— Ну, как там… — рослая мужчина с бритой головой бросила взгляд в сторону ряда железных шкафчиков, в одном из которых была дверь в заброшенный тоннель, — без приключений добрались? Никого, это… не потеряли? — участливо поинтересовалась она и тут же, как бы оправдываясь, поспешила добавить: — Цог не сказала, сколько вас будет…

— Все в порядке, Малк, — мягко ответила ей Альва. — Дошли без проблем.

Они находились в одном из оборотных тупиков станции «Пищекомбинат Микс’Мик-2». В двадцати метрах дальше по тоннелю из-за плавного поворота, словно голова гигантской железной змеи, выглядывал головной вагон поезда, ожидавшего здесь часа-пик, а рельсы заканчивались совсем рядом, — всего в паре метров от того самого шкафчика, через который они и попали сюда. Там из бетонного пола вырастала массивная металлическая конструкция с мощным резиновым отбойником на стальных пружинах — тупиковый упор для аварийной остановки поезда. Все трое, умытые, с чистыми, пахнущими дешевым мылом руками, сидели на обшарпанной лавке, уютно пристроенной меж двух заваленных инструментами и какими-то деталями верстаков. В руках у них было по исходившей ароматным паром кружке, а перед ними, прямо на бетонном полу стоял большой термос с горячим чаем. Рядом, потирая широкие мозолистые ладони, топталась Малк, то и дело поглядывая на изгвазданную «воронью» форму Альвы Аввар.

Пятнадцать минут назад, когда все они по очереди — сначала Аллвин, потом — Трилти и уже после — Альва — вылезли из шкафчика, мужчина от удивления сначала выронила ключ, которым перед тем отперла потайную дверь, а после быстро схватилась за другой ключ, побольше, какими, по-видимому, пользовались при обслуживании и ремонте поездов.

— Прошу вас, сестра, не волнуйтесь! — поспешила тогда успокоить мужчину Трилл Тэббиш. Она сделала несколько коротких шагов к той и представилась: — Я — Трилти из «Солнца для всех!»… возможно, вам знакомо мое имя, — скромно добавила она, и мужчина молча кивнула ей в ответ. — Это… из-за меня, — продолжила тогда она, — этим двум сестрам пришлось рисковать.

— Понятно, — пробасила мужчина. — Но почему одна из ваших сестер в форме «ворон»?

— Потому, что она и есть «ворона». Альва — наш агент в жандармерии…

— Была… — вставила тогда Альва.

— Да. Была, — поправилась Трилти. — Чтобы вытащить меня из неприятностей, ей пришлось раскрыться и бежать вместе со мной и с Аллвин… — она полуобернулась к стоявшей немного позади нее Шейл и коротко кивнула той.

Все-таки, хорошо, — решила тогда Аллвин, — что по ее внешнему виду нельзя было заключить, что она из Комитета; а то, кто знает, не пустила бы тогда эта суровая детина в ход свой гаечный ключ размером с кувалду, который она, даже после объяснений Трилти, еще некоторое время продолжала вертеть в натруженных ручищах.

(К слову сказать, после двухчасового хождения по подземельям Аллвин мало походила на человека из Комитета. Лицо и руки ее были много грязнее, чем у женщин, а некогда солидный плащ превратился из темно-синего в грязно-неопределенный и выглядел более чем убого. Так что, вряд ли можно было заподозрить в Аллвин Шейл агента КБК. Она выглядела как настоящая бездомная бродяжка.)

Минуту поразмыслив, детина все-таки вернула орудие труда на ближайший верстак и, пожав могучими плечами, сказала:

— Надо бы Цог, конечно, предупреждать о таком… Вы уж не обижайтесь на меня… — добавила она, обращаясь к Альве.

— Да, без проблем! — развела руками девушка.

Накалившаяся поначалу обстановка быстро остывала.

— Я — Малк, — представилась мужчина, окинув взглядом гостей: начиная с Альвы и остановившись на Трилти, лишь мельком мазнув выпуклыми серыми зрачками по Аллвин. Ростом Малк была на полголовы выше Аллвин — примерно двести двадцать-двести двадцать пять сантиметров — и заметно шире в плечах; выглядела она лет так на десять старше Аллвин и Альвы и лет на пять моложе Трилти; лицо ее было некрасивым и… добрым? Скорее доброжелательным. У Аллвин это лицо почти сразу стало вызывать смешанные и противоречивые чувства.

— Приятно познакомиться, Малк, — ответила за всех Трилти.

Еще в катакомбах Аллвин отметила то, как легко Трилти из ведомой и опекаемой превращалась в представителя и лидера, когда это было нужно — не ей лично, а группе, коллективу, пусть и маленькому — и как также легко снова отступала назад, на второй план. Замечательное качество, многое говорившее не только о ее авторитете, коим без сомнения обладала Трилти, но и о ней самой, как о человеке.

— Вы наверно уже поняли, что я тут работаю… — мужчина, как бы в качестве удостоверения, сделала неопределенный жест промасленными руками, выставляя вперед ладони. Трилти и Альва обе кивнули, почти синхронно, также синхронно улыбнувшись труженице. Аллвин поспешила поддержать сестер, но улыбаться не стала, сохранив на лице нейтральное выражение. — Сразу хочу сказать, — продолжила Малк, — что здесь, в этом тоннеле, я главная, и пока вы здесь, вы в безопасности. Все, кто здесь работает — наши люди. Но наверху или на станции вам в таком виде лучше не показываться… «Шакалы» загребут как бродяг… А к тебе, сестренка, — обратилась она к Альве, — еще и с вопросами приставать начнут…

— Да уж, это точно… — обреченно согласилась девушка, после чего добавила: — Нужно позвонить кое-кому… Нам привезут одежду

— Насчет этого не волнуйся, — грубое, даже некрасивое лицо мужчины расцвело обаятельнейшей улыбкой. — Кое-кто итак скоро будет здесь.

— Кто же? Цог?

— А-то!

Наблюдая украдкой за Альвой, Аллвин отметила, как та едва заметно расслабила плечи; осанка девушки стала чуть мягче, а на лице отразилось облегчение.

— В общем, вон там… — продолжала тем временем Малк (она указала через рельсы в сторону кабины поезда, где в отбрасываемой вагоном тени Аллвин не сразу рассмотрела дверь) — …уборная, если кому надо умыться или что-то еще… И это… чаю хотите? После подземелий — то, что надо!

Чай согревал и хорошо утолял жажду. Аллвин выпила уже одну кружку и налила еще; Альва сжимала свою в ладонях, время от времени делая маленькие глотки; Трилти допила чай и поставила пустую кружку на верстак рядом с Альвой, сидевшей, как и Аллвин, с краю, по левую руку от Трилти.

— Ты уж это… правда, извини, сестренка, что я на тебя так… — еще раз извинилась перед Альвой Малк, видимо решив, что та на нее в обиде за недоразумение с гаечным ключом, — но эта твоя форма…

— Да ладно тебе! — улыбнулась девушка. — Как же еще реагировать на это — (она окинула быстрым взглядом свою форму) — мразотное одеяние? Мне и самой противно! Представь, каково мне ее было носить два с лишним года?

— Да уж… — покачала головой мужчина. — Я, если честно, не думала, что у вас, иблиссиан, есть свои люди среди «ворон»…

— И не только среди «ворон»! — с усмешкой вставила Аллвин, громко перед тем отхлебнув из кружки. Малк ей одновременно и нравилась и не нравилась; вызывала уважение, как человек труда, как представительница класса рабочих, ведь именно этот класс учение Иссы Иблисс рассматривало главной производительной силой общества и главной движущей силой самой истории; раздражала же тем, что, как и Аллвин, Малк была мужчиной… и явно симпатизировала Альве Аввар. Если к начальнице Альвы, лейтенанту с труднозапоминаемым именем, Аллвин с самого начала испытывала неприязнь, потому что та была явной служакой и к тому же могла оказаться соперницей (а вдруг они с Альвой любовницы и я изначально в пролете? — думала она), то за внутреннее раздражение к Малк Аллвин в глубине души было даже стыдно. Тем не менее, чувство ревности возобладало в ней, и она встряла между безобидно болтавшими Альвой и воображаемой соперницей.

— О чем это ты, сестра? — дружелюбно поинтересовалась Малк.

— Алл хочет сказать, — не дав ответить Шейл, словно почувствовав раздражение молодой мужчины и желая взять под контроль ситуацию, вмешалась Трилти, — что она из Комитета… — женщина посмотрела в упор на Аллвин и продолжила: — Перед вами целый инспектор и лейтенант… только вы ее так, пожалуйста, не называйте! — она заговорщицки улыбнулась и своей улыбкой совершенно обезоружила Аллвин. Та вдруг почувствовала себя совершенно глупо, и ей захотелось извиниться перед всеми.

— Ну, охренеть теперь!.. — Малк удрученно почесала выбритый затылок. — Что, серьезно?

— Ага, — ответила ей Аллвин уже совершенно беззлобно. — Вот, могу даже пушку показать… — (она расстегнула пальто и отвела левый борт, показав кобуру с девятимиллиметровым «Ветераном») — …и удостоверение есть.

Малк взглянула на пистолет, какими были вооружены только офицеры спецслужб (и, по слухам, члены правительства) и посмотрела на Трилти.

— Серьезная у вас свита! — Трилти единственной Малк говорила «вы»; причем ее «ты» в адрес более молодых спутниц известной революционерки вовсе не звучало как фамильярность.

— Да уж… — с улыбкой согласилась женщина. — Та еще свита! — с веселыми нотками в голосе добавила она, после чего с благодарностью посмотрела сначала на Альву, потом — на Аллвин и серьезно закончила: — Если бы не сестры, сидеть бы мне прямо сейчас в каком-нибудь кабинете с кафельными стенами…

В этот момент со стороны ряда шкафчиков раздался глухой не-то звон, не-то треск. Аллвин показалось, что она где-то уже слышала подобный звук. Малк бросила взгляд на висевшие на стене над одним из верстаков часы:

— Наверно Цог звонит… Щас… — она подошла к одному из шкафчиков и открыла дверцу. Аллвин тут же вспомнила, где именно такое слышала: в старинных фильмах! На полке внутри шкафчика оказался древний проводной телефон с дисковым номеронабирателем. Мужчина сняла трубку с архаичного аппарата и приложила одним концом к уху:

— Да… Ага… Да, уже здесь… Да, со мной… Трое… Да… Скажи Кирсте, пусть захватит что-нибудь из верхней одежды… Ну… — (она смерила взглядом каждую из гостей) — …твою подругу надо бы переодеть полностью… Еще что-то на… — (Малк не стала называть имени Трилти) — женщину… Да. Пусть Кирста как на себя подберет… приличное… и что-то мужское, чуть поменьше моего… Ага. Хорошо, ждем!

Малк положила трубку на специальные держатели сверху телефона и закрыла шкаф.

— Все в порядке! — сказала она, обращаясь сразу ко всем. — Минут через двадцать-тридцать Цог и моя подруга Кирста будут здесь. Переоденем вас и выведем наверх.

****

Через сорок минут пришли знакомая Альвы и подруга Малк.

Вначале в тоннеле за поворотом что-то звякнуло, — Аллвин показалось, что ударили молотком по рельсу, — а потом из-за второго вагона метропоезда (дальше тоннель плавно уходил вправо) появились двое. За плечом у каждой было по увесистой сумке.

Альва не уточняла пол своей знакомой, но, почему-то, имя Цог казалось Аллвин принадлежавшим андрогину или мужчине, но Цог оказалась молодой женщиной лет двадцати. Внешность ее, как, пожалуй, внешность любого агента революционеров, была приятной и располагающей, даже привлекательной. Невысокого роста — около ста семидесяти сантиметров — рыжеволосая и кареглазая; половина головы женщины гладко выбрита, с другой же стороны густая, волнистая шевелюра, доходившая ей до середины предплечья. Из-под расстегнутого нараспашку зеленого дождевика с черным капюшоном, откинутым на спину, виднелось короткое бордовое платье из плотной материи. На ногах Цог — слегка полноватых, но стройных и довольно изящных — высокие серые сапоги и облегающие брюки, того же цвета и материала, что и платье.

Не доходя до тупика тоннеля, где находились беглянки, Цог радостно воскликнула:

— Ну, наконец! Аль, как же здорово, что у тебя все получилось! — она перешла на быстрый шаг и сходу обняла Альву.

— Все благодаря тебе и твоим подругам! — улыбнувшись, ответила ей девушка. — Знакомьтесь! Это Трилти! — она указала взглядом на вставшую с лавки женщину.

— О! Мне знакомо это имя… Не та ли это Трил… — Цог приподняла бровь.

— Да-да, это именно она, — подтвердила Альва. — А это — Аллвин, — представила она следом Шейл. — Ее имя тебе вряд ли знакомо, но, если бы не Алл, вряд ли бы у меня получилось все сделать по твоему плану…

— Привет, Алл! — по-простому приветствовала Аллвин Цог.

— Привет, Цог! — ответила с улыбкой Аллвин.

Аллвин Цог сразу понравилась, и вовсе не тем, что была привлекательна, — с каждым часом, проведенным рядом с Альвой, Аллвин все больше убеждалась в том, что крепко запала на девушку и, так как по своим предпочтениям она была моногамна, чья-либо привлекательность для нее уже не имела значения. С первой минуты знакомства Цог держалась со всеми свободно и безпафосно: друзья Альвы — ее друзья и точка. Именно это расположило к ней Аллвин Шейл.

— А это — Кирста! — представила Цог подошедшую следом спутницу-андрогина. — Знакомьтесь!

Высокая и худощавая, Кирста, несмотря на то, что ее лицо нельзя было назвать красивым, походила скорее на женщину или бесполую, нежели на андрогина. Как и Малк — подруга и любовница Кирсты — Кирста была обрита наголо. Ее череп покрывали витиеватые татуировки, изображавшие сказочных разноцветных птиц в зарослях плюща. Длинный плащ-дождевик с глубоким капюшоном темно-оранжевого цвета надет сверху более длинного, чем у Цог, желтого платья, на ногах — черные ботинки. На вид Кирсте можно было дать шестнадцать-восемнадцать лет. Выглядела она серьезной и умной, и произвела на Аллвин приятное впечатление, заодно успокоив ее иррациональную ревность: Аллвин стало ясно, что внимание Малк к Альве не угрожает ее планам.

Как и обещала Малк, подруги принесли им одежду, и вскоре все трое приняли вполне приличный для людных мест внешний вид. Трилти достался элегантный плащ из гардероба Кирсты в широкие вертикальные полоски голубого и синего цветов; немного длинноват, но не настолько, чтобы наступать на края, в остальном же подошел почти идеально. Одежду для Альвы Цог, по-видимому, купила, так как сама она была сантиметров на двадцать ниже ростом и ее одежда вряд ли подошла бы Аввар. Во всяком случае, Аллвин новый гардероб Альвы показался ни разу не ношенным: сменив «воронью» форму на удобные серые брюки, бежевый свитер с высоким горлом и фиолетовый дождевик с неизменным капюшоном, девушка преобразилась настолько, что Аллвин уже не могла заставить себя перестать на нее открыто таращиться.

— Что, не очень смотрится? — спросила Альва, не-то шутя, не-то действительно решив, будто что-то не так.

— Нет… Что ты! Очень даже хорошо! — спешно заверила Аллвин девушку. — Ты выглядишь… восхитительно! — добавила Шейл и тут же мысленно себя обругала за подвернувшееся на язык пафосное, аристократическое словечко. — В смысле: классно, здорово! — спешно исправилась она, вызвав тем в больших красивых глазах Альвы задорные искорки.

Самой Алл достался немного великоватый гибрид дождевика с тулупом на лохматой подстежке из искусственного меха; огненно-красный «тулуп» с плеча Малк сидел на ней свободно, но не как мешок на вешалке, — пусть Аллвин уступала Малк в габаритах, тем не менее, сложена она была крепко и обладала такой фигурой, какую трудно испортить даже мешком.

Переодевшись и избавившись от грязной одежды и распроклятой «вороньей» формы (Малк собрала все в узел и вынесла через шкафчик в заброшенный тоннель), Алл и Аль оставили оружие и коммуникаторы при себе. Забранный у «вороны» пистолет Альва в знак благодарности вручила Цог, а Малк и Кирсте Аллвин попыталась отдать часть имевшихся при ней денег; когда те стали отказываться, Шейл заявила, что желает оказать сестринскую помощь их коммуне; только после этого деньги были приняты. Напоследок Малк достала еще пару кружек и разлила на всех оставшееся содержимое термоса. Пока пили чай, Трилти с Альвой проделали ряд простых манипуляций со своими непростыми коммами, превратив их в совершенно «новые», не опознаваемые ком-сетями в качестве прежних устройства (с коммуникатором Алл Альва пообещала разобраться позже, а пока посоветовала его не включать) и после все вместе отправились на станцию «Пищекомбинат Микс’Мик-2».