При первой же возможности, понимая, что дворцовая клетка в любой момент может смениться реальной тюрьмой, королевская семья решила бежать из бьющегося в конвульсиях Парижа. По поддельным паспортам, переодевшись в другую одежду, им удалось вырваться за пределы города. Но революционной лихорадкой охвачена уже вся страна. Их узнали на постоялом дворе и под конвоем вернули обратно в столицу. И чтобы не возникло даже малейшего соблазна убежать снова, главных арестантов Франции переправили прямиком в крепость Тампль. Переступив порог настоящей темницы, они с ужасом поняли: отсюда не вырваться. Конфликт зашел слишком далеко, и каждый новый день только усугубляет их положение. Удавка все крепче сжимается на горле. Революция питается кровью, она льется вокруг рекой. Какое-то время мощный поток обходил стороной королевскую семью. Но вот пришел и ее черед…

Когда уводили Людовика, Антуанетта не плакала и не билась в истерике. Королева стояла молча, с гордо поднятой головой. Только хриплым голосом попросила няню проводить детей в другую комнату. Как только за палачами закрылась дверь, женщина подошла к шкафу и достала заранее подготовленное черное платье. Длинное, прямое, без каких-либо украшений, больше похожее на рубашку. Вдовье. Медленно переоделась и села за стол.

Только теперь она разрешила признаться себе, что безумно устала!

Если человек попадает в безвыходную ситуацию, что дает ему силы выстоять, не пасть духом? Возможность бороться и в бою либо освободиться, либо умереть. Но ее лишили такой возможности. С кем и чем она могла бы сражаться: их семью полностью изолировали от окружающего мира, не давая возможности общаться даже с близкими друзьями. Мало того, на протяжении нескольких лет они жили в обстановке полной неизвестности относительно своей дальнейшей судьбы. Чтобы не пугать детей и друг друга, они делали вид, что все в порядке, что все возникшие маленькие неудобства лишь временные и у их дружной семьи есть будущее.

Они играли в сказку, у которой изначально отсутствовал счастливый финал. И теперь Антуанетте предстоит продолжить игру, но уже одной. Сможет ли она? Хватит ли ей сил?

Постепенно в комнате стало совсем темно. Королева зажгла свечу. В башнях Тампля мало окон, да и те, которые есть, узкие и крошечные. Вот и комнату, где сидела королева, «украшало» лишь одно такое окно. Даже легкий порыв ветра снаружи не может протиснуться в столь маленькое отверстие. Поэтому свеча здесь всегда горит ровно. Хоть какое-то преимущество…

Вдруг пламя вздрогнуло. Раздался хлопок, окно «потекло», словно мираж в жаркий летний день. Королева повернула голову на звук, но не встала. Она ни на что не надеялась. И кто бы сейчас не пришел – УЖЕ ПОЗДНО!

Сначала на фоне окна проявились два незнакомых предмета, явно тяжелых, они упали на пол с глухим стуком. Потом показались очертания мужской фигуры. Антуанетта понимала, что это может быть только один человек, но глаза его не узнавали. Высокий, широкоплечий, но появившиеся морщины на лбу сильно изменили дорогие когда-то черты. Немудрено: с их последней встречи прошло 15 лет. Гость тоже долго разглядывал обитательницу башни и тоже не узнавал.

– Туанетта?! – воскликнул, наконец, потрясенный Андрей.

Он медленно пересек комнату, подошел к сидящей за столом женщине и осторожно опустил руки на ее плечи.

– Они казнили его, – печально произнесла королева, наклонила голову к руке старого друга и… разрыдалась.

Ее сердце взорвалось от долго скрываемой боли. Боль, вырвавшись наружу, мгновенно опутала ее тело, дотянулась острыми иглами до каждой клеточки. Она сжала тисками горло и не давала дышать. Выворачивала душу и ломала кости. От первой слезинки боль мгновенно разрослась до размеров Вселенной, разверзнувшись в бездну. И не было ей ни конца, ни края…

Андрей ласково гладил плачущую подругу по волосам, когда-то таким удивительно красивым, сейчас практически седым. А ведь Антуанетте всего 37. Но несчастья, обрушившиеся нескончаемым потоком на женщину, обесцветили краски жизни в глазах и на лице. И это – Андрей знал – еще не финал. «Ящик Пандоры» только-только открылся. Самые страшные испытания – впереди…

Поэтому он здесь.

– Прости, Таунетта, – Андрей вынужден торопиться, – но ты же помнишь, у меня очень мало времени. Всего час. И половина его уже прошла. Хочу сказать главное, ради чего вновь шагнул в воронку. Мы долго спорили: из истории нельзя по чьему бы то ни было желанию изымать ключевые фигуры. Последствия могут оказаться непредсказуемыми. Но мы не позволим тебе умереть. Я пришел за тобой. Есть возможность тебя спасти.

– Профессор решил задачу? – очнулась Антуанетта и, достав из рукава платок, приложила его к глазам.

– Помнишь красавицу Дуську?

– О, моя любимица Дори Анна, – дрогнули уголки губ. – Она была очень ласковой девочкой. Благородных кровей.

– Когда кошка неожиданно «улетела» с тобой, воронка ее «не заметила». Профессор долго ломал голову над феноменом. Причину его возникновения – мы назвали его в честь первооткрывательницы «парадоксом Дорианны» – объяснить так и не смог, но зато мы поняли, как можно его использовать. Если при переходе встать вплотную друг к другу, то воронка воспримет два живых объекта как один. Главное, правильно рассчитать массу на входе и выходе. Поэтому я сюда «прибыл» со специальным грузом под мышкой.

Только тут Антуанетта разглядела, что за предметы появились у окна: два тяжелых мешка.

– В них мокрый песок, – объяснил Андрей. – Можешь себе представить, как я «плавал» с ними в воронке. Зато, когда песок обнаружат, ничего не поймут. Решат, что ты… рассыпалась, например, или кристаллизовалась. По массе песок должен равняться твоему весу. Симметричной реакции со стороны будущего не последует. Из нашего времени никого в обмен не выкинет. Конечно, то, что королеву потеряют, непременно отразится на дальнейших событиях, но, как говорит тетя Маргарита, пусть история поживет теперь без тебя. Готова? – и Андрей протянул руку Антунаетте.

– О, нет, Андрей! – перепуганная женщина вскочила со стула и отбежала подальше от гостя. Чтобы он случайно не реализовал свой план. – Как вы не понимаете: я – королева и должна пройти свой путь до конца. Я не боюсь смерти: в конце концов, она всего лишь последняя точка в жизни каждого человека. И избежать ее не удастся никому. Ты предлагаешь бежать? Мне? Какой позор! Тем более после того, как казнили моего мужа. Нет, такой подарок врагам я преподнести не могу… Но, – и женщина упала на колени, – умоляю, спаси моих детей! Иначе они погибнут. Их некому защитить…

Андрей задумался. Подобного поворота событий они не предусмотрели. Хотя могли бы – ведь Антуанетта не только королева, она преданная мать. Что же делать? Сможет ли он «обмануть» воронку, захватив не одного, а уже двух человек? Вдруг в других ситуациях «парадокс Дорианны» не работает? И, оказавшись в зеркале, они втроем не смогут выбраться из воронки или их разбросает по разным точкам временной цепочки?

А с другой стороны, у несчастных детей нет выбора. Здесь их не ждет ничего хорошего, а так есть хоть какой-то шанс.

– Сколько им лет? – Андрею стал считать, хватит ли запаса массы.

– Шарлотте почти 14… Столько же, сколько было мне, когда, помнишь, я очутилась в кабинете профессора.

– Да, да, вылетела из зеркала прямо на меня, – шутливо уточнил Андрей.

– Шарлю 7. Очень подвижный мальчик, с ним много хлопот. Но он смышленый и любознательный.

– Хорошо, попробую.

– Спасибо, ты благородный человек! – женщина встала с колен, подошла к Андрею и обняла его. – Пойду осторожно разбужу детей. Главное, чтобы не проснулась няня.

И Антуанетта скрылась в соседней комнате.

«Андрей, вы заняли место у входа в воронку?» – раздался голос профессора в наушнике.

– Условия задачи изменились, – пытаясь сохранить спокойствие, сказал Андрей. – Вместо одного объекта два – дети Антуанетты.

«Нет, нет, – закричал Сергей Петрович. – Мы не просчитывали такой вариант. Отложи переход до следующего раза».

– До следующего раза дети могут не дожить, – тихо произнес Андрей.

Попасть сюда снова он сможет только через полгода, не раньше, именно столько требуется времени на накопление нужного для перехода количества энергии. Вряд ли палачи согласятся столько ждать…

За дверью послышались шорох и шепот, и через 10 минут перед Андреем стояли, протирая кулачками заспанные глаза, девочка и мальчик. Девочка – точная копия матери: такая же стройная, с пепельными кудрявыми волосами, с нежными чертами лица. Мальчик походил на Людовика: широкоскулый и розовощекий. Дети с любопытством рассматривали незнакомца. Посторонних в башню с самого первого дня их заточения не пускали, кроме, пожалуй, тех людей, которые сегодня увели отца. Но те смотрели сурово и разговаривали грубо. А новый гость, они чувствовали, желает им добра.

– Ваши высочества, принц и принцесса, – обратилась к детям Антуанетта. – Сейчас мы простимся, и вы пойдете с этим человеком.

– Нас тоже казнят? – испугано вскрикнула Шарлотта.

– Нет, нет, – Антуанетта прикоснулась рукой к щеке девочки. – Андрей – мой старый знакомый. Я никогда вам о нем не рассказывала, но поверьте, его не нужно бояться. Он пришел спасти вас. Он спрячет вас в другой стране.

– Ура! Мы отправляемся в путешествие, – обрадовался маленький принц, которому порядком надоело киснуть в тесном пространстве башни. – Мы поедем на лошадях?

– Нет, – с трудом вспоминая французские слова, включился в разговор гость. – Наше путешествие продлится недолго, по воздуху, – и, увидев разочарование в глазах ребенка, добавил, – но мы сразу окажемся очень далеко отсюда.

– Мама, почему ты говоришь «вас», – принцесса считала себя большой девочкой и умела слушать то, что ей говорили взрослые.

– Мы не можем уехать втроем, сразу возникнут подозрения, – королева прижала к себе детей.

– Но ты ведь приедешь позже? – с надеждой посмотрел на нее Шарль.

– Конечно, дорогой, – улыбнулась Антуанетта.

– Тогда почему плачешь? – не поверила девочка.

– От радости, – сказала королева, смахивая слезы. – Вашим страданиям пришел конец. И это счастье для меня. Ну, поцелуйте на прощанье маму и в – путь.

Дети зашмыгали носами. Но очень тихо, чтобы никто не услышал их всхлипывания. За последние годы они научились скрывать эмоции от посторонних.

– Мы будем ждать тебя, – сказала Шарлотта, заглядывая маме в глаза.

– Береги брата, ты старшая, – погладила ее по голове Антуанетта.

– Я люблю тебя, мамочка, – сын встал на цыпочки, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Будьте счастливы, – сказала Антуанетта и мягко, но настойчиво подтолкнула детей к Андрею.

Они стояли втроем, крепко обнимая друг друга, у узкого окна. Вдруг их фигуры потеряли яркость, потом стали расплываться, вытягиваться и – в какое-то мгновение исчезли.

– Прощайте, – прошептала Антуанетта и помахала рукой в сторону уже пустой стены.

Потянуло сквозняком, видимо, няня все же проснулась и открыла в соседней комнате фрамугу. Тут же в воздух поднялись дорожками легкие песчинки. Завтра они ровным слоем покроют весь пол. Антуанетта вновь заняла свое место у стола.

Теперь она совсем одна. Но сердце ее спокойно. Ей уже не страшно.

Остается только ждать, когда придут за ней. Уже скоро…