Приближалось сто дней нахождения на должности. Приезжал на работу рано утром и уезжал поздно вечером. А что я за этот период сделал? Что я скажу журналистам, которые с хитрыми мордочками будут ждать, как срежется вновь избранный президент, который за сто дней не сделал ни одного важного дела?

Я, конечно, очень самокритично отнесся к себе, сказав, что не знал, что делается в нашей стране. Я все знал. Все же я не зря совершил предвыборную поездку по всем регионам Богославии. У меня был большой список людей, на которых я мог полагаться, и чьей мотивацией было служение Богославии. По совести. Знаете ли, еще есть такие люди.

Не знаю почему, но я чувствовал таких людей. Вероятно, договор с Люцием Фером предусматривал еще что-то, о чем не оговаривалось в приложении. Каждый человек интуитивно чувствует или оценивает человека, с которым он встречается в первый раз и это первое чувство самое верное. Не зря же существует такое понятие, как любовь с первого взгляда. И, как правило, такая любовь бывает самой крепкой и даже единственной. И я, глядя на человека, с которым мне приходилось общаться, тоже видел, кто он и что представляет.

Огромную помощь мне оказала Татьяна, которая была моим домашним секретарем и поддерживала связи с людьми, записанными у меня в записной книжке. Она же получала и информацию об истинном положении дел в стране.

Дать даже краткое описание того, что творилось в Богославии в те годы, мог только аналитик, который разложил бы все события по полочкам, добавил доказательства, сделал предварительные выводы, свел все воедино и сказал одно слово — МРАК.

Это состояние можно оценить с двух сторон. Первая: все нормально, но есть отдельные недостатки. Вторая: недостатков столько много, что нормальных элементов просто не видно. И что интересно, об этом пишут и иностранные средства массовой информации, помогая руководителю правильно оценить ситуацию. Полностью полагаться на них нельзя, нужно знать, что отделить, но в целом картина субъективная, на восемьдесят процентов претендующая на объективность.

Практически выходило, что я «крышую» все преступные группировки, которые стали на легальном и законном положении обделывать свои делишки и правоохранительные органы у них как бы на посылках. Даже органы госбезопасности не остались в стороне — крышевали другие правоохранительные органы. Оставалось только собрать сход всех преступных авторитетов и провозгласить:

— Великая криминальная революция, о которой так долго говорили воры в законе, свершилась!

Полная гегемония налетчиков и грабителей, торговцев наркотиками и паленой водкой, сутенеров и педофилов, карманников и уличных хулиганов. Все остальное население разделено на группы: социально близких, социально нейтральных и социально далеких. Кто хотел стать социально близкими, должен пойти воровать или грабить. Социально далекие должны сидеть на нарах.

Собственно говоря, об этом предварительно обговаривалось на сходе авторитетов нелегального и легального миров. Президент обеспечивает видимость благополучия в государстве, пока новая элита сведет с себя наколки и заступит на руководящие должности в министерствах и ведомствах, наденет генеральские мундиры с лампасами и отправится поддерживать другие криминальные группировки, которые еще не успели прибрать к рукам собственность. А парламент все это облекал в законы, которые подписывались мною.

Некриминализованный народ и более или менее честные средства массовой информации все это видели и ждали, что будет делать президент, которого они избирали и который клялся им на Конституции.

Все это так тяжело подействовало на меня, что на следующий день стали приходить тревожные сообщения из регионов об увеличении количества тяжких проявлений синдрома Квазимодо среди чиновников всех рангов, включая и правоохранительные органы. Некоторые даже не в состоянии выйти на работу.