ДВУЛИКИЙ: Неужели ты думаешь, что эта отстраненность, твоя проклятая холодность, делает тебя сильней?! Ты же пуст. Пустая бессмысленная кукла. Ты, медленно, сей за сеем уничтожаешь себя. Поверь, парень, я стар, у меня есть жизненный опыт, и знаю о чем говорю.

ПРИНЦ: Ничего ты не знаешь, двуликий! Ничего не видишь… Как можно считать, что я ничего не понимаю, как можно думать обо мне так примитивно! Я знаю, что приношу сам себе больший вред, чем Король и вся его свита. Но пока другого пути нет…

Саш Дайтеш, пьеса "Дух изо льда", год 5083

Лэйр Сартер задумчиво рассматривал свои пальцы. На мизинце левой руке до сих пор сохранилось напоминание трудного, но веселого детства — тонкий дугообразный шрам. Лэйр давно уже забыл тайну его происхождения, но самое удивительно, что, несмотря на все старание избавиться от этого мелкого дефекта на его совершенной коже, шрам никак не хотел исчезать. Наверное, так нужно, чтобы он, будучи действительно, без всякого пафоса, великим темным магом, всегда помнил настоящего себя.

Лэйру Сартеру было тоскливо. Он и сам не мог причину такого настроение, но последние дни ему очень хотелось напиться. Возможно, в этом виновата отвратительная погода — третий месяц осени в Дестмирии отличался особенно сильными ливнями и вечно серым небом. Лес превратился бы в болото, если бы не ночные заморозки, но все равно выходить на улицу без особой нужды не хотелось.

Широко зевнув, темный маг встал с кровати и легким жестом разгладил сапфировое покрывало своего просторного ложа. Его спальня была уютной, несмотря на прохладные темно — синие и бирюзовые тона. Сам Лэйр хоть и обладал хорошим вкусом, но для создания красивого интерьера в своем жилище пришлось привлекать Инклит — миниатюрную красавицу — лимониаду с удивительным талантом к преобразованию дома. Луговая нимфа питала к темному магу большую симпатию и с радостью помогла декорировать спальню, гостиную и еще пару небольших комнат, прежде чем застала Лэйра с Кайши. Обидевшись, Инклит прокляла замок на вечную грязь, паутину и неприятный вид в целом, да ушла не прощаясь. Хорошо, что хоть результата собственного труда пожалела. Видимо в крови лимониады было капля от проклятых — замок ни как не хотел приводиться в порядок на долго, ни магией, ни ручным трудом ученицы темного мага. Хотя уборка полностью бессмысленной не была, на декаду — вторую замок мог сохранять приличный вид.

Вяло текущие бытовые мысли, прервал ментальный зов. Это средство связи, будучи самым удобным и быстрым, соответственно являлось и очень дорогим. Магия еще не дошла до того уровня, чтобы ментальный зов осуществлялся без помощи специальных артефактов, секрет создания которых принадлежал узкому кругу магов.

— Хей, Лэйр! — веселый, слишком звонкий для мужчины голос, ворвался в сознание мага.

— Хей, Нэриториэл, — мысленно поприветствовал эльфа Сартер, активируя подтверждение связи.

— Думаю, ты уже слышал несчастии, постигнувшим нашу прекрасную страну Атрессу. Голубые розы у трона налились кровью, а солнце скрылось за черными тучами. Пришли холода, и через три захода выпадет снег…

— Это ты его убил? — перебил темный маг эльфа, готового говорить красивые фразы вечность, не жалея денег.

— Идиот, — беззлобно фыркнул Нэриториэл. — Мы с отцом хоть и не были близки, но перебранки из‑за моих похождений и страсти к темной магии не могли служить причиной убийства. Да и выгоды мне с этого никакой, первая в очередь на трон Тариэль, потом этот проклятый магеныш — полукровка Саш, потом Териториэл и потом только я.

— Я знаю, — Лэйр зевнул и присел на лестничные перила. Погрузившись сначала в собственные размышления, а затем в разговор с эльфийским принцем он незаметно для самого себя вышел из спальни и стал спускаться вниз.

— Между прочим, официально сообщалось, что розы почернели. Как вам удалось скрыть правду от проныр?

— С трудом. Это государственная тайна Лэйр, так что не спрашивай. Проблема в том, что мы действительно не знаем кто убийца. Допрос всех претендентов на трон ничего не дал…

— Нет, — причина зова Нэриториэла стала ясна. Несмотря на то, что Лэйр Сартер всегда старался держаться от политики подальше, находились упорные личности, которые жаждали использовать его способности во благо страны.

— Я тебе еще ничего не предлагал, — тон эльфа заметно похолодел.

— И не предлагай. Я тебе не частный детектив. В настоящее время у меня есть дела поважнее, чем исследовать потоки в вашем дворце.

— Все гораздо проще, Лэйр, тебе бы разрешили поднять его мертвое величество.

— Это же запрещено. Да и просто некультурно по отношение к правителю, — темный маг был удивлен. Обычно эльфы относились очень бережно к своим традициям, да и Тьму они сильно недолюбливали.

— Нынешняя ситуация требует таких жестоких, даже отвратительных, мер — Нэриториэлу явно это не нравилось. — Лэйр, пожалуйста! Совет в тайне собирается вызвать Хетша ви Латон. А моя сестра и брат поддерживают магов, будто бы не понимая, во что это выльется. Имперцы воспользуются этим шансов в полной мере, за свою услугу поставив нас в зависимость от Краба. В Харине полно хороших темных магов, но связываться с Темной Страной никто не хочет, только строят брезгливые гримасы и ругают почем зря этот "оплот проклятых". Я даже помирился с Сашем, как ни странно он единственный кто со мной согласен. Хм, а если честно, то он оказался неплохим парнем…

Лэйр Сартер слушал Нэриториэла со смешенными чувствами. С одной стороны прибегать к помощи Империи Хадч со стороны эльфов действительно дурость. Салеттцы обязательно это пронюхают, и ждет Союз очередная война — давно уже жители Долины Аффли точат зуб на остроухих. Ну а война — это обязательные проблемы. Особенно если учесть, что все военные действия будут проходить в Дестмирии, так неудачно расположившейся между двумя могущественными странами.

А с другой стороны бросать Тори одну и мчаться в Атрессу тоже не хотелось. Итак эта девчонка вела себя… плохо.

— Ну так, как?

— Я подумаю.

— Только думай недолго, а то придется тебе, темный маг, переселяться в Светлые леса. Йех.

— Йех.

Связь оборвалась, а Лэйр Сартер еще долго сидел на перилах, беззвучно напевая известную песню из трагедии Саша, того самого полукровки, внебрачного сына ныне мертвого короля эльфов и двуликой, известного писателя, драматурга и мага — ученого.

Сартер много о нем слышал, но никогда не встречался. Может настало время?

*****+

"Магия стихий есть совокупность множества сил, пронизывающих вселенную. Огонь, вода, воздух и земля — основные стихи, что являются сильнейшими и самыми распространенными, они вторые преобладающие в полотне маэн после первостихий Света и Тьмы. Их потоки менее осязаемы и вещественны, чем потоки Тьмы и Света, стихийным магам для прямого воздействия требуется большее напряжение сил и желательное присутствие вещественного образа стихии. Каждая из основных стихий разветвляется на обычные мелкие стихии. Стихия воды подразумевает собой единое целое стихий реки, моря, дождя, источников, снега и т. д. Поток каждой из этих стихий несколько отличается по внешнему виду и свойствам, но является частью основной стихии воды. Так же дело обстоит и с другими стихиями. Земля — это вечно изменяющийся поток леса и камня, стихия лугов и долин, гор и песка, живая и неживая природа. Каждая частичка природы является стихией, имеет свои собственные уникальные потоки маэн.

Переплетение потоков маэн есть отражение Таэрры.

Кроме основных и обычных есть и стихии редкие — стихии Звезд, Солнца, Луны, Комет, Планет, Астероидов и прочих небесных тел. Космическая энергия очень трудна, ей редко пользуются. Нужно обладать сильным талантом, чтобы видеть эти потоки сквозь кружево маэн Таэрры. История знает только трех достаточно сильных магов, способных работать с этими стихиями. Известный ученый, философ, автор множества трудов по магии, Аргус Таррский…"

Про этого Аргуса я почитала целую книгу. Родился лет пятьсот назад, в Империи Хадч, Аргус ви Тарск перебрался на Айрисс, в Коготь Торы и изменил фамилию на местный лад. Там познакомился со многими учеными — драконами и сам подсел на магическую науку. Особое внимание уделял Тьме, Свету и редким стихиям. Вроде бы мог использовать потоки маэн звезд и комет. Последняя как раз пролетала в опасной близости от Таэрры, а он сумел изменить ее траекторию и убрать подальше от планеты, за что заслужил народную любовь и уважение магов.

Жизнь у Аргуса Таррского конечно была интересная, и биограф не скупился на множество любопытнейших сведений, но сухой, безжизненный стиль изложения портил все удовольствие. Я страшно хотела почитать какую‑нибудь художественную книжку, а не всю эту научную и документальную ерунду.

Обхватив себя руками, я продолжила чтение, пропуская некоторые не обязательные места.

"… Аниэль была поистине могущественным магом. Ее способность в использовании потоков маэн Луны была удивительно велика, за множество славных деяний во славу эльфийского народа, она была канонизирована более двух тысяч лет назад, во время Приаффско — Атресской войны. В теперешнее время Аниэль входит в триаду эльфийских покровителей…"

Религия на Таэрре была какая‑то не понятная. Как я поняла ничего подобного как наше христианство или ислам, не было. Был Творец или Создатель, но по влиянию на арохе ему до нашего Господа Бога было далеко. Никаких храмов, никаких священников или жрецов. По крайней мере, я ничего такого в книгах не обнаружила, слово "Создатель" вообще встречалось очень редко, как я поняла, тут больше поклонялись стихиям. В зависимости от своих способностей маги верили в покровильство Света, Тьмы, Огня или Воды. Простые люди больше поклонялись духам или местным богам, которые в каждой стране разные. В Стране Эльфов — Атрессе — была Триада: Аниаэль Душа Ночи, Сартаэл Дух Дня и Ларионэл Лес Жизни. Если первые были еще обыкновенными эльфами с огромными магическими способностями, то последний представлял собой что‑то непонятное. Отдельной книги про эльфов и их религию я еще не читала, и об этих богах узнала из "Истории войн Чанора". Этот сосед Страны Эльфов населяло очень много гномов, которые вечно дрались с ушастым народом пока, за лет десять до создания союза, не заключили какой‑то таинственный мирный договор, содержание которого никому не известно. Договоры, между прочим, как я поняла очень важный элемент жизни на Айриссе. Любой политический договор является магическим, несоблюдение его несет за собой наказание, но они все равно постоянно нарушаются

Я протерла глаза, пытаясь избавиться от ненужных мыслей. Все знания, которые я черпала из обширной библиотеки моего учителя, лезли мне в голову в неподходящие моменты. Количество прочтенных за этот месяц книг меня ужасало, обрывки сведений о магии, народах Таэрры и ее географических особенностях путались в голове. Историю мира, богатую на войны и разные известные личности было нереально выучить. Откуда в голове учителя только появлиаьс эта безумная идея о пользе бессистемного обущения. Составить общую картину таким путем просто невозможно. А ведь мне еще приходилась заниматься много чем другим. Спортивные издевательства учителя казалось никогда не закончиться. Он каждый раз увеличивал нагрузку, часами заставлял бегать и махать посохом. Если бы я оказалась дома, то после таких тренировок меня бы были просто обязаны взять на областные соревнования, а то и на республиканские. Если хорошо гнуться, я так и не могла, несмотря на все старания моего учителя, то бегать научилась. Долго и быстро. Даже получала бы от этого некоторое удовольствие, если бы погода была нормальная. И если бы бегала по собственному желанию, а не принуждению.

Принуждение. За последнее время я так изменилась. Больше я даже не думала о неподчинение, об хныканье и постоянных обидах на мага. Я слушалась каждого его приказа. Это оказалось так просто. Вообще, намного легче, бездумно выполнять, чем бессмысленно страдать от боли и потом все равно выполнять.

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Мне не стоит плакать. Это глупо, легче отречься от всего, от чувств и боли, от вечного страха, от наивных мечтаний. На ум пришла мелодия, под которую я в последний раз танцевала. Очень странная, завораживающая своей дикой монотонностью. Танцы и музыка приносили облегчение, но ненадолго.

Скрипнула дверь и я, не оборачиваясь, уткнулась носом в книжку. Последнее я старалась избегать учителя, у него было отвратительное настроение, и каждый раз, увидев меня, даже мельком, он находил причину прикалупаться. Не — на — ви — жу…

— Я вынужден на некоторое время покинуть замок, — голос Лэйра Сартера пронзил своей холодностью и ядовитостью. — Дэнайр за тобой присмотрит и немного позанимается. Но учти, после этих каникул я возьмусь за тебя с особым энтузиазмом, дорогая. Так что советую тебе прочитать о магии как можно больше, а также как можно больше тренироваться воздействовать на потоки маэн. До скорой встречи.

Я осторожно обернулась. Маг уже уходил, и я только увидела его черный плащ.

Я в растерянности уставилась в книгу. Облегчение, что несколько дней мне не придется видеть учителя, было невероятным. Но и его обещание хорошенько за меня взяться по возвращению пугало.

Хорошо, что придет Дэн. Лорд Цейрской земли мне нравился, хотя виделись мы всего три раза и не очень долго. Он казался добрым, хотя я и понимала, что, наверняка, он притворяется. Он же приятель моего учителя. Но мне отчаянно нужно было человеческой тепло, пусть и ненастоящее. Я просто старалась об этом не думать.

— Хватит сидеть, Тори! — укоризненный голос Дэнайра вырвал меня из дремы. Несчастными глазами я взглянула на мужчину, прислонившегося к двери. Все эти три дня, что Лэйр Сартер отсутствовал, я болталась без дела, наслаждаясь редкими мгновениями спокойствия. Я не раз пробовала заняться чем‑то полезным, вроде чтения книжек, но без болевой стимуляции надолго меня не хватало. Я отлично понимала, что такое мое отношение к учебе просто самоубийство — учитель мог вернуться в любой момент и потребовать отчет о получении новых знаний. Но мне было все ровно, я хотела отдыха и откладывала учебу на потом. Идиотизм.

— Тори, пошли хоть покажешь мне, как ты умеешь драться. Лэйр тебя учил, я знаю. Ну сколько можно просто сидеть без дела? — Дэнайр подошел ко мне просительно улыбнулся.

— Дэн, пожалуйста… — жалостливым голосом тихо попросила я и устремила на мужчину полный слез и страданий взгляд. Обычно, Дэнайр переполнялся сочувствием ко мне и оставлял в покое, но сейчас неожиданно возмутился и резко потянул за руку, стаскивая с кресла.

— Все, больше на меня это не действует! Хватит, Тори, а то Лэйр убьет и тебя и меня. Пойдем!

Признавая, что Дэн прав, я все‑таки согласилась провести бой. Он меня быстренько победит и отвяжется.

Воодушевленный моим послушанием лорд довольно потирал руки и весело хвалил мое благоразумие. И я никак не могла понять, толи он мастерски иронизирует, толи действительно так считает. Появление Дэнайра принесло в замок тепло, он любил поговорить, мог утешить. Я просто поражалась, как только его память вмещала такое количество разнообразных историй, которыми он щедро делился со мной.

— Так, посох я только умею держать в руках, так что возьму меч, так еще интересней будет, — войдя, в тренировочный зал оповестил Дэн и скоро выбрал из внушительного арсенала колюще — режущего оружия легкий меч

По моему мнению, я тоже посох могла только держать в руках, и то не всегда правильно, но спорить не стала. Чем быстрее это закончится, тем лучше. Да и большинство моих занятий с Лэйром основывались на сражении посоха против меча.

Взяв "палку" с которой обычно противостояла своему учителю, я со страдательной усталостью на лице стала в выжидательную позицию, предоставляя первый ход Дэнайру.

Я, разумеется, проиграла, но продержалась на удивление долго, особенно если учесть мое нежелание драться. Да, Дэну до учителя, пожалуй, еще дальше, чем мне до Дэна.

— Все, теперь можно я пойду? — потирая ушибленный при падении на пол бок, поинтересовалась я у довольного лорда.

— Ну уж нет! Это была только разминка. Тори, постарайся, я не такой уж и хороший боец.

— Ох, Дэээн! Ну, пожалуйста. Я не хочу, знаешь, как мне это надоело?

— Не зли меня. Давай еще раз!

— Ладно, — я закатила глаза и взяла в руки посох.

За еще одним разом пришло еще пять таких одних разов. Разозлившись, я стала сражаться в полную силу, но больше 15 дис против Дэна мне не удавалось устоять. И то, по — моему, он поддавался.

Когда мои силы окончательно иссякли, я уселась на холодный пол и обижено уставилась на Дэнайра. Тот и сам малость утомился, потому требовать от меня невозможного не стал.

— Пойдем хоть покушаем? — мило улыбнувшись, он помог мне подняться. Я только устало кивнула и медленно потопала за веселым Дэном на кухню. Надо было бы сходить в ванную, смыть с себя пот, но та — а-ак не хотелось. Да и кому я тут нужна чистая и красивая?

Кухня встретила нас тяжелым запахом, грязью и прохладой.

— Тут одни крупы остались, — разочаровано протянул Дэнайр, обследуя все ящички и полочки. Я только зачем‑то пожала плечами. Лично мне есть совсем не хотелось, я бы лучше поспала.

Пристально взглянув на меня, мужчина вдруг подошел и отбросил кудлатую прядь грязноватых волос с моего лица. Я напряглась, не понимая его действий, выражения его лица.

— Виктория, зачем ты это делаешь? Неужели думаешь, что это аморфное состояние поможет тебе. Я тебя жалел эти дни, но это уже просто надоело.

Я мрачно молчала. Все эти слова я уже не раз слышала, и они просто не имели для меня смысла. Дэнайр хотел как можно продуктивнее использовать время отсутствия учителя для приведения меня в "порядок". И мне это очень не нравилось, после лабиринта, после того, что потом показала мне Тьма… Я буду просто подчиняться темному магу, может ему и удастся слепить из меня что‑нибудь путное. В его понимании, разумеется.

— Посмотри‑ка! Снег выпал! — я вздрогнула от неожиданного восклицания. Дэнайр подошел к единственному, но зато очень большому окну и распахнул его, впуская в комнату холод, ветер и первые пушистые снежинки.

— Красиво, правда?

— Да, — безразлично согласилась я, признавая, что картина мелких белоснежных капелек на черном фоне деревьев и кустарников смотрелась неплохо.

— А может, сходим на охоту? Подстрелим какого‑нибудь зайчика, будет у нас на ужин вкусное мясо.

Оо, ну что ему все неймется? Не хочу я ни бродить в такую погоду по лесу, ни убивать зайцев и тем более готовить. Только кто меня спрашивает?

Дэнайр вытащил меня на улицу, хорошо, что еще дал время накинуть на себя длинную теплую черную куртку, предоставленную мне Лэйром Сартером по наступлению холодов. Снегопад уже прекратился, и земля была покрыта тонким белым слоем, моментально растворявшемся под каждым шагом. Покинув территорию замка, я незаметно повеселела. Все‑таки мрачная атмосфера сильно влияет на мое настроение, прогуливаясь рядом с Дэном между украшенными снегом деревьями, я подумала, что сейчас вполне можно потратить время с пользой для здоровья — заняться магией. Пользуясь редкими дисами молчания лорда Цейрской земли, я призвала видение потоков маэн.

После того как я прошла этап Познавания проблем в виде ужаса при прямом воздействии больше не было. Но так мастерски управлять потоками как в Лабиринте я не могла, таких интуитивных прозрений больше не было. Я только неуклюже дергала за нити и разрушала правильность переплетений, чем неимоверно раздражала учителя, которому приходилась все исправлять. Меня саму это несколько бесило, ведь я отлично помнила, с какой легкостью мне удалось расправиться с Воплощениями. Но дело в том, что я только и помнила, что легкость, все происшедшее со мной в лабиринте казалась сном — никаких четких воспоминаний, осталась лишь эмоциональная память.

— Тебя Лэйр хоть выпускал прогуляться в лесу? — голос Дэнайра стер видение потоков и тяжелые мысли о том, что произошло.

— Да, он говорил, чтобы я сама добывала себе пищу, и отправлял на охоту, — мой голос звучал неестественно, и я постаралась возродить в себе эмоции. — Научил пользоваться пифалкой и показал призывающее заклинанию для ловли мелких животных.

Но это так неприятно…

— Неприятно?

Потерев кончик носа, я пояснила:

— Ну, я же призываю зайчика, а потом убиваю его. Это просто нечестно по отношению к нему.

— Не стоит пытаться казаться добрее и благороднее чем ты есть, — фыркнул Дэн. — Я вижу, что ты много притворяешься, и пожалуй даже удачно, но сейчас твоя жалость прозвучало глупо. Ты же хочешь просто жить так, чтобы Лэйр тебя не трогал. И когда ты хочешь, есть и чувствовать себя хотя бы удовлетворительно, готова ради этого на многое, вопреки своим положительные чертам.

Слова лорда были мне неприятны, но спорить с ним было неправильным. Я сама толком не могла разобраться в себе, своем отношении к тому жестокость такая охота или нет. Просто на Земле я читала, что хорошие герои, позвав магическим образом зверюшку на ужин, убить ее не могли, жалко было уничтожать того, кто тебе доверял пусть и под воздействием. Я могла, мне было почти все равно, только легкое неприятие из‑за того, что я явно не хорошая героиня.

— По — моему охота магией в первую очередь просто неинтересна. Это даже не охота, а так… — высказал свое мнение Дэнайр после непродолжительного молчания.

Я для проформы кивнула, потеплее укутываясь в куртку. Все‑таки погода была сильно прохладной, скосив глаза, я видела, как покраснел мой нос. А вот Дэну, казалась, холода не страшны, будучи в одних брюках, тонкой белой рубахе и расстегнутом коротком кафтане зеленых тонов с блестящими серебреными пуговицами и замысловатым черным орнаментом на вороте и рукавах, он никак не показывал, что ощущает какой‑то дискомфорт.

— Если хочешь, можешь посидеть пока, позаниматься там магией, — Дэнайр остановился, вынимая короткую, длинной в ладонь, бордовую трубку — пифалку. Это элементарное полумагическое оружие предназначено именно для охоты. Нужно просто прицелиться и дунуть, из трубочки вылетает небольшой голубенький шарик, смертельный для животных и абсолютно безопасный для людей. Пифалку можно отнести к простейшим артефактам, формула ее изготовления давно уже всем известна и налажено массовое производство. Любой маг мог за считанные дисы сотворить такое оружие из подручных материалов, достаточно просто напихать в деревянную или даже бумажную трубку сгустки маэн и произнести пару заклинаний.

— Ладно, — я огляделась, высматривая, куда бы примоститься. Лес просто поражал своей нетронутостью — найти какой‑нибудь пенек от срубленного дерева было нереально, но вот сломанных тонких осинок после последней грозы хватало.

Найденное поваленное деревцо жалобно скрипнуло под моим весом, задумчиво подперев голову кулаком я смотрела, как уходит Дэнайр. Тупая тоска нахлынула на меня, заставляя со всем ужасом прочувствовать всю безысходность моего положение. Чтобы избавиться от этого чувства я решила все‑таки продолжить неудавшеюся попытку позаниматься. Воззвав потоки, я некоторое время просто любовалась ими. В лесу преобладали зеленые, коричневые и черные цвета всех оттенков стихий тьмы и Земли. Я аккуратно потянулась к свободному темному потоку, осторожно оплела им тоненькую сломанную веточку и поднесла поближе к себе. Ее мертвая структура частично состояла из нитей Тьмы, значит, я могу попробовать как‑то ее трансформировать. Учитель говорил что на первых порах обучения воздействовать на живые предметы в которых чаще преобладает Свет мне нельзя, но вот работать с неживыми, чья структура "мертва" вполне возможно. Я не раз пыталась превратить одну вещь в другую, однако, работа эта слишком кропотливая и точная для меня. Пользоваться заклинаниями было намного легче и быстрее, чем воздействовать на потоки маэн.

Мыча в полголоса одну из мелодий, под которую однажды танцевала, я принялась за работу.

Трансформация предполагала собой не только перемещение потоков, но и их изменение. Учитель их с легкость уменьшал, разделял на тончайшие волосинки и вновь сплетал в единую нить, скручивал в самые разнообразные формы… Для меня такая задача казалась почти невыполнимой.

Я просидела около двух тио, ужасно замерзла и практически не сдвинулась с мертвой точки. Моя веточка лишь стала более тонкой и заостренной на концах, но до пера, в которое я намеривалась ее превратить, было далеко.

Дэнайр подкрался незаметно, и его легкое прикосновение к плечу испугало меня до бешеного стука сердца и негромкого вскрика.

— Тише, это я. Ты же вся замерзал? Пойдем скорее в замок.

— Ага, — я кивнула и подула на свои руки в бессмысленной надежде согреться.

— Ты что‑нибудь поймал?

— Почему "что‑нибудь"? Я добыл нам на ужин "кого‑нибудь" — зайца!

— Хорошо… — я, наконец, поднялась, и мы Дэном потопали в замок.

— Да хотя, кого я еще мог поймать? Тут все‑таки нет большого разнообразия в живности. Можно встретить диких кабанов, волков, лис, оленей, изредка даже забредают зубры. А в твоем мире такие животные водятся?

Я удивилась его вопросу, лорд очень редко спрашивал про Землю, но ответила.

— Да. Возможно, они несколько отличаются, вот ваши дестмирские зайцы летом почти черные, а у нас серые. И оленя я на картинке видела, а он черный, а не коричневый…

— В Темных лесах почти все звери черные, — засмеялся Дэн. — Место жительства обязывает. А вот те же зубры приходят из Светлого Леса и имеют намного более светлый окрас…

Вернувшись в замок Дэнайр благородно освежевал зайца и помог мне его приготовить. В предназначенной для принятия пищи комнате из‑за мрачного вида легче было подавиться, чем получить удовольствие и мы решили осквернить гостиную. Растопив камин и очистив столик от бумаг Лэйра, расставили блюдо с зайчатиной, тарелки и прочие столовые приборы. Дэн даже откуда‑то принес бутылку слабенького красного вина. Приятный полумрак в комнате, аппетитные запахи и легкость после прогулки по лесу благотворно повлияли на мое настроение. Даже в том кошмаре, в который превратилась моя жизнь, бывали редкие проблески света и тепла.

— Ну, так что же тебе сегодня рассказать? — отложив последнюю обглоданную кость, спросил лорд. Я уже давно наелась и сыто разлеглась в кресле, любуясь огнем и медленно попивая полусладкое вино. Атмосфера уюта нагоняла на меня сон, и сначала я хотела попросить какую‑нибудь красивую легенду, но вспомнила про утреннюю книгу.

— Расскажи мне про эльфов.

— Эльфов? И что именно ты хочешь узнать?

— Все. Все, что ты можешь мне рассказать, — надеюсь, полезное я совмещу с приятным, а то так не хочется лишаться такого редкого настроения.

— Что же… Живут эльфы в стране Атресе, что граничит с Дестмирией на востоке. Естественно, остроухих можно встретить и в других государствах, в том числе и в Дестмирии. Наиболее значительные поселения эльфов есть в Светлых лесах на севере Салетты, за Большим Барьером живут изгнанники и третористы…

— Кто? — не поняла я последнего слова.

— Ну… Треторизм — это такое политическое и философское движение основанное Атир Третом во времена создания ВэСа. Третористы являлись противниками его создания, они

отрицают возможность единства рас и превозносят учения Трета, основанное на… принципе… — Дэн мученически закатил глаза, пытаясь подобрать нужные слова. Он был больше сказочником, объяснения терминов ему явно не удавались.

— Чтобы каждая из рас жила в отдельных странах и не совалась на чужую территорию? — высказала предположение я.

— Вроде того, — согласился лорд. — Лучше найди какую‑нибудь книгу и почитай о них, я тебе про эльфов рассказываю. Итак, эльфы…

Считается, что первым эльфийским королевством была созданная более четырех с половиной тысяч лет назад Светинэль в Светлом лесу. Долгое время эльфы жили в мире с другими зарождающимися государствами но где‑то в девятнадцатом столетия разгорелась Первая Всемирная война, так же известная как Портальная, и Светинэль в качестве самостоятельной страны, перестала существовать. Остатки выживших эльфов под предводительством принца Атресэла отправились на поиски нового дома. Говорят, что древних летописях сохранилась доподлинная история их поиска, но сей документ, видимо, слишком важен и его содержание известно лишь важнейшим ученым и правителям эльфов. Но в народе сохранилась одна красивая легенда…

Принц Атресэл не отличался особой красотой: слишком большие уши, слишком маленькие глаза, жидкие волосы, тонкий нос, да и сам он слишком низкий.

Но видимо взамен красивой внешности, Природа одарила его умом, храбростью и невероятным везения. А как иначе, если не улыбкой Судьбы назвать то, что Атресэл и еще около двухсот эльфов сумели выбраться из осажденной из‑за всех сторон столицы королевства Светинель. Говорят, что принцу явился сам Ларионэл и организовал одноразовый масштабный портал на другой край Айрисса — около подножья Офрийских гор… Только учти, все, что касается периода до Эпохи Меча и Магии можно подвергнуть здравому сомнению Твой учитель, например, считает эту историю образования Атрессы эльфийской пропагандой, а на самом деле это королевство появилось после Катострофы, эльфы как и остальные арохе просто забились в свободный угол.

— То есть этот Лориэль Дух Леса просто мифический персонаж? Выдумка для веры?

— Откуда я знаю? — фыркнул мужчина. — Сомневаюсь, что это знают даже эльфы. Просто неопределенный святой образ, дух который помогает разным эльфам попавшим в беду. А существание его как реального исторического деятеля в летописях не упоминалась.

— А какие они вообще, эти эльфы? — мне было интересно, как отличается мнение Дэна от мнения наших фантастов.

— Часто красивые, утонченные, настоящие ценители искусства. Немного скупые, но в целом эта раса благородная и трудолюбивая. Эльфы хитры…

— А еще они очень любят власть, славу, играть не по правилам и лицемерить.

Я сразу даже не сообразила, кому принадлежит этот усталый, немного грустный, но все равно язвительный, голос. Но осознав, что Лэйр Сартер соизволил вернуться, я мгновенно скатилась с кресла и забилась в ближайший угол. Потом уже осмелилась поднять глаза и увидела, как темный маг сбрасывает на пол свой черный плащ. Выглядел мой учитель немного неважно. Одет он был богато, в черную рубашку с кружевами, черные брюки из материала, смахивающего на кожу и длинный черный камзол, искусно украшенный маленькими сапфирами и серебряной вышивкой, но красивое лицо выглядело изнеможенным, а обычно гладко причесанные волосы — растрепанными.

— И что это такое? — не обращая на меня внимания, поинтересовался у Дэна учитель, глядя на остатки нашего ужина.

— Где? — нарочно ненатурально удивился лорд.

— Повсюду, — видимо, маг был настроен серьезно. — Вали отсюда, Дэн. Спасибо, что присмотрел…

Так и не уточнив, за кем присмотрел Дэнайр, Лэйр сел на кресло и закинул ноги на стол, смахивая посуду и объедки. Дэн, видя настроение его настроение, поспешил убраться прочь, напоследок подмигнув мне и прихватив бутылку недопитого вина.

— Иди сюда, — после некоторого молчания, тихим голосом позвал учитель.

Я подошла. Он внимательно меня осмотрел и недовольно скривил лицо, что в скупе с неряшливым усталым видом окончательно лишило его красоты.

— Когда ты в последний раз мылась? Это был риторический вопрос, — с раздражением добавил, видя, что я хочу ответить.

— Меня больше интересует, занималась ли ты учебой во время моего отсутствия?

Я побледнела. Корить себя было бессмысленно, да я и знала как рискую, нет не жизнью, даже не здоровьем, так как он все ровно меня исцелит… Просто я боялась лишь присутствия учителя, я не могла сопротивляться, не могла ослушаться… если бы он приказал бы мне, я бы читала и магичила как проклятая, но он посоветовал. А мне захотела выразить глупый протест. Наверное… Я сама не понимала, мотивов своего поведения.

Под взглядом учителя все мои эмоции, несвязные мысли постепенно исчезали.

— Нет, учитель.

— Я не удивлен.

Сидя он казался ниже, но это не мешало ему смотреть на меня с недосягаемой высоты. Смотреть с презрением. Я как всегда держала голову опущенной, изредка поглядывая исподлобья на его совершенное, в зависимости от настроения красивое или не очень, лицо.

Учитель ударил меня. Собственной рукой влепил пощечину, от которой я пошатнулась и чуть не упала. Я больше почувствовала удивление, чем боль. Он всегда использовала магию, наказывая меня.

— Пошла вон.

Не сдержав своего недоумения от услышанного, я широко распахнула глаза и, неосторожно подняв голову, столкнулась с взглядом учителя. Синие глаза казались темнее чем обычно, а лицо потеряло свою благородную бледность сделавшись мертвенно — серым.

— Пошла вон, — едва слышно повторил Лэйр Сартер, зажмуриваясь и успокоительно вздыхая.

Поняв, что еще немного и на своих ногах я не выйду, я пулей выскочила из комнаты. Притормознув посреди лестницы, я задумалась, куда собственно направляюсь. Наверное, в ванную, незачем больше нервировать Лэйра Сартера своим видом. Этот маг такой чистюля в плане личной гигиены, прямо тошно… Ненавижу его.

Ох, как же я его ненавижу. Не яростно и страстно, а так по тихому, до ноющей боли, постоянно, так как он часть моей жизни.

— …спецификой взаимодействия темных потоков маэн изначально неживых предметов неживой природы, как к примеру камень, и неживых предметов ранее являющихся часть живой природы, как опавший лист или вырванное из хвоста птицы перо, является… Как думаешь что?

— Я не знаю, учитель. Я не читала об этом, — зачем задавать мне такие вопросы? Чтобы еще раз ударить?

— Неужели трудно просто подумать?

Да. Особенно если думать не хочется.

— Я жду.

Но придется, я поспешно стала вспоминать все, что знаю по этой теме.

— Потоки в структуре камня… они в основном будут принадлежат стихии камня, ну… стихии земли. Ну… даже не в основном, а практически целиком. Потоки маэн Тьмы в структуре маэн камня незначительны…

— Прилагательное "незначительны" не сочетается с существительным "потоки маэн". Следи за своей речью. Продолжай.

Я не знала, где он пропадал и почему вернулся в таком настроении, но сейчас от былой усталости и едва сдерживаемой злости, не осталось и следа. Лэйр Сартер сидел на своем любимом кремле у камина, чистый, в домашней белоснежной рубашке, с блестящими шелковистыми волосами и прекрасном лицом.

Я вздохнула и продолжила.

— В опавшем листе они… потоки… мертвы, но были ранее живыми. В них структуре больше потоков Смерти, которая является составляющей Тьмы, а в камне…

— Ты меня сейчас сама до смерти доведешь своими туманными речами. В, как ты пробормотала, мертвых предметах — мертвые потоки маэн Тьмы. В камне же, не живущем в прямом смысле, но и не ведавшем, что такое смерть — живые. Сплетение таких предметов неминуемо приведет к крайней неустойчивости полученного предмета и его внешней пластичности, которую следует закрепить в структуре для прочности. То есть, как тебе известно, создать предмет из свободных потоков очень сложно, а для трансформации меньшей вещи в большую по размеру изначально данных потоков не хватает, и требуется разрушать структуру и других предметов. Так, например, веревку можно трансформировать из вырванной травинки и камня, но так как веревка состоит из материала бывшего ранее живым, то потоков из структуры травинки должно преобладать над потоками камня…

Что‑то создается, а взамен что‑то обязательно разрушается. И это относится не только к магии… — некоторое время учитель молчал, возможно, давая мне время, чтобы проникнуться этой избитой фразой.

— Сейчас мы опять займемся простейшими трансформациями, которым ты с поразительным упорствам не хочешь обучаться. Но пока не забыл, прочти пару книжек про Смерть и Тьму. "Теория Смерти" Тарсского, примитивно, но информативно… "Трактат о постоянных взаимодействиях Тьмы и Смерти и их различиях" Таллит Марен — древнейшея работа, дремуче, но можно выискать что‑то интересное. "Темная сторона Смерти или Смертельная сторона Тьмы" Натин Шатар — сравнительно новая и вполне удачная вещь, даже относится к запрещенным книгам в Салетте, читай обязательно…Сказать, что Смерть это составляющая Тьмы, может только такая необразованная иномирянка, как ты…