Находящиеся в подземном зале к концу речи скелета немного упокоились. Многоножка, или сколопендра, как ее называл хозяин здешних мест, не проявляла агрессивности. Она лишь следила, чтобы никто из присутствующих не пересекал некую черту. Даже дварф, так и оставшийся у входа, к концу истории вполне оправился и слушал разглагольствующего скелета очень внимательно.

Кир пытался угадать, где же находится этот таинственный артефакт, о котором так долго распространялся дух основателя Мерианской империи. По всему выходило, что он покоился вместе с прахом Омера Первого в саркофаге. Больше негде было. К такой же мысли, видимо, пришел и дварф. Потому что с каждым разом, когда Кир вспоминал о его существовании, гном оказывался хоть и на немного, но ближе к центру зала. Если придется выяснять отношения в поединке за эту вещицу, дварф, несмотря на грузную и, казалось бы, неповоротливую фигуру, будет одним из самых серьезных противников. Ну и еще, пожалуй, Диг и паладин Света. Про остальных Кир ничего не мог сказать. Хотя, может, еще уцелевший кавалерист из сопровождения что-то из себя представляет… Не зря же он единственный остался в живых в подземельях из всего эскорта всадников. Кир так и не смог раскусить: кто такой этот бывший наемник? Страйк же, похоже, откуда-то знал Кира. Вот только последний, не один раз ловивший на себе непонятные взгляды сопровождающего, никак не мог вспомнить, где они могли встречаться. Сандро Кир не очень опасался. Паладин, получивший приказ от главы обители Света, сделает все, но прикроет Кира. Даже ценой собственной жизни. Значит, оставались Диг с Крайхом, дварф, две женщины, которых Кир видел первый раз в жизни, тройка незнакомых мужчин и Страйк. Многовато получается…

— А теперь, когда вы знакомы с главным призом, — провозгласил скелет, — я хочу огласить свои условия. Чтобы не было впоследствии обид и нареканий, что, дескать, правитель империи, будучи частично жив, — тут скелет хихикнул, — ничего не сделал для спасения мира, я решил передать оный артефакт одному из присутствующих.

— Почему? — не утерпел Кир. — И с какой стати наш мир гибнет?

— У белобрысенького прорезался интерес, — скелет повернул скалящийся череп в сторону Кира, — и интерес вполне закономерный. Я даже готов признать свое упущение в освещении последнего вопроса. — Тут он опять развернулся к остальным: — Всем вам известно — кому по книгам, кому по рассказам, — что в здешнем мире бытует несколько вариантов его создания. Ничего не могу сказать об остальных, может, они тоже в какой-то степени верны, но ближе всего, как это ни будет обидно для кое-кого из присутствующих, к истине оказались шелты. — Костяной палец ткнул в сторону Джоли. — Так вот, мы живем в системе двух солнц и неумолимо приближаемся к большему из них. — Скелет замолк, обводя внимательно слушающую аудиторию пустыми глазницами. — Вижу, это ни о чем не говорит присутствующим. Что ж, придется снизить уровень объяснения в соответствии с уровнем интеллекта слушателей. — Он опять хихикнул, — Объясняю по-простому, чтобы и портовому грузчику было понятно. Либ просыпается. В очень скором времени он откроет свой «огненный глаз», и мы получим картину, в точности совпадающую с легендой шелтов о сотворении мира. Все жидкое вскипит, твердое сгорит или оплавится… шанс уцелеть, вероятно, будет у самих пустынников, но он настолько мал, что можно не принимать его во внимание…

Скелет замолчал и развернулся к незаметно двигавшемуся в его сторону дварфу:

— Повторяю для самых, гм, хитроумных. Выжить вам не удастся. В недрах Триалетского хребта будет так же жарко, как и в ваших плавильных печах.

Дварф замер на месте, исподлобья глядя на скелет.

— И если ты, пугало квадратное, сделаешь еще хоть один шаг в мою сторону, отправишься наверх к остаткам своего хирда.

При последних словах скелета многоножка выжидающе повернула голову в сторону дварфа.

— А теперь, — скелет развернулся обратно, — хотел бы несколько прояснить свою позицию по первому вопросу, заданному потомком моих старых и верных подданных. — Он кивнул в сторону Кира. — Вопрос был: почему не я? За время пребывания в здешних прелестных местах, тишина которых так способствовала размышлениям, я в конце концов пришел к следующему решению. На протяжении моего недолгого существования в человеческом обличье я кардинально изменил картину здешнего прежде довольно захолустного мирка. Плохо или хорошо — это уже другой вопрос. Но, — скелет назидательно воздел вверх палец, — чтобы в будущем не было никаких инсинуаций в отношении моей персоны, я по зрелому размышлению решил устраниться от роли спасителя мира и возложить сию многотрудную задачу на плечи самих жителей. Они должны быть больше заинтересованы в этом, не так ли? И потом, я давно умер, а пахать на других еще и после смерти — это, знаете ли, чистое извращение.

— Ближе к делу, мешок с костями, — пробурчал Крайх, с неприязнью глядя на скелета. — Достал уже своей болтовней.

— Как ты меня назвал? — Скелет стремительно соскользнул с саркофага в сторону подручного Дига. — Мешком с костями? Посмотрим, на кого будешь похож ты через очень короткое время!

«Значит, все-таки бой, — мысленно поздравил себя Кир с верным прогнозом развития событий. — Осталось только уцелеть в намечающейся свалке».

— Мы оставим без внимания выходку этого типа, — неожиданно быстро успокоилось костяное вместилище голоса. — Надо делать скидку на недалекий ум, испорченный к тому же полным отсутствием соответствующего воспитания. — Скелет снова взгромоздился на саркофаг. — Я вижу, аудитория с нетерпением ждет продолжения, и поэтому заканчиваю со вступлением. Здесь собрался практически весь срез общества этого мира. Дварф, шелт, тролль, дрок и самая многочисленная часть жителей — люди. Последняя и представлена наибольшим количеством участников. Не прибыли к назначенному сроку только орки, но семеро одного не ждут. Не будем и мы их дожидаться. В социальном плане также все в порядке: мы имеем представителей купеческого сословия, наркобаронов, воинов… в общем, всех, от бывших рабов до представителя власти в лице уважаемого паладина. — Скелет сделал красноречивый жест в сторону Сандро. — А посему, я считаю, вполне можем разыграть имеющийся в наличии артефакт.

— Каким образом? — хрипло спросил один из незнакомых Киру мужчин.

— Наш торговец крэгом зрит в корень, — восхитился скелет. — Конечно, поединком. — Он поднялся во весь рост на саркофаге и закончил: — В конце должен остаться только один! Вперед, друзья мои!

Многоножка скользнула к выходу, освобождая пространство, а на присутствующих внезапно обрушилась мощная волна злобы, сминая и подавляя все остальные чувства.