Лика с отвращением глядела на разворачивающуюся на поляне оргию. Доставшаяся ей в наследство от Котеса шайка праздновала удачную сделку с работорговцем. Моментально были забыты все распри. Остался в стороне и повисший в воздухе вопрос о главенстве Лики. Но ее это не сильно беспокоило. После того как она убрала Эйба — одного из главных претендентов на власть, — с остальным сбродом справиться не составит большого труда.

Новоиспеченную атаманшу волновало другое. Она была в курсе, что ее сожителя кто-то навел на карету соллов. Иначе он не стал бы в течение трех суток держать половину шайки в засаде на пустынной лесной дороге, по которой и в добрые-то времена никто не ездил. Что уж говорить об этом сейчас? А если еще вспомнить, что заброшенная дорога вела через Золотой лес дроков… Эти загадочные жители лесов не терпели, когда в их владениях появлялись посторонние. Исключение делалось разве что для купцов, торгующих с ними, или для тех, кто по каким-либо причинам смог завоевать благорасположение этих существ. Разбойничья шайка в этот круг явно не попадала. А значит, преждевременно почивший главарь сильно рисковал. Подвигнуть же его на подобный риск могло либо соответствующее вознаграждение, либо что-то или кто-то, кому Котес не мог отказать…

И теперь Лика пыталась вычислить: кто же он, настолько могущественный или богатый, что смог заставить главаря шайки пойти на такое дело? И когда этот таинственный заказчик явится проверить выполнение уговора? Лика, естественно, не знала, какие указания получил Котес… Может, надо было просто ликвидировать пассажиров кареты, но если… Про «если» не хотелось и думать.

Все-таки не стоило так поспешно продавать оставшихся в живых щенков… С другой стороны, Лике надо было кровь из носу, но успокоить членов шайки, и этой продажей она фактически купила повиновение и свое атаманство…

Додумать Лике до конца так и не удалось. И, может быть, вообще не пришлось бы заниматься этим дальше, если б не глупая случайность… Хотя для кого как. Для Брена, поднявшегося с целью провозглашения очередного тоста, случайность как раз и оказалась глупой. Для Лики же, которую невольно прикрыл своим телом разбойник, это оказалось спасением. Тренькнули тетивы арбалетов. Лика моментально прянула назад, подальше от костра, вокруг которого расположились члены шайки, и скользнула в спасительную тьму, под защиту нависавших над поляной скал.

Все произошло в одно мгновение. Брен еще оседал на землю, расплескивая вино из кубка, когда Лика, цепляясь на ощупь за еле заметные выступы, взлетела на каменный карниз и распласталась на площадке, стараясь как можно плотнее слиться со скалой.

На поляну, где оставшиеся в живых разбойники так и не успели сообразить, что произошло, из тьмы скользнули стремительные тени. Сверкнули клинки, и последние полупьяные подчиненные Лики разделили участь своих собратьев, нашедших смерть от арбалетных болтов.

«Слава Творцу, среди них нет ни одного чувствующего, — мелькнула в голове атаманши мысль, — иначе мне бы тоже не миновать конца». Лика, вжавшись в камень, следила, как появившиеся на поляне ночные убийцы деловито обошли тела, методично добивая еще живых разбойников, и так же бесшумно, как и появились, канули обратно в ночную мглу.