Куда они все подавались? Фрея не могла поверить в то, что такое возможно. Столько машин, и ни одной свободной! Черт, огонек не горит. Фрея окинула взглядом улицу и решила перебежать на другую сторону — может, там повезет? Зеленый. Ура! Вот и такси! Она отчаянно замахала рукой. Слава Богу! И тут увидела, что кто-то ее опередил. Черт! Фрея погрозила таксисту кулаком, когда машина проехала мимо. Она представила себе, как Джек сидит в ресторане, дожидаясь ее, взглянула на часы и почти побежала.

Может, она просто тешит себя напрасной надеждой? Мог ли он помнить об их пари спустя столько месяцев? Даже если и так, то решится ли он прийти после всего, что она ему наговорила? Возможно, его вообще нет в Нью-Йорке. Она знала, что он не женился на Кэндис, но это не означало, что он не забавляется в тени магнолий с какой-нибудь другой милашкой.

Такси по-прежнему не было. Впереди показался перекресток. 34-я улица. Уже половина десятого. Полная безнадежность. Может, не стоит и пытаться? Фрея остановилась, переводя дыхание. В ушах стоял звон. И сквозь этот звон она вдруг ясно услышала голос старушки да Филиппо. Женщина всегда знает. И, когда знает, должна действовать.

Фрея перешла на бег, путаясь в фалдах длинного пальто. Бежать на высоченных каблуках было опасно для жизни. Она знала уже тогда, но не поверила голосу сердца. Страх быть отвергнутой и дурацкая гордость встали у нее на пути. И внезапно она обрела абсолютную уверенность в том, что Джек ее ждет. Она прибежит в ресторан запыхавшаяся и… она видела его неподражаемую улыбку. Она тоже будет улыбаться. Она подойдет прямо к нему и скажет… Что же она скажет? Те слова, что она ни за что бы не решилась произнести вслух, набухали в ее голове, словно почки — вот-вот лопнут, откроют миру свое содержимое. Я люблю тебя.

Такси! Фрея отчаянно замахала, и машина остановилась. Спасибо, спасибо, спасибо! Фрея откинулась на сиденье, оглушенная тем, что вдруг с такой поразительной ясностью осознала. Она его любит! Ну разумеется, любит. Поэтому и не знала покоя все эти месяцы. Она тосковала по его смеху. По его обществу. Мечтала о нем ночами, так хотелось до него дотронуться, почувствовать тепло его тела.

Наконец-то! Вот и изогнутая застекленная витрина ресторана. Снаружи очередь, люди кутаются в пальто, переминаются с ноги на ногу. Фрея наспех расплатилась с таксистом и бегом бросилась к входу.

— Эй, в очередь!

— У меня встреча, — бросила она через плечо.

Работая локтями, пробралась ко входу. Из зала доносился гул. Вдоль хромированной стойки бара группами по двое, по трое сидели люди. Смех, запах духов, блеск зеркал, стук кубиков льда в шейкерах. Фрея, озираясь по сторонам, шла к столикам. Сердце грозило пробить ребра. Где же он?

— Простите, мисс, у вас заказано?

— Да, — бросила она на ходу — этот вежливый голос ее раздражал. — Я кое с кем должна встретиться. — Фрея была на грани истерики. — Он должен быть здесь.

— Могу я узнать его имя?

Фрея неохотно повернулась к говорившему. Белая рубашка, черные брюки, профессиональная улыбка.

— Мэдисон, — сказала она, почувствовав легкую дрожь уже от того, что произнесла имя вслух.

— Вы не пройдете со мной?

Фрея пошла следом к административной стойке в небольшой нише. Затаив дыхание, она смотрела, как метрдотель водит пальцем сверху вниз по открытой странице с фамилиями заказчиков. Он дошел до конца страницы, затем стал медленно подниматься наверх.

— Он здесь, я знаю, — уверенно заявила Фрея, стараясь заглушить зловредный голос, нашептывающий ей, что его тут отродясь не было, что она круглая дура.

— Мэдисон. Да вот он.

Фрея готова была расцеловать метрдотеля.

— Но столик был заказан на восемь. — Молодой человек быстро взглянул на часы. — Боюсь, он уже ушел.

Нет!

— Вы уверены? За каким столиком он сидел?

Мужчина жестом остановил молодую женщину, проходившую мимо, — стройную блондинку в черном платье.

— Сьюзен, эта дама должна была встретиться с мистером Мэдисоном, двенадцатый столик. Ты не помнишь, он не ушел? Сьюзен принимает верхнюю одежду, — пояснил метрдотель.

Сыозен с любопытством взглянула на Фрею.

— Да, я хорошо его помню. Он дал мне цветы — просто восхитительные! Сказал, что они ему больше не нужны. И ушел.

Фрея смотрела на нее невидящими глазами. Она не желала в это верить.

— Высокий, светловолосый парень, — добавила Сьюзен. — Красивый.

— Вы не видели, куда он пошел? — спросила Фрея. — Он ничего не сказал? Когда он ушел? Как выглядел?

— Ушел минут двадцать назад, — ответила Сьюзен. — Выглядел довольно подавленным. — По выражению ее лица можно было догадаться, что она не заставила бы такого мужчину ждать.

Фрея удрученно вздохнула.

— Ну что же, спасибо, — сказала она и пошла прочь.

Она прошла мимо стойки и вышла на улицу. Там по-прежнему стояла очередь. Она свернула с улицы, залитой светом рекламы, в темный переулок и побрела, опустив голову, засунув руки в карманы.

Джек пришел, но она опоздала. Что она скажет ему? «Прости, Джек, я была на вечере одиноких сердец». Она уже отказывала ему раньше. Он подумает, что она так поступила намеренно, что ей нет до него дела. Джек гордый. Он дал ей последний шанс, но она упустила его.

Джек сдержал обещание. Прождал ее почти два часа. Купил цветы. Это она подвергла сомнению их дружбу. На этот раз она разочаровала его почти так же жестоко, как однажды он разочаровал ее. Можно ли что-то поправить? Могут ли они стать снова просто друзьями? Только друзьями? Что значит «только»? Что может быть более волнующим, чем близость с тем, кто знает наперед, что ты скажешь, еще раньше, чем ты об этом подумаешь, кто на лету ловит твои шутки и мгновенно дает обратный пасс, кто знает о твоих предпочтениях и, наоборот, кто способен заглянуть в самые темные уголки твоей души, кто знает все слабости — и от этого не относится к тебе хуже, кто вдобавок ко всему этому чертовски сексуален?! Фрее всегда нравился Джек как мужчина, она могла теперь себе в этом признаться, но самое драгоценное в их отношениях — дружба.

Фрея всхлипнула. Она даже не знала, как его разыскать. Он мог быть где угодно в этом огромном городе. Она потеряла его, возможно, навсегда.

Фрея сморгнула слезу. Еще одну. Что-то мешало ей, светило в край глаза. Она обернулась. Светящиеся буквы во всю стену. «Норд-норд-вест», — прочитала она, предпоследняя буква соскочила и висела на кабеле, исторгая искры. Перед ней был кинотеатр. И в нем шел один из самых любимых фильмов Джека.

Она и сама не заметила, как вошла в кинотеатр. Настоящая развалина, доживавшая свой век перед сносом. Кассирша, на вид не то китаянка, не то кореянка, сидела в стеклянной кабинке, смотрела портативный телевизор и жевала поп-корн.

Фрея просунула голову в маленькое окошко:

— Простите, около получаса назад у вас не покупал билет мужчина?

Кассирша смотрела на нее со скучающим видом, не переставая жевать.

— Хотите купить билет?

— Хочу. — Фрея достала кошелек и протянула купюру. Зачем она сюда пришла?..

— Фильм уже кончается, — сказала женщина, протягивая билет.

Фрея ничего не ответила. Она прошла через обшарпанное фойе, открыла дверь в зал и остановилась, ослепнув от темноты. На экране Кэри Грант, одной рукой цепляясь за скалу, другой сжимал руку блондинки, висящей над пропастью.

Фрея, привыкая к полумраку, обвела глазами зал. Не больше дюжины зрителей. Джека среди них не было.

Лицо блондинки, искаженное страхом, заполнило экран.

— Я не могу! — кричала она, в отчаянии поднимая глаза на Кэри Гранта.

— Ты можешь. Давай.

— Я устала…

Фрея повернулась, чтобы уйти. Она чувствовала себя покинутой и несчастной. Глупо было надеяться, что она найдет Джека только потому, что любит его.

Вдруг в самом конце ряда она заметила одинокую фигуру. Мужчина сидел, закинув ноги на сиденье переднего ряда. Джек. На нем были очки эдакого прилежного мальчика из колледжа. Фрея думала, что сердце ее сейчас разорвется. Она поспешила к проходу между рядами пустых кресел.

На экране Кэри Грант и блондинка уже обнимались на верхней полке купе. На женщине была белая пижама.

— Это глупо! — со смехом говорила она.

— Я знаю. Но я сентиментален.

Фрея приближалась к Джеку. Он ее еще не заметил. Сидел, погруженный в себя, задумчивый и печальный. Фрею переполняла нежность. От волнения ее бросило в дрожь. Но когда она заговорила, голос звучал легко к звонко, почти насмешливо:

— Это место занято?

Джек поднял глаза. Удивление сменилось восторгом. Он откинул сиденье, схватил Фрею за руку и привлек к себе.

— Я приберег его для тебя.