливает, что в уставе общества могут предусматриваться ограничения количества акций, принадлежащих одному акционеру, и их суммарной номинальной стоимости, а также максимального числа голосов, предоставляемых одному акционеру.

Закон «Об акционерных обществах» содержит не только нормы, устанавливающие ограничения прав крупных акционеров, но и другие нормы, призванные способствовать осуществлению прав акционерами – держателями мелких пакетов акций. Так, в Законе предусмотрен механизм кумулятивного голосования в ходе выборов членов совета директоров.

При кумулятивном голосовании число голосов, принадлежащих каждому акционеру, умножается на число лиц, которые должны быть избраны в совет директоров (наблюдательный совет) общества, и акционер вправе отдать полученные таким образом голоса полностью за одного кандидата или распределить их между двумя и более кандидатами. Избранными в состав совета директоров (наблюдательного совета) общества считаются кандидаты, набравшие наибольшее число голосов.

На основании статьи 60 Закона «Об акционерных обществах» голосование по вопросам повестки дня общего собрания акционеров может осуществляться бюллетенями для голосования. Голосование по вопросам повестки дня общего собрания общества с числом акционеров – владельцев голосующих акций более 100, а также голосование по вопросам повестки дня общего собрания, проводимого в форме заочного голосования, осуществляется только бюллетенями для голосования.

При проведении общего собрания акционеров (за исключением общего собрания, проводимого в форме заочного голосования) в обществах, осуществляющих направление (вручение) бюллетеней или опубликование их бланков в соответствии с пунктом 2 ст. 60 Закона «Об акционерных обществах», лица, включенные в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров (их представители), вправе принять участие в таком собрании либо направить заполненные бюллетени в общество.

Если общее собрание заявлено в форме совместного присутствия акционеров и при этом бюллетени для голосования были разосланы акционерам, счетная комиссия при подведении итогов голосования должна учитывать и голоса по бюллетеням, полученным обществом в соответствии с пунктом 2 ст. 58 Закона «Об акционерных обществах».

Право акционера избирать и быть избранным является неотъемлемой частью права на участие в общем собрании акционеров.

Согласно действующему Закону «Об акционерных обществах» акционер имеет право быть:

избранным в состав совета директоров (наблюдательного совета) общества (ст. 66);

назначенным исполняющим обязанности единоличного исполнительного органа общества (ст. 65, 69);

назначенным на должность в коллегиальный исполнительный орган общества (ст. 70, 65);

избранным в ревизионную комиссию (ревизором) общества (ст. 85);

утвержденным членом счетной комиссии общества (ст. 56).

Соответственно на эти должности акционер и может быть как избран, так и назначен. Быть избранным аудитором общества акционер не может, поскольку проверка финансово-хозяйственной деятельности общества проводится независимым профессиональным аудитором, не связанным имущественными интересами с обществом или его акционерами.

Обязанность по оплате уставного капитала. Основная обязанность участников хозяйственного товарищества или общества – вносить вклады в порядке, размере, способами и в сроки, которые предусмотрены учредительными документами.

Акции, размещаемые при учреждении общества, должны быть оплачены учредителями в течение года с момента государственной регистрации общества. Договором о создании общества, в котором и определяются размер и порядок оплаты акций, может быть установлен менее продолжительный срок оплаты. При этом согласно абзацу 2 п. 1 ст. 34 Закона «Об акционерных обществах» в течение трех месяцев с момента государственной регистрации общества должно быть оплачено не менее половины его уставного капитала.

Закон не содержит требования об оплате половины стоимости акций каждым из акционеров. Важно лишь, чтобы в общем было оплачено 50 % уставного капитала. На практике нередки ситуации, когда некоторые акционеры оплачивают стоимость принадлежащих им акций полностью, а некоторые вообще не вносят денежных средств в оплату акций, и при этом требование закона о необходимости оплаты 50 % уставного капитала соблюдается.

Акция, принадлежащая учредителю общества, не предоставляет права голоса до момента ее полной оплаты, если иное не предусмотрено уставом общества. И, как правило, в уставах акционерных обществ оговорено право голоса до момента полной оплаты акций.

В соответствии со статьей 2 Закона «Об акционерных обществах» акционеры, не полностью оплатившие акции, несут солидарную ответственность по обязательствам общества в пределах неоплаченной части стоимости принадлежащих им акций.

На основании абзаца 4 п. 1 ст. 34 Закона «Об акционерных обществах» в случае неполной оплаты акций в течение года с момента государственной регистрации право собственности на акции, цена размещения которых соответствует неоплаченной сумме (стоимости имущества, не переданного в оплату акций), переходит к обществу. Договором о создании общества может быть предусмотрено взыскание неустойки (штрафа, пени) за неисполнение обязанности по оплате акций. При этом акции, право собственности на которые перешло к обществу, не предоставляют права голоса, не учитываются при подсчете голосов, по ним не начисляются дивиденды.

В течение года, когда акции принадлежат обществу, они продолжают считаться размещенными акциями. Такие акции должны быть реализованы обществом по цене не ниже их номинальной стоимости не позднее одного года после их приобретения обществом, в противном случае общество обязано принять решение об уменьшении своего уставного капитала. Если общество в разумный срок не примет указанного решения, орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, либо иные государственные органы или органы местного самоуправления, которым право на предъявление такого требования предоставлено федеральным законом, вправе предъявить в суд требование о ликвидации общества.

Дополнительные акции и иные эмиссионные ценные бумаги общества, размещаемые путем подписки, размещаются при условии их полной оплаты.

Оплата акций, распределяемых среди учредителей общества при его учреждении, дополнительных акций, размещаемых посредством подписки, может производиться деньгами, ценными бумагами, другими вещами или имущественными правами либо иными правами, имеющими денежную оценку. Форма оплаты акций общества при его учреждении определяется договором о создании общества, а дополнительных акций – решением об их размещении. Иные эмиссионные ценные бумаги могут оплачиваться только деньгами (п. 2 ст. 34 Закона «Об акционерных обществах»).

Сегодня возможность оплаты уставного капитала неденежными средствами не вызывает сомнений, но так было не всегда: ученые весьма негативно относились к такой возможности. Так, И.Т. Тарасов полагал, что акции могут и должны быть оплачиваемы только деньгами, и уже на эти деньги могут быть приобретаемы для компании – в соответствии с ее целями и потребностями – различного рода предметы. При этом он приводил образное сравнение: «Допуская возможность неденежной оплаты акций, можно представить себе акционерную компанию корзиной, в которой лежат акции, и каждый подходит к этой корзине, кладет в нее кто старые сапоги, кто привилегию, кто мельницу и тому подобное, взамен же положенного берет себе акции» [173] .

Если решение, являющееся основанием для размещения дополнительных акций, предусматривает их оплату неденежными средствами, лица, осуществляющие преимущественное право приобретения акций, установленное статьей 40 Закона, вправе по своему усмотрению оплатить их деньгами (п. 2 ст. 41 Закона «Об акционерных обществах»).

На основании части 2 ст. 99 ГК РФ не допускается освобождение акционера от обязанности оплаты акций общества, в том числе освобождение его от этой обязанности путем зачета требований к обществу.

Некоторые авторы выступают за возможность оплаты акций интеллектуальными и деловыми качествами человека. И хотя в некоторых странах разрешена оплата акций деловыми качествами лица, введение в российское законодательство такой формы оплаты было бы преждевременным, так как при отсутствии в действующем Законе «Об акционерных обществах» ответственности учредителей за оценку вкладов, вносимых в уставный капитал, это может привести к злоупотреблениям [174] .

В связи с рассматриваемым вопросом возникает вопрос, могут ли оплачиваться акции организационными расходами по учреждению акционерного общества. Такое вполне возможно, и более того – это достаточно распространенное явление на практике.

Неденежная форма оплаты уставного капитала возможна путем внесения в уставный капитал имущества, имущественных прав или иных прав, имеющих денежную оценку. При этом нужно учитывать разъяснение, данное высшими судебными инстанциями относительно того, что вкладом в уставный капитал не может быть объект интеллектуальной собственности или ноу-хау. В качестве такого вклада может быть признано право пользования таким объектом, передаваемое обществу в соответствии с лицензионным договором, который должен быть зарегистрирован в порядке, предусмотренном законодательством [175] .

Согласно абзацу 2 п. 2 ст. 34 Закона «Об акционерных обществах» устав общества может содержать ограничения на виды имущества, которым могут быть оплачены акции и другие ценные бумаги общества. В отношении кредитных организаций такие ограничения установлены нормативными актами Центрального банка Российской Федерации [176] .

Денежная оценка имущества, вносимого в оплату акций при учреждении общества, производится по соглашению между учредителями. При оплате дополнительных акций неденежными средствами денежная оценка имущества, вносимого в оплату акций, производится советом директоров (наблюдательным советом) общества в соответствии со статьей 77 Закона «Об акционерных обществах» (п. 3 ст. 34 того же Закона). При оплате акций неденежными средствами для определения рыночной стоимости такого имущества должен привлекаться независимый оценщик, если иное не установлено федеральным законом. Таким образом, соглашение учредителей общества и решение совета директоров об оценке имущества должно следовать после оценки его независимым оценщиком и основываться на его отчете об оценке соответствующего имущества. Величина денежной оценки имущества, произведенной учредителями и советом директоров (наблюдательным советом) общества, не может быть выше величины оценки, произведенной независимым оценщиком.

Наделяя учредителей правом оценки вещных вкладов, Закон «Об акционерных обществах» не устанавливает никакой ответственности за их неправильную оценку. Представляется, что ущерб, причиненный акционерному обществу завышенной оценкой стоимости имущества, предоставляемого за акции, при дополнительной эмиссии акций можно взыскать с членов совета директоров на основании пункта 5 ст. 71 Закона «Об акционерных обществах».

Право на получение дивидендов. В процессе деятельности общества между последним и его участниками могут возникать (и, как правило, возникают) правоотношения, связанные с распределением части имущества общества среди акционеров. Часть имущества акционерного общества перераспределяется между обществом и акционерами путем осуществления последними установленного законодательством права на получение дивидендов.

Право на получение дивидендов, без сомнения, самое старинное и существенное право акционера. Наряду с правом подачи голоса на общем собрании и получения ликвидационной доли из оставшегося после ликвидации имущества право на получение дивидендов, как отмечал П.А. Руднев, относится к «натуральным правам». Главная и существенная часть в дивидендном праве заключается в вознаграждении акционеров за вложенный последними капитал в предприятие [177] .

Согласно пункту 1 Положения о порядке выплаты дивидендов по акциям и процентов по облигациям (утв. Министерством экономики и финансов РФ 10 января 1992 г.) дивидендом является часть чистой прибыли акционерного общества, подлежащая распределению среди акционеров, приходящаяся на одну простую или привилегированную акцию.

В соответствии с пунктом 1 ст. 42 Закона «Об акционерных обществах» общество вправе по результатам I квартала, полугодия, девяти месяцев финансового года и (или) по результатам финансового года принимать решения (объявлять) о выплате дивидендов по размещенным акциям, если иное не установлено тем же Законом. Решение о выплате (объявлении) дивидендов по результатам I квартала, полугодия и девяти месяцев финансового года может быть принято в течение трех месяцев после окончания соответствующего периода.

Решения о выплате (объявлении) дивидендов, в том числе о размере дивиденда и форме его выплаты по акциям каждой категории (типа), принимаются общим собранием акционеров. Размер дивидендов не может быть больше рекомендованного советом директоров (наблюдательным советом) общества. Иными словами, если совет директоров предложил не выплачивать дивиденды, общее собрание акционеров не может принять решение об их выплате.

Дивиденды выплачиваются из чистой прибыли общества. Дивиденды по привилегированным акциям определенных типов могут выплачиваться за счет специально предназначенных для этого фондов общества. Как правило, по обыкновенным акциям выплачиваются более высокие дивиденды, чем по привилегированным. Привилегированные акции отличаются от обыкновенных тем, что размер дивиденда по ним обычно фиксируется в уставе и не зависит от величины полученной обществом прибыли. Кроме того, Законом предусмотрена возможность выпуска привилегированных акций, размер дивидендов по которым не установлен уставом, и их владельцы получают дивиденд наравне с владельцами обыкновенных акций.

Следует отметить, что общее собрание или совет директоров вправе вынести решение о направлении всей прибыли общества на развитие производства, социально-страховое обеспечение, покрытие непредвиденных убытков и другие цели, а не на выплату дивидендов.

Срок и порядок выплаты дивидендов определяются уставом общества или решением общего собрания акционеров о выплате дивидендов.

Законом «Об акционерных обществах» не определяется место выплаты дивидендов. Применительно к уставу общества в этом случае можно использовать нормы статьи 316 ГК РФ о месте исполнения обязательства.

Дивиденды обычно выплачиваются деньгами. Но, по свидетельству П.А. Руднева, «означенный порядок сложился не сразу: в старинных акционерных компаниях дивиденд выплачивался натурой, с денежной оценкой, в каковой сумме он производился по балансу предприятия, на основании определения чистой его прибыли за соответствующий операционный год» [178] .

Выплаты дивидендов в неденежной форме встречаются не часто и могут производиться по разным причинам, например в связи с неустойчивостью финансового положения общества, необходимостью сохранения для общества нераспределенной прибыли, желанием общества наделить работников акциями. В любом случае возможность выплаты дивидендов в такой форме должна быть предусмотрена в уставе общества.

Следует отметить, что и ФКЦБ России не рекомендует акционерным обществам выплачивать дивиденды путем наделения акционеров акциями, дополнительно выпускаемыми обществом и оплачиваемыми за счет чистой прибыли. С учетом ликвидности этих акций, их рыночной стоимости и связанных с ними обязательств получение таких акций может не привести к увеличению благосостояния акционера. Кроме того, в этом случае он, по сути, лишается самостоятельности при принятии инвестиционных решений. Поэтому обществу не следует рассматривать как выплату дивидендов принятие решения о направлении денежных средств, предназначенных для выплаты дивидендов, на увеличение размера уставного капитала путем дополнительного выпуска и размещения среди акционеров акций на сумму причитающихся им дивидендов (п. 2.1.2 гл. 9 Кодекса корпоративного поведения, утв. распоряжением ФКЦБ России от 4 апреля 2002 г. № 421/р).

Если производится неправомерная выплата дивидендов, надлежит руководствоваться пунктом 6 Положения о порядке выплаты дивидендов по акциям и процентов по облигациям. В случае выплаты акционерам излишних дивидендов общество может зачесть излишнюю выплату в счет предстоящих платежей или предложить акционерам вернуть ее на основании решения общего собрания. При этом общество не вправе принуждать акционеров к возврату излишне уплаченных сумм.

В случае если дивиденды не востребованы акционером или его правопреемником в течение срока исковой давности (3 года), то согласно пункту 20 названного Положения они зачисляются в доход бюджета Российской Федерации.

Право на получение ликвидационной квоты. Распределение имущества акционерного общества происходит и при его ликвидации посредством реализации права акционеров на ликвидационную квоту.

Право акционеров на ликвидационную квоту дало основание некоторым ученым считать, что акционеры имеют право собственности на имущество общества. Типичным представителем вещно-правового взгляда был П. Писемский. Широко известно его высказывание о том, что в действительности собственниками имущества общества являются акционеры, и их права «с переходом имущества в собственность компании не прекращаются, но покоятся. После того как юридическое отношение, обусловливающее это состояние, прекратилось, право не возникает вновь, но пробуждается к существованию» [179] .

Разумеется, права акционеров не пробуждаются к существованию и акционеры не получают часть имущества вследствие того, что изначально были его собственниками. Они получают часть имущества ликвидируемого общества в силу того, что состоят его участниками.

В ныне действующем законодательстве статья 31 Закона «Об акционерных обществах» устанавливает право акционеров – владельцев обыкновенных акций общества на получение части имущества общества в случае ликвидации. Акционеры – владельцы привилегированных акций общества, как правило, имеют право на выплату им ликвидационной стоимости по принадлежащим акциям.

Владельцы привилегированных акций обладают этим правом в разной степени в зависимости от типа их акций. Они либо могут быть его вообще лишены, если уставом не установлен размер или порядок определения ликвидационной стоимости, либо могут обладать им даже в большей степени, чем акционеры, владеющие обыкновенными акциями.

Согласно пункту 2 ст. 32 названного Закона в уставе общества должны быть определены размер дивиденда и (или) стоимость, выплачиваемая при ликвидации общества (ликвидационная стоимость) по привилегированным акциям каждого типа. Размер дивиденда и ликвидационная стоимость устанавливаются в твердой денежной сумме или в процентах к номинальной стоимости привилегированных акций. Размер дивиденда и ликвидационная стоимость по привилегированным акциям считаются определенными, также если уставом общества установлен порядок их определения. Таким образом, возможны три способа определения размера ликвидационной стоимости и дивидендов в уставе: в фиксированной денежной сумме, в процентах к номинальной стоимости привилегированных акций, путем указания порядка их определения.

Если уставом общества размер ликвидационной стоимости по привилегированным акциям не определен, это означает, что право на ее получение у таких акционеров отсутствует. В подобном случае они имеют право только на получение дивиденда по своим акциям, размер которого должен быть определен в уставе.

Непосредственный порядок выплаты ликвидационной квоты акционерам регламентирован статьей 23 Закона «Об акционерных обществах». Оставшееся после завершения расчетов с кредиторами и осуществления выплат по акциям, которые должны быть выкуплены в соответствии со статьей 75 Закона, имущество ликвидируемого общества распределяется ликвидационной комиссией между акционерами в следующей очередности:

сначала производятся выплаты начисленных, но не выплаченных дивидендов по привилегированным акциям и определенной уставом общества ликвидационной стоимости по привилегированным акциям;

затем распределяется имущество ликвидируемого общества между акционерами – владельцами обыкновенных акций и всех типов привилегированных акций (причем распределяется все имущество общества: как имеющиеся денежные средств, так и иное имущество).

Распределение имущества каждой очереди осуществляется после полного распределения имущества предыдущей очереди. То же правило действует в отношении выплаты обществом определенной уставом общества ликвидационной стоимости по привилегированным акциям определенного типа.

Если имеющегося у общества имущества недостаточно для выплаты начисленных, но не выплаченных дивидендов и определенной уставом общества ликвидационной стоимости всем акционерам – владельцам привилегированных акций одного типа, имущество распределяется между акционерами – владельцами этого типа привилегированных акций пропорционально количеству принадлежащих им акций этого типа (п. 2 ст. 23 Закона «Об акционерных обществах»). В этом и состоит риск акционера: после ликвидации общества он не только может не получить имущества общества, но даже не вернуть себе имущества в размере внесенного им вклада в уставный капитал.

Право на информацию. С правом акционеров на участие в общем собрании теснейшим образом связано право на информацию. Оно было и остается одним из важнейших в числе неимущественных прав акционера. Его значение трудно переоценить.

Во-первых, акционер может полностью реализовать свое право на участие в общем собрании только при условии, если общество проинформирует его об этом. Во-вторых, право на контроль за деятельностью общества может осуществляться акционером только при наличии у него достаточной соответствующей информации.

Обязанность общества по предоставлению информации закреплена законодательно в Гражданском кодексе (ст. 67 и 97), Законе «Об акционерных обществах» (ст. 52, 88, 90, 91, 92) и в Законе «О рынке ценных бумаг» (ст. 8, 19, 22, 23, 25, гл. 7). Причем право участника хозяйственного общества на информацию о деятельности общества прямо указано в статье 67 ГК РФ, но оно почему-то не вошло в перечень прав акционеров, которым посвящены статьи 31 и 32 Закона «Об акционерных обществах».

Обязанности общества по предоставлению информации можно условно разделить на четыре большие группы.

К первой группе следует отнести обязанности общества по раскрытию информации в случаях, установленных в перечисленных законах и других нормативных актах.

Согласно статье 30 Закона «О рынке ценных бумаг» под раскрытием информации понимается обеспечение ее доступности всем заинтересованным в этом лицам независимо от целей получения данной информации по процедуре, гарантирующей ее нахождение и получение.

Раскрытой информацией на рынке ценных бумаг признается информация, в отношении которой проведены действия по ее раскрытию.

В соответствии со статьей 92 Закона «Об акционерных обществах» открытое акционерное общество обязано раскрывать следующую информацию:

годовой отчет общества, годовую бухгалтерскую отчетность [180] ;

проспект эмиссии акций общества в случаях, предусмотренных правовыми актами;

сообщение о проведении общего собрания акционеров в порядке, предусмотренном указанным Законом;

иные сведения, определяемые федеральным органом исполнительной власти по рынку ценных бумаг [181] .

Обязательное раскрытие информации акционерным обществом, включая закрытое общество, в случае публичного размещения им облигаций или иных ценных бумаг осуществляется в объеме и порядке, которые установлены федеральным органом исполнительной власти по рынку ценных бумаг [182] .

Согласно статье 16 Закона «О бухгалтерском учете» публикация годовой бухгалтерской отчетности производится не позднее 1 июня года, следующего за отчетным. Публичность бухгалтерской отчетности заключается в ее опубликовании в СМИ (газетах и журналах), доступных пользователям, либо в распространении среди них брошюр, буклетов и других изданий, содержащих бухгалтерскую отчетность.

Информация о выпуске эмиссионных ценных бумаг раскрывается при осуществлении обществом процедуры эмиссии ценных бумаг на основании статей 19, 22, 23, 30 Закона «О рынке ценных бумаг» в случае, если государственная регистрация выпуска сопровождается регистрацией проспекта эмиссии. При этом субъектами – адресатами информации, содержащейся в проспекте эмиссии, могут быть не только акционеры, но и любые заинтересованные в этом лица независимо от целей получения этой информации.

Кроме того, в случае регистрации проспекта ценных бумаг эмитент обязан осуществлять раскрытие информации в форме:

ежеквартального отчета эмитента эмиссионных ценных бумаг;

сообщения о существенных фактах (событиях, действиях), затрагивающих финансово-хозяйственную деятельность эмитента эмиссионных ценных бумаг (ст. 30 Закона «О рынке ценных бумаг»).

Особенностью правоотношений по обязательному раскрытию информации является присутствие в них сильного публично-правового элемента. Хотя акционерное общество обязано предоставить информацию заинтересованным лицам, эта обязанность общества устанавливается не по соглашению сторон, а в императивном порядке – в результате жесткого регулирования со стороны государственных органов. Кроме того, рассматриваемые отношения находятся под постоянным контролем ФКЦБ России. Таким образом, в этих отношениях присутствует публично-правовая специфика, несвойственная гражданско-правовым обязательствам. В силу этого они скорее напоминают административные правоотношения.

Ко второй группе можно отнести обязанности общества по предоставлению информации, связанные с необходимостью ведения реестра акционеров. В этом случае информация предоставляется ограниченному кругу лиц.

Так, в соответствии со статьей 8 Закона «О рынке ценных бумаг» держатель реестра (а им может быть и само акционерное общество) обязан по требованию владельца или лица, действующего от его имени, а также номинального держателя ценных бумаг предоставить выписку из системы ведения реестра по его лицевому счету в течение 5 рабочих дней.

Выпиской из системы ведения реестра является документ, выдаваемый держателем реестра с указанием владельца лицевого счета, количества ценных бумаг каждого выпуска, числящихся на этом счете в момент выдачи выписки, фактов их обременения обязательствами и иной информации, относящейся к этим бумагам.

Кроме того, в обязанности регистратора входит предоставление зарегистрированным в системе ведения реестра владельцам и номинальным держателям ценных бумаг, владеющим более 1 % голосующих акций эмитента, данных из реестра об имени (наименовании) зарегистрированных в реестре владельцев и о количестве, категории и номинальной стоимости принадлежащих им ценных бумаг, информирование зарегистрированных в системе ведения реестра владельцев и номинальных держателей ценных бумаг о правах, закрепленных ценными бумагами, о способах и порядке осуществления этих прав. Если регистратором является не само общество, а специализированная организация, она помимо этого обязана доводить до зарегистрированных лиц информацию, предоставляемую эмитентом.

К третьей группе следует отнести обязанности общества, вытекающие из необходимости сообщать акционерам о проведении общего собрания. Такое сообщение должно быть сделано в определенный срок – не позднее чем за 20 дней, а сообщение о проведении общего собрания акционеров, повестка дня которого содержит вопрос о реорганизации общества, – не позднее чем за 30 дней до даты его проведения. Если повестка дня собрания содержит вопрос об избрании членов совета директоров (наблюдательного совета) путем кумулятивного голосования, соответствующее сообщение должно быть сделано не позднее чем за 50 дней до даты проведения собрания (ст. 52, 53 Закона «Об акционерных обществах»).

В указанные сроки сообщение о проведении общего собрания акционеров должно быть направлено каждому лицу из списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров (а им может быть не только акционер), заказным письмом, если уставом общества не предусмотрен иной способ направления этого сообщения в письменной форме, или вручено под роспись либо, если это предусмотрено уставом общества, опубликовано в доступном для всех акционеров общества печатном издании, определенном уставом общества. Общество вправе дополнительно информировать акционеров о проведении общего собрания через иные средства массовой информации.

Пункт 3 ст. 52 Закона «Об акционерных обществах» определяет перечень информации, подлежащей предоставлению вышеуказанным лицам при подготовке к проведению общего собрания. Эта информация в течение 20 дней, а в случае проведения общего собрания, повестка дня которого содержит вопрос о реорганизации общества, в течение 30 дней до начала проведения общего собрания акционеров должна быть доступна лицам, имеющим право на участие в нем, для ознакомления в помещении исполнительного органа общества и в иных местах, адреса которых даны в сообщении о проведении общего собрания. Та же информация (материалы) должна быть доступна лицам, принимающим участие в общем собрании акционеров, и во время его проведения.

Общество обязано по требованию лица, имеющего право на участие в общем собрании акционеров, предоставить ему копии названных документов. Плата, взимаемая обществом за предоставление данных копий, не может превышать затраты на их изготовление. ФКЦБ России в пункте 3.8 утвержденного ею Положения о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров (постановление от 31 мая 2002 г. № 17/пс) уточнила, что копии должны быть предоставлены лицу в течение 5 дней с даты поступления в общество требования, если более короткий срок не предусмотрен уставом общества или внутренним документом, регулирующим деятельность общего собрания.

Согласно пункту 4 ст. 51 Закона «Об акционерных обществах» список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, предоставляется обществом для ознакомления по требованию лиц, включенных в этот список и обладающих не менее чем 1 % голосов. При этом и сам список, и почтовый адрес физических лиц, включенных в этот список, предоставляются только с согласия этих лиц. По требованию любого заинтересованного лица общество в течение трех дней обязано предоставить ему выписку из списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, содержащую данные об этом лице, или справку о том, что оно не включено в указанный список.

Несвоевременное извещение либо неизвещение акционера о дате проведения общего собрания и непредоставление возможности ознакомления с необходимой информацией могут служить основаниями для признания решения общего собрания недействительным. Такие споры о признании решений общих собраний недействительными именно по обозначенным мотивам составляют большинство в общей массе исков о признании недействительными решений общих собраний.

Последнюю, четвертую группу обязанностей акционерного общества по предоставлению информации составляют обязанности по предоставлению акционерам документов общества, перечень которых определен статьей 89 Закона «Об акционерных обществах».

Согласно статье 91 названного Закона общество обязано обеспечить акционерам доступ к документам, предусмотренным пунктом 1 ст. 89 Закона. Оправданно полагать, что акционеры должны иметь доступ к документам не только текущего года, но и прошлых лет, которые в соответствии со статьей 89 общество обязано хранить. К документам бухгалтерского учета и протоколам заседаний коллегиального исполнительного органа имеют право доступа акционеры (акционер), имеющие в совокупности не менее 25 % голосующих акций общества. Это положение пункта 1 ст. 91 Закона не противоречит статье 67 ГК РФ, согласно которой участники хозяйственного товарищества или общества вправе получать информацию о деятельности товарищества или общества, в том числе знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном учредительными документами порядке. Мотивом установления пределов предоставления информации является защита конфиденциальной информации общества. Так, если бы не был установлен минимум в 25 % голосующих акций, необходимый для обеспечения доступа к документам бухгалтерского учета, утечка информации о деятельности общества была бы возможна в случае приобретения, например, конкурентом незначительного числа акций и получения им доступа к интересующим его документам. Кроме того, пунктом 4 ст. Закона «О бухгалтерском учете» установлено, что содержание регистров бухгалтерского учета и внутренней бухгалтерской отчетности является коммерческой тайной, и лица, получившие доступ к такой информации, обязаны хранить коммерческую тайну.

В то же время указанное количественное ограничение может иметь следствием ограничение других прав, условием осуществления которых является обладание информацией. Так, ограничиваются возможности акционеров, владеющих небольшим пакетом акций, для привлечения к ответственности исполнительных органов общества, действия которых причинили убытки этим акционерам.

В случае использования в отношении открытого общества специального права на участие Российской Федерации, субъекта Федерации или муниципального образования в управлении таким обществом («золотая акция») оно обеспечивает представителям Российской Федерации, субъекта Федерации или муниципального образования доступ ко всем своим документам. Отсюда следует вывод, что публично-правовые образования, такие, как Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования, хотя и выступают как акционеры наравне с субъектами частного права, все же имеют значительное преимущество в праве на доступ к документам общества, что, безусловно, не соответствует принципам акционерного права.

Согласно пункту 2 ст. 88 Закона «Об акционерных обществах» ответственность за организацию, состояние и достоверность бухгалтерского учета в обществе, а также за достоверность сведений о деятельности общества, представляемых акционерам, кредиторам и в средства массовой информации, несет исполнительный орган общества в соответствии с названным Законом, иными правовыми актами Российской Федерации и уставом общества.

Помимо перечня сведений, установленного пунктом 1 ст. 89 Закона «Об акционерных обществах», общество может предоставлять акционеру другие сведения, за исключением сведений, составляющих государственную тайну.

Для максимального обеспечения права акционеров на доступ к информации о деятельности общества последним должны разрабатываться внутренние нормативные документы. Акционерное общество может разработать положение о коммерческой тайне, в котором определялись бы сведения, к ней относящиеся и не подлежащие предоставлению широкому кругу акционеров.

Обязанности акционеров по предоставлению информации. В сфере отношений, складывающихся по поводу прав акционеров на информацию, последние не только имеют львиную долю прав в сравнении с обществом, но и несут обязанности по предоставлению информации.

На основании пункта 5 ст. 44 Закона «Об акционерных обществах» лицо, зарегистрированное в реестре акционеров общества, обязано своевременно информировать держателя реестра акционеров общества об изменении своих данных. В случае непредоставления им такой информации общество и регистратор не несут ответственности за причиненные в связи с этим убытки. Согласно пункту 3 ст. 8 Закона «О рынке ценных бумаг» лицу, допустившему ненадлежащее исполнение порядка поддержания системы ведения и составления реестра и нарушение форм отчетности (эмитенту, регистратору, депозитарию, владельцу), может быть предъявлен иск о возмещении ущерба (включая упущенную выгоду), возникшего из невозможности осуществить права, закрепленные ценными бумагами.

В соответствии со статьей 82 Закона «Об акционерных обществах» лица, указанные в статье 81 этого Закона (а среди них фигурируют и акционеры общества, имеющие совместно с аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества), обязаны довести до сведения совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества и аудитора общества информацию:

• о юридических лицах, в которых они владеют самостоятельно или совместно со своим аффилированным лицом (лицами) 20 и более процентами голосующих акций (долей, паев);

• о юридических лицах, в органах управления которых они занимают должности;

• об известных им совершаемых или предполагаемых сделках, в которых они могут быть признаны заинтересованными лицами.

На основании статьи 93 того же Закона аффилированные лица общества обязаны в письменной форме уведомить общество о принадлежащих им акциях общества с указанием их количества и категорий (типов) не позднее 10 дней с даты приобретения акций. Если в результате непредставления по вине аффилированного лица означенной информации или несвоевременного ее представления обществу причинен имущественный ущерб, аффилированное лицо несет перед обществом ответственность в размере причиненного ущерба.

Обязанность акционера не разглашать конфиденциальную информацию. В связи с рассмотрением прав акционера на информацию неизбежно затрагивается имеющий огромное значение на практике вопрос об обязанности акционера по сохранению конфиденциальной информации.

Часть 2 ст. 67 ГК РФ обязывает участников хозяйственных товариществ и обществ помимо внесения вклада в уставный капитал не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности товарищества или общества.

Наиболее вероятно, что такой информацией будут располагать члены органов управления общества, аудиторы и другие лица, которым конфиденциальная информация доступна в силу осуществления их трудовых обязанностей. Соответственно такая информация будет являться для указанных лиц служебной, что и отражено в определении служебной информации, данном статьей 31 Закона «О рынке ценных бумаг». Служебной для целей Закона признается любая не являющаяся общедоступной информация об эмитенте и выпущенных им эмиссионных ценных бумагах, которая ставит лиц, обладающих в силу своего служебного положения, трудовых обязанностей или договора, заключенного с эмитентом, такой информацией, в преимущественное положение по сравнению с другими субъектами рынка ценных бумаг. Статья устанавливает запрет на использование такой информации на рынке ценных бумаг и содержит отсылочную норму об ответственности по законодательству Российской Федерации лиц, нарушивших запрет.

Акционеры, как правило, под действие этих норм не подпадают, так как обычно не состоят с обществом в трудовых или договорных отношениях. Однако в силу их участия в управлении обществом конфиденциальная информация потенциально им может быть известна. Поэтому было бы целесообразно включить аналогичную норму в отношении бывших акционеров – лиц, которые по каким-либо причинам выбыли из состава участников общества, однако за время своего членства в обществе имели доступ к конфиденциальной информации и обладали таковой.

Право акционеров на контроль. Правоотношения по поводу информации тесно переплетены с отношениями, возникающими при контроле акционеров за деятельностью акционерного общества.

Большинство отечественных ученых (среди них И.Т. Тарасов, М.И. Кулагин, П. Писемский, Д.В. Ломакин) выделяют такое право акционера, как право на контроль. Причем контроль в данном случае употребляется в смысле возможности осуществлять проверки деятельности общества, а не в смысле оказания акционерами решающего воздействия на деятельность общества.

Полагаем, что за акционером необходимо признать право на контроль. Кто же, как не акционер, особенно держатель крупного пакета акций, заинтересованный в благополучном исходе предприятия, в которое он вложил свои средства, должен контролировать его деятельность. Но в практике не редки случаи, когда путем использования права на контроль довольно часто осуществляется вмешательство в работу общества. Именно поэтому право на контроль со стороны отдельных мелких акционеров должно быть ограничено, хотя бы с целью не допустить утечки конфиденциальной информации. Для этого в обществе функционирует специальный контролирующий орган и устанавливаются ограничения на доступ к информации. Право акционеров на контроль означает возможность выбора ими членов ревизионной комиссии и возможность самим быть избранными в ее состав. Что касается возможности привлечения уполномоченных государственных органов для осуществления контроля, то этого может потребовать не только акционер, но и, например, директор (единоличный исполнительный орган) общества, если ему в силу исполнения служебных обязанностей стали известны определенные факты, свидетельствующие о правонарушениях.

Субъективное право акционера на контроль может реализовываться в рамках различных правоотношений, например в рамках отношений по предоставлению информации обществом, отношений по реализации права акционера избирать и быть избранным.

Рассмотрим отношения, складывающиеся по поводу права акционера потребовать проверки ревизионной комиссией деятельности общества. Право акционера, владеющего в совокупности не менее 10 % голосующих акций общества, потребовать в любое время ревизии финансово-хозяйственной деятельности общества закреплено в пункте 3 ст. 85 Закона «Об акционерных обществах». Согласно абзацу 2 п. 5 ст. 103 ГК РФ акционеры, совокупная доля которых в уставном капитале составляет 10 % и более, вправе требовать в любое время проведения аудиторской проверки деятельности общества. Названным правам акционера корреспондирует обязанность общества в лице ревизионной комиссии общества провести ревизию либо обязанность аудитора провести проверку. Аудитор связан договором, на основании которого и проводятся проверки, с акционерным обществом, а не с акционерами, и именно в силу этого общество вправе требовать от него исполнения обязанностей по договору. Акционер на это просто не управомочен. Поэтому в случае уклонения аудитора от проведения проверки непонятен механизм защиты прав акционера – от кого ему требовать ее проведения: от общества требовать нельзя, так как оно не является обязанным лицом; от аудитора требовать акционер не вправе. В случае с ревизионной комиссией, когда она не проводит ревизию, акционер, надо полагать, может обратиться в суд с иском к обществу (поскольку ревизионная комиссия является его органом) о понуждении к проведению ревизии, хотя на законодательном уровне это не урегулировано.

Право акционеров на контроль входит в состав права на управление, поскольку контроль является функцией социального управления. Следовательно, реализуя право требовать проведения аудиторской проверки или ревизии, акционер осуществляет функции субъекта управления по отношению к акционерному обществу. Поэтому, инициируя ревизию или аудиторскую проверку, акционер действует в рамках корпоративного правоотношения.

Следует отметить, что право акционера на привлечение для проведения проверки аудитора во многом носит декларативный характер, ибо механизм его защиты не предусмотрен. В Законе «Об акционерных обществах» о праве акционеров требовать проведения аудиторской проверки не упоминается вообще. Между тем следовало бы ввести такие нормы в Закон, хотя бы потому, что общие положения о праве акционера привлечь для контроля аудитора содержатся в Гражданском кодексе РФ, положения которого Закон «Об акционерных обществах» призван конкретизировать.

Статья 121 ГК РФ устанавливает, что коммерческие организации (корпорации) в целях координации своей деятельности, а также представления и защиты общих имущественных и иных интересов могут по договору между собой создавать различные объединения в форме (как это предусмотрено ГК РФ) таких объединений, как ассоциации и союзы, являющихся некоммерческими организациями.

Если по решению участников на подобное объединение (вопреки его некоммерческому характеру) возлагается ведение предпринимательской деятельности, такое объединение должно быть преобразовано в хозяйственное товарищество или общество либо может самостоятельно создать для осуществления предпринимательской деятельности хозяйственное общество (или участвовать в таком обществе).

Фактом является то, что юридические лица, образовавшие объединение, при этом не теряют свою юридическую личность. Иными словами они сохраняют свою самостоятельность и свободу в выборе и изменении своей организационной формы, в то время как само объединение корпораций становится новым самостоятельным юридическим лицом со всеми необходимыми атрибутами: балансом, банковским счетом, печатью, органами управления, необходимым имуществом.

Обычно в соответствии со сложившейся в мире практикой к объединениям корпораций относят: ассоциации, концерны, консорциумы, межотраслевые и региональные союзы, финансово-промышленные группы, холдинги и т. д. Объединение несет юридическую ответственность по своим обязательствам, но не по обязательствам своих членов (п. 4 ст. 121 ГК РФ). Однако члены объединения несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Условия, размеры и порядок такой ответственности определяются в учредительных документах.

Важно указать, что организация и деятельность объединений корпораций должны строиться на следующих основополагающих принципах :

добровольность объединения на основе общности экономических интересов;

равноправие участников совместной деятельности;

свобода выбора организационной формы объединения;

самоуправление участников и объединения в целом;

организация отношений между участниками на договорной основе.

В указанном списке можно выделить самый главный принцип во взаимоотношениях членов объединения – добровольность, юридической формой выражения которой являются учредительный договор, подписанный всеми членами ассоциации (союза), а также утвержденный ими устав. В нем помимо общих сведений должны содержаться сведения о составе объединения, органах управления, порядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, требующим решения единогласного или принятого квалифицированным большинством голосов членов ассоциации (союза), а также о порядке распределения имущества, остающегося после ликвидации (п. 1 ст. 122 ГК РФ; п. 1 ст. 14 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»). Иными словами, в учредительном договоре определяются цели объединения и условия участия в нем, а в уставе – статус самого объединения. В учредительных документах должны содержаться сведения, определяющие объем и характер специальной компетенции объединения, основной предмет его деятельности, состав и компетенцию органов управления, порядок принятия ими решений, порядок распределения имущества, остающегося после ликвидации ассоциации (союза).

Высшим органом объединения является общее собрание участников (их представителей). Исполнительные органы образуются общим собранием из числа физических лиц (должностных лиц) или представителей участников.

Как уже указывалось выше, объединения корпораций в соответствии с нормами гражданского законодательства Российской Федерации не признаются коммерческими организациями, а создаются исключительно для координации предпринимательской деятельности ее членов, обеспечения защиты их прав, представления общих интересов в различных государственных и иных органах, в международных организациях (например, Ассоциация совместных предприятий, Союз предпринимателей и др.). Если же по решению участников (членов) на ассоциацию возлагается ведение предпринимательской деятельности, такая ассоциация должна преобразоваться в хозяйственное общество или товарищество либо создать таковое для ведения предпринимательской деятельности.

Руководящие органы объединения не наделяются распорядительной властью в отношении предприятий, входящих в объединение, и выполняют свои функции на основе договоров с предприятиями.

Члены ассоциаций (союзов) имеют определенные права и обязанности.

В частности, права членов этих объединений включают следующие:

участвовать в управлении делами объединения на равных правах с другими членами;

безвозмездно пользоваться услугами ассоциации (союза);